О медведях Курильского озера. Записки постороннего.
Медведи Курильского озера (Южно-Камчатский заказник им. Т.И. Шпиленка) – национальное достояние, русское чудо, равного которому в Евразии нет и не будет. Мы не наследуем это сокровище от предков – мы берём его в долг от потомков.
Бурый медведь – вид-индикатор состояния экосистемы. Последние несколько лет заметно сокращался пропуск в акваторию озера нерестящейся нерки – главного нажировочного корма для сотен местных косолапых, и «зубы на полку» пришлось им укладывать ещё до залегания в берлогу. Вероятно, квоты вылова рыбопромышленниками не были скорректированы на снижение захода нерки в бассейн реки Озерная. В результате резко усилился каннибализм как внутрипопуляционный механизм регулирования численности, пострадали ослабленные особи и в осень 2020 г. были съедены практически все медвежата. Каннибализм стал одной из основных стратегий пищедобывательного поведения взрослых самцов. Численность популяции медведя на Курильском озере с 2019 г. упала более чем вдвое, в результате в сезоне 2021 г. уменьшилось число выводков и числа медвежат в них. По данным регулярных исследований, проводимых под эгидой ФГУП «Кроноцкий государственный природный биосферный заповедник», в бассейне Курильского озера в течение 2021 г. идентифицировано не более восьми семей с медвежатами-сеголетками, в то время как самки с медвежатами-лончаками и детёнышами третьего года жизни не отмечались вовсе… По результатам этих исследований в сентябре 2019 г. во время единовременного учета было зарегистрировано 259 встреч медведей, общая численность животных составила 343 особи. В сентябре 2020 г. зарегистрировано 175 встреч: 200 особей. В сентябре 2021 г. было зарегистрировано только 107 встреч: 122 особи. Сохранился тренд резкого сокращения количества встреч семейных групп (с 48 семей с 84 медвежатами в 2019 г. до 17 семей с 25 медвежатами в 2020 г. и 6 семей с 15 медвежатами в 2021 г.).
На фоне голода значительно усилилась конфликтная ситуация «медведь-человек» в близлежащих к заказнику населенных пунктах Озерновского куста; размеры отстрела животных местным населением и органами охотничьего надзора в 2019 и 2020 гг. оказались максимальными за всю современную историю сосуществования человека и медведя на юге Камчатки. Я слышал и официальные цифры, и неофициальные – выслушал и мнение работников краевой администрации, и моих знакомых из поселка Озерновский (цифры запредельные). Ситуация нетерпимая, я о ней писал, дискутировал с губернатором, вроде все понимают: если возле поселений вольготно расположились помойки, если пищевые отходы становятся чуть не единственным достижимым кормом оголодалых медведей – коллизии неизбежны, медведь пойдет в поселки.
Справедливости ради стоит заметить, что и «напротив» - в реки Аляски в 2020 г. тоже заход лососевых был довольно скудным, но тамошние косолапые как-то устроились, о больших потерях не писали. Там тоже «квоты» для медведей специально не прописывают, но драматических коллизий не было.
Минувший сезон (2021 г.) был отрадным – вдоволь всех основных кормов (нерки, ореха кедрового стланика, ягоды), исследователи не обнаружили ни одного случая внутривидового хищничества медведей. Дай бог здоровья и благополучия медвежатам, рождающимся сейчас в берлогах окрестных сопок.
Есть два диаметральных подхода: 1) нельзя вмешиваться в законы природы, даже если они писаны кровью, существует естественная и саморегулируемая «ёмкость среды»; 2) человек настолько широко вмешивается в природные процессы, что обязан нести ответственность за неблагоприятное развитие обстоятельств.
Если бы изъятия нерки рыбопромышленниками в «тощий» год не было бы в таком объеме, медведи Курильского пребывали бы в своем привычном раю, не отправляясь на тот свет. Несет ли двуногий ответственность за утробу четвероногого? Каковы пределы нашей ответственности «за тех, кого приручил», за «братьев наших меньших»? Получил от людей знающих два ответа: 1) не надо лезть с милостями к дикой природе – сама восстановится (большинство мнений) и 2) в подобных экстраординарных случаях допустимо оказать «гуманитарную помощь» - скажем, вывозом в угодья отходов рыбоперерабатывающих предприятий (из специалистов «за» - биолог-медведевед с Аляски и один из ведущих наших экологов).
Словом, деду Мазаю ныне не поздоровилось бы. И мне бесконечно жалко таких вот косолапиков (снял в благополучном году на Курильском).
Возможно, один из правильных ответов следующий. Кто «против» помощи – у того нет сердца. Кто «за» – у того нет ума. Но хотелось бы услышать больше мнений компетентных и неравнодушных. Весна скоро. И кто знает: пошлёт ли медвежий бог косолапым достаточно нерки, чтобы это русское чудо – медведи Курильского – жили-не-тужили и ныне, и присно, и во веки веков…