3 Глава: Тертья пасхалка — Сделай этот последний выстрел. А потом возвращайся.
Когда полицейский Мо прочитал написанное выше, он только что вернулся из больницы в отдел.
Кровь на его одежде уже высохла. Он поднял длинные, изящные, холодно-бледные пальцы и ослабил галстук на тёмно-синей форме. Ему бы сейчас стоило сходить в душ, после всего случившегося на нём, кроме лица, и смотреть-то было не на что. Но, похоже, сейчас ему было не до того. Он закусил сигарету, вышел в коридор и закурил. Сильно затянувшись, он выдохнул бледно-сизую дымку, пока оранжево-красный огонёк сигареты мерцал в темноте.
— Поздравляю, капитан Мо, дело закрыто! Теперь можно как следует отдохнуть.
Из соседнего отдела вышли коллеги, работавшие сверхурочно. Увидев его, они один за другим стали поздравлять.
Мо Си — оперативный сотрудник, и в последнее время у него было задание. Даже когда он возвращался в участок, то всегда был занят и надолго там не задерживался. Несколько молодых полицейских, только что окончивших полицейскую академию и пришедших в подразделение на стажировку, сегодня впервые увидели легендарного капитана Мо, и в тот же миг у них глаза на лоб полезли.
— А… Капитан Мо… — девушка всё ещё сохраняла юношескую наивность студентки и ошарашенно пробормотала: — Вживую он ещё красивее, чем на фотографиях…
Девушка, которая проходила практику вместе с ней, поспешно одёрнула её:
Неудивительно, что молодая девушка так запала на него. Капитан Мо Си был молодым, высоким, статным и красивым. Но самое главное, он был человеком порядочным, бескорыстным и сильным. Каким бы опасным ни было задание — стоило ему быть рядом, и все словно получали мощную моральную поддержку. Однако никто не позволял себе переходить с ним на более близкие отношения.
Мо Си — хороший человек, но это вовсе не значит, что у него мягкий характер.
Например, если ты его напарник, то можешь ни секунды не сомневаться: когда ты окажешься в опасности, он рискнёт собственной жизнью, чтобы тебя спасти.
Но точно так же можешь не сомневаться: после того как он тебя спасёт, пока ты будешь переполнен благодарностью, он ещё и обзовёт тебя свиньёй.
— Он что, ранен? — тихо спросила молодая стажёрка-полицейская своего напарника. — У него вся форма в крови…
— Наверное, не так уж много из этой крови, его, — напарник закатил глаза. — Ты что, совсем голову потеряла? Если бы он потерял столько крови, он бы уже давно умер. Думаешь, ты сейчас могла бы видеть, как он стоит здесь на своих двухметровых ногах и спокойно курит?
— И как ты вообще умудрилась проучиться в полицейской академии четыре года.
— Наверное, преступников. Ты разве не слышала? В ходе этой операции капитан Мо с командой наконец накрыл целиком ту преступную группировку, которая девять лет ускользала от полиции. Они объединились с наркобароном из Золотого треугольника¹, которого поймали в мае. У них было настоящее оружие, как бы они могли легко сдаться? Перестрелки было не избежать. Вон офицер Чжоу сейчас лежит в больнице.
1 — регион в Юго-Восточной Азии, известный, в частности, исторически крупным производством наркотиков.
— Тогда кровь на рубашке капитана Мо…
— Один из подозреваемых когда-то учился вместе с капитаном Мо.
— Он в последний момент одумался и заслонил капитана Мо собой?
— …Ты, похоже, слишком много романов в стиле Мэри Сью начиталась. По-моему, с такой практикой ты зачёт не получишь. Ещё и капитана Мо, видите ли, защищал! Да он мёртвой хваткой вцепился в капитана Мо и заявил, что хочет вместе с ним умереть. — напарник вздохнул. — Хорошо ещё, что офицер Мэн, то есть девушка капитана, быстро среагировала. Она практически одновременно с тем, как подозреваемый схватил капитана, открыла огонь. Иначе сейчас в больнице, скорее всего, лежал бы не один офицер Чжоу, капитан тоже оказался бы там.
Молодая полицейская слушала, сияя от восторга:
— Вау! Девушка капитана так круто умеет драться! Вот бы мне когда-нибудь стать такой же, как она.
— …Ты лучше сначала побеспокойся о том, пройдёшь ли вообще свою практику. Как только появляется свободная минутка, ты только и знаешь, что читать романы. Если бы хотя бы «Приключения Шерлока Холмса» читала, ещё ладно. А в итоге всё, что ты читаешь, это «Невинный князь и распутный слуга» да «Властный наставник влюбился в меня». — напарник уже в третий раз за вечер закатил глаза. — Позор.
Молодые полицейские, закончившие работу и вернувшиеся в подразделение, один за другим вошли в здание и разошлись. Мо Си тем временем ответил на телефонный звонок.
Мо Си подушечкой пальца потушил сигарету, выбросил окурок в мусорное ведро и ответил:
На другом конце некоторое время молчали, словно хотели что-то сказать, но, возможно, Мо Си просто это показалось. Начальник Цзян вскоре нарушил короткую паузу:
— Рапорт передай начальнику отдела Ли, а потом езжай домой и выспись. Завтра в шесть вечера приходи ко мне в кабинет. Мне нужно сообщить тебе одну… Нет, две очень важные вещи.
Начальник Цзян очень редко называл какие-либо дела важными. Мо Си так и поступил: передал предварительный рапорт начальнику отдела Ли. Поскольку он был слишком уставшим, чтобы вести машину, немного привёл себя в порядок, переоделся в гражданскую одежду и взял такси до дома.
На улицах в начале пятого утра почти не было людей. Он повернул голову и смотрел на размытые, плывущие за окном отблески света.
Машина мчалась по ночным улицам, и сквозь гул дороги доносилась приглушённая музыка с радио. Играла старая песня, когда-то, много лет назад, кто-то уже напевал её у него на ухо, беззаботно меняя слова на свои. А теперь из динамиков лился мягкий женский голос, сонно и тягуче вырывая его из дремоты.
Он не считает, что всё прошло идеально: один его коллега получил тяжёлое ранение, ещё пятеро — лёгкие. К счастью, в перестрелке никто не погиб.
Но Гу Ман уже был при смерти, он это знал.
Гу Ман и был тем самым подозреваемым-негодяем, о котором говорила молодая полицейская, тем, кто хотел утащить капитана Мо с собой на тот свет. Мо Си и Гу Ман учились вместе в средней школе и знали друг друга почти всю жизнь. Когда-то Гу Ман был богатым наследником, вырос в очень обеспеченной семье и отличался свободолюбивым, необузданным характером. Иногда он участвовал в драках вместе с компанией, но по натуре был неплохим человеком... Мо Си практически своими глазами видел, как Гу Ман шаг за шагом опустился до самого дна.
Когда-то он пытался вразумить Гу Мана как друг и как друг же с ним ссорился. В то время они учились в университете. Гу Ман бросил учёбу, и когда Мо Си нашёл его, тот как раз ошивался в компании уличных хулиганов, пил, играл в азартные игры и курил. Гу Ман лежал на пышном бедре какой-то хулиганки, прикрыв глаза, в которых едва заметно мерцали «звёзды», и с насмешливой полуулыбкой посмотрел на него:
Мо Си был почти вне себя от ярости. Он с грохотом отодвинул дверь, широкими шагами вошёл в комнату и под возгласы присутствующих отвесил Гу Ману пощёчину:
— Ты, мать твою, собираешься всю жизнь вот так себя губить?
Гу Ман был пьян. Улыбаясь, он обхватил Мо за шею и ласково спросил:
— Ага. Будущий офицер Мо, хочешь вместе со мной скатиться на самое дно?
Позже Мо Си окончил университет и стал полицейским. А Гу Ман неизвестно куда исчез. Его телефон отключили, родные больше не хотели его признавать. Наверное, он целыми днями слонялся по улицам и переулкам, превратившись в бездельника и настоящего отброса.
Они полностью потеряли связь друг с другом. Так продолжалось до одного дня, когда во время очередной операции по борьбе с наркотиками Мо Си столкнулся с засадой и сопротивлением противника. На борту грузового судна тусклый потолочный свет раскачивался из стороны в сторону. Из тёмного угла трюма, покачиваясь, вышел преступник, отвечавший за сопровождение этой партии груза…
Гу Ман стал гораздо темнее от загара, чем прежде, а телосложение его стало крепче. Только глаза остались прежними, чёрные, блестящие, словно способные видеть насквозь любые уловки этого мира. Он стоял с обнажённым торсом. Его сухая, жилистая талия была несколько раз обмотана бинтами.
На плечи небрежно был накинут чёрный кожаный плащ, а на слегка отросших чёрных волосах криво сидела окровавленная полицейская фуражка, снятая с головы полицейского, погибшего в засаде.
Он держал во рту незажжённую сигарету, небрежно прислонился к борту корабля, прищурился, глядя вперёд, и улыбнулся:
— Офицер Мо, мы с тобой давно не виделись.
Мо Си закрыл глаза. Кадык у него дрогнул, и спустя некоторое время он без всяких пояснений произнёс:
— Во время расследования улики указывали на тебя.
— Но я убеждал себя, что это просто ошибка в уликах. Ты не такой плохой человек. Пока я сам тебя не увидел, я ни во что не верил. — голос Мо Си слегка дрогнул. — …А ты и правда скатился до самого дна.
Гу Ман улыбнулся навстречу морскому ветру. Чёрные пряди, спускавшиеся по бокам его лица, слегка развевались. Он почти по-джентльменски раскрыл ладонь:
— По-моему, всё отлично. По крайней мере, денег навалом.
Гу Ман, продолжая говорить, с щелчком зажёг сигарету. Сделав затяжку, он невнятно выпускал дым, а серебряную зажигалку то и дело подбрасывал в руке.
— Ты же меня знаешь: я привык жить на широкую ногу. Как мне без денег-то крутиться?
— Сними полицейскую фуражку с головы.
— Эту? — Гу Ман указал на свою фуражку. — Её носил твой сослуживец, который пришёл вместе с тобой. Мой человек всадил ему пулю прямо в голову. Я подумал, что такую хорошую вещь жалко выбрасывать, вот и решил пригреть себе. Ну и что? Тебе тоже захотелось? — он, зажав сигарету зубами, усмехнулся с дьявольской ухмылкой. — У тебя самого наверняка такая есть. Чего ты у меня отнимаешь?
Гу Ман сладко улыбнулся, но в его голосе звучала угроза:
— Офицер Мо, одинокий волк загнан в безвыходное положение, а характер у тебя всё такой же скверный. Ты правда думаешь, что я стану помнить о нашей прошлой дружбе и не осмелюсь тебя убить?
Чёрное дуло пистолета поднялось.
Гу Ман, криво надевший полицейскую фуражку, насмешливо усмехнулся:
— Сегодня на этом корабле уже немало полицейских сдохло при исполнении. Мо Си, хочешь стать последним?
После недолгого молчания Мо Си направился к нему.
Боевые ботинки оставляли пятнистые следы на палубе, где кровь ещё не успела высохнуть.
— Гу Ман, когда-то я был тебе должен. Ты многое сделал для меня, а я так и не смог полностью отплатить тебе. Поэтому, по крайней мере сегодня, я не стану лично направлять на тебя оружие.
— А ты попробуй-ка направь на меня оружие.
— Ты спросил меня, хочу ли я стать последним, кто погибнет при исполнении. Если моя гибель позволит тебе сдаться властям… — шаг за шагом приближаясь, он продолжил: — Хорошо. Я им стану.
Гу Ман перестал улыбаться. Он пристально посмотрел на него своими тёмными глазами:
— Ты уже много раз стрелял. — Мо Си мельком взглянул на следы крови на кокарде, затем его взгляд медленно опустился и остановился на лице Гу Мана. — Сделай этот последний выстрел. А потом возвращайся.
Это была последняя попытка Мо Си спасти его.
Чайка пронеслась над мачтой, и вдруг выстрел разорвал тишину...
— Я же говорил, что выстрелю. — лицо Гу Мана было холодным, а взгляд — таким же непредсказуемым, как пороховой дым, клубящийся из дула. Он скривил губы и насмешливо усмехнулся. — Да кто ты вообще такой, чтобы заставлять меня возвращаться? Посмотри только, в каком жалком состоянии вы все… Мо Си, какое ты имеешь право ставить мне условия? — он запрокинул голову и презрительно посмотрел на него сверху вниз, вдохнув. — Будь ты вором, бандитом или полицейским, кем бы ты ни был, нельзя слишком цепляться за прошлые чувства. — он медленно наклонился и опустился на одно колено. Один локоть непринуждённо лёг на колено, а в другой руке он держал пистолет. Горячим дулом он приподнял лицо Мо Си. — Если бы я был на твоём месте и сегодня оказался в безвыходном положении, я бы лучше пошёл на крайние меры, рискнув погибнуть вместе с противником, чем стал бы, как ты, наивно уговаривать меня одуматься.
Последнее, что Мо Си запомнил перед тем, как потерять сознание, это как какой-то подручный подбежал к Гу Ману и взволнованно выкрикнул:
— Господин Гу, на море появились менты, они нас преследуют! Вы только посмотрите…
Не успев дослушать, Мо Си уже не выдержал: внезапно закрыл глаза и потерял сознание на залитой кровью палубе.
Эта операция подтвердила, что Гу Ман, преступник, работающий на крупнейшего наркобарона города, а также позволила перекрыть их самый часто используемый морской маршрут. Однако, полиция неожиданно попала в засаду и понесла огромные потери: были погибшие и тяжелораненые. Мо Си тоже несколько дней пролежал без сознания на больничной койке и только потом пришёл в себя.
Гу Ман выстрелил в него, но это не заставило его остановиться и свернуть с выбранного пути.
Если вспомнить слова, которые Гу Ман сказал ещё очень давно, ещё тогда, когда ему пришлось бросить учёбу по определённым обстоятельствам...
— Братан, мой хороший, путь наверх для меня уже наглухо перекрыт. Мне некуда идти, остаётся только шарить по мусорным кучам.
— Тсс, ничего не говори. — Гу Ман достал из грязного кармана брюк шесть-семь монет, обхватил Мо Си за плечи, нашёл торговый автомат и бросил в него монеты.
Из автомата выкатились две бутылки холодного пива. Он с улыбкой наклонился, достал их, приложил одну к своему лицу, охлаждаясь, а затем так же приложил её к лицу Мо Си.
С тихим хлопком банка открылась, и газ с шипением вырвался наружу. Глаза Гу Мана сияли.
— Я ещё угощу тебя. Потому что твой Гу Ман-гэгэ² отныне станет плохим человеком.
2 — традиционные китайские обращения, которые переводятся как «старший брат». Часто используется детьми, в кругу семьи или девушками по отношению к возлюбленному или близкому другу.
Тогда Мо Си лишь покачал головой, считая его слишком несерьёзным: говорил он так, будто просто дурачился.
Этого парня он знал много лет. У него сердце слишком мягкое, ведь он даже муравья не способен раздавить. Как такой хороший парень вообще может стать плохим человеком?
Вот только подчинённый этого «хорошего парня» убил его боевого товарища.
А сам «хороший парень» чуть не убил его.
—...К счастью, пуля не попала в сердце. Ещё немного в сторону или ещё немного позже, и, боюсь, ты бы не выжил. На груди останется шрам. В ближайшие несколько месяцев избегай интенсивных физических нагрузок и побереги себя. Каждые полгода приходи в больницу на повторное обследование…
Что говорил врач, Мо Си больше не слышал. Он опустил голову и смотрел на бинты, обмотанные вокруг груди. Пулю извлекли. Но вместе с ней словно вырвали что-то ещё, что-то из самой плоти, из сердца. И теперь он чувствовал пустоту, боль, горечь от того, что не мог смириться, и ненависть.
Вплоть до сегодняшнего дня… Пока Гу Ман не попался.
Мо Си казалось, что шрам на его груди наконец перестал кровоточить.
На этот раз Гу Ман снова прибегнул к своему старому приёму. Но Мо Си уже не был неопытным молодым полицейским. Оказавшись в самой опасной ситуации, он подготовился самым тщательным образом, усвоил урок прежнего командира и разработал безупречно продуманный план, сумев уберечь всех своих людей от потерь.
Единственное, чего он не мог предвидеть, это насколько Гу Ман сошёл с ума.
Загнанный в безвыходное положение, этот безумец, смеясь, обнял его и действительно прошептал ему на ухо, что хочет умереть вместе с ним.
В критический момент выстрел его девушки попал Гу Ману в левое лёгкое. Когда его доставили в больницу, он уже потерял слишком много крови, рубашка Мо Си насквозь пропиталась ею. Когда Гу Мана на каталке повезли в операционную, он без сознания бился в судорогах, а его окровавленная рука всё время дрожала. Никто даже не знал, удастся ли его спасти.
На нём было слишком много вещей, которые нужно было изъять в качестве доказательств. Он не должен был вот так просто уйти.
В этот вечер, после завершения дела и возвращения группы, Мо Си был совершенно измотан, но быстро заснуть не мог. Он вспомнил, что хотел позвонить своей девушке и узнать, как она, но обнаружил, что её телефон выключен.
Только тогда он вспомнил, что, кажется, сразу после завершения операции начальник Цзян вызвал её, чтобы расспросить о подробностях.
Мо Си сел за компьютерный стол в кабинете, подперев рукой лоб. Закрыв глаза, он раз за разом массировал пульсирующий висок.
— Даже если умру, я всё равно заберу тебя с собой…
На окровавленном лице появилась искажённая улыбка, и Гу Ман медленно сполз из его объятий.
Мо Си внезапно распахнул глаза.
Он совершенно не хотел больше вспоминать эту сцену, поэтому Мо Си просто взял телефон…
Он решил найти ту новеллу и прочитать её.
В ходе расследования они выяснили, что Гу Ман, один из ключевых членов этой преступной группировки, имел одно весьма загадочное увлечение: писать романы.
На одном сайте интернет-литературы под названием jjwxc³ он зарегистрировал себе псевдоним «Достать стрелу, натянуть лук и подстрелить летящую птицу». Обычно такие имена придумывают новички. Хорошо оно звучит или нет, насколько складно звучит, можно не задумываться. Но проблема в том, что на jjwxc есть ограничение на количество символов как в названии произведения, так и в псевдониме. Если символов слишком много, они отображаются как многоточие. Поэтому, если специально не открыть авторскую страницу, псевдоним Гу Мана выглядел примерно так: «Достать...птицу»⁴.
3 — крупнейший китайский литературный онлайн-портал и платформа для публикации веб-романов.
4 — Объясняю прикол!!!В китайском сленге иероглиф 鸟 (птица), это вульгарное обозначение мужского полового органа. А сочетание «搭鸟» (достать птицу) на слух воспринимается как грубый намёк на мастурбацию или прикосновение к пенису. Его ник по-нашему буквально переводится как «Дрочу» или «Дрочить».
Когда молодая сотрудница информационного отдела передавала эти материалы Мо Си, она заметно нервничала. Всё-таки человек, который назвал себя «Достать птицу» и пишет интернет-романы, совершенно не вязался с образом мрачного мелкого главаря преступной группировки. Девушка даже неуверенно сказала:
— Капитан Мо, это всего лишь подтверждение IP-адреса. Мы не можем утверждать, что человеком, сидевшим за компьютером и писавшим эти книги, наверняка был Гу Ман. Это мог быть кто-то другой. Нам нужно провести дополнительную проверку…
— Нет. Человек, способный придумать такое имя, это точно Гу Ман.
Мо Си не любил читать романы. На самом деле, он вообще жил довольно старомодно. Хотя ему было всего немного за тридцать, он совершенно не разбирался во всех этих навороченных приложениях, которыми сейчас пользуется молодёжь. Компьютер для него означал только информационную систему полиции, Word и Excel, а телефон, лишь WeChat⁵, будильник и звонки.
5 — популярное мобильное приложение из Китая, которое работает как мессенджер, социальная сеть и платёжная система.
Он пользовался стандартной мелодией звонка, а на аватарке в WeChat у него стояла табличка с его полицейским номером. Единственной игрой, в которую он когда-либо играл, была «Змейка» на старых Nokia. А в сообщениях он выражал одобрение обычным системным смайликом с улыбкой.
Поэтому до появления его нынешней девушки ни одна девушка не могла выдержать его дольше трёх недель. Хотя поначалу, увидев его лицо, все они охотно соглашались с ним встречаться, но после более близкого знакомства все говорили одно и то же:
— Он хороший человек. — но при этом жаловались, что он слишком скучный, слишком сухой и чопорный, совсем не умеет улыбаться и что на него никакой флирт не действует.
Так что совершенно очевидно: с приложением для чтения онлайн-романов он тоже не умел пользоваться.
На самом деле, поначалу, когда в отделе обнаружили это увлечение Гу Мана, все отнеслись к этому настороженно. Ведь способов использовать книги для передачи зашифрованных сообщений существует бесчисленное множество.
— ...В «Шерлоке» такое уже было, — один из сотрудников совершенно зря это упомянул.
Потому что Мо Си поручил нескольким терпеливым девушкам заняться изучением интернет-романов Гу Мана. Он, как командир группы, конечно, тоже скачал приложение, чтобы самому полистать. Но не прошло и нескольких минут: он не смог разобраться с интерфейсом, а весь экран был забит названиями вроде «Сражение с xx-божеством», «Запечатать xx-демона» и тому подобными. В итоге он всё бросил. Он вообще не понимал, что в этом интересного. По его мнению, всё это было даже не так увлекательно, как Уголовный кодекс. Особенно обложки. Стоило взглянуть, а там сплошь были смазливые красавчики или качки: одни с мрачным видом, будто жизнь задолжала им целую эпоху, другие — демонически обаятельные и своевольные, третьи — холодные и высокомерные. За их спинами сверкали молнии, взмывали драконы, бушевали ураганы или клубился какой-то непонятный газ. В руках они держали мечи, ножи или вообще непонятно что, а глаза светились призрачным фиолетовым, красным, жёлтым, зелёным или синим светом. В глазах Мо Си все они выглядели как разыскиваемые преступники, ни капли не благонадёжные и не похожие на честных людей.
Однажды один из сотрудников, явно не решаясь заговорить, спросил:
— Капитан Мо, вы читали ту новеллу, которую написал Гу Ман?
— О… — сотрудник с облегчением выдохнул, но тут же спросил: — А на тот сайт вы заходили?
— Они что, взяли за основу сайт Министерства общественной безопасности с фотографиями разыскиваемых лиц?
Позже сотрудники установили, что в новелле Гу Мана нет ничего подозрительного, это не зашифрованное произведение. Поэтому Мо Си тем более перестал ею интересоваться. Он лишь попросил ответственного сотрудника составить краткий сюжетный план романа и бегло просмотрел его как материал для изучения преступника.
— Капитан Мо, у Гу Мана произведение довольно… Авангардное… — молодая сотрудница полиции очень осторожно подбирала слова. — И довольно… Сложное… Поэтому я заменила имена главных и второстепенных персонажей на А, B, C и D. Надеюсь, так вам будет удобнее читать.
Тогда Мо Си взял стопку материалов, в которых было написано что-то вроде: «А и Б когда-то были учениками одной школы культивации».
А:
— бла-бла-бла.
Б:
— буль-буль-буль.
Он некоторое время бесстрастно читал их. Но на самом деле он почти ничего не понимал. Многие термины, поскольку с интернет-литературой он никогда не сталкивался, были ему совершенно незнакомы, и ему приходилось включать компьютер и искать их. Однако из профессиональной осторожности Мо Си всё же, пребывая в полном тумане, дочитал материалы до конца и в общих чертах составил представление о сюжете.
Но главная героиня Б была холодной, отстранённой и любила выпендриваться, совершенно не располагала к себе людей. Мо Си не понимал, что интересного может быть в любовной истории такого человека. К тому же, насколько он знал Гу Мана, все девушки, с которыми тот когда-либо встречался, были либо нежными, либо бойкими и дерзкими. Такая ледяная бочка со льдом явно не была в его вкусе.
Поэтому, исключительно ради осмотрительности, Мо Си всё-таки снизошёл до того, чтобы холодно уточнить у молодой сотрудницы полиции:
— Это роман о любовных отношениях?
По какой-то причине выражение лица молодой сотрудницы полиции слегка изменилось, после чего она тут же выдавила совершенно неестественную улыбку:
— Эм… капитан Мо, А и Б — оба мужчины.
Мо Си кивнул. Оказывается, это роман о братской дружбе⁶. Ну, тогда ладно.
6 — 兄弟情 в современном китайском, особенно в контексте интернет-романов, имеет оттенок очень тесных отношений между мужчинами, точнее романтические отношения. Но Мо Си, конечно, имел в виду самую настоящую гетеросексуальную дружбу между мужчинами, хпзп
По всем этим обстоятельствам, хотя капитан Мо и получил общее представление о сюжете, он так ни разу и не открыл авторскую страницу «Достать птицу», чтобы посмотреть саму интернет-новеллу, написанную Гу Маном.
И только сегодня, когда дело было закрыто, когда он наконец отомстил за погибших тогда в морском бою товарищей и за себя, когда наконец отправил за решётку этих преступников, словно раковая опухоль разъедавших общество, а Гу Ман, его бывший одноклассник и близкий друг, тоже оказался в таком отчаянном, безвыходном положении, он вдруг почувствовал…
Что ему захотелось наконец внимательно прочитать эту книгу целиком.
Автору есть что сказать:
Думаю, после прочтения «Юву» вы уже сами сможете сравнить и увидеть разницу между изначальной версией и окончательной = =
Гу Ман, это полицейский под прикрытием.
Девушка капитана Мо в этой истории, офицер Мэн, является прототипом Мэнцзэ. Она тоже агент под прикрытием на стороне противника.
Прототип погибшего героя: полицейская фуражка.
Первоначальная задумка с разрушением духовного ядра была в том, чтобы избежать вынужденного выстрела в сердце, но на самом деле Гу Ман сделал это, чтобы спасти Мо Си. Гу Ман никогда не был заодно с преступниками.
В первоначальной задумке «Юву» на самом деле было очень много смешных моментов, ууууу. Но стоило убрать современную сюжетную линию, и остался один сплошной серьёзняк QAQ Плачу-рыдаю, ууууу.