Всегда злодей. Глава 16. Рафаэль
Звук открывающейся входной двери вызвал у меня улыбку. Последние два часа я не выпускал телефон из рук, надеясь, что он позвонит или хотя бы напишет. Мне правда было нужно заставить его больше со мной общаться.
Я уже был в шаге от того, чтобы отправить ему фотки своей задницы и, может, себя в каком-нибудь белье, лишь бы добиться от него ответа.
Все мысли кончились, когда я увидел окровавленного, избитого Чезаре.
Я оказался рядом с ним через секунду, схватив его за лицо. Кровь стекала с его лба, глаза были затуманены, и он застонал, закрывая их. Не думая, я щёлкнул выключателем, погружая нас в темноту. Он выдохнул.
— Это… чёрт, — он сжал переносицу, издав болезненный звук. — Еда.
Блять, как он вообще может думать о еде сейчас? Чезаре хмыкнул.
Он облизнул губы, и прошёл дальше в дом со слишком низко опущенной головой.
— Засунь несколько в подогреватель для полотенец, чтобы были мягкие и горячие.
— О чём ты вообще говоришь? Сядь. Что случилось? — я попытался потянуть его к дивану, но он оттолкнул меня.
Хрустнул шеей, но это, похоже, не принесло ему никакого облегчения. Слава яйцам, на кухне горел свет, и в гостиной был тусклый полумрак, в котором я мог всё разглядеть. От насквозь промокшей одежды до растрёпанного вида, в котором я никогда раньше не видел Чезаре.
— Чезаре, ты должен сказать мне, что с тобой случилось.
Паника рвала меня изнутри. Он был ранен. Если это было дело рук Бенито, клянусь, я бы устроил так, что всё, что Чезаре с ним делает, показалось бы ему прогулкой. У них там своё семейное дерьмо, но это, блять, уже слишком.
Он едва держался на ногах, и я тут же подставил плечо, чтобы он мог опереться.
Со стоном я схватил Чезаре за одежду и дёрнул его ближе к себе. Он был всего на несколько сантиметров выше. Наши взгляды встретились, и на секунду в этих тёмных глазах появилась ясность.
Он нахмурился, глядя на меня. Даже оглушённый и раненый, он излучал властность. Будь это кто-то другой, я бы извинился и отступил. Чёрт, будь я умнее, я бы прислушался к его бредням и был хорошей шлюхой, за которую он платил. Увы для него, я вряд ли подходил на эти роли.
Я толкнул его на диван и забрался сверху, прежде чем он успел снова встать. Я старался переместить весь свой вес на руки, чтобы не сделать ему ещё хуже.
Словно рефлекторно, одна из его рук обвилась вокруг моей шеи, удерживая меня на месте. Я не возражал, наоборот, это меня заземляло. Я осмотрел рану у него на голове и зашипел, когда снова выступила кровь.
— Merda. Quem fez isso com você? Eu nunca quis matar ninguém antes, mas agora eu poderia matar qualquer um.
Чезаре застонал, его веки затрепетали.
Моя рука хлестнула его по лицу, заставляя его снова открыть глаза. Он на секунду сфокусировался на мне.
— Ага, ага, можешь затрахать меня до смерти, когда перестанешь истекать нахуй кровью по всему дому. И когда перестанешь разговаривать так, будто ты восьмидесятилетний старик с маразмом.
Я начал его раздевать, чтобы понять, насколько сильно он ранен. Я вообще не понимал, что делаю. Мои медицинские знания были на уровне ребёнка. Я мог пластырь кому-нибудь наклеить, если надо, но это? Блять, я был растерялся. Кроме меня здесь больше никого не было, никто не охранял пентхаус.
Что-то зашевелилось под одеждой Чезаре, и я замер. Это произошло снова, и я отодвинул ткань в сторону. Маленький грязный комок мокрого меха выкатился наружу. Он зашипел на меня, отползая обратно к безопасному месту — к одежде Чезаре.
— Одного питомца было мало, надо было притащить домой ещё одного?
Чезаре сжал моё горло, прежде чем его рука безвольно опустилась.
— Ему нужна еда и тёплые полотенца.
— Вообще-то сейчас я больше беспокоюсь о тебе. Ты истекаешь кровью и, похоже, ранен сильнее, чем показываешь.
Этот мужик был пиздец какой требовательный, даже когда истекал кровью и, возможно, словил сотрясение. Я застонал и поднялся, а затем схватил бешеный комок меха за шкирку. Он злобно зашипел, но в тот момент, когда я снова посадил его на Чезаре, заткнулся.
Прекрасно, ещё один конкурент. Мало того, что я боролся за Чезаре со всей женской половиной населения, так он ещё и притащил какой-то чёртов меховой комок. Я схватил телефон со стула, куда ранее бросил его, и направился в ванную, где засунул несколько полотенец в подогреватель, пока паника уступала место злости.
С Чезаре всё было плохо, но он хотя бы не умирал. Я этого не допущу. Я пролистал список до контакта Гранд Майи.
— Рафаэль, давно тебя не было слышно. Как ты?
Она была одной из самых добрых, но при этом жёстких женщин, которых я когда-либо встречал. Она была из тех, кто не терпит дерьма, но принимала всегда радушно. Неважно, какое у тебя было прошлое, когда ты появлялся в Silver Dreams. Она следила, чтобы ты получал шанс начать заново.
— Слушай, помнишь того врача, который иногда приходит? Можно мне её номер?
Гранд Майя даже не колебалась.
— Мелони. Её услуги по выезду стоит вдвое дороже обычного приёма.
Я мог себе это позволить, а даже если бы не мог — нашёл бы способ. Я не вырос в семье с деньгами, но был готов швырнуть их кому угодно, если это означало, что с Чезаре всё будет в порядке.
Ответом мне была тишина, и у меня скрутило живот. Я нервничал, находясь так далеко от Чезаре. Проверив полотенца, я взял нижнее, оставив остальные, и вернулся в гостиную. Он всё ещё был там, где я его оставил.
— Эй, только попробуй закрыть глаза.
Чезаре застонал, его голова свесилась набок, и на секунду наши взгляды встретились.
Блять. Я не привык видеть его таким.
— Пришли её. Я заплачу сколько угодно.
— Хорошо, будь осторожен, дитя, — сказала Гранд Майя.
Я кивнул, но мы оба знали: с того момента, как я шагнул в этот мир, места для осторожности не было. Я принёс тёплое полотенце обоим. Котёнок сидел у Чезаре на груди и мурлыкал. Стоило мне подойти ближе, и он зашипел.
— Я тебя утоплю в ведре с мочой. Только рискни.
Я ткнул пальцем в эту раздражающую тварь.
Чёртов кот ударил лапой по моему пальцу, будто говоря, что я неправ. Я был тут первым.
Чезаре застонал, прижимая пальцы к голове. Я быстро завернул кота в тёплое полотенце и схватил Чезаре за руку.
Его костяшки были не лучше, чем голова. Кожа рассечена, кровь текла, но гораздо медленнее, чем из раны на голове. Нужно было прижать? В фильмах ведь так делают, да? Я побежал на кухню, схватил одно из чистых кухонных полотенец и через секунду снова был перед Чезаре. Я скомкал полотенце и прижал к его голове. Итальянская речь лилась так быстро, что я не смог разобрать ни слова, но был почти уверен, что она состояла их одних ругательств.
— Надеюсь, ты сейчас сказал: «Вау, Рафаэль, у тебя такая охуенная задница, не могу дождаться, когда снова вколочу тебя в матрас».
Моя шутка повисла в воздухе, но я был готов цепляться за что угодно. Может, если я его достаточно выбешу, он вскочит, повалит меня на пол и докажет, что с ним всё в порядке.
Я улыбнулся этому слову. Ему охуеть как нравилось трахать эту шлюху, если судить по той ночи. Никогда, и я имею в виду вообще никогда меня так не выматывали. Чезаре трахал меня так, будто хотел сломать. И я прочувствовал каждую секунду процесса.
Он снова попытался сесть, и мне захотелось его придушить. Он расправил плечи и посмотрел мне прямо в глаза. Вот он — тот Чезаре, которого я так хорошо знал. С ним всё будет в порядке. Должно быть. Но врач всё равно нужен. Я ничего не понимал, возможно, всё было хуже, чем просто рана на голове. Я снова уложил его.
— Не двигайся, я вызвал врача. — Я пригладил его черные с сильной проседью волосы. Они были липкими и мокрыми от крови. Дождь испортил почти всю укладку. Его дыхание немного выровнялось, он расслабленно затих на диване. Появилось ощущение, будто мне в живот насыпали камней, и меня затошнило.
— Не закрывай глаза, а то я снова тебе влеплю.
— Ты… за… платишь… — простонал он, — за это.
— Блять, Папочка, надеюсь. Жду не дождусь узнать, какую именно дырку ты захочешь наказать, когда поправишься.
Нет, не в порядке. Он снова попытался сесть, и я опять уложил его обратно.
— Сделай так ещё раз, и порез на твоей голове покажется тебе царапиной.
Я взял его руку и прижал к тряпке. Мне нужно было найти ответы. Тот ворчливый мудак, в которого я был влюблён, явно не собирался мне их давать.
Он схватил меня за руку, прежде чем я успел отойти, и уставился на меня. Это было как смотреть в глаза крокодилу. И смерть близка, и сбежать невозможно.
Я обхватил его лицо ладонями. Он вздохнул и на секунду прижался лицом к моей руке. Я бы не поверил, что это произошло, если бы сам это не увидел.
— Я понятия не имею, что делать, и я… Não posso perder você agora que finalmente consegui ter você.
— Только врач, и я обеспечу секретность.
Он застонал, запрокидывая голову назад, крепко сжал губы и тяжело задышал через нос. Мне был знаком этот взгляд.
— Вот дерьмо, — я огляделся, побежал на кухню за мусорным пакетом и успел поднести его Чезаре, когда тот перегнулся через подлокотник и его вырвало.
— Я знаю, ты не хочешь, чтобы тебя таким видели. Я никого не впущу, но врач нужен.
Кот сполз к Чезаре на колени, когда его наконец перестало рвать. Он откинул голову на спинку дивана.
Чезаре ничего не ответил, но я и не рассчитывал на это. Я выбросил пакет с рвотой, взял новый и положил рядом с ним. Его дыхание сбивалось, он сидел, выглядя почти хрупким.
Я отошёл на несколько шагов к своей комнате. Так, чтобы видеть Чезаре, но достаточно далеко, чтобы разговор оставался приватным. Прижав телефон к уху, я принялся ходить взад-вперёд, не сводя с Чезаре глаз. На четвёртом гудке ответили.
— Какого хера ты сделал? — я знал, что должен сохранять спокойствие, но это было уже, блять, слишком.
Тишина в ответ действовала мне на нервы.
Я стиснул зубы. Его равнодушный тон бесил. Чезаре буквально штамповал свои копии.
— Насколько я помню, ты работаешь на меня, и если это не ёбаный апдейт насчёт того, чем занимается мой отец, то у тебя нет причин звонить мне. Или что-то случилось?
Слова застряли у меня в горле. А что, если это не Бенито, и сейчас я сам навожу его сыновей на ослабленного Чезаре?
— Мне это надоело. Если тебе нечего доложить, Рафаэль, может, займёшься своей работой, прежде чем я найду кого-то более способного?
Он не знал? Или знал и проверял меня? Я покачал головой. Нет, Бенито играл в игры, как Чезаре. Он бы уже окружил дом, или ещё лучше — Чезаре вообще не добрался бы до меня. Блять, я облажался.
Я сглотнул, взял себя в руки и надел маску, которую умел носить лучше всего.
— Ты позвонил мне, чтобы спросить, почему он опаздывает? Он, наверное, сейчас с какой-нибудь шлюхой, потому что ты недостаточно хорошо его развлекаешь. Я же говорил, ему быстро становится скучно. Что ты выяснил?
Я бросил взгляд на Чезаре, лежащего на диване, больше всего на свете желая вернуться к нему и позаботиться о нём.
— Рафаэль, — в голосе Бенито звучали предупреждение и презрение.
— Он собирается следующим ходом нацелиться на бар.
— Твоя лицензия на алкоголь и что-то насчёт нескольких отчётов санитарных проверок.
Я выдохнул. Лишь бы этот разговор уже закончился. Винить было некого, кроме себя.
Звонок тут же оборвался. Я был слишком рад, что он закончился. В следующую секунду я уже пересёк комнату и проверил Чезаре.
Он открыл глаза сразу, стоило мне приблизиться. Его тёмно-карие глаза были устремлены на меня, тело напряглось. Как только наши взгляды встретились, он снова расслабился и закрыл глаза.
Я улыбнулся его хриплому тону.
Злобно посмотрев на кота, я пошёл на кухню, нашёл банку курицы и открыл её. Затем принёс её, схватил комок меха и посадил его на кофейный столик рядом с маленькой тарелкой с курицей. Ему потребовалось совсем немного времени, чтобы наброситься на еду.
— Ты лопнешь, если будешь так жрать, — предупредил я.
Раздавшийся через секунду стук в дверь заставил меня вскочить, и я пошёл открывать. На пороге стояла темнокожая женщина с ярко-розовыми кудрями, в чёрных узких джинсах и блестящем топе, с сумками в руках.
Я открыл дверь, точно зная, кто это.
Она осмотрела меня с головы до ног. У неё была насыщенного тёмно-коричневого оттенка кожа без единого изъяна. Щёки были слегка подкрашены румянами, а глаза накрашены розовыми блёстками под цвет волос.
— Гранд Майя сказала, тебе нужна моя помощь? Какие симптомы? — она вошла в пентхаус и замерла, как только в комнате разнёсся стон.
Она на секунду замедлилась, на её промелькнуло узнавание. Страх, злость и раздражение появились и исчезли, уступив место спокойному выражению.
Я покачал головой, подходя ближе к Чезаре. Я хотел прикоснуться к нему и закрыть собой. Но не мог ни того, ни другого. Она прищурилась, бегло осматривая пациента.
Мелони подошла ближе. Движения Чезаре оказались быстрее, чем должны были бы в его состоянии. У него уже был в руке пистолет, и он собирался навести его на врача. Я схватил его за руку, прежде чем он успел сделать какую-нибудь глупость.
— Прости, — быстро сказал я. Он с неебической силой попытался вырвать руку из моей хватки. Я даже не был уверен, понимает ли он, кто перед ним.
Мелони даже не выглядела обеспокоенной, смотря на него сверху вниз. Она наклонила голову набок.
Ну конечно. Я кивнул, тяжело выдохнув.
Она отвернулась от Чезаре, открывая свою сумку, натягивая перчатки и доставая несколько флаконов.
Я встал так, чтобы Чезаре мог меня видеть, и встретился с ним взглядом. Он несколько раз моргнул, глядя на меня, потом вздохнул и отпустил пистолет. Я забрал его и отложил в сторону, затем быстро расстегнул его рубашку и втянул воздух, увидев синяки, которые едва можно было разглядеть в тусклом свете. Они расползались по его груди — тёмная уродливая сеть, отливающая фиолетовым.
— Даже не буду спрашивать, когда он в последний раз делал прививку от столбняка.
— Ты собираешься создавать проблемы?
Чезаре хмыкнул, и я вздохнул. Он прочистил горло.
Я улыбнулся ему и осторожно провёл пальцами по его волосам, стараясь не задеть рану, потом наклонился и легко поцеловал его в лоб.
Мелони подошла ближе и начала его ощупывать. Он застонал один раз, но после этого совершенно стих. До её прихода он не скрывал боли. Теперь же выглядело так, будто он заставлял себя вообще не издавать ни звука.
От каждого её прикосновения по моей кожу ползли мурашки. Она дотрагивалась до того, что было моим. Я всё понимал, но всё равно хотел переломать ей пальцы.
— Можешь перестать сверлить меня взглядом и включить свет. Это ему не понравится, но мне нужно полностью его осмотреть.
— Я исключительно по женщинам. Он меня совершенно не интересует, — ответила Мелони так, будто ей приходилось говорить это часто.
Полезно знать. Это, кстати, объясняет, почему женщины в Silver Dreams начинают визжать и прихорашиваться, когда слышат, что Мелони приезжает. Теперь многое стало понятнее. Я включил свет, и плечи Чезаре мгновенно напряглись. Он заставил себя сесть ровнее, но кроме этого ничего больше не показывал.
— Довольно неприятный порез, — сказала Мелони. — Понадобится один-два шва. Легко исправить.
— Синяки не такие страшные, в основном на груди. Костяшки разбиты в хлам, но сомневаюсь, что это из-за того же. Не так ли?
Она отвернулась, взяла нужные инструменты и всё подготовила, не дожидаясь ответа.
Я хотел расспросить Чезаре, но то, как он сидел прямо и делал вид, будто не ранен, заставляло меня желать, чтобы Мелони поскорее ушла из нашего пространства и чтобы он уже, блять, расслабился.
— Можешь принести ему воды? Ему нужно будет принять обезболивающее.
От мысли оставить его мне стало не по себе.
Чезаре посмотрел на меня и коротко кивнул. Я принял это за разрешение и побежал на кухню. Вернулся раньше, чем Мелони воткнула иглу ему в лицо.
Я не пропустил, как Чезаре вздрогнул при виде иглы, но он ничего не сказал, пока она зашивала рану.
Я сделал то, что подсказывали инстинкты — положил руку Чезаре на плечо. Это было едва заметно, но его тело чуть-чуть расслабилось.
Мелони закончила зашивать и обрабатывать рану. Костяшки тоже были обработаны и забинтованы. Все необходимые уколы сделаны. Пока она убирала инструменты, мне пришлось прикусить язык, чтобы не поторопить её.
Чёртов кот воспользовался моментом, забрался на диван и снова устроился у Чезаре на коленях.
Мелони перечислила лекарства и инструкции по уходу. Я кивал, запоминая всё это, и одновременно думал, как заставить чёртова кота свалить.
Проводив её к двери, я щёлкнул выключателем, давая Чезаре хоть какое-то подобие покоя, а затем прочистил горло.
— Мне нужно, чтобы это осталось между нами.
Глаза Мелони скользнули к Чезаре, а затем обратно ко мне.
— Врачебная тайна. Просто проследи, чтобы он отдохнул. Похоже на лёгкое сотрясение. Думаю, он попал в какую-то аварию, но я не уверена. В любом случае, с ним всё будет в порядке.
Она открыла дверь, и я схватил её за руку, прежде чем она успела уйти. Она опустила взгляд на мою руку, и только тогда я заметил в её руке шприц без колпачка.
— Убери руки, иначе ты не проснёшься, чтобы иметь возможность позаботиться о нём.
Я сразу отпустил её и выдохнул, потерев затылок.
Я сомневался, что флирт с Мелони что-то даст. Я красивый мужик, но у меня не было того, что ей нравилось.
Она внимательно посмотрела на меня.
— Ты вызвал меня, а я отношусь к своей работе серьёзно, несмотря ни на что. Интересы моих пациентов превыше всего.
Могу ли я ей доверять? Я мог бы запереть её в одной из многочисленных спален и связать, пока Чезаре не станет на сто процентов лучше. Эта мысль исчезла, не успев толком оформиться.
Мелони может и невысокая, фигуристая женщина, но она каждый день имеет дело с мафиози. Помимо прочего, она была готова вколоть мне что-нибудь без малейших колебаний только потому, что я её коснулся.
— Меня ждёт моя девушка, и как бы прибыльно это ни было, ничто не сравнится с тем, чтобы зарыться у неё между ног.
Я натянул улыбку и оглянулся на Чезаре.
— Ладно, спасибо, что приехала. Счёт можешь прислать мне.
Её глаза в обрамлении блёсток расширились.
— Да, — я вздохнул и выпустил её.
Перед тем, как вернуться к Чезаре, я по пути заскочил в одну из многочисленных комнат и взял плед. Затем сбегал за горячими полотенцами, принёс их обратно к дивану и накрыл Чезаре. Когда он окончательно придёт в себя, я раздену его дальше и приведу в порядок. Забравшись на диван, я прижался к его боку, осторожно устроился, стараясь не задеть синяки, и положил голову ему на плечо. Установленный таймер должен был будить Чезаре через каждые тридцать минут, максимум через час. Чёртов кот даже не зашипел на меня, только поднял голову и снова устроился на своём месте у Чезаре на коленях.
Тот напрягся на секунду, прежде чем я поцеловал его в щёку.
— Всё хорошо, больше никого нет. Теперь только мы.
Если бы я мог, я бы забрал Чезаре и сохранил только для себя. Нахуй весь мир — только я и он.
🇵🇹 Não posso perder você agora que finalmente consegui ter você
🇷🇺 Я не могу тебя потерять. Только не сейчас, когда ты наконец мой.
🇵🇹 Merda. Eu nunca quis matar ninguém antes, mas agora eu poderia matar qualquer um.
🇷🇺 Дерьмо. Я никогда раньше не хотел никого убивать, но сейчас я готов убить любого.
