«Проба золота» | Глава 7 из 12

Тарык красиво упаковал кольцо — на белую подушечку, в бархатную коробочку, перевязал ленточкой. Андрей протянул наличные. Тарык взял купюры — и провёл ими по всему прилавку. Медленно, слева направо, касаясь каждого угла. Старая примета: первые деньги за день должны коснуться товара, чтобы привлечь удачу.

— Машаллах, — сказал Тарык, прижав ладонь к груди.

Андрей взял коробочку. Открыл. Достал кольцо — золотую змею, двадцать четыре карата, тёплую от прилавочного света. Повернулся к Лине.

И просто протянул ей. Без колена, без речи, без вступления. Как протягивают ключи. Как передают что-то, что и так принадлежит этому человеку.

— Это тебе, — сказал он.

Лина посмотрела на кольцо. На него. Снова на кольцо.

— Андрей. Это кольцо на безымянный палец.

— Я знаю, на какой палец.

Тишина. Тарык замер с ладонью на груди. Мальчишка с подносом остановился на полпути.

Лина не двигалась. Кольцо лежало на его раскрытой ладони — между ними.

— Ты серьёзно, — сказала она. Не вопрос. Утверждение.

Он кивнул.

— Андрей. Мы знакомы полгода. Из них вместе — два месяца. Ты живёшь в России. Я живу здесь. У меня просроченная виза и кот.

— Я знаю.

— Я не могу уехать из Турции сейчас. А если уеду, я не вернусь.

— Знаю.

— У тебя нет плана.

— План мне не нужен. Мне нужна ты.

Она закусила губу. Он видел, как у неё дрожат руки — тонкие, с длинными пальцами, которыми она листала блокнот на уроках.

— Я боюсь, — сказала она тихо. — Не тебя. Я боюсь, что это как всё красивое в моей жизни. Что оно закончится.

— Может и закончится. Я не знаю. Но вот что я знаю точно: это, — он чуть приподнял ладонь с кольцом, — настоящее. Двадцать четыре карата. Не позолота.

Она смотрела ему в глаза — прямо, без щита, без очков, без строгости преподавателя. В её глазах было что-то, для чего не существует слов ни на одном из языков, которые они знали.

Потом она взяла кольцо с его ладони. Медленно. И надела сама — на безымянный палец левой руки. Змея обвила палец, и кольцо село так, как будто ждало её.

Тарык, не выдержав, захлопал в ладоши. Мальчишка — за ним. Женщина из соседней лавки — за мальчишкой. Кто-то крикнул «Машаллах!» — и вот уже весь угол рынка аплодировал двоим, которые стояли друг напротив друга и не улыбались. Просто смотрели друг на друга — серьёзно, как два человека, которые понимают, что пересекли черту.

— Я не сказала «да», — сказала она.

— Ты надела кольцо.

— Я надела подарок на день рождения.

— На безымянный палец.

По её щеке прошла одна слеза — быстрая, которую она не стала вытирать.

— Поехали в Каппадокию, — сказала она. — И там посмотрим.

— Посмотрим, — согласился он.

Тарык обнял их обоих — широко, по-турецки, похлопал Андрея по плечу.

— Иншаллах, — сказал он. — Иншаллах.

Они вышли на улицу. Солнце било в глаза. Кайсери гудел — торговцы, машины, крик муэдзина. Лина шла рядом и крутила кольцо на пальце — осторожно, подушечками.

— Господи, — сказала она себе под нос и покачала головой.

Андрей услышал. Не подал виду. Но внутри что-то встало на место. Тихо, без щелчка. Как последний элемент, который ты искал и нашёл — не там, где искал, и не тогда, когда ожидал.

Продолжение — в следующей главе. Каппадокия, воздушные шары и вопрос, на который нельзя ответить формулой.