Контратака. Глава 133. Парные часы
Год подходил к концу, и все крупные компании были заняты подведением итогов. У Совэй не стал исключением. За последние полгода дела его фирмы шли в гору, доходы были весьма солидными, и его личная «копилка» тоже постепенно наполнялась.
Тем не менее У Совэй заметил немало проблем.
Во-первых, с продукцией. Хотя качество было хорошим, а себестоимость – низкой, но не хватало изюминки, уникальности. У Совэй часто лично проверял товары и замечал: какие бы каналы поставок ни менялись, продукция оставалась в целом однотипной.
Заявляют об улучшении характеристик, а по сути – новая вывеска, а товар тот же.
Иногда клиенты выдвигали особые требования, но из-за ограничений поставщиков не удавалось предложить соответствующий стандартам товар, и клиенты уходили разочарованными.
Во-вторых, была проблема с брендом. У Совэй и сам не знал, сколько мест он за это время объездил и сколько товаров поставил. Но, гуляя по улице и глядя на разнообразные осветительные приборы, он ни разу не видел на них логотипа своей компании – и этот психологический контраст был очень силён.
Без собственного бренда предприятие никогда не сможет стать по-настоящему крупным и сильным.
Поэтому у У Совэя появилась идея построить собственный завод, превратив торговую компанию в производственную, встать на путь реального производства – это и было перспективой на будущее. Он планировал перед Новым годом съездить в юго-восточные прибрежные районы, изучить рынок, перенять опыт и технологии, чтобы подготовиться к инвестициям и запуску производства в следующем году.
Первой реакцией Чи Чэна на это стало:
– Поддерживаю. Но едешь только со мной.
– К тому времени, когда вас в учреждении отпустят, на предприятиях уже вовсю будут закрывать год. Кого я тогда буду изучать? – возразил У Совэй.
– Я могу взять отпуск, чтобы поехать с тобой, – сказал Чи Чэн.
У Совэй решительно отказался. Под конец года как раз набирало обороты время банкетов и деловых встреч, особенно в политических кругах, где важны налаживание связей и расширение круга знакомств. К тому же, сейчас был пик периода подарков. Стоило только подумать, сколько презентов Чи Чэн недополучит, сопровождая его в этой поездке, как У Совэй ни за что не соглашался!
– Я вернусь через несколько дней, – сказал он. – Буду постоянно на связи.
Чи Чэн не устоял перед его уговорами и в итоге согласился.
Последние несколько вечеров У Совэй без дела тыкал в планшет, лёжа на кровати. Иногда, устав от одной позы, он использовал Чи Чэна в качестве подушки, ложась на него и продолжая тыкать.
Сначала Чи Чэн думал, что У Совэй изучает материалы, но потом заметил, что тот и глубокой ночью щурится и тыкает в экран.
Чи Чэн, подперев голову рукой, разглядывал его: У Совэй то хмурил брови, то огорчался, то напрягался, то приходил в восторг.
Наконец Чи Чэн не выдержал, провёл крупной ладонью по лбу У Совэя и спросил:
– Не мешай! – У Совэй тут же схватил Чи Чэна за запястье, крайне сосредоточенно ткнул в экран и радостно рассмеялся. – Наконец-то, урвал!
– Что урвал? – спросил Чи Чэн.
– Авиабилеты по акции! – на лице У Совэя расцвела улыбка человека, сорвавшего куш. – Ты представляешь, как трудно в конце года урвать билеты по специальной цене? Я ради этого билета с 60% скидкой сил не жалел!
Чи Чэн какое-то время разглядывал его и, в тот миг, когда У Совэй уже собрался подтвердить оплату, спокойно произнёс:
Рука У Совэя дрогнула, он едва не ткнул в экран, но вовремя остановился.
Почему сразу не сказал?! Я ради этого билета днём есть не мог, ночами спать не спал! А ты, оказывается, уже купил?! Да ты просто издеваешься!
– В первом, – без раздумий ответил Чи Чэн.
– Так я и знал! – У Совэй в сердцах ударил кулаком по кровати. – Зачем тратить лишние деньги? Всего-то два с лишним часа, так какая разница, где сидеть?
– Билеты в оба конца куплены, ты должен вернуться именно в эту дату, – продолжил Чи Чэн.
У Совэй взглянул на билеты: между датами туда и обратно было всего пять дней разницы.
– Мало! Мне нужно в несколько мест съездить, – сказал У Совэй.
– Не мои проблемы, – Чи Чэн нахмурился. – Постарайся сделать всё за эти пять дней. Не успеешь – меняй билет. У этой авиакомпании и за билеты первого класса берут сбор за изменение брони, решай сам.
У Совэй злобно ударил Чи Чэна кулаком в грудь – больно тому не стало, зато сердце парнишки растаяло.
– В это время года на юге сыро и холодно, отопления нет, ты выдержишь?
– Да брось ты меня недооценивать! – У Совэй махнул рукой. – Я не впервые зиму на юге провожу. Помню, когда я на втором курсе учился, с Юэ…
У Совэй на мгновение застыл, а потом вдруг уткнулся лицом в шею Чи Чэна.
Вообще-то, Чи Чэн мог бы и покопаться в этой теме, но как только У Совэй его обнял, он обо всём забыл.
На следующий день Чи Чэн и У Совэй отправились на шопинг, чтобы прикупить кое-что в дорогу.
Сам по себе У Совэй был человеком основательным: зубочистки, ушные палочки – он бы и их с собой прихватил. Но в этом вопросе Чи Чэн оказался ещё дотошнее: они шли и покупали буквально на каждом шагу, ему всё казалось нужным, не прошли даже мимо аптеки. Лекарства от простуды, для профилактики простуды, от обморожений, от аллергии, согревающие, от укачивания… И, конечно, нельзя было забывать об уходе за «хризантемой»: Чи Чэну предстояло пять дней в разлуке, а по возвращении У Совэя ждало серьёзное сражение.
В торговом центре, проходя мимо отдела часов «Armani», У Совэй остановился, чтобы просто посмотреть, и вдруг ему приглянулась одна модель.
– Господин, это уникальные парные часы! Если один из пары выставляет время, стрелки на часах второго тоже начинают двигаться. Это удивительно! Даже на расстоянии вы сможете удовлетворять своё желание контролировать возлюбленного.
Звучало заманчиво, но цена для У Совэя, потратившего несколько ночей в погоне за билетом по акции, была действительно кусачей.
Тем более покупать-то придётся сразу пару…
Он покосился на того, кто рядом: казалось, такие суммы для Чи Чэна не были проблемой.
Раз так, может, стоит сделать намёк?
И У Совэй начал оживлённо болтать с продавщицей, демонстрируя живейший интерес к этим часам. Он тянул время, ожидая, когда Чи Чэн сделает предложение.
Но сегодня у того была стальная выдержка. Пока У Совэй болтал, Чи Чэн просто стоял и слушал, не высказывая никакого мнения.
В конце концов У Совэй сказал продавщице:
С этими словами он с сожалением повернулся и пошёл прочь, нарочито замедляя шаг и доставая телефон, чтобы проверить дату.
– Эй… – начал он нехотя. – Сегодня ведь «Чёрный день»*.
*«Чёрный день» (14 апреля) – «День холостяка». Это неофициальный праздник, который пришел в Китай из Южной Кореи. Он является своеобразным «антиподом» Дня святого Валентина.
Подтекст был ясен: сегодня праздник, даже если он и не имеет к нам отношения, всё равно это праздник, а на праздники положены подарки!
– Я в туалет, подожди меня тут.
И направился в сторону отдела с часами.
В душе У Совэй самодовольно выругался про себя: «Хотел подарить – так и говори прямо, нечего под предлогом туалета делать это тайком, банальщина какая!»
Но Чи Чэн вернулся с пустыми руками.
– Ты… И это всё? – лицо У Совэя помрачнело.
– А что ещё? – спросил Чи Чэн.
А-а-а-а-а, он и вправду просто сходил в туалет!
– Пошли. Чего стоим? – лицо У Совэя мгновенно почернело, тон стал резким.
– Какой ещё жилетки?! – У Совэй развёл руками с видом крайнего раздражения. – Кому это нужно? Всё равно не замёрзнешь! И вообще, зачем мы сюда пришли? Полдня потратили, купили кучу ненужного хлама. Интересно? Увлекательно? Хватит позориться, пошли отсюда!
Он направился большими шагами к лифтам. Чи Чэн сохранял ледяное спокойствие: даже когда лицо У Совэя стало мрачнее тучи, он не проявил ни капли участия.
Но вот дверь лифта открылась, и У Совэй снова замер.
Он резко развернулся, сунул все пакеты в руки Чи Чэну и зло бросил:
– А раньше что, когда я ходил, нельзя было вместе? – нарочно спросил Чи Чэн.
У Совэй, не оборачиваясь, бросил:
– Не хочу видеть твой ослиный хер!
Однако, прежде чем отправиться к отделу часов, У Совэй действительно зашёл в туалет. Он и правда терпел, раньше не замечал, но после слов Чи Чэна позывы стали нестерпимыми.
Идя, он ворчал про себя: «Блин, даже если куплю часы, тебе их не отдам, подарю какой-нибудь девчонке!»
Зашёл в кабинку, только расстегнул ширинку, как почувствовал за спиной ледяной сквозняк. Не успел обернуться, как могучее тело намертво прижало его к стене.
– Ты что делаешь? – у У Совэя зародилось смутное предчувствие недоброго.
– Хочу тебя, – горячее дыхание Чи Чэна обожгло ухо У Совэя.
Молодой человек не понимал, почему этот кобель вечно пристраивался к нему в таких местах. В соседней кабинке послышался звук, затем шум льющейся воды. У Совэй напряг низ живота и забился в объятиях Чи Чэна.
– Убирайся, я не могу больше терпеть!
Но Чи Чэн не только не ушёл, а ещё и запустил руку к «птичке» У Совэя, похабно дразня её.
В общественном месте У Совэй боялся слишком бурно сопротивляться, чтобы не привлекать внимания, и мог лишь стискивать зубы. Но Чи Чэн упорно не отставал: именно в таких местах ему было особенно возбуждающе, тем сильнее разгоралась его страсть к доминированию.
Впиваясь зубами в шею У Совэя, он прошептал тому на ухо:
– Твоя обиженная мордочка только что была такая похотливая… Я ещё не дошёл до туалета, а уже хуй колом стоял.
Снова послышался звук воды рядом, У Совэй чуть не опорожнился прямо в руку Чи Чэна.
Дыхание парня становилось всё чаще, низ живота вот-вот готов был лопнуть от напряжения, но У Совэй изо всех сил старался не издавать звуков.
В таком месте, где постоянно ходят люди, заниматься столь постыдным делом… И при этом быть на грани потери контроля от возбуждения!
Электрический разряд резко ударил в низ живота, смесь восторга и муки чуть не выбила у У Совэя слёзы. Он кончил, из последних сил удерживаясь, чтобы не обмочиться.
Весь в поту, он уставился на Чи Чэна с досадой.
У Совэй надеялся, что Чи Чэн выйдет, и он, наконец, сможет справить нужду. Но Чи Чэн снова запустил сразу обе руки в штаны У Совэя, атакуя спереди и сзади.
На этот раз У Совэй действительно не выдержал, дёргая бёдрами, он взмолился:
– Не надо… Правда, больше не могу… Сейчас описаюсь… Нельзя…
Чи Чэн сжал его спереди, не позволяя освободиться, а сзади стимулировал всё яростнее.
У Совэй держался из последних сил, живот сводило судорогой, и вдруг Чи Чэн разжал руку. Вырвалось сдавленное «Нет!», сопровождаемое журчанием. А смущённое до слёз выражение лица исказилось предельным возбуждением в момент освобождения, – всё это Чи Чэн с наслаждением наблюдал.
Что ж, удовольствие было таким, что У Совэю оставалось только молчать.
Чи Чэн вышел первым, У Совэй, красный от стыда, поплёлся следом. Он хотел взорваться, но не мог, и в итоге, помучавшись, выдавил лишь:
– Попробуй только кому-нибудь слово сказать!
У Совэй с каменным лицом мыл руки. И вдруг, продолжая мыть, заметил, что на его запястье появились часы. Бросив взгляд краем глаза, он увидел точно такие же на запястье Чи Чэна.
– Ты… Когда ты успел мне надеть? – парень с изумлением уставился на Чи Чэна.
Мужчина стряхнул капли воды с рук прямо в лицо У Совэю.
– Думал, только ты один такой ушлый?