𝐒𝐓𝐎𝐑𝐘 | 𝐌𝐮𝐫𝐝𝐞𝐫 𝐏𝐥𝐨𝐭

TW | Рейтинг лора: R
Глава содержит сцены насилия, жестокости, убийств, психологического давления, религиозные мотивы и элементы дереализации. Материал может быть тяжёлым для восприятия.

Глава 17 — ”Стезя страданий"

Следующие дни кошка не чувствовала ни боли, ни страданий, она не жила, а просто существовала. Ее преследовал только страх. Страх того, что ей стало на миг плевать на все и всех, включая Империю. Она выгорела изнутри до тла. А потом массово навалились все эмоции, заставляя кошку проливать больше слез, чем есть жидкости в организме. Ее раздражал свет. Ее раздражало все, любой звук, любой голос, даже свой собственный. Поэтому она молчала и жмурила глаза всякий раз, когда нужно было приблизиться к выходу их пещер. Она ловила на себе тревожные взгляды детей, не видела, но чувствовала их шкурой.

Каждый день ее посещала мысль: "Почему все опять началось? Почему их опять начали тормошить, когда Империя спокойно жила в своем уголке?" Кошка умирала, гнила заживо, тонула в своих бесконечных раздумьях, разлагалась от сжирающего изнутри чувства безысходности, беспомощности. Ее уже давно перестало трясти по ночам, ей давно перестали сниться кошмары. Она была мертвой. Во второй раз. Ей и правда начало казаться, что это не ее тело, а все происходящее – просто сон, от которого она скоро пробудится. Вот только пробуждение не наступало. А единство со смертью становилось все более ощутимо.

«"Я бездушная тварь без сердца".. Как я могла такое сказать? Я делала все во благо. А чудовища здесь только вы.»

Багира усмехается в усы, ничего не видя перед собой. Глаза уже настолько свыклись в кромешной тьмой, что уже перестали нормально функционировать, поэтому иногда кошке казалось, что в порыве эмоций она их себе выколола. Здесь очень тихо, не слышно даже капель воды. "Я оглохну, если выйду наружу."

"Я и правда такая ужасная?"

"Это я виновата в смерти котенка?"

"Или это все они?"

"..Я‌‌‌‌‌ ‌‌‌н‌‌‌‌и‌‌‌‌‌ч‌‌‌‌е‌‌‌‌г‌‌‌‌о‌‌‌‌ ‌‌‌н‌‌‌‌‌е‌‌‌‌ ‌‌‌ч‌‌‌‌‌у‌‌‌‌‌в‌‌‌‌с‌‌‌‌т‌‌‌‌в‌‌‌‌у‌‌‌ю‌‌‌‌‌.."

"И‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌л‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌и‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌ ‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌э‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌т‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌о‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌ ‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌ж‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌а‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌ж‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌д‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌а‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌ ‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌с‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌м‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌е‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌р‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌т‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌и‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌?‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌"

"У‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌б‌‌‌‌‌‌‌‌и‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌т‌‌‌‌‌‌ь‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌.‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌"

На следующий же день кошка почувствовала себя куда более увереннее. Точнее, она все еще ничего не ощущала, но в душе затеплился огонек надежды на то, что ее план осуществится, и от ее детей наконец отстанут.

"Мой малыш, ты станешь нашим маленьким божеством победы," – с последней любовью и лаской, от которых она уже сгорела, подумала Багира, обводя стеклянным взглядом в никуда толпу крепких, неестественно сильных и крупных котов. Ее детей. Ее семью. В планах императрицы лежало полное уничтожение всех котов, не принадлежащих Империи. Старые, молодые, котята, королевы – все полягут под когтями разъярённого Ордена. Они хотели по хорошему, но не получилось.

А еще началась новая эра использования кошек. Массово сгонялись все кошки округи в старое место рожениц – Кровавый овраг, который до этих пор пустовал, а призрак бесконечной боли и месива неупокоенных душ выжидал новых гостий, чтобы прокрастья в их нутро и заставить полюбить Багиру. Полюбить, как божество. Как идеал живого существа, как спасителя и кормилицу, как из всё. Все бедные будущие матери сгонялись в холодное глубокое углубление в земле, окруженное хвоей, елями, соснами, а после они оказывались с переломанными лапами. Даже если оказать им помощь, эти страшные чудовищные травмы никогда не залечатся. Они навсегда инвалиды. А после воющие от острой боли кошки подвергались надругательству со стороны самцов Империи.

Униженные, полуживые, надломленные они перемещались с помощью погорельцев на самые теплые и мягкие подстилки в их короткой жизни. Осталось подождать.

Пока днем Орден во главе с Багирой занимался оплодотворением, травмированием и заботой о роженицах, ночью начинались безразборочные убийства. Жестокие, леденящие душу. Этим же и занималась Багира, каждый раз с заката до рассвета утопая в кровавом месиве. И каждый раз печальное одинокое солнце утром освещало темную фигурку, блестящую от алой жидкости. Ведь чужие коты ей больше не нужны для разведения. Они – мусор, мешающий исполнению плана. Поэтому, те быстро устранялись по пять-семь за ночь. Кто-то спасался бегством подальше от этого места, кто-то не успевал, кто-то молил оставить в живых, а кто-то яростно сопротивлялся, но поплатился за это мучительной смертью.

Звездных предков отрезали от Земного мира погорельцы, не успевшие переродиться. И таких было много, очень много. Полчища. Они не давали противникам даже сунуть нос в лес, скорее оторвут его вместе с головой. И звездные коты лишь могли со скорбью смотреть за геноцидом всего живого. И ничем не могли помочь. Ведь остаться в живых на просторах небосвода – задача не из легких. Остервеневшие Имперцы подчищали всех, нападали массово, сдирали шкуры, ломали кости, вспарывали глотки и с упоением вгрызались в сияющие ослабленные тела. Они были преданны Багире. Они хотели ей помочь.

Геноцид был завершен, когда в лесу перестали слышаться плаксивые звуки умирающих кошек и падших под когтями котов. Когда выветрился запах последнего чужого. Когда в воздухе повис либо запах крови, либо мёртвой сырости безжизненного леса, либо самих же Имперцев. Багира все еще не чувствовала себя живой. Даже после того, как вобрала в себя все души убитых. И каждый раз она стояла над окровавленным телом, тупо таращилась на него и пыталась почувствовать то ли сострадание, то ли радость победы, то ли нагнетающее счастье приближения конца всем страданиям. Хоть что-нибудь, хоть позорный страх перед противным зрелищем трупа. Но она не чувствовала ничего, кроме пустоты и жажды.. смерти. Еще больше, больше, больше. Пока никого не останется на этой земле. И каждый раз она оставляла тушку в гордом одиночестве гнить на сырой хвойной земле.

Вернуться к источнику: Глава 1