Хэдканон: 7 минут в раю
Персонажи: Шото Тодороки, Мидория Изуку, Каминари Денки и Бакуго Кацуки
Автор: Диван
Тодороки, казалось, не замечал нелепости ситуации, и его присутствие в тесном шкафу не вызывало ни малейшего дискомфорта. Он удобно устроился на полу, предложив тебе расположиться на нем, лицом к нему. И ты, с облегчением приняла его приглашение, искренне радуясь царящей в шкафу темноте. В этом сумраке он не сможет заметить румянец, предательски заливший твои щеки от столь близкого соседства. К тому же, духота в шкафу с каждой секундой становилась невыносимой, и ты отчаянно пыталась хоть как-то обмахнуться своей одеждой.
— Если хочешь, я могу помочь тебе охладиться? — спросил он, наблюдая за твоими тщетными усилиями.
Некоторое время ты колебалась, смущённая его предложением, но жара взяла верх, и ты несмело кивнула. В тот же миг, ты почувствовала ладонь на затылке, источающую приятный холод. Кончики его пальцев невесомо скользили по твоей спине, вызывая волну мурашек, сменяющих собой жар. А затем, он бережно зарылся пальцами в твои волосы, нежно перебирая пряди, словно пересчитывая звезды на ночном небе. Ты замерла, лишенная дара речи, лишь зачарованно наблюдая за Шото. Его глаза встретились с твоими, а затем его взгляд опустился на твои губы, словно спрашивая разрешения. И, получив безмолвный ответ, вновь встретился с твоим, ищущим одобрения. Ты не могла ответить иначе, чем кивком.
Твои ладони, словно по своей воле, поднялись и легли на его плечи, в то время как его губы коснулись твоих в легком, словно случайном прикосновении. Поцелуй был мягким и нежным, словно прикосновение крыла бабочки. И все его касания были пронизаны приятной прохладой, будто его прикосновения тушили пламя, полыхающее под твоей кожей. В вашем распоряжении оставалось ещё целых пять минут до наступления неминуемого разоблачения.
Парень, осыпанный созвездиями веснушек, словно танцор, исполнял неуклюжий танец смущения, переминаясь с ноги на ногу, словно боялся одним неверным движением нарушить хрупкий баланс момента. За этим представлением было забавно наблюдать: за его попытками сдержаться, за желанием раствориться в воздухе, лишь бы не нарушить твоё личное пространство. Но время тянулось, а его неловкость лишь нарастала, передаваясь и тебе.
Твоя рука, словно крыло поддержки, мягко легла на его плечо.
Твой шёпот, казалось, разнёсся эхом в замкнутом пространстве, нарушая тишину, подобно хрустальному звону. Встретившись с твоим взглядом, он облегченно вздохнул, тронув губы робкой улыбкой.
— Всё хорошо, просто немного неловко… так близко, – пробормотал он, усмехнувшись собственной смущенности и взъерошивая и без того непокорные кудрявые локоны.
Заметив непослушную прядь, запутавшуюся в его мягких волосах, ты невольно протянула руку, освобождая ее из плена. Твои пальцы, словно зачарованные, осторожно распутывали узелки, нежно касаясь кожи головы. Он замер, внезапно завороженный, и распахнутые глаза, цвета летнего неба, следили за каждым твоим движением. Твоя рука, словно по своей воле, скользнула дальше, по нежной коже щеки, убирая непослушную прядь, и в этот миг ты встретилась с его взглядом. В нём плескалось нечто большее, чем просто благодарность, что-то, заставившее твоё сердце пропустить удар. Осознав, что натворила, ты резко отдёрнула руку, охваченная волной внезапного смущения. Попытка отступить на шаг закончилась комичным провалом – запнувшись о собственные ноги, ты полетела вниз. Падения не последовало. Сильные руки, словно магниты, притянули тебя к себе, обхватив за талию, не позволяя коснуться земли.
Вы замерли, прижавшись друг к другу, словно два магнита, не смея нарушить хрупкое безмолвие. Твои ладони, дрогнув, легли на его шею, обвивая её с неуверенностью, а он продолжал крепко держать тебя за талию, утопая взглядом в твоих глазах. Казалось, время остановилось, растворяясь в тишине и напряжении, витавшем в воздухе. Реальность вернулась внезапно – дверь распахнулась, словно от взрыва, впуская в комнату визгливый восторг Мины. Её крик разнесся по всей комнате, заставляя вас обоих вздрогнуть и покраснеть до кончиков ушей. И все же, сквозь пелену смущения, ты почувствовала, как на твоих губах расцветает легкая, почти незаметная улыбка. Такая же, как и у смущенного Изуку, смотревшего на тебя с искренней радостью.
Парень, стоящий так близко, одарил тебя хитрой улыбкой, прижимая к холодной стене, словно тень, готовая поглотить. Его взгляд, горячий и оценивающий, скользнул по тебе сверху вниз, пока не вернулся к твоему лицу, ища в твоих глазах отражение его собственного желания.
Одно мимолетное касание его пальцев к щеке обожгло кожу электрическим разрядом. Лёгкость этого жеста, едва ощутимая, вызвала дрожь, пробежавшую по спине, и без того неровное дыхание сбилось, оставив лёгкое головокружение.
Голоса, доносившиеся из-за дверцы шкафа, стали глуше, растворяясь в тишине, нарушаемой лишь вашим участившимся дыханием и стуком сердец, отбивающих безумный ритм. В следующее мгновение, рука Денки скользнула на твою талию, притягивая ближе. Его губы, влажные и требовательные, накрыли твои, утоляя жажду, которой вы оба так долго противились. Руки, уверенно исследуя каждый изгиб твоего тела, словно лепили из тебя совершенное творение, подчиняя своей воле. Он чувствовал, как под его ладонями вспыхивает пламя, разгорающееся всё ярче, и от этого его движения становились смелее, настойчивее, увереннее в своей власти.
Разомкнув поцелуй, с трудом отрываясь друг от друга, вы оба жадно ловили ускользающие остатки воздуха, чувствуя, как мир кружится вокруг. Денки, тяжело дыша, усмехнулся, лениво заправив выбившуюся прядь волос за твоё ухо. Его взгляд, наполненный обещанием, прожигал насквозь, а губы шепнули искушающе:
Его ярость подпитывал каждый звук: смех ребят за дверью, назойливые голоса Мины и Денки, сама идея этой идиотской игры, на которую его умудрились уговорить. Духота шкафа, давящая, как грех, и ты, беспокойная, неспособная найти удобное положение на его коленях, – всё это было последней каплей. Сколько они так просидели? Минуты, казавшиеся вечностью, и гнев начал закипать в нем, грозя взорваться.
Ты попыталась немного изменить позу, устроиться удобнее на жестких коленях, но приблизиться к нему казалось верхом неприличия, да и просто пугало. Однако его руки, словно молнии, внезапно сомкнулись на твоих бедрах, лишая любой возможности пошевелиться. И тут же, нарушая границы, Кацуки притянул тебя к себе, цинично используя твою голову как опору. Его руки, сильные и властные, держали тебя в плену, что вызывало тихий протест, заглушенный лишь его угрозой, прозвучавшей хриплым шепотом:
Это прозвучало как приговор, последнее, что он позволил услышать перед тем, как откинуться на стенку шкафа, закрывая глаза. Ты смотрела на его напряженное лицо из-за его плеча, пытаясь прочитать его мысли, но долго так не выдержала. Решив, что риск невелик, ты облокотилась спиной на его грудь, ища хоть немного покоя, закрывая глаза от усталости.
Внезапное прикосновение, словно электрический разряд, заставило тебя вздрогнуть. Он провел рукой по твоей шее, оставляя за собой след мурашек. В порыве возмущения ты резко повернулась к нему лицом, готовая высказать всё, что думаешь об этих бесцеремонных выходках, но слова застряли в горле, оборвавшись при встрече с его взглядом. В нём не было и следа раздражения, лишь странное, завораживающее сияние, играющее на границе губ с усмешкой. Ты замерла, лишенная дара речи, когда он резко притянул тебя к себе, нагло и жадно завладев твоими губами. Поцелуй был грубым, даже жестоким. Он кусал твои губы до крови, вкладывая в этот напор всю свою страсть и нетерпение, а сильные пальцы сжимали талию до болезненного хруста костей. Но эта боль, странным образом, только распаляла, лишая воли сопротивляться. Он не давал передышки, не позволял вдохнуть, притягивая всё ближе, словно боялся, что ты исчезнешь. Одна его рука, хищно вцепившись в твои волосы, слегка тянула их у корней, доставляя сладостное покалывание. Возможно... Возможно, ты не вызывала в нем такого уж сильного отторжения, как казалось?
