Поцелуй подонка. Глава 72
Услышав утром новости, миссис Кэмпбелл чуть не потеряла самообладание от ярости. Но, верная своему характеру - чем сильнее гнев, тем холоднее рассудок - она не опустилась до вульгарного швыряния чайных чашек, а вместо этого закрыла глаза и сделала глубокий вдох. В такие моменты особенно важно сохранять хладнокровие. Она откинулась на диван с закрытыми глазами, очищая разум. После некоторых усилий ей удалось избавиться от навязчивых мыслей, и, наконец обретя спокойствие, она открыла глаза. Сделав глоток уже остывшего чая, она поставила чашку и коротко выдохнула. План действий был ясен. Она взяла телефон, приказала дворецкому подготовить всё к выезду и направилась в гардеробную собираться.
- Куда направляемся? - спросил водитель.
Сидя на заднем сиденье, миссис Кэмпбелл величественным тоном отдала распоряжение:
Там лежала Шарлотта. Глядя на быстро проносящиеся за окном пейзажи, она хладнокровно обдумывала, что скажет невестке.
Шарлотта, лежавшая одна в палате, вздрогнула от неожиданного появления свекрови.
Миссис Кэмпбелл поспешно остановила невестку, которая рефлекторно попыталась встать, но со стоном от боли замерла. Шарлотта, тяжело дыша, смотрела на неё измученным лицом. Проигнорировав стоящий у кровати стул, миссис Кэмпбелл прямо стоя начала разговор:
- Как ты себя чувствуешь? Выглядишь очень утомлённой.
От такого неожиданно ласкового тона у Шарлотты смешались чувства. Была только одна причина, по которой обычно холодная и резкая свекровь проявляла к ней такую мягкость. Молча опустив взгляд, она слушала, как миссис Кэмпбелл после паузы продолжила:
- Что сказал врач? Надеюсь, травмы не слишком серьёзные?
- Сломано три ребра, - ответила Шарлотта хриплым голосом. В её колеблющемся тоне явно слышалось неудовольствие. Миссис Кэмпбелл была раздражена неучтивым поведением невестки, но сделала вид, что не заметила.
- Кости срастутся сами, так что всё обойдётся. Через неделю отдыха сможешь выйти, не так ли?
Шарлотта промолчала, но это не означало согласие. Несмотря на её недоверчивый взгляд, миссис Кэмпбелл невозмутимо продолжила:
- Я говорила с адвокатом, он сказал, что твоё мнение очень важно. Ты ведь не собираешься оставлять Гордона там и дальше?
- Мама, мне сейчас очень больно...
Шарлотта едва выдавила из себя эти слова. Для неё это было максимальным сопротивлением, но для миссис Кэмпбелл это было смешно.
- И что? Такие раны со временем заживают. Не в первый раз ведь, верно?
От такой наглости Шарлотта просто замолчала. Но на этом не закончилось. Миссис Кэмпбелл продолжала:
- Если бы твоя сестра не лезла куда не следует, Гордон бы так не разозлился на тебя. Может, стоит встретиться с ней? Пусть отзовёт показания, а лучше скажет, что всё было ложью.
- Вы предлагаете мне лжесвидетельствовать?
Шарлотта от возмущения повысила голос. Но миссис Кэмпбелл лишь нахмурилась и отчитала её:
- Вот потому тебе и нужно было лучше следить за своей сестрой. Как ты могла допустить, чтобы она давала показания в суде? Неужели ты правда не знала?
Это была правда. Сама Шарлотта, узнав об этом позже, не знала, что делать.
- Как сестра могла рассказать мне такое?
Во время этих слов чувство вины кольнуло в груди. Видя её подавленность, миссис Кэмпбелл холодно сказала:
- Вот потому тебе и нужно было вести себя правильно с самого начала. Что теперь поделаешь? Если сейчас всё уладишь, Гордон тебя простит.
От этих слов Шарлотта резко подняла опущенную голову. На её лице читалось полное недоверие.
Спросила Шарлотта дрожащим голосом.
- Потому и говорю, что нужно было вести себя правильно с самого начала. Думаешь, он просто так с тобой так поступил?
Строго отчитала её миссис Кэмпбелл. Онемевшей Шарлотте она продолжала говорить:
- И без того много хлопот с судом, а ты могла бы сама разобраться с остальным. Даже сейчас не поздно взяться за ум и уладить это дело. Это касается твоей сестры, тебе и решать. Хоть раз должна быть от тебя польза, не так ли?
Шарлотта попыталась что-то сказать, но миссис Кэмпбелл опередила её вопросом:
- Ты ведь не забыла, почему Гордон женился на тебе?
Под её леденящим взглядом Шарлотта совсем потеряла дар речи. Язык словно окаменел. Убедившись, что Шарлотта молчит, миссис Кэмпбелл спокойно добавила:
- Скоро придёт адвокат. Просто делай, как тебе скажут, и на этот раз без ошибок.
Сделав последнее замечание и ещё раз взглянув на Шарлотту, она повернулась. Шарлотта молча смотрела вслед уходящей свекрови.
Как только дверь закрылась, наступила тишина. Машинально попытавшись глубоко вдохнуть, Шарлотта тут же стиснула зубы и закрыла глаза от пульсирующей боли. Несколько раз поверхностно вздохнув, она наконец открыла глаза, и внезапно всплыли детские воспоминания. Они с Сарой были близкими сёстрами. Она очень любила свою старшую сестру, а Сара обожала младшую. Жизнь была не идеальной, но довольно мирной. До того дня.
Только она вспомнила лицо сестры, смотревшей на неё с укором, как вдруг раздался стук в дверь. Она испуганно повернула голову, и через мгновение вошёл мужчина. Пока она растерянно смотрела на незнакомое лицо, он быстро пересёк палату, встал у кровати и заговорил:
- Здравствуйте, миссис Шарлотта Кэмпбелл. Рад знакомству. Я Браун, адвокат.
Шарлотта нерешительно взяла протянутую визитку - привычный жест. Несомненно, это был тот самый адвокат, о котором говорила миссис Кэмпбелл. Увидев её измученное выражение лица, адвокат продолжил:
- Могу я поговорить с вами минутку? Я не займу много времени.
- Я знаю, о чём речь. Простить Гордона и просить о снисхождении, верно? Как мы поступим? Нужно просто подписать бумаги?
На её нервный вопрос адвокат на мгновение замялся, но затем покачал головой.
- Нет, совершенно нет. Не знаю, что произошло, но мой клиент - не господин Гордон Кэмпбелл.
Шарлотта растерянно заморгала от неожиданного ответа. Браун продолжил спокойным голосом:
- Я пришёл по поручению мистера Кэмпбелла. А, мистера Уинстона Кэмпбелла.
Услышав это имя, кровь отхлынула от её лица. Глядя на побледневшую Шарлотту, адвокат как ни в чём не бывало добавил:
- Да, он обратился ко мне с просьбой. То есть... я хотел бы сделать вам предложение.
Ей потребовалось некоторое время, чтобы осмыслить его слова. Несколько раз часто моргнув, Шарлотта наконец произнесла:
- Предложение... говорите?
- Да.
Браун просто кивнул и улыбнулся.
От неожиданности Шарлотта могла лишь растерянно смотреть на адвоката.
Леди Кэтрин, сидевшая напротив миссис Кэмпбелл в просторной гостиной, заговорила только после того, как горничная подала чай и вышла.
- Не понимаю, почему Гордон устроил такой скандал именно сейчас.
На ворчание дочери миссис Кэмпбелл, накладывая мёд, небрежно ответила:
- Должно быть, накопился стресс. Неудивительно, правда?
- Но в этот раз он должен был сдержаться. Мама, вы не видели? Газеты, телевидение – везде шумиха. Какой позор, просто ужасный позор. Мне стыдно носить фамилию Кэмпбелл.
Положив ложечку после добавления мёда в чай, миссис Кэмпбелл произнесла:
- Нужно как-то уладить этот семейный скандал.
Спросила с явным интересом Леди Кэтрин. По правде говоря, она втайне надеялась, что мать не оставит это просто так. Видя явную радость дочери, миссис Кэмпбелл спокойно ответила:
- Скандал нужно прикрыть другим скандалом.
Внимательно слушавшая мать леди Кэтрин широко раскрыла глаза.
- Мама, вы уверены? Но это слишком...
Растерянная леди Кэтрин спросила:
- Придётся чем-то пожертвовать.
Поднося чай к губам, миссис Кэмпбелл сказала:
- В любом случае, нужно отвлечь внимание от Гордона, это будет выгодно и для суда. Нет смысла привлекать к нему лишнее внимание.
Леди Кэтрин согласилась и замолчала, хотя внутри у неё осталось смутное беспокойство. Мать наверняка права. Её суждения никогда не были ошибочными.
С такими мыслями она улыбнулась матери. Всё будет хорошо, и в этот раз тоже.
Получив доклад от личного секретаря, Уинстон нахмурился, глубокие морщины прорезали лоб между бровями. Видя эту реакцию, явно выдающую его крайнее недовольство, секретарь молча наблюдала за настроением босса.
Из его груди вырвался тяжёлый вздох, словно поднимающийся из самых глубин. Медленно подняв веки, Уинстон, глядя куда-то вдаль, пробормотал будто сам себе:
Секретарь внутренне занервничала, но молча ждала следующих слов работодателя. В тишине, где не было слышно даже дыхания, она молча наблюдала за боссом, который сидел с закрытым ртом, уставившись в одну точку. Спустя неопределённое время Уинстон наконец заговорил:
- Скажи журналисту, что дадим ему другой материал. Предложи эксклюзивное интервью.
На осторожный вопрос Уинстон ответил:
- Скажи, что узнает при личной встрече.
Секретарь, не теряя больше времени, покинула кабинет. Оставшись один, Уинстон, всё ещё глядя вдаль, тихо произнёс:
- И что же матушка так торопится, всё равно скоро всё закончится.
***
Увидев свет фар автомобиля, пересекающего сад, Юджин выглянул из окна. Убедившись, что это машина Уинстона, он машинально взглянул на настенные часы. Время давно перевалило за полночь. В последнее время такие поздние возвращения были несвойственны ему, и Юджин невольно беспокоился. "Так нельзя, нужно игнорировать", - ругал он себя, но всё равно не мог удержаться.
Он поспешно закрыл книгу, которую читал, выключил свет и лёг в кровать, полагаясь лишь на лунный свет. Как ни старался заснуть, чем больше пытался, тем яснее становился разум. Пока он хмурился, погружённый в свои мысли, вдруг за дверью послышались шаги. Равномерно приближающиеся шаги определённо принадлежали Уинстону.
Они уже несколько дней спали в разных комнатах. Причиной, конечно, было плохое самочувствие Уинстона. Сжавшись в комок, Юджин ожидал, что тот пройдёт мимо его комнаты в свою спальню, но неожиданно шаги остановились перед его дверью.
Мгновенно воцарилась тишина. Услышав, что шаги прекратились, Юджин навострил уши. Но они так и не возобновились. При мысли, что за толстой дверью стоит Уинстон, сердце сжалось от напряжения.
Тук-тук, от звука стука он чуть не подскочил на кровати. Широко раскрыв глаза от испуга, он моргал, когда через мгновение дверь тихонько открылась. В тёмную комнату проник свет. Длинная тень мужчины, стоящего на фоне освещённого коридора, протянулась по полу. Юджин инстинктивно закрыл глаза, притворяясь спящим. Но он всем телом ощущал взгляд Уинстона. Казалось, сердце глухо бьётся о грудную клетку.
Вдруг послышалось движение, а затем звук закрывающейся двери. Всё ещё не открывая глаз, он ждал, и снова раздались шаги. Убедившись, что они постепенно удаляются, Юджин поспешно сел на кровати. Он недолго колебался. Словно по наитию, он быстро пересёк комнату и открыл дверь.
Когда он окликнул его в коридоре, Уинстон, уже отошедший на приличное расстояние, замер. Когда тот медленно обернулся и их глаза встретились, Юджину показалось, что его сердце ухнуло вниз.
Некоторое время они просто смотрели друг на друга, скрещивая взгляды в пустоте. Почему-то не в силах разомкнуть губы, Юджин застыл в нерешительности. Он не знал, как начать разговор. Нужно что-то сказать, но...
Первым молчание нарушил Уинстон:
- Прости, похоже, я разбудил тебя.
На его низкий, спокойный голос Юджин поспешно покачал головой:
Сказав это, он понял, что фактически признался в том, что притворялся спящим. Хотя лицо Юджина моментально покраснело от неловкости, Уинстон, к счастью, не стал акцентировать на этом внимание.
- Хорошо. Тогда... можем поговорить?
На эти неожиданные слова Уинстона Юджин в замешательстве кивнул. Убедившись в его согласии, Уинстон снова спросил:
Юджин, выдержав небольшую паузу, ответил:
- Давай к тебе. Увидимся после того, как ты примешь душ и переоденешься.
Юджин тут же возразил на слова Уинстона. На этот раз, не медля, добавил:
- Я попрошу дворецкого приготовить чай. Тридцати минут хватит?
Уинстон, казалось, на мгновение задумался, затем произнес:
Когда Юджин, покорно кивнув, собирался вернуться в комнату, Уинстон окликнул его сзади:
Машинально остановившись и обернувшись, он услышал:
Юджин, растерянно моргая, молча вернулся в комнату. Только закрыв за собой дверь со стуком, он наконец выдохнул. После того как он услышал от Уинстона подряд извинения и благодарность, в голове всё поплыло. Надо же, чтобы этот человек так легко говорил такие вещи, да ещё и мне.
Чем больше он думал об этом, тем больше впадал в ступор. Может, у него с головой что-то не то из-за феромонов? Если подумать, он давно от них не избавлялся.
Может, перестал на вечеринке...
Вслед за этим пришло озарение: А! Возможно, он сегодня был на вечеринке. Там и избавился от феромонов. Наверное, поэтому и вернулся так поздно...
Хотя рассуждение было логичным, но сердце, в отличие от разума, отказывалось с этим соглашаться. Могут быть и другие причины. Может, сегодня было много работы в компании, или ему нездоровилось...
Хоть внешне это и не проявлялось, но иногда случалось, что он выглядел рассеянным или ронял что-нибудь. Он явно ещё не до конца восстановился.
Юджин резко помотал головой, затем нарочито широкими шагами подошёл к халату, небрежно брошенному на кушетку, и надел его. Затянув пояс сильнее, чем нужно, он глубоко вздохнул и позвонил дворецкому, попросив принести чай. Повесив трубку, Юджин закрыл глаза и убеждал себя. Дела Уинстона - это дела Уинстона. Меня это не касается.
Сказав себе это, он взглянул на часы. Оставалось ещё около пяти минут. Он намеренно вышел из комнаты точно в назначенное время. Внутренне волнуясь о том, что же Уинстон собирается сказать.
Когда он постучал и открыл дверь, Уинстон уже ждал его. Хотя с его ещё не высохших волос капала вода, Юджин сделал вид, что не заметил этого, и вошёл в комнату. Уинстон, видимо, тоже это понимал - указав Юджину на место, сказал: «Минутку», - и сразу направился в ванную. Вслед за этим послышался громкий шум фена. Юджин молча ждал его возвращения.
После того как дворецкий принёс чай и ушёл, они сели друг напротив друга за чайным столиком. Юджин, с усилием отведя взгляд от всё ещё раскрасневшихся щёк Уинстона, упрямо уставился на чашку и спросил:
Он не имел ни малейшего представления о том, что тот собирается сказать. В любом случае, это должно быть что-то важное, раз уж он решил поговорить в такое время.
И действительно, Уинстон немного помедлил. Когда Юджин почувствовал какое-то нехорошее предчувствие, тот коротко вдохнул и начал:
- Для начала хочу извиниться. Мать затеяла одно дело.
Как только была упомянута миссис Кэмпбелл, сердце сжалось. Глядя на мгновенно побледневшего Юджина, Уинстон одновременно почувствовал вину и гнев. Разве этот вид не напоминает кролика, дрожащего перед охотником? При мысли о том, что тот всю жизнь испытывал подобный страх перед его матерью, становилось тяжело на душе. Уинстон проглотил вздох и продолжил:
- Она хотела запустить статью о скандале между тобой и отцом. Вместе с подозрениями, что Энджи может быть его ребёнком. Не волнуйся, я это остановил.
Уинстон поспешно добавил последнее, пока Юджин не упал в обморок от шока. Юджин, дрожащей рукой поглаживая грудь, тяжело дышал.
Даже представить было ужасно. У ворот снова могли бы собраться журналисты, как тогда. Нет, с ним самим что бы ни случилось - ладно. Но при мысли, что Анджела могла оказаться втянутой в скандал, в голове помутнело.
- Как она могла такое сделать?
Юджин, с запоздалой обидой, произнёс дрожащим голосом:
- Со мной можно делать что угодно. Но Энджи, Энджи ведь ещё ребёнок. Как можно было Энджи...
Уинстон думал так же. Вспоминая, как он сам когда-то ошибочно считал Анджелу ребёнком отца, он прекрасно понимал, насколько напуган был Юджин.
Поэтому и согласился на брак со мной. Чтобы защитить ребёнка.
Он даже представить не мог, как тяжело было Юджину идти на вынужденный брак под его угрозами. И ещё терпеть бесконечные нападки.
Мысленно выругавшись на себя, Уинстон продолжил:
- Я понимаю. И если мать узнает об этом, она точно придумает что-то другое.
Глядя на застывшего Юджина, который, казалось, перестал дышать, он высказал то, что задумал:
- Поэтому я хочу сделать тебе предложение.
Юджин растерянно посмотрел на него. Уинстон кивнул и добавил:
С каждым словом становилось всё труднее понять, о чём речь. Молча ожидающему Юджину Уинстон наконец сказал:
- Я хочу, чтобы мы - ты, я и Энджи - дали семейное интервью.
На кофеёк: 5469070012308728 (сбер)
Boosty