Гарри Нуриев, или провал цифровой эстетики IRL

Кто помнит, несколько лет назад выстрелил в медийной сфере Гарри Нуриев — основатель Crosby Studio, продюсер собственного видения интерьерной и промышленной эстетики, синтеза пост-советской иронии и интернет-культуры. Помню, как я и многие мои друзья всерьёз воспринимали Гарри как вспышку «суперновы». Это была классическая юношеская наивность, реакция на пестроту и общественное признание человека, вышедшего из наших краев, обретшего славу и коммерческий успех за счет смелой и хорошо продуманной, но всё же авантюры.

Сейчас о нём практически не говорят, разве что в ностальгическом ключе, и с некоторой усмешкой — мол, пацан к успеху шёл, шёл, и пришёл. Пришёл и пропал с радаров, не совершив никакой революции. Но надо признать — спровоцировав цитируемость элементов своего стиля. Сейчас, вкрапление компьютерной эстетики стало нормой для интерьерного, графического и промышленного дизайна, как ответ создателей на изменившиеся инструменты реализации творческих идей. Не кульман и рейка с рапидографом, а Photoshop и Illustrator с Revit и AutoCAD’ом — поздно созревший к проекции на популярное творчество феномен.

Косвенное влияние цифровых инструментов на эстетику архитектуры и других ремёсел на грани с искусством очевидно последние лет 30 — что-то пелевинское, иногда даже фрейдистское, проглядывает. Некая небрежность скрытия перехода от аналогового творчества к автоматизированному. Переход от дрожащей руки к скачущему курсору. Но до полноценного, осмысленного символизма не доходили руки — было достаточно того, что профессионалы поделились на ортогональных качественных производственников, в творчестве которых видна перманентная сетка привязок и направляющих, и первопроходцев параметрики, с её замудрёными формами и иррациональными проектными решениями в угоду необычного облика.

Гарри Нуриев воплощал в своих проектах, в какой стезе бы они не появлялись, подход проекции раздражения современностью — некий осторожный намёк на изменения творческих профессий в сторону цифры, беспощадной своей бездушностью к пользователю. Вечная надежда на исправления багов, оптимизации интерфейса программы-инструмента, глитч-эффекты. Это и есть боль современного представителя творческой интеллигенции (не считая, конечно, проблем бытовых, вроде дорожающей коммуналки и растущей плотности застройки в квартале проживания). Дискомфорт цифровизации — то, что уже влияет не только на архитекторов, инженеров, музыкальных продюсеров, копирайтеров и других деятелей интеллектуальных (в смысле рабочей силы) профессий. Ваш банк уже далеко не за углом — он ближе, в вашем смартфоне. Бюрократия — там же, где и тот же банк, продуктовый, магазин электроники и все другие блага цивилизованной жизни.

Этот феномен оптимизации процессов нашего быта и творчества (а может, и деградации, кто знает?) — наша действительность, наш mode de vivre.

Слом ли это предыдущей парадигмы? Определённо нет. Это модификация мышления, но не коренная трансформация. И фиксация этого в дизайне Crosby Studios было ожидаемо, но никто кроме Нуриева этого не сделал — достойно уважения и успеха, которые он обрёл в творческой среде. Но почему-то мы живём дальше, не оборачиваясь на него как на Рема Колхаса, Заху Хадид (тоже, кстати, достаточно гламурных, конформных трансформаторов архитектуры), или других новаторов. Может нужно время? Или другой персонаж. В новом мире восхищения всем незначительным, но новым и ярким всё меньше надежды на коренные изменения, особенно в столь зависимом и дорогостоящем деле, как архитектура.