𓊈Приветствие𓊉
Свет тихо пробирался сквозь тёмные, зановешенные шторы под усиленно недовольное бурчание и скрежетание.
Голубые глаза поднялись на эти злосчастные тёмно-красные шторы и засекли щель. Щель света, что испепеляла единственный больной глаз; светочувствительность у глаз та ещё гадость.
Он потянулся своей смуглой «лапкой» (на деле — культёй руки, что была лишь немного длиннее локтя), чтобы закрыть «злостного нарушителя правопорядка» и «вредителя».
Однако рука застряла в его собственной голове: длинной, густой, чёрной шевелюре. С утра волосы напоминали скорее путы и ловушку для его цепких ручонок. В попытках выцепить её он, как это и полагалось с утра, — грохнулся с кровати. Обычное дело, в принципе, зато вызволил руку.
Соловушка — так ласково звали мужчину близкие — не спешил вставать, во многом из собственной вредности.
Полежав пару минут в чёрном халате с раскинувшимися по нему золотыми узорами, он, нехотя, решил подниматься. Ну, как… Первая рука, как ранее было сказано только чуть выше локтя; Второй руки нет под корень; ноги — и вовсе жалкие огрызки. Поднять свою тушу — то ещё испытание, хотя воплощение СССР к этому давно привыкло. Утренняя рутина. Приподнявшись, он пополз до своих протезов, расположенных недалеко от кровати. Сначала одна культя вставляется в первый протез; потом мужчина повесил протез на место второй руки и закрепил ремнями. Поверх них были надеты перчатки-имитаторы [рук в митенках]. Следом за руками закрепились и протезы ног. Савелий, как звали мужчину, наконец-то встал на свои протезы. Адъютанты вошли по приказу. Халат полетел в сторону — шкаф раскрылся, и воплощению помогли привести себя в порядок, подкормив конфеткой, чтобы не язвил. Слишком буднично.
Тук-тук.
Трижды раздался глухой звук.
Савва прошёл тяжёлым шагом, глянул в глазок и открыл дверь.
— Здравствуйте, товарищи. Чего изволите?
Звучал холодный, низкий и металлический бас-профундо. Даже по-чёрному смешно было видеть такой важный голос… и в бытовом приветствии.
— Здравствуйте! Мы студенты исторического факультета из… — не успели они договорить, как Савелий перебил.
— Свет, камера — и мотором в дом. За вас договорились люди свыше, — тонкая пауза, — так что быстрее. И умоляю, предупреждайте З-А-Р-А-Н-Е-Е. — Ехидно усмехнулся он, еле сдерживаясь, чтобы не пустить очередную чёрную и ядовитую шутку, в этот момент улыбаясь во все свои острые зубы.
Он провёл гостей вглубь комнаты, а сам с гранёным стаканом в стальном подстаканнике пил крепкий чай с лимоном, в который щедро влили мёда, отчего он приобрёл слегка вязкую текстуру. Ваза с конфетами рядом также была наполнена до краёв одним из двух личных адъютантов.
Савва, недолго думая, повёл бровью от банальности, с лицом «да задрали» и мысленно добавляя:
｟Даже подхалим был разнообразней｠
Будто того мало, закатывая глаза, он создавал атмосферу липкого дискомфорта и отпил немножко чаю.
— Я Савелий Алексеевич Сталин. Настоящее имя – Савелий Васильевич Ямщиков. Являюсь партийным деятелем РСДРП, позже ВКП(б) и, в конце концов, КПСС с 1896 года по 1970 год. Имел множество должностей, но в конечном итоге – Генеральный секретарь ЦК КПСС. Недавно вышел на пенсию, но оставляю за собой статус Символа СССР и его воплощением; попутно сохраняю свой авторитет после «правления» с 1924 года. Хотя фактически система СССР не предусматривала единоличного правителя или даже формального президента до 1966 года и брежневского добровольно-принудительного установления на должность (что, следственно, создало мне ограничения этой самой должностью – в итоге ослаблению моих позиций).
— Старый пень с бровями! — тихо прошипел он. — Я от того и ушёл-то. ВОТ ЭТА БЛ*ДЬ со своей компашкой! Все попытки необходимых реформ в долгосрочной перспективе браковали, а мне за попытку поддержать, угрожали психушкой, мол: «Савелий Алексеевич, товарищ Сталин, ваша шизофрения – всё ещё повод периодически отдыхать», – как бы намекая: «вали в психушку, нахуй». — Закатил он глаза, порыкивая. — Неприятные там люди скажем разваелись, вот и решил свалить на пенсию, чтобы этих крыс той легитимности своей личности лишить. Заодно проверить их нервы на очередной микрокризис. — Он мило улыбнулся в привычной манере «пизда тебе».
— Буду вам ещё известен по «инциденту» с прозаичным названием «Восстание Солнца», репрессиям, Сталинской эпохой. Ну, достижениями там по мелочи: первые в космосе, индустриализация, победа в ВМВ.
— Одним словом, жду вопросы от вашей исторической компашки. Вы всё это знать должны без моих вымученно приличных полемик, хотя, конечно, не совсем политкорректных. — Он закатил глаза с хитрым прищуром. Он давил своим хищным авторитетом, явно упиваясь своей властью и возможностями.
— Хотя… Кого я обманываю? Мой авторитет и культ сожрут с говном ЛЮБОГО за попытку меня критиковать. — Скалил он зубы, отпивая чаёк и вальяжно раскидываясь.