Талия Делонé-Маркéс.
— Двойная фамилия,которую она сама себе создала. Первую фамилию — Делонé, девушка сама себе придумала сразу,как исполнилось 18,желая отгородиться от семьи. Вторая — Маркéс, фамилия семьи. Предпочитает везде подписываться первой,но зачастую в документах вписывают обе.
2. Возраст | Курс | Ориентация::
20 лет | 172 см | бисексуальна.
— В юности имела проблемы с определением своей ориентации,так как было модно навешивать на себя всякое разное.Но повзрослев точно определила,что ее интересуют оба пола,но строить что то серьезное она не привыкла. Может что то изменится?
Финансы и банковское дело | 3 курс.
Маленькая, светловолосая и безупречная, она родилась в Аризоне, в доме, где пахло деньгами и стабильностью. Ее детство было соткано из любви, но любви странной — той, что не просит, а требует. Родители с колыбели внушали ей что мир — это витрина, и все, что на ней лежит, по праву принадлежит ей. Она росла в этом коконе, где каждый ее каприз становился законом, а каждая улыбка открывала двери. Ее любили за легкость, за кукольную миловидность, за ту беспечную грацию, что дается лишь тем, кто никогда не знал слова «нет». Но за этой бархатной атмосферой скрывался железный каркас: образование — это священный долг, и она должна блестеть не только внешне, но и умом, чтобы не запятнать фамилию. И она блестела, идеально вписываясь в узкий круг избранных, пока однажды в школьном коридоре не увидела его.
Высокий, дерзкий брюнет, который с презрительной усмешкой травил заучку, словно сам дьявол явился в обличии богатого мальчика. Она, вся в белом и розовом, вдруг застыла, завороженная его хаосом. Непонятно, что привлекло ее — то ли запретный плод, то ли инстинкт саморазрушения, дремавший в глубине ее идеальной души. Он курил травку в туалете, плевал на правила, но был из той же обеспеченной касты, что и она. Они встретились взглядами, и это стало началом ее падения. Два года, которые Тайлер диктовал ей, как жить. Два года, когда ее личность стирали подчистую. Он приказал ей стать брюнеткой, потому что блондинки были не в его вкусе. Он всунул в ее дрожащие пальцы первую сигарету с «дурью», и она, послушная, затянулась, чтобы стать ближе к нему. А потом, в пьяном угаре, он настоял на тату — полумесяце, въевшемся в кожу между бровей, словно черное клеймо, отделившее ее от прошлой жизни.
Родители пришли в ярость, когда увидели ее — пьяную, с татуировкой, похожую на чужую. Их мир, выстроенный из стекла, дал трещину. Они заперли ее дома, думая, что изоляция исцелит, но они не знали, что ослепленная любовь не слышит голосов. Она худела, красилась ярче, как нарцисс, увядающий на глазах, и все ради его одобрения. Пока однажды его терпение не лопнуло: он взял ее силой, потому что не привык ждать, и в этот миг разбил не только ее тело, но и душу, оставив в ней зияющую пустоту. Карьера Тайлера рухнула — тюрьма, штрафы, позор, — но триумф родителей не принес облегчения. Талия же провалилась в депрессию, ледяную и липкую, как болото. Теперь она покрывала себя татуировками одну за другой, превращая тело в холст, где каждый рисунок был криком, заглушенным иглой. Она называла это искусством, но на деле это был селфхарм — медленный, эстетичный, болезненный. Родители, вместо того чтобы протянуть руку, отвернулись, обжигая ее презрением, и вышвырнули в Калифорнию, на нелюбимый факультет, как вещь, которую стыдно показывать гостям. Деньги шли исправно —каждый месяц приличная сумма и ей хватало на жизнь даже больше чем могло бы.
Теперь она живет в этом калифорнийском одиночестве, где вечеринки стали ее церковью, а алкоголь и порошки — единственной молитвой. Она тонет в ярких образах, а каждое прикосновение чужих рук в мимолетных связях только сильнее разжигает в ней чувство ненужности. Она стала относится к этому миру с презрением и в равнодушием одновременно. Ее мало что удивляет,она находится в апатии но с другими раскрывается словно цветок. Ядовитый,но цветок.
Она не плачет. На людях. Это первое, что бросается в глаза, когда наблюдаешь за ней со стороны. Талия разучилась плакать так давно, что слезные железы, кажется, атрофировались за ненадобностью. Вместо этого она смеется — громко, заразительно, на грани истерики, особенно когда внутри все сжимается от боли. Ее смех — это ее главная защита и самое страшное оружие против жалости, которую она ненавидит больше всего на свете.
Она инфантильна, но эта инфантильность обманчива. За кукольной внешностью и капризными интонациями скрывается механизм выживания, отточенный до совершенства. Талия давно поняла, что если вести себя как избалованный ребенок, люди перестают ждать от тебя взрослых поступков. А значит, и спрашивать по-взрослому не будут. Она мастерски разыгрывает беспечность, но в ее глазах — если присмотреться — всегда горит настороженность, как у зверька, который уже однажды попал в капкан.
Ее отношения с собственным телом — это поле битвы. Татуировки, покрывающие кожу, не просто украшения. Это карта ее боли, которую она выносит наружу, чтобы сделать ее осязаемой. Каждый новый рисунок — это попытка переписать себя заново, стереть ту девочку, которую использовали, и создать новую, более сильную. Но в глубине души она знает правду: под всей этой чернильной броней она по-прежнему та же испуганная шестнадцатилетняя дурочка, которая хотела, чтобы ее любили.
Она нарциссична до омерзения. Талия часами может рассматривать себя в зеркале, но не из любви к себе, а из недоверия. Она ищет в своем отражении признаки распада, трещины, уродство — и одновременно ненавидит себя за то, что находит их.
С деньгами у нее странные отношения. Она транжирит их бездумно, швыряет на тряпки, косметику, такси и вещества, словно пытаясь купить хоть каплю тепла, которого ей так не хватает. Но когда кто-то предлагает заплатить за нее, она взрывается от злости. Она не принимает подачек, потому что слишком хорошо помнит, как оказалась на содержании у родителей, которые купили ей жизнь в Калифорнии, чтобы просто избавиться от нее. Она скорее умрет с голоду, чем позволит кому-то снова взять ее на поводок.
Она цинична до жестокости. Талия может с ледяной улыбкой разбить чужое сердце, потому что ее собственное давно превратилось в керамический осколок, которым она режет всех, кто подходит слишком близко. Она боится привязанности панически, как алкоголик боится трезвости. Каждый, кто пытается пробиться к ней, натыкается на стену из колких шуток и провокаций. Зачем ей кто-то еще, если даже самые близкие люди однажды просто отвернулись и оставили ее умирать заживо? Но одновременно с этим в ее душе все еще живет крошечная надежда на нормальную любовь,на чувства и на жизнь.
Самое страшное в ней — это ее отчаяние, запрятанное так глубоко, что она сама почти забыла о нем. Иногда, в минуты между дозой и забытьем, когда она лежит на холодном кафельном полу в своей квартире, ей кажется, что она слышит голос той маленькой девочки из Аризоны. Девочки, которая верила, что мир создан для нее. Теперь этот голос звучит как насмешка. Талия затыкает уши, зажигает еще один косяк и идет на вечеринку, потому что тишина — ее самый страшный враг. В тишине она слышит себя настоящую. А настоящая она — та, которую никто не захотел спасать.
** Персонаж может меняться в процессе ролевой, и вести себя иначе,чем описано,так как может чувствовать себя лучше/хуже.
6. Деятельность в Университете::
Только состоит в Fashion and Student Trends (FAST) — главное модное сообщество кампуса. Желая хоть немного избавиться от чувства,что ей не место на ее направлении в учебе приняла решение раскрывать свой творческий потенциал,ведь всегда любила что то придумывать и тем более собирать образы. Но чисто как любитель,не ставя ставки на что то большее.
Нет. Родители поселили Талию в отдельной квартире на десятом этаже, прямо напротив университетских корпусов. Ими двигал страх: они всерьез опасались, что их дочь, которую они считали не совсем здоровой, может невольно навредить соседям по общежитию. Они выбрали для неё одиночество, полагая, что так будет безопаснее для всех. Однако ирония судьбы заключалась в том, что именно в тесной комнате, полной шума и чужого дыхания, Талия расцвела бы. С ней не было бы никаких хлопот, она бы прекрасно вписалась в общую жизнь, но теперь ей оставалось лишь смотреть вниз, на суетящихся студентов которые вместе возвращаются с занятий в общежитие и чувствовать, как тишина собственного дома становится самой тяжелой ношей.
8. Чем известен персонаж в Университете::
В университете Талию знали потому что она не вписывалась в серую массу одинаковых лиц — ее появление всегда было событием, маленьким вызовом скуке, которую так любила эта университетская жизнь. Она имела привычку мыслить иначе и никогда не боялась сказать то, что думала, даже если ее слова звучали как пощечина общепринятому мнению.
Но в этом блеске была и своя тень. Талия умела не только сверкать, но и обжигать. Стоило кому-то переступить черту, как ее гордый нрав давал о себе знать. Она не терпела возражений и не искала компромиссов — вместо долгих споров она предпочитала короткую вспышку, колкое слово или вовсе гордый уход, оставляя оппонента в недоумении. Потому с ней старались не ссориться: знали, что ее гнев, как и ее наряды, всегда слишком ярок, чтобы остаться незамеченным. Но все знали,что Талия нестабильна,поэтому знали что если она вспыхнет,то потом обязательно извиниться.Своеобразно.Пригласит на вечеринку или подарит бутылку дорогого вина.
(!!) Дополнительная информация::
— Талия зависима от сигарет. Не только от травки,но и от обычного никотина. Она тратит уйму денег на пачки,потому что за неделю они кончаются.
— У нее есть свой кот:черный,обычный,беспородистый. Она взяла его с улицы,так как увидела что он нуждается в помощи. Имени она ему не дала,ведь не смогла придумать то,что действительно ему подойдет. Он такой же как своя хозяйка — нестабильный,может нежиться в объятиях а может шипеть ни с того ни с сего. Но с ним Талия чувствует что хоть кто то предан ей и любит.
** Новые факты в дальнейшем могут раскрываться в постах.
