Злодей с ребёнком от альфы. Сайд-стори (1)
- Что это? – с фотографией в руке Ын Юль подошёл к Лим Бон Сун, в руке который находился большой пакет. – Она была заткнута за край стола.
Бабушка взглянула на фотку и, словно это была ерунда, небрежно зашагала на кухню.
Ын Юль снова рассмотрел фото. В беседке под деревом настолько большим, что оно не помещалось в кадр, сидели два человека.
Они были столь крошечными по сравнению с ним, что не удавалось разглядеть лица.
Громкий голос Лим Бон Сун эхом раздался по кухне.
- Пустив корни в одном место, оно вот уже 500 лет защищает людей. Летом можно присесть отдохнуть в его тени и загадать желание.
- Вау. Поэтому оно так выросло.
Разглядывая поднятую фотографию, Ын Юль украдкой покосился на Ха Ныля рядом. Увлечённый рисованием, мальчик даже не повернул голову.
- Говорят, есть очень большое дерево.
Ха Ныль взял карандаш зелёного цвета. Казалось, он тоже рисовал дерево.
- Не хочешь съездить посмотреть на него?
Ын Юлю очень хотелось увидеть дерево в реальности. Можно сказать, это был внезапный порыв.
Ребёнок кивнул и взял карандаш коричневого цвета. Кажется, он перешёл к стволу – идеальное время.
На любое предложение съездить куда-нибудь вместе Ха Ныль всегда реагировал с восторгом. Наверняка, он обрадуется и в этом раз, хоть предложение и было слегка внезапным.
Закивает своей маленькой головушкой и скажет «угу».
Когда сын замотал головой из стороны в сторону, Ын Юль непонимающе взял его за щёки.
- Подумай ещё раз. Ты ведь давно никуда не ездил с папой.
Ха Ныль закатил глаза, словно задумался, а затем с улыбкой ответил:
- Я договорился поиграть с дядями.
- Ты можешь поиграть с ними сегодня, а завтра поехать с папой.
Мальчик мило наклонил голову набок, один этот жест ясно показывал, что ему не хотелось ехать.
Парень с обиженным видом принялся мять его лицо, как вдруг между ними появилась большая ладонь.
Находившийся в тисках Ын Юля Ха Ныль взмыл в воздух и тут же оказался прижат к груди мужчины. Кан Ха Джун одной рукой держал сына, а другой – помог возлюбленному подняться.
- Поехали со мной, - со спокойной улыбкой утешил он, слушавший их уже какое-то время.
Словно зачарованный тихим шёпотом, Ын Юль посмотрел на мужчину и кивнул.
- Конечно же я поеду с Ха Джун-ши.
Вопрос был в том, брать ли с собой ребёнка.
- Да оставь ты Ха Ныля в покое, - в этот момент зашла Лим Бон Сун, неся корзину анчоусов. – У него своих дел хватает. Надо же кому-то развлекать малышню, которым только бы поиграть, и заботиться об этих незрелых созданиях.
Ха Ныль на руках Кан Ха Джуна активно закивал, соглашаясь. Под незрелыми созданиями ведь не имелись в виду Хён Дже Ха и Нам Гун Хёк, да?
Взглянув на сына, Ын Юль увидел, что ребёнок выпятил грудь, словно подтверждая правоту Лим Бон Сун. Выглядело это до смешного нелепо.
- Оставьте ребёнка и езжайте сами. Дерево находится в сельской местности, до туда долго добираться.
- Ну, или потащите его с собой за руки за ноги.
Ын Юль вновь глянул на фото. Склон казался крутым – хоть дерево и не было в горах – и Ха Ныль наверняка устанет, пока будет подниматься.
- Хорошо. Тогда мы поедем завтра ранним утром. И вернёмся вечером…
Лим Бон Сун с громким звуком опустила корзину.
- Тебе так хочется копаться в потрохах? Езжайте уже.
Когда Ын Юль уступил, Кан Ха Джун чмокнул Ха Ныля в лоб.
Мальчик не только кивнул, но и начал махать им обеими руками.
Это было началом импульсивной поездки.
Ын Юль, прислонившись к окну, наблюдал за мелькавшими пейзажами. Видя, как вокруг исчезали последние следы зимы, он почувствовал тепло на душе.
Парень разок встряхнул свою толстовку. Хотя он снял верхнюю одежду, всё равно было жарко – наверно, потому что снизу находилась ещё футболка.
- От дзельквы, наверно, остался только ствол, да?
На фотке была куча листьев, но… с учётом того, что зима только закончилась, было бы слишком самонадеянно думать, что они вновь распустились.
- Почему ты захотел увидеть дерево?
- Хм… Ради желания? – Ын Юль, повернув голову, уставился на Кан Ха Джуна и откинулся на спинку сиденья. – Хочу загадать желание.
Сначала он просто удивился огромному размеру дерева. Желание увидеть его возникло только после того, как бабушка сказала, что это дерево-защитник.
- Попросить счастья нашей семье.
«Пожалуйста, наполните счастьем каждый наш день». Когда Ын Юль сложил руки вместе, словно молился, Кан Ха Джун обхватил его ладони.
Парень нерешительно помотал головой и насупился. Он задумался, что ещё тогда можно было пожелать.
- Думай, пока едем. У нас ещё много времени.
Сказав не торопиться, Кан Ха Джун глянул, сколько осталось ехать. Видимо, непривычно долгая дорога вызвала нервозность – он облизнул пересохшие губы, подавляя накатившую жажду.
То ли от жара печки, то ли от большого расстояния Ын Юль всю дорогу изнывал от духоты и, едва оказавшись на месте, тут же облегчённо вздохнул.
Он вышел из машины и потряс одежду на себе. Тело, нагревшееся в толстой кофте, лишь теперь начало потихоньку остывать.
Ын Юль стёр пот со лба и оглянулся на Кан Ха Джуна. Тому тоже, похоже, было душно – он теребил свой свитер.
- Знал бы, что Ха Джун-ши тоже жарко, я бы попросил выключить печку.
Услышав его шутливые слова, мужчина бросил взгляд на машину, а затем повернулся обратно к нему. Из-за тонировки не было видно салона, но он ясно помнил, как выключал печку вскоре после того, как они поехали.
- На улице с каждом днём теплее.
Зима отступила, и в этом отдалённом районе наступила ранняя весна.
Ын Юль, держа в одной руке верхнюю одежду, подошёл к возлюбленному. Тот – тоже перекинув пальто через руку – ждал его. Поездка не была запланирована, так что они почти ничего с собой не взяли.
- Напоминает о поездке на остров Чеджу. Тогда нам даже чемодана не хватило.
Мало того, что одежда была плотной, так ещё и у Ха Ныля было прилично вещей. В поездке с ребёнком могло случиться что угодно, поэтому одежды приходилось упаковывать вдвое больше необходимого.
Кан Ха Джун, тоже вспоминая то время, взял Ын Юля за руку.
- У нас нет чемоданов, поэтому я могу держать тебя за руку.
- Неплохо вот так путешествовать налегке.
- Давай и в следующий раз так поедем, - прошептал он, поцеловав тыльную сторону ладони парня. Ын Юль кивнул, костяшками другой руки погладив его щёку. С момента признания прошёл не день и не два, но ладонь и губы мужчины были так обжигающе горячи, что по всему его телу распространился жар.
Солнце уже садилось, и, если они задержатся ещё хоть чуть-чуть, на дерево придётся смотреть в темноте.
Кан Ха Джун, не сказав ни слова, послушно зашагал за торопившим его Ын Юлем.
В деревенской тишине отчётливо слышался каждый их шаг. Дорога была безмятежной: они шли, наблюдая за своими длинными тенями и обмениваясь взглядами.
Если эти моменты назывались счастьем, то, как и сказал Кан Ха Джун, ему не надо было загадывать быть счастливым.
- Я так и не придумал, какое желание загадать. А Ха Джун-ши?
Ын Юль вскинул на него возмущённый взгляд. У него было такое же желание. Сказал загадать что-нибудь другое, а сам, значит, решил просить о счастье.
- Вы что, хотели отобрать моё желание?
- Я пожелаю счастья, а ты – что-нибудь другое, и оба желания исполнятся, - привёл вескую причину Кан Ха Джун, но парень остался недоволен.
- А кто говорил, что оно исполнит только одно желание?
Может, дерево было щедрым и давало два желания на человека. Кан Ха Джун вдруг замер, и Ын Юль последовал его примеру. Ему подумалось, что мужчина собирался сказать что-то важное, однако тот молча уставился вперёд.
Ын Юль проследил за его взглядом… и увидел огромную дзелькву.
Её он видел на фотке. Только она немного отличалась.
Дзельква, что была бы по-своему прекрасна даже без листьев, словно первой приняла весну и теперь стояла вся в зелени. Листва не была пышной, но придавала своё очарование, которое невозможно запечатлеть на фотографии.
Хорошо, что они пришли увидеть его вживую.
Наблюдавший издалека Ын Юль, словно зачарованный, подошёл к дереву. Затем откинул голову назад и посмотрел на него.
Стало понятно, почему его так называли. Стоя вблизи, он почувствовал трепет и, не в силах оторвать взгляд, сложил руки вместе.
Я хочу каждый год приезжать со своей семьёй смотреть на это дерево.
Две ладони, всё ещё хранившие тепло Кан Ха Джуна, прижимались друг к другу, передавая его желание.