Вопрос #2
все персонажи, описанные здесь, принадлежат отвечающей за СССР и не связаны с персонажами, присутствующими в аске
Один из студентов приходит в себя после прошлого тотального разгрома.
Воздух еще густ от дыма и криков. Рука инстинктивно тянется к виску.
«Тупая боль от подзатыльника»,— констатировал он в пучине этого хаоса.
Он смотрит на Савву,который, откашлявшись, снова наливает себе чай с коньяком.
Студент растерян. Немного в шоке. Но... в приятном шоке. На него за дело наорали так смачно. Вроде должно бы бояться, а ему приятно, нет, даже по-своему кайфно. Он доволен, как дурак. Но все-таки на него оглушительно наорали, в моменте этим дико напугали. Напугали на подсознательном зверином уровне. Оставили горький и терпкий осадок на душе, этой манящей черни.
Его взгляд в попытках прийти в себя от этого грома падает на тёмно-красные шторы неподвижные и величественные, висящие в сумраке комнаты.
Студент, пытаясь устаканить и собрать мысли в кучу, выдаёт мягкое:
—Ааа.. — прозвучало только скромное и с легонько приподнявшимся пальцем, который тут же опустился, и голос затих. Он, понимая всю глупость интересующего вопроса, решил зарыть его в зародыше.
Савва вздёрнулся и,переводя взгляд, тараторил:
—Говори, беспокоит что? Ась? Гость миловидный, чего замолк? Я, может, и пугаю, но реального вреда причинять никому из вас не собираюсь.
—Не буду.. Это глупый вопрос. — Взгляды его компанейцев по несчастью или удаче, уже было не разобрать, были громче любых слов: «Что ж это за глупость такая?»
—Говори, — молвил низкий голос уже намного строже.
—Не.. — мялся студент.
—Я жду, говори.
—Ну н..
—ГОВОРИ! — ЕБНУВ ПО СТОЛУ, ВНОВЬ КРИКНУЛ САВВА.
Студент подорвался и выкрикнул:
Он резко закрыл рот рукой, не понимая, что, чёрт, с ним сейчас произошло, почему он встал и ещё осмелился орать на него. 2,2 метра. Даже на протезах, он его раздавит как муху.
«БЛЯТЬ,ОН МЕНЯ ЩАС УБЬЁТ!!»
— Ай да, Дзма, подловил. — Он крутил пальцем вокруг своей оси и указал на студента. — Я, конечно, всё понимаю, пхахх.. Но, может, ты сядешь? — Он сдерживал дикий ор в душе, действительно вопрос туп как пробка.
[ "Дзма" груз. — приятель]
— Ааа.. — студент сел, то ли от шока, то ли от приказа. Он уже абсолютно. Тотально. Ничего не понимал.
Савва скрестил руки, укладывая их на стол. Поза приняла оборонительные ноты: лёгкое напряжение мышц, толстые брови тяжелым слоем легшие на глазницы, уголки усов спокойно опущенные вниз. Лицо приобретало серьёзность — сейчас он начнёт сурово вещать лекцию.
— Цвет этих штор – это не просто цвет, товарищ! Это цвет знамени нашей великой Родины, под которым рабочие и крестьяне шли на штурм Зимнего дворца!
Это цвет крови,пролитой лучшими сынами народа в борьбе с белогвардейщиной и фашизмом! Это – цвет нашей правды, цвет марксизма-ленинизма, который не может быть бледно-розовым или апельсиновым! Он – твёрдый, как сталь, и ярок, как пламя домны!
Именно этого ждали студенты, если хоть на что-то надеялись... Студенты хотели было закатить глаза, ибо началась ненавистная ими тягомотина.
Каково же было удивление,когда строгий рот открылся и он продолжил:
—«Савлий Алексеевич, надеюсь, теперь вы довольны моим подарком и более не будете так яростно их критиковать даже в самом яром пьяном угаре». – Вот что сказал мне Андрюша, вручая их на свадьбе.
Хитрая улыбка расползалась на лице хозяина, он с упоением наблюдал, как ожидания этих студентишек хрустят и проваливаются под снегом реальности. Было очень сладостно видеть, как их лица освежаются этой морозной щекоткой. Прям свет очей его.
— Время дедушкиной истории.
В тишине,нагнетаемой дымом, он всё ещё звучал как гротескный сказитель былин.
— Ну и кончай цирк. Какой ты дед, тебе 25 по меркам вида, — сзади прохрипел Вася, тот старый адъютант, который, скрестя руки, подошёл к хозяину и глянул ему в лицо с видом «ты че, дурак что ли?».
—ТАК! РАЗГОВОРЧИКИ В СТРОЮ!
—САВВА!
—Цыц.
Вася театрально оскорбился,ставя руку на голову и выгибая спину.
—Пожилых надо уважать!
—Крестничек, — прорычал Савва, улыбаясь как маньяк перед резкой трупа. — ТЫ АХУЕЛ всю малину своему крестному портить?! Я ИХ ТУТ ЗАВОРАЖИВАЮ, ВОДУ ИМ ЛЬЮ! ЛАПШУ НА УШИ ВЕШАЮ! В КОНЦЕ КОНЦОВ, даю не сдохнуть со скуки, чтоб им было че в курсовую настрочить, а ТЫ, погань, лезешь!
—Ой, да ладно. Ты так тут уже накурил, что они щас задохнутся, балда ты окаянная.
—ТАК ОТКРОЙ, ЧЕ ХУЁМ ТОРГУЕШЬ?! Я ТУТ И ЖДУ ЭФФЕКТНО ОТКРЫТОГО ОКНА!
—Да нахуй иди, тебя читать себе дороже.
—Да иди нахуй окно открывать, ебарь.
—Ебарь, ради которого тебя 7 мужиков в церковь приволокло и держало на моих крестинах, — улыбался Василий с горящими глазами и, подходя к окну, задумался о своём услужении крестному и их долгой совместной историей; было даже как-то приятно-грустно, глядя на юного и молодого Сашку, с которым у Саввы всё впереди, и с горестью на сердце, что с житьём недолго прощается. – Распахнул окно. – Дышите.
Свежий воздух ворвался как гром среди ясного неба, он резко расслабил это зловоние табака и позволил студентам вдохнуть...
Вздохнув полной грудью и расслабившись,бледные студенты порозовели.
Лучи солнца ударили в комнату,бегая по тумбочкам, столу и конфетнице с чашками чая.
Чая оставалось всё меньше,а шашлык уже почти полностью ушёл. Савва невольно улыбнулся, глядя, как студенты кинулись на шашлык (даже странно было думать о том, кто их приготовил (и забил своих животных, но студенты думали, что он, как все, купил его в магазине)), но мясо было очень даже вкусным, немного жесткое, но хорошо зажаренное, с угольной корочкой.
Было не идеальным блюдом,но достаточно вкусным, чтобы студенты, слушая его речи, напоминали хомячков с крошками от мяса на рту, а их руки бегали по тарелкам за луком, оставляя капли. Что-что, а лук у него всегда получался как-то особенно вкусно, прекрасно добавляя влаги к основному суховатому блюду из говядины.
— История просто ахуительная.
Голос тихо вибрировал в их головах,внушая им неподдельное неудобство, как голос былинных сказок и мифов.
—Называется, дети, «У Баяна фантазии на всех хватит».
Ещё в 46 году,когда только началась кампания по борьбе с космополитизмом и низкопоклонством западу, мне их подарил человек, начавший эту кампанию. Мне он известен как Баян, Андрейка, Адука или Толстяк, но вам же известен как абстрактный Андрей Александрович Жданов.
Он затянулся трубкой,усмехаясь в усы, подкладывая студентам ещё горяченьких шашлычков; он понимал, что для них это уже далеко не реальный человек, а история из древних мемуаров и мифов.
—Стоит уточнить, так как прошлый вопрос показал эм... «вашу высокую историческую компетентность». А на русском – полное хуебланство и проспанные пары:
Утрируя,кампания по борьбе с космополитизмом – это период, когда «спасибо» говорят с шепотом и диким первобытным страхом, а «ТОВАРИЩ МАЙОР!» было громким и ярким кличем масс для сведения счетов.
Крч,тогда любой твой блядский интерес к зарубежным авторам, музыке, науке, литературе, хз чем вы там увлекаетесь. Вот эти все джинсы, хуинсы, или просто, сука, неправильный цвет, синий, скажем, мог привести тебя к прямому аресту.
Студенты только нервно хихикнули,ибо они поняли: «шутит, но не шутит».
Савва,только глядя на них, констатировал:
⪻Да,иногда у нас был настолько маразм головного мозга... Не щас, то смешно, конечно, я же, говорю, перегибали, отрицал бы – так полнейший лицемерный еблан был.⪼
—И вот одним из её учредителей являлся именно Андрей Александрович.
— А вот теперь история.
Адука во время этой кампании,на хмельном застолье, то ли из пьяного угара, то ли с какой логикой, в своей гениальной фантазии ничего не придумал лучше, чем подарить мне синие шторы. Гений, че сказать, подарок был и неуместен. Синие шторы при этой компании – это такая же хуёвая идея, как совать бошку в ускоритель частиц (тоби с 99,9% случаев пизда), от того он и смешон, и по-своему дорог..
Ну,ладно, у меня была новая дача, ибо старую отдали на нужды народа (госпиталь), и сами шторы были уместны. Но не для моего пьяного мозга и обстоятельств. Они, кстати, вон висят. — он указал загубником трубки на некогда со скуки изрезанную деревянную раму окна с теми простенькими синими шторами на ней, уже выцвевшими от времени, проведённым на окнах солнечной стороны дома.
—И вот с того дикого недоумения случилось мне тогда хмельную тираду пустить об идеологически неправильных шторах, вставляя язвы о его политической кампании и плавно подытоживая их шуткой: «Толстяк, а шо ж они не красные, если ты так коммунистически правелен?»
Он сначала потерялся немного,занервничал, а потом я засмеялся, и мы уже оба просмеялись. Далее меня Берия позвал – надо ему было что-то по ядерному проекту, не вспомню. Моя ж тараканья морда думала, даже нет, была искренне уверена, что Жданов понял шутку и провокацию, что весь конфликт исчерпан.. — он протяжно набирал воздуха в лёгкие. — Ага. ЩАС.
Мне бы так хотелось.
Угадайте,сучки, по началу рассказа, что мне подарил, м? Окаянные межеумки, перед которыми я косплею Дашу-путешественницу, что он, Жданов, мне подарил на свадьбу в 1946 году?
—Красные шторы? — прокашлявшись, вставил кто-то.
—Правильно,
КРАСНЫЕ ШТОРЫ,БЛЯТЬ! НЕ, НУ ГЕНИЙ! Причём так ПАФОСНО вручал! Под аккомпанемент моих непонимающих глаз Баян стал свои песни распевать об идеологии, о правильности, коммунизме, народе, символами и далее, далее. То, что я напел вам, был лишь жалкий конец. Ещё каким-сь охуйком припылил, что я на свадьбу свою вырядился как раз в красное. ЭТО ВООБЩЕ СВЯТО МЕСТО! Хрен ли полез в это?! — показал он воображаемому Жданову язык, пофыркивая.
— Только минут 40 спустя за закрытыми дверьми поржали, мол, молодца, Андрейка, не спасовал. На шутку получил от меня респект, только он так элегантно стебался на моей памяти. Хотя подарки, шутки и стёб – обычное дело было в нашем политбюро.
—Я ещё потом с моей женой, Надеждой Павловной, вам известной как УССР 1917 годов, недоумевал, куда их вешать. Думали-гадали, в итоге позже окно продолбили в спальне для этого стебного подарка и на похуй.
—А какая она была? — невольно спросил один студент, размечтавшись о романтических серенадах, что, мол, Савва с женщиной – это мягкий и милый мурзик.
—Да меня она на шашке так поднимала и катала на свадьбе, что впечатление будто я там была хрупкая невеста. — он быстро выбил розовые сопли, казалось, шлёпнув ему по мозгам.
—В общем-то, она сварливая баба была, юморная, и я б мог щас жаловаться, что житья не давала, Крым выбила хлыстом, но лукавить не буду. Мне пиздец такие нравятся. Мы на свадьбе с ней тоже просмеялись вдоволь. Шутили, мол, Жданов сначала небось совсем алые парусины мне хотел купить, но его змеиный карнавал ему вовремя стал уши просушивать и выбрали оттенок поприличнее, чтобы и повесить не стыдно было. Стали искать шторы: думали-гадали, а выбор пал на тёмно-красные шторы с золотой бахромой и бархатной текстурой. Как говорится у молодежи, у нас это хедканон.
⪻А мне выкинуть их просто жалко..Ну, вещь же хорошая, че б и не убить её в ноль прежде чем выкинуть.⪼
Савва сделал короткую паузу и, вспоминая эту историю, начал листать тот самый альбом 30-х годов и резко остановился на одной из страниц, ностальгически ухмыляясь.
— А вообще, стёб был ещё и в том, что я был одет в красный балахон по своей глупости. Мы с женой – давние знакомые, больше как 100 лет назад познакомились. Она прятала меня с братками от жандармов, а те и стали подбивать, мол, «женись, Савка, женись, баба хорошая!».
Я ж дурак и зарекся:
«Женюсь на ней только в красном балахоне!»
Все поржали и забыли...
А мне в 46 выставили счёт.Блять.. Сука, это просто самая нелепая свадьба была в моей жизни, там всё было через пизду. Наверное, поэтому она чуть ли не самая любимая из всех 5 браков. — посмеивался Савва.
—Я бы больше про ту историю рассказал, но увы. — Савва развёл руками.
— В 8 году(1908) был я, значится, в ссылке в Сибири, (да-да-да, я там сам загорал, а не только всех подряд ссылал, прикол, да?) Там же и работал на шахтах, в руднике, иль в угольной – уж не упомню. Всё было бы тихо и гладко как хлест... — и тут Савелия перебил Саня.
—В ссылке он прижился, но когда работал, их с компашкой завалило. Четверо было, выжил там только этот, во многом потому что у него кости прочные и мощные.
Пожалуйста,я вам час сэкономил его великих распинаний Савельевских. — выпалил с холодной учтивостью Саня, не желая слушать часовую пафосную историю об том инциденте, который раз.
Савва же,показав ему язык, на котором блистал чёрный пирсинг.
—И то, как предположил один мой коллега, редкая мутация.
—Аа.. — промямлил студент.
—Да, я тоже. Так-то военный врач по образованию, если не знали. — он выпятил грудь, похрустывая шеей.
—У меня скол на черепе, в то время как моим черепа просто раскромсало. Казалось бы, отлично. Да... но кости с подвохом. Они шикарные. ДО ПЕРВОГО ВЫВИХА, БЛЯТЬ! Меня после завала достали таким выгнутым-перегнутым, что пиздец, думали все, труп, а не живой, и оклемался. До сих пор плечо и позвонок кончают.
—Вообще у тебя позвоночник недюжится ещё и за инцидент на ПМВ, и за то, как на мине подорвался, и да, я за о-с-а-н-к-у. — вкинул Вася, поправляя хозяина в своей заумной манере, зная, как его это бесит.
⪻АХ ТЫ МРАЗЬ КУСЮЧАЯ!⪼
Савва неожиданно распрямился,напетушился:
—ДА ПАСТЬ ЗАКРОЙ!
ЗАЕБАЛ В ЭТУ ЕБАСОСИНУ ТЫКАТЬ!БУДЕТ У ТЕБЯ ЭТО ЕБУЧЕЕ СМЕЩЁННОЕ БЕДРО, И ОСОБЕННО КОГДА БУДЬ БЕЗ КОНЕЧНОСТЕЙ УЖЕ Я, ТВАРЬ ТЫ ПОДЗАБОРНАЯ, ПОСТЕБУСЬ НАД ЭТИМ! ПОРЖУ, КАК БУДЕШЬ В КОРСЕТАХ ИЗВИВАТЬСЯ! ЭТО Ж ТАК, СУКА, ВЕСЕЛО! — Он посмотрел на него с такой ненавистью, с которой способны смотреть только самые близкие люди, знающие все грехи друг друга.
—ДА! — ответил только Вася, чинно качая головой.
—Пизда! — парировал Савва и заткнул ударом.
Кхм..Крч, из всего этого балагана уясните: было сильное сотрясение и травма мозга, мне-то камень на бошку. С тех пор с памятью туговато и постоянно голова ноет.
Он немного взъерошил волосы,собирая их в хвост и отпуская; он каждый раз хватает так волосы, когда немного нервничает, особенно вспоминая ту ситуацию. Да и говоря о головной боли, он каждый раз обращает на неё внимание, что по-своему раздражающе.
И тут старый адъютант Вася очухался и оживился:
—Хозяин, ЗАБЫЛ!
—ЧТО ЗАБЫЛ?!
—Что ты мне про те шторы тогда городил в пьяном угаре?
Про партийное мещанство поворчать и как тебе его пхают!Особенно то, как эти шторы являются ярким примером разложения элит, их подхалимства и как кто-то там из более позднего политбюро...
—Попытался повторить подвиг Жданова, — закончил Савелий с хитрой улыбкой.
У стариков загорелись глаза: один ожидал задорной лекции и возможности поспорить, а Савва... А Савва уже затянулся воздухом, как на выдохе, подбежал Сашка и закрыл рот рукой.
—Вы тут сдохните от духоты, дедов не надо тут.
Савва шумел,рычал, шипел и фыркал под лёгкое юлюлюканье и смешки студентов, как и Савва, сделав глупую и наивную гримасу.
⪻Ах..Ты! Хочешь им шоу? Ну давай, сыграем с тобой этим абсурдным вальсом.⪼ — он облизнулся, и его глаза загорелись как кошачьи бусинки, зрачки расширились, а веки сжались в узкую щёлочку, и
ЦАП
—АХ ТЫ Ж!!!..
СУКА,БЛЯТЬ! ТСССС!
БЛЯ!НУ СКОЛЬКО РАЗ ГОВОРИТЬ?! ПФФ..ММ..
КХХ..ММ!ТВОЕ ЧУТЬ-ЧУТЬ КУСНУЛ, ЭТО НА УРОВНЕ ЧЕЛОВЕКА В АФФЕКТЕ!
Савва состроил обиженную мордашку.
—Ладно, сегодня пожалею. — Перебивал он своим басом Санин баритон и шипение со спокойной совестью. — НО В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ!
Уже Васька тихо посмеялся,уводя Сашку обработать руку, зная, что там будет целый цирк и шапито с бесплатными билетами онлайн без регистрации и с доставкой на дом.
—В следующий раз бинты мне покупай, заебал кусаться, Сосок..
Рядом с Саниной головой пролетел топор и впечатался в стену с треском и глубокими трещинами.
—С тебя ремонт, — дружелюбно урлыкнул Савва, будто он не только из-под дивана достал и кинул не топор, а так кинул в него ручку, чтобы дезориентировать.
—Он у нас новенький, не обращайте внимание, ещё не прижился. Оговаривается вот грубо и пахабно, естественно, получает. От того и бесится. Нанялся, ибо я деньги лопатой гребу и ему плачу прекрасно.
—Кстати, что по поводу повышения и отпуска? — вспомнил вдруг Вася.
—У меня под диваном ещё один топор.
—Понял, завтра так завтра. — скрылся Вася с Саней, тихо бурча на последнего, что опять драконит хозяина.
Студент немного задумался над рассказанным и таки спросил:
—То есть выходит, у вас были не очень отношения?
— АРА-АРА! — Савва резко вскочил с места, выкрикивая абсолютный агрессивный протест.
—Ара? — поинтересовался ошеломлённый студент.
—На грузинском означает «нет». Мы с ним ладили, потому и допускалась такая шалость. Иначе бы он мог пойти по моей любимой 58-й статье, и там бы могли ещё чего-нибудь пришить для верности.
Поэтому,вот так, дети, и работают политики через личный стёб, свои роли и обиды.