Психологический портрет персонажа
Айен Атрау — 27 лет, второй сын Габбаса и Ценнарии Атрау. Ответственен за семейный бизнес, инвестиции и торговлю. Ему подконтролен теневой сегмент Дома.
«Айен обладал стрежнем, внутренней силой, что могла убить и возвысить».
ISTJ — «Администратор» по методике Майерс-Бриггс (MBTI). Он же Максим Горький по соционике. Аббревиатура расшифровывается как:
I – интроверт, черпает энергию из внутреннего мира, предпочитает уединение или небольшие группы людей;
S – ориентирован на текущие факты и детали, а не на абстрактные идеи;
T – принимает решения на основе логики и объективного анализа, а не эмоций;
J – предпочитает структурированные и организованные подходы к жизни, любит планировать, устанавливать правила и следовать им, чтобы достигать целей.
Прагматичность. Предпочитает действия, которые приносят конкретные выгоды, избегает излишних теоретических рассуждений и эмоциональных переживаний в пользу практических решений. Так, идея политического брака не вызывает внутреннего протеста — это то, что принесет пользу его Дому.
Высокий эмоциональный интеллект. Чувство такта, вежливость, сдержанность — знает, что использовать для того, чтобы заслужить расположение человека. Умеет извиняться и признавать ситуации, в которых может быть не прав, принимает чувства другого человека.
Амбициозность. Рискнул выйти напрямую на клан «Ядовитый Цветок», чтобы не действовать через посредников. Умеет видеть скрытые мотивы и использовать других людей в своих целях. Использует точечные, продуманные действия для достижения своих целей. Умеет оставаться в тени и контролировать ситуацию, не привлекая к себе лишнего внимания.
Холодность. Проявляет эмоциональную дистанцию, контролируя свои чувства и реакции, тем самым сохраняет спокойствие и объективность в любой ситуации.
Сдержанность. «Внешнее спокойствие, умение держать себя в руках, желание успокоить, несмотря на все сомнения», низкий, обволакивающий голос создают и удерживают впечатление разумного и надежного человека.
Ввиду того, что «чистых» типов темперамента не существует, основа — флегматик...
Спокоен и устойчив, редко поддаётся эмоциям, терпелив, надёжен.
(Прим.: Здесь надолго не задерживаемся, потому как каждую главу видим наглядно эти проявляющиеся черты).
– взрыв энергии в нужный момент:
2х6: «Все произошло за долю секунды. Чья-то рука схватила его за капюшон, отбрасывая назад. Мужчина попытался было развернуться, но его тут же с силой швырнули лицом в металлическую стену».
– способность брать на себя управление в критических ситуациях:
1х10: «Айен появился с уверенной, даже хищной ухмылкой — по его жестам и взгляду сразу было понятно: он достиг своей цели».
1х10: «Усмехнувшись, Айен резко выкинул руку, с силой хватая Лайса за горло и впиваясь тонкими пальцами в бледную кожу».
2х6: «Айен на мгновение закрыл глаза, словно сдерживая вспышку гнева, а затем осторожно коснулся ее щеки.
— За твой страх он заплатит кровью».
1х3: «Айен долго молчал, унося невесту все дальше от озера. Он старался сдерживать гнев, но с каждой секундой его ладонь сжималась на ее бедре все сильнее. Прикосновения его стали грубыми, а дыхание — рваным».
1х5: «Он выдернул руку, резко отодвигая девушку к одной из колонн и почти прижимая ее к каменной стене».
Ненадежный рассказчик: «Прикосновения — это его способ проверить реальность, убедиться, что контакт существует не только на уровне слов. В какой-то степени его тактильность — это даже форма контроля, желание вторгнуться в личное пространство и обратить внимание на себя: заземлиться не только самому, но и заземлить возлюбленную».
«Он плохо переносит отстраненность и пустоту, поэтому ему нужно физическое подтверждение, что человек рядом и все под контролем».
Избегающий тип привязанности — человек стремится минимизировать близость и зависимость от партнёра. Некоторые причины:
Эмоциональная недоступность родителей — если мать или отец игнорировали потребности ребёнка, не реагировали на его плач или проявляли холодность. Критика и отвержение — когда за проявление эмоций (страх, грусть) ребёнка наказывали или стыдили.
1х7: «Говорить что-то, доказывать, привлекать к себе внимание — для него в этом не было смысла. Что бы он ни сказал, что бы ни сделал — это никогда не работало».
После ритуала Айен не совсем удачно оказывается в комнате Мерцеллы, чтобы принести ей мазь. Неловкое и вместе с тем довольно откровенное взаимодействие — и он начинает избегать свою невесту.
Неприятный разговор о вероятном назначении Мерцеллы прим-доминой, что означает полная потеря влияния Айена на Церере, — и он избегает разговора.
Рационализация — объясняет свои чувства логикой. Не позволяет себе принять эмоцию, пока не сможет ее проанализировать.
1х3: «— Решение хоть и сомнительно, но логика мне ясна.
Он рвано выдохнул, пытаясь придать голосу хладнокровия».
1х7: «Забудь. Ты взрослая девушка и сама в состоянии сделать выводы о чьих-то личных качествах и мотивах».
Изоляция — отделяет эмоциональную сторону от мысли или события.
1х7: «— А с твоей семьей что? Браннистарха нашли?
В выражении Айена проступил холод, но глаза выдавали горечь. Она услышала ответ еще до того, как он успел произнести хоть слово».
1х5: «Такова воля отца, нужно лишь достойно ее принять. Жалеть меня не стоит».
Реактивное образование — когда настоящая эмоция неприменима, происходит демонстрация противоположного. Яркий пример:
Другой пример из этой же главы — сцена предложения.
1х5: «Слова Айена противоречили друг другу: он называл кольцо «формальностью», но следующей же фразой доказывал, что для него это нечто большее».
Серая. С семнадцати лет управляет теневым сегментом семьи. Принимает тяжелые, зачастую неоднозначные решения. Способен причинить зло ради недопущения еще большего зла.
Мораль = инструмент для иерархии, выживания, безопасности семьи.
1х9 по Созвездию Голубки: «Полагаешь, крови было бы меньше, если бы мы не контролировали оружейный сегмент? Стабильность всегда покупается ценой чьей-то жизни».
2х2 от лица Габбаса: «Иногда придется выбирать между правильным и необходимым — и второе должно побеждать».
В развилке 2х5 главы необходимое — жизни матери, невестки и племянника — победило правильное — жизни тридцати детей, выращенных «готовыми ключами к региону».
В сцене 1х10 главы необходимое — сохранность их собственных жизней и дальнейшее спасение семьи — победило правильное — опрометчивое возвращение на Цереру ради спасения отца.
В осколке памяти 2х6 главы Айен говорит: «Люди хранят тайны. Иногда очень тяжелые. Но это не значит, что они не заслуживают второго шанса». Тем самым в его картине мира у морали есть и другие цвета, помимо категоричных белой и черной.
Первый доступный нам эпизод, где Арена — для подростка это был весь мир — стала свидетелем его первого демонстрационного боя, на котором он проиграл.
Из эпизода с проигрышем можно сделать определенный вывод — Габбас внушал сыну с самого детства, что он не подходит, тем самым обесценивая его индивидуальность. Ребенок сам вогнал себя в рамки, за которые по сей день не может выйти. Эдакий стеклянный потолок. А затем следующее болезненное — унизительное — принятие, что Айен не слаб — он другой. То, к чему его отец абсолютно слеп.
Поэтому, будучи сильно раненным и продолжая упрямо идти вперед, первое, о чем подумал Айен, было: «Окажись на его месте Лайс или Браннис, и все было бы иначе. Но это был он — отец бы не удивился».
Айен с самого детства не оправдывал ожиданий своего отца.
– с пяти лет к нему приставили лучших воинов для тренировок ввиду «недостатка воинственности» и настояли на даосских клинках, чтобы враг был предельно близко;
– его переучивали с ведущей левой руки на правую, так как особенность считалась досадой и «помехой для будущего воина»;
– в четырнадцать лет проиграл первый демонстрационный бой.
Однако «доламывать» Габбас не стремился — Айен всего лишь средний сын. Есть старший, который берет на себя большую ответственность и влияние, достойно тому соответствуя, и младший, которому по умолчанию уделяется больше внимания еще и ввиду особенности. Айен не дотягивает, однако и со счетов сбрасывать необязательно.
Поэтому яркое проявление его страха можно увидеть в диалоге с Мерцеллой — той, кому обещал доверять.
Здесь же: Айен развил амбидекстрию, когда правая рука потеряла чувствительность, а левая была запрещена к использованию, чтобы не быть уязвимым внешними обстоятельствами.
Контроль = безопасность. Пока Айен может контролировать исход событий, свое поведение и реакции окружающих, вовремя оценивать риски, — мир остается предсказуемым, а значит, безопасным.
Более наглядно этот пункт можно рассмотреть при следующих развилках:
– по ветке с Лайсом, когда Мерцелла решается на разговор с ним. Он поясняет, что злился бы на себя, что позволил допустить себе неуместные чувства, а значит, потерять контроль над тем, что изначально нужно было пресекать на корню или не допускать. Не уследить сразу, что девушка испытывает чувства к другому человеку.
– после разоблачения взаимодействия с Килао:
Фактически Айен потерял контроль над тем, что недооценил врага и не просчитал риски, сразу это признавая. Однако, здесь же он не снимает ответственности за выбор Мерцеллы (прим.: напомню, что было три предупреждения).
«Важно то, что ты сделала свой выбор. Это все, что теперь имеет значение. Мы оба должны принять последствия. Если твой выбор — другой мужчина, я не стану тебя переубеждать». И сразу же возвращает себе контроль: «Теперь в серых глазах отражалась не только боль, но и решительность». Ситуация, в которой контроль утерян, побуждает Айена незамедлительно и жестко пресечь любые не выгодные для себя последствия.
Его внимательность, долгие годы самоконтроля, проницательность и неболтливость помогают, как было описано выше, просчитывать ходы и предугадывать реакции других людей, чтобы как воспользоваться ими как инструмент или же уберечь себя от нежелательных последствий.
«Он больше не хотел видеть в ней ту, которой доверился. Не хотел видеть женщину, которая его покорила».
Привязаться — значит признать, что другой человек влияет на твой внутренний мир, что влечет за собой принятие риска боли. Влияние = передача контроля над собой другому.
Лайс: «Я не Айен, не умею ходить вокруг да около».
Здесь же можно проследить модель поведения Айена во взаимодействии с Мерцеллой. Он всегда оставляет ей шаги отступления от самого себя. И не сделает лишнего, пока другой человек не изъявит желания. Поэтому хождение «вокруг да около» позволяет не только продемонстрировать уважение с выбором другого, но и сохранить целостность своих границ.
1х10: «Он не говорил лишнего, не просил внимания. Не давил и не требовал, уважая ее выборы и границы. Но его взгляд, редкие улыбки, сдержанные прикосновения... Каждое его слово и жест казались шагом навстречу».
Айен не покажет чувств, пока не почувствует инициативы извне. Одним из примеров послужит сцена 1х5 главы. При встрече с ней он был привычно невозмутим и сдержан, но едва на его «...переживут мое отсутствие пару минут» Мерцелла озвучила: «Всего пару? Я надеялась провести в твоем обществе чуть больше времени», Айен сразу изменился:
Как человек долга и работающий на благо семьи, еще один страх Айена — вред семье. Он сам озвучивает, что это единственные люди, кому может всецело доверять.
1х8: «Он предполагал, что охота пойдет не по плану — к этому были все предпосылки. Желающих опорочить их Дом, нанести вред и столкнуть с пьедестала, на который собиралась взойти их семья, стало слишком много».
1х5: «Мне казалось, что ты-то должна понимать, какого это — чувствовать себя пешкой».
Айену двадцать семь лет, однако глава семейства по-прежнему не видит в нем достойного. Можно предположить, что для столь непреклонного и твердолобого человека, как Габбас, который вдобавок обладает значительным преимуществом в субординации отец-глава, первое и значимое поражение Айена на одной чаше весов тяжелее любой победы — на другой.
«Обычно даже лучшие его достижения воспринимались Габбасом лишь как очередной этап, через который он должен был пройти».
В нем по-прежнему сидит обида. Возможно, именно тот юный Айен по-прежнему желает доказать, что он достоин. Реакция на избрание Браннистарха была подсознательно ожидаемой и от того не менее болезненной.
«Айен, конечно, уступает ему [Лайсу] в физической подготовке. Зато он у нас сообразительный».
Ненадежный рассказчик: «Габбас видел в сыне себя, но без той «искрящей харизмы», поэтому он требовал от Айена не просто результата, а подтверждения — публичности, лидерского лоска. Общественного признания со стороны соратников, подданных, подчиненных».
Это был первый эпизод — по крайней мере для нас, — где Айен самостоятельно покинул рамки, в которые был загнан отцом. Взял на себя ответственность продемонстрировать миру свою силу и характер амбиций, чем заслужил похвалу. Однако ощущение этого двояко, потому что он надломил в себе то, что отныне никогда не склеить. Пожалуй, можно провести параллель с тем, что ему пришлось пойти против своей сути или же впервые по-настоящему разглядеть ее. Как будто бы сам не до конца уверен в том, что способен — ведь отец никогда не пытался переубеждать его.
«Страх смешался с гордостью, а осознание собственной силы — с растущим чувством тревоги».
Помимо, в течение первого сезона наблюдается, что по мере приближения съезда инвесторских Домов увеличивается как масштаб проделываемой работы, так и усталость и нагрузка Айена. Который все делает в тени.
Желание контролировать в нем обосновано и тем, что таким образом Айен может не беспокоиться о разоблачении своей истинной «личины» — чувствах, которые в семье считаются слабостью. Подконтрольная ситуация развивается исключительно с согласия ее контролирующего и в том направлении, которое задается извне. Это же позволяет окутать человека образом таинственности, под которой неизвестна суть.
С детства ему было дано знать — осознанно или неосторожно, тут как Ваша мораль считает в отношении каждого родителя, — что его эмоции никому не интересны. Поэтому, пока Айен контролирует, он в безопасности.
Четырнадцатилетний Айен тянул бой, что не в его характере, чтобы оставить зрелищности народу. Вдобавок, каждый год, в день своего рождения, он продолжает демонстрировать свою силу, не имея никакого заинтересованности. Однако, пока Айен контролирует ситуацию, никому об истинных чувствах знать необязательно.
Примечательно, что его любимый вид оружия — огнестрельное. Не привычно холодное, которое считается более благородным ввиду честного поединка, а то, что без лишних телодвижений отнимет жизнь без права на борьбу. Таким образом, исход по сути контролируется тем, чьи реакция и точность окажутся быстрее.
Смерть отца и старшего брата, который по устному распоряжению уже стал прим-доминусом. Это — начало нового пути в жизни Айена, которому более не на кого обернуться. Зеркало, в которое он смотрелся столько лет, разбилось, и сомневаться уже не получится. Даже если очень сильно захочется.
Отныне единственно верное решение — его собственное.
В некоторой степени Айена можно назвать инфантильным человеком. Однако не в общем понимании того, кто остался ребенком в теле взрослого. Айен эмоционально атрофирован. Заморожен, если говорить проще (прим.: Застрял в собственной ассоциации зимней ночи).
Айен закопал внутри себя те негативные чувства, что оседали на сердце с самого детства. Избежал прямого столкновения с ними и делает вид, что внутри ничего, собственно, и нет. При этом он не осознал по-настоящему того взрослого понимания, которое должно прийти. Слова, адресованные Мерцелле про «не пытайся впечатлить моего отца», словно звучали и для него самого. Потому что понимает, что, если Габбас решит: «недостаточно», это апелляции не подлежит. В нем сидит желание быть значимым, которое резонирует с его теневой стороной личности. Однако насколько ясно Айен это понимает разумом, настолько и не признает сердцем.
Другим не менее важным переломным моментом являются взаимоотношения с младшим братом, Лайсом.
Основной межличностный конфликт не был решен — он остался тем самым осадком на душе обоих братьев, каждый из которых остался при своем выводе.
Кульминацией невысказанному стал крайне не подходящий момент, пик отчаяния, безысходности и ярости, где Айен вновь брал на себя ответственность за нелегкое решение.
1х10: «— Говорю, что ты сам этого хотел. Чтоб все сдохли, расчистив тебе путь к власти.
Усмехнувшись, Айен резко выкинул руку, с силой хватая Лайса за горло и впиваясь тонкими пальцами в бледную кожу.
— Если это действительно то, чего я хочу, то в первую очередь мне стоит избавиться от тебя».
Главной опоры, что держала их семью твердо стоящими на ногах, более нет. Связующий мост в виде старшего брата сожжен. И теперь им обоим предстоит учиться идти друг другу навстречу. Каждый готов защищать другого, никому не позволит дать в обиду и всецело может доверять, но все еще не готов показать настоящего себя.
◊ ПАРАГРАФ 2. Взаимоотношения с Мерцеллой
(прим.: Здесь, резюмируя вышеперечисленные аспекты личности Айена, можно только вплетать их в повествование).
Будущую невесту встречает равнодушно — в его жизни иные приоритеты. Идея политического брака для него уместна, так как приносит выгоду и пользу Дому.
Ненадежный рассказчик: «Романтический и интимный аспекты между супругами не считает чем-то обязательным».
За внешней отстраненностью и холодом скрывается внимательный и по-своему заботливый человек. Айен сразу озвучивает свою готовность выслушать ее или объяснить что-то, оказывает колоссальную поддержку во время ритуала и после, спасает в Лагуне Тишины. Зная, что Айен здесь относится к невесте нейтрально, можно сделать твердый вывод о том, что он знает цену одиночества и отстраненности. Поступает не только так, как обязывает наложенный статус жениха, но и по-человечески лояльно.
Несмотря на все попытки — пусть по большей части тактичные — избегать общества Мерцеллы, Айен открыт для нее, если девушка первая идет на контакт. Его взгляд теплеет, голос становится мягче, и он ненавязчиво демонстрирует свою расположенность, готовность уделить ей время.
Предложение в 1х5 главе делает, начиная с основы брака, — доверия. То, что нелегко заслужить от такого человека, как Айен. И он же первым протягивает ей свою руку.
1х6: «Вскоре мы начнем смотреть в одну сторону. И я должен быть уверен, что то, что видишь ты, станет тем же, что вижу я. Мне нужна не просто супруга. Мне нужна... Союзница. Единомышленница. Иногда сообщница».
Эта картина взаимоотношений между супругами построена на главном и единственно верном для него примере:
2х2: «— Отец... Он был жестким человеком, но решительным. Он никогда не сомневался. Вообще ни в чем.
— Но даже самоуверенные люди не знают ответов на все вопросы.
Притом это будет работать в обе стороны: «Все будет обоюдно, обещаю».
Так, например, развилка по 1х10 по Созвездию Голубки: «Я поддерживаю тебя в участии, но если начистоту... Будь моя воля, я бы предпочел, чтобы ты наблюдала за происходящим из Павильона». Айен показывает, что, несмотря на желание проконтролировать, право выбора остается за ней.
То же наблюдается в 2х6: «В серых глазах плескались противоречивые чувства: страх за нее, понимание логики доводов и... вера. Вера в то, что она справится.
— Ты действительно этого хочешь?».
2х2: «— Переговоры с Ядовитым Цветком — это не светская встреча. Я не хочу тебя втягивать.
— Умеешь же ты быть убедительной, когда хочешь. Хорошо».
Айен каждый раз оставляет Мерцелле немного пространства, не давит, не требует и не лезет в душу. Это не потому, что его чувства только зарождаются, а потому что сделать правильнее для него важнее, чем так, как он желает. Ненавязчивая забота и поддержка, сдержанные прикосновения, чуткость и внимательность к ее присутствию и настроению — Айен становится ее опорой и обещанием будущего, которое ни для кого из них отныне не было предопределено.
Айен дает выбор Мерцелле. Он говорит, что даже если у нее чувства — даже если у него, — то она все равно может уйти, потому что он не самый достойный кандидат для нее сейчас, потому что он под ударом, она не должна страдать. И когда Мерцелла сделала свой выбор, Айен берет ее под свою ответственность уже полноправно.
Как человек, слишком рано и осознанно принявший правила игры жестокого мира, где слова, чувства и желания не имеют никакого значения, главным признанием для Айена был выбор девушки и ее доверие.
2х3: «— Не имеет значения, что ты совершал в прошлом. Не имеет значения, сколько в тебе жестокости или тьмы. Сейчас ты — мой выбор. И я собираюсь продолжать тебя выбирать.
— Значит, просто слепо веришь? Как в падении на доверие? А что, если не поймаю? Что, если, поверив в меня, ты добровольно обречешь себя на гибель?
Ему важно не лезть со своими чувствами, а оставить право ей: если Мерцелла скажет, что их ничего не связывает, он это примет — так ушли его сомнения после слов девушки. Таким и было завершение их чувств по развилке: «Не грусти. В мире много мужчин, достойных твоего внимания. Я его не заслуживал».
Доверие же позволяет ему немного отпустить себя, показать то, что скрывается от мира.
1х6: «Гнев, раздражение, обида — Айен позволял проявляться негативным эмоциям лишь в обществе близких, и кого-то это могло оттолкнуть. Но Мерцелла это ценила: такие моменты делали его более реальным».
И впервые Айен был открыт перед ней в 2х2 главе, когда наконец поделился своими переживаниями о происходящем. Это было для него настолько не привычно, что он не пожелал так быстро «растерять свою таинственность».
Ледяное сердце Айена Атрау, за котором скрывается израненная, но не перестающая любить душа, Мерцелла продолжает растапливать. Как умеет, учится и принимает.
Развитие любовных отношений Айена и Мерцеллы происходит совсем не так, как предполагалось — спокойно, степенно. Взаимное влечение подобно тонкому, сомнительной крепости канату, держалось среди всех обстоятельств. Гибель отца и брата Айена, аннулирование статуса Дома, взятие в заложники членов обоих семей, а они в бегах за доказательствами. Нет ничего, что можно поставить выше долга и семьи. И время не дает нет того надежного, терпеливо и любовно созданного оплота, на котором можно строить их будущее. Однако оба пытаются делать шаги навстречу. Так, как умеют.
Они всю жизнь руководствовались той инструкцией, которой могли только следовать. Желания детей высшей аристократии никто не спрашивал и тем более не учил выделять как главное в своем списке. И тем не менее каждый попробовал взять ответственность за то, что не спрашивало разрешение, — чувство.
История Айена — это долгий путь одиночества в тишине зимнего ночного леса. Никто из людей не ступал на эту дорогу, опасаясь высоких сугробов, никто и не спешил спасти... Только он один был здесь желанным гостем. В снежном темном лесу время останавливалось, путало следы, притупляло чувства. Здесь Айен мог быть собой: никому не соответствуя, ничего не ожидая, — ощущать обжигающий холод снега в правой ладони и мерное биение собственного сердца. Придет ли на эту дорогу вселяющая надежду весна или зима впустит еще одного гостя... Решать только ему. Пока он слышит осторожные, но непрерывные шаги навстречу.