Не самый лучший, но всё равно хороший Дуанг — с тобой
Глава 21 Файл 03 «Больше не воин — буду возлюбленным».
«Пушинка, папа скоро вернётся, хорошо?»
«Гав! Гав!»
«Такая прилипчивая стала, с тех пор как мы сюда переехали».
Прошёл почти месяц с начала семестра и почти два месяца с тех пор, как он и Цинь переехали в этот район — недалеко от университета. Они всё равно ездят туда на машине, так что разница лишь в том, что приходится вставать немного раньше. Они по-прежнему принимают душ вместе, как и раньше, а единственное отличие в том, что Пушинка просто в восторге от нового дома.
«Оставайся дома и веди себя хорошо, ладно? Я налил тебе воды и насыпал еды. Не забудь поесть. Умница, будь хорошей девочкой».
Дуанг завёл машину и ждал, пока Цинь закроет дом. Он помахал Пушинке на прощание, а та продолжала лаять, словно спрашивая, почему её не берут с собой, как обычно.
«Она выглядит такой грустной. Ты за неё переживаешь, да?»
«Это ведь её первый раз, когда она остаётся дома одна, Дуанг».
«Ты же буквально купил камеры, чтобы следить за ней 24/7. Если что-то случится, мы сразу узнаем. Расслабься, ладно?»
Цинь, который всё это время суетился от беспокойства, получил лёгкий взъерошенный жест от большой руки Дуанга. На самом деле Цинь купил четыре камеры наблюдения для дома и скачал приложение, чтобы следить за их «дочкой», пока она остаётся одна.
Вот уж заботливая мама — ой, то есть папа. :p
«Удачи тебе, второкурсник».
«Это ты себе скажи. У тебя занятий больше, чем у меня».
«Хех».
«Ты весь день будешь торчать в студии и, наверное, даже домой не вернёшься».
«Я вернусь, обещаю. Учёба на втором месте. Ты всегда на первом».
Дуанг повернул машину к въезду в университет, как обычно высадив Циня — у того занятия начинались раньше. После этого он обычно шёл зависать с Джетаной, который приходил учиться, потому что постоянно жаловался, что сидеть одному в комнате — сплошная тоска.
Второй курс выдался для Дуанга тяжёлым. Количество элективов зашкаливало, а новые предметы вроде «Визуальной композиции» и «Прикладного рисунка» уже заставляли его потеть от одной мысли о них. Но ничего — справится. Его оценки за первый курс были достаточно хорошими, чтобы мама буквально засыпала его деньгами, из-за чего Хиа Нан только косо на него поглядывал. Быть любимчиком в семье — всё-таки свои плюсы.
«Учись хорошо, ладно? Увидимся вечером».
«И ты тоже».
Цинь растрепал Дуану волосы так, что они превратились в полный беспорядок, прежде чем выйти из машины. Дуанг, как настоящий влюблённый дурачок, смотрел ему вслед, пока тот не скрылся из виду, и только потом уехал.
Остановившись на красный свет, он достал телефон, решив немного побесить Джетану.
«Ты где, придурок?»
[В Корее, конечно.]
«Смешно. Серьёзно, ты где?»
[Я в Корее. В Сеуле. Хочешь, уточню? Ем мороженое рядом с Ённамом. Что случилось?]
«Джетан, сегодня первый день учёбы, придурок».
[Слушай внимательно, Чивин.]
Дуанг съехал к обочине, но двигатель не заглушил. Этот разговор точно быстро не закончится. Должна быть веская причина, почему Джетан в Корее, особенно учитывая, что на каникулах он вообще пропал. Разве что…
[Я больше не воин. Я теперь влюблённый.]
«Джетт, в кого это ты влюбился, что погнался за ним аж туда?»
[Не скажу. Пусть тебя это сводит с ума. …Эй, а ты чего так рано проснулся?]
«Подожди, это что… иностранный студент?» — выкрикнул Дуанг, будто его друг стоял прямо рядом. Он слышал, как Джетана тихо разговаривает с кем-то по-английски, но не мог разобрать слов. Вот был бы здесь Цинь — перевёл бы для этого балбеса Дуана.
[Неа. Тайец. Ну, наполовину китаец, если точнее.]
«Светлокожий?»
[Белый как снег, бро.]
«Ага, ты точно запал.»
[Я никогда не упускаю свой шанс, Дуанг.]
«Я вообще в шоке. Ты что, реально полетел в Корею ради этого человека? Когда вы вообще познакомились? Ты нам ничего не рассказывал!»
[Да успокойся ты. Всё не так… Я просто заехал ненадолго. Ничего особенного.]
«Какое, к чёрту, “ненадолго”? Ты в Ённаме, идиот.»
[Тебе-то какое дело? Уже поздно. Я вижу в тебе только друга, ясно?] — драматично поддразнил Джетан.
«Я хотел перед занятиями с тобой перекусить. Ты же обычно рано приходишь, да?»
[Извини, я вылетел прошлой ночью.]
«Да пошёл ты. Ты вообще собираешься учиться?»
[Это первая неделя. Никто не учится. Преподы просто раздают силлабус и отпускают. Не заставляй меня объяснять тебе базовые вещи. Я вешаю трубку. Больше не звони. Всё кончено. Кончено, Дуанг.]
Дуангу хотелось заорать от злости. Джетан уже сбросил звонок, прежде чем он успел вытянуть из него ещё хоть что-то. Из воина в любовника, значит? Да что за чёрт.
«Чёрт, Пэ, ты тоже рано?» — Дуанг помахал другому близкому другу, который подошёл с тёмными кругами под глазами.
«Ага, моя девушка рано встала, чтобы сделать подношение, вот я и решил сразу поехать сюда».
«Ты знал, что Джетан сейчас в Корее?»
«Зачем? Он что, решил стать призрачным работником?»
«Он за какой-то девчонкой гоняется».
«Серьёзно?» — Пэ чуть не подавился кофе. Джетан — из всех людей. — «Ага, он там на английском болтал без остановки. Я так хотел подслушать, но ни слова не понял».
«Чувак, если он аж туда полетел, значит, всё серьёзно. Жесть».
«С каких это пор он стал таким — из тех, кто обязательно добивается своего?»
«Да не знаю, чувак. Но зачем ему было тащиться так далеко? Или он просто тебя разыгрывает, пока в отпуске?»
«И что ты вообще можешь с ним сделать? Ты едва понимаешь, что он говорит. Такое чувство, будто он постоянно под кайфом, хотя чист как стекло — он даже не курит».
«Это точно. Разговаривать с ним — одна головная боль».
«Может, он просто путешествует с семьёй и подкалывает тебя».
«Буду думать именно так. Этот придурок ещё и назвал меня тупым за то, что я сегодня пришёл на занятия. Сказал, что первая пара — просто раздают силлабус».
«Подожди и увидишь, Дуанг. Преподы на вашем факультете наверняка за пять минут накидают десять заданий».
«Вот-вот. Жду не дождусь, как он будет страдать к выходным. Его точно завалят работой».
«Ага, пошли. Остальные уже в здании. Я только что их видел. Видимо, дома скучно стало».
Дуанг вошёл в корпус факультета вместе с другом, всё ещё думая о Джетане.
Если у него правда появился возлюбленный… Чёрт, это было бы безумие.
«Джетан?»
«Ага. Дуанг такой: “не трать свет в моих глазах впустую”».
«Это вообще что значит?»
«Ну, типа, “свет в моих глазах”, Цинь. Это значит, что я злюсь, потому что он мне ничего не рассказывает».
С начала нового семестра я подхватываю новый сленг направо и налево. Цинь только покачал головой, устав от моего бесконечного бреда. Он немного пожевал лапшу, прежде чем снова заговорить.
«Помнишь, как мы ездили в Чиангмай в прошлом декабре?»
«Ага».
«Когда ты говорил по телефону, и Джетан попросил поговорить со мной — помнишь?»
Я положил ему в миску пельмень с креветкой — это уже привычка. Сколько бы я ни ел, мой парень должен быть сытым. Такой у меня жизненный принцип.
«Джет спросил меня, чем отличается “нравится кто-то” от “тебя к кому-то тянет”».
«И что ты ответил?» — я чуть не подавился.
Серьёзно?
Джетан — и вдруг такие глубокие вопросы?
«Я сказал ему, что если это просто влечение, то неважно, будешь ты с этим человеком или нет. Всегда найдётся кто-то ещё, кто тебя привлечёт».
«Но, если тебе кто-то действительно нравится, ты вряд ли захочешь его отпустить».
О нет.
Мы все пропали, Кхун Чарасми. T_T
«Эй, он правда в Корее. Я видел у него в сторис в Инстаграме».
«Может, он поехал с семьёй и просто тебя дразнит. Ты всегда всё преувеличиваешь».
«Ты говоришь прямо как Пэ, но я серьёзно думаю, что у него уже есть жена».
«Ну, посмотрим… Звучит даже весело».
Я сдерживал слёзы. Мы реально все пропали. Если он влюбился, он пойдёт до конца — куда более серьёзно, чем я когда-либо мог. А как говорится: первая любовь — первое разбитое сердце. Не всем так везёт, как мне.
Я не хочу быть тем, кто будет утешать нашего классного шута, когда ему разобьют сердце.
«Оставь это», — сказал Цинь, поднимая Пушинку к себе на колени и крепко целуя её в макушку.
«Пушинка, смотри, как сильно тебя любит папа. Он даже покупает еду, чтобы есть дома, а мне приходится мыть всю посуду».
«Я помою. Я сегодня утром пил молоко — стакан всё равно был мой».
«Да, сэр! Я позабочусь о тебе».
«Пушинка, ты уже поблагодарила папу? … Спасибо, папа~»
Я растаял. Этот мягкий, детский голос, которым Цинь разговаривает с нашей собакой? Всё, я пропал. Полностью, окончательно, по уши влюблён.
Я принимаю все обвинения. Виновен по всем пунктам.
«Я утром смотрел камеры. Наш малыш так хорошо играет сам с собой».
«Конечно. Ты же сам выбрал её на ферме».
Я смеялся, пока ополаскивал миски с лапшой, ложки, палочки и стаканы, одновременно убирая кухню.
Если бы моя мама это увидела, она, наверное, плакала бы от радости.
Она всегда говорит: «Иметь сына — это утомительно, они любят жену больше, чем маму».
Я всегда хочу возразить, но… ну, в общем, она отчасти права. Я настоящий предатель. T_T
«Много работы ещё? Первый день?»
«Полным-полно. Нам задания раздавали за несколько месяцев вперёд. А у тебя?»
«У меня джазовая тренировка слуха. Придётся много практиковаться».
«Да, иногда слишком сложно. Профессор ведёт себя так, будто все здесь родились вундеркиндами».
«Ты такой милый, когда жалуешься».
«Тяжело… И ещё джазовые навыки на клавишах. Хорошо, что я привёз клавишные из дома. Первый курс был не слишком тяжёлым, а второй — полный разгул. Так скучно».
Я слушаю его жалобы. Могу слушать бесконечно — мне просто хочется знать всё, что происходит в его жизни.
Когда все дела закончены, я подхожу, чтобы присесть и посмотреть телевизор вместе с Цинем и Пушинкой. Наш малыш лежит у Циня на коленях, уже такой большой, что мне кажется, к году он будет явно больше других собак своего возраста.
«Ты думаешь, наш малыш слишком большой?»
«Видишь, как Фи Дао Нуэа смотрит на тебя. Какой это человек — почти три сантиметра ростом?»
«Говоря о Фи Дао Нуэа, он вчера жаловался, что Фи Фа такой злой».
«Я тоже был в замешательстве, поэтому написал Фи Фа, чтобы спросить, потому что боялся, что это серьёзно. Но потом вспомнил, что они на самом деле никогда не дерутся. Оказалось, Фи Фа съел последний кусочек шоколада Фи Нуэа, и тот ревел во всё горло. Серьёзно, он так громко плакал, что Фи Фа даже снял это на видео».
«Да?» — Цинь вздыхает и качает головой с лёгкой улыбкой, будто не может представить, чтобы кто-то не считал их очаровательными.
Мы продолжаем бездумно болтать. Цинь упоминает, что кто-то из его однокурсников бросил учёбу, потому что забеременел. Он просит меня напомнить Пэ о предохранении, потому что ещё не хочет становиться дядей. Похоже, ему дети особо не нравятся.
«У нас уже есть один». Его длинные пальцы указывают на Пушинку, которая тихо посапывает у него на коленях.
«И это не потому, что я с тобой встречаюсь, но я чувствую, что не смогу взять ответственность за что-то такое огромное. И замуж я особо не хочу».
«Сначала встречайся со мной десять лет, а потом такое говори».
«Десять лет? Я думал, мы поженимся сразу после выпуска».
«На какие деньги? Сначала накопи. Терпи».
Я улыбаюсь про себя. Значит, он тоже думает о нашем будущем.
Я продолжаю играть с его рукой, пока мы смотрим телевизор и листаем телефон, пока не придёт время душа. Мы принимаем душ вместе, потому что завтра у нас оба ранние занятия, а если лечь спать слишком поздно, будем разбиты.
«Спасибо за сегодняшний день».
Вот так обычно проходит день с Цинем — просто, но невероятно счастливо.
«Спасибо и тебе за сегодняшний день, мой хороший мальчик».
«Где мой сувенир из Кореи? Ты же там целую неделю был, Джетан».
«Я спросил его, что мне купить для людей в Таиланде».
«Он сказал ничего не покупать — деньги на ветер».
«Что за черт? Кто так говорит? Настолько смело».
«Не скажу». — Джетан показывает язык и закатывает глаза.
«Кто-то загадочный, да? Не говори… у тебя любовница?»
«Точно нет. Он никого не хочет, и меня тоже не хочет».
Дуанг смеётся, одновременно с ним Пэ расхохотался. Честно говоря, бедный Джетана — но, черт возьми, он именно его тип.
«Так вот что ты хотел, да? Ты же говорил, что тебе нравятся люди, которым на тебя плевать».
«Да, ну… он сейчас реально не заботится. Счастлив?» — самопровозглашённый романтик выдает полухохот.
«Видишь? Я же говорил, что весело не будет».
«Пока ещё весело… Это всего лишь влюблённость».
«Влюблённость, а ты всё равно поехал туда? Серьёзно?»
«Так куда ты ездил? Расскажи».
«Везде, идиот. Он увлекается модой — смотрели выставки искусства, пили кофе, покупали дизайнерскую одежду».
«Честно, я чувствовал себя как собака».
«Ты уже такой, я не буду спорить». — Джетан шлёпает друга, вздыхая, вспоминая всё. Чувствуется хаос, но каким-то образом это не тот плохой хаос.
«Сто тысяч вон? Думаю, я могу это выдержать».
«Сто тысяч бат, идиот. Постоянно покупает одежду».
«Даже больше, чем Цинь?» — Дуанг смеётся.
«Гораздо больше. Носит унисекс — только представь. Покупает и женскую, и мужскую одежду, всё подряд… Сначала он носил всё сам, гордо так. Но потом начал кидать мне, чтобы я нёс. Если это не тяжело, я не знаю, что тогда тяжело. Он по размеру как кот».
«Вау, он что, говорит, как герой романа или что?»
«У Джетаны явно всё плохо, вот и всё, что я скажу».
Дуанг не мог сдержать смех. Почему он такой? Как он умудряется сделать всё настолько забавным?
«Цииньннн!» — Джетан побежал к нему. Он обнял Циня за талию, зарыв лицо в грудь и широко расставив ноги, чтобы казаться ниже. Цинь легко похлопал его по плечу в ответ, как обнимая, заставив Дуанга смотреть на своего парня взглядом, полным убийственных стрел.
Всегда влюблённый — ревнует ко всем, к сведению. :(
«Джетан, осторожно, Дуанг может тебя ударить».
«Ради тебя, Цинь? Давай. Даже если это не стекло, всё равно может сломаться, знаешь ли».
«Я же говорил тебе не читать слишком много цитат, да? Иди сюда». — Пэ схватил Джетану в удушающий захват, чтобы тот не выделывался. Дуанг искренне почувствовал благодарность, а Цинь подтолкнул его плечом.
«Ты пришёл поесть в корпус Дуанга?»
«Что? Я не могу по тебе соскучиться?»
«Вау… я уже давненько такого не слышал. Можно заплакать?»
«Мы всё время вместе. Когда мне вообще выпадет шанс по тебе соскучиться?»
«Я скучаю по тебе всё время, даже когда ты прямо передо мной».
Дуанг весело последовал за парнем, шепча друзьям держаться подальше — никаких прилипаний, ничего — потому что это было их личное время.
«Ты бросаешь друзей, чтобы поесть со мной, Цинь?»
«Да, увидел, что Ким ест рад-на, вспомнил о тебе и пошёл сюда».
«И не позвонил? Я бы тебя заехал».
Цинь ответил с совершенно серьёзным лицом, но для Дуанга он выглядел невыносимо мило. Мы вместе выбирали еду, купили напитки и сели за наш обычный стол. Вскоре к нам присоединились Джетан и Пэ.
«Слышал, ты ездил в Корею. Какая там погода?»
«Холодно, но тепло, когда кто-то обнимает».
Джетан рассмеялся. Было странно, как легко он мог так просто говорить о подобных вещах с парнем Дуана. Возможно, это потому что мы все были близки, но как-то так, Цинь казался тем, кто лучше всех понимает любовь.
Он понимал её — но иметь её или нет для него не имело значения.
Наличие кого-то рядом не доказывает, что ты умеешь любить. Некоторые люди в отношениях, но ужасны в любви.
Но нет, он не любил того человека — для ясности.
Да, не влюблён.
«Со мной всё в порядке, не волнуйся».
«Ты всегда можешь поговорить со мной».
«Конечно. С кем ещё мне говорить? Посмотри на моих друзей. На кого можно положиться?»
«Я слышу тебя», — возразил Дуанг, в отличие от Пэ, который был полностью сосредоточен на своей лапше и совсем не понимал, о чём идёт разговор. Цинь мягко улыбнулся троим… Сейчас он волновался только за Джетану.
А Дуанг —
«Он сам о себе позаботится».
Мы работали в разных углах комнаты. Хотя дом был большой, нам всё равно хотелось видеть друг друга поблизости. Цинь, наверное, уже привык к этому, живя с Дуангом в общежитии. Комната была небольшой — достаточно было одного взгляда, и он понимал, чем занят Дуанг — полоскал кисти, рисовал, думал или мял бумагу.
Его работа была не менее срочной, но Дуанг был на первом месте.
Потратить всего несколько минут на объятия было лучше, чем оставлять его сидеть в стрессе.
«Не дави на себя. Делай, что можешь».
«Ты не будешь… Никогда им не был».
Цинь долго целовал его в щёку, прижимая нос к лбу Дуана и осыпая его всеми комплиментами, какие только мог придумать — точно так же, как Дуанг всегда делал, когда чувствовал себя подавленным.
Когда человек, которого мы любим, снова и снова говорит нам, как мы важны, даже если мы знаем, что наша ценность не зависит от чужих слов, это ощущается как форма исцеления. Просто слышать о своих хороших качествах от кого-то рядом…
Давать и получать. В те дни, когда один слишком устал, чтобы дать больше сорока, другой добавляет оставшееся, чтобы получилось сто. Иногда жертвовать не так уж сложно.
«Когда закончишь работу, пойдём что-нибудь поедим, ладно? Возьмём с собой Пушинку».
«Можешь отложить мою работу. До дедлайна ещё далеко. Не нужно себя напрягать. Лучше подожду, пока буду готов».
Цинь кивнул с пониманием, ещё раз легко поцеловал Дуанга и отступил, чтобы тот мог привести свои вещи в порядок, пока он возвращался к работе.
Цинь вздохнул, заметив, что с момента, как Дуанг пришёл ныть, прошло почти два часа. Теперь, когда его работа была закончена, он повернулся и увидел Дуана, спящего на диване, а Пушинка свернулась рядом с ним.
Бледная рука достала телефон и сделала фото, выложив его в Instagram — впервые почти за три месяца.
Когда он рядом с Дуангом, нет нужды трогать телефон. Постоянное нахождение вместе, почти всё время бок о бок, только укрепляет их связь.
Он не может представить себе день без Дуана.
Потому что он никогда не позволит такому дню наступить.
«Я помассирую тебя, и можешь ещё немного отдохнуть».
Цинь заменил подушку на свои колени, мягко массируя виски Дуана. У Дуана всегда болела голова после дневного сна, в отличие от Циня, который мог спать в любое время без проблем.
«Как прошло мероприятие для первокурсников сегодня?»
«Каждый первокурсник — маленький засранец. Не то что в нашем году. Мы так боялись старшекурсников».
«Тебе нормально быть ответственным за это? Кто вообще тебя выбрал? Это совсем не похоже на тебя».
«Если Джетан смог, почему не я? Он кричал так громко, что голос сел. Вся толпа замерла».
Цинь мягко рассмеялся, ясно представляя себе эту сцену.
«Не заставляй людей уважать тебя из страха. Достаточно, если они будут уважать тебя, потому что действительно видят в тебе взрослого человека».
«Я нет. Я просто говорю правду. Если какой-то старшекурсник ведёт себя как ребёнок, я тоже не стану его уважать».
«Мне всё равно. Я на твоей стороне, что бы ни случилось».
«Просто наслаждайся мероприятием, не думай слишком много».
Дуанг открыл глаза, мягко улыбнулся Циню и кивнул в знак согласия.
«А ты как? Твои первокурсники?»
«Всё нормально. Те же суровые ребята, что всегда».
«Кто-нибудь заигрывает с тобой?»
«Кто бы стал? У меня уже есть парень».
«Сколько ты заплатил Киму и его друзьям? Они ещё в первый день орали, что «Цинь во втором курсе уже с жутким парнем, который пинает собак и ругается на женщин». Неудивительно, что никто не решается ко мне подойти».
«Эти придурки. Я всего-то подкупил их одной бутылкой «Блэк»!» — Дуанг расхохотался, довольный своим делом.
«Доверяю, но лучше перестраховаться. Я знаю, что тебе никто другой не понравится, но и я не дам никому другого на тебя смотреть».
Цинь покачал головой, услышав такое детское оправдание, поднял Дуана с дивана и пошёл на ночной ужин. Он присел, позвав Пушинку, чтобы пристегнуть ей поводок.
«Пойдём что-нибудь вкусненькое».
«Какой «Па»?» — спросил Цинь с лёгкой улыбкой.
«Ты же, конечно. В этом месяце я на мели. Слишком много потратил на художественные принадлежности».
«Я думал, ты тайком покупаешь новую камеру».
Мы вышли из дома вместе — Цинь, Дуанг и Пушинка. Цинь проверил, что дверь заперта, пока Дуанг вёл их пушистую дочь к машине, напоминая ей не писать в машине Папы.