81 глава — Ввести железу в состояние спячки.
Без необходимости что-либо объяснять прямо, Хэ Сюэюань и так смутно догадался кое о чём, и в тот же момент у него внутри похолодело.
Семья Цзян действительно была бесчеловечной. Они не только могли посягать на железу такого чужака, как он, но даже ребёнок с их собственной кровью не мог избежать этого.
Только из-за того, что у ребёнка есть физический дефект и он не сможет справиться с большой ответственностью, семья Цзян может быть настолько безжалостной.
Цзян Сыяо не стал ничего больше объяснять:
— В общем, тебе достаточно это понять. Мне ещё нужно провести онлайн-совещание, а ты пока можешь немного побыть с ребёнком.
Сказав это, он сразу поднялся наверх, словно действительно хотел оставить их с ребёнком наедине.
Хэ Сюэюань на мгновение застыл, но всё же открыл дверь и вошёл внутрь.
Ребёнок не слышал, как он вошёл, и всё это время даже не поднимал головы, он был полностью погружён в книгу. Хэ Сюэюань сел рядом с ним.
Он взглянул на книгу, которую читал ребёнок, и неожиданно обнаружил… что сам её не понимает.
Это была малоизвестная книга на иностранном языке. Хотя она выглядела как базовый уровень, Хэ Сюэюань вообще не знал этот язык. Похоже, ребёнок владел им даже лучше, чем он.
Он не ожидал, что в таком возрасте ребёнок уже читает подобные книги. Впрочем, семья Цзян действительно всегда придерживалась элитного подхода к образованию.
Хэ Сюэюань некоторое время смотрел на него и задумался, как бы лучше наладить контакт с ребёнком, всё-таки тот не слышит.
Может, написать ему записку и спросить?
Подумав об этом, Хэ Сюэюань сначала спустился вниз и направился на кухню.
На кухне дежурили специальные повара, и это уже были не те люди, с которыми он жил раньше. Увидев его, повар сразу же поклонился и вежливо спросил:
— Вы хотите что-нибудь поесть?
— Ты пока выйди. Я хочу сам осмотреться.
Повар тоже ничего не стал уточнять и сразу вышел.
Хэ Сюэюань открыл холодильник, заглянул внутрь и в итоге достал голубику и йогурт.
Он включил кран и начал мыть ягоды, и на мгновение у него даже возникло странное ощущение, будто он снова вернулся к жизни в семье Цзян.
Однако это было лишь ощущение: обстановка осталась прежней, а вот все люди уже изменились.
Если говорить честно, он, пожалуй, даже лучше знал эту кухню, чем нынешний повар. Раньше, вскоре после того как он пришёл в семью Цзян, он пошёл учиться готовить у прежнего повара, надеясь как можно раньше добиться одобрения молодого господина.
Тогда он думал, что если будет стараться, то сможет понравиться молодому господину. И никак не мог представить, что позже произойдут такие вещи.
Когда он помыл ягоды, Хэ Сюэюань попробовал одну ягодку и голубика оказалась действительно сладкой, и с йогуртом она сочеталась как раз идеально. Он слегка всё перемешал, затем открыл пакет маленького печенья и добавил его туда. Только после этого он взял миску и поднялся наверх.
Толкнув дверь, он вошёл. Ребёнок по-прежнему был полностью погружён в книгу, даже взял ручку и что-то в ней отмечал.
В его возрасте дети обычно довольно непоседливые, но он, наоборот, удивительно умеет сосредоточиться и спокойно сидеть.
Хэ Сюэюань поставил перед ним приготовленный йогурт и слегка постучал по корешку его книги, пытаясь привлечь внимание.
Почувствовав вибрацию, ребёнок только тогда поднял голову и посмотрел на него.
Глядя в эти глаза, Хэ Сюэюань на мгновение ушёл в мысли и застыл.
Ребёнок сочетал в себе черты их обоих, но глаза явно были больше похожи на Цзян Сыяо: более светлый оттенок, слегка приподнятые уголки. Такой разрез глаз сам по себе придавал оттенок холодной надменности, просто сейчас, из-за маленького возраста, это ещё не так заметно.
Ребёнок лишь взглянул на него и тут же отвёл взгляд. Хэ Сюэюань не знал языка жестов, поэтому просто поднёс миску с йогуртом к нему и показал жестом, чтобы тот попробовал.
Маленькие дети ведь обычно любят такое, да?
Хэ Сюэюань и сам не был уверен, сработает ли это. К счастью, ребёнок после недолгого взгляда на него всё же отложил книгу, взял миску и начал есть ложкой маленькими порциями.
Увидев это, Хэ Сюэюань невольно облегчённо выдохнул. Он взял лежавший рядом обрывок бумаги, написал на нём вопрос: «Как тебя зовут?» и затем показал его ребёнку.
Ребёнок взглянул на записку, но не взял её. Вместо этого он лишь показал на лежавшую рядом книгу на иностранном языке. Хэ Сюэюань понял, что он имел в виду, взял книгу и открыл её на первой странице, и действительно увидел там написанное имя.
Даже имя было написано на том иностранном языке, так что Хэ Сюэюань ничего не понял. Прямо признаться в этом ему тоже было неловко, поэтому он пока решил оставить эту тему.
Ладно. Он и так никогда не умел общаться с детьми. То, что сегодня ребёнок так быстро согласился попробовать приготовленное им, уже можно считать хорошим началом.
Судя по намерениям Цзян Сыяо, ему, вероятно, придётся какое-то время пожить в семье Цзян. Так что спешить некуда, с ребёнком можно будет постепенно сблизиться.
Побыв ещё немного с ребёнком, Хэ Сюэюань вышел наружу. Как раз в этот момент Цзян Сыяо тоже закончил совещание и вышел. Увидев его, он сразу спросил:
— Сюэюань, как прошло ваше общение с ребёнком?
— Неплохо. Ребёнок очень спокойный и послушный.
— Он же не слышит, как ему вообще шуметь и носиться? — равнодушно бросил Цзян Сыяо. — Ничего, времени ещё много, вы постепенно привыкнете друг к другу.
Хотя Хэ Сюэюань и был морально готов к подобному, услышав, как Цзян Сыяо так прямо сказал, что времени впереди ещё много, он всё равно почувствовал внутренний дискомфорт.
Цзян Сыяо обнял его за плечи и мягко сказал:
— Сюэюань, ты уже увидел ребёнка. Теперь право выбора полностью в твоих руках.
Взгляд Хэ Сюэюаня похолодел, но Цзян Сыяо по-прежнему оставался невозмутимым:
— Но всё же использовать вариант с ним будет куда уместнее.
— Он ведь ещё ни разу не жил как альфа. Когда придёт время, ему, возможно, будет даже проще и свободнее жить как бета. А ты, судя по всему, уже вполне привык быть альфой… — Цзян Сыяо спокойно договорил свою мысль до конца.
Хэ Сюэюань на мгновение закрыл глаза и тихо спросил:
— Ты настолько хочешь получить эту железу?
— Мне, в принципе, всё равно. Но если семья хочет оставаться сильной и процветающей из поколения в поколение, ей определённо нужна линия крови альфы высокого уровня, чтобы она продолжалась.
И снова всё сводится к семье. Хотя каждый в этой семье предельно эгоистичен и ради выгоды готов идти на любые средства, но стоит только возникнуть ситуации, как они тут же начинают прикрываться красивыми словами о семье, используя его как оправдание…
Разве не всегда именно так выглядит истинное лицо этих людей из высшего общества?
— Хэ Сюэюань, ты должен понимать: то, что я его не задушил насмерть, уже можно считать пределом моего великодушия.
Цзян Сыяо сказал всё предельно ясно, и Хэ Сюэюань тоже понял, что он имел в виду.
Он снова принял наивное решение, полагая, что раз у него с молодым господином есть ребёнок, значит между ними возникла связь. Однако молодой господин никогда не изменит своего мнения.
Проведя с этим ребёнком столько времени, он так и не смог воспринимать его как своего и ни на мгновение не забывал о прошлом.
Неужели действительно остался только тот вариант, о котором говорил молодой господин?
После того как он таким образом выплеснул эмоции несколькими фразами, настроение Цзян Сыяо наконец немного стабилизировалось.
Он в последний раз взглянул на Хэ Сюэюаня и, не оглядываясь, ушёл.
После этого прошло ещё несколько дней, но в их отношениях по-прежнему не было никакого прогресса.
Тем временем Хэ Сюэюань наконец немного сблизился с ребёнком и узнал о нём кое-какую информацию.
Ребёнок был очень умным. Хотя он был ещё слишком мал и не мог говорить, с помощью записок общение с ним проходило легко и свободно, совсем не как у обычных детей этого возраста.
Видя, каким умным и рассудительным был ребёнок, Хэ Сюэюань и сам испытывал сложные, смешанные чувства.
Если бы он жил где-то в другом месте, не в такой тяжёлой и неприятной атмосфере семьи Цзян, ребёнку, наверное, было бы гораздо счастливее.
Боясь, что молодой господин действительно положил глаз на железу ребёнка, Хэ Сюэюань даже думал о побеге. Но охрана в семье Цзян была крайне строгой: сбежать одному уже было почти невозможно, не говоря уже о том, чтобы увести с собой ребёнка.
В общем, в ближайшее время мысль о побеге с ребёнком была совершенно нереалистичной. Хэ Сюэюань даже подумывал о том, чтобы прибегнуть к некоторым особым мерам, но, хорошо всё обдумав, решил, что пока использовать их слишком рано.
К счастью, Цзян Сыяо просто прямо говорил, чего он хочет, давая ему время обдумать свои ответные шаги.
На данный момент лучшим решением было сначала уступить Цзян Сыяо, чтобы выиграть себе время.
Сразу согласиться на замену железы было бы слишком нереалистично, это затрагивает слишком много сторон, и такое решение просто невозможно принять быстро.
Поэтому Хэ Сюэюань предложил Цзян Сыяо другой, более безопасный и надёжный вариант.
— Молодой господин, пощади этого ребёнка.
— «Пощадить его?» Я всего лишь действую из соображений интересов всей семьи. У меня нет намерения усложнять кому-либо жизнь.
— Есть у тебя к нему чувства или нет, он всё равно ни в чём не виноват.
Услышав это, Цзян Сыяо будто счёл ситуацию немного забавной:
— Тогда как ты собираешься меня компенсировать?
Хэ Сюэюань на мгновение замолчал:
— Ты очень хочешь мою железу?
— Сюэюань, я ведь уже говорил это на корабле. Я просто хочу вернуться в то время, когда мы ещё не прошли дифференциацию. Разве тогда нам не было хорошо? — невозмутимо сказал Цзян Сыяо.
Услышав его, Хэ Сюэюань тоже воспользовался моментом и сказал:
— Тогда давай просто использовать препараты. С их помощью тоже можно добиться того результата, который тебе нужен.
— Препараты, которые переводят железу в спящее состояние. В таком случае это ничем не будет отличаться от её удаления.
В любом случае, Цзян Сыяо просто хотел ему отомстить. Такой ценный ресурс, как железа альфы высокого уровня, если её извлечь и не пересадить сразу, очень быстро теряет свою жизнеспособность.
Использование препарата можно считать более надёжным вариантом. Для них обоих это оставляет хоть какой-то путь для отступления на будущее.
Сейчас Цзян Сыяо занимает высокое положение и обладает достаточным терпением, чтобы просто выжидать вместе с ним, поэтому он и согласился.
В тот же вечер, когда предложение Хэ Сюэюаня было принято, Цзян Сыяо сразу же связался с врачом и вызвал его, после чего Хэ Сюэюаню сделали укол блокирующего препарата.
После введения этого препарата железа Хэ Сюэюаня перейдёт в состояние временной спячки, то есть перестанет вырабатывать что-либо. Таким образом, это должно удовлетворить требования Цзян Сыяо.
После всего этого теперь Цзян Сыяо уже не обязательно настаивать на его железе.
В конечном счёте, сейчас им в большей степени управляли эмоции. Больше всего он хотел отомстить за те несколько месяцев и заставить Хэ Сюэюаня прочувствовать то же, что пережил он сам. Если этот препарат позволит ему добиться желаемого, он тоже готов был пойти на уступки.
После укола препарат быстро начал действовать. Хэ Сюэюань почувствовал, как на него накатывает слабость, ощущение, которого у него почти не было с тех пор, как он прошёл дифференциацию в альфу высокого уровня.
Сейчас, когда его железа уже вошла в состояние спячки, он не ожидал, что препарат начнёт действовать так быстро. Вскоре у него совсем не осталось сил, и лицо резко побледнело.
Цзян Сыяо оставался ко всему этому полностью равнодушен, он хотел лишь увидеть итоговый результат.
Хотя с помощью препаратов тоже можно получить желаемый результат, он будет лишь временным. Только полное удаление позволит раз и навсегда избавиться от возможных последствий.
То, что Хэ Сюэюань сам предложил использовать такие препараты, действительно удивило… Что же он на самом деле снова замышляет?