Русская Рулетка
tw: упоминания оружия, описание крови, нецензурная лексика.
As my life flashes before my eyes
I'm wondering will I, ever see another sunrise?
So many won't get the chance to say goodbye
But it's too late to think of the value of my life
Rihanna — Russian Roulette
Знаете чем опасна игра? Вот и Авантюрин тоже знает. Она манит. Затягивает заставляет хотеть больше и рисковать всем. И он идет на этот гребаный риск. Веритас будет зол если узнает. Но черт возьми, когда ещё у него будет возможность сыграть в русскую рулетку? Поэтому без сомнений авгин идет в подвальное помещение где на столе лежит револьвер и сидит два человека, не считая его самого. Такие же отчаянные лудоманы как и он сам. Им нужен адреналин даже ценой собственной жизни. Всего один патрон. Неизвестность и риск манят. Поэтому Авантюрин садится за стол. Первым и приставляет пистолет к виску. На губах играет слегка безумная улыбка когда он нажимает на курок.
Раздается глухой звук щелчка. Руки слегка трясутся когда он протягивает пистолет следующему игроку. Это глупо. Это самоубийство. Как же чертовски приятно играть на свою жизнь. Другой мужчина приставляет пистолет к виску.
Выстрела вновь не последовало. Вот она прелесть этого неоправданного смертельного риска. Никогда не знаешь на ком все же будет пуля. Кто сегодня не вернется к свой семье из-за своей пристрастии к азартным играм? Может быть это будет старший мужчина? Топ менеджер КММ из-за смерти которого все казино прикрыть могут? Или же обворожительная девушка рядом? Все решает удача. А как известно Авантюрина она любит. Но от этого адреналин не уходит. Может это станет его последней игрой? Какой вычурный способ покончить с собой. Пистолет в руке шатенки.
Пусто. Улыбка на лице авгина становится шире. Безумнее. Пистолет у виска. Он смотрит на своих оппонентов. Те почти в шоке с того насколько один из Каменных Сердец сумасшедший. Все они тут безумцы поэтому никто осуждать и права не имеет. Палец дергает за курок и…
Кровь в шумит в ушах а сердце бьется как бешеное. Авантюрин смеется истерическим смехом, будто умалишенный. Хочется нажать ещё раз, проверит удачу, но увы. Приходится отдать револьвер мужчине с седыми волосами
В комнате раздается громкий звук выстрела, а соседнюю из стен окрашивает в красный смесь мозгов и крови. Мерзкое зрелище, сигонийцу плевать а вот девушку тошнит. Авана слегка потряхивает от адреналина. Даже после того как он покидает комнату. В ушах звенит звук выстрела а на лице все ещё слегка умалишенная улыбка. Рацио который должен был заехать за блондином, чтобы тот не ехал после нескольких бокалов алкоголя, наблюдал за игроком, который почти что был в бреду. Попытки достучатся были провальными поэтому в ход пошла тяжелая артиллерия. Веритас так обычно не делал, но кажется сейчас это было необходимо. Нужно же как-то достучаться до авгина.
Картина перед глазами испарилась когда его поцеловали. Сначала Авантюрин даже не понял прежде чем пришло осознание что это его любимый ученый.
— Веритас… — тихо выдохнул он, слегка отстраняясь но держась за его руку.
— Ты сам не свой. Что-то случилось?
Топ-менеджер виновато отводит глаза, зная как его возлюбленный отреагирует на игру в русскую рулетку.
— Авантюрин. — мягко обращается тот, но тон становится жестче когда приходит осознание. — Какаваша. Опять?
Авантюрин дергается от этого слова, будто его ударили. Но во взгляде — не раскаяние, а всё то же безумное свечение. Он не умеет прятать свои порывы, как ни старайся, перед близким человеком все притворство идет к черту.
— Это… было нужно, — хрипло оправдывается он, будто сам себе больше, чем человеку напротив. — Я хотел… почувствовать, что жив.
Рацио сжимает его руку сильнее, почти болезненно. Его взгляд — холодное лезвие скальпеля, за которым прячется страх.
— Почувствовать, что жив? Ты чуть не умер, Авантюрин! — голос дрожит, но не от слабости. — Ты хоть понимаешь, что делаешь со мной, когда снова лезешь в эту бездну?
Авантюрин усмехается, но улыбка рвётся на куски. Это больше не бравада — это отчаяние, спрятанное за маской игрока.
— Ты… ты не понимаешь что это для мен…— почти шепчет он. — азарт. Удача. Это её проверка. И она всегда со мной, Веритас. Пока что.
— А если однажды её не окажется рядом? — перебивает тот. — Что тогда? Хочешь, чтобы я опознавал твое тело на холодном столе? Чтобы твоя жизнь кончилась не героем, не лидером, а просто очередным идиотом, который не смог остановиться?
Слова режут, как нож. Авгин отводит взгляд, но в груди всё равно бурлит. Адреналин ещё не до конца отпустил, и сердце стучит, будто в унисон с гневом мужчины.
— Ты не понимаешь… — повторяет он уже слабее, но пальцы всё ещё дрожат от желания снова почувствовать у виска металл револьвера.
Веритас не отпускает его руку. Наоборот, резко тянет к себе, так близко, что между ними не остаётся воздуха. Его глаза сверкают — смесь гнева и отчаянной любви.
— Я понимаю больше, чем ты думаешь, — холодно произносит он. — Но знай одно, Какавача: если ещё раз увижу, что ты ставишь на кон свою жизнь ради этой чертовой игры… я сам выстрелю. прямо в твоё сердце.
Молчание. Воздух между ними тяжёлый, словно свинец. Блондин улыбается снова — но теперь безумие в его лице переплетается с трещиной страха.
— Ты бы не смог, — с вызовом бросает он. — Еще тогда не смог. И второй раз у тебя рука не поднимется, дорогой доктор.
Рацио сжимает челюсти. Его рука всё ещё держит сигонийца, но напряжение почти физическое, оно будто тянет вглубь. Аван чувствует это и, на мгновение, отступает — совсем чуть-чуть, достаточно, чтобы дать себе пространство для дыхания, но не достаточно, чтобы уйти.
— Попробуй меня испытать снова, — шепчет он, голос тихий, почти уязвимый, но глаза горят прежним безумием. — Я не боюсь.
Ученый глубоко вдохнул, лицо его стало каменным, а в глазах сверкает ледяная решимость:
— Ты боишься. Боишься остановиться, боишься тишины, боишься самого себя. И знаешь что, Какавача? Я не позволю тебе умереть ради этой… этой чертовой иллюзии свободы.
Авантюрин молчит. Слова Веритаса бьют прямо в центр его существа. На мгновение игра, риск, адреналин, револьвер — всё это кажется далёким эхом, туманным и бессмысленным. Он хочет спорить, оправдываться, вновь броситься в бездну — но рука мужчины удерживает его сильнее любой логики.
— Я хочу, чтобы ты остался жил. Рядом со мной. Потому что больше жизни без тебя я уже представить не могу. Ты лично сломал все мои стены. Поэтому не могу позволить тебе умереть. Не могу позволить себе тебя потерять.
Топ-менеджер чувствует, как напряжение в груди постепенно спадает, но внутри остаётся дрожь Доктор не улыбается, не делает шаг назад. Он просто держит его крепко, позволяя тишине заполнить пустоту, которая до этого была отдана безумию. И в этой тишине, среди остаточного запаха пороха на одежде и свежести ночного города, Авантюрин впервые за долгое время чувствует себя живым не из-за риска, а из-за того, что кто-то рядом держит его за руку. И это чувство… почти приятнее любого выигрыша в азартной игре.