Корабль

Он очнулся на пляже. Морская волна ласково коснулась его лица и заставила проснуться от тяжелого сна. Мужчина оглянулся. Кругом был песчаный пляж, он был удивительно белый, лучи солнца прыгали по мелким волнам и заигрывали с каплями, которые оставались на его теле. Он встал и отряхнулся.

Отойдя от берега на небольшое расстояние, он сел на песок и задумался. Тело чувствовало себя подозрительно легко. Он попытался вспомнить что с ним стряслось, но, к сожалению, совсем ничего не помнил. Вдруг он заметил, что вдоль берега к нему идёт мужчина. Он встал и пошёл на встречу.

— Добрый день, меня зовут Дмитрий. — сказал пришедший мужчина. —  Я помогу вам дойти до нужного места.

— Кто вы? 

— Для начала, скажите, пожалуйста, как вас зовут?

— Виктор.

— Виктор давайте прогуляемся вон до того корабля.

Виктор оглянулся, вдали он действительно заметил выброшенный на берег ржавый корабль.

— Это обязательно? Почему я вообще должен следовать за вами?

— А что вам остаётся? — усмехнулся Дмитрий.

— Я могу остаться здесь. Здесь очень мило.

— Да, пожалуйста, но мне кажется, в тени корабля будет приятнее беседовать.

Виктор внимательно посмотрел на своего собеседника. Это был мужчина средних лет, одетый в белую мантию. Лицо его выражало спокойствие и безмятежность. Глубоко посаженные карие глаза смотрели на него очень нежно и как бы с сочувствием. Казалось этот человек не может совершить ничего плохого, ему хотелось довериться и следовать за ним. Тем более лучшей перспективы у Виктора не было.

— Я пойду с вами — сказал Виктор — но для начала объясните кто вы.

— Я просто проводник, помогу дойти до некоего места, где мы узнаем, отправитесь вы в ад или рай.

У Виктора потемнело в глазах. Он оперся руками о колени, чтобы не упасть в обморок.

— Я умер?

— Физически - да.

Они пошли вдоль берега. Виктор хотел было расспросить что его ждёт, но побоялся ответа и не стал лишний раз задавать вопрос.

 — Скажите, что вы помните? — сказал Дмитрий.

— Я помню свою жизнь до момента, когда они пришли и забрали меня из дома.

— Да, потом в вашей жизни, наверное, настали сложные времена. Почему они забрали вас?

— Слухи которые ходили обо мне подтвердились фактами.

Они замолчали. У Виктора вдруг выступили на глазах слёзы. Он вдруг понял, что никогда не увидит свою семью.

— Послушайте, но я был меценатом, я спонсировал проекты, организовывал фонды, спасал животных от вымирания. — сказал Виктор.

— Согласитесь, это не отменяет ваших грехов. Вы делали это для спокойствия своей совести.  — ответил Дмитрий. Голос его был по-прежнему мягкий и ласковый.

Они дошли до корабля. Это была старая рыбацкая лодка, в корме которой была огромная пробоина. Они зашли внутрь и сели на металлическую балку.

— Признаюсь вам честно, Виктор, все же я знаю про вас некоторые детали. Я знаю про фонды, знаю про помощь, которую вы оказывали людям, попавшим в ситуацию, в какой были вы в молодости. История с маленькой пандой меня вовсе растрогала. Но так же я знаю о ваших грехах, про убийства и грабеж. — сказал Дмитрий

— Все это было вынужденно, мне надо было обеспечивать семью и себя. — Голос его вдруг дрогнул, и он замолчал.

— Вы можете рассказать мне всё, и поверьте, вам станет легче, но после этого я отведу вас в место, где решат чего вы достойны. — сказал Дмитрий.

Виктор вдруг засмотрелся на луч солнца, который пробивался через небольшую дырку в корме корабля. Он задумался, был бы он счастлив без власти и денег.

— Понимаете, личное счастье и счастье семьи выше всего другого. Я в это верил всю жизнь. — голос Виктора дрожал.

— А что на счёт счастья семей, которые вы разрушили? Вы думали о них?

— Однажды мне пришлось приехать домой к одному свидетелю и припугнуть его. Честное слово, я не хотел его убивать. Но он был слишком дерзок, говорил, что пойдёт к журналистам и все расскажет. Я не привык, что со мной общаются в таком тоне, я не смог с собой совладать. — Виктор замолчал, ему понадобилось время, чтобы снова вернуть себе способность говорить.

— После всего этого я, уходя из квартиры, заметил фотографию его дочери, она была так похожа на мою дочь. По дороге домой я впервые задумался о том, что существуют и другие семьи. Но тогда мне показалось, что это суровые правила жизни, с древних времён одни семьи уничтожали другие. На этом построен мир.

— Вы бы хотели поступить по другому? — голос Дмитрия был по-прежнему полон сострадания.

— Не знаю. Дай один раз слабину, и тебя сметут.


Они замолчали. За стенами корабля тихо шелестели волны.


— Но я устроил своих родственников, оплачивал им образование. Я вылечил мать и отца, устроил им достойную старость. Я сделал все, чтобы мои дети не стояли перед выбором, который пришлось делать мне.

— И это, несомненно, ваш плюс. Но неужели нельзя было достичь этого другими методами?

— Наверное можно было. В молодости я не обременял себя вопросами морали и нравственности. Мне казалось, жизнь поддаётся лишь тем, кто готов схватить её за горло. И я схватил.

— Знаете, я много людей повидал здесь. И почти всех объединяет одна черта, они очень хотели управлять жизнью. И почти все страдали от этого желания.

Виктор посмотрел на него удивленными глазами.

— Хотите сказать, жизни надо покориться? Надо было остаться жить в нищете, в которой я жил?

— Возможно стоит лишь быть более избирательным в своих действиях, не пытаться покорить её, а подружиться с ней. Образовать, так сказать, тандем. И тогда выход открылся бы вам.

— Но что же на счёт всех светлых вещей, которые я делал в жизни? Разве они перечёркнуты?

— А вы делали их от чистого сердца или из страха перед содеянным?

Внутри Виктора медленно разрушалось здание, которое он возводил всю жизнь. Всю жизнь он был убеждён, что жизнь покоряется сильнейшим, что если ты слаб, тебя раздавят. С ужасом он осознал, что всю свою жизнь он боялся думать о правильности своего выбора. И с каждой минутой все больше осознавал абсурдность своих действий. Зачем воровать деньги? Зачем было угрожать всем свидетелям и даже убивать? Неужели нельзя было свернуть с этой дороги в любой момент?

Он понял, что душа его давно была развращена. Та свобода, которую давали власть и деньги, сделала из него ужасного человека. А все его добродетели были лишь попыткой заглушить страх, который появлялся в его душе временами.

— Все ваши ошибки - это следствие неправильного понимания жизни. — начал Дмитрий. — Вы хотели взять её силой, доказать ей, что никакая нищета и болезни не поставят вас на колени, но в итоге вы пострадали гораздо сильнее. Возможно, если бы вы прислушались к ней вовремя, нашли бы путь более правильный. 

Ужасное чувство скорби съедало Виктора, он понимал, что теперь нельзя ничего изменить, остаётся лишь расплатиться. Он встал.

— Пойдёмте, я не хочу растягивать неизбежное.

— Хорошо, но сперва скажите, вы понимаете что вас ждёт?

— Догадываюсь.


Вдруг все вокруг стало ослепительно белым, последнее, что видел Виктор пред тем как зажмуриться от яркого света, это улыбка Дмитрия. Такая безмятежная и спокойная. Именно это лицо ещё долго будет всплывать в его памяти.


Открыв глаза молодой человек долго не мог прийти в себя. Что это было? Сон или какое-то пророчество? Он встал, умылся и сел на кровать. Мысли хаотично бегали в его голове, какой-то корабль, песок, Дмитрий, ошибка. Весь сюжет сна очень стремительно от него убегал. Но одно решение очень крепко засело в нем этим утром. То, что он собирался сделать и обдумывал несколько месяцев, абсолютно было недопустимо.