Эсеры. Потеря Кавказа

После поражения от Деникина остатки красных сил в виде 11-й армии на западе Кавказа были реорганизованы. Они концентрировались на широком фронте с центром у железнодорожного узла Петровское (ныне город Светлоград). Мобилизационные мероприятия позволили увеличить численность до 70 000 человек, растянутых до Нальчика. Далее во Владикавказе сидело ингушское ополчение, которое связывало 11-ю и 12-ю армии РККА.

Белые справедливо решили захватить Петровское, чтобы дезорганизовать РККА на этом направлении. 24 ноября 1918 года начались четырёхдневные бои за этот узел, которые закончились победой подразделений генерала Врангеля.

Соседние подразделения генерала Казановича завязли в боях в окрестности деревни Спицевка. Это подарило Врангелю возможность перебросить силы и ударить красным в тыл, довершив разгром на этом направлении. Командарм 11-й армии РККА Федько попытался силами таманцев атаковать Петровское, но был разбит. За эти бои Деникин повысил Врангеля до генерал-лейтенанта. У красных именно после этой неудачи Федько заменили на Крузе.

Вместе с новым командармом подошли части, участвовавшие в подавлении Терского восстания. Положение ещё не было безнадёжным. Крузе разделил свои силы на четыре группы:

1. Ставропольские части числом примерно в 15 000 штыков расположились к востоку от Петровского и до реки Маныч.
2. Вторая группа в 10 000 человек расположилась юго-восточнее в районе Благодарного (ныне одноимённый город). Состояла она из таманцев.
3. Третья группа аналогичной силы размещалась в районе Александровского.
4. Последняя, самая многочисленная — 25 000 человек — держала рубежи от Курсавки и вплоть до Кисловодска.

Всё это великолепие вместе с частями 12-й армии и Каспийской военной флотилией с 8 декабря 1918 года было организовано в Кавказско-Каспийский фронт. Командовал им Михаил Степанович Свечников — в дальнейшем видный военный теоретик, в прошлом начальник штаба Осовецкой крепости, которую так любят вспоминать современные поклонники старой России, забывая, что её защищал большевик. Впрочем, фронт ему достался проблемный. Командование сидело в Астрахани и не знало ситуации на местах. Первым делом начали реорганизовывать все имеющиеся силы в трёхбригадные дивизии.

15 декабря 1918 года Врангель и Казанович предприняли наступление против первой и второй групп РККА. Врангелю опять сопутствовал успех, а Казанович завяз в боях — что неудивительно, ведь против него стояли таманцы. Самой многочисленной группе РВС фронта предписал наступать в направлении Армавира. Силы РККА ещё не пришли в себя и потому завязли в боях. Впрочем, и наступление белых на этом направлении не увенчалось успехом. Особенно потрепало части Казановича.

Тем временем дагестанская эпопея завершилась, и к концу 1918 года Кавказско-Каспийский фронт поставил задачу 12-й армии пробиваться на восток к Темир-Хан-Шуре и Порт-Петровску. 11-я армия должна была наступать в направлении Невинномысской, чтобы перерезать железную дорогу Армавир — Ставрополь, а затем попытаться окружить белых под Ставрополем и уничтожить их основные силы.

Если Врангель свои рубежи удержал, то корпуса Ляхова и Казановича оказались опрокинуты. От корпуса Казановича вообще осталось около 1 500 человек. Наступавшие на него таманцы обладали силами около 20 000 штыков. На юге корпус Ляхова был разгромлен, и направление держалось на черкесах Клыча Шахановича Султан-Гирея (в дальнейшем видного пособника нацистов, но это будет сильно потом). Под угрозой был Баталпашинск, а значит, и вся группировка белых.

В этих условиях Деникин отдал приказ Врангелю, пользуясь его спокойным положением, обойти центральную группу красных и ударить ей в тыл. Этот манёвр позволил взять штабы двух дивизий и несколько полковых штабов. Главный штаб таманцев был вынужден бежать в Святой Крест (ныне Будённовск). Управление самой сильной группировкой красных было потеряно, и части понесли огромные потери, беспорядочно отступая на восток. В итоге 11-я армия оказалась рассечена на три группы:

• Северная бежала в направлении Святого Креста и даже дальше на Элисту.
• Центральная отступала на Грозный.
• Южная держалась.

Попытки контратаковать дезорганизованными частями не увенчались успехом, и к 11 января 1919 года СКСР потеряла все свои территории и была упразднена. Крузе бросил свои части и эвакуировался сразу в Астрахань. После чего командармом стал Левандовский. Он попытался задержать белых на линии Святой Крест — Минеральные Воды — Кисловодск, но Врангель, которому передали окрестные силы, продолжал продвигаться на восток. 17 января 1919 года генерал Улагай взял Святой Крест. Часть красных сил была вытеснена в степи и начала изнурительный и беспорядочный отход на Астрахань. Остальные оказались отрезаны, и у них встал выбор: уходить в Грузию через Владикавказ или отступать в Астрахань через Моздок и затем Кизляр.

У белых тем временем прошли существенные организационные изменения. Захват большой территории требовал организации управления. Первые попытки такого наблюдались ещё в конце 1917 года на Дону в Новочеркасске. Тогда триумвират Корнилова — Алексеева — Каледина создал структуру, которая претендовала на роль белого правительства. Называлась она Донской гражданский совет. Вначале из структуры выбыли социалисты, включая Савинкова, а затем совет распался в связи с потерей белыми Дона.

Вторая попытка создания правительства произошла в августе 1918 года по инициативе ещё живого генерала Алексеева и Деникина. Тут уже даже минорный налёт социализма отсутствовал. Нужно было организовать гражданское управление. До этого Деникин и Романовский были вынуждены отвлекаться на вопросы управления и периодически назначать военных губернаторов. Этого было мало — нужен был аппарат. Поначалу эту задачу делегировали генералу Лукомскому, но тот счёл себя недостаточно компетентным и вернул инициативу Алексееву. Тот, в свою очередь, предложил затею генералу Абраму Михайловичу Драгомирову. Последний на пару с нашим знакомым Шульгиным разработал положение об Особом совещании. Париться они не стали и просто срисовали структуру органа с царского Совета министров.

Председателем стал Алексеев. Его заместителями: Лукомский, Деникин и Драгомиров. Непрочное положение белых привело к тому, что кадры для организации Особого совещания подобрать удалось только к ноябрю 1918 года. Алексеев к этому моменту уже умер. Это был зачаток правительства, который работал крайне стыдливо, чтобы не злить союзников из Кубанской рады. Председателем стал генерал Драгомиров. Министерства назывались отделами, а с января 1919 года — управлениями.

Кратко пройдёмся по персоналиям.

Военные взяли четыре поста с учётом председателя:

• Управление юстиции возглавил генерал-лейтенант Александр Сергеевич Макаренко — он должен был стать министром внутренних дел при Николае II вместо Протопопова, но Февральская революция помешала.
• Управление армейского снабжения взял генерал-майор Георгий Иванович Кортацци.
• Военные сообщения легли на генерал-лейтенанта Николая Михайловича Тихменева.

Гражданские (в первую очередь кадеты):

• Внутренние дела возглавил уже мелькавший у нас Николай Иванович Астров.
• Госконтроль взял Василий Александрович Степанов — кадет и двоюродный брат Зинаиды Гиппиус.
• Беспартийный банкир Эраст Петрович Шуберский взял управление путей сообщения (но этот беспартийный был членом Национального центра и по сути примыкал к кадетам).
• Туда же можно отнести управляющего торговлей и промышленностью Владимира Александровича Лебедева — известного авиаконструктора и промышленника.
• Финансы взял царский чиновник из минфина Иосиф Оттонович Гейман, но в январе 1919 года его сменит наш знакомый Бернацкий (последний министр финансов Временного правительства, примыкавший к кадету Некрасову).
• Иностранные дела взял бывший царский министр Сергей Дмитриевич Сазонов (позднее его сделают министром иностранных дел у Колчака, а его место займёт Анатолий Анатольевич Нератов — видный мидовский чиновник времён царя и Временного правительства).
• Управление продовольствия — октябрист Сергей Николаевич Маслов (не путать с однофамильцем-энесом).

Социалистам в этом правительстве места не было. К январю 1919 года правительство ВСЮР начнёт копировать функции не только царского Совмина, но и Государственного совета.

При этом стоит учитывать, что у председателя Особого совещания было больше полномочий, чем у царского председателя Совмина. Военные жёстко контролировали гражданских министров. Состав правительства позволяет говорить о трёх группах министров: военные, правые гражданские политики и либералы-кадеты. Военные по факту дирижировали правым большинством, а либералы формировали скромную оппозицию.

Решения по какому-либо вопросу принимались так: генералы спускали решение, либералы противились. Тогда сооружался компромисс, который более отражал точку зрения генералов. Разумеется, он никого не устраивал. Кадеты видели, что с ними не считаются, а правые генералы пеняли на «засилье» либералов. Выливалось это в конкуренцию Управления армейского снабжения и Управления продовольствия, зачастую приводившую к срыву поставок. Ещё и штаб оперативно вмешивался в вопросы гражданского управления.

Тем временем с захватом западной части Северного Кавказа прежний расчёт Деникина оправдался. Донские казаки Краснова не справились с задачей захвата Царицына и изрядно похудели в численности. 15 000 донцов противостоял Южный фронт РККА, который хоть и потерял 11-ю и 12-ю армии, но у него оставались ещё 8-я, 9-я и 10-я, которые на широком фронте вели действия против донцов Краснова.

Казакам срочно потребовалась помощь, и 8 января 1919 года генералы Краснов и Деникин подписали соглашение, объединявшее Донскую армию и Добровольческую армию под единое командование в виде Вооружённых Сил Юга России (ВСЮР). Если кубанские казаки вливались в Добровольческую армию, то донцы действовали автономно и подчинялись Деникину через передаточное звено в виде атамана Краснова.

Добровольческая армия была переименована в Кавказскую Добровольческую армию. Тогда же белые замахнулись на создание Крымско-Азовской Добровольческой армии (о формировании которой я писал в главах про Украину). Смысл был в переформатировании сил под задачи общероссийского масштаба.

Для Особого совещания это означало необходимость оформлять аппарат управления занятыми территориями. Но эти территории сплошь были зоной боевых действий, и поэтому рулили там военные.

Забежим вперёд. По временному положению о гражданском управлении, принятому в марте 1919 года, устанавливалась трёхзвенная система управления территориями: начальник уезда в подчинении у губернатора, который, в свою очередь, подчинялся главноначальствующему. Последний был военным и командовал вооружёнными силами на подведомственной территории. Такая юрисдикция в дальнейшем приведёт к тому, что гражданская власть будет подмята военными. Коменданты, разведчики будут иметь больше власти на местах, чем уездные аппараты.

Разумеется, какие-нибудь кадеты с их либеральными убеждениями в такой аппарат управления работать не пойдут. Зато охотно шли более правые царские чиновники, зачастую воспринимавшие свой пост как денежную должность, которая даёт возможность поправить материальное положение, пошатнувшееся после двух революций. Военные управляли по принципу «на глаз», что приводило к вопиющим случаям самоуправства. Крестьяне видели не «белое правительство», а генералов, которые отбирают хлеб, и комендантов, которые чинят расправы. Победа Деникина на бумаге обернулась поражением в головах тех, за кого он воевал. Но это проявится позднее.