Воля небес. Глава 117
Ви Хоён прошел сквозь барьер и отправился в Сто тысяч великих гор. Неясно, каким образом ему удалось его открыть, но если бы он действительно хотел сбежать, ему незачем было идти туда. Тем более бросив детей Ымбёльдане. А что, если Ви Ёнган ошибся? Это сомнение просуществовало лишь мгновение. Останься Ви Хоён в Северном море, Чхон Мугён непременно отыскал бы его следы. Он развернул Сферу десяти тысяч демонов почти сразу после его исчезновения, и с уровнем цингуна Ви Хоёна тот просто не успел бы покинуть пределы досягаемости.
Мугён бросился к Ста тысячам великих гор, а точнее — к Огненной горе. Чан Уну, который снова попытался увязаться за ним словно тень, он приказал закончить восстановление Ымбёльдана и охранять детей. Того золота, что он дал накануне, даже в нынешней суматохе с лихвой хватило бы на дрова, теплую одежду и еду. Да что там, на эти деньги можно было купить пару добротных домов. Чхон Мугён оставил Чан Уна, так до конца и не осознав, почему вообще обо всем этом беспокоится.
Воздух взрывался и ревел повсюду, где проносился Чхон Мугён, а земляная пыль взмывала в небо плотной завесой. Глаз обычного человека не уловил бы даже его силуэта. Покинув Северное море и вплоть до самых земель иноземцев, Чхон Мугён не останавливался ни на мгновение.
Стада, которые пасли иноземцы, инстинктивно чувствовали ужас от приближающейся издалека свирепой энергии и бросались врассыпную. Люди были сбиты с толку столь необычным поведением скота. Посреди бела дня волкам взяться неоткуда, но животные в панике от чего-то убегали. Местные жители испуганно гадали, не предвещает ли это стихийное бедствие.
И в этот миг над степью пронеслась гигантская буря. Взрослые крепко прижали к себе детей, чтобы их не унесло. Казалось, зарождался смерч, способный смести всё на просторах степей. Однако ветер, только что бушевавший вокруг них, вскоре утих.
Иноземцы попытались разглядеть, что именно пронеслось над широким горизонтом, но это нечто уже скрылось из виду. И хотя местные славились своим острым, как у ястреба, зрением, они так ничего и не смогли рассмотреть.
Дневное солнце скрылось, померк даже лунный свет, и опустилась кромешная тьма, в которой не разглядеть и собственных рук, но Мугён не останавливался. Его тело не проронило бы ни капли пота, даже если бы он непрерывно использовал цингун, вливая в него чудовищные объемы внутренней энергии, однако сейчас его ладони покрылись холодной испариной.
Да. Никто не мог гарантировать, что оставшийся в одиночестве на Огненной горе Ви Хоён находится в безопасности.
В Ста тысячах великих гор обитало множество животных, подвергшихся воздействию демонической энергии и превратившихся в монстров, и среди них наверняка были те, с кем Ви Хоёну не справиться. От голода за пару дней он не умрет, но если, пытаясь найти дорогу, забредет еще дальше...
— Должно быть, совсем из ума выжил, — хрипло вырвалось у Чхон Мугёна.
Он совершенно не мог понять, о чем думал Ви Хоён, проходя сквозь барьер. Скудное воображение Мугёна могло выдать лишь пару вариантов мыслей Ви Хоёна.
«Ого, как интересно! Там же вулкан!»
«Пока Чхон Мугёна нет, может, стоит попытаться сбежать по-настоящему?»
Абсурдность ситуации заключалась в том, что его дремавшее доселе воображение выдавало в отношении Ви Хоёна только подобную чушь. Впрочем, этот парень с самого начала был непредсказуемой переменной и никогда не поддавался логическому осмыслению.
Как только он снова окажется в моих руках, наложу на него ограничение, чтобы ничего подобного больше не выкинул.
Если использовать масуго — ядовитое насекомое, которое внедряют в самое сердце, — это вполне осуществимо. Если вживить масуго, то стоит Ви Хоёну отойти от него на определенное расстояние, как паразит начнет пожирать его сердце, причиняя адскую боль.
Или же можно приказать Тан Чонхо, Иллюзорному Демону Сновидений и одному из Десяти Великих Демонических Мастеров, наложить на него иллюзию. Но почему-то эта идея Мугёну не нравилась. Ведь тогда Ви Хоён перестанет быть собой.
Путь от лагеря иноземцев до подножия Ста тысяч великих гор занял всего несколько дней. Такое было под силу лишь Чхон Мугёну. Даже потеряв внутреннюю энергию, равную пяти капчжа, он был еще очень далек от полного истощения даньтяня.
Он действительно был существом, почти вышедшим за пределы человеческих возможностей, но создавать барьеры подобно священным зверям не умел. Пусть он и способен найти следы барьера, созданного этой тварью, и разорвать его...
Чхон Мугён на мгновение замер, пораженный внезапной мыслью, но тут же снова рванул к Огненной горе. Он не понимал, откуда взялась уверенность, что он сможет найти и разорвать барьер, но чувствовал, что и сейчас ему это вполне по силам. Более того, у него возникло дежавю, словно он уже делал это раньше.
Очень давно он убил Огненного Дракона, поглотил его ядро, а когда пришел в себя, обнаружил, что находится в пещере в Ста тысячах великих гор. Это место также было отправной точкой, куда он возвращался после каждой своей смерти.
Но самое странное: тогда проклятие Огненного Дракона стихло. Хотя он только-только переварил ядро, и демоническое пламя должно было бушевать с невиданной силой, всё было так, словно он откуда-то получил энергию предельного инь.
«Говорят, что пещера в Горах вечных снегов и Огненная гора в Ста тысячах великих гор связаны барьером».
Эту историю вполне можно было бы счесть полным бредом. Однако Чхон Мугён не сомневался в существовании барьера. Его волновал лишь один вопрос: воспользовался им Хоён или нет?
Мугён оборвал поток мыслей, цепляющихся одна за другую и не дающих ответа. Сейчас самым важным было найти Ви Хоёна.
Направляясь к Огненной горе, он на ходу разрывал на куски демонических зверей, попадавшихся на пути, не оставляя от них и следа. Из кусков плоти и внутренностей, упавших на землю, сочилась демоническая энергия, заставляя почву шипеть и плавиться. Повсюду, где он проходил, оставались лужи черной крови и выжженная земля. С твердым намерением перевернуть Огненную гору вверх дном, он раскинул Сферу Десяти тысяч демонов на всю территорию.
Однако, как бы он ни старался, он нигде не мог ощутить ту самую энергию крошечного нетающего кусочка льда посреди магмы; ту белую, подобную чистому льду энергию, способную укротить бушующее в нем пламя.
На Огненной горе не было ни следов барьера, ни признаков того, что Ви Хоён здесь находился.
Крик Чхон Мугёна, наполненный огромной внутренней энергией, сотряс всю гору. В тот момент, когда он попытался расширить Сферу Десяти тысяч демонов за пределы Огненной горы, его чувства уловили знакомую энергию.
Это был не демонический зверь, а умное животное, наделенное демонической энергией. Конь Владыки.
— Да что здесь происходит? — казначей Хан, поручив Хоёна заботам Абока, вышла наружу и сердито нахмурилась.
Иль Кангун даже не думал выяснять, в чем дело, а просто стоял на месте рядом с До Гёном, который остался снаружи охранять Хоёна. Казначей Хан уже собиралась поторопить их, сказав, что нужно срочно разобраться в происходящем, когда До Гён, приподняв пальцем повязку с глаза, обнажил белесый, словно покрытый инеем, зрачок.
Неужели слова господина Ви оказались правдой?
— Сокрушая формации Священного культа... он идет сюда.
Череда оглушительных взрывов была вызвана тем, что Чхон Мугён мчался вперед, попросту снося барьеры на своем пути. В конце концов, колоссальная демоническая энергия обрушилась на дом Маёнму, не давая присутствующим даже вздохнуть.
Но откуда владыке известно, что господин Ви находится здесь? Можно было бы подумать, что кто-то уже встретился с ним и доложил, однако владыка сейчас громил их собственные защитные барьеры. И не было никого, кто мог бы преградить ему путь.
С жутким звуком разрываемого воздуха вглубь внутреннего двора хлынула еще более густая демоническая энергия. Бум! Главные ворота резиденции Маёнму разлетелись в щепки. Из пруда в центре двора взметнулся столб воды, обрушившись вниз подобно проливному дождю.
Все, кто находился в поместье Маёнму, в священном ужасе перед аурой владыки как один рухнули на колени. Вскоре демоническая энергия Чхон Мугёна сфокусировалась на павильоне, где спал Ви Хоён.
Темно-красная энергия беспорядочно колыхалась, готовая поглотить здание целиком. Но в отличие от навязчивой демонической энергии, пытавшейся просочиться даже сквозь дверные щели, на лице самого Чхон Мугёна не отражалось ни единой эмоции.
Чхон Мугён тяжело зашагал вперед, и рассеянная вокруг демоническая энергия вмиг втянулась обратно в его тело. В повисшей мертвой тишине раздался скрип открывающейся двери.
Как только в поле зрения показались развевающиеся белые волосы, в красных глазах Чхон Мугёна мелькнул свирепый блеск. Хоён, пошатываясь, вышел наружу, с его губ непрерывно срывались облачка белого пара.
— Вот видите... я же был прав? Говорил же, что он идет...
Хоён перевел взгляд с Чхон Мугёна на распростертых по земле людей и улыбнулся. Его одурманенная, нелепая ухмылка вызывала оторопь.
У него явно случился приступ лунатизма, да и с первого взгляда было видно, что он в ужасном состоянии. Чхон Мугён в один миг сократил расстояние и с силой схватил Хоёна за волосы, резко потянув на себя. Голова Хоёна запрокинулась.
Красный взгляд Чхон Мугёна был по-прежнему намертво прикован к Ви Хоёну.
Перехватив выдох белого пара, Чхон Мугён тут же накрыл губы Хоёна своими.
