Гениальный убийца-одиночка
Канхо и Аяне прибыли в Германию.
Благодаря комфортному перелёту оба выглядели отдохнувшими.
Как и было обещано, их встречал Ларс Абель — представитель гильдии «Старк» и тот самый человек, который пробудил интерес Кан‑ху.
— Для меня честь приветствовать столь известных наёмников из Кореи и Японии. Я Ларс Абель, заместитель главы гильдии «Старк».
Они обменялись приветствиями на английском, а затем слегка обнялись. Как и ожидалось, английский был универсальным языком.
Ларс выглядел в точности так, как описывалось в оригинальной истории: на нём был костюм, сшитый на заказ. С головы до ног каждый элемент его наряда — от люксовых брендов. Аккуратно уложенные с помощью помады волосы, зачёсанные назад, производили сильное впечатление.
Со своими короткими светлыми волосами и голубыми глазами он идеально соответствовал стереотипному образу западного человека.
Проверка данных его Созвездия подтвердила: он специализировался на классе типа «берсерк», как и говорилось в оригинальной истории.
— Отправимся сразу в подземелье? Обсудим дела по дороге. Полагаю, ваше время ценно.
Следуя за Ларсом, Канхо и Аяне двинулись вперёд.
Перед аэропортом их уже ждал роскошный бронированный лимузин.
На первый взгляд он был как минимум в десять раз внушительнее того бронированного лимузина, которым Канхо пользовался в Корее.
Он не просто был пуленепробиваемым — в нём имелись защитные механизмы, способные дать отпор внешним угрозам.
За счёт маны, извлекаемой из магических камней, конструкция могла концентрировать и выпускать ману подобно энергетической пушке.
На таком уровне назвать этот автомобиль мобильной крепостью вовсе не было бы преувеличением.
Его наверняка изготовил искусный мастер, хотя вряд ли это была работа Ким Шинрён.
В конце концов, в мире насчитывалось около десяти прославленных ремесленников, способных на такие модификации, — скорее всего, это дело рук одного из них.
Когда они оказались внутри лимузина…
То ли из‑за правила «сначала дамы», то ли из‑за намеренной попытки отложить обсуждение главного вопроса, Ларс начал разговор с Аяне.
Не похоже было, что она его особенно интересовала. Скорее, он поддерживал беседу из чувства долга.
Он задавал множество вопросов, но в его взгляде не было настоящего интереса к Аяне.
Затем, когда их разговор подошёл к концу…
В тот момент, когда Ларс обратился с вопросом к Канхо, атмосфера в машине словно наполнилась новым теплом.
— Как обстоят дела в Корее? Как вы знаете, в Германии территории строго разделены, из‑за чего фракциям сложно вмешиваться в дела друг друга.
Как Ларс и сказал, в каждом регионе Германии прочно закрепились свои силы, из‑за чего конфликтов возникало сравнительно меньше.
Поскольку баланс сил был выстроен, никто не осмеливался его нарушать. Хотя, разумеется, этот мир был весьма хрупким.
— Как вам известно, коалиция под руководством гильдии Чонхва ведёт борьбу с группировкой полевых командиров — с «Бездной».
— Я слышал, что «Бездна» недавно устроила взрыв на складах и тренировочных объектах гильдии Чонхва в Сеуле.
— Да, похоже, их система безопасности была скомпрометирована.
Тот факт, что такой человек, как Ларс, называл атаку «Бездны» «террористическим актом», заставил Канхо кое‑что осознать.
Это наглядно показывало, насколько глубоко укоренилась пропаганда гильдии Чонхва.
Большинство людей в Корее уже воспринимали «Бездну» как воплощение зла, а гильдию Чонхва — как защитницу справедливости.
Если ситуация внутри страны складывалась именно так, то за рубежом, где информация проходила ещё более жёсткую фильтрацию, сомневаться в этой картине не приходилось вовсе.
Это не было ошибкой или неверным суждением Ларса. Это служило свидетельством успеха внешней стратегии гильдии Чонхва и Чан Ши Хвана.
— Лично я весьма разочарован гильдией Чонхва. Ведь очевидно, что это была работа инсайдера, не так ли? Гильдия, которая не способна навести порядок внутри, никогда не выиграет войну с внешними силами.
— Я вижу в этом истинное лицо гильдии номер один в Корее.
Канхо ответил сдержанно, пристально наблюдая за реакцией Ларса.
В оригинальной истории Ларс всегда был благосклонен к гильдии Чонхва.
Именно поэтому, когда позже он получил предложение о вступлении в «Тринадцать Звёзд» от Чан Ши Хвана, то принял его без колебаний.
Это было судьбоносное решение: он доверил свою судьбу Чан Ши Хвану — даже ценой того, что гильдия «Старк» выступила с заявлением, осуждающим его действия.
Но сейчас Ларс открыто выражал разочарование и презрение к гильдии Чонхва.
Это отклонение от изначального сюжета.
Возможно, это и есть тот самый эффект бабочки — из‑за того, что Канхо предотвратил смерть Ли Хёнсока и не дал «Бездне» рухнуть.
Чем негативнее Ларс относился к гильдии Чонхва, тем выше были шансы, что будущее развернётся совсем по‑другому.
Если гильдия не сможет удовлетворить его амбиции…
Если она лишь будет подпитывать его сомнения и тревоги…
Тогда она никогда не станет для него привлекательным вариантом. И, похоже, именно к этому всё и шло.
Канхо решил воспользоваться моментом — и ещё сильнее укрепить негативное мнение Ларса.
— Их внутренняя безопасность и правда оказалась на удивление слабой. Жители Сеула, должно быть, сейчас чувствуют себя крайне неуютно.
— Более того, даже при поддержке Бюро общественной безопасности охотников они допустили такие уязвимости… Это наглядно демонстрирует пределы их управленческих возможностей.
— Я начинаю думать, что репутация Чан Ши Хвана несколько раздута. Кстати, Шин Канхо, гильдия Чонхва пыталась тебя завербовать? Думаю, наверняка пыталась.
— Как и ожидалось. Я бы поступил точно так же.
Общий тон Ларса по отношению к гильдии Чонхва оставался явно негативным.
Канхо всё больше убеждался, что ситуация развивается в нужном ему русле.
Если удастся ещё немного подогреть недовольство Ларса…
Возможно, получится вовсе не допустить его вступления в «Тринадцать Звёзд» в будущем.
Конечно, такой хитрец, как Чан Ши Хван, рано или поздно найдёт другой способ привлечь Ларса на свою сторону.
Поэтому Канхо нужно было закрепить свои позиции до того, как Чан Ши Хван сделает свой ход.
По крайней мере сейчас казалось, что у Ларса нет ни малейших причин восхищаться Чан Ши Хваном или гильдией Чонхва. Многообещающий знак.
Пока они ехали к подземелью, разговор о политической обстановке становился всё глубже.
Через Аяне Канхо также получил представление о политической ситуации в Японии — и эти сведения оказались весьма ценными.
Затем, в качестве финального брифинга, им ещё раз изложили основные сведения о подземелье.
Благодаря документам, которые они заранее изучили, все детали уже были им знакомы.
Однако, когда Ларс снова перечислил ключевые моменты, общая картина в голове Канхо стала ещё чётче.
Вскоре они подъехали к входу в подземелье.
Прямо перед тем, как войти, Ларс вежливо обратился к Канхо и Аяне:
— Пожалуйста, пройдите подземелье максимально безопасно. И ещё я должен попросить вас добыть Шарфрихтера.
— Конечно. Мы приехали, чтобы выполнить задание, а не идти на полумеры.
— Не беспокойтесь. Если это не будет нашей лучшей работой, тогда единственная альтернатива — смерть.
— Ого, как и ожидалось от госпожи Аяне! Сильные слова.
Услышав слова Аяне, Канхо кивнул.
Если вдуматься, фраза и правда была значимой: «Если это не будет нашей лучшей работой, тогда единственная альтернатива — смерть».
Для охотника, которому приходится отчаянно бороться за жизнь в каждое мгновение, эти слова имели огромный вес.
Если не выкладываться полностью каждую секунду, этот мир подбросит бесчисленное количество проклятых ситуаций, где смерть будет неизбежна.
Это справедливо даже в обычных условиях — не говоря уже о подземелье, где опасности подстерегают на каждом шагу.
— Если вы хорошо справитесь с этим заданием, у нас, как у гильдии, найдётся ещё немало поручений, которые мы хотели бы вам доверить.
Похоже, недостатка в непростых заданиях у них не было.
Для наёмника чем больше работы — тем лучше, главное, чтобы оплата была достойной.
«Всё как с партнёрским соглашением с гильдией Гру. Если гильдия начнёт сильнее зависеть от меня — это неплохо. Появится больше возможностей, чтобы этим воспользоваться».
Чем острее другие будут ощущать его отсутствие, когда его нет рядом, тем ценнее он станет в мире охотников.
Чтобы наладить связь с Ларсом и переосмыслить их отношения, нужно было произвести сильное впечатление.
Канхо планировал выполнить это задание яростнее и агрессивнее, чем любое из тех, что брал раньше.
Чем заметнее будет его отличие от остальных, тем взрывнее окажутся награда и внимание со стороны Ларса.
Спустя пять минут. завершив последние приготовления, Канхо вошёл в подземелье и тут же призвал Осквернённого Духа, отправив его вперёд на разведку.
Благодаря их разговору в частном джете Аяне не вздрогнула, когда тёмная призрачная фигура внезапно пронеслась позади Канхо.
Если бы он не предупредил её заранее, она, скорее всего, инстинктивно нажала бы на спусковой крючок при виде Осквернённого Духа.
Отправив Духа на разведку, Канхо установил у входа «Третий глаз».
Чем больше казалось, что ничего не произойдёт, тем твёрже он был убеждён: бдительность необходима.
Пусть вероятность того, что Ларс устроит какую‑нибудь подлость, невелика, всё равно стоило перепроверять каждый шаг.
Установка «Третьего глаза» не доставляла неудобств, так что не было причин отказываться от бесплатной «камеры наблюдения».
Тем временем, едва ступив в подземелье, Аяне надела очки. При ближайшем рассмотрении стало ясно: это предмет экипировки — артефакт.
«У неё с собой что‑то редкое».
Канхо сразу оценил ценность этих очков.
Не все редкие предметы в мире принадлежали ему, так что ничего странного в том, что они были у неё, не было.
Но поскольку добыть такие очки было исключительно сложно, его взгляд то и дело возвращался к ним.
Обычно охотники размещали предметы в следующих слотах экипировки:
оружие, ожерелье, нагрудная броня, две одноручные перчатки либо одна пара двуручных перчаток, браслеты, десять колец, наголенники, обувь и талисманы.
Это были официальные слоты для снаряжения.
Поскольку общее число слотов было большим, а предметы сравнительно легко достать, у большинства охотников все слоты были заняты — хоть и с разной степенью редкости вещей.
Но существовали исключения — например, очки.
Очки было особенно трудно добыть в подземельях, а общее их количество было крайне невелико, поэтому редко можно было встретить охотника в очках.
Даже в оригинальной истории Чан Ши Хван так и не смог заполучить ни одной пары.
«Были ещё повязки на голову, носовые кольца, серьги… даже нижнее бельё встречалось… Может, и правда стоит всерьёз задуматься о том, чтобы раздобыть что‑то из этого?»
В голове у него начали всплывать разные редкие предметы, которые появлялись в оригинальной истории, и места, где их можно было найти.
Каждый из них располагался в практически недостижимых локациях.
Даже если отправиться за ними, не было никакой гарантии, что удастся их получить.
В оригинальной истории это было одним из немногих реальных пробелов Чан Ши Хвана — именно поэтому получение очков специально сделали невероятно сложным.
Например, раздобыть их можно было, только забрав предмет с тела альпиниста, погибшего недалеко от вершины Эвереста.
Уровень сложности намеренно выставили экстремальным. Это было практически испытание, придуманное, чтобы заставить игроков помучиться, — всё потому, что автор не хотел отдавать этот предмет легко.
Аяне, закончив конденсацию и зарядку маны, похлопала Канхо по плечу, давая понять, что завершила последние приготовления.
Канхо слегка провёл кинжалом по мизинцу, готовясь активировать недавно полученный навык.
Навык с абсолютной вероятностью 22,2 % наложить на цель паралич, сон или отравление.
Помимо простого зачистки подземелья, у Канхо была ещё одна причина как можно чаще использовать «Ядовитую кровь».
[Если цель, усыплённая навыком, будет убита лично пользователем, тот навсегда получает 10 единиц маны. Этот эффект можно активировать до 100 раз, после чего «Демон снов» эволюционирует и даст особую награду.]
Всё это было связано с Созвездием «Демон снов».
Конечно, если его мана превысит 50 единиц, он потеряет эффект «Эпохи варварства», и синергия выйдет не самой удачной — исходя из базовой подсказки.
Однако, изучив подробную подсказку, он обнаружил дополнительную информацию, которую раньше упустил.
Она была связана с набором особых условий — и именно они сильно его мотивировали.