Все, кроме ВОР и АМР

В других странах давно научились зарабатывать на тщеславии автолюбителей, но продавать «красивые» номера с выгодой получается не всегда

Этот автомобильный номер в 2006 году обошелся Роману Абрамовичу в 285 тысяч фунтов стерлингов ($370 тысяч, более 23 млн рублей). Выгодная покупка, как оказалось: с тех пор этот рекорд был неоднократно побит и в самой Великобритании, и в других странах

В середине января был обнародован проект постановления правительства России, позволяющий автовладельцам резервировать «красивые» номера для автомобилей, и даже был опубликован предлагаемый Минэкономразвития прейскурант, который регионы смогут корректировать, устанавливая повышающие коэффициенты (до 10). Региональные власти получат возможность взимать свой фиксированный тариф либо выставить номер государственной регистрации на аукцион. «Красивые» номера можно будет приобрести, уплатив госпошлину, уже с 1 января следующего года. Но чтобы приступить к продажам, каждому региону нужно разработать свои правила проведения аукционов.

Как это делается в Америке и Китае

В таких странах, как США и Канада, местные власти поставили продажу особенных автомобильных номерных знаков на поток, делая ставку на относительную доступность, большое число покупок таких номеров и максимизацию регулярных доходов. В этих странах все номерные знаки можно условно разделить на три категории: персонализированные vanity plates (назовем их «таблички тщеславия»), специальные и стандартные.

Первые – это индивидуальные номерные знаки: в большинстве штатов, уплатив относительно небольшую пошлину, можно выбрать свой набор букв и цифр для номера. При этом есть ограничения на минимальное или максимальное число символов (часто это от четырех до восьми), а местные органы отказывают в регистрации неприличных или оскорбительных фраз.

Помимо этого, в каждом штате есть специальные серии номерных знаков, выпуск которых предлагают разные общественные группы – от ассоциаций студентов и выпускников разных университетов до политических групп, поддерживающих ту или иную идею: будь то защита окружающей среды или поддержка научных исследований для борьбы с раком. В этом случае часть выручки штата от пошлин за номерные знаки идет на эти частные цели: общественным организациям и благотворительным фондам. При этом правительства штатов по закону должны предоставить возможность выпустить свою специализированную серию любой группе граждан. В отдельных штатах число специальных серий исчисляется сотнями.

Вокруг права американцев зарегистрировать любой автомобильный номер ведутся даже конституционные споры, вплоть до Верховного суда. С одной стороны, номер себе выбирают частные лица, что делает их формой личного высказывания, и поэтому номер получает защиту законодательства о свободе речи, в том числе первой поправки к Конституции США. С другой стороны, автомобильный номер выдают государственные органы. В некоторых случаях, разрешая выпуск одних специальных серий и ограничивая выпуск других, они тем самым допускают дискриминацию граждан в зависимости от политических взглядов либо заставляют их выражать слоганом на знаке точку зрения, которой они не придерживаются, что, в общем, тоже неконституционно.

Специализированные номерные серии иногда приносят убытки штатам, если серии не пользуются популярностью. Поэтому в отдельных юрисдикциях начали устанавливать минимальное число предварительных заказов на номерные знаки из серии, прежде чем она может быть одобрена. Но в целом продажа одной специальной серии может ежегодно приносить миллионы долларов в региональные бюджеты и учредителям серий, например на студенческие гранты для оплаты учебы, национальным паркам или ветеранским организациям.

Если стоимость стандартного номера регистрации автомобиля в США составляет от 8 до нескольких десятков долларов, то дополнительные расходы на специальную серию и персонализацию заметно выше, но все же крайне редко превышают $150 (менее 9,5 тысяч рублей). Лишь некоторые юрисдикции, например Техас, проводят аукционы: в результате стоимость госномера в этом штате может достигать без малого $800 (чуть более 50 тысяч рублей).

Эти персонализированные ⁠автомобильные ⁠номера (vanity plates) из провинции Онтарио (Канада) в 2019 году украл с автомобиля 17-летний ⁠подросток. Он установил их на ⁠Maserati, без полноценных водительских прав сел за руль, проехался ⁠со скоростью 150 км/ч и был ⁠на этом пойман полицией

Отдельные штаты частенько берут небольшую ⁠дополнительную пошлину за индивидуальные номера и специализированные серии при так называемом ежегодном продлении, когда взимается в том числе небольшая пошлина за стикер на номер, подтверждающий прохождение очередного техосмотра. Таким образом, основная ставка делается не на разовые крупные суммы от самых тщеславных автолюбителей, а на регулярный доход от более широкого круга плательщиков. И в этом есть резон: в конце концов, американцы лучше других наций знают по окружающим их соотечественникам, что самые большие состояния делаются на продаже массовых, недорогих, востребованных и потому часто покупаемых товаров.

В некоторых местах, например в Шанхае (Китай), продажа номеров государственной регистрации на аукционах – способ ограничения доступа автомобилей в город. На автомобилях с неместными номерами нельзя пользоваться некоторыми самыми крупными и удобными для передвижения дорогами. В Пекине номера продаются по фиксированной цене и распределяются случайным образом, правда, вероятность их получения исчисляется десятыми долями процента. Многие пекинцы считают, что лотереи коррумпированы, а их результаты неслучайны – видимо, небезосновательно: один из высокопоставленных чиновников города был осужден на пожизненный срок за подтасовку результатов и взятки. Шанхай выставляет номера на аукцион, и цена часто превышает стоимость автомобиля, что обеспечивает городу около 2% всех доходов. Многие крупные китайские города – Гуанчжоу, Тяньцзинь, Шэньчжэнь, Ханчжоу – применяют гибридные схемы: часть номеров распределяется в ходе лотереи, часть реализуется на аукционах. При таких искусственных ограничениях на свободу передвижения автомобильный номер имеет еще и практическую ценность, хотя автомобиль в том же Шанхае – это еще и возможность подчеркнуть статус владельца.

Что предлагается у нас

То, что, вероятно, будет реализовано в России – правительство принимает предложения по законопроекту в рамках общественного обсуждения до понедельника – весьма далеко от особенного североамериканского пути и тем более китайского, и гораздо ближе к тому, что успешно реализовано в арабских странах и Великобритании.

В арабских странах были проданы самые дорогие автомобильные номера: готовность богатых автовладельцев в этом регионе платить за цифры и буквы кажется безграничной. Хотя не все и не всегда идет гладко: победитель одного из аукционов в Абу-Даби, предложивший за номер миллионы долларов, в конечном счете оказался неплатежеспособным и был приговорен за мошенничество к тюремному сроку.

Автомобильный номер из специальной серии, посвященной 50-летию эмирата Абу-Даби, был продан на аукционе в ноябре 2016 года за рекордные 31 млн дирхамов ($20,9 млн или 1,3 млрд рублей) – так дорого не продавался ни один автомобильный номер в мире. Покупатель рассчитывал перепродать его, чтобы поправить свое финансовое положение. Бизнесмен выписал чек, не обеспеченный деньгами, и даже получил заветный номер – но оказалось, что не заплатив, перепродать нельзя. Поэтому он был осужден за мошенничество и сел в тюрьму на три года

В этих странах автовладелец получает номер в собственность и имеет возможность перепродавать его. Например, в Великобритании существует специальный тип государственных сертификатов, подтверждающих исключительное право держателя зарегистрировать автомобиль с указанным номером. Возможно, именно существование вторичного рынка поддерживает цены на первичных аукционах. К тому же автовладельцы не так ограничены в выборе номеров: самыми дорогими проданными номерами были те, которые состоят всего из одной цифры или одной буквы и одной цифры.

В Великобритании аукционы по продаже прав на номерные знаки с 1989 года принесли в казну более 2 млрд фунтов стерлингов ($2,6 млрд, более 160 млрд рублей). В стране аукционы проводятся несколько раз в месяц – вживую (наиболее популярные) и онлайн; с открытыми ценами, когда все участники вступают в открытую конкуренцию друг с другом; и когда каждый из участников аукциона предлагает свою цену втайне от других.

«Ключевой вопрос, зачем это нужно [давать возможность покупать “красивые” номера]. Ведь у желающих никогда не было и нет с этим проблем, – отмечает профессор Российской экономической школы (РЭШ) Сергей Измалков (Ph.D. по экономике Университета штата Пенсильвания). – У властей должна быть цель – максимизировать общественную пользу, а не обязательно только выручку в чистом виде. Это может звучать утопично, но задавать вопрос о том, в чем могла бы быть польза – стоит. В очень узком смысле все водители могли бы хотеть иметь красивые номера, но многие не могут или не хотят платить за них много – в этом случае оптимальным механизмом [максимизации совокупной общественной пользы, включающей выручку от продажи номеров] будет случайная раздача номеров с возможностью перепродажи».

Текущая практика «раздачи номеров» имеет явную коррупционную составляющую, и чтобы это понять, не обязательно опираться лишь на житейское понимание вопроса довольно широким кругом людей, живущих в России. Коррупционность косвенно подтверждается и научными исследованиями, в частности – непропорционально большим числом «красивых» номеров на дорогих автомобилях, отмечает Измалков, ссылаясь на исследование экономистов Тимура Натхова и Леонида Полищука из Высшей школы экономики. «Вывод такой практики из тени путем официальной продажи красивых номеров полезен сам по себе, но неясно, насколько коррупционный путь может быть исключен с учетом отсутствия успехов борьбы с ним в прошлом», – говорит Измалков.

Если же ставить цель максимизировать выручку федеральных и региональных властей, то многое будет зависеть от механизма проведения аукционов: как часто проводятся аукционы, как номера появляются в продаже, насколько редкими являются «красивые» номера. Возможно, даже стоит ограничивать их число, предлагать «самые красивые» (условно x999xx) и не продавать их чуть менее «красивые» аналоги (условно х999ух), чтобы обострить борьбу между участникам аукционов, считает профессор Измалков, который в своих научных работах исследует в том числе вопросы теории аукционов.

В России предлагается установить довольно высокие пошлины: самый дешевый «красивый» номер обойдется в 50 тысяч рублей (примерно как самый дорогой в Техасе; экономика этого штата по своим размерам примерно соответствует российской, вот только население – в пять раз меньше), а исходя из базовых ставок и возможных повышающих коэффициентов, цена за «красивый» номер может достигать 6 млн рублей. Базовые ставки установлены для определенных видов номеров и игнорируют некоторые популярные буквенные серии, например «В ОР» или «А МР», а также цифровые последовательности, например номер «495» в Москве. К тому же пока не понятно, как регионы будут принимать решения о выставлении того или иного номера на аукцион. Другими словами, есть все шансы, что будет сохранено пространство для теневого рынка, а создаваемая система не будет отличаться гибкостью и не сможет быстро реагировать на потребности рынка – готовность платить меняющиеся суммы то за один, за другой тип номеров.

В России цена «красивых» автомобильных номеров на вторичном рынке, где они продаются вместе с дешевыми –«донорскими» – автомобилями, может исчисляться миллионами рублей. На снимке – цены, предлагаемые на одном из российских сайтов. За последнее время цены заметно снизились – всего несколько лет назад они были в разы выше

При этом в Министерстве экономического развития, где был разработан проект постановления правительства, планируют ввести механизмы, которые позволяют задушить теневой вторичный рынок. Видимо, это должно направить всю выручку в государственный карман. Одним из таких механизмов может стать фактический запрет на передачу номерных знаков вместе с продаваемым автомобилем – необходимость повторной уплаты государственной пошлины новым владельцем, в размере от 50 тысяч до 6 млн рублей.

«Возможность передавать номер повышает его ценность саму по себе», – считает Измалков. Кроме того, если есть возможность легальной передачи государственных номерных знаков, к торгам присоединятся те, кто рассчитывает их перепродать, что увеличит потенциальную выручку. «Здесь также возникают вопросы справедливого отношения [к покупателям красивых номеров]: что делать, если владелец продает автомобиль или по каким-то другим причинам больше не хочет пользоваться дорогим номером, хочет передать его сыну; или хочет пользоваться автомобилем уже сейчас, а аукционы проводятся редко, и он уже купил себе чуть менее красивый номер, а теперь участвует в аукционе на более красивый номер – что он может сделать со старым номером [и почему он должен терять деньги]», – задает вопросы Измалков. Если на все эти и подобные вопросы потенциальный участник аукциона получает ответы, которые он считает несправедливыми по отношению к себе, он с большей вероятностью отказывается от участия и готов платить меньше.

Размеры предлагаемых пошлин примерно соответствуют ценам на вторичном рынке, где их уровень предполагает возможность перепродажи вместе с дешевым «донорским» автомобилем и как минимум частичного возврата вложенных средств за счет следующего покупателя. Другими словами, размер пошлин и уровень цен вторичного рынка – несравнимые величины.

Если эти меры – высокие цены на «красивые» номера и высокие барьеры для существования вторичного рынка – будут реализованы, то дорогие номера могут оказаться востребованы у крайне ограниченного числа автолюбителей. В этом случае Российскую Федерацию ждет свой особенный тип фиаско: никем не считаемая стоимость федеральной и региональной законотворческой деятельности, а также расходы на проведение аукционов просто никогда не окупятся.

Дмитрий Кречет