Расшифровка эфира с Аренза-Про 23 декабря 2024
ООО «АРЕНЗА-ПРО» (бренд Arenza) — первая в России лизинговая FinTech компания, специализирующаяся на розничном сегменте лизинга оборудования для малого бизнеса
Ведущий - Александр Рыбин, член Совета Ассоциации инвесторов АВО
- Олег Сеньков, генеральный директор
- Дмитрий Будняев, руководитель блока по работе с банками и инвесторами
Содержание
- 00:00 Введение и вопросы
- 00:56 Лизинговая компания Аренза
- 02:29 Ставки и условия лизинга
- 04:24 Возвраты и повышение ставок
- 07:35 Сегменты лизинга
- 10:21 Автолизинг
- 11:18 Взаимоотношения с поставщиками и лизинг
- 12:16 Оценка стартапов и бизнес-планы
- 14:09 Технологии и рост компании
- 17:01 Рекламная кампания и спрос
- 18:55 Управление ликвидностью и резервы
- 20:48 Ожидаемые кредитные убытки
- 23:02 Операционный денежный поток
- 23:59 Кредитный портфель и закредитованность
- 24:55 Планы на 2025 год
- 27:41 Нематериальные активы и разработка
- 28:39 Роль системы и дивиденды
- 32:25 Фондирование и погашение облигаций
- 34:26 Погашение долгов и ликвидность
- 35:23 Планы на будущее и кредитная линия
- 36:19 Использование кредитных линий
- 38:12 Система и финансирование
- 40:04 Облигации и кредиты
- 41:52 Планы на будущее и отношения с акционерами
- 43:45 Заключение
00:00 Александр Рыбин: Добрый день, уважаемые друзья. Сегодня мы в гостях у лизинговой компании «АРЕНЗА». Перед вами её Генеральный директор – Олег Сеньков и Руководитель блока по работе с инвесторами и банками – Дмитрий Будняев. Олег, в чате у нас собралось вопросов аж на три страницы, но, по сути, вот что всех интересует. Давайте я просто базово обозначу три вопроса, потом их обсудим, и если чего-то ещё не обсудим, то пойдём дальше уже по деталям.
00:32 Олег Сеньков: Да, конечно.
00:33 Александр Рыбин: Первое и самое главное – как вообще ваши клиенты переживают (я не знаю, почем вы выдаёте – тоже, кстати, хороший вопрос), как они вообще переживают эту боль? Второе – а что у вас с рефинансом в течение ближайших, скажем, 12 месяцев? И третье – а какие у вас отношения с вашей не материнской компанией, а с вашим крупным, но не мажоритарным акционером – АФК «Система»? Да, извините, представлюсь: меня зовут Александр Рыбин, «Ассоциация владельцев облигаций». Давайте начнём тогда с бизнеса, если это вы можете комментировать: вы сейчас почём выдаёте и у вас вообще ставки фиксированные или плавающие?
01:15 Олег Сеньков: Александр, спасибо, что нашли время к нам зайти в гости. Коллеги, рад всех приветствовать на нашем вебинаре – наверное, так это скажем. Меня зовут Сеньков Олег, я Генеральный директор компании «АРЕНЗА», основатель этой компании. Сейчас хотелось бы как раз рассказать про наболевшие вопросы, которые многих интересуют, может быть, подсветить те моменты, чем наша компания отличается от других лизинговых компаний, как мы планируем следующий год на уровне текущих ставок проходить. И, Александр, тогда по поводу первого вопроса – по поводу наших клиентов и по каким ставкам мы выдаём, я хочу что рассказать: лизинговая компания «АРЕНЗА» всегда специализировалась на изначально лизинге оборудования, и мы старались построить продукт, который даёт возможность малому бизнесу получить это оборудование. То есть, мы не являлись всегда самой дешёвой компанией, потому что это не было конкурентным преимуществом, но мы быстро и удобно готовы были в принципе любое оборудование, которое нужно было для бизнеса клиентам, одобрить и выдать. Как многие знают, кто-то называл нашу компанию «сегмент микролизинг» (микролизинг – это сделки небольшие, с небольшим чеком), мы начинали от 600 000 рублей – по-моему, средний чек был сделки, и за этот год мы, естественно, работали над его ростом и вышли на уровень 1 600 000 – это средняя сделка по оборудованию.
02:43 Что касается наших планов, сразу хочу сказать, что мы недавно озвучили и планируем выходить в сегмент автолизинг, и, может быть, потом, если будет время, я вкратце расскажу, почему эта идея возникла и зачем мы это делаем.
02:55 Что касается ставок размещения, то обычно наша компания сразу фиксировала в договоре лизинга ставку, она была фиксирована, предполагался некий график платежей клиента, и ранее средний срок контрактов нашей компании был 18 месяцев, то есть, полтора года, по сути. Какие-то были сделки больше, и, естественно, чем больше стоимость оборудования, тем проще платить. Сделки были до 3 лет, даже до 4 некоторые сделки в медицине доходили – средние, как я уже сказал, были 18 месяцев, – поэтому мы не практиковали и не делаем даже сейчас плавающие ставки. Да, это заложено, и мы можем, текущие ставки размещения достаточно высоки, как, собственно говоря, и ставки привлечения, поэтому такой механизм может быть заложен, но он не особо востребован в малом бизнесе.
03:42 Александр Рыбин: Так всё-таки почём вы сейчас выдаёте, если вы готовы говорить? Если нет, то…
03:46 Олег Сеньков: Нет, это на самом деле все компании постоянно – мы мониторим, естественно, рынок – ставки растут по мере роста ставки привлечения. Сейчас ставки привлечения высокие – на наш взгляд, высокие, – и, если мы говорим про сегмент оборудования, начинается ставка «ключ»+10%, то есть, для клиента эффективная ставка. Дальше, естественно, есть НДС, и в зависимости от того, на какой системе находится клиент: те клиенты, которые находятся на основе, им более выгодно, потому что НДС не увеличивает стоимость, по сути, затраты на привлечение; если компания ИП или на упрощёнке находится – да, для них дороже, потому что любая ставка в лизинге увеличивается на стоимость НДС.
04:26 Александр Рыбин: 31% – ещё не самые большие ставки, потому что сейчас крупные компании занимают КС+6%, КС+5%. «Глобал Факторинг» под 31% фикс вышел, поэтому спрашивается, как они тянут, – видимо, как-то… А сильно больше возвратов техники стало?
04:46 Олег Сеньков: Так, что касается возвратов, недавно я участвовал в конференции «Эксперт РА», как раз была лизинговая конференция, и коллеги из крупных компаний рассказывали про достаточно серьёзный поток возвращаемой техники в сегменте строительной техники. То есть, там прямо ощущается возврат на особенно те сделки, которые заключались, может быть, год назад или полтора, где были минимальные авансы и клиенты брали большое количество строительной техники, и сейчас она, в общем-то, стоит в парках к реализации. В наших сегментах мы не видим такой тенденции, по крайней мере, в период высоких ставок, когда и мы начали поднимать ставки – это можно отдельно рассказать, почему мы их стали поднимать для клиентов. Прошло, по-моему, 2 месяца всего, когда мы уже в таких реально высоких ставках фондирования находимся, и это никак не влияет на старые сделки. То есть, в малом бизнесе, у него, скажем так, стоимость и затраты на возврат имущества достаточно высоки, поэтому пока мы не наблюдаем каких-то серьёзных возвратов в сегменте оборудования.
05:49 Александр Рыбин: Вы стали поднимать по новым контрактам или уже по текущим?
05:54 Олег Сеньков: Мы с ноября подняли ряду клиентов ставки по текущим контрактам – такое у нас право было заложено в договорах. Отдельно мы, наверное, коснемся вопросов нашего фондирования. Облигации мы выпускали с фиксированным купоном, последние два выпуска – они уже с плавающим купоном. Естественно, фондирование дорожает, поэтому мы приняли решение, это был первый раз за весь период с момента основания компании, когда мы подняли ставки, не сильно, но пропорционально росту ставки «ключа». И с ноября, я думаю, что в отчётности уже годовой мы это увидим – в последнем квартале увеличение процентной маржи нашей компании.
06:33 Александр Рыбин: То есть, общий вывод, если так, что клиенты пока ещё тянут, что отсутствуют возвраты?
06:40 Олег Сеньков: Да, клиенты тянут. Даже недавно мне коллеги показывали, когда мы основали компанию в 2016 году, показывали наши тарифы в 2016 году, хотя «ключ» был вроде пониже тогда и мы начинали выходить именно в сегмент на малый бизнес, – да, ставки были высоки, и потом мы их, естественно, снижали, но сейчас, в общем-то, возвращаемся к тем же ставкам.
07:00 Александр Рыбин: Я правильно понимаю, что… Я просто сегодня в одном чатике прочёл, там товарищу пишет его друг, у которого средний бизнес с миллиардом рублей выручки. Он говорит: «Слушай, я всегда кредитовался под 30%, сейчас под 36% – а что случилось-то? Ничего такого особо не изменилось». Я правильно понимаю, что у ваших клиентов примерно схожая ситуация: они всегда кредитовались дорого, поэтому для них разница между, не знаю, 25% и 30% уже не так критична, как для тех, кто кредитовался под 19%, а сейчас под 30%?
07:33 Олег Сеньков: Я думаю, отчасти да. И здесь надо ещё сказать, что малый бизнес, по крайней мере, я вижу, в малом бизнесе – в кафе, в ресторанном бизнесе, где мы какую-то серьёзную долю занимаем, – цены растут, и если клиент может переложить увеличение фондирования, ведь ему же и аренду поднимают, и расходы, и электричество, и так далее. То есть, лизинг – это только часть его затрат, часть, это не все его затраты, которые, например, критичны для бизнеса.
08:01 Александр Рыбин: Я, конечно, всё это слушаю: то есть, вы перекладываетесь на клиента, клиент перекладывает на потребителей, потребители требуют более высокую заработную плату, а через три дня у нас заседание ЦБ, потом в феврале ещё одно заседание ЦБ. Тогда есть немножко вопрос по бизнесу уже из чата: а можно очень коротко, что вы сейчас даёте в лизинг, основные отрасли, потому что почему-то встал вопрос про кофеварки и варочные панели, и как вы выходите в автомобили?
08:34 Олег Сеньков: Да, кофеварки – это исторически, действительно, наш такой был сегмент, но он просто обусловлен тем, что это действительно большой сегмент на рынке. Мы видим развитие общепита, многие годы открываются и рестораны, и разные форматы общепита, это точки «кофе с собой». У нас есть клиенты, например, какие-то в офисы, какие-то холодильники, которые готовую еду готовят, потом появились dark kitchen – всё время выходят на рынок какие-то новые форматы, и всё это связано с покупкой какого-то оборудования. И, действительно, эти все клиенты приходят в нашу компанию, и мы с удовольствием это всё финансируем, поэтому общепит – это большой сегмент. Медицина – сегмент существенный, и он рос в последние годы, но это именно небольшой чек: медицина, связанная с косметологией, какие-то небольшие диагностические центры – такого плана. Что мы ещё выдаём: ремонтный сегмент – это автосервисы, постоянно растущий и востребованный сегмент. Автопарк в стране не уменьшается – увеличивается, он стареет, его надо ремонтировать, и наши клиенты – это какие-то даже таксопарки, которые создают свои ремонтные базы и активно обновляют оборудование. Поэтому там ничего не поменялось, скорее, мы последние месяцы более консервативно смотрим на бизнес. Мы в меньшей степени готовы работать со стартапами – раньше мы активно это делали – именно в связи с дорогим фондированием, увеличим авансы по этим сделкам и, конечно же, ожидаем снижение спроса, то есть, мы видим, что на таких ставках бизнесу не особо выгодно приобретать оборудование – не факт, что они окупятся. Это что касается нового бизнеса. Но для масштабирования или замены какого-то оборудования – здесь спрос постоянен, то есть, что станки, какие-то вещи, они здесь пока не менялись. И второй ещё был вопрос относительно нашего нового сегмента – авто.
10:28 Александр Рыбин: Да, автомобили. Это какие автомобили: грузовые или легковые?
10:32 Олег Сеньков: Это преимущественно легковой автотранспорт и лёгкий коммерческий транспорт.
10:37 Александр Рыбин: То есть, это всё-таки тоже для малого бизнеса?
10:39 Олег Сеньков: Да. Уже давно это, естественно, было решение, созревало, то есть, просто у компании должен был накопиться достаточный уровень прочности, для того чтобы выходить в этот сегмент, там высокая конкуренция. Какие мы делаем ставки – мы считаем, что автосегмент не будет для нас доминирующим в следующем году, но мы бы хотели на уровне 30% портфеля нарастить эту базу. Мы усиливаем компетенции, недавно раскрывали информацию – с рынка берём высококлассных специалистов в этом сегменте, планируем развивать в таком же ключе взаимоотношения с поставщиками, и в основном это, да, действительно, малый бизнес, который у нас, и повторные клиенты, которым нужен автотранспорт. Раньше мы это принципиально не делали, но сейчас решили выходить. Там особенность такая, что в ликвидных предметах лизинга маржа будет меньше, но там ликвидный предмет лизинга. Оборудование – маржа будет выше, но в связи с пониженной ликвидностью, более сложным и длинным циклом реализации это вопрос будет цены продажи.
11:53 Александр Рыбин: А какая у вас доля авансов сейчас при выдаче лизинга примерно?
11:57 Олег Сеньков: Дим, напомни мне, но, по-моему, это порядка 18% в среднем по тем сделкам, которые мы имеем.
12:03 Дмитрий Будняев: Мы поднимаем, там уже где-то в районе 20% сейчас.
12:06 Александр Рыбин: То есть, нулевых авансов нет?
12:09 Александр Рыбин: И не было?
12:09 Олег Сеньков: Никогда не было, нет, никогда не было.
12:13 Александр Рыбин: Если я правильно понимаю, у вас же очень большое количество клиентов, присутствовали стартапы. А как вообще их оцениваете: у вас какие-то скоринг-модели или что, или вы бизнес-план запрашиваете, особенно по этим стартапам?
12:24 Олег Сеньков: Да, хороший вопрос. Касательно бизнес-плана – на мой взгляд, нет смысла делать бизнес-план для малого бизнеса, по крайней мере, мы считаем, это бесполезно. Лизинг тем-то и особенный, что базовая идёт ставка на актив, базовая, но, чем ниже ликвидность актива – на оборудование она всегда не очень высокая, – перекладывается анализ на анализ бизнес-модели. То есть, если эта компания занимается общепитом, например, сдаёт кофемашину в аренду, если мы уже про кофемашины говорим, и есть какой-нибудь город или регион, где нужны ещё им кофемашины для масштабирования, мы понимаем, как у них работает их бизнес, и готовы для масштабирования это выдать. Бизнес-план, конечно, не запрашиваем, но смотрим на кредитную историю фаундеров этого проекта. То есть, в основном, первое – это чтобы соответствовали декларируемые ОКВЭД деятельности компании и для чего берётся оборудование, и второе – это кредитная история и какой-то негатив. Если его нет, то никаких стоп-факторов выдавать нет.
13:30 Александр Рыбин: Финтех – а почему вы финтех-компания, в чём этот финтех состоит?
13:35 Олег Сеньков: Да, это хороший вопрос. Мы изначально, когда создавалась компания… Что такое вообще финтех? Есть разные сферы финтеха: есть платёжная функция, то есть, какие-то автоматизации именно платежей, если мы говорим про финансы; сохраняющая функция – это какие-то приложения, которые позволяют инвестировать, что-то ещё масштабировать. Мы выбрали для себя сферу кредитования. Кредитование – это, по сути, заработок на привлечении денег и выдаче этих денег каким-то клиентам, то есть, сделать эту услугу доступной. В лизинге – почему наша компания так отличалась, работает вроде как со стартапами, с малым бизнесом и с маленьким чеком – действительно, если не добавлять технологии, то это дорого. Многие компании не работают и даже не рассматривают чеки – если мы берём про лизинговые – ниже 3 миллионов, кто-то ниже 500 тысяч не опускается, а мы работали от 100 000 рублей. Соответственно, за счёт чего это происходит – за счёт того, что технологии позволяют обрабатывать большое количество клиентов. То есть, мы, если посмотреть наши рынки по количеству клиентов, находимся сильно выше топ-50 компаний, хотя по объёму сделок, я думаю, что наше значение ниже, или по лизинговому портфелю. Мы постоянно модернизируем нашу вот эту IT-систему, у нас собственные разработчики, мы тратим на это деньги – может быть, будет на эту тему вопрос, – что нам позволяет, в общем-то, если мы что-то автоматизировали – это касательно скоринга, онбординга клиентов, выдачи, передачи предметов лизинга – упростить этот сервис и для клиентов, и для поставщиков. Наша цель в том, чтобы сделать этот сервис удобнее, и в этом, в общем-то, и есть финтех.
15:15 Александр Рыбин: У вас выручка, в принципе, растёт достаточно активно – в 3 раза, по-моему, выросла за последние 2 года. А что вам мешает – я утрирую, конечно, – в 10 раз увеличить свою ручку при тех же издержках? Потому что финтех в том и состоит, что издержки более-менее фиксированы и не ограничено поле для роста выручки.
15:34 Олег Сеньков: Кстати, мы недавно с Дмитрием анализировали, как раз рост выручки заметен, а рост затрат сильно меньшим темпом, по крайней мере, и по количеству персонала, и по количеству затрат на персонал. Мы не берём сейчас процентные расходы – они пропорциональны привлечённым средствам. Что касается кратно увеличить – этот темп у нас и так достаточно высокий, мы ежегодно приращиваемся, и у нас постоянно случаются какие-то казусы в экономике: то у нас был ковид, когда малый бизнес, в общем-то, сильно пострадал и был закрыт, и это не влияло от бизнес-модели, выбранной предпринимателем; потом СВО, повышение ключевой ставки – то есть, постоянно малый бизнес находится в таком, скажем так, в боеготовности к каким-то изменениям. Поэтому мы стараемся достаточно аккуратно двигаться и, например, планируя следующий год, мы не закладываем кратный рост. Да, мы хотим до 100% расти, но плавно.
16:36 Александр Рыбин: Да, мне кажется, сейчас основной риск как раз для малого бизнеса есть, что с ростом этой ставки и с ростом зарплат… хотя рост зарплат – это как раз и рост доходов клиентов и всего этого общепита. Не знаю, посмотрим. Наверное, последний вопрос по бизнесу: вы проводили рекламную кампанию на «Вести FM» – а зачем она вообще и как она – эффективна, нет?
16:58 Олег Сеньков: Хороший вопрос. Это был эксперимент, и мы много разных рекламных кампаний проводим, экспериментируем, анализируем. Достаточно эффективна была рекламная кампания, и почему мы это делали – мы столкнулись с тем, что, действительно, предприниматели достаточно хорошо знают, что такое лизинг автотранспорта, и многие знают, а то, что можно брать в лизинг оборудование какое-то, даже, не знаю, видеотехнику, компьютерную технику, вообще всё остальное – многие не знают. Мы собирали этот трафик – он достаточно хорошо себя проявил.
17:28 Александр Рыбин: Сейчас вы выдаёте КС+, вы точно не сказали сколько, ну, хорошо, КС+10%- КС+15% – это примерно 31-36%. А если будет КС 25%, вы будете выдавать под те же самые 35-40%, или уже народ не возьмёт, или народу, в принципе, 30-35-40 – уже не принципиально?
17:50 Олег Сеньков: Я думаю, что принципиально. Мы ожидаем охлаждения спроса, но на самом деле эта ключевая ставка же ещё и влияет на удорожание оборудования. То, что мы видим, все поставщики, из-за валютного курса оборудование может в течение недели… С чем мы сталкиваемся: сегодня одна цена, через неделю она уже на 10% дороже, и какая разница, какая ставка – она вообще не влияет. То есть, поставщик говорит: «Если ты заказываешь оборудование – это дешевле, если ты хочешь из наличия – это дороже», и плюс-минус 30% на оборудование. Это же мы не говорим, почти всё оборудование есть разного бренда, разного качества: есть европейское, как и раньше было, есть китайское – оно дешевле, то есть, это на выбор клиента. Мы думаем так, что наша задача – сделать доступным, если человеку выгодно – он берёт, если не выгодно – не берёт, вот и всё. И мы точно так же свой бизнес строим: больше привлекаем кредитных ресурсов, чуть меньше их привлекаем – будем ориентироваться по рынку. Я думаю, что будет охлаждение на таких ставках.
18:52 Александр Рыбин: Есть там ещё вопросы по бизнесу, но мы так уже сами собой перешли к рефинансу. А если будет охлаждение, вы куда будете направлять – как раз на погашение?
19:00 Олег Сеньков: Нет, на самом деле как работает бизнес-модель наша, по крайней мере: мы получаем ежедневную выручку, то есть, у нас, так как большое количество клиентов, сам платёж не очень большой, но он поступает ежеминутно, эта выручка в течение дня накапливается. Мы эти же деньги используем для финансирования новых сделок и, если их не хватает, можем привлекать какие-то кредитные линии. Но наша компания всегда, и были такие вопросы, почему мы только, например, привлекаем облигации. Раньше это было удобно, но на следующий год ещё посмотрим, будет ли это удобно.
19:32 Александр Рыбин: Потому что это фиксы и вы можете прогнозировать свои издержки, да?
19:34 Олег Сеньков: Да, а с плавающей ставкой мы привлекаем ресурсы, они у нас лежат на депозитах, но не то чтобы это выгодно. Поэтому, что касается рефинанса, всегда есть возможность, например, если у нас какой-то cash positive в месяц образовался, оставлять деньги на депозитах – сейчас очень высокие ставки по депозитам. Да, есть, конечно, negative сarry, то есть, по бондам мы платим больше, на депозите они лежат чуть дешевле, но это в рамках управления ликвидностью – Дмитрий этим занимается, это приемлемо. Поэтому в основном эти деньги, как мы прогнозируем, в следующем году, если будет охлаждение спроса, мы как раз идём в автосегмент – там мы не думаем, что будет прямо кардинальное охлаждение спроса. Поэтому здесь чуть снижаешь ставку – выдачи растут, ставку поднимаешь или подкручиваешь условия аванса и так далее – выдачи падают. Это управляемый процесс.
20:24 Александр Рыбин: По просрочке. Рейтинговое агентство пишет, что эта доля снижается, но, во-первых, почему; во-вторых, а сколько она сейчас примерно в деньгах и в процентах от вашего портфеля? И, собственно говоря, что у вас с резервами, сколько они примерно у вас тоже составляют? Их как-то можно в отчётности увидеть? Извините, что набросал сразу кучу вопросов.
20:46 Олег Сеньков: Так, хороший вопрос. Что касается просрочки, действительно, она, как мы ранее говорили, она была порядка 8% – это дефолтные сделки. Мы уже несколько лет, готовя отчётность ежегодную, создаём резервы, и на самом деле в пояснительной записке к отчётности эти резервы есть, они делятся на две части.
21:07 Александр Рыбин: По РСБУ, да?
21:08 Олег Сеньков: Да, по РСБУ, но мы сделали в этом году, у нас есть отчётность МСФО за 3 года, там тоже они отражены, и они являются «прочими расходами». То есть, если мы посмотрим вторую форму баланса, там есть «прочие расходы», и вот в «прочие расходы» попадают резервы, которые у нас составляют две части. Первая – это резервы по уже существующей дебиторке: это судебка, то есть, если судебная дебиторка, дебиторка более 360 дней, по ней мы создаём резервы, и они у нас сформированы. Дим, на конец прошлого года сколько там было?
21:41 Дмитрий Будняев: Они в размере 85 миллионов где-то.
21:43 Олег Сеньков: В общем, где-то порядка 85 миллионов – это было на конец прошлого года, и они формируются из чистой прибыли, то есть, чистая прибыль уменьшена на эти резервы. И второе, что мы уже формируем не первый год, – это ожидаемые кредитные убытки. Там достаточно сложная формула идёт расчётов, мы используем стандартизированную методологию, которую нам, кстати, МСФО подтвердило. Там 4 бакета: просрочка до 30 дней, до 60, до 90 и, соответственно, дефолт – и ожидаемые кредитные убытки рассчитываются на рабочий портфель, то есть, вот на тот ЧИЛ, который тоже есть в балансе. Вот этот резерв тоже сформирован из чистой прибыли и по прошлому году, но и в течение всех кварталов этого года мы увеличиваем, то есть, чем больше ЧИЛ и растёт портфель, тем подрастает вот этот размер ожидаемых кредитных убытков, и пересчитываем его раз в квартал. Поэтому по итогам этого года они тоже будут сформированы, мы все три квартала их формировали, и в пояснительной записке это раскроем.
22:41 Александр Рыбин: Тут пара вопросов, планируете ли вы дальнейший рост, но в том числе вопрос: у вас не было ещё ни одного года с положительным денежным потоком. Понятно почему – потому что вы росли, вы увеличивали портфель, соответственно, но сейчас не время для роста, и Вы сами сказали, что, скорее всего, будет подмораживание. А вы как 2025 год оцениваете: у вас операционный денежный поток будет положительный, отрицательный, нейтральный?
23:06 Олег Сеньков: По поводу операционного денежного потока тезис, что у нас он был отрицательный все эти годы, – смотря от какой деятельности. Есть же деятельность операционная – от операционной деятельности у нас всегда он был положительный, то есть, наша компания последние годы всегда работала с положительным денежным потоком. А от инвестиционной деятельности он, действительно, отрицательный – мы наращиваем портфель, привлекли кредиты и вкладываем их в сделки. Чистая прибыль же не может формироваться у компаний, у которых отрицательный денежный поток, и тем более мы же предыдущие годы даже выплачивали дивиденды несколько лет подряд. Чистая прибыль, которая формирует капитал компании, она растёт, то есть, на 9 месяцев мы достигли 500 миллионов, но нам это нужно для дальнейшего участия в программах субсидирования оборудования Минпромторг и так далее.
23:54 Поэтому все эти годы, последние, по крайней мере, два года у нас был положительный денежный поток от операционной деятельности, а от инвестиционной – отрицательный. Мы наращиваем кредитный портфель за счёт облигаций, и здесь какие метрики мы используем в этой части: мы смотрим на рынок, и рейтинговое агентство это отмечало, что у нашей компании достаточно для рынка низкая закредитованность по сравнению с капиталом. Логика следующая: мы используем наш капитал, некий мультипликатор, и смотрим, какой максимальный долг мы можем получить, и отсюда выстраиваем, например, бизнес-план на следующий год. То есть, сейчас у нас долг порядка…
24:33 Александр Рыбин: А какой максимальный долг Вы можете… Вот у вас есть 1 рубль капитала – какой максимальный долг вы на него можете получить, по-вашему?
24:39 Олег Сеньков: Если в среднем по отрасли смотреть – 1:7, если посмотреть такой средний показатель.
24:43 Александр Рыбин: У вас он 1:3?
24:44 Олег Сеньков: У нас сейчас 1:3, да. Мы для себя видели комфортный уровень 1:5, то есть, мы думаем, что ещё при капитале 500, но он же из квартала тоже подрастает, и возможность тоже потихонечку увеличивается. Сейчас наш net debt (чистый долг) – порядка 1,7 миллиарда, то есть, мы думали, что до, например, 2,5-2,7 он может быть. У нас есть достаточно хороший запас, и рейтинговое агентство, кстати, это тоже отмечает.
25:11 Александр Рыбин: Я уточню: вы чистый долг считаете классически: кредиты минус кэш на счетах?
25:18 Дмитрий Будняев: Да, абсолютно, да.
25:20 Олег Сеньков: Но обычно мы кэш на счетах не держим, он у нас управляем.
25:24 Александр Рыбин: Нет, я понимаю, просто есть люди, которые и финансовые вложения считают кэшем.
25:28 Дмитрий Будняев: Нет, это не про нас.
25:33 Олег Сеньков: Нет, у нас только деньги.
25:36 Александр Рыбин: И всё-таки 2025 год вы как, вы будете растить портфель, скорее всего, или, скорее всего, он пока так и останется вот на этом уровне?
25:45 Олег Сеньков: Мы сейчас рассматриваем как раз бюджет на следующий год, заложили новую среднюю ключевую ставку, заложили увеличение…
25:54 Александр Рыбин: А какую, сколько, по вашему расчёту?
25:56 Олег Сеньков: 21,3% у нас средняя, да, или сколько заложена?
25:58 Дмитрий Будняев: Думаю, что, да, 21%.
25:59 Александр Рыбин: 21% по 2025 году?
26:00 Олег Сеньков: Мы ориентируемся, честно говоря, на данные ЦБ, тут, мне кажется, угадать невозможно.
26:06 Дмитрий Будняев: Конечно, они растут вместе с каждым новым заседанием.
26:10 Олег Сеньков: Мы хотим темпы в оборудовании сохранить, то есть, те объёмы, которые мы в этом году сделаем, сохранить и прирасти за счёт авто.
26:19 Александр Рыбин: То есть, в оборудовании оставить портфель текущий, без особого роста?
26:23 Олег Сеньков: Так как он выгашивается, мы всё равно должны по нему новые сделки заключать.
26:24 Александр Рыбин: Да, я понимаю, я имею в виду, его уровень не увеличится, а добавится авто.
26:29 Олег Сеньков: А за счёт авто подрасти, да.
26:32 Дмитрий Будняев: Уровень нового бизнеса не увеличится, а портфель увеличится. Это уровень нового бизнеса мы планируем на уровне текущего года.
26:42 Александр Рыбин: Да, я понимаю, то есть, портфель в результате останется на уровне текущего года.
26:46 Олег Сеньков: Нет, он должен вырасти.
26:46 Дмитрий Будняев: Нет, портфель вырастет. Я же говорю, портфель должен увеличиться, это именно по новому бизнесу мы планируем.
26:51 Александр Рыбин: Сейчас тогда, извините. Вот, грубо говоря, у вас чистые инвестиции в лизинг на 30 сентября – 1 800 000 000. Возможно, за четвёртый квартал они увеличились, но не суть. Я правильно понимаю, что…
27:02 Дмитрий Будняев: Они увеличатся.
27:03 Александр Рыбин: …что за счёт автомобилей они увеличатся, а за счёт текущей деятельности они останутся примерно на том же уровне?
27:09 Дмитрий Будняев: Нет, текущее оборудование мы планируем тоже увеличить, плюс авто.
27:16 Александр Рыбин: Понятно.
27:16 Дмитрий Будняев: Всё-таки портфель должен увеличиться, планируем, по крайней мере. Мы на самом деле заложили несколько вариантов развития событий. Мы же тоже не понимаем даже приблизительно, что там ЦБ завтра-послезавтра выйдет и скажет, поэтому мы несколько вариантов рассматриваем.
27:36 Александр Рыбин: Вроде по бизнесу всё, про изъятие мы поговорили. Два вопроса по отчётности чисто технических. Рост нематериальных активов с 3 миллионов в 2022-м до 53-х на конец 9 месяцев 2024-го – я так понимаю, что это в основном программное обеспечение – Arenza.CRMPro. А кто был его разработчиком, соответственно, кому за него платили?
28:01 Олег Сеньков: Как я уже сказал, у нас изначально была собственная команда разработки, она продолжает работать: это и продакт-менеджеры, и разработчики и CRM-системы, и внешних сервисов интеграции – сейчас достаточно много регуляторики, которую мы должны выполнять, – и, естественно, 1С. То есть, у нас попадают как раз в нематериальные активы расходы, связанные с доработкой 1С, – там много что надо было поменять и с ФСБУ 25/2018, и с передачей БКИ, и с Финмониторингом. Ряд функций у нас аутсорс, мы как раз туда капитализируем эти расходы – я думаю, что со следующего года уже начнём их потихонечку амортизировать, – и, соответственно, часть разработки, которая создаёт новый продукт. То есть, разработка делится на поддержку текущих сервисов и новые сервисы – новые сервисы туда попадают, поэтому и вот эта статья активов выросла.
28:57 Александр Рыбин: Если говорить про корп.управление, прежде всего, про «Систему». У «Системы» 25%, плюс 4 физлица, «Корпфинсистема» ещё 3% владеет. А вообще какова роль «Системы»? Понятно, что они, наверно, есть в совете директоров, но какова их роль, тем более что в протоколах совета директоров часто можно увидеть блокировку решений одним или двумя голосами?
29:19 Олег Сеньков: Что касается АФК «Система», здесь нужно рассказать про неоценимую поддержку именно в части корпоративного строительства: у нас есть Устав, комитеты, правление, они действительно там участвуют, и совет директоров. Мы не так часто выносим вопросы на совет директоров – всё, что касается Устава, – поэтому не было такого, что какие-то вопросы блокируются. Просто один из последних вопросов был по кредиту Банка МСП, мы его очень оперативно выносили, и пришлось пересогласовать, то есть, мы утверждали именно финальную текстовку, к которой возникли вопросы, и проще было его отменить. И вот недавно этот совет директоров прошёл, все проголосовали единогласно, и соглашение мы заключили с МСП Банком на следующий год. Поэтому их работа именно в части саппорта и поддержки, но она постоянно ведётся в режиме реального времени, мы на связи. Каких-то дополнительных ограничений или же, наоборот, негативного влияния нет.
30:19 Александр Рыбин: Я сейчас обращу внимание слушателей, что наличие такого минора, конечно же, полезно в том, что очень сильно мешает менеджменту выдавать займы куда-то налево, и так далее, и делать всякие вещи, которые мы часто видим у наших эмитентов. А 300 миллионов рублей в 2019 году в капитал – это были кэш «Финанс Система»?
30:43 Олег Сеньков: Нет. Всё, что связано, это был как раз cash-in – все акционеры-физические лица вложили и в том числе «Система», то есть, «Система» вложила 208 миллионов.
30:54 Александр Рыбин: А как так получается тогда просто? Добавочный капитал – 191 миллион. А, вот его она и вложила, по сути, да?
31:04 Олег Сеньков: Да, а до этого он был тоже сформирован текущими акционерами.
31:08 Александр Рыбин: Да, до этого понятно. А вы будете ещё дивиденды платить в этом году?
31:12 Олег Сеньков: В этом году мы не будем платить дивиденды.
31:13 Александр Рыбин: Не в этом году, я имею в виду, в 2025-м, извините.
31:16 Олег Сеньков: Да, в 2025 году мы будем смотреть на задачи компании. Мы платили дивиденды, когда у нас не было такого дорогого долга, как сейчас он есть, и сейчас представляется более выгодным мультиплицировать и вкладывать положительный капитал, который формируется за счёт чистой прибыли, в новые сделки, потому что выплата дивидендов – это налоговые расходы достаточно большие. Поэтому сложно сказать, но будем смотреть на следующий год, по итогам года какая у нас получится чистая прибыль, будем это обсуждать, но каких-то значительных выплат мы не планировали.
31:48 Александр Рыбин: Я понимаю, что на фоне всей АФК вы небольшие, но тем не менее. Насколько велик риск, что, грубо говоря, АФК к вам придёт и скажет: «Давайте отдавайте мне все деньги, которые можете и не можете, мне потому что нужно Segezha спасать»?
32:02 Олег Сеньков: Тут вопрос такой, что у нас невозможно взаимное кредитование, потому что это сразу будет сделка с заинтересованностью и её будут одобрять акционеры не АФК. Любая сделка с заинтересованностью, если контрагент заинтересован, он не участвует в голосовании, поэтому маловероятно такое может произойти. Что касается дивидендов, тут сложно сказать, но, мне кажется, мы не спасём или как-то существенно не окажем на прибыль «Системы» особо дивидендами.
32:30 Александр Рыбин: Давайте тогда перейдём к фондированию. А вообще у вас много рефинанса в декабре и в 2025 году?
32:38 Олег Сеньков: Я вкратце скажу по декабрю: мы как раз последний выпуск облигаций размещали и часть денег отложили на рефинанс, который у нас планируется через 2 недели, – это будет полное погашение первого выпуска облигаций и частично погашение одного из текущих выпусков.
32:54 Александр Рыбин: То есть, на него вы деньги уже отложили?
32:55 Олег Сеньков: Ну да, они давно есть, но это как-то несущественная сумма, поэтому она будет, естественно, погашена. Что касается следующего года, Дима, расскажешь тогда, какой у нас план? Там будет намного меньше погашения, чем было в этом году, то есть, в этом году было достаточно существенное погашение по некоторым нашим существующим облигациям. Расскажи тогда, какие у нас планы по следующему году.
33:17 Дмитрий Будняев: Да, всё правильно Олег говорит. Текущих амортизационных погашений по следующему году будет намного меньше, чем в этом году, но в ноябре следующего года запланирована оферта по одному из наших выпусков текущих – там сумма 300 миллионов рублей. Мы планируем проходить эту оферту, то есть, думаем, что мы её будем проходить уже в полном объёме. В том числе для этих целей мы заключаем кредитные линии дополнительные, чтобы была какая-то поддержка со стороны банков. Ближе к ноябрю мы ещё посмотрим какие-то варианты из банковского сектора, а вот на данный момент у нас заключен на следующий год договор с МСП Банком.
34:10 Александр Рыбин: Извините, а можно сейчас – я к МСП вернусь – очень-очень примерно: понятно, что у вас ЧИЛ сколько – 1,8, долгов примерно…
34:24 Дмитрий Будняев: Там меньше.
34:25 Александр Рыбин: Понятно, что вы не можете выгасить весь портфель и погасить все долги, потому что бизнес рухнет, то есть, можете, но это уже, считай, закрытие бизнеса.
34:35 Александр Рыбин: А сколько примерно, так вот, навскидку, вы безболезненно можете вытащить за месяц-два, если, предположим, банки не будут давать денег, чтобы как-то разрулить?
34:47 Олег Сеньков: Я могу здесь прокомментировать. Та отчётность, которую мы видим, и выручка, которая попадает в отчётность, – это именно процент на доход бухгалтерский, то есть, текущее погашение в месяц, погашение портфеля, мы сейчас находимся на уровне 200 миллионов в месяц.
35:01 Александр Рыбин: Это проценты или это проценты плюс долг?
35:03 Дмитрий Будняев: Это всего.
35:03 Олег Сеньков: Это проценты плюс долг. Но так как у нас при погашении лизинговых платежей нет обязательств банкам гасить какие-то части платежей, то есть, всё это оформлено в виде облигаций, то за 2 месяца это будет порядка 350-400 миллионов сбора. То есть, если мы их не будем реинвестировать, вот скорость сбора – 50 миллионов в неделю будет поступать.
35:22 Александр Рыбин: То есть, теоретически вы сможете направить на погашение, если…
35:25 Олег Сеньков: Да. Что касается вот этой оферты, Дима правильно сказал, что это будет ноябрь. Планы такие, что будем смотреть март-апрель, как будет развиваться ситуация на денежном рынке.
35:35 Александр Рыбин: До ноября ещё долго.
35:36 Дмитрий Будняев: Да, мы ранее говорили о том, что у нас несколько вариантов бюджета заложено на следующий год, всё будет зависеть от ставки, естественно, ЦБ. Будем смотреть, сколько мы сможем, как мы сможем размещать денежные средства, соответственно, в сделке. И как раз вопрос дополнительного фондирования – будем смотреть уже ближе.
36:00 Александр Рыбин: Был вопрос, почему 22 ноября не было принято решение совета директоров, но вы уже сказали – потому что просто корпоративные процедуры были не до конца оформлены. Насколько я понимаю, как раз решение было принято, и в пятницу вы подписали на 1 300 000 000 договор с МСП. Я не спрашиваю про ставки, я понимаю, что они… Там какой срок и какое целевое назначение, то есть, на что вы можете, на что не можете тратить? Это кредит или это НКЛ?
36:28 Дмитрий Будняев: Это кредитная линия, это НКЛ – невосстанавливаемая кредитная линия, она на срок 5 лет. Целевое использование – пополнение оборотных средств, но с целью именно покупки лизингового имущества, с целью дальнейшей его реализации.
36:46 Александр Рыбин: То есть, на деньги в случае чего вы сможете растить портфель, а поступления из портфеля вы сможете тратить на погашение.
36:52 Дмитрий Будняев: Да, а поступления из портфеля мы, да, тратим на погашение – такой план, да, вы раскусили нас.
36:57 Александр Рыбин: У вас погашение на 600-700 миллионов в ближайшие 12 месяцев.
37:00 Дмитрий Будняев: Где-то так. Нет, 12 месяцев… А, с учётом этих 300 – да, всё так.
37:07 Александр Рыбин: А 1 300 000 000, получается, как раз там 700 миллионов примерно на… А когда вы их собираетесь использовать, вот эти 700 – в ближайшее время или постепенно?
37:17 Дмитрий Будняев: 700? Мы сейчас про какие 700?
37:19 Александр Рыбин: Я имею в виду, примерно 600, которые… то есть, те деньги, которые поверх рефинанса 2025 года. Вы их в ближайшее время планируете использовать или так, постепенно?
37:29 Олег Сеньков: У нас плавная выдача, то есть, у нас нет такого, что надо прямо резко портфель, мы все сделки, то есть, нет каких-то крупных сделок, которые мы выходим за рамками нашего лимита 2% от портфеля на одного клиента.
37:41 Александр Рыбин: И у вас, наверное, КС+ тоже, да, ставка рефинансирования?
37:45 Олег Сеньков: Конечно, да, плавающая, да, конечно, ставка плавающая, и надо сказать, что на конец года у нас будет доступных кредитных линий, кроме МСП, – это 1,7 миллиарда. У нас есть ещё МБЭС, есть ещё дополнительный займ, он не выбран, но он доступен. То есть, всего в следующий год мы выходим…
38:00 Александр Рыбин: Займ, который от «Система»?
38:02 Олег Сеньков: Нет, это не от «Системы», а от другого акционера, соответственно, он тоже заранее был одобрен, он доступен для…
38:09 Александр Рыбин: Извините, а кто у вас акционеры?
38:13 Александр Рыбин: Понятно, то есть, какой-то состоятельный человек просто?
38:17 Александр Рыбин: Вы не готовы комментировать?
38:19 Олег Сеньков: Нет смысла, я просто не знаю, будем ли мы это, должны ли будем раскрывать в отчётности, но мы эти деньги как резерв можем использовать, если нам это надо. Но, как я уже сказал, пока план такой, что каждый месяц сумма планируемого сбора везде в три раза превышает наши обязательства по выплате процентов или тела.
38:38 Дмитрий Будняев: Кроме оферты.
38:40 Олег Сеньков: Оферта, да, но это будем смотреть через год.
38:43 Александр Рыбин: Вопрос – не знаю, насколько вы тоже готовы комментировать – про «Систему». У вас был займ от «Системы Телеком Активы» на 150 миллионов – вы его вернули. Я правильно понимаю, что от «Системы» в ближайшее время денег вы, скорее всего, не получите?
38:59 Дмитрий Будняев: Нет такой необходимости.
39:00 Олег Сеньков: Нет такой задачи, не стояла, с такими даже просьбами не обращались, потому что логикой «Системы» была инвестиция в некий бизнес, его рост, качественное улучшение, и не задача – финансирование. Я насколько знаю, «Система» сама привлекает средства.
39:15 Александр Рыбин: Опять же, такой вопрос: понятно, что вы за «Систему» не можете отвечать, но насколько велика вероятность, что в случае какого-то кассового разрыва они помогут?
39:25 Олег Сеньков: Мы на это не рассчитываем и бизнес строим так, чтобы не было таких ситуаций.
39:30 Александр Рыбин: Тут ещё был вопрос, почему у вас в структуре фондирования почти 100% облигаций, но, в принципе, вы уже ответили – потому что это был фикс, с ним было удобно, и сейчас у вас…
39:39 Дмитрий Будняев: Он в принципе удобный инструмент, как инструмент он более удобный.
39:40 Александр Рыбин: …и сейчас у вас это как раз…
39:44 Дмитрий Будняев: А сейчас мы будем смотреть на ставки, соответственно, по рынку.
39:45 Александр Рыбин: …на смену приходят кредиты.
39:47 Александр Рыбин: Я вот сегодня как раз слушал выступление, там как раз говорили, что, в принципе, кредитный и облигационный рынок – это такие, перетекающие сосуды.
39:56 Дмитрий Будняев: Так и есть. Мы когда выходили, например, на облигационный рынок в 2021 году, тогда были ставки по кредитам более интересны, а дальше всё поменялось, сейчас, может быть, обратно польётся.
40:08 Александр Рыбин: В декабре 2024-го у вас 300 миллионов кончается с ТКБ. Вы их погасили или уже нет?
40:13 Дмитрий Будняев: Да. А мы их и не выбирали особо, то есть, мы выбирали на период, пока мы не разместили облигации; как только размещали облигации, мы гасили этот займ, и у нас линия на самом деле практически весь этот год была доступна, свободна.
40:30 Олег Сеньков: Сейчас задолженности перед ТКБ нет.
40:32 Дмитрий Будняев: Да, ноль.
40:32 Александр Рыбин: Я ещё хотел спросить, планируется ли участие МСП в новых выпусках, но я так понимаю, что вообще сами новые выпуски пока под вопросом.
40:40 Дмитрий Будняев: Под вопросом, да. МСП поучаствовал в трёх.
40:43 Александр Рыбин: Текущие тоже, наверное, как есть, так и есть?
40:46 Дмитрий Будняев: Да, на самом деле мы так и рассчитывали, то есть, не было такого плана, чтобы собрать. Во-первых, мы прекрасно понимали, что мы идём в неквальский рынок, что его сильно мало, но и как размещать полученные средства в сделке, мы тоже не сильно понимали. То есть, мы как раз выходили на заседание этого ЦБ, то есть, в момент заседания ЦБ мы выходили на рынок, мы не понимали, какая будет ставка. Прогнозы были, конечно, определённые, но что будет дальше, мы не знали, поэтому мы выходили с тем, чтобы забрать то, что сейчас есть, и то, что сейчас нам необходимо, – оно нам сейчас и пригодилось, в том числе и погашение тех двух выпусков, которые сейчас у нас.
41:33 Олег Сеньков: Мы на самом деле, если про этот выпуск сказать, что мы ожидаем, конечно, хотели бы его завершить положительно, доразместить полностью, но, если это не получится, ничего критичного не будет.
41:41 Александр Рыбин: Если послезавтра ставка будет 25%, то вы его точно не разместите.
41:46 Олег Сеньков: Но он же на самом деле зависит от «ключа», «ключ» плюс 5%, шансы есть.
41:52 Александр Рыбин: «Россети» выходит с КС+3%.
41:56 Дмитрий Будняев: Да, другое дело, что с ростом ставки растёт почему-то и спред.
42:41 Олег Сеньков: Да, спред тоже увеличивается.
42:02 Александр Рыбин: Я попробую суммировать очень коротко, правильно ли я понял. То есть, клиенты, в принципе, ставку переносят более-менее терпимо, потому что им что 30%, что 40% – разница, конечно, есть, но она уже не такая критичная. В то же время вы ожидаете некоего подмораживания рынка вашего, при этом вы планируете понемножку увеличивать текущий портфель, плюс планируется рост за счёт нового бизнеса – автомобили. У вас в будущем году примерно около 700 миллионов рублей погашений, при этом вы сейчас подписываете линию – подписали линию, извините – с МСП Банком на 1 300 000 000, соответственно, часть этих денег пойдёт на развитие нового бизнеса, часть – на погашение. Выгашивается у вас примерно, то есть, погашение плюс процент, примерно 150-200 миллионов рублей в месяц, то есть, это как бы резерв, который, даже если что-то, то вы оттуда деньги вытащите на какие-либо погашения. С АФК «Системой» отношения как с крупным миноритарным акционером, который, с одной стороны, следит за своими интересами, чтобы уважали его интересы, соответственно, и надлежащим образом себя вели, с другой стороны, ни он из вас деньги особо вытащить не может, ни вы на него особо не рассчитываете. Что-то, может, ещё добавите важное или, в принципе, это всё?
43:33 Дмитрий Будняев: Вот по лимитам там немножко больше у нас – там не 1 300 000 000, там у нас где-то 1 700 000 000 свободных лимитов сейчас.
43:38 Александр Рыбин: А, 1 300 000 000 – это МСП, плюс ещё 400 остальных?
43:41 Дмитрий Будняев: Да, да.
43:42 Александр Рыбин: Друзья, спасибо, что дослушали этот эфир. Лично мне было интересно, потому что у меня часть, не все, конечно, но часть опасений по лизингам убрались, снялись. Ну и передаю слово ещё Олегу.
43:59 Олег Сеньков: Да, Александр, спасибо, что нашли время к нам заехать. Всех поблагодарить хотел бы, кто слушал наш эфир, – спасибо за ваше время. Всех с наступающим Новым годом, надеюсь, что следующий год будет достаточно положителен, будет новый бизнес, новые заработки на инвестициях, поэтому всем успехов в следующем году!
- @goodbonds - обсуждаем облигации 24/7
- @goodbondsnews - новости и аналитика
- @bondholders - Ассоциация инвесторов АВО
