Путешествие хромого. Глава 48
Сразу после выноса тела Тэхын и мужчина покинули деревню, словно сбегая. Поскольку они оба были в костюмах, достаточно было лишь снять черные пиджаки и галстуки, напоминающие о похоронах.
— А зачем вам сумка? — спросил мужчина, кивнув на черную дорожную сумку-бочонок в руке Тэхына. — Еще дома хотел спросить. Вы куда-то собираетесь? — задал он неожиданный вопрос.
Куда собираюсь? С тобой на жаркую ночку собираюсь.
— Я просто люблю быть готовым ко всему. Без сумки как-то неспокойно.
— А что внутри-то? — искренне заинтересовался мужчина, который сам прихватил лишь бумажник да носовой платок.
— Белье, сменная одежда и по мелочи. Вдруг промокнем, пока будем на катамаранах-уточках кататься, так что я и для вас вещи взял, Кибом-щи.
— Да на такой жаре всё мигом высохнет.
— Ну мало ли, вдруг насквозь промокнем.
Ни о чем не подозревающий мужчина радостно улыбнулся.
— И презервативы, — добавил Тэхын с запозданием так тихо, что мужчина вряд ли разобрал слова.
Как он и предполагал, тот ничего не услышал.
Поскольку мужчина предпочитал междугородние автобусы, они оставили «Мерседес» Тэхына на общественной парковке и пешком отправились к терминалу. Как и в прошлый раз, по пути перекусили тостами.
На автовокзале запах мочи за последний месяц стал только резче, но Тэхыну было не до этого. От предвкушения сердце готово было выпрыгнуть из груди.
Мужчина сказал, что ему нужно сделать один звонок, и отошел к таксофону. Наверняка докладывать детективу О. Неизвестно только, какую отговорку он придумает: скажет ли, что едет навестить дядю, хотя до визита оставалось больше двух недель, или сошлется на больную ногу. Нога у него действительно болела, так что это была не совсем отговорка, но он точно не собирался говорить, что едет развлекаться с Тэхыном на озеро Чхунджу.
Глядя в ту сторону, куда ушел мужчина, Тэхын включил телефон. Не тот, что дал ему детектив О, а другой — который он недавно получил в Ичхоне. Внешне аппараты были идентичны, так что разницу заметить было трудно. Особенно мужчине, который вообще не пользовался мобильным. Но дела были не только у мужчины.
Тэхын позвонил в дом престарелых, где находился дядя Юн Кибома. Несмотря на то что была суббота, ему подтвердили, что посещение разрешено. Он звонил заранее на случай, если придется сунуть кому-нибудь взятку, но всё обошлось. Времени у него будет в обрез — нужно успеть встретиться с дядей, пока мужчина на физиотерапии, но Тэхыну нужно было задать всего один вопрос.
Закончив разговор, мужчина вернулся с двумя баночками кофе Let's Be в руках.
— А ведь мы сейчас точь-в-точь как полмесяца назад.
— И правда, — неловко улыбнулся мужчина. Он открыл банку и протянул Тэхыну.
Нежданно-негаданно, и у мужчины, и у Тэхына лица были в таком же безобразном состоянии, как и в тот день. Разница заключалась лишь в том, что лицо Тэхына, только-только покрывшееся корочками, было багрово-красным, а у мужчины синяки уже начали желтеть. Тэхын, у которого заплыл правый глаз и которому приходилось смотреть на мир левым, и мужчина, у которого опух левый глаз и который видел мир только правым, — даже внешне они казались идеальной парой.
От кофе Let's Be приторно пахло сладостью. Тэхыну это нравилось. Глядя, как мужчина потягивает напиток из банки, Тэхын тоже набрал в рот глоток.
Пока не подошел автобус, они больше не проронили ни слова, допивая кофе. Просто всем телом впитывали жар палящего с самого утра солнца. Наслаждались вкусом кофе, таким сладким, что казалось, он вот-вот расплавится.
Так как утренний час пик уже заканчивался, на терминале было безлюдно. Автобус до Чхунджу тоже был почти пуст. Если не считать двух мужчин в костюмах, которые, похоже, опаздывали на работу, и одной старушки, салон был свободен. И всё же они вдвоем уселись рядом на узкие сиденья. Повернувшись друг к другу, пристегнули ремни безопасности и терпели жару под слабо работающим кондиционером.
Тэхыну казалось, что звук его дыхания громче шума автобусного двигателя. От охватившей его неловкости и смущения он просто не мог выносить тишину. Поэтому начал говорить. Жаль, конечно, что все шутки, которые он знал, были пошлыми, но он старался подбирать выражения и болтал без умолку.
К счастью, мужчина громко смеялся даже над самыми пустяковыми шутками, да и скабрезные шуточки, хоть он и оглядывался по сторонам, кажется, втайне его забавляли. Несмотря на свое разукрашенное лицо, он веселился от души. Тэхын тоже был счастлив. Он чувствовал гордость за то, что ему пришла в голову такая замечательная идея — вытащить мужчину из деревни.
Они въехали в центр Чхунджу буквально в мгновение ока. Как только на смену пейзажам из бескрайних полей пришли высокие здания, мужчина и Тэхын вздохнули почти одновременно. Хотя за пределами автобуса было полно всего интересного, им до безумия нравилось сидеть вот так, в тесноте, прижимаясь друг к другу.
— Вспоминаются старые времена.
Прошло всего полмесяца, а Тэхын выразился так, словно прошла вечность. Мужчина согласился с ним, ответив: «И правда». Полмесяца назад Тэхыну и в страшном сне не могло присниться, что он вернется в Чхунджу уже как любовник этого мужчины. Наверняка мужчина думал так же. Разве что как друзья в путешествие — это еще куда ни шло.
Они поймали такси и первым делом поехали в ортопедическую клинику, куда ходил мужчина. Сделали рентген, встретились с врачом, чтобы услышать заключение. Как мужчина и говорил, ничего странного не нашли. Врач сказал, что это просто накопившаяся усталость: мол, даже у обычных людей, если перенапрячься, болят руки и ноги, вот и у него то же самое. Получив рецепт на обезболивающие на месяц, они направились в кабинет физиотерапии.
Из-за выходных кабинет физиотерапии был переполнен ожидающими пациентами. Большинство покорно ждали своей очереди, но время от времени находились и те, кто повышал голос на физиотерапевта, возмущаясь, когда же их позовут. Тэхын проворно занял одно освободившееся место и усадил мужчину. Впрочем, из-за ран на их лицах люди и так сами старались уступать им дорогу.
— Кибом-щи, ждите здесь, пока не вызовут на процедуры. А я побуду на улице. Что-то сегодня прям очень тянет, — Тэхын похлопал себя по груди, давая понять, что собирается покурить.
— И не вздумайте уступать место. Вы, Кибом-щи, тоже пациент. Договорились? — настоятельно попросив его об этом, Тэхын вышел из больницы.
Остановившись перед входом, он сунул в рот сигарету. Зажигать ее он не собирался. Ему просто нужно было немного времени.
Ордер на арест дяди, как и ожидалось, был отклонен. Была, конечно, слабая надежда, что его всё-таки выдадут, но чуда не произошло.
«Мы же так и думали. Этот ублюдок так просто не сдохнет».
В голосе помощника, произнесшего эти слова, сквозило острое раздражение. Ему наверняка тоже было не по себе.
Однако больше, чем факт отклонения ордера на арест, Тэхына выводило из себя поведение детектива О. Даже если закрыть глаза на то, что он с опозданием отвечал на звонки, детектив О, который на момент их вчерашнего разговора уже должен был знать об отказе, не обмолвился Тэхыну об ордере ни единым словом. Это было не то дело, о котором можно просто забыть, поэтому велика вероятность, что он промолчал намеренно.
«Давай сварим и сожрем этого ублюдка-черепаху», — предложил помощник.
Пока было рано. Он хотел дать детективу О шанс. Тэхын по-своему твердо верил этому человеку, поэтому считал, что было бы справедливо дать ему хотя бы второй шанс. Он тоже человек, вполне может оступиться и проявить слабость, — успокаивал себя Тэхын.
А тем временем, прошлым вечером в Хванму заявился детектив Пак. Это был незапланированный визит. До сих пор он ни разу не приезжал в Хванму один, если это не касалось дел Тэхына. Он всегда появлялся в сопровождении детектива О, словно тот был его опекуном. Но вчера ранним вечером, когда не было еще и семи, он появился в центре Хванму совсем один.
То, что они столкнулись, было чистой случайностью. Конечно, детектив Пак Тэхына не заметил, только Тэхын узнал его. Тэхын заходил в супермаркет купить пива и закусок на вечер в мотеле, и на обратном пути увидел, как детектив Пак заходит в бар под названием «Цветочная карета». У «Цветочной кареты» были входная дверь и маленькое окно, но они были загорожены цементной стеной, так что внутри ничего не было видно. Да и само стекло было заклеено темно-красной пленкой, чтобы скрыть происходящее от посторонних глаз. Сразу было понятно, что это подпольный бордель.
С запозданием пришла мысль, что целью его визита, должно быть, был Нам Джихун.
Нам Джихун был не из тех, с кем детектив Пак мог бы справиться в одиночку. Но даже если бы и смог, оказавшись в логове Нам Джихуна, детектив Пак был в крайне невыгодном положении. Честно говоря, если бы Нам Джихун задался целью, он мог бы пырнуть его ножом так, что ни одна живая душа не узнала бы, и тот бы просто сдох. И тем не менее детектив Пак пошел туда один.
Связавшись с помощником, он узнал, что детектив О тоже направляется в Хванму. И, судя по всему, совершенно не торопится. Тэхыну оставалось лишь предположить, что детектив О заранее предупредил ту сторону. Он не был настолько бессердечным, чтобы так спокойно отправить детектива Пака, о котором заботился, как о родном младшем брате, в логово врага.
Спустя примерно два часа Тэхын снова наведался к заведению. Была пятница, и в окрестных барах было полно посетителей, но у «Цветочной кареты», в самый разгар того времени, когда они должны были принимать клиентов, вывеска была выключена.
Сообщив об этом помощнику, он вернулся в мотель. Детектив О прибыл в поселок лишь ближе к десяти вечера, не спеша зашел в полицейский участок, и только после этого направился в неосвещенный бордель. Естественно, человек, которого приставил помощник, не смог последовать за ними внутрь, поэтому узнать, чем они там занимались, не было никакой возможности. Если судить поверхностно, они могли либо помириться и устроить грандиозную попойку за счет заведения, либо кто-то там огреб по полной. Кто именно это был, Нам Джихун или детектив Пак, со временем станет ясно.
Разжевав фильтр, Тэхын почувствовал горечь. Он вынул сигарету изо рта и сломал ее пополам. Бросив сигарету в мусорное ведро перед зданием, он поднял руку, чтобы поймать такси. Пришло время навестить дядю мужчины.
Нельзя было идти с пустыми руками, ведь от него можно было получить ценную информацию. Тэхын купил три блока сигарет, от которых тот приходил в восторг, и направился в дом престарелых.
Цвет лица Юн Кёнсока был еще хуже, чем полмесяца назад. Высокий и тощий мужчина, казалось, снова успел где-то нажраться — он выглядел как живой труп.
Увидев Тэхына, он жутко перепугался. Из-за ран на лице или потому, что вспомнил, как Тэхын приходил вместе с племянником в прошлый раз, было неясно. Низко опустив голову, Юн Кёнсок мялся у дверей комнаты для свиданий. К счастью, медбрат, который его привел, с раздраженным видом втолкнул его внутрь.
— Дядя, как вы поживаете? Это я, Кибом.
Упомянув имя мужчины, Тэхын потянул его за руку. Как только дверь комнаты закрылась, Юн Кёнсок в ужасе упал на пол. Уткнувшись лицом в пол, он поднял руки над головой и взмолился.
— Пощадите. Пожалуйста, пощадите!
С самого начала всё пошло не по плану. Тэхын хотел немного над ним подшутить, но так и до инфаркта недалеко. Он бросил перед Юн Кёнсоком блок сигарет. Дрожавший, как осиновый лист, старик словно по волшебству учуял запах табака и поднял голову. Облизнув покрытые слюной потемневшие губы, он вцепился в сигареты своими костлявыми руками. Глаза, которыми он посмотрел на Тэхына, блестели странным блеском. Это был типичный взгляд наркомана. Омерзительно.
Но у Тэхына была цель, поэтому он решил проигнорировать отвращение. Он опустился перед ним на одно колено.
— Разве вы не тот господин, что приходил с тем призраком, который уверяет, что он мой племянник?
— Я пришел, потому что меня кое-что интересует.
Тэхын говорил мягко, словно успокаивал ребенка, покачивая перед ним блоком сигарет. Глаза старика алчно вспыхнули. Слюна потекла по подбородку, покрытому белыми пятнами лишая. Он с опозданием поднял руку, чтобы вытереть рот тыльной стороной ладони. Под ногтями чернела грязь.
— Почему вы утверждаете, что Юн Кибом — не ваш племянник? Вы же тогда так сказали. Что это не Юн Кибом. Что тот парень не из тех, кто стал бы вас навещать.
Не успел Тэхын договорить, как Юн Кёнсок схватил его за руку. Хватка была такой сильной, что Тэхын даже опешил. Глаза старика, только что полные жадности, теперь бегали с хитрым выражением, словно он замышлял государственный переворот.
— Я ждал. Я ждал благодетеля, который задаст мне этот вопрос!
Его совершенно охрипший голос дрожал от возбуждения.
— Так настоящий это Юн Кибом или нет? — спросил Тэхын.
Юн Кёнсок, не отвечая, лишь ухмыльнулся. И сжал руку еще крепче. Он открыл рот только тогда, когда огрубевшая от работы в поле рука Тэхына начала белеть от его хватки.
Кажется, мужчина крепко заснул прямо в кабинете физиотерапии. Когда он вышел оттуда со взъерошенными, как воронье гнездо, волосами, вид у него был отдохнувший. А вот Тэхын умирал с голоду. Живот предательски заурчал. Мужчина, видимо, тоже это услышал и рассмеялся.
— Давайте сначала поедим. Я голоден.
Они решили перекусить чем-нибудь легким, чтобы оставить место для вкусного ужина. Зайдя в закусочную, они набрали всего подряд: ттокпокки, сундэ, омук, кимбап. В тесном помещении работал только один вентилятор, а так как кухня была открытой, жару было некуда уходить, и внутри было как в парилке. Но, несмотря на то что пот лил с них ручьем, жары они совершенно не замечали. Еда была настолько вкусной, что они, нахваливая каждое блюдо, опустошили тарелки подчистую.
— Вы, похоже, сильно проголодались.
Тэхын с довольным видом потянулся за салфеткой и вдруг подумал, а не съел ли он всё в одиночку. О мужчине он совсем не позаботился.
Ответив, мужчина картинно похлопал себя по животу.
— Если вдруг проголодаетесь, говорите. Не стесняйтесь.
Тэхын вытолкал мужчину, который порывался заплатить, из тесной закусочной и протянул деньги сам.
Забрав сдачу и выйдя на улицу, он сказал мужчине:
— У нас вообще-то свидание. Не забывайте об этом.
Мужчина посмотрел на Тэхына удивленным взглядом.
— Я же говорю, за свидание плачу я. Так что, Кибом-щи, прекратите постоянно пытаться заплатить. Это бьет по моей гордости.
— И почему же это задевает вашу гордость? — недовольно спросил мужчина.
Тэхын объяснил, что когда на свидании партнер постоянно пытается заплатить сам, это значит, что ты ему не нравишься, а что же еще? В ответ мужчина замахал руками:
Растерявшись, он даже покраснел.
— Раз не поэтому, тогда просто стойте смирно. На это свидание я пригласил первым, так что я и плачу. А если уж так обидно, то на следующее свидание пригласите первым вы, Кибом-щи.
Сказав это, он понял, что это прозвучало как упрек, и легонько взял мужчину за руку. Он мягко покачал его руку, всем своим видом говоря: «Понимаете, о чем я?» Тэхын по-своему попытался пофлиртовать, но из-за того, что мужчина вдруг сделал серьезное лицо, почувствовал себя полным идиотом. Тэхын смутился, но тут мужчина усмехнулся. Он опять просто подшутил над ним.
— Ай, Кибом-щи! Вы постоянно будете так делать? — заворчал Тэхын, и мужчина с полным смеха лицом извинился.
Его лицо почему-то выглядело таким радостным, что у Тэхына тоже поднялось настроение.
По пути к озеру Чхунджу в такси он спросил у водителя про гостиницу с видом на водоем. Водитель, приняв Тэхына и мужчину за бандитов, был жутко напуган. Он сидел таким напряженным, что Тэхыну даже захотелось спросить, не было ли недавно в центре Чхунджу какой-нибудь массовой драки. Таксист хоть и отвечал на вопросы быстро и четко, всем своим видом показывал, что хочет, чтобы они поскорее вышли.
Так или иначе, судя по всему, гостиничный бизнес возле озера Чхунджу, как и в Янпхёне или у других рек, тоже подмяли под себя лав-отели. Водитель сказал, что среди них есть одно потрясающее местечко, и назвал его. По его словам, там не было зданий, загораживающих обзор, поэтому вид в районе озера Чхунджу там был самый лучший. Он расхвалил отель, добавив, что недавно там сделали ремонт, поэтому условия весьма приличные.
Больше ничего узнавать и не требовалось. Тэхын сказал ехать туда.
Проехав еще около десяти минут, водитель высадил Тэхына и мужчину перед отелем и тут же посадил парочку, которая как раз выселялась. Видимо, от этого обстоятельства сердце таксиста оттаяло, потому что перед отъездом он порекомендовал им известный ночной клуб в центре, где собирается классная публика.
— Стоит туда пойти, как все возвращаются, подцепив девчонок. Говорят, знакомства там проходят на ура, — сказал он на прощание, пожелав им удачи.
Оба почти одновременно посмотрели на семиэтажное здание. Только называлось оно «отелем», а снаружи ничем не отличалось от обычного мотеля. Но поскольку все гостиницы в округе были точно такими же, они не придали этому значения.
От мысли, что именно здесь они проведут историческую ночь, Тэхын был просто в восторге. Даже если бы это был не роскошный отель, да хоть палатка в лесу, — пока мужчина был с ним, для Тэхына это место становилось первоклассным отелем и самым лучшим местом на земле. Он с триумфальным видом вошел в вестибюль.
Проблема заключалась в номерах. Как назло, была пятница, и свободных мест не оказалось. Но говорили, что вид отсюда самый лучший, поэтому он не мог просто так сдаться. И попросил позвать менеджера. Тэхын еще ни разу не видел места, где бы не сработала взятка, так что был готов выложить сколько потребуется. Однако он получил ключ еще до того, как успел достать деньги.
— Мы придерживали этот номер для VIP-клиента, но специально для вас сделаем исключение, — произнес менеджер банальную фразу, протягивая ключ-карту.
Только растерянно приняв ключ, он понял, что удостоился этой сомнительной любезности по той же причине, что и от таксиста. Он был благодарен уже за то, что не вызвали полицию, а тут еще и номер удалось снять, так что настроение было на высоте.
Мужчина, совершенно не понимающий ситуации, встал за Тэхыном перед лифтом и спросил:
— Сказали, почасовой нет. Потому что пятница.
— Тогда верните ключ, и пойдем в другое место.
— Говорят, так везде, а не только здесь. Мол, по выходным такие правила.
Мужчина повелся на ложь Тэхына, сказав: «А. Вот оно что».
— К тому же, пока мы поедим мэунтхан, сходим в лайв-кафе и выпьем, автобусы уже перестанут ходить. Такси, наверное, выйдет дороже, чем ночь в отеле, разве нет?
— Так что, раз уж заплатили за ночь, давайте просто переночуем и уедем завтра. Если поедете на первом автобусе, это не помешает вашей работе, Кибом-щи. А если просто уйдем, денег жалко же.
Слова звучали логично, поэтому мужчина не стал упрямиться.
— Только оставьте сумку и выходите, — сказал мужчина и отступил назад, когда двери лифта открылись.
— Да. Сразу пойдем кататься на утках.
— Давай хоть кофе выпьем перед этим.
— Тогда я подожду там, — сказал он и указал на кофейню в лобби.
Пока Тэхын тянул время, двери лифта начали закрываться, и мужчина поспешно нажал кнопку открытия.
Мужчина втолкнул Тэхына в лифт. Двери закрылись, словно только этого и ждали.
— Ну что за человек. Я его съем, что ли? — проворчал он.
И сам рассмеялся, подумав: Похоже, он догадался, что у меня на уме.
Тэхын бросил сумку на кровать и уже собирался выходить, но заметил, что шторы задернуты. Ему не хотелось, чтобы, войдя позже, мужчина первым делом увидел темную комнату. Поэтому он быстро раздернул шторы и, даже не взглянув на хваленый вид из окна, сразу спустился в лобби.
Даже из кофейни в лобби открывался отличный вид на озеро Чхунджу. Из-за удушающей жары вода в озере казалась мутной, но смотреть на нее все равно было приятно и освежающе. Мужчина сидел у окна и потягивал воду. Тэхын сглотнул, разглядывая его в белой рубашке и черных классических брюках — вид мужчины был не просто опрятным, а прямо-таки аскетичным.
Белое на смуглой коже смотрелось поистине сексуально. Лицо мужчины в синяках, опухшее и с рассечениями, даже не бросалось в глаза.
Как только Тэхын сел напротив, сотрудник отеля, словно только этого и ждавший, поставил перед ними воду и положил меню.
— Мне кофе со льдом. А вам, Кибом-щи?
Застенчиво ответил мужчина, который, как оказалось, любил сладкое.
Принесенное официантом парфе выглядело роскошно. Разноцветные кусочки фруктов, прослоенные ванильным и шоколадным мороженым, до краев наполняли высокий бокал, а сверху была воткнута трубочка из печенья. Мужчина, словно ребенок, выдал: «Ух ты». Он улыбнулся так лучезарно, что его лицо снова забавно сморщилось.
— Если будет вкусно, закажем еще одно.
Мужчина предвкушающе разглядывал десерт, а затем, слегка подавшись вперед, первым делом откусил съедобную трубочку. По его лицу расплылась улыбка. Сморщив нос в сторону Тэхына, он произнес: «Вкусно».
Возбуждать Тэхына даже с таким выражением лица — поистине удивительный мужчина.
Тэхын не мог оторвать от него взгляд. При этом он с легким сожалением подумал: Надо было вчера бить себя не так сильно. Собственная боль Тэхына совершенно не беспокоила, но из-за заплывшего от рассечения глаза он не мог должным образом любоваться мужчиной. И разве только это? Его собственная сильно распухшая левая щека почти ничего не чувствовала. Из-за этого при каждом слове он прикусывал внутреннюю сторону щеки, и во рту постоянно появлялся привкус крови.
Услышав слова мужчины, Тэхын с запозданием перевел взгляд на водоем.
Но сверкало вовсе не озеро, а сам мужчина.
Не подозревая об этом, мужчина без умолку расхваливал вид и парфе, усердно опустошая бокал. Серебряная ложечка в его большой руке казалась такой крошечной. Он ел с таким аппетитом, даже не замечая, что испачкал губы в мороженом, что Тэхына вдруг взяла легкая, беспричинная досада.
А мужчина, расценив этот взгляд по-своему и решив, что Тэхын просто тоже хочет сладкого, пододвинул парфе к нему со словами:
Боже, и что мне делать с этим мужчиной? Тэхын тихо усмехнулся.
Кататься на утке в такой солнцепек? Это же безумие.
Даже сквозь брюки сиденье обжигало, стоило только сесть. Точнее, пекло так, будто можно получить ожог. И мужчина, и Тэхын уже пожалели об этой затее, но отступать было поздно, так что они неохотно заняли места. Когда в лодку забрались двое взрослых, крепких парней, оба выше ста восьмидесяти, утка опасно накренилась.
Стоило Тэхыну с тревогой осмотреть катамаран, как мужчина вдруг начал изо всех сил раскачивать его из стороны в сторону. Лодка чуть не завалилась на бок. Тэхын перепугался, а мужчина громко расхохотался.
Мужчина так веселился, что злиться на него было невозможно. Глядя на его сияющее лицо, Тэхын подумал, что какая там злость — ради этого мужчины он готов хоть сейчас плюхнуться прямо в озеро. Тэхын нарочито надул губы, притворяясь обиженным.
— Тэхын-щи, вы не умеете плавать?
— Тогда почему вы боитесь? — смущенно спросил мужчина.
— Потому что плавал только в бассейне.
— Эй, озеро отличается от моря, это почти как бассейн.
— Там максимум два метра глубины.
— А... Я ни разу там не был, поэтому не знал.
Тэхын, который хотел подшутить над мужчиной, наоборот, почувствовал себя неловко от его слов.
— Да что там этот бассейн! Я и сам там в прошлом году впервые побывал, — добавил он, словно оправдываясь перед мужчиной. — Вы правы, Кибом-щи. Что озеро, что бассейн — одно и то же. Давайте-ка поднажмем.
Кроме них, хватало и других сумасшедших парочек, катающихся на утках по такой жаре. Но из всех лодок веселье царило только в той, где сидели Тэхын и мужчина.
Они, словно на гонках, обгоняли другие катамараны, уплывая далеко и возвращаясь, то переставали крутить педали и подплывали к уставшим парочкам, создавая волны и специально брызгаясь водой.
— Вы двое отлично смотритесь вместе!
Когда Тэхын лукаво бросал эту фразу, те обычно выдавливали из себя улыбку. Или начинали усердно крутить педали, чтобы убраться подальше.
Даже равнодушный поначалу Тэхын так вошел во вкус, что крутил педали изо всех сил. Они с мужчиной то и дело хихикали. И даже продлили время аренды утки. Почти два часа они прокрутили педали под палящим солнцем, да еще и на катамаране.
И промокли насквозь не от воды, а от пота. Лицо Тэхына, покрытое засохшими корками, снова обгорело на солнце и покраснело, а к желтым синякам на лице мужчины добавился пунцовый оттенок.
Сказал мужчина на обратном пути в отель после того, как они сдали утку.
— Широкая, но у нее есть пределы. А у моря — нет. Неизвестно, куда оно течет, потому что ему нет конца.
Мужчина говорил с каким-то отстраненным выражением. Его лицо выглядело таким тоскующим, что Тэхыну захотелось прямо сейчас отвезти его на море.
Заметив взгляд Тэхына, мужчина усмехнулся.
— Поедем вместе, когда у Джихе начнутся каникулы. Вы говорили про Тэчхон?
— Да. Там мелко, Джихе будет удобно играть. И песок мягкий, а еще каждое лето там проходит фестиваль грязи.
— А. Фестиваль грязи! Точно, я тоже видел в новостях.
Покопавшись в памяти, Тэхын вспомнил интервью с молодыми людьми, обмазанными грязью с головы до ног, включая лица. Девушки в основном были в бикини, а парни — в одних плавках, хвастающие своими хилыми прессами. Кажется, там еще было немало иностранцев.
От одной мысли о том, как они с мужчиной будут намазывать друг друга грязью, сердце Тэхына затрепетало от возбуждения.
— Вы никогда не плавали в море, Тэхын-щи?
Не плавал. Действительно не плавал. Бывал только в саунах да в бассейнах при отелях, даже в реке ни разу не купался. Водные развлечения в жизни Тэхына как-то не прижились.
— Вау. И правда нет. Если поеду с вами, Кибом-щи, это будет в первый раз.
При слове «в первый раз» мужчина обрадовался.
— Я намажу вас грязью, — сказал он с озорным выражением лица.
— Конечно. Там есть душевые, так что потом быстро отмоемся.
Пока Тэхын предавался непристойным фантазиям, мужчина оставался в святом неведении.
Погруженные каждый в свои мысли, они вошли в лифт отеля.
