Почему ландшафтная архитектура актуальна сейчас, как никогда

Эта новость также отражает особое внимание к ландшафтной архитектуре в качестве самостоятельной, одной из важнейших тем для дискуссии среди архитекторов по всему миру — как к сфере, неразрывно связанной с развитием общественного здравоохранения, средовым проектированием, трендом на экологичность, устойчивым развитием и возобновлением зон распространения дикой природы. Также, эта новость подчёркивает важность технологий в такого рода деятельности. Создатели ландшафтных проектов всё больше опираются в своих решениях на возможности современной науки и высоких технологий предсказать влияние решений на существующую экологическую обстановку в местах проектирования, и определить наилучшие варианты проекта с оптимальным балансом пользы для заказчика, и природы. Современные стандарты создания лугов с дикой растительностью и новых смешанных лесов могут развиваться отдельно от технологической повестки, но дополнительные ресурсы могут оптимизировать процессы проектирования новой среды, подобной дикой природе — мы сможем ближе подойти к идеальному соответствию естественного и антропогенного.

Вопрос о возвращении изначального, естественного вида территориям около городов и поселений, на фоне непредсказуемых и стремительных изменений экологии и климата земного шара, приобрёл значительную популярность в последние годы. Мы рассмотрим историю смены парадигмы мышления в сфере ландшафтной архитектуры — от идеально подстриженных газонов, воссозданных лугов с дикорастущими цветами, на примере проектов из базы данных ArchDaily.

Несмотря на то, что американец Фредрик Лоу Олмстед часто называется «отцом ландшафтной архитектуры» за его работы в Северной Америке (особенно — за труды при планировании озеленения в Центральном парке Нью-Йорка), есть споры о том, что его превзошёл по вкладу в развитие отрасли британский коллега

Джон Клаудиус Лудон был шотландским ботаником, ландшафтным архитектором и публицистом, чьи работы продвигали идею важности общественных парков, частных садов и индивидуальных пространств жизни в Западном мире, начиная с 1803 года. В то время, как идеи воссоздания человеком природного ландшафта больше воплощалась в архитектуре королевских дворцов — одним из ярких примеров может быть работа Андре Ле Нотра над Версальскими садами Луи XIV, а история проектирования ландшафтных комплексов берёт корни ещё в Древнем Египте — Лудон косвенно предоставил возможность широкой публике увидеть потенциал озеленения (пускай и искусственно спланированного) больших городов.

«Ни одно произведение искусства не может сравниться по с природным замыслом» — Джон Клаудиус Лудон

Лудон был прав в том, что появившиеся парковые пространства, хоть и предполагались как островки свежего воздуха для широкой публики, не были никак похожи на природный ландшафт. В первых парках, внимания демонстрации локальной флоры и фауны придавалось довольно мало, и часто интересные виды растений представлялись экзотическими на фоне довольно скудного набора основной массы растений. Так было до появления движения Arts & crafts в конце XIX-го века, когда природные зоны стали приобретать вид хорошо организованных, но вписанных в окружающую среду парков, появившихся в метрополиях в Северных и Южных цивилизованных частях мира.

Настоящий бум развития в ландшафтной архитектуре случился, однако, лишь в середине XX-го века

Сайлент Спрингс архитектора Рэйчела Карсона произвёл фурор в общественном дискурсе в 1962 году, показав угрозу пестицидов для природы и человека, а также призвав пересмотреть влияние распространение человеческой среды на уже выверенную многими веками, деликатно сотканную природную экосистему. Такие архитекторы, как Иан МакХарг и Роберто Бурле Маркс приняли «зелёную эстафету», впоследствии передав её Норману Фостеру, Питу Удольфу, Марте Шварц, и Дугу Фару.

В данный момент, мы живём во времена очередного слома парадигмы. Ландшафтные работы и архитектура предрасположены к взаимосвязанности как никогда прежде, особенно ввиду климатических изменений, что побуждает многих практиков участвовать в проектах воссоздания в местах нашего обитания заповедных зон, где язык взаимодействия нас и природы смещается больше в сторону симбиоза, нежели укрощения человеком естественной среды, с использованием последних достижений специализированной науки. Хранилища семян перестали рассматриваться как архитектура апокалипсиса — на Архитектурной биеннале в Венеции, в 2023 году, хранилища были возведены в качестве павильонов разными странами, а обсуждение пассивного снижения антропогенного углеродного фона стало столь популярным, что сложно приводить единичные примеры внедрения и развития новых веяний экологической повестки.

Есть такое популярное направление в архитектуре, как Lo-TEK (ред. — производное от хай-тек) — основывающееся на ценностях сохранении природной целостности среды и деурбанизации наших пространств жизни, оспаривающее традиционный подход к архитектуре, как к инвазивной науке замещения. Принимая в расчёт исторически сформированную, существующую сложность экосистем, такие архитектурные практики как SCAPE, Hood, Cave_bureau, MNLA, DnA, или Zewde прокладывают дорогу к новому, более технически естественной и визуально первородной среде будущего, в которой нам суждено жить.