Транскрипт День 3. Демосессия и завершение
[0:04] Speaker G: Спасибо большое.
[0:04] Катрин (Speaker H): А что значит вопрос о смерти?
[0:06] Speaker C: Это отношение к смерти или что?
[0:11] Катрин (Speaker H): Это когда вопрос стоит, да, у тебя, что, ну, жизнь или смерть, когда ты... Я не вижу этих вопросов, ну ладно, не вижу их.
[0:21] Speaker G: Может быть, новый стал чат.
[0:25] Катрин (Speaker H): Я могу еще раз сказать.
Просто спросили, что в гранте было пять вопросов.
Я написала, что там был вопрос о смерти жизни.
Ой, о смерти и о смысле жизни.
Ну, еще два специальных вопроса.
Помимо где, с кем и чем заниматься.
[0:41] Speaker G: А здоровье куда было?
[0:42] Катрин (Speaker H): Не было?
Здоровье, как я поняла, подразумевается, это базовое.
[0:49] Speaker C: Катя, четвёртый вопрос.
[0:55] Speaker G: Четвёртый вопрос, скажи.
[0:59] Speaker C: Да, вопрос о жизни.
[0:59] Speaker G: Спасибо, Тимур.
[1:03] Катрин (Speaker H): Спасибо, Тимур.
[1:24] Speaker E: Да, там не совсем просто про смерть, а как, похоже, какая-то есть борьба на как справиться.
[1:38] Катрин (Speaker H): Что с ней делать?
Это не то, что тебе смерть угрожает непосредственно, или страх смерти как фобия.
Да, у тебя сама бытие, круг смерти крутится.
По поводу здоровья, Миша же сказал в начале, что три вопроса, которые мы ищем, если здоровьем все нормально, если здоровьем плохо, то понятно, что будет все только о нем, тогда остальные вопросы отпадают.
[2:06] Миша (Speaker A): Слушай, пока ты говоришь, Катрин, к тебе вопрос, и он достаточно важный, потому что я с него продолжу нашу практику сегодня.
Как у тебя получилось так отогреться?
[2:23] Катрин (Speaker H): У меня щёчки красненькие.
[2:26] Миша (Speaker A): В целом, вообще во всём, как у тебя получилось настолько оттеплеть?
[2:34] Катрин (Speaker H): Я встретила очень холодного человека и увидела, какая это жесть.
И у меня был момент, когда я прям смотрела на человека и вспомнила всех людей, которых я так вот... И я прям почувствовала и подумала, блин, жесть, я так больше не хочу.
[2:54] Миша (Speaker A): И что ты начала делать?
[3:02] Катрин (Speaker H): Что я начала делать?
Я просто не знаю, как тогда же сказать, что я начала делать.
Оно само начало сделать, потому что меня начало закидывать очень в сложные ситуации, в которых меня прямо начало месить.
[3:19] Миша (Speaker A): И ты, когда начало месить, ты в этот раз перестала убегать от того, что ты чувствуешь?
[3:28] Катрин (Speaker H): Ну, как будто бы я не могла убежать, потому что обстоятельства держали.
То есть это была как раз военная операция, я была в другом месте, меня ограничили карты, счета, и я все время была вынуждена меситься там, где мешусь.
Но, опять же, тебя начало закидывать в ситуации, и казалось бы, что самым лучшим способом было, наоборот, затвердеть, затяжелеть, зачерстветь, отморозиться, стать холоднее и так далее.
[3:57] Катрин (Speaker H): Знаешь, у меня из-за того, что в это время был еще ребенок уже, видимо, и он был рядом, я как будто понимала, что я к нему начинаю тоже отогреваться, и вот этот, ну, как бы параллельно, что я не хотела... Ну, как бы я понимала, что я уже не хочу замораживаться.
Ну, и плюс мне прям показывали какие-то вещи.
То есть я увидела, как это замораживаться.
Просто если я не хочу в контекст падать, там просто истории прям, ну, они жесткие такие, которые я прям понимала, что это именно... Ну, как бы только тот, кто у меня в голове побывал, мог придумать такую историю.
[4:34] Миша (Speaker A): Или кто как раз не побывал, специально для тебя придумал эту историю.
То есть ты говоришь, что также был вызов для своего ребенка оставаться в контакте, оставаться теплой и чувствовать, чтобы иметь эту связь.
То есть у тебя была также задача сделать это ради кого-то еще?
[4:58] Катрин (Speaker H): Ну да, один из таких жестких моментов, когда я поняла, что мне вот плохо, ну то есть я понимала, что что-то идет не то, как я потом поняла, что это была послеродовая депрессия, я отправила себя на випассану.
Ну как бы у меня, ну как-то я себя прям специально еще больше, ну как-то вот такими путями, что сидеть и чувствовать, как вот, как мне плохо и страшно.
[5:21] Миша (Speaker A): Окей.
То есть ты нашла для себя практики как раз именно испытания эмоций, испытания того, что с тобой происходит.
[5:29] Катрин (Speaker H): Ну да, как-то я поняла, что нужно вот здесь что-то с телом разобраться.
[5:32] Миша (Speaker A): Что делать?
[5:36] Катрин (Speaker H): Можно я спрошу?
[5:37] Миша (Speaker A): Давай.
[5:38] Катрин (Speaker H): Откуда ты знаешь, что я была неотогретая?
[5:42] Миша (Speaker A): Я тебе об этом говорил уже.
[5:48] Катрин (Speaker H): Наверное, я не так услышала.
[5:50] Миша (Speaker A): Ладно.
Я тебя видел, и я не первый раз тебя вижу.
Я тебя видел на иллюминации, и я видел, насколько сильно ты стараешься и как сильно ты работаешь для того, чтобы получилось по-другому.
И я был просто очарован сразу же.
Как получилось, ребята, с запросами?
[6:22] Speaker C: Получилось, попали.
[6:24] Миша (Speaker A): Попали.
Понятно, что... Если сейчас 80% написало, что попали, и кто такой, блин, я один, у меня не получилось.
Безусловно, бывают случаи, когда ты не попадаешь, и... Главное, чтобы из 100 случаев у вас чуть выше 50% было попаданий.
Это уже сделает вашу работу намного легче.
Я теперь хочу вам с одной стороны объяснить, зачем это нужно, а с другой стороны дальше вас двинуть в следующий этап.
Итак, зачем нам в принципе это нужно?
Вы, ребята, должны понять, что Многие идеи из классического коучинга, из классической терапии, они на самом деле являются неприменимыми для того, что мы делаем.
Очень часто к нам приносит клиент запрос и говорит, вот где я хочу, чтобы мне помогли, но это не проблема.
И Если вы начнете клиенту давать, что он хочет, вместо того, что ему нужно, вы не будете получать результата.
И у вас должно быть постоянное ощущение понимания реального запроса.
Когда вы заходили в экспоненту, вы все сюда заходили, потому что вы чего-то хотели.
Но если бы я опирался на то, что вы хотите, из экспонента бы ничего хорошего не получилось.
Когда к вам клиент приходит, он будет делать три ключевые ошибки.
[8:36] Миша (Speaker A): Первое.
Он говорит неприменимыми контекстами и словами.
Разговаривает с вами абстрактным языком.
И, например, говорит, я непроявленный.
И сиди, работай с ним абстрактно над какими-то проявлениями, непроявлениями.
То есть это вообще никак не применимо к жизни.
То есть первое – это абстрактно и концептуально, вместо того, чтобы практично и прикладываемо к жизни.
Вторая проблема – это ложный запрос.
Клиент видит проблему там, где ее нету, и пытается вас ввести в заблуждение, что нужно решать эту проблему.
И третья типичная ситуация – это когда клиент приходит работать над короткой дистанцией вместо того, чтобы решать жизненную, экзистенциальную проблему.
И если вы не понимаете реальность запроса, то вы попадете в эти три ловушки.
Будете говорить концептуально, будем решать ложный запрос, будем разбираться с тем, как погода меняется, то есть краткосрочно, и упустите стратегическую трансформацию в жизни клиента.
Поэтому вы должны видеть далеко, глубоко и четко и желательно без проекций — последняя сложно, но со временем тоже разберетесь.
И что я хочу сейчас с вами сделать им с машей кстати я только сегодня понял что мы кажется работали те дни без перерывов
[10:44] Миша (Speaker A): И это не значит, что я вам дам сегодня перерыв.
Я просто подумал, что оказывается, мы работали без перерыва.
Вдруг они вам нужны были, я прошу прощения.
Я просто подумал, что если мне не нужны, то, наверное, вам не нужны.
Это называется чистая проекция, как вы понимаете.
Ну, я надеюсь, что вы справились.
Давайте... Сейчас будет еще один переход, и я для вас свяжу и мой прошлый разговор с Машей, и только что, почему я Катрине задал этот вопрос.
И также верну в начало сегодняшней практики, когда мы с вами обсуждали, что происходит, когда метапрограммы работают вместе.
Маш, можно тебя обратно еще раз пригласить?
[11:38] Speaker I: Это меня или Росину?
[11:39] Миша (Speaker A): Да, да, да, тебя, тебя, тебя.
[11:43] Миша (Speaker A): Так, скажи, как ты относишься к тому, если я попробую причинить тебе непрошенное добро?
[11:52] Speaker B: Очень хочу, Миша, очень хочу.
[11:56] Миша (Speaker A): Окей, хорошо.
Я сейчас буду делать предположение, и тебе нужно будет говорить да или нет.
Из хороших новостей я вижу, впервые тебя на практике, раньше тебя не видел, я так понимаю, что ты у нас не была в продуктах, где я вживую вел, я правильно понимаю?
[12:22] Speaker I: Нет, лечу на иллюминацию, была, может быть, на одном гранте.
[12:28] Миша (Speaker A): Окей, хорошо.
То есть у меня не было возможности с тобой контактировать раньше, хорошо.
Так, первое предположение, я так понимаю, что... Ты давно живешь за границей?
В 20 лет уехала в Швейцарию, потом переехала в Швецию.
[12:47] Миша (Speaker A): Окей.
И ты уехала в Швейцарию, переехала в Швецию.
И хочешь теперь уехать где тепло?
[12:58] Speaker I: Нет, я уехала из Швеции 5 лет назад, когда получила шведский паспорт, путешествовала 5 лет, сейчас тестирую Барселону для себя как новое место для жизни.
[13:07] Миша (Speaker A): То есть ты уже попала, где тепло?
[13:09] Speaker I: Я уже попала, где тепло.
[13:11] Миша (Speaker A): Хорошо.
Так, и отношения, мы говорили в прошлый раз про отношения, и отношения были в основном с иностранцами?
[13:25] Speaker I: Да, были с 20 лет, кроме первого-второго мальчика до 19 лет.
[13:35] Миша (Speaker A): И потом, когда ты переехала, уже были отношения с иностранцами, да?
И последнее время... Ты, я так понимаю, пересобираешься, пересобираешь свой взгляд на отношения и чего ты хочешь сейчас для себя, и как оно должно выглядеть.
Это не вопрос, и тут не нужно говорить да или нет.
Сейчас сделаем, если бы это вообще интереснее.
Есть люди, которым легко входить в отношения, но потом они не удерживаются.
Есть те, которые тяжело входят в отношения, но если вошли, они их удерживают долго.
Есть те, у кого не получается ни первое, ни второе, не входить в отношения, не удерживать в отношения.
Ты уже знаешь, да, в каком-то типе?
[14:52] Speaker I: Не уверена, не уверена.
Я чувствую, что из-за кропотливости мне достаточно сложно выходить.
А из-за избегающего... Выходить.
А из-за избегающего типа привязанности и из-за когерентности мне тяжело выходить, потому что я уже выбрала будто.
А из-за избегающего типа привязанности мне достаточно тяжело изначально входить.
[15:14] Миша (Speaker A): То есть ты очень осторожно входишь и потом остаешься дольше, чем нужно.
И смотри, представим себе круг.
Круг, который... Это такой цикл отношений.
Представь себе, что ты встречаешь человека, и он постепенно начинает тебя завоевывать.
Это не из романтических историй прошлого, а в плане, что ты отогреваешься к этому человеку, что ты становишься более открытой для отношений.
Назовем первый этап, как этот человек это делает.
Он это делает тем, что действительно внимателен, действительно заботлив и стабильно так себя проявляет.
Вначале ты встречаешь это... Давай не так все быстро, но постепенно, постепенно, постепенно ты разрешаешь этой мысли быть и отогреваешься.
[16:30] Speaker I: Исправь свои вещи.
У меня бывает связь из сумасшедшей химии, там, где мне безопасно сразу.
То есть нет динамики, где меня обязательно завоевывают.
[16:45] Миша (Speaker A): Представим себе, что сумасшедшая химия, что-то происходит, и вот первое время... Все равно человек, вот начало, да, как отношения завязываются, закручиваются, потому что химия, может быть, мы, не знаю, через неделю друга увидели, и больше химии нету, да.
Но вот это, когда идет продолжение, то там о тебе заботятся, для тебя доступны, к тебе внимательны, присутствуют, ответственны и так далее, да.
И мы этот период называем «стеной соблазнения».
Ты знаешь, ты видела, когда я рассказывал?
[17:27] Speaker I: Я помню про воркшоп какой-то про отношения, там ты говоришь, что отношения не переживают периоды, когда люди становятся самими собой.
И мне очень больно, когда я чувствую, что я максимально прямая, честная, и вот мне потом такое впечатление, что со мной играли и притворялись, и делали себя гораздо лучше, чем они были.
[17:50] Миша (Speaker A): Смотри, обычно это происходит таким образом.
Вот идет первая стена соблазнения, когда человек притворяется лучше, чем он есть.
Но чтобы стена соблазнения случилась, тебе тоже нужно притвориться, но немножко по-другому.
Тебе нужно притвориться и отказывать себе видеть небольшие шероховатости.
То есть ты видишь, что какие-то вещи могут не сходиться, но ты все равно отказываешь себе в конфронтации, в реализации этих вещей.
То есть они начинают проявляться, и ты немного закрываешь глаза.
То есть ты тоже в какой-то степени должна немножко притвориться.
[18:42] Speaker I: Я тебя соблазняю тем, что я не фиксируюсь на... Я свою форму бытия меняю, потому что я обозначу какие-то обстоятельства, которые мне в пользу.
[18:54] Миша (Speaker A): Потому что смотри, какая штука.
Ты сказала, у тебя высокая кропотливость.
Это означает, что на самом деле ты, девчонка, очень внимательная к деталям.
То есть ты видишь детали, твоя голова работает с сумасшедшим уровнем запоминания.
И ты можешь вспомнить, что было тогда в моем контенте.
Но здесь почему-то ты должна на какие-то вещи закрыть глаза и убедить себя, что этого не происходит.
То есть ты являешься соучастницей соблазнения.
Теперь, после этого наступает момент... Когда... А, я скажу еще одну важную вещь.
Смотри, здесь... Как это выглядит шероховатость?
Шероховатость выглядит, что ты понимаешь, что партнер, возможно, на самом деле не такой заботливый, теплый, внимательный, идеальный, каким он хочет показаться, но ты некоторое время будешь закрывать глаза и одновременно... Ты наслаждаешься плотностью связи.
Чтобы связь была плотная, должно произойти растворение.
Ты думаешь, ты растворяешься или в тебе растворяются?
[20:24] Speaker I: Ну, я вижу это как симбиозис.
[20:29] Миша (Speaker A): То есть ты думаешь, что оба растворяются друг в друге?
Но я не вижу это, что одна рыбка заглатывает другую.
Я не вижу такую картинку перед собой.
[20:45] Миша (Speaker A): Мы с тобой сейчас это узнаем.
Потому что дальше происходит этап разочарования.
Обычно разочарование наступает тогда, когда партнер делает что-то, на что невозможно закрывать глаза.
То есть это опыт, в котором твой отказ видеть вещи уже не работает.
То есть тебе нужно уже видеть, ты должна это уже увидеть.
То есть что-то должно произойти, что приводит тебя к разочарованию.
[21:24] Speaker I: Я разочаровываюсь первая, партнер разочаровывается потом, когда я полностью отмораживаю и проставлю стену.
[21:31] Миша (Speaker A): Конечно.
На основании того, кто первый разочаровывается, мы можем узнать, кто первым был созависимым и растворялся в другом.
Обычно тот, кто разочаровывается первым, это тот, кто растворился первым.
[22:03] Speaker I: В картинке другого человека, которую он выставлял, да?
[22:07] Миша (Speaker A): В иллюзии другого человека.
[22:12] Speaker I: И как к этому соотносится совет, что я не должна на всё обращать внимание?
[22:22] Миша (Speaker A): То есть, если я пытаюсь... Сейчас, давай с тобой закончим цикл, и потом посмотрим, что происходит.
Скажи, ты можешь привести нам пример, может быть, каких-то недавних отношений, как ты... вот момент, когда ты разочаровалась, как он выглядел?
[22:35] Speaker I: Определённо, определённо.
Три месяца симбиоза с партнёром, сразу к нему переехала.
Я познакомилась с ним, когда я была в Штатах, осталось у него три месяца в симбиозе.
У него биполярное расстройство.
Мы летели... из одного города Мексики в другой город Мексики, он волновался перед полетом, он мне не мог сказать, он выпил 4 коктейля, у меня травма алкоголизма из детства, то есть я это уже не переношу, и потом он вышел из себя, и я тоже не переношу anger management, то есть у меня просто все заморозилось, И вот этот тот этап, выход из того этапа, о котором ты говорил на семинарах, она была настолько родительна, вот это падение, что я от этого падения просто никогда не смогла очнуться.
Или когда очнулась, было уже поздно, потому что уже он разочаровался.
И дай нам теперь некий паттерн, если ты можешь вспомнить еще какие-то отношения, вспомнить там этап разочарования.
[23:45] Speaker I: Да, когда я оформляла мужчине, который никогда не путешествовал, визу и понимала, насколько у него не хватает, я не знаю, это кропотливости, интеллекта или как бы способности что-то делать, что куда-то приводит.
И я понимала, насколько он беспомощный сам по себе.
[24:12] Speaker I: Ну... Я вижу паттерн разочарования, я вижу паттерн того, что для меня человек падает в моих глазах.
В нашей работе эта сделка называется сделка строгой мамы и беспомощного сыночка.
Есть еще пример, когда ты попала в эту сделку?
[24:47] Speaker I: Да, ты знаешь, почему, Миш?
Мне очень нравятся весёлые мужчины.
Мне очень нравится, когда моему детскому ребёнку весело, и он прыгает и бегает.
И я как-то вот иду за этой забавой, да, и, наверное, в этом я упускаю очень много всего.
Ну, то есть как бы этого строгого папу, да, я не нахожу, потому что я иду за мальчишками.
Роберт Грин это называет aging baby, который стареющий ребенок.
[25:19] Миша (Speaker A): Да, то есть строгая мама и разбалованный мальчишка.
И вот это сделки, которые мы получаем, теперь разбалованный мальчишка соблазняет как раз своей разбалованностью, своим отсутствием кропотливости, своей веселостью, своей непринужденностью, своей спонтанностью и, конечно же, уверенностью.
И после этого наступает момент разочарования, когда ребенок не может справиться с жизнью.
И скажи дальше, то есть после этого как ты продолжаешь этот круг?
Его можно двумя способами продолжить.
Это мама пытается привести его в порядок, либо вылететь просто из круга.
[26:11] Speaker I: В последний раз я очень хорошо прокачала эмпатию.
Наверное, случилось потому, что у него была биполярка, и я как бы понимала, что есть какие-то экстернальные факторы.
[26:20] Миша (Speaker A): А ты знала?
[26:21] Speaker I: Да, да, конечно, конечно.
Но я никогда не знала, что это значит, и я не хотела в это идти.
Я не хотела свой невротизм немножко раньше вспугивать.
Поэтому в этот раз я пыталась идти через принятие.
Фишка в том, что мне очень сложно оставаться в безопасности и в контакте тела, когда мне страшно.
То есть это вот, знаешь, когда ты рассказываешь, кому не нужно идти в коучинг, да, ты говоришь, ну если ядерные бомбы, не ядерные, любые бомбы, да, если в стране война, то ты себя можешь коучить, да, и вот если там вокруг меня происходят какие-то там срывы и субстанции и все такое, да, если я там делаю холотропное дыхание, мне это не обязательно помогает.
То есть я прокачивала это, но у этого есть предел.
Я, в принципе, ну, очень хорошо собой владею и прокачиваю, и все равно в какой-то момент меня вылетело.
[27:12] Миша (Speaker A): Конечно.
Так, и обычно цикл, смотри, мы либо продолжаем цикл через какие-то то, что мы называем медикаментозные решения, либо обсессивные решения, либо компульсивные решения.
И мы снова входим в этот цикл, и все хорошо до последующего момента разочарования.
Либо мы выходим из цикла и потом ищем нового человека, с кем начать такой же цикл.
[27:44] Speaker I: Ну, у меня немножко, я это называю void theory, то есть когда у меня появляется вот эта дыра в безопасности, у меня следующий партнер очень безопасный, с которым я расстанусь, потому что мне будет очень скучно.
То есть они у меня очередные, они как слоеный пирог.
[27:59] Миша (Speaker A): Сначала он тебя либо разочаровывает тем, что он небезопасный, либо слишком безопасный.
[28:05] Speaker I: Да, ну то есть это Роберт Грин говорит, да, про седакшн, про соблазнение таким образом.
Вот у меня формируется сейчас Void, и мне кажется, у меня в следующем банкир будет такой с 9 до 5 банкир.
И он у меня продлится 4 месяца, я насыщусь предсказуемостью и буду готова для другого лунопарка.
[28:22] Миша (Speaker A): Да, супер.
Это важно, когда ты понимаешь свой цикл.
Теперь, если ты понимаешь свой цикл, то нам нужно также понимать несколько вещей.
Ребята, это важно сейчас для всех, кто слушает.
Я хочу, чтобы вы уловили одну вещь.
Здоровые люди не привлекают здоровых людей.
Здоровые люди не привлекают нездоровых людей.
Здоровые люди привлекают здоровых людей, и нездоровые люди привлекают нездоровых людей.
Мы всегда находим человека на уровне неразрешения своих внутренних травм, своих метапрограмм.
И если банкир наш согласится войти, то у него там тоже какие-то чертята постарались.
И есть единственный способ смещать эти циклы, и мы их можем сместить только разрешением собственной травмы.
В этом нет ничего нового для тебя.
Чем более ты здоровая с точки зрения исцеления, тем ты будешь привлекать и входить в отношения с людьми, которые находятся дальше на твоем уровне.
И у тебе есть сделки, которые ты любишь.
Сделки строгой мамы и безалаберного сына.
И когда ты находишь банкира, ты меняешься местами.
Ты хочешь сама стать безалаберной и находишь, наоборот, стабильного строгого папу.
[30:12] Speaker I: Да, я хиппи-женщина тогда.
[30:14] Миша (Speaker A): Да, потому что ты не можешь выдержать спокойствие.
И вот ты из сделки в сделки, как ты говоришь, попадаешь.
Теперь идеальная сделка – это два взаимосильных партнера.
Это идеальная сделка, когда мы друг друга встретили в здоровой близости.
И есть вероятность, что мы никогда не получим здоровую близость, но мы как минимум можем держать это как определенный стандарт.
Теперь, как ты думаешь, за счет каких метапрограмм твой цикл работает?
[30:54] Speaker B: Хороший вопрос.
[31:02] Speaker I: Мне сложно сказать.
[31:13] Миша (Speaker A): Как ты думаешь, зачем людям, которые входят с тобой в отношения, притворяться идеальными?
Почему сразу же нельзя взойти и быть просто собой?
[31:26] Speaker I: Ну да, хорошо, отверженность надменности, да?
[31:30] Миша (Speaker A): То есть у тебя что будет?
Это у них отверженность надменности или у тебя отверженность надменности?
[31:35] Speaker I: Нет, то есть у меня из-за отверженности есть надменность, и им нужно доказывать, завоевывать, покорять.
[31:46] Миша (Speaker A): Да, надменности инструкции.
Соответственно, мы как мотылька приглашаем на свет.
Если мы свет для этого мотылька, то он на нас реагирует.
Потому что ему хочется доказать своему надменному родителю, критикующему, критично настроенному родителю, что он не поломан.
Таким образом, мотылек на тебя летит.
То есть он летит на высокий уровень надменности.
Мотылек также летит, под надменностью у нас будет всегда ингибиция.
Тебе нужно каким-то образом себя контролировать, свою невротичность контролировать.
Тебе нужно себя частично замораживать.
И им хочется тебя и растопить, и заслужить твое внимание и твою благосклонность.
То есть они в тебе кого видят?
Они видят маму или папу или двоих? которые их критиковали, имели застывшее тело, лицо, то есть показывали ингибицию, не проявляли достаточно любви, и они все время пытаются получить любовь, получить какое-то «ты хорош», «ты молодец», «ты мне нравишься» и так далее.
Даже если ты это не проявляешь с ними, то есть даже если ты знаешь, что это в тебе есть, и ты делаешь все возможное, чтобы это не показывать, — не обманешь.
[33:08] Speaker I: У последнего партнёра очень была тёплая, любящая мама.
Он, наоборот, говорил, что я не буду хорошей мамой, потому что я не такая любящая к нему, как его мама.
Ну, азиатские родители в любом случае как бы стандарты инструкции.
[33:26] Миша (Speaker A): Они же известны своей теплотой, да.
Азиатские родители известны теплотой.
[33:29] Speaker I: Не, ну арабские, арабские известны теплотой, но может оно проявляется в других социальных инструкциях, там ты должен получить пять высших образований, должен делать то, чтобы быть успешным, то есть может в других моментах.
[33:42] Миша (Speaker A): Папы известны своей теплотой и размещением свободы, как оно полагается.
У тебя есть момент привлечения, это начало цикла.
Кто на тебя идет, если им нужно притворяться, если они не могут просто спокойно, честно тебя вести и сказать «Маш, вот мои плюсы, вот мои минусы».
Давай ты сначала их узнаешь, прежде чем мы начнем друг другу морочить голову.
[34:17] Speaker I: Или как бы равноценный взаимный контакт.
То есть я могу из твоего объяснения предположить, что многие мужчины просто отсеиваются, когда я первые три раза их игнорирую.
[34:32] Миша (Speaker A): Тоже может быть, конечно.
[34:35] Speaker I: Потому что тогда это получается дисбаланс, и через этот дисбаланс пройдут только те, кому на самом деле нужно служить.
[34:41] Миша (Speaker A): Есть мужчины, которые не хотят головой проламывать стену, потому что у них нет причины для этого.
И есть те, которых наоборот это возбуждает.
Вот оно, как оно должно работать на самом деле.
Я наконец-то встретил этого человека.
Теперь после этого у нас идет... А, есть еще один важный момент.
Ты сказала надменность, там может быть много ингибиции и одновременно инструкции.
Если нет инструкции, то также человеку тогда хочется быть собой, когда инструкции есть, хочется попадать в инструкции.
[35:27] Миша (Speaker A): То есть первый наш этап.
Если мы не справимся с этими тремя метапрограммами, то мы будем продолжать привлекать тех же самых мотыльков.
И чтобы с этими вещами нам справиться... Как обычно мы справляемся с ингибицией, надменностью и инструкциями?
Об одном Катен говорила, что ты прямо форсируешь свою чувствительность, ты начинаешь себя чувствовать, ты перестаешь убегать от эмоций, ты делаешь все эти практики, дыхательные, соматические, випассаны, you name it.
Мне кажется, что лучше всего отогревают надменность и ингибицию собственные слёзы.
[36:29] Speaker I: Ну, я плачу здесь много.
[36:32] Миша (Speaker A): Хорошо, ты работаешь над этим.
То есть моё предложение – отгоревать своё прошлое от начала до конца.
[36:43] Миша (Speaker A): Настолько, что больше уже просто не останется ничего.
Уже просто не в состоянии плакать.
Если ты его сможешь отгоревать от начала до конца, это очень сильно тебя отогреет и покажет, что все люди наполовину идеальны и наполовину грешны.
[37:07] Speaker I: В этом контексте плач — это слияние с какой-то частью, да?
То есть как ты здесь преподносишь плач?
[37:19] Миша (Speaker A): Плач может быть разным.
Я предлагаю тебе плакать от собственного сострадания к себе.
Я не предлагаю тебе плакать в постоянном переживании одной и той же травмы. и слияние с раненым ребенком, я предлагаю тебе плакать от сострадания к своему раненому ребенку.
[37:44] Speaker I: Это очень здоровское разделение, спасибо.
[37:47] Миша (Speaker A): От любви и сострадания.
И это хорошо снижает как ингибицию, так и надменность.
И это начинает шкалить аккомодацию.
Есть хороший вопрос для экспертов.
В чем вы поменяли свое мнение?
Я люблю этот вопрос задавать профессионалам, потому что те люди, которые не меняют свое мнение, это люди, которые не учатся.
Одна из вещей, в котором я поменял свое мнение, я всегда думал, что океан является почти неизменяющейся историей.
Я до сих пор так думаю по поводу открытости и экстраверсии.
Я до сих пор не изменил своё мнение.
Я думаю, что открытость и экстраверсия, ничего её не может изменить.
Можно надрессировать человека быть более экстравертивным, чем есть, но он не долго выдержит.
Но я увидел, что неротичность, аккомодация и кропотливость поддаются достаточно большим изменениям.
И первый раз, впервые, когда я прошел тест Океан, моя аккомодация была на уровне 3%.
И после этого, после огромной работы, я ее зашкалил в 70%.
И сейчас она у меня спустилась порядка 45%.
То есть сейчас я где-то в середине в своей аккомодации.
Судя по всему, метапрограммы могут настолько сильно изменить наши базовые установки, что с ними можно работать.
[39:39] Миша (Speaker A): То же самое и с нейротичностью.
Нейротичность хорошо подается движению как вверх, так и вниз.
Соответственно, ты, поднявшись по своей аккомодации, ты делаешь себя намного более широким партнером.
Партнером, с которым может быть намного большее количество людей и могут быть счастливы намного большее количество людей.
Потому что высокий уровень аккомодации начинает снижать твои инструкции.
И инструкции – это следующий этап, почему ты начинает разочаровываться в людях.
Потому что если есть перфекционизм и есть инструкции, плюс они хотят попадать в эти инструкции, они соучаствуют в твоей игре, после этого происходит это падение.
На самом деле они остаются обычными нормальными людьми.
Мы все не идеальны, кто-то не может взять.
У меня есть очень близкий друг, необыкновенно талантливый чувак.
Мы с ним куда-то путешествуем каждый год.
И этот идиот не может сделать две простых вещи.
Забукать билет на самолет и зачекиниться.
Я думаю, ну какого хрена, ну сколько нужно быть?
И он говорит, ну я просто, типа вот что-то мне не работает оно.
Ну, окей, ладно, для тебя это не работает.
Но при этом он во всех остальных случаях обалденный.
[41:14] Миша (Speaker A): Но когда мы куда-то приезжаем, я человек бесплана.
Я не хочу, у меня ничего не запланировано, я не хочу специально идти в это место, в то место.
Мы должны встать в определенное время, мы должны сесть в определенное время в машину, вот куда мы едем.
И оно работает, мне несложно его зачекинить, а он распишет, куда мы едем.
Но при этом представь, если бы были инструкции, как далеко мы бы уехали.
И ты правильно говоришь почему.
Ты очень правильно для себя определила почему.
Тебе нужны инструкции, чтобы чувствовать себя безопасно.
Тебе нужно показывать контроль и держать человека в рамках определенного спектра, чтобы ты чувствовала себя безопасно.
Твои инструкции идут из твоего ощущения небезопасности.
Нам нужно контролировать реальность, если мы боимся, что реальность может с нами сделать.
И это подводит на следующему вопросу, как чувствовать безопасность?
Как начать чувствовать себя безопасно?
Потому что это второй этап в твоем цикле.
Если первый цикл, нам нужно перестать привлекать тех же самых людей, то второй этап в твоем цикле – нам нужно перестать падать в своем разочаровании.
[42:42] Миша (Speaker A): И чтобы перестать падать в своем разочаровании, нужно снижать инструкции.
И чтобы снизить инструкции, нужно снова начать чувствовать себя безопасно в своей шкуре.
Что ты уже для этого сделала и делаешь?
[42:56] Speaker I: Ну, ты знаешь, я очень себя безопасно, наверное, чувствовала, когда я встретила своего партнера, просто мне опять подорвали безопасность, потому что, наверное, я взяла себе задачку с галочкой, да, то есть с биполяркой, с разными штуками.
То есть я медитирую, я делаю холотропное дыхание, я делаю соматические практики, я пытаюсь ощущать себя в теле, я серфлю, да, то есть я занимаюсь йогой, спортом.
[43:20] Миша (Speaker A): Да, то есть ты много делаешь для того, чтобы держать свой базовый уровень каждый день.
Как много ты делала репроцессинга травм и событий?
[43:36] Speaker I: Я делала аюаску, но я не думаю, что это про это.
[43:42] Миша (Speaker A): Интересно, как аюаска тебя не напугала больше?
[43:46] Speaker I: Я очень люблю психоделики.
[43:49] Миша (Speaker A): Я понимаю, но IOSC это достаточно интересный выбор, потому что с этим сеттинг обычно оставляет желать лучшего.
Психоделик является классным способом на самом деле вернуться в прошлое и что-то сделать с этим и попробовать перепрожить его по-другому.
Моя рекомендация для... Ощущение больше безопасности – это пройти ко всем событиям, которые свернули твой компас. Да, вот этот барометр безопасности, который свернули, и попробовать откатать эти события обратно.
Вы это будете делать с узором.
Я также не… Если психоделики использовать качественные клинические, они тоже хорошо работают для этого.
Теперь у нас следующий цикл – это «вылет».
Как ты думаешь, за счет чего ты вылетаешь из цикла?
[44:50] Speaker I: Подорванность безопасности в любом случае.
Замороженность, подорванность безопасности.
И тогда у меня начинает такая неприятная проявленность невротичной энергии, когда я вижу всех против меня.
То есть мир против меня, это меня кидает в отверженность, я полностью замораживаюсь, и мне хочется просто из этого состояния выйти, потому что оно экзистенциально критичное.
[45:14] Миша (Speaker A): Какая это программа, как ты думаешь?
[45:19] Speaker I: Ну, это отверженность.
[45:21] Миша (Speaker A): Отверженность... Смотри, интересно, ты говоришь, что я ухожу, потому что мир против меня, но ты на самом деле уходишь от конкретного человека.
То есть ты его первым как бы отвергаешь или покидаешь.
И что там может быть еще, как ты думаешь?
Какая еще может быть программа там?
[45:47] Speaker I: Ну, поломанность по-любому, наверное, или нет?
[45:50] Миша (Speaker A): По-моему, нас кормят все эти метапрограммы, безусловно.
[45:56] Speaker I: То есть ты имеешь в виду растворение, ты хочешь приземлиться на растворение, нет?
[45:59] Миша (Speaker A): Нет, нет, нет.
Я на самом деле сейчас, после того, как ты мне рассказала, я больше не думаю, что ты растворяешься.
[46:09] Speaker I: Я тоже не думаю.
[46:10] Миша (Speaker A): Да, я больше не думаю, что ты растворяешься.
Я думаю, что на самом деле обычно в тебе растворяются.
[46:18] Миша (Speaker A): Но это пессимизм.
Я имею в виду, что пора отсюда валить, здесь лучше уже не будет.
Здесь уже ничего хорошего не будет, ничего не изменится.
То есть ты сначала нарисовала себе рай, после этого тебя выгнали из рая? И это означает, что ты сразу же попала в ад, пропустив землю.
[46:55] Миша (Speaker A): Теперь у детства есть два вопроса.
Когда мы растем, мы пытаемся в своем детстве решить и позитивно ответить на два ключевых вопроса.
Первый вопрос – это «если я позову, ты придешь?» – это вопрос безопасности.
А второй вопрос чуть позже – Первый вопрос – это вопрос от нуля до двух лет.
Но есть второй вопрос, и он идёт от двух до восьми лет.
Или до десяти у кого-то, в зависимости от того, кто как растёт.
И, судя по всему, в твоём детском периоде жизнь была и от нуля до двух, и от двух до восьми лет. и что там с тобой происходило, ты не смогла ответить для себя на вопрос, а дружелюбна ли Вселенная.
Потому что для ребёнка Вселенная дружелюбна, но не для всех.
И если мы ответили на вопрос, что Вселенная недружелюбна, то мы становимся пессимистами.
Что тогда она может быть против нас, тогда мир может быть против нас.
И здесь ты тоже должна что-то сделать для того, чтобы этот цикл полностью разбить, чтобы он в твоей жизни больше не повторялся.
Чтобы увидеть, что на самом деле... Я не знаю, слышала ли ты или нет, когда я рассказывал про разницу между паранойей и проноей.
[48:32] Миша (Speaker A): Паранойя – это когда мы верим, что всё против нас.
Это когда мы отвечаем на вопрос, что Вселенная недружелюбна.
Проноя – это когда мы верим, что все сговорились за нас, чтобы нам помочь, чтобы нас поддержать.
Они все стоят ради нас и за нас.
Это когда мы отвечаем, что Вселенная дружелюбна, что Вселенная хочет для нас лучшего, что Вселенная хочет для нас большего, что она нас поддержит в любом случае, что бы мы ни сделали.
И вот этой маленькой Машеньке нужно отогреться, чтобы поверить, что Вселенная дружелюбна.
Так, Маш, спасибо, что помучалась со мной, что прошла со мной через этот цикл.
Надеюсь, что друзья, которые слушали вам, это было полезно, вы, наверное, узнали свои истории.
Маш, ты быстро убежала, скажи мне ответ на последний вопрос.
Как ты думаешь, почему я вызываю у тебя напряжение?
[49:57] Speaker I: Но ты у многих, наверное, вызываешь напряжение.
Я не думаю, что у меня много напряжения.
[50:02] Миша (Speaker A): У многих я вызываю тревожность, но ты испытываешь напряжение.
[50:07] Speaker I: Ну, конфронтация мужской энергии с мужской энергией.
[50:11] Миша (Speaker A): То есть ты чувствуешь, что ты борешься, что ты конкурируешь?
[50:18] Speaker I: Нет, что мне нужно сфокусироваться и ответить на вопрос в очень прямом ключе, без того, чтобы я себя обманывала.
Как ты думаешь, почему я у тебя вызываю напряжение?
Sorry, почему ты у меня вызываешь напряжение?
[50:38] Миша (Speaker A): Я думаю, что ты напрягаешься, а да, чтобы сконцентрироваться, но ты концентрируешься, чтобы мне понравиться.
Ты хочешь, чтобы твои ответы мне заходили?
[50:54] Speaker I: Ну, я стараюсь правду отвечать, то есть я не ставлю правду.
[50:57] Миша (Speaker A): Я не спорю, сто процентов, да.
Высокая кропотливость помогает.
Ты напряжение в шее чувствуешь?
[51:06] Speaker I: Я чувствую здесь напряжение, да.
[51:09] Миша (Speaker A): Хорошо, давай вместе со мной выдохнем, наберем и просто выдохнем.
И почувствуй, как я тебя крепко обнял.
И спасибо, что со мной поработала.
Так, ребятки, смотрите, это сейчас важно, потому что это ваша последняя практика на сегодня.
Я хочу, чтобы вы сейчас собрались снова троечками, и в этот раз троечки работают по-другому.
Тройка работает, где двое коучат одного.
Потом меняются двое, снова коучат одного, меняются снова двое, коучат одного.
Тот, кто клиент, рассказывает свой цикл, как обычно идут отношения.
Когда вы закончили цикл, и в цикле смотрите, на чем вам нужно сфокусироваться.
Или кого привлекли 15 лет назад, если у вас давно?
Если у вас никогда не было отношений, то как вы думаете, кого вы в основном можете привлечь?
Итак, у нас первый этап. Это этап соблазнения.
После этого у нас этап разочарования.
И после этого у нас этап продолжения либо выхода.
Теперь, на этих этапах вам нужно четко увидеть, какие метапрограммы срабатывают.
Что во мне, например, если я подчинение, которое ожидает случиться, понимаем, кого я привлеку?
[53:07] Миша (Speaker A): Я привлеку надменность, которая ожидает случиться.
Если я эмоциональная ингибиция, которая ожидает случиться, то кого я привлеку в первую очередь?
Если я пессимизм, который ожидает случиться, то я привлеку разочарование, которое ожидает случиться.
То есть мы все пазлы, весёлые пазлы.
Вообще жизнь – это просто сумасшедшая умора.
То есть нам нужно понять, где мы на первом этапе, на этапе соблазнения, что кого мы какими метапрограммами привлекли и кого.
После этого разочарования, какие метапрограммы помогли разочарованию случиться.
И как мы дальше, что мы делаем.
Например, очень часто не нас разочаровали, а в нас разочаровались.
Чем я привлек, какой метапрограммой я привлек это.
Ну и дальше посмотреть свою реакцию, что я с этим делаю, как я справляюсь.
Допустим, что очень часто произойдет.
Например, Маша разочаровалась первой, но решила остаться, допустим, в отношениях.
Теперь партнер, чтобы справиться с разочарованием в нем, должен эту проблему компенсировать.
[54:45] Миша (Speaker A): Будет компенсировать либо медикаментозно, либо через какую-то зависимость, либо через другого человека, либо через какие-то выборки в отношениях.
То есть наступит все равно компенсация, расплата все равно наступит.
И вам нужно понять, как после разочарования, что происходит, как выглядит этот круг и какие метапрограммы там работают.
И вот здесь два коуча собрались для того, чтобы разруливать и помогать понять, что там за метапрограммы, на каких этапах они поднимаются.
И потом меняемся местами, меняемся местами, меняемся местами.
Ребята, это последний рывок по 20 минут на каждого у вас будет.
Я знаю, что вы все устали, у кого-то ночь.
Сегодня последний день практикума.
Вас больше никто не будет мучать после этого.
После этого вы можете высыпаться, отдыхать и спокойно себе продолжать движуху.
Сделайте этот последний рывок.
Обещаю, будете в жизни использовать этот навык очень-очень много и клево.
Вы просто станете у меня гениями видения насквозь.
Так, давай, Катрин, Илья, Рита, все наши обычные вопросители.
[56:04] Катрин (Speaker H): У меня вопрос про то, что ты сказал, что тот вопрос, который ты мне задал, и потом начал работать с Машей.
Я так поняла, что это про отогревание.
[56:15] Катрин (Speaker H): Да, и тогда у меня есть вопрос мой, который меня очень сильно беспокоит.
Когда ты становишься здоровым, ну, отогретым или ещё что-то, то ты как будто перестаёшь интересовать людей, которые нездоровые.
[56:29] Миша (Speaker A): Блин, представляешь, да?
Да, и у нас сразу же как бы и выборка падает.
[56:36] Катрин (Speaker H): И это реально очень сильно пугает, потому что я вижу, например, что я встречаю человека, я сразу вижу, на что я раньше реагировала.
Я такая, о, вот это, но опять то же самое.
Я такая, всё, ну, как бы проходим.
Но тогда как бы... Ну, как бы вот этот... Что делать с этим?
[56:55] Миша (Speaker A): Ну, это из разряда, да, как бы съешь ли ты рака, если рыбу не можешь поймать.
Когда... Мы проходим весь свой путь.
Путь, когда мы отгоревали своё прошлое.
Когда мы сострадаем себе и так далее.
Мы понимаем, что метапрограммы многих людей не такие уж и страшные.
Есть единственная метапрограмма, с которой я никому не советую жить.
Это метапрограмма надменности.
И она, смотрите, все метапрограммы, они же на спектре, да?
То есть та надменность, которая является жесткой грандиозностью, плюс один, где человек абсолютно неадекватен, невменяем, он не идет на работу с собой, он не хочет договариваться.
Это та метапрограмма, с которой я бы не советовал бы, в принципе, даже париться.
Все остальное, да блин, это же фигня все.
Ну боится там она покинутости.
Ну не покидай, ничего страшного, никто ее не покинет, справится.
Ну, есть у тебя эмоциональный голод, да, и человек чуть ингибирован.
Ну, если у человека есть мозги, то будете много говорить, и все получится.
То есть большинство людей, они все мечтают выздороветь.
И бывает так, что у человека такой минус один, что что бы ты ни делал, ты не вытащишь.
[58:37] Миша (Speaker A): Я не советую связываться с людьми в зависимостях, каких угодно.
Почти с этим справиться невозможно.
И с очень высоким уровнем надменности и холодности.
Все остальное, да не парьтесь.
[58:55] Катрин (Speaker H): И тогда второй вопрос про вот этот цикл.
То есть если, например, вот это отогревание произошло, пошли здоровые претенденты попадаться в пространство, но если травма вот эта следующая, которая заставляет вылететь, выпадать из отношений, с ней же реально практически обычными классическими способами невозможно справиться.
[59:21] Катрин (Speaker H): Ну не знаю, потому что вы когда шли сейчас по машинному кругу, у меня вот этот второй цикл вылета, он остался.
То есть вход, он как будто бы изменился, я вижу изменения.
Но вылет у меня очень жесткий, но у меня включается отвращение.
[59:37] Миша (Speaker A): Да, абсолютно.
Смотрите, высокое совпадение от перфекционизма с инструкциями и надменностью приводит к отвращению.
И здесь, когда у тебя эта вся история снизится, ты перестанешь чувствовать отвращение.
Все, вот это мне... Да, Маша, если что, тоже знает прекрасно, как чувствуется отвращение, что она даже не хочет с ним ничего близкого иметь общего.
[1:00:12] Speaker D: Про исцеление через слезы для ингибированного клиента.
[1:00:20] Миша (Speaker A): Как говорят, для друга спрашиваю.
[1:00:25] Speaker D: Что если человек не чувствует сочувствие к себе, не может его почувствовать?
[1:00:31] Миша (Speaker A): Дело времени.
Чем больше ты работаешь со своим внутренним ребенком, тем легче тебе сочувствовать к себе.
То есть оно со временем, со временем происходит, и однажды просто опыт и понимаешь, что вообще без вопросов.
И у тебя всегда просто присутствует на фоне любовь к тебе.
Ты сказал, что открытость и экстраверсия, они не меняются.
А вот получается кропотливость, аккомодация и нейротизм — это то, что поддаётся изменению.
Я хотела спросить, у нас же есть ещё озёра, помимо океана, с которым мы родились, у нас есть наши мысли.
То есть ты имеешь в виду, что у нас, например, мы тесты сделали, но у нас есть озёра.
Мы отработали свои озёра, спустились на какой-то уровень, снова сделали замер океана.
[1:01:41] Миша (Speaker A): Я бы сказал бы так, что когда вы все метапрограммы начинаете сводить близко к нулю, то ваш океан начнёт двигаться.
[1:01:52] Speaker C: Дальше, под озёрами.
[1:01:54] Миша (Speaker A): Да, просто озёра – это проявление твоих метапрограмм.
И изменение метапрограмм, движение, оно будет двигать как минимум три пункта в океане.
[1:02:10] Speaker C: Я поняла это, да.
[1:02:11] Миша (Speaker A): Спасибо.
Катя последняя, больше после этого руки не поднимайте, I'm sorry.
[1:02:23] Speaker F: Миша, я хочу тебя поблагодарить за то, что в своих лекциях ты рассыпаешь уязвимость, то есть это очень ценно для меня, какие-то такие подсказочки, рассказываешь про себя, и вот там в одной из лекций ты рассказываешь про свой опыт с надменностью, и ты рассказывал о том, что ты ее снес, но потом тебе показалось это пресным, и в целом вопрос про то... Я вернулся.
Да, ты ее вернул, и при этом ты ее вернул аутентично, из признания этой программы.
Разговариваешь ли ты с частями? Как ты это делаешь?
Есть ли у тебя... какой-то образ, не только внутренний ребенок, а вот, например, вот надменная часть, как ты ее визуализируешь или нет.
И второе, просто вот интересен твой опыт, когда ты почувствовал пресность.
[1:03:18] Миша (Speaker A): Да, да.
Давай начну с первого, да, как я ее снес, вообще причина, да, почему мне нужно было ее снести.
Если во всех остальных метапрограммах мы чувствуем, как боль причиняет нам, то в надменности мы в основном боль причиняем другому человеку.
И если ты по умолчанию хороший человек, если у тебя всё-таки есть сердце, то однажды, увидев страдание, которое ты принёс, если это большое страдание, это страдание может разбить твоё собственное сердце.
Это была причина, почему я начал работать с надменностью.
Я сейчас сделаю быстрый отход.
Надменность – это просто стратегия защиты, которая обычно строится в рамках наших семейных систем.
Мы вдвоем с ним были воспитанными и очень надменными.
Или не то, что были воспитанными, мы стали очень надменными, чтобы противостоять семейной системе.
И мой брат не находится в коучинге, но он один из самых любящих людей с очень большим сердцем.
И было интересно смотреть, как мы с ним в этом двигались, потому что он особенно интересовался коучингом психологии, но он был в состоянии точно так же работать со своей метапрограммой и тоже ее сносить, не зная, что он это делает.
[1:04:57] Миша (Speaker A): Все больше, больше, больше, доступнее, лучше, ближе к людям и так далее.
И это было интересно смотреть мне, как просто человека, который этим профессионально занимается, и одновременно сравнивать со своим собственным прогрессом, как у меня это работало.
Я обратил внимание, что вещи стали пресными, то есть у меня надменность ушла до такого уровня, что защита полностью перестала вообще существовать.
И вместо этого очень сильно поднялась аккомодация, просто выросла в пик.
И таким образом начали пропадать границы.
То есть, с одной стороны, я перестал что-то делать другим людям, либо очень-очень редко, если это получалось, просто по автоматизму.
И в основном полностью пропала эта граница стоп.
Но кроме вот этих наблюдений из жизни, типа я такой смотрю, чувак, ну это реально неэффективно так жить.
То есть ты просто не можешь дальше так жить.
Но одновременно у меня внутри началась подниматься ностальгия.
То есть я не чувствовал себя полноценно, мне не хватало.
И я начал интегрировать обратно, но делать это уже честно.
Делать это уже так, как должно быть.
[1:06:20] Speaker F: Это была та же надменность, то есть та же часть, и ты ее просто как-то звал назад.
[1:06:25] Миша (Speaker A): Я понял, да, то есть я понял конкретно, почему я действительно, что мне не хватает, почему я чувствую неполноценным.
И я очень интенсивный человек в жизни.
Я люблю проблемы решать в лоб и быстро.
И когда полностью ушла надменность, ушли эти вещи.
Ушла моя интенсивность, ушло моё умение идти прямо быстро, работать с большой скоростью.
И как бы одно из вещей, которые я понял, что я хочу быть интенсивным, я люблю свою интенсивность.
Я могу быть и добрым, и интенсивным одновременно.
И тогда я начал интегрировать ее обратно.
[1:07:27] Speaker F: А вот по работе с надменностью, эту часть ты называл как-то?
Может, имя какое-то, визуализация, образ?
[1:07:37] Миша (Speaker A): Я не делал.
Я просто... Я, наверное, пришел к этому методично.
Это юнгианская интеграция тени.
Если в первом случае я освободился полностью от тени, или, скажем так, подавил, выбросил ее, то после этого я начал ее интегрировать обратно.
И просто сделать так, чтобы эта тень была светлой.
[1:08:04] Speaker F: Но ты ее никак не называл?
То есть просто как-то интеллектуально, ментально?
[1:08:08] Миша (Speaker A): Нет, я просто начал из былой надменности практиковать снова те качества, которые я искренне люблю и которые я знаю идут из открытого хорошего сердца.
Так, ребят, у вас задание пройти по циклу.
Посмотреть, где на каких этапах метапрограммы обламывают ваш цикл или наоборот поддерживают его.
Увидеть это, чтобы понять, как компас, над чем вам работать, чтобы дальше цикл не повторялся.
Когда вы сделаете тут качественную работу, вы даже себе не представляете, какой эффект будет в вашей жизни, если вы сможете ответить на этот вопрос с кем-нибудь.
Это настолько безумно важный вопрос в жизни, если вы сможете на него ответить из максимально здорового своего состояния.
Это просто изменит абсолютно все.
Это еще одна новая ветка реальности.
Я благодарю вас, что побыли со мной эти три дня.
После этой практики вам обратно не нужно возвращаться.
Вы просто отрабатываете, идёте уже отдыхать.
Как всегда, для меня это честь работать с ищущими, мудрыми, интересными ребятами.
Я надеюсь, что у вас очень получится всё, что вы хотите, чтобы для вас случилось, случится.
И классной вам последней отработки.
Итоги простым языком
Это финальная часть третьего дня практикума, где Миша сначала кратко касается темы «отогревания» (на примере Катрин: отогрелась через чувствование, випассану и вызов оставаться в контакте ради ребёнка), а затем проводит глубокий разбор цикла отношений с Машей. Миша объясняет три этапа цикла (соблазнение / стена соблазнения → разочарование → выход / компенсация), показывает, какие метапрограммы работают на каждом этапе (надменность, ингибиция, инструкции, отверженность, пессимизм), вводит понятия паранойя vs проноя, а затем даёт финальное групповое задание и отвечает на вопросы.
Главные мысли и суть информации:
Часть 0. Вступление (отогревание на примере Катрин)
- Как Катрин отогрелась? Встретила очень холодного человека, увидела себя в нём и поняла, что «так больше не хочу». Перестала убегать от эмоций («месило, и я не могла убежать»). Ради ребёнка нужно было оставаться в контакте и тепле — это был вызов. Сходила на випассану (практика сидеть и чувствовать, как плохо и страшно).
- Миша: «Откуда ты знаешь, что я была неотогретая?» — «Я тебя видел на иллюминации, видел, как сильно ты стараешься и как много работаешь, чтобы получилось по-другому. И я был очарован».
Часть 1. Зачем определять реальный запрос (повторение)
Если коуч не видит реальный запрос, он попадает в эти ловушки и упускает стратегическую трансформацию.
Часть 2. Цикл отношений Маши (глубокая диагностика)
- Три этапа цикла:
- Соблазнение (стена соблазнения) — партнёр притворяется лучше, чем есть (внимательнее, заботливее). Маша также притворяется: у неё высокая кропотливость (видит детали), но она закрывает глаза на шероховатости и отказывает себе в конфронтации. Она соучастница соблазнения.
- Разочарование — наступает, когда на что-то уже невозможно закрыть глаза. Кто разочаровывается первым, тот первым и растворялся в иллюзии партнёра. Маша разочаровывается первой. Её паттерн разочарования: «человек падает в моих глазах».
- Выход / компенсация — либо вылет из отношений, либо продолжение через медикаментозные, обсессивные или компульсивные решения, либо поиск нового человека с тем же циклом.
- Конкретные примеры Маши:
- Отношения с партнёром, у которого биполярное расстройство: три месяца симбиоза, первый эпизод (выпил 4 коктейля перед полетом, вышел из себя) — у Маши травма алкоголизма из детства, она заморозилась. «От этого падения я не смогла очнуться».
- Другой партнёр: оформляла визу человеку, который никогда не путешествовал, поняла, насколько он беспомощный сам по себе («человек падает в моих глазах»).
- Паттерн сделок Маши:
- Строгая мама и беспомощный / разбалованный сыночек (с разбалованным мальчишкой весело, но он не справляется с жизнью).
- Маятник: когда она устаёт от беспомощности, идёт к «банкиру с 9 до 5» (предсказуемый, скучный) — насыщается предсказуемостью, потом снова ищет «лунопарк». Это void theory (дыра в безопасности → следующий партнер — противоположность).
- Какие метапрограммы работают в цикле Маши:
- Надменность + инструкции (привлекают мотыльков, которые хотят доказать критикующему родителю, что они не поломаны / заслужить любовь).
- Ингибиция (заморозка себя, контроль невротичности — мотыльки видят в ней застывшую фигуру, как их критикующие родители).
- Отверженность (когда мир кажется против неё → вылетает из отношений).
- Пессимизм («здесь уже лучше не будет, не имеет смысла продолжать» — после «рая» сразу попадает в «ад», пропуская нейтральную «землю»).
- Миша о здоровом привлечении: «Здоровые люди не привлекают здоровых людей?» — поправка: здоровые привлекают здоровых, нездоровые привлекают нездоровых. Мы всегда находим человека на уровне неразрешения своих травм и метапрограмм. Единственный способ сместить цикл — разрешение собственной травмы.
Часть 3. Решения и точки роста для Маши
- Как справиться с надменностью, ингибицией, инструкциями? Путь через отогревание: плакать от собственного сострадания к себе (не в слиянии с травмой, а из любви к раненому ребёнку). Это снижает ингибицию и надменность, качает аккомодацию.
- Почему инструкции? Инструкции идут из ощущения небезопасности. Нам нужно контролировать реальность, когда мы боимся, что реальность с нами сделает. Решение: пройти ко всем событиям, которые свернули «барометр безопасности» (через узор / репроцессинг).
- Корень пессимизма и вылета из цикла: вопрос детства «Вселенная дружелюбна?» (от 2 до 8 лет). Если ребёнок ответил «нет» → паранойя (всё против меня). Альтернатива — проноя (все сговорились за нас, чтобы помочь и поддержать). Задача: отогреться, чтобы поверить, что Вселенная дружелюбна.
- Почему Маша напрягается с Мишей? Миша: «Ты напрягаешься, чтобы сконцентрироваться, но на самом деле чтобы мне понравиться». Маша не спорит (высокая кропотливость), чувствует напряжение в шее.
Часть 4. Финальное задание для группы (последняя практика)
- Формат: тройки, где двое коучат одного. Клиент рассказывает свой цикл отношений (как обычно входит, разочаровывается, выходит / компенсирует).
- На что смотреть (метапрограммы на этапах):
- Вход (соблазнение): кого вы привлекаете? Какие метапрограммы в вас и в них?
- Разочарование: какие метапрограммы помогают разочарованию случиться? Соучаствовали ли вы? Возможно, не вас разочаровали, а в вас разочаровались (чем вы привлекли это?).
- После разочарования: что вы делаете? Компенсируете через зависимости, другого человека, медикаменты? Либо вылетаете и начинаете новый цикл с новым человеком.
- Пример логики подбора (метапрограммы как пазлы):
Часть 5. Ответы на вопросы участников
- Катрин (страх после отогревания): когда становишься здоровее, перестаёшь интересовать нездоровых людей (а здоровых меньше — страшно). Миша: единственная метапрограмма, с которой не советую связываться — жёсткая надменность (плюс один, неадекватная грандиозность, человек не идёт на работу с собой). Со всем остальным можно работать, если у человека есть мозги и желание. Не связываться с людьми в зависимостях (справиться почти невозможно).
- Илья (исцеление через слёзы для ингибированного клиента, который не чувствует сочувствие к себе): Дело времени. Чем больше работаешь с внутренним ребёнком, тем легче. Однажды любовь к себе просто присутствует на фоне.
- Рита (изменяемость океана): открытость и экстраверсия почти не меняются. Кропотливость, аккомодация и нейротизм поддаются изменениям. Когда вы сводите метапрограммы близко к нулю, океан начинает двигаться (минимум три пункта). «Озёра — проявление метапрограмм, движение метапрограмм двигает океан».
- Катя (опыт Миши с надменностью):
- Миша снёс надменность, потому что понял, что в надменности боль причиняется другому. Увидел страдание, которое принёс, — это разбило сердце.
- После того как надменность ушла (аккомодация выросла в пик, границы «стоп» пропали), жизнь стала пресной, неэффективной, появилась ностальгия.
- Решение: интегрировать надменность обратно (юнгианская интеграция тени), но честно, делая тень светлой. Вернул интенсивность, скорость, любовь к высоким стандартам. «Я могу быть и добрым, и интенсивным одновременно».
- С частями не разговаривает, не даёт имён. Подошёл методично.
Суть коротко:
Завершающая диагностика дня — цикл отношений: соблазнение (оба притворяются, Маша как соучастница), разочарование (первой разочаровывается та, кто первой растворилась в иллюзии), выход / компенсация. У Маши паттерн «строгая мама — разбалованный / беспомощный сын» и маятник между хаосом и скукой. Ключевые метапрограммы цикла: надменность, ингибиция, инструкции (привлекают мотыльков), отверженность, пессимизм (вылет). Решение: отогревание через сострадательные слёзы, снижение инструкций (через чувство безопасности), репроцессинг свернувших событий и сдвиг от паранойи к проное (Вселенная дружелюбна). Финальное задание группам — разобрать свой цикл по этапам (вход, разочарование, выход) с парой коучей. Главный страх «что станет меньше нездоровых претендентов» снимается тезисом: со всем, кроме жёсткой надменности и зависимостей, можно работать.