Ормузский пролив — как аорта мирового энергопотока: пережали — и всё тело рынка начало задыхаться

⚡ Важные события дня, повлиявшие на динамику цены:

— 🛢️ Нефть открылась гэпом, взлетела до 119,20 руб., затем откатила к 88,67 руб. на фоне геополитики

— 🌊 Фактическое закрытие Ормузского пролива вывело из рынка ~20 млн барр./сутки — рекордный шок

— 🕊️ Коррекция Brent к закрытию сессии США на новостях о возможных мирных инициативах и планах G7 по резервам МЭА

— 🗣️ Заявление КСИР: Тегеран определит конец конфликта, нефть не покинет регион при продолжении атак

— 📊 Ожидание макростатистики: CPI в среду, блок PCE + GDP в пятницу — ключ к инфляционному нарративу

— 🏛️ Заседание ФРС 18 марта: рынок ждёт оценки Пауэллом влияния войны на инфляцию и ставки

В понедельник, 9 марта, рублёвые пары завершили торги в отрицательной зоне. Пара доллар/рубль потеряла 0,54%, опустившись до 78,36 руб., евро/рубль снизился на 0,83%, до 90,98 руб., юань/рубль — на 0,61%, до 11,34 руб.

Основным драйвером дня выступила нефть: котировки открылись гэпом, взлетели до 119,20 руб., но затем откатились к 88,67 руб. На фоне роста цен на чёрное золото доллар кратковременно ослабевал до 77,80 руб., однако к закрытию вернулся к отметке 78,36 руб.

Ключевым фактором нестабильности остаётся эскалация на Ближнем Востоке. Фактическое перекрытие Ормузского пролива, через который проходит порядка 20% мировых поставок нефти, привело к блокировке значительных экспортных потоков. Крупнейшие региональные производители вынуждены сокращать добычу по мере заполнения хранилищ, и глубина этих сокращений напрямую зависит от длительности блокировки пролива. Масштаб шока беспрецедентен: из рынка выведено около 20 млн барр./сутки — это превышает совокупный эффект пяти крупнейших нефтяных кризисов прошлого (Иранская революция 1978 г., Война Судного дня 1973 г., Ирак–Кувейт 1990 г., Ирано-иракская война 1980 г., Россия–Украина 2022 г.).

Энергетическая турбулентность затронула не только нефтяной сегмент: спотовые цены на газ в Европе резко подскочили вслед за сырьевым эталоном. К закрытию американской сессии котировки Brent скорректировались на фоне заявлений Трампа о возможном скором мире, планов G7 по высвобождению 300–400 млн баррелей из резервов МЭА, а также сигналов о потенциальном военном сопровождении танкеров ВМС США.

При этом фундаментальные факторы поддержки выглядят значительно весомее временных новостных импульсов. КСИР прямо обозначил, что именно Тегеран будет определять завершение конфликта, и ни один баррель не покинет регион при продолжении атак.

Ормузский пролив физически остаётся закрытым, реального механизма безопасного транзита танкеров не создано. Стратегические резервы — инструмент временного сглаживания, а не полноценная замена поставкам: при потере 20 млн барр./сутки даже максимальный выброс запасов обеспечивает паузу лишь на 3–6 месяцев. Более того, после исчерпания резервов страны будут вынуждены восполнять их через рынок, формируя отложенный спрос, который при любом сценарии разрешения конфликта создаст дополнительное покупательское давление.

Исторические параллели задают ориентир: пиковые значения июля 2008 года составляли $147,50, марта 2022-го — $138,03. Без компенсации потерь через резервы диапазон $125–135 в краткосрочной перспективе сохраняет актуальность.

По паре доллар/рубль кардинальных изменений пока не фиксируется. Торги проходят в районе 78,50 руб. В ближайшие дни ожидается сохранение торгов около него.

В фокусе недели — ключевые макроданные: индекс потребительских цен в среду и блок расходов на личное потребление с ВВП в пятницу. Если инфляция окажется высокой на фоне нефтяного давления, стагфляционный нарратив получит новое развитие. Это создаёт классическую дилемму для ФРС: снижение ставок невозможно при высокой инфляции, а их удержание рискует замедлить экономическую активность.

Заседание ФРС 18 марта станет важным тестом: рынки будут внимательно следить за комментариями Пауэлла, чтобы оценить, как геополитическая напряжённость влияет на инфляционные ожидания и траекторию монетарной политики.