Охота на ласточку. Глава 77
- А что вы будете делать, если он вдруг признается?
Взгляд того мужчины был неотрывно прикован к Ли Канджу. Он смотрел на него с таким пылким обожанием, что это было даже противно, но в то же время вызывало жалость. Возможно, он проецировал на этот образ самого себя.
- То, что я кому-то нравлюсь, еще не обязывает меня отвечать взаимностью.
До ушей Хэджуна, погруженного в свои мысли, донеслись довольно резкие слова. Ли Канджу сидел, прислонившись спиной к изголовью кровати, наклонив голову.
- И чего всем так не терпится раскрыть свои чувства?
Ли Канджу слегка цокнул языком. На его лице читалось явное раздражение. Похоже, внимание окружающих было для него делом привычным. Впрочем, при его-то обаянии ни опасная работа, ни тяжелая атмосфера вокруг него не становились преградой.
Ли Канджу посмотрел на Хэджуна, словно ожидая ответа. У Хэджуна, как у одного из тех, кто тоже потерял голову от него, кольнуло в груди. Как раскрыть тот факт, что он занят тем, что едва проглатывает признание, каждый день подступающее к горлу, и что внутри у него скопилось этих слов «ты мне нравишься» больше, чем внутренностей?
Хэджун замешкался и отвел взгляд. Щёки вспыхнули, словно его застали за чем-то постыдным.
- Директор, а вам никогда никто не нравился? Вы сами признавались кому-нибудь?
- Но ведь раньше была госпожа Ёнхва...
- Эта женщина закатила такую истерику, что мне пришлось согласиться, но...
Хэджун сглотнул. Не зная, что тот скажет дальше, он сверлил взглядом его губы.
- Было скучно. Никакого интереса, даже как хобби не годилось.
Жестокая оценка. А ведь Хан Ёнхва даже угрожала ему, утверждая, что не может жить без Ли Канджу. Чувства были настолько односторонними, что даже ему стало не по себе.
И тут его вдруг осенило: если бы у Ли Канджу остались к Хан Ёнхве хоть какие-то чувства, он бы сейчас не кувыркался с ним. Или, может быть, в тот момент, когда Хэджун пришел к нему в офис, он бы просто превратил его в кровавое месиво и закопал где-нибудь в горах. В любом случае, равнодушие Ли Канджу спасло Хэджуну жизнь.
- А кроме госпожи Ёнхвы, были другие? Бывшие любовницы, например.
Раз уж разговор зашел об этом, ему захотелось узнать о прошлом Ли Канджу. Сколько у него было любовниц и как долго обычно длились отношения.
- Обычно тот, кто спрашивает, отвечает первым.
И то верно. Но ему нечего было ответить. Опыта в любви у него, конечно же, не было совсем.
В детстве он был занят выживанием, а так как учился в школе для мальчиков, возможности пообщаться с противоположным полом выпадали редко. После выпуска, когда он подрабатывал, ему признавались в любви, но без гроша в кармане и с кредиторами на хвосте об отношениях не стоило и мечтать.
А пока он работал хостом, ему приходилось ухаживать за клиентками как за любовницами, так что о том, чтобы держать кого-то одного рядом, он даже не думал.
Оглядываясь назад, он понял, что Ли Канджу был первым, кому он отдал свое сердце. Слово «первая любовь» глубоко вонзилось в грудь.
- Я был слишком занят, времени влюбляться в кого-то не было.
Ему хотелось признаться так же, как Ли Канджу, который на вопрос, сушил ли он кому-нибудь волосы, ответил: «Сегодня».
Но вскоре и эта решимость сломилась. Он не мог. Как можно излить душу тому, кто считает чужие признания досадной помехой?
- Теперь ответьте вы. А как насчет вас, директор?
Он ожидал, что опыт у него, разумеется, есть. Тот был старше, и хотя Хан Ёнхву он назвал скучной, формально они были любовниками. Наверняка были и другие.
- Я пытался по-своему, но это оказалось сложно. Чувства не возникают просто потому, что ты этого хочешь.
Это означало, что Ли Канджу, как и Хэджун, никогда никому не отдавал свое сердце. Хэджун внутренне возликовал, но тут же впал в уныние. Чем сильнее была радость, тем больнее оказалось падение.
Ведь это означало одно: хотя сам он давно по уши влюблен в Ли Канджу, вероятность того, что у того возникнут ответные чувства, стремилась к нулю.
Уж лучше бы Ли Канджу кого-то любил раньше - тогда можно было бы надеяться, опираясь на этот опыт. Хэджун утешал бы себя тем, что если очень постараться, ему перепадет хоть капля привязанности.
Но Ли Канджу сказал, что такого не случалось ни разу. Человек, который не просто запер дверь своего сердца на засов, а сломал замок, вряд ли пустит туда кого-то вроде него.
К тому же он не был так красив, как тот мужчина в офисе, не обладал ни талантами, ни богатством. Он был всего лишь продажным парнем, которого использовали как половую тряпку, да еще и с кучей долгов - сколько ни смотри, плюсов не найти.
Изводить себя молчанием, так и не решившись на признание, а по истечении контракта - отпустить Ли Канджу?
От одной мысли об этом будущем - близком или далеком - защипало в глазах. Хэджун низко опустил голову, а затем быстро стер с лица уныние.
Как бы то ни было, сейчас Ли Канджу с ним. Нужно сосредоточиться на настоящем, а не на туманном будущем. И он не хотел в итоге услышать жестокие слова о том, что не годится даже в качестве хобби.
- Если вы свободны в эти выходные, может, съездим к морю? Зимнее море тоже довольно красиво.
Ли Канджу не отказался. Да, сейчас этого было достаточно.
Хэджун нарочито громко потянулся, чтобы скрыть свои мысли. Он собрался пойти умыться, но, когда попытался встать, ноги вдруг подкосились, и он плюхнулся на пол. Это был результат того, что Ли Канджу выжал из него все силы до последней капли.
Услышав звонкий смех, Хэджун обернулся. Ли Канджу ухмыльнулся и слез с кровати. А затем легко подхватил на руки кряхтящего Хэджуна, который растирал ноющие колени.
Испугавшись внезапного ощущения полета, Хэджун в панике обхватил руками шею Ли Канджу. Этого показалось мало, поэтому он еще и ногами обвил его талию, отчего над головой снова раздался тот же смех.
Ли Канджу подхватил Хэджуна под ягодицы руками, твердыми как сталь, и подсадил повыше, надежно прижимая к себе. Хэджун замешкался, не зная, оттолкнуть его и спуститься или вцепиться покрепче, чтобы не упасть.
- Ты же обещал найти мне хобби. В прошлый раз мне показалось, что это неплохо, так что содействуй, пока я не привыкну.
Услышав слово «хобби», Хэджун замер и уткнулся лбом в шею перед собой.
Какое это было бы счастье, стань купание Хэджуна хобби Ли Канджу. Ради этого Хэджун готов сидеть в воде, пока кожа не разбухнет, лишь бы Ли Канджу остался доволен.
С самого начала место возлюбленного было недосягаемо, как космос, и надежды на это не было никакой. Но стать хотя бы «хобби» - это, может быть, реально. В сердце Хэджуна без устали расцветала неистребимая, как сорняк, надежда.
Когда они добрались до моря, солнце уже клонилось к закату. Солнце за горизонтом рассыпало последние лучи уходящего дня. И море, и небо пылали алым заревом.
Было холодно, дул пронизывающий ветер. Хэджун, спрятав нос в воротник пуховика, застегнутого до самого подбородка, посмотрел на Ли Канджу снизу вверх.
Казалось, что ледяной ветер, пробирающий Хэджуна до костей, для Ли Канджу был лишь легким бризом. Он не переминался с ноги на ногу от холода, как Хэджун, и даже не ежился. Лишь раскрасневшиеся щеки напоминали о том, что Ли Канджу находится в том же времени года, что и он.
- Я сбегаю в магазин ненадолго.
Хэджун помчался в ближайший круглосуточный магазинчик. Как бы легко Ли Канджу ни переносил холод, зима есть зима. Стоя перед морем, открытым всем ветрам, невозможно оставаться в лете в одиночку. Купив горячие напитки, Хэджун поспешил обратно к Ли Канджу.
Ли Канджу держал во рту сигарету. За то время, пока Хэджуна не было, она успела истлеть уже наполовину, превратившись в серый пепел. Эта картина - туманный дым, струящийся сквозь губы на фоне сумеречного моря, - навсегда запечатлелась в памяти Хэджуна.
Заметив Хэджуна, Ли Канджу достал карманную пепельницу и затушил недокуренную сигарету. Хэджуну стало невыразимо жаль. Сигарета, зажатая в губах, дым, расплывающийся словно туман, и спокойная расслабленность, исходящая от Ли Канджу, глядящего на далекое море, - все это напоминало живописное полотно. Было досадно, словно у него из-под носа умыкнули шедевр, которым он восхищался.
- Вы могли бы докурить. Я тоже курю.
Может, он проявил заботу, решив, что Хэджун не курит? Хэджун был благодарен за это внимание, но ему хотелось еще раз увидеть Ли Канджу с сигаретой. Он поспешно пошарил в кармане. Когда он достал и показал пачку сигарет, брови Ли Канджу удивленно поползли вверх.
- А, нет, я не собираюсь курить прямо сейчас…
Дымить как паровоз перед старшим было невежливо. Смутившись, Хэджун спрятал пачку обратно и достал из другого кармана купленный напиток. Бутылочка была еще горячей.
Хэджун приложил свою бутылку к покрасневшему от холода кончику носа. Ли Канджу взял напиток, пристально посмотрел на него и вдруг спросил:
Видимо, он догадался, так как ему не пришло уведомление о списании средств. Хэджун расплылся в улыбке, прищурив глаза.
- Эй, ну такое-то я могу сам оплатить.
Картой, которую дал Ли Канджу, он и так пользовался довольно активно. Из-за чувства вины он не покупал ничего дорогого, но она очень выручала, когда нужно было угостить Йохана обедом или когда он оставался без гроша после перевода денег Чхве Мансоку.
Но в такой день, как сегодня, ему не хотелось использовать карту Ли Канджу ради одной несчастной бутылки напитка. Ему хотелось самому что-то дать Ли Канджу, так же как тот одаривает его. Пусть даже это будет сущая мелочь.
