Воля небес. Глава 94
Тело Хоёна дрожало, словно осина на пронизывающем ветру Северного моря. Руки и ноги совершенно онемели, а падение в бездну, разверзшуюся под ногами, казалось бесконечным, отчего каждый волосок на теле встал дыбом.
Стремительно летя вниз сквозь мешанину из снега и камней, Хоён поднял голову и посмотрел на Чхон Мугёна. Прямо на них летел валун размером с дом, заслонив собой свет, так что перед глазами всё почернело.
В воздухе, где невозможно было увернуться, в тот самый миг, когда Хоён уже мысленно приготовился к смерти, из вытянутой руки Чхон Мугёна вырвался колоссальный выброс демонической ци. Демоническая энергия приняла форму гигантской ладони и ударила по валуну.
Камень разлетелся во все стороны на мелкие куски, но у них не было ни секунды на облегчение: из-за отдачи от удара они полетели вниз с еще большей скоростью. Погружаясь в бездну глубиной в сотни чхоков, Хоён изо всех сил старался сохранить ясность ума.
Каким бы невероятным мастером ни был Чхон Мугён, не было никакой уверенности в том, что он останется невредим, да еще и защищая Хоёна. Ему едва хватало сил просто отбиваться от летящих на них вырванных с корнем огромных деревьев и камнепада — ситуация была хуже некуда.
Хоён, продолжая намертво цепляться за него, снова посмотрел вниз. Дна этой глубокой, лишенной даже лучика света пропасти не было видно. Но, заметив клочок пространства, куда пробивался тусклый свет, Хоён начал действовать: его тело окутала синяя энергия.
Однажды, чтобы спуститься со скалы, на которой Чхон Мугён запер его в хижине, он уже создавал ледяные ступени. Но тогда льду нужно было выдержать только его собственный вес, а сейчас к этому прибавлялся вес Чхон Мугёна и колоссальная сила инерции от падения. Хоён не знал, сработает ли это, но просто безвольно висеть на Чхон Мугёне означало с распростертыми объятиями приветствовать смерть.
Синяя энергия инь, вырвавшаяся из тела Хоёна, стремительно заскользила вниз по ледяной стене. Размельченная каменная крошка и комья снега намертво слиплись под воздействием холода, образуя огромную ледяную платформу.
Разумеется, если они рухнут на нее на такой скорости, то переломают себе все кости или вовсе погибнут от удара. Но сейчас было жизненно важно предупредить Чхон Мугёна о её существовании.
Хоён не успел даже отчаянно закричать: «Платформа! Платформа!..»
Чхон Мугён, выпустив поток ци в очередной падающий валун, использовал отдачу, чтобы направить их к ледяной стене. А затем, не имея при себе меча, голыми руками вонзил пальцы прямо в толщу льда.
Раздался оглушительный грохот, от которого у Хоёна заложило уши — казалось, рука Чхон Мугёна сейчас просто оторвется от напряжения.
Лёд под его ладонью с треском крошился, а от сильного трения во все стороны летели искры. В конце концов ледяная стена снова начала осыпаться кусками, поэтому полностью остановить падение не удалось. К счастью, скорость значительно снизилась. Хоён понадеялся, что если они благополучно приземлятся на созданную им ледяную платформу, то их тела хотя бы не превратятся в кровавое месиво.
Впрочем, он уже мысленно приготовился к тому, что сломает как минимум одну ногу.
Высвободив всю сконцентрированную в даньтяне ледяную энергию, он заставил влагу в воздухе взорваться ревущей снежной бурей. Снег и ледяная крошка густым слоем осели на ледяной платформе, образуя подушку, способную хоть немного смягчить удар.
Сам до конца не осознавая, какое чудо он только что совершил, Хоён лишь судорожно выдыхал облачка белого пара.
Красная демоническая ци Чхон Мугёна и синяя энергия инь Хоёна — слишком разные по своей природе, чтобы слиться воедино, — бушевали в глубокой пещере. Это был настоящий водоворот ци, рожденный их отчаянной попыткой остановить падение.
Когда в руке, вонзенной в ледяную стену, снова скопилась демоническая ци, Чхон Мугён наконец приземлился на ледяную платформу. И хотя она была покрыта толстым слоем свежего, мягкого снега, приземление всё равно сопровождалось глухим ударом.
Ноги Хоёна всё ещё болтались в воздухе, поэтому удар оказался куда слабее, чем он ожидал. Всю силу инерции от падения Чхон Мугён принял на себя.
— Ха-а, ха-а… — тяжело дыша, Хоён посмотрел на него, отчаянно пытаясь унять бешено колотящееся сердце.
Дыхание сбилось настолько сильно, что грудь болезненно стянуло, словно это он сам только что бежал огромную дистанцию, прежде чем сорваться в пропасть.
Правая рука Чхон Мугёна всё ещё была по локоть вонзена в ледяную стену. От его предплечья, на котором от дикого напряжения вздулись вены, непрерывным потоком исходил мощный жар. Вероятно, ледяная стена крошилась не только от физического удара, но и от этой раскаленной ци.
Чхон Мугён внимательно, с ног до головы, осмотрел Хоёна, которого продолжал прижимать к себе. Несмотря на пережитый кошмар, на теле юноши не было ни единой царапины. Сам Хоён этого не осознавал, но всё дело было в том, что Чхон Мугён покрыл Защитным барьером не только себя, но и его.
(Прим. автора: Барьер из энергии, защищающий тело путем выброса истинной ци за его пределы.)
Хоён тоже попытался оценить состояние Чхон Мугёна, но в кромешной тьме, в отличие от владыки с его острым зрением, мог различить лишь смутный силуэт.
— Ситуация говорит об обратном.
Несмотря на эти слова, тон Мугёна оставался всё таким же бесстрастным.
Но по голосу звучит нормально… Какое счастье.
Лицо Хоёна, всё это время искаженное шоком от внезапной катастрофы, наконец-то тронула едва заметная улыбка. В ней читалось искреннее облегчение: «Мы выжили».
Однако это продлилось недолго.
Хрусь… кр-р-р-хрусь! — из-под ног снова раздался зловещий звук. Улыбка сошла с лица Хоёна. Он напрягся и нервно закусил нижнюю губу. Похоже, наспех созданная платформа больше не выдержит.
— Ты ведь… и один сможешь… отсюда выбраться?
Дрожащий голос Хоёна звучал слабо и обреченно. Чхон Мугён медленно поднял голову, чувствуя, как руки Хоёна, вопреки этим жертвенным словам, цепляются за его одежду мертвой хваткой.
Глубина, на которую они провалились, была колоссальной — несравнимой со скалой причудливой формы, на которой стояла хижина. По прикидкам Мугёна, они пролетели вниз не меньше пятисот чжанов (около 1 500 м).
Даже для него взобраться наверх представлялось задачей не из легких. Как назло, лёд на отвесных стенах оказался недостаточно прочным, а из-за жара, исходящего от его собственного тела, лёд в любой момент мог треснуть под пальцами, сколько бы он ни пытался за него ухватиться.
К тому же, для такого подъема ему придется посадить Ви Хоёна себе на спину, и тогда главной проблемой станут падающие камни. Камнепад стал реже, чем в самом начале, но грохот, доносящийся сверху, всё еще не сулил ничего хорошего. Снежная гора словно никак не могла унять свой гнев — жуткий гул безостановочно эхом разносился по глубокой бездне.
Более того, падая с такой огромной высоты, даже мелкий камешек обретал смертоносную силу. Если он попадет в Ви Хоёна, тот как минимум потеряет сознание, а то и хуже. А если это случится, Хоён потеряет хватку, сорвется с его спины и рухнет во тьму.
Когда по ледяной платформе снова поползли трещины, Хоён выпустил поток ледяной ци, пытаясь хоть как-то сковать её льдом. Но обрушение было лишь вопросом времени.
— И всё же… если это возможно, было бы здорово, если бы ты забрал и меня… Я ни в коем случае не навязываюсь.
Хоён, чья дрожь вроде бы немного унялась, снова содрогнулся от яростного грохота сверху. «Если не выйдет — ничего не поделаешь, но если шанс есть, то и меня…» — бормотал он одно и то же, изо всех сил стараясь не смотреть в непроглядную тьму под ногами.
В прошлом Хоён очень долгое время был заперт в подземной пещере Горы вечных снегов. Когда другие дети рядом с ним умирали один за другим, надежда вернуться на поверхность таяла на глазах. И хотя Ледяной Дракон был рядом, он оставался существом, к которому нельзя было прижаться в поисках тепла. Если бы он это сделал, он замерз бы насмерть.
В том возрасте, когда ребенку так нужна родительская забота — всего в восемь лет, — он столкнулся с пронизывающим холодом, пронзительным одиночеством и бесконечной чередой смертей. В месте, куда не проникал ни один луч солнца, ориентируясь лишь на тусклое сияние светящихся камней, он обманывал пустой желудок пилюлями сытости.
Конечно, выдержав всё это и выжив, он смог выбраться наружу, смог позаботиться о детях Зала Иньбёль и встретил Чхон Мугёна. Но если бы ему предложили вернуться в то время, даже зная, какое будущее его ждет, он ни за что не смог бы пережить это снова.
Одно дело — не ведать, что тебя ждет, но тот, кто уже побывал в аду, по своей воле туда не вернется.
Было время он даже пошевелиться не мог, словно его ноги были скованы, при виде многочисленных пещер, разбросанных по Горе вечных снегов. Сколько мужества потребовалось Хоёну, чтобы отправиться на поиски мемориального камня, как страшно ему было заново столкнуться с этим леденящим душу одиночеством — знал лишь он один.
Хоён, с трудом отгонявший призраки прошлого благодаря теплу, исходящему от Чхон Мугёна, удивленно распахнул глаза.
— Что я никогда не возвращаю то, что забрал.
Чхон Мугён снова посмотрел вверх, на зияющую дыру над ними.
— А значит, твое место не здесь, а в Главной обители.
И пусть эти слова звучали грубовато, они принесли невероятное утешение. Хоён, до конца не осознавая всей глубины сказанного, торопливо закивал головой.
Гнев горы, доносившийся издалека, в конце концов снова обрушился на них. На этот раз Чхон Мугён четко осознал: из-за возобновившегося обвала это место будет полностью погребено под завалами.
Началось землетрясение, ледяная платформа разлетелась вдребезги, и они снова полетели в пропасть. Чхон Мугён, конечно, предполагал, что гора, дышащая столь лютым холодом, не сдастся без боя, но сейчас у него закрадывалось подозрение, вызывающее глухое раздражение: казалось, эта гора твердо вознамерилась оборвать их с Ви Хоёном жизни.
Чхон Мугён усмехнулся. Как же давно его не посещали столь сентиментальные мысли.
Хоён, не в силах даже вскрикнуть, безмолвно падал, а его белые волосы беспорядочно развевались в воздухе. Мугён крепко обхватил Хоёна за затылок, и его красные глаза угрожающе сверкнули.
На дне бездны — еще более глубокой и жуткой, чем при первом падении, — наконец показалась земля, но, как назло, она была усеяна острыми, торчащими в разные стороны замерзшими скалами и ледяными глыбами. От них исходила убийственная аура льда, способная вмиг разнести в пыль даже тысячелетние валуны и древние деревья.
Более того, из-за огромной скорости падения их с Ви Хоёном общий вес теперь обладал такой разрушительной силой, словно с небес рушилась сама гора Тайшань.
Даже не было времени выплюнуть вертящиеся на языке ругательства. Земля стремительно надвигалась прямо на Мугёна. Прижав Хоёна к себе еще крепче, он вытянул правую руку вниз.
Сфера Небесного Демона — дистанционный удар, разом высвобождающий всю внутреннюю энергию.
Он обрушил на землю колоссальный поток демонической ци. Вырвавшаяся из него красная энергия устремилась вниз, извиваясь, словно тысячи змей. В то же время она напоминала ревущего дракона, который распахнул свою пасть не к небесам, а к земле.
Вся пещера содрогнулась, а на земле во все стороны расползся гигантский кратер. Сила отдачи резко подбросила их тела в воздухе, замедлив скорость, но они тут же снова начали падать. А сверху на них уже неслась огромная масса снега вперемешку с гигантскими камнями и вырванными с корнем деревьями.
Даже если он поменяется с Хоёном местами и закроет его собой снизу, тот не спасется от летящих сверху обломков. А если они упадут так, как сейчас, очевидно, что голова и конечности Хоёна просто разлетятся вдребезги. Как ни крути, Ви Хоён был обречен на смерть.
«То, чего я хочу… это боевые искусства».
«Хоть я в свое время и превзошел своего учителя, мне еще не доводилось никого обучать».
«Так ты научишь меня или нет?»
«Как бы поступить… Я ведь никогда не обучал того, чье тело совершенно непригодно для боевых искусств».
«Говорят, Небесный Демон — не человек. Т-тогда ты должен уметь всё».
«А если я скажу, что не умею? Значит ли это, что я всё еще человек?»
На какое-то короткое мгновение Чхон Мугён, кажется, испытал сожаление. Если бы он научил Хоёна хотя бы тому, как использовать Защитный барьер, возможно, сейчас у них было бы больше вариантов. Но он не стал тратить время на раздумья.
Он снял Защитный барьер со своего собственного тела и направил всю истинную ци на Ви Хоёна. Он мог бы укрыть их обоих, как во время первого падения, но тогда безопасность Хоёна не была бы гарантирована на сто процентов. Чем шире радиус действия Защитного барьера, тем слабее его прочность. Поэтому единственным выходом было до предела сжать его, сконцентрировав исключительно на Хоёне.
Лишив защиты себя, Мугён высвободил чистейшую демоническую ци и закутал всё тело Ви Хоёна в непробиваемый панцирь. Красная демоническая ци, полностью окутавшая тело Хоёна за миг до столкновения, сплелась в невероятно прочный щит.
С оглушительным грохотом тело Чхон Мугёна врезалось в землю.
