Транскрипт 2.1 УРОК 1 «Коучинг пар для враждебно-зависимой пары» - 67мин

[0:03] Speaker A: По поводу того, что бывает так, что уже на второй встрече один из партнеров говорит, слушай, давай все сделаем проще, давай просто разведемся.
Я хочу вам напомнить, что мы можем работать одновременно с двумя разными целями в рамках парного коучинга.
И у одного из партнеров может быть цель хорошо развестись и остаться друзьями, а у второго партнера может быть другая цель.
Просто очень важно, чтобы они цели ставили про себя, а не про друг друга.
То есть, чтобы они не говорили, я хочу, чтобы вот что-то с другим случилось.
А вот что я хочу, например, у меня есть пара, и один говорит, я просто хочу, чтобы мы разошлись по-дружески, а второй говорит, а я хочу научиться... Не захлопываться и не падать в жертву и держать свою регуляцию достаточно на высоком уровне в этих отношениях.
Это могут быть разные цели и это не значит, что мы не можем работать с разными целями.
Мы можем каждому из партнеров дать разную цель и мы можем продолжать с ними работать.
Окей, давайте прыгать в пятый урок.
Очень интересный, очень важный, плюс я начинаю вводить в работу, и это условно согласовано с Эллен, я начинаю для вас также больше делиться своим видением и своим пониманием с поддержкой Эллен и ее команды.
[1:49] Speaker A: Вы сегодня увидите чуть больше от меня, но тем не менее мы продолжаем держать структуру, которую дает Эль Вейдер.
И мы сегодня с вами работаем с враждебно-зависимой парой.
Это будет самая для вас чаще всего чаще встречающаяся пара.
И в принципе вы увидите всего лишь две пары.
У вас будет либо пара, где один либо вдвоем избегают любой конфликтности, либо пара, которая жестко рубится.
И я нахожу, что на своем опыте, что пары, которые жестко рубятся, они чаще приходят к нам, чем пары, которые просто избегают конфликтов.
Но я видел эти и эти.
Поэтому я вам сегодня дам очень хороший инструмент. с которым вы сможете качественно работать с любой враждебно-зависимой парой.
Давайте вспомним, какие у нас основные три проблемы, когда мы работаем с парой, находящейся в враждебной зависимости.
Я напомню, что это означает, какая у нас пара враждебной зависимости.
Это когда я не могу с тобой и не могу без тебя.
То есть я не могу с тобой, поэтому я враждебен, но я не могу без тебя, поэтому я зависим.
И как только у нас реальный шанс, что мы разойдемся, для меня это конец света, но и вместе мы живем, и наша жизнь очень некачественная.
То есть что происходит?
[3:27] Speaker A: Наша первая проблема это то, что они хотят того, что им не нужно, а нуждаются в том, чего они не хотят.
И они вообще не понимают разницы.
И я хочу, чтобы каждый из вас это записал.
Потому что это настолько часто повторяется в наших отношениях, наших как коучей, что я хочу того, что мне не нужно, а мне нужно то, что я не хочу, и я не понимаю разницы.
Вторая проблема – это то, что во враждебно-зависимой паре они считают, что проблема всегда в другом, что другой партнер им должен И они то, что им другой партнер должен, требуют, как террористы, которые в буквальном смысле держат в заложниках кого-то, и чаще всего в заложниках именно брак.
И они не знают, что на самом деле их нужды приходят из детства.
И они думают, что партнер сюда прилетел, на эту землю, для того, чтобы их исцелить и закрыть все их проблемы.
Но партнер не является лекарем проблем детских.
Это очень важно понимать.
И другая, третья проблема – это то, что они очень плохо удерживают позитивный прогресс.
То есть ты с ними делаешь какой-то прорыв, через неделю они к тебе приходят, и они там же, где они были.
И в итоге фрустрированы все втроем, включая коуча.
[5:01] Speaker A: И они обратно в своих паттернах, они постоянно туда скатываются, и ты уже думаешь, что легче тебе пристрелиться, чем с ними работать.
И, к сожалению, это самый частый тип пар, и с ними нам работать сложнее всего, потому что это состояние постоянной войны.
Теперь, что нам необходимо понимать о такой паре?
Во-первых, у этой пары все было прекрасно до момента, пока симбиоз не начал рушиться.
И они вообще не способны читать друг друга, они не считывают друг друга, они не понимаем, что происходит друг с другом.
И вместо того, чтобы друг для друга создавать безопасное пространство для разрешения конфликтов, они просто пытаются контролировать друг друга.
И они это делают весьма неуклюже.
Они это делают через угрозы, они это делают через какие-то очень странные замечания, выпады и так далее.
У каждого из этих партнеров очень нездоровый тип привязанности, о чем они чаще всего не имеют никакого понятия.
Они, может быть, концептуально слышали об этом, но по себе они не видят, что у них нездоровый тип привязанности.
Они не дифференцированы, и проблема как раз из-за того, что они не дифференцированы, проблема, что они рубятся.
[6:20] Speaker A: У них личные границы размыты, либо настолько ригидны, что они вообще не могут двинуться.
Они не способны выдерживать ни свои эмоции, ни эмоции партнеров, у них полное отсутствие эмпатии.
И главное недовольство заключается у них в том, что они не удовлетворяют нужды друг друга, и их претензии просто тупо никогда не заканчиваются.
Теперь, хорошая новость.
Это то, что я говорю своим парам враждебно-зависимым.
Я им говорю, что, друзья, Сейчас у вас есть вот эта враждебность и постоянная способность рубиться друг с другом.
Вы просто не понимаем, откуда она берется.
И она берется из общей энергии.
Вы друг в друге создаете огромное количество энергии.
Но вы просто эту энергию используете очень деструктивно.
Но такое количество энергии очень редко.
Изначально эта энергия появилась из вашей очень большой любви. из сумасшедшей химии, которая происходит между вами.
Вы два сердца, которые нашли друг друга, и вы вместе можете создавать огромное количество энергии, достаточно для того, чтобы подсветить весь город.
Вы просто эту энергию используете для того, чтобы делать друг другу больно.
И наша задача состоит в том, чтобы эту энергию направить на их развитие.

[7:41] Speaker A: И на их любовь, а не на то, что они сейчас делают.
Теперь, как мы их диагностируем?
Откуда мы точно знаем, что перед нами пара является враждебно-зависимой?
Во-первых, они открыто и постоянно выражают гнев, горечь и обвинение, и они уже, друзья, никого не стесняются.
Они не стесняются ни своих детей, они вас не стесняются, они просто открыто выражают то, что они друг о друге думают.
Они конкурируют, границы ригидные, они могут проявлять насилие.
Я недавно работал с парой, и женщина пожаловалась, что он поднял на нее руку и дал пощечину.
А он ответил, дорогая, ты забыла, я это сделал один раз хрен знает когда, а ты забыла, как на прошлой неделе ты мне кулаком в лицо дала.
Почему мы об этом не говорим?
Это вообще очень-очень типичная история.
У них длительная история обидных, травмирующих событий, произошедших по отношению друг к другу.
Они сильно проецируют свои чувства на партнера.
Что такое проекция своих чувств на партнера?
Удивительно, но при том, что многие наши коучи сверхобразованные, но мы до сих пор путаем и плаваем в понятиях проекции.
Когда я проецирую свои чувства на тебя, это выражается чаще всего в двух видах.
Я считаю, что ты являешься проблемой моих чувств.
[9:17] Speaker A: Это означает, что я проецирую, то есть я находиюсь в переносе.
У меня моя проблема из детства, но здесь и сейчас это ты моя проблема, которая создает во мне весь этот паттерн и все мои эмоции.
Таким образом, я проецирую на тебя свои чувства.
И второе – это я думаю, что ты должен чувствовать так, как и ты.
Это еще один тип проекции.
В данном случае, в данном контексте я говорю про первый тип, что ты Проблема, а я следствие.
Ты делаешь что-то, я чувствую себя плохо.
И чтобы я не чувствовал себя плохо, ты должен измениться.
Очень часто я вижу, что один партнер будет открыто враждебный, а другой типа такой, пассивно-агрессивный.
Очень много токсичности у двоих, но просто токсичность по-разному выражается.
Один партнер может быть открыто агрессивным, то есть просто в лоб говорить, что с другим не так, а второй не говорит в лоб, но очень токсичные высказывания идут.
И второй говорит вроде бы не напрямую, не атакует.
Очень часто в этой позиции находится женщина, но я видел и мужчин, которые находятся в этой позиции.
Не говорит напрямую, но когда говорит, говорит настолько злые вещи, что они прямо заживое задирают другого партнера.
Они очень хорошо знают, как друг другу делать больно.
И...
[10:44] Speaker A: Очень часто в такой паре появляется так называемый третий фактор.
И третий фактор это какая-то проблема, какой-то чаще всего тип зависимости.
Например, зависимость от секса, зависимость от алкоголя, зависимость от наркотиков, курения.
И это дает возможность другому партнеру постоянно тыкать тебя носом и говорить «смотри, какой ты урод», «смотри, как с тобой все не так».
И второй активно отрицает чаще всего эту зависимость.
Нет, со мной все так, это ты со мной это делаешь, у меня нету никакой зависимости.
Интенсивность проблем зависит от того, насколько они долго вместе и что они уже сделали для того, чтобы разрешить проблему либо навредить друг другу к тому моменту, когда вы впервые их увидите.
Очень часто мы эту пару встречаем уже под конец, к сожалению.
То есть они уже так много навредили друг другу, что многие из них находятся в точке невозврата.
И все, что вы можете сделать, это сбалансировать их для, например, сородительства и все.
Опять же, чем раньше они к вам придут, тем больше у них шансов на то, чтобы из этой ситуации вырасти.
Пример модели поведения враждебно-зависимой пары.
Один партнер просто спрашивает другого, что нам, например, делать с этим.
[12:11] Speaker A: И это может быть что угодно.
Например, как ты думаешь, что нам нужно сделать по отношению к Васечке, который плохо учится.
И как только партнер... Другой партнер начинает говорить реально, что думает, о том, что он думает, о том, что он чувствует.
Тот, кто спрашивает, сразу же на него нападает.
И это создает модель поведения, в которой другой все больше и больше в себе замыкается, а тот все больше и больше атакует.
То есть они дошли до ситуации, когда все является паттерном.
То есть они в буквальном смысле ходят по минному полю и любая травинка может взорвать и оторвать им ногу.
И они часто угрожают уйти и бросаются фразами, которые пугают всех и со временем эти фразы становятся все более и более травмирующими.
К этому уроку будет приложен документ, вам нужно будет обязательно с ним познакомиться, он называется «Неэффективная стратегия поведения враждебно-зависимой пары».
Это то, что я делаю, я показываю этот список паре, и я прошу, чтобы они вдвоем отметили стратегии, которые они используют.
Мы это делаем для того, чтобы они начали все больше и больше осознавать, что у них происходит.
В паре, когда мы с ними работаем, у нас есть восемь

[13:35] Speaker A: Самых частых проблем, с которыми мы сталкиваемся.
Обычно молодые коучи, молодые с точки зрения опыта, падают на этих проблемах, теряются и не знают, что делать.
Первое – это высокая степень их чувствительности и возгораемости.
То есть они очень быстро возгораются.
И сразу же это все превращается в быстро эскалирующийся конфликт.
И когда коуч, особенно если коуч не отработал свой тип привязанности, например, у коуча небольшое окно терпимости, и когда коуч видит, что другие люди по-настоящему ссорятся, вплоть до насилия, коуч просто и все, и у него пошел свой перенос, и коуч замкнулся, и не может ничего с этим сделать и теряет свою лидерскую позицию.
То есть очень важно, чтобы у вас была настолько большая емкость, чтобы вам не было страшно.
Для собственного опыта, когда я учил себя чувствовать нормально, когда люди очень жестко орут, очень жестко ругаются, я в буквальном смысле заставлял себя смотреть бои без правил.
Пока сейчас это мне нравится, но когда я это смотрел, я просто приучал свою нервную систему к тому, что может быть открытая агрессия, и она достаточно жесткая, и тебе нужно спокойно к этому относиться.
Дальше, вторая проблема –
[15:12] Speaker A: Например, первая проблема решается достаточно просто.
Я вам сегодня покажу, как она легко, просто элементарно решается.
Но вторая проблема намного сложнее, когда они просто не хотят брать на себя никакой ответственности.
И это что бы ты ни делал, с какой стороны ты бы к ним не подходил, они не хотят принимать ответственность.
Потому что если они возьмут ответственность за свое поведение, это означает, что они признают, что они виноваты, это означает, что они будут уязвимыми, а это нельзя. ни в коем случае нельзя показывать друг другу уязвимость, потому что другой будет использовать эту уязвимость для того, чтобы сделать как можно больнее.
Я помню, у меня очень давно была В работе, в личном коучинге девушкой, ее звали Яна Колотова, по-моему, как-то такая фамилия.
И она как раз специализировалась на работе в парах, и она рассказывала про идею мягкого живота.
И мне тогда эта идея очень понравилась.
Мягкий живот – это когда я могу тебе показать свою самую ранимую часть, и я буду знать, что ты туда не ударишь.
И пары не могут себе позволить
[16:25] Speaker A: Другому показать мягкий живот теперь третья проблема это проблема проекции они будут обвинять другого в том как они чувствуют и когда коуч слушает их обвинения особенно если у тебя есть сильно умный партнер или они вдвоем умные хорошие люди и мне это очень часто попадается они дают очень аргументированную позицию объясняя что с другим действительно не так Например, она говорит, что он ночью пьяный пришел домой и начал на меня кричать и разбудил весь дом.
То есть ты слушаешь и ты сразу же присоединяешься к ней.
Ты думаешь, боже, как это вообще можно терпеть, почему это происходит и так далее.
И коучу очень важно себя вернуть. стабилизировать и понять что ты сейчас смотришь на очень маленький фрагмент их жизни и ты не понимаешь как поведение их двоих привели к этой ситуации я помню ситуацию когда у меня была пара и они пришли и девушка была очень такая размеренная очень спокойная и она очень красиво говорила и она хорошо выражала свои чувства а мужчина сидел полностью такой замороженный холодный истукан и она пытается до него достучаться а он вообще не реагирует, он даже не хочет на нее смотреть, он даже к ней не поворачивается.
И ты думаешь, что с тобой, блин, не так?
[18:07] Speaker A: У тебя рядом любимый человек, который пытается тебе уязвимо объяснить, что происходит, ты не поворачиваешь.
А потом у меня была возможность с этой девушкой взаимодействовать один на один, чисто случайно мы пересеклись, и у меня была возможность с ней провести час.
К концу этого часа я себя чувствовал, как будто меня кто-то неделю насиловал.
Потому что эмоциональный поток был настолько сильный и настолько незаканчивающийся, что я уже не знал, куда себя приткнуть.
Я к концу был уверен, что у нее какое-то расстройство личности, какое-то или пограничное расстройство личности, или диссоциативное расстройство.
Что-то с ней происходит, потому что этот поток невозможно вынести.
Она абсолютно эмоционально дезрегулирована.
Но когда они презентовали себя, я с ними встретился на самом деле раз или два, но когда они себя презентовали на сессии, вообще совсем была другая ситуация.
Поэтому очень важно Друзья, никому не присоединяться и понять, что вам демонстрируют лишь маленький эпизод из жизни.
Так, они постоянно будут друг друга ретравмировать, и это тяжело, надо смотреть, и вы не будете знать, как это остановить.
[19:26] Speaker A: У них нет вообще никаких знаний о том, как восстанавливать эффективно разрушенные отношения.
Они даже не верят, что восстановление возможно.
У них также отсутствует механизм разрешения конфликтов.
Они просто убегают.
Вот они, допустим, дерутся, дерутся, дерутся.
Чаще всего, когда мы долго-долго-долго эмоции выкидываем, наступает момент истощения.
Теперь, когда мы истощились, один может истощиться быстрее, чем другой, мы начинаем отстраняться.
То есть мы отходим друг от друга и начинаем зализывать свои раны.
И мы ждем, нам нужно обязательно, чтобы прошло пару ночей, чтобы система восстановилась.
Начинаем потом уже понемногу-понемногу снова разговаривать друг с другом.
То есть нет никакого эффективного навыка восстанавливать связь.
По сути, что происходит?
Мы порвали наши отношения, то есть мы причинили друг другу боль, мы сделали этот разрыв в отношениях.
Разрыв остался, а мы себя ведем, как будто разрыва нет. и двигаемся дальше понемногу, понемногу, и потом следующий разрыв, понемногу, понемногу, следующий разрыв.
Вот эти разрывы накапливаются, и они могут дойти до того, что между нами так много боли, что больше ничего невозможно.
[20:48] Speaker A: Седьмая проблема – это то, что они хотят регрессировать.
То есть они помнят прошлое, когда все было хорошо, и когда они любили друг друга, и они думают, что если бы только они вернулись туда, то все бы решилось бы.
Но туда уже не получится вернуться.
Уже слишком поздно.
Нам нужно идти вперед.
Но они не хотят идти вперед, потому что идти вперед это признать, что то, что было, уже никогда не будет.
И у них высокая потребность близостей. они прямо требуют этой близости они орут в попытках эту близость получить но они просто не знают как удерживать близость например избегающий партнер он хочет близости ему важно чтобы с ним человек был важно чтобы его не покинули но как только Устанавливается какая-то близость, он быстро замораживается и наоборот отстраняется.
И у него нет навыков оставаться в близости, хотя у двоих есть высокая потребность для этого.
Первый вопрос, который меня волнует, и в данном случае это слова Эллен, не мои.
Не то, что я с ними не согласен, я с ними согласен, но это то, что Эллен говорит, что ее волнует.
Почему в этой паре, сидящей передо мной, так много враждебности?
Это вопрос, который она себе задает, о чем она рефлексирует.
[22:20] Speaker A: И она смотрит на это с разных сторон.
Почему там существует враждебность?
Является ли враждебность причиной, что... Они просто хотят друг от друга исцеления, которого не было в детстве, чтобы их долюбили.
Поэтому у них враждебность.
Или, может быть, они застряли, они хотят измениться, но не знают, как им вырасти дальше.
Поэтому они провоцируют друг друга, бьются.
Может быть было так много боли, что теперь им важно просто друг другу отомстить.
Может кто-то хочет уйти, но не говорит прямо, а пытается заставить пассивно-агрессивно другого человека свалить, потому что тяжело просто тебе сказать прямо.
Возникает ли враждебность и гнев в основном в то время, когда человек находится в зависимости или один из партнеров принимает что-то, да, может быть это просто какие-то лекарства, например, мы знаем, что бензопам это лекарство, которое дается для успокоения нервной системы, но оно сильно замораживает и человек теряет эмпатию.
То есть мы должны узнать, в чем реальная причина для того, чтобы эту причину адресовать первой.
Давайте немного поговорим теперь о роли тревожности на стадии симбиоза.

[23:38] Speaker A: Партнер, который избегает конфликтов, он в основном чувствует не столько тревогу, сколько дискомфорт.
То есть он испытывает дискомфорт.
Обычно человек, который избегает конфликтов, он также избегает эмоций.
И чаще всего его эмоции чувствуются как у маленького ребенка, которому 6 месяцев.
То есть ты не чувствуешь разницу между «мне грустно» или «мне страшно».
Ты просто орешь.
То есть ты испытываешь большой дискомфорт внутри.
Обычно избегающий партнер испытывает этот дискомфорт.
И для того, чтобы этот дискомфорт ушел, то я попробую максимально себя адаптировать под тебя и слиться.
Враждебно-зависимый партнер, он делает все по-другому.
Он говорит, что ты проблема.
Если ты проблема, для того, чтобы мне не было тревожно, тебе нужно со мной слиться.
Я буду давить и буду требовать, чтобы ты со мной слился или слилась.
И третье, это пассивные партнеры и пассивно-агрессивные партнеры.
Это партнер, который говорит, что я...
[24:53] Speaker A: Тревожусь мне сейчас некомфортно мне плохо но я не хочу дифференцироваться сам поэтому ты сделай всю работу то есть я буду просто ждать пока это произойдет и вот эта тревожность она также часто стирает границу между где является проблема моей личной и где проблема на нас общее то есть если мне тревожно то это не моя проблема это наша проблема И это очень важно, ребят, понимать.
То есть, когда вообще пара ссорится, потому что им двоим тревожно, потому что им дискомфортно, они испытывают это внутри.
Но из-за того, что они в симбиозе, они дискомфорт делают общей проблемой.
И вот это очень важно.
Сложная ситуация.
Многие клиенты после окончания экспонента говорят, что их отношения в партнерстве очень сильно улучшились.
Чаще всего их отношения в партнерстве улучшаются, потому что они берут на себя ответственность за собственные эмоции.
Именно поэтому их отношения становятся лучше.
Когда они перестают тревогу выдавать за общую проблему и сами разбираются со своей тревогой.
Это и есть дифференциация.
Теперь как тип привязанности влияет на враждебно-зависимую пару.
[26:15] Speaker A: Если один партнер тревожный, другой избегающий, то чаще всего мы видим как тревожный партнер преследует избегающего партнера и один все больше преследует, другой все больше избегает и в итоге они становятся очень злыми и враждебными.
Если два избегающих, то они обычно конкурируют, то есть они пытаются доминировать через через надменность или через игнорирование, и они друг друга усиливают депривацию.
И каждый эту депривацию чувствует, каждому плохо, но они об этом не говорят.
И когда один дезорганизованный, другой избегающий, то дезорганизованный может заставить избегающего партнера помочь ему.
Не может заставить, а не может.
Дезорганизованный партнер не знает, как помочь другому партнеру успокоить.
И это приводит к тому, что ты становишься все более дезорганизованным, А второй становится все в большем конфузе.
И опять же это превращается в абсолютный хаос в отношениях.
Так, давайте я теперь вам расскажу отрывок из сессии реально враждебно зависимой пары.
Антон и Лена в браке 20 лет.
У Антона позиция следующая.
Она меня обманывала все эти годы, а позиция Лены «твои слабости вызывают у меня отвращение».

[27:52] Speaker A: Лена, на этой неделе он при детях отчитал меня за то, что я забыла что-то ему написать.
Антон, до этого ты вечером с выпученными глазами что-то орала мне.
Лена, ты даже не можешь вспомнить, что именно.
Антон, я даже не пробовал тебя слушать.
Теперь, что происходит здесь?
Они прямо со старта, вообще, что спровоцировало этот диалог, я у них спросил, как прошла неделя.
Это буквально первая минута встречи.
То есть мы... Мы еще не успели привыкнуть друг к другу.
Я спрашиваю, ну что, ребята, как прошла эта неделя?
У них было домашнее задание, у них был достаточно большой прогресс на последней неделе.
Как прошла неделя?
И они прямо со старта начинают рубиться прямо передо мной.
Когда мы видим конфликт, у нас реакция должна быть автоматическая, и мы просто гасим конфликт, потому что мы здесь не для того, чтобы выяснять отношения, плюс здесь я босс, вы меня слушаете.
Миша, это я, если что.
Внимание на меня вдвоем.
Спасибо, я понял, что неделя у вас проходила в типичном режиме.
И, Лена, когда он тебя читал, как ты это называешь?
Когда он тебя читал так, как ты это называешь, как ты отреагировала?
[29:09] Speaker A: И Лена говорит, я ничего ему не сказала, чтобы при детях не ссориться, а потом решила не заводить эту тему.
Миша, что ты подумала?
Лена, я благодарна ему за то, что он мне напомнил, почему я не хочу с такими, как он, не иметь ничего общего.
То есть, снова, да, она разговаривает со мной, то есть это пассивно-агрессивный партнер, она разговаривает со мной и одновременно делает ему просто жесткий удар в челюсть, да, то есть она очень токсично говорит, разговаривая со мной.
Миша, а что на самом деле ты чувствовала в тот момент, когда он тебя отчитывал?
То есть, что я делаю?
Я возвращаю ей ответственность за ее эмоции.
Лена говорит, мне было больно и так стыдно перед детьми и противно от себя самой, что я разрешаю так с собой разговаривать.
Я чувствовала себя беспомощной.
Миша, Антон, когда вечером Лена тебе что-то возражала, как ты отреагировал?
Антон говорит, я просто ей сказал, чтобы она ко мне пришла, когда выздоровеет.
Обратите внимание, когда он на нее налетел, она же пассивная, агрессивная, она схлопнулась, не буду сразу же в ответ выдавать, а найду позже, перед этим, после способ тебя жестко зацепить.
[30:28] Speaker A: Он же является просто агрессивным, и он сразу же ей в лоб говорит, что он думает.
Он говорит ей, что приходи ко мне, когда ты выздоровеешь, то есть ты больная.
И я снова делаю, то есть я понимаю, что происходит.
Происходит проекция опять.
И я снова ему возвращаю.
А как ты в этот момент чувствовал себя?
Я чувствовал, что меня не любят и не принимают, будто я какой-то уродливый, что ли, что как бы я ее не любил, она со мной просто потому, что я удобный.
А удобным быть больше не хочу.
Использовать себя не дам.
Лена, что ты думаешь, когда слышишь, как он себя чувствовал?
Это неправда, что я с ним ради удобства.
Это просто неправда.
Ты можешь предположить, что в этот момент ему кажется, что его не любят и не принимают, и что он чувствует себя поломанным?
Лена говорит «Могу».
Вот с этого момента они начинают успокаиваться.
Почему?
Потому что мы переходим в язык, которым они действительно должны общаться.
Лена «Могу».
И дальше я спрашиваю Антона.
Антон, ты можешь предположить, что в момент, когда ты Лене что-то говорил при детях, ей было очень больно и стыдно, что ее взрослую женщину и маму при детях отчитывает муж?
Антон, я не отчитывал никого, просто сказал, что думаю.
[31:46] Speaker A: То есть защита, защищаюсь.
И я снова возвращаюсь.
Ты можешь предположить, что она чувствовала себя так, как только что описала?
Да, могу.
То есть что произошло?
Мы перешли... Сначала мы просто жестко затушили конфликт и сказали стоп, и внимание должно быть на нас.
После этого мы перешли к ответственности за то, что ты каждый чувствуешь, и ты должен объяснять, что ты чувствуешь.
И после того, как мы перешли к ответственности, мы сделали третий шаг к эмпатии.
И эмпатия это то, что эти пары не знают.
Они не владеют эмпатией, потому что они дошли до того уровня, когда они больше не эмпатичны.
И в коротком диалоге мы сделали очень три больших шага.
Я об этих шагах поговорю чуть дальше.
Что мы понимаем из этого отрывка?
Активно вмешавшись в разговор... Я, показывая этот цикл им, я им показываю, что с ними постоянно происходит.
Лена испытывает стыд по отношению к себе и считает, что Антон этому причина, поэтому она чувствует утращение, уверена, что с ним что-то не так.
Антон думает, что его никогда не примут и верит в то, что его используют.
Лена отстраняется, избегает момента дифференциации, как она показала это в конфликте.
[33:14] Speaker A: Антон осознает конфликт, но также избегает момента дифференциации и отстраняется сам.
В итоге каждый день у них появляется новый конфликт, и этот конфликт никогда не гасится.
То есть зарубка за зарубкой, за зарубкой за зарубкой, ничего не излечивается.
И... Что бы произошло, если бы они вдвоем были бы дифференцированными?
То есть если бы они обхватили эту дифференциацию ногами и руками, если бы они признали, что это важно?
Как бы выглядел бы момент дифференциации для Лены?
Она бы сказала, мне так больно, когда ты говоришь эти слова.
Я теряю контакт с собой, я сгораю от стыда.
Скажи мне, что ты не хотел меня обидеть, успокой меня.
Я хочу, чтобы дети увидели, что ты меня уважаешь и ценишь.
Как бы выглядел бы момент дифференциации для Антона, я начинаю чувствовать тревогу сразу, как только вижу, что ты недовольна.
Я сразу замораживаюсь и ничего не слышу, поэтому хожу весь день как будто оглушенный.
Мне кажется, что я поломанный, и ты никогда не будешь меня любить.
Ты мне важна, и мне важно, чтобы ты говорила со мной ласково.
Пожалуйста, это так важно для меня.
То есть, если бы они были бы дифференцированными, они бы разговаривали бы так.
Но они в симбиозе.
[34:30] Speaker A: И дифференцированными быть очень-очень страшно.
В итоге, что нам делать как коучам?
Как им помочь?
Как мы должны с ними работать?
До старта работа с рождебно-зависимой парой.
Нам нужно их хорошо диагностировать.
И если вы понимаете, что к вам обратилась рождебно-зависимая пара, то кроме диагностического опросника такой паре также нужно озвучить несколько дополнительных вопросов.
И эти вопросы помогут вам понять, есть ли у них зависимости, насколько они серьезные.
Прежде чем начать работать с коучем, пару нужно направить к специалисту по работе с зависимостью.
То есть вы не сможете победить зависимость. через парный коучинг парный коучинг не для победы над зависимости каждого из партнеров зависимости решаются отдельно до их симбиоз мог привести к зависимости и скорее всего один из партнеров имел ранимый ландшафт напомню штуку ранимый ландшафт да то есть я к определенной субстанции раним Например, если взять меня, то сколько вы бы меня бы не поили алкоголем, я не стану, скорее всего, зависимым.
Почему?
Потому что я просто не переношу вкус алкоголя.
Для меня это очень-очень отвратительный вкус.
[35:46] Speaker A: Но если вы встретите некоторых людей, они вам скажут, что пиво или вино или что-то для них чувствуется необыкновенно приятно.
Они обожают, когда в чем-то есть алкоголь.
То есть у них что?
Ранимый ландшафт.
И второй вопрос, который я задаю, есть ли у вас сейчас физическое насилие?
То есть смотрите, зависимость и насилие это чаще всего условно последняя точка в отношениях.
Это означает, что они к вам пришли, и вы как коуч выиграли джекпот, к вам пара зашла, когда они уже находятся в конце этой прямой линии.
То есть, если в отношениях один из партнеров постоянно проявляет насилие по отношению к другому, то им нужно работать с помогающими практиками индивидуально.
Более того, если насилие идет со стороны одного партнера постоянно, то, скорее всего, им нужно разойтись.
Им нужно как можно быстрее разбежаться.
Но, опять же, это не вы будете за них решать.
Это та рекомендация, которую я рекомендую.
Это совет, которому я рекомендую следовать.
На чем фокусироваться в работе с такой парой?
То есть, смотрите, нам нужно им помочь дифференцироваться.
Нам нужно их вытащить за макушки, за все что угодно из враждебной зависимости.

[37:22] Speaker A: И для этого мы используем мой алгоритм, который называется «колесница».
И что это такое?
Колесница, первая К, конфликт должен быть сразу погашен.
Мы сейчас поговорим про каждую букву.
О, ответственность за себя, свои цели, свое поведение.
Л, личные границы во время конфликтов обсуждены и правила конфликтов приняты.
Е, естественный юмор по поводу ситуации, в которой оказались партнеры.
С, стоп при травматизации.
Н, негативные циклы понятны, осознаны.
И... Извинение и сшивка становятся натуральной частью взаимодействия.
Ц, ценим и не забываем позитивный прогресс.
А, активация дифференциации.
Давайте поговорим про каждое.
Смотрите, как только вы видите конфликт, мы здесь не пространство для экспрессии недовольства.
Мы сразу же его гасим.
И чаще всего, если мы в прошлых уроках, мы об этом много говорили, мы говорили об остановке цели и так далее, и я свои пары каждый раз, как только они ко мне пришли, буквально в первые 2-3 минуты, я спрашиваю, помните ли вы цель?
Почему вы здесь?
И я требую, чтобы каждый из них озвучил эту цель.
Я также требую видения.
Цель – это личная ответственность каждого человека.
[38:44] Speaker A: Он должен сказать про себя, что важно, для чего он здесь, что он пытается здесь получить.
И видение – это что для нас возможно, если мы выполним эти цели.
Я прошу, когда пары ко мне приходят, чтобы они мне каждый раз говорят – вот наша цель, вот наше видение.
Очень часто они меняют свои цели.
И я требую, чтобы цели были согласованы с видением.
У меня есть пара, которая находится на грани, и они пытаются принять решение, им разводиться или оставаться.
И цель, не цель, а видение, к которому мы пришли, было, что мы договариваемся, вне зависимости от того, мы вместе или порознь, но мы создаем два любящих сердца.
То есть мы создаем два дружных, любящих сердца.
Это то, что нам нужно вместе ради наших детей, ради того, чтобы жизнь была хорошая, ради того, чтобы отметить то интересное и глубокое прошлое, которое у нас было.
Мы это видим как то, что для нас доступно.
Теперь какая цель у каждого?
У каждого из партнеров была своя цель, но она была согласована с общим видением.
И каждый раз, когда они приходят, я спрашиваю, какое видение, какая цель, чтобы они помнили, к чему они идут и зачем они это делают.
Для враждебно-зависимой пары именно постановка целей достаточно сложная.
[40:15] Speaker A: Потому что они чаще всего не развитие выбирают, они выбирают проекцию свою.
То есть они хотят просто изменить другого человека.
Они будут уходить от собственной ответственности, они будут уходить от собственной уязвимости.
И они ненавидят, когда вы требуете от них личных целей, потому что они считают, что проблема не в них и им не нужно меняться.
Поэтому вместо индивидуальных целей что они делают они могут сформулировать сформулировать под индивидуальной целью цель другого человека они говорят я хочу чтобы меня принимали Или я не хочу, чтобы меня критиковали, я больше не буду терпеть, когда меня критикуют.
Вот у них цель.
И я возвращаю им ответственность.
Я говорю, что ты не можешь отвечать за то, что делает другой человек.
Ты здесь для того, чтобы получить что-то для себя.
Что ты получишь для себя?
И к какому-то этапу мы приходим к личным целям.
Например, я хочу прекратить кричать.
Или я хочу себя вести определенным образом.
Я напомню, какие мы вопросы задаем для эффективной постановки целей.
Мы спрашиваем, являетесь ли вы тем партнером, которым вы стремитесь быть.
[41:29] Speaker A: Что нужно делать для того, чтобы сократить разрыв между тем, кем вы являетесь сейчас и кем вы хотите быть как партнер?
Что именно так расстраивает вашего партнера во взаимодействии с вами?
То есть понимаете ли вы проблему с точки зрения другого человека?
Когда что-то идет не так, принимаете ли вы активное участие в устранении проблем?
И как вы поддерживаете своего партнера на постоянной основе?
Эти вопросы очень-очень помогают.
Теперь, буква K также нам говорит, что мы любой эскалирующийся конфликт или эскалируемый конфликт, мы моментально его гасим, потому что мы здесь не занимаемся фасилитацией либо медиацией.
То есть как только мы видим конфликт, мы сразу же его убираем.
Как мы это делаем?
Я вам скажу, как я это делаю.
Я моментально фиксирую их внимание на себе.
То есть я лидер, фокус сюда, я тренер.
Вы будете делать то, что я говорю.
Внимание сюда.
Мотивация обоих партнеров думать, когда они злятся, вступая в диалог с одним из партнеров.
Если я вижу, что один из партнеров говорит, не думая, я помню.
Я моментально это эскалирую.
Я возвращаю то, что человек сказал, и я говорю человеку, попробуй это сделать со мной, скажи мне это.
И ты сразу же получишь обратную связь.
[43:00] Speaker A: Я тебе гарантирую, сразу же получишь обратную связь.
И когда я их перевожу на себя, я ему говорю, окей, сделай это со мной, и посмотрим, что у тебя получится.
И они получают обратную связь.
Эта обратная связь учит их думать, что они говорят в следующий раз.
Это очень полезно, хотя это не то, что, например, практикует Элин, конкретно она, но это хорошо практикует ее муж Пит.
Потому что когда у кого-то из них есть возможность взаимодействовать с очень дифференцированным в жизни человеком, который очень хорошо понимает свои личные границы, который хорошо заземлен, который умеет одновременно быть и гибким, и ассертивным, это дает им стакан холодной воды в аду.
Они понимают, что вот как оно на самом деле, я просто здесь могу быть неправым.
Мы наблюдаем внимательно за невербальными сигналами, но свои наблюдения по поводу невербалки мы озвучиваем очень-очень осторожно, чтобы не эскалировать их сильнее.
Мы также предупреждаем, что вмешиваемся.
Мы говорим, ребята, готовы услышать мое мнение?
Мы объясняем паре, что конфликты неизбежны, и это нормально, но мы также предупреждаем, учим их ненужные конфликты просто не начинать.
[44:35] Speaker A: И когда мы говорим, что это нормально ссориться, они понимают, что ссора является нормальной или спор является нормальным.
Просто их форма спора является не той, какой она должна быть.
Мы также всегда валидируем успешные попытки Взять ответственность за свою агрессию, дифференцироваться, быть уязвимым.
Мы всегда останавливаем и говорим, это было обалденно, это было очень хорошо.
Партнеры обожают, когда мы это делаем как коучи, и они после этого запоминают это, они об этом помнят.
Мы самое важное учим партнеров извиняться друг перед другом и это мы об этом поговорим позже и также фасилитировать прямое позитивное взаимодействие между партнерами и мы об этом тоже с вами друзья поговорим.
Итак. Как предотвращаем эскалацию конфликта в ходе сессии?
Сразу же жестко вмешиваемся и прерываем диалог.
Мы говорим «Стоп!» и мы просим посмотреть на нас.
Если партнеры не могут отойти от эмоций, мы проводим упражнения на возврат в здесь и сейчас.
Помним, да, как в здесь и сейчас возвращать?
Мы говорим «Перечисли пять вещей, которых ты видишь».
Столько-то вещей, которые ты слышишь.
Какого цвета мои глаза?
Ты можешь своей спиной спинку стула почувствовать?
То есть что мы делаем?
[45:51] Speaker A: Мы заземляем их в тело и мы даем эмоции уйти для того, чтобы они успокоились.
Если они доверились друг другу до слишком высокой эмоции.
И мы также, когда останавливаем конфликт, мы всегда используем любой конфликт.
Запомните это.
Запишите это, сделайте себе пометку.
Мы всегда используем любой конфликт, который мы видим, как возможность для того, чтобы их образовать.
То есть мы описываем то, что мы только что видели, мы называем эмоции, которые мы видели, мы говорим, что они чувствовали, и мы объясняем, как то, что произошло, ретравмирует их.
О. Ответственность за себя, свои цели, свое поведение.
Это то, что борется с одной из самых больших проблем, с проблемой проекции.
Они друг друга постоянно обвиняют.
Другой является проблемой.
И мы это видим постоянно, как они общаются, они указывают друг другу недостатки, они предъявляют претензии, они тыкают.
То есть они говорят через ты сообщение, а не я сообщение.
То есть это... Ты или мы.
Это никогда не я.
Потому что если я, то это дифференциация.
А дифференциация нельзя.
Ее нельзя делать.
Я должен оставаться в симбиозе.
И чтобы оставаться в симбиозе, я делаю две вещи.
[47:12] Speaker A: Я либо говорю о нас, либо я заставляю тебя вернуться в симбиоз через тыканье.
То есть я от тебя требую вернуться ко мне, потому что ты должен измениться, чтобы мы были вместе.
И нам здесь, на этом этапе, нужно постоянно им объяснять, что то, что они пытаются добиться от другого, это не то, в чем виноват другой, это то, что пришло из детства.
И партнер не может удовлетворить их так, как им хочется.
Партнер является зеркалом, а не целителем.
Коуч учит клиентов брать ответственность, говорить про себя и про свою ответственность и воздерживаться от проекции на другого.
Я не знаю, я в этом уроке или в следующем, наверное, в этом уроке, я постоянно использую фразу, что не ты меня исцеляешь и не я тебя исцеляю, а мы исцеляемся вместе.
И это очень важно понимать.
Мы не целители друг друга, мы зеркала.
И мы как зеркала видим, как мы вместе исцеляемся в этом процессе.
Л. Личные границы.
Мы, когда говорим и обучаем их разрешению конфликтов, мы учим их договариваться, прежде чем спорить.
То есть, когда партнеры находятся в заземленном спокойном состоянии, мы объясняем им, что проблема не в том, что они конфронтируют друг друга.
Это часть жизни.
[48:31] Speaker A: Мы говорим, что проблема в том, как вы это делаете, друзья.
И чаще всего... Если они хотят серьезно вырасти в том, как они конфликтуют, то им нужно договориться о правилах, как они будут теперь конфликтовать.
И для этого мы используем упражнение «Установка границ в конфликте».
И это упражнение призвано помочь парам установить правила относительно того, что приемлемо во время конфликта, а что не приемлемо.
И мы используем... В этом упражнении несколько реально крутых вопросов.
Их четыре.
Мы их по очереди проводим через четыре вопроса, пока один отвечает, другой записывает эти ответы, как другой отвечает.
Например, что ты себе хочешь разрешить в конфликте?
Что ты себе больше не позволишь делать в конфликте?
Что ты не хочешь, чтобы с тобой делали в конфликте?
И что ты хочешь, чтобы с тобой делали в конфликте?
Записывает, когда один говорит, я каковыч записываю, и партнер должен записывать.
И потом мы меняемся, я продолжаю записывать, но этот партнер говорит, тот записывает.
Обычно все приходит к тому, что у них есть вещи, которые совпадают.
Например, они говорят, что мне не нравится, когда меня обвиняют.
[49:50] Speaker A: И чаще всего, когда они говорят, я ненавижу, когда он меня обвиняет, я ненавижу, когда он мне тыкает, я ненавижу, когда он мне предъявляет претензии.
И я говорю, например, Лена, скажи, будет честно, если ты не хочешь, чтобы с тобой это делали, будет ли честно, что ты обещаешь не делать этого тоже?
Они говорят, ну, если он не будет первый, я не начну.
Я говорю, нет, нет, нет, так не работают правила.
Ты держишь свои правила, Выполняешь и несешь ответственность.
Он выполняет ответственность за свои мнения.
Но мы дифференцируемся.
Нам не нужен симбиоз здесь.
Обещаешь ли ты, что ты не будешь обвинять и не будешь тыкать?
Он говорит, ну, окей.
И потом мы переходим к Антону.
И у Антона точно так же.
Он тоже не любит, когда ему претензии.
Честно?
Честно.
Хорошо.
И вот пример.
Мы не будем обвинять друг друга, не будем тыкать.
Мы будем останавливать спор, если кто-то из нас теряет самообладание или дезрегулируется, с обещанием вернуться, когда мы успокоимся.
И мы научимся говорить то, что мы чувствуем, а не то, что мы думаем.
Чаще всего, когда вы прогоните человека через 4 вопроса, там будут вещи, которые отличаются от другого, и вещи, которые совпадают на 100%.
[51:03] Speaker A: И то, что совпадает, становится правилами.
Вы всегда будете видеть, как много вещей совпадает.
Так, теперь естественный юмор.
Я очень много шучу по поводу того, что с ними происходит.
И я этим показываю, что это не так все серьезно.
Это не так страшно, как вам кажется.
И когда они видят, что я отношусь к этому с юмором, они сами начинают с юмором к этому относиться.
И они на следующей сессии знают, что смешно, и они приносят это.
И это очень сильно снижает градус напряжения между ними.
Они начинают, они, допустим, поругались, а на следующий день они ржут над тем, над чем они поругались.
Когда наши клиенты видят, что мы не видим в этом никаких проблем, мы с этим сталкивались миллионы раз, это не конец света, и когда они видят нашу непочтительность к их проблемам, они успокаиваются, они легче проходят через это все.
И это обязательный элемент нашей работы.
Следующее это С. Стоп при травматизации.
Вот эта фраза, которую я вам говорил.
Я не исцеляю тебя, а ты не исцеляешь меня.
Я исцеляю с тобой, а ты со мной.
Остановка при травматизации начинается с осознанности. по поводу травм партнера и своих собственных травм.

[52:23] Speaker A: Нам нужно, чтобы партнеры хорошо знали, какие ситуации, слова и действия активируют травматическую реакцию из прошлого, и что именно из прошлого добавляет в активацию травмы.
Они должны увидеть боль друг друга из прошлого и признать ее.
Они должны научиться говорить «я понимаю, почему тебе сейчас больно, я вижу это».
Что я делаю очень часто, ребят?
Например, когда они приносят какую-то боль, то есть что-то они сделали в очередной раз, я начну работать с одним из партнеров, и я сделаю эмоциональный мост.
Те из вас, кто проходил экспоненту, вы знаете, что такое эмоциональный мост, когда я создаю озеро сейчас и отправляю их в озеро в прошлом через эмоцию.
Это называется эмоциональный мост.
И я их регрессирую до очень раннего возраста, до времени, когда им до 10 лет.
И этот человек рассказывает, что там было, и нужно быть очень неэмпатичным человеком для того, чтобы в этот момент не понять, что, о боже, ему действительно было больно.
И когда это происходит, когда эта ситуация происходит, он вспоминает свое детство, ему так было больно, это только усиливает.
[53:40] Speaker A: И чаще всего, когда я показываю, что на самом деле означает эта травма и как она идет из прошлого, я у другого партнера спрашиваю, ты понимаешь теперь?
Ты видишь, ты понимаешь теперь?
И партнер может сказать, я об этом знал.
Нет, нет, нет, ты об этом не знал.
Ты сейчас понимаешь, как это связано? как это имеет параллельную связку с тем, что было там, и как бы ему было больно.
Ты это понимаешь?
И партнер говорит, понимаю.
И когда они действительно говорят, понимаю, вы чувствуете, как их голос становится глубже, и вы тогда понимаете, что вы действительно поняли.
Н. Негативные циклы, они должны быть определены и осознаны.
И мы используем их взаимодействие, чтобы возвращать им, что с ними происходит, Показывать им.
И мы это делаем через то, что называют TRES.
Это простой алгоритм.
Триггер, реакция, эскалация, завершение.
Триггер, посмотри, с чего мы начали.
Какие обстоятельства слова запустили.
Реакция, обратите внимание, как каждый из нас на это реагирует.
То есть что он делает.
В реакцию... Вы можете спокойно добавить мысли и эмоции, и потом реакцию, если вы хотите, чтобы показать им полную глубину реакции.
[55:04] Speaker A: После этого мы смотрим, как только каждый отреагировал, как это все эскалируется в спираль, потому что здесь мы видим динамику.
Здесь же озера, которые переплетены, и мы видим, как реакция на реакцию приводит к эскалации.
И дальше мы показываем, как они завершают, и чем заканчивается, с чем каждый выходит из конфликта.
И мы, показывая это миллионы раз нашим клиентам, просим найти выход из этого.
А как мы находим выход?
Мы разбиваем циклы на уровне реакции каждого.
Они реагируют, потому что они безответственны.
Они не отвечают за себя, поэтому они не реагируют.
Как только они начинают отвечать за себя, они начинают менять свою реакцию, и вот эти трезы просто разрушаются.
И мы также даем им образовательную часть.
Что происходит в амигдале, когда это все начинается.
Важность саморегуляции для достижения постановленных целей.
Это еще раз способ поговорить об их личной ответственности.
Почему они ведут себя определенным образом.
И мы опираемся на нейронауку.
У нас будет отдельный урок по нейронауке.
И мы рассказываем про либическую систему.
И показываем, как старые пережитые опыты приводят к текущим опытам.
И... Мы также делимся своими примерами.
[56:26] Speaker A: Я очень много делюсь своими примерами, мои клиенты обожают слушать, как я рассказываю о своих отношениях.
Мне повезло, у меня очень длительный брак, и мы с моей женой прошли через Как говорят, огонь и воду и медные трубы.
И очень большая библиотека того, что можно рассказать.
И мы говорим, что у нас было и как мы вышли из этой ситуации.
И когда люди видят, что там есть свет в конце туннеля, они, опять же, успокаиваются.
Следующее.
И. Извинение и сшивка.
Один из самых сложных этапов.
И это извинения из Шивка.
Оба партнера должны признать, что разрыв произошел.
Игнорирование или замалчивание только усугубит ситуацию.
Пример.
Мне кажется, что мы одолелись друг от друга после нашего последнего спора.
Кто-то должен это сказать.
Они должны... увидеть разрыв и сначала начать с признания разрыва.
Дальше.
Каждый партнер должен признать свою роль в конфликте или недоразумении.
Не ты сделал что-то, а они говорят, я понимаю, что могла причинить тебе боль, когда сказала это.
Мне очень-очень-очень жаль.
У меня недавно была ситуация, когда я обычно, когда чем-то увлекаюсь, я полностью забываю о том, что мир существует.
И у меня...
[57:53] Speaker A: Буквально на днях был очень-очень длинный заплыв в один из своих тренингов я в принципе был полностью потерян для семьи и для жены и у нас был разговор и жена поделилась своей тревогой то что она чувствует как ее защитные механизмы просто поднялись и я же я сразу же Увидел, в чем проблема.
И я сказал, я знаю, когда я увлекаюсь чем-то, я полностью отсутствую.
В силу нашей истории предыдущей, в силу наших ранних отношений, как я себя вел.
Я знаю, как это делает тебе больно, и как ты себя чувствуешь безумно, безумно одинокой в этой ситуации, когда все на твоих плечах, и никто не поддерживает, и ты просто-просто одна, и тебя никто не любит.
И мне очень жаль, что так было, что я так себя вел в прошлом, и что до сих пор я могу полностью обо всем забыть, и так происходит.
Я прошу за это искреннее прощения.
И... Что в этот момент я делаю, я на самом деле делаю признание разрыва, признание отдаления, признание своей роли и возврат и искреннее извинение.
И это моментально сшивает обратно, моментально успокаивает другого человека, моментально сшивает.
Сшивка – это искусство, и очень тяжело к этому искусству прийти, если ты боишься быть уязвимым и показывать мягкий живот.
[59:40] Speaker A: В момент извинений ни в коем случае нельзя оправдывать свои действия.
Мы просто берем ответственность.
Я мог быть в стрессе, но это не оправдывает, как я с тобой разговаривал, например.
Я устал, но это не оправдывает того, что я сделал.
Поэтому я чувствовал усталость, но я прошу прощения за то, что я сделал.
Не ждите, что партнер должен извиняться в ответ.
Очень часто двоем поссорились, двое наговорили друг другу гадости.
Извинение – это вопрос достоинства индивидуального, а не группового.
Запомните, попросить прощения – это индивидуальное достоинство, а не групповое.
Мне без разницы передо мной извиняться или нет – Моя задача как достойного человека это сделать.
Это моя честь и достоинство это сделать.
И когда перед нами извиняются, мы не дети.
Позиция взрослого человека это подарить прощение в ответ на искренние извинения.
Очень часто я слышу от враждебно-зависимой пары, что я не верю в искренность этих извинений.
Это детская позиция.
У тебя нет задачи верить или не верить в искренность извинений.
У тебя есть задача быть взрослым, достойным человеком, который в ответ на извинения его дарит.
[1:01:10] Speaker A: И прощение означает мою готовность личную двигаться дальше вперед без сохранения этой обиды.
Я прощаю тебя, потому что знаю, что ты не хотел меня победить.
Я верю в твои намерения.
И если мы прощаем, мы больше не возвращаемся.
Мы учим наших партнеров.
Если вы дарите свое прощение, мы больше не возвращаемся к этому никогда.
Мы ставим точку один раз.
И это искусство и умение поставить точку один раз.
Следующее – это Ц. Ценим и не забываем позитивный прогресс.
Я постоянно напоминаю паре о прогрессе, который они делают, и прошу хвастаться этим прогрессом мне.
Моя задача, чтобы они научились хвалить друг друга, чтобы они научились вместе отмечать их победы и находить моменты.
Я помню, пара ко мне пришла, я в рамках правил конфликтов научил их спорить и ссориться по секундомеру.
Что это значит?
Как выглядит это упражнение? я вам говорю что ребята у вас очень много Ссор, конфликтов.
Поэтому для того, чтобы немного успокоиться, мы ссоримся всего лишь один раз в неделю 20 минут.
То есть мы записываем все, о чем мы хотим поговорить.
И у нас есть ровно 20 минут.
Мы ставим секундомер и начинаем рубиться.
И начинаем выдавать друг другу все, что у нас накопилось за неделю.
У нас все записано.
[1:02:36] Speaker A: Мы выдали.
Сколько выдали, столько выдали.
Как только прозвенел будильник, что все, 20 минут закончено, вы разошлись по своим углам.
И пара приходит, и они радуются, у нас получилось, мы четко минута в минуту смогли порубиться, 10 минут он, 10 минут она, у нас это начало получаться.
И они прямо как дети прыгают и радуются, что они освоили этот инструмент, и он для них работает, и мы всю неделю только записывали, мы не ругались.
В эти моменты, что я делаю, я углубляю их прогресс.
Я говорю, Лена, скажи, что ты такого сделала, что дало тебе возможность, вот лично тебе, что у тебя это получилось?
Или я там, Антон, а ты что сделал?
Что у тебя, как у тебя получилось?
Как ты с этим справился?
Что в тебе такого изменилось?
И они делятся этим прогрессом, они хвалят друг друга, они хвалят себя.
И это добавляет на самом деле очень много гештальта в процесс.
Последнее А. Активация дифференциации.
Мы останавливаем диалог, как только видим, что один из партнеров предполагает, что другой должен угадывать его мысли или желания, и мы обращаем внимание на партнеров, что другой не в состоянии читать мысли.
[1:03:54] Speaker A: Когда они говорят «мы» вместо «я» либо «ты» вместо «я», когда они обвиняют другого и видят в нем проблему, мы образовываем их и объясняем, что… Мы здесь дифференцируемся, поэтому мы берем ответственность на себя.
Мы настаиваем на том, чтобы они делали акты дифференциации, чтобы они находили друзей вне отношений, чтобы у них была какая-то активность вне отношений, реализация вне отношений, иногда отдельные отпуска.
И мы учим принимать противоположные позиции друг друга и не разрывать из-за этого контакт, и оставаться тем не менее в диалоге друг с другом.
Так, на этом мы закончили колесницу.
Буквально короткий комментарий по распределению времени в сессии.
Если вы вдруг решили больше времени уделить одному из партнеров, то вам нужно объяснить другому, почему вы это делаете.
То есть пара должна видеть, что вы знаете направление работы для обоих партнеров.
И в работе с рожденно-зависимой парой мы особое внимание уделяем формулировкам нашим и ни в коем случае не ищем виноватого.
То есть очень часто коуч присоединится к одному из партнеров.
Вы должны хорошо осознавать, что вы присоединяетесь и быть безумно-безумно осторожными в своих формулировках.

[1:05:15] Speaker A: Пара должна понять, что успех работы зависит от них обоих и что нет в их проблемах виноватого, что они вдвоем в этой лодке, им вдвоем выгребать, и нет кого-то из них, кто должен грести более активно, чем другой человек.
Какие эффективные задания я даю враждебно-зависимой паре?
Их три.
Первое – это упражнение постоянства контакта.
Вы его получили на третьем уроке, когда мы изучали проблему дифференциации.
То есть они должны каждую неделю быть в контакте, находить время для общего контакта.
Второе – мы просим их написать эссе с ответами на вопросы, что бы вы хотели прекратить делать, что бы вы хотели начать делать, что бы вы хотели понять, что является для вас самым важным, что мы должны сделать в первую очередь.
И я очень часто повторяю это упражнение каждые несколько сессий.
Я прошу написать это эссе, отправить мне.
И это установка границ в конфликте.
Это опросник.
Мы его можем прямо на сессии делать, либо мы можем дать его как домашнее задание.
Итак, что сегодня выучили?
Диагностику, основные проблемы, какие особенности этой пары.
Выучили алгоритм колесница и поняли, как работать с конфликтами.
Друзья, на этом все.
[1:06:29] Speaker A: Домашнее задание – определить свои неэффективные стратегии поведения и самим пройти опросник и остальные упражнения.
С Бадди делимся результатами.
На этом, ребята, все.
Всех обнимаю.
Хочу, чтобы вы этот урок посмотрели несколько раз, ребята.
Это то, что сделает вас прямо очень-очень сильными, когда вы будете работать с враждебно-зависимой парой.
Вам это очень поможет.
И отработайте, пожалуйста, этот алгоритм.
Он должен быть в вашей голове.
Вы должны на каждом этапе понимать, где вы в алгоритме и что вы сейчас делаете.
Окей?
Все.
Люблю.
До скорого.

Итоги простым языком

О чем было обучение:

Это пятый урок, посвященный работе с враждебно-зависимой парой — самым частым и самым сложным типом клиентов в парном коучинге. Спикер (Миша) подробно разбирает, как диагностировать такую пару, какие у них основные проблемы (проекция, неспособность брать ответственность, отсутствие эмпатии, третий фактор) и дает пошаговый алгоритм работы под названием «Колесница» (аббревиатура из 8 шагов). В конце — практические инструменты и домашние задания.

Главные мысли:

Враждебно-зависимая пара: «не могу с тобой и не могу без тебя». Это пары, которые постоянно ссорятся, обвиняют друг друга, но при этом панически боятся расставания. Они используют огромную энергию (которая изначально была любовью) деструктивно, чтобы делать друг другу больно.
Три главные проблемы таких пар:

Хотят того, что им не нужно, и нуждаются в том, чего не хотят (не понимают разницы).
Считают, что проблема всегда в другом, и требуют, чтобы партнер их исцелил (партнер — не лекарь детских проблем, а зеркало).
Очень плохо удерживают позитивный прогресс (скатываются обратно в паттерны).

Диагностические признаки враждебно-зависимой пары:

Открыто выражают гнев, горечь, обвинения (не стесняются).
Конкурируют, ригидные границы, может быть насилие.
Длительная история обид и травмирующих событий.
Сильная проекция (партнер становится причиной их чувств).
Один открыто агрессивный, другой — пассивно-агрессивный.
Наличие третьего фактора (зависимость: алкоголь, секс, работа, игры) — партнеры используют его как оружие друг против друга.
Часто приходят уже «в конце пути», в точке невозврата.

Восемь частых проблем, с которыми сталкивается коуч (и как их решать):

Высокая чувствительность и возгораемость — быстро эскалирующийся конфликт. Коуч должен иметь большую эмоциональную емкость (не бояться агрессии).
Не хотят брать ответственность — боятся уязвимости («мягкого живота»).
Проекция — коучу важно не присоединяться к обвинениям, видеть только фрагмент картины.
Постоянная ретравматизация — пары не умеют восстанавливать связь после разрыва.
Отсутствие механизма разрешения конфликтов — просто убегают и зализывают раны.
Хотят регрессировать — вернуться в прошлое, когда было хорошо (но это невозможно).
Высокая потребность в близости, но не умеют её удерживать (особенно избегающие партнеры замораживаются при сближении).

Алгоритм «Колесница» (8 шагов для работы с враждебно-зависимой парой):

К — конфликт должен быть сразу погашен. Коуч — лидер. Гасит конфликт, фиксирует внимание на себе. Если нужно — возвращает в «здесь и сейчас» (заземление через тело). Каждый конфликт используется как возможность обучить пару.
О — ответственность за себя, свои цели, свое поведение. Борьба с проекцией. Переход от «ты-сообщений» к «я-сообщениям». Фраза: «Не ты меня исцеляешь и не я тебя, а мы исцеляемся вместе».
Л — личные границы и правила конфликтов. Упражнение «Установка границ в конфликте» (4 вопроса: что разрешаю себе, что запрещаю себе, что не хочу, чтобы делали со мной, что хочу, чтобы делали со мной). Совпадающие пункты становятся общими правилами.
Е — естественный юмор. Снижать градус напряжения, показывать, что проблема не такая страшная. Юмор помогает паре легче проходить через сложности.
С — стоп при травматизации. Осознанность о травмах партнера. Использование эмоционального моста (регрессия в детство через эмоцию), чтобы партнер увидел и понял боль другого из прошлого.
Н — негативные циклы понятны и осознаны. Алгоритм TRES: Триггер → Реакция → Эскалация → Завершение. Показать паре их цикл и объяснить, что разбить его можно, изменив реакцию (взяв ответственность за себя).
И — извинение и сшивка. Признать разрыв, признать свою роль, искренне извиниться (без оправданий). Извинение — вопрос индивидуального достоинства, не ждать извинений в ответ. Прощение дарить как взрослый человек, веря в намерения партнера. Поставить точку один раз и не возвращаться.
Ц — ценить позитивный прогресс. Хвалить друг друга, отмечать победы (например, ссора по секундомеру 20 минут в неделю). Углублять прогресс вопросами «что ты сделал, что у тебя получилось?»
А — активация дифференциации. Останавливать, когда партнер предполагает, что другой должен читать мысли. Учить говорить «я» вместо «мы» или «ты». Поощрять отдельную активность, друзей, хобби вне отношений. Учить принимать противоположные позиции, не разрывая контакт.

Важные предупреждения:

Перед началом работы задать дополнительные вопросы: есть ли зависимости (и направить к специалисту по зависимостям), есть ли физическое насилие (если постоянное — рекомендовать разойтись).
Коучу нельзя искать виноватого. Успех зависит от обоих, они в одной лодке.
Коуч должен быть осторожен в формулировках, чтобы не присоединиться к одному из партнеров.
Если больше времени уделяете одному партнеру — объяснить другому, почему.

В чем суть информации (логика спикера):

Миша дает полный «боевой» протокол для самого сложного типа пар. Логика: сначала жесткая диагностика (есть ли зависимость и насилие — это красные флаги). Затем — пошаговое подавление конфликта и переход к ответственности, границам, юмору, работе с травмой, осознанию циклов, искусству извинений, фиксации прогресса и активации дифференциации. Главная метафора: энергия, которая сейчас уходит на разрушение, изначально была энергией огромной любви. Задача коуча — перенаправить эту энергию на развитие и любовь. Ключевая фраза: «Не ты меня исцеляешь и не я тебя, а мы исцеляемся вместе». Алгоритм «Колесница» — это практический инструмент, который коуч должен выучить наизусть и применять последовательно на каждой сессии с враждебно-зависимой парой.