Урок истории
Давным-давно, без малого 500 лет назад, в 1558 году, один московский царь, за доброту и благодушие прозванный Грозным, решил устроить небольшую победоносную войну со своим более слабым западным соседом - Ливонской конфедерацией.
Формальным casus belli послужил старый спор вокруг так называемой Юрьевской дани. Но за формальным поводом стояли куда более серьёзные интересы Москвы — стремление расширить своё влияние в восточной Балтике и не допустить дальнейшего сближения Ливонии с более сильными соседями.
Реализовать этот внешнеполитический план в реалиях XVI века предполагалось при помощи оружия. Военная сила вообще была вполне привычным для Ивана IV способом решения внутренних и внешних политических проблем. Но в этот раз что-то пошло не так.
В начале военной кампании успех сопутствовал Ивану Васильевичу – он довольно быстро захватил значительную часть соседской территории, взял Нарву и Дерпт (Тарту в современной Эстонии) и фактически поставил Ливонскую конфедерацию на грань военно-политического краха.
Но у истории свои законы. Справедливости ради, в оправдание Ивана Грозного можно сказать, что учиться на подобных ошибках предшественников он не имел технической возможности — по причине отсутствия оных…Потому и городил свои собственные, на которых впоследствии могли бы учиться желающие пойти по той же скользкой от крови дорожке…
Через несколько лет после первых военных успехов случилось то самое, чего Иван стремился избежать, начиная войну.
Ливонская конфедерация развалилась, но её территории достались не Москве. Распад Ливонии превратил локальную войну в борьбу за её наследство, в которую оказались вовлечены Литва, Польша, Швеция и Дания.
То, что задумывалось как маленькая победоносная война со слабым соседом, превратилось в затяжной конфликт с несколькими западными державами. Одновременное противостояние с ними явно не входило в первоначальные планы Московского царя.
Злую шутку с Иваном сыграли окрыляющие военные успехи первого этапа его кампании - в итоге они обернулись стратегической ловушкой… Дальнейшая история показала, насколько дорогим для России оказалось решение продолжать борьбу за Ливонию. Война растянулась на долгую четверть века...
Военная сила и насилие вообще занимали важное место в политическом инструментарии Ивана IV. Внутри страны это позднее достигло крайнего выражения в опричнине; во внешней политике одним из самых дорогостоящих решений стала затянувшаяся на четверть века борьба за Ливонию.
Выход из войны, которую, как и многие другие войны, оказалось гораздо легче начать, чем закончить, пришлось оформлять вынужденными соглашениями о перемириях.
По Ям-Запольскому перемирию с Речью Посполитой Москва отказалась от своих завоеваний в Ливонии, а по Плюсскому перемирию со Швецией лишилась также ряда собственных важных крепостей и территорий на северо-западе…
Результат 25-летней Ливонской войны сегодня вполне можно назвать тяжёлым стратегическим поражением России.
Через два года после заключения Ям-Запольского перемирия с Речью Посполитой Иван Грозный умер… Отойдя в мир иной, Иван IV оставил своему преемнику государство, которое проиграло войну и было серьёзно потрясено совокупностью военного поражения, опричного террора, набегов Крымских татар и глубокого хозяйственного кризиса.
Спустя примерно два десятилетия после окончания Ливонской войны Россия вошла в гораздо более тяжёлый кризис, который чуть не привёл к распаду государства. Было бы слишком просто объявлять Смуту следствием лишь проигранной Ливонской войны: между этими событиями в России были и другие потрясения - пресечение династии Рюриковичей, отчаянная борьба элит за власть, страшный голод...
Однако четверть века войны, опричнина и хозяйственное разорение стали частью тяжелого наследства предыдущей эпохи.
В начале XVII века началось Смутное время: хаос, террор, беззаконие, грызня элит, массовое обнищание, гражданская война, внешняя интервенция…
Внутренний политический распад дошёл до того, что в 1610 году, во время войны с Речью Посполитой, часть московской элиты согласилась признать русским царём сына польского короля — королевича Владислава…
Дальнейшая история России показывает, какую цену порой приходится платить поколениям людей, не имевших никакого отношения к принятию судьбоносных решений их правителями.
А история давней Ливонской войны простым языком говорит, каким абсурдом и бедствиями для целого народа может закончиться война, одной из целей которой было предотвращение предполагаемой внешней угрозы, — если в результате она сама многократно увеличивает эту угрозу.
Переписывать историю, чтобы сделать её удобной очередному дорвавшемуся до власти дурачку, вместо того чтобы критически изучать ее наиболее болезненные уроки? - Это то же самое, что клеить пластырь на то место, куда в очередной раз прилетят знакомые грабли, от которых весь лоб в шишках - вместо того, чтобы просто убрать эти грабли с дорожки…
Все события невыученной истории вышиты кровавой ниткой человеческих страданий…
История России показывает, что колоссальный вред и разрушения эта страна способна причинить себе сама – причём в таких масштабах, о которых не могли мечтать даже её сильнейшие противники.
В раздорах, коррупции и бездарном управлении Россия неоднократно демонстрировала способность разрушаться изнутри, самостоятельно доходить до отчаяния и, спасаясь от самой себя, порой даже искать помощи у собственных врагов.
Загнав сама себя в угол и выбирая из двух зол меньшее, Россия порой оказывалась готова искать спасения даже у внешнего врага — если внутренний казался страшнее.
История говорит языком фактов… И некоторые из этих фактов довольно неприятно признавать…
Россия может покориться. Может принять унизительное поражение в войне. Может распасться на части. И во всех этих бедах — сохранить тлеющую искру надежды, чтобы однажды снова восстать из пепла. Из пепла собственного самосожжения.
Похоже, двуглавый российский орёл слишком буквально понял легенду о Фениксе и позавидовал его славе. И вот, для того чтобы восстать из пепла, он снова и снова поджигает собственное гнездо.
В любой шутке есть доля шутки.
Но нет ничего смешного в маниакальном стремлении целого государства повторять один и тот же кровавый исторический цикл, снова и снова расплачиваясь за него огромным количеством человеческих жизней. А затем пытаться выдать за предмет национальной гордости выстраданную способность своего народа выживать в катастрофах.
О чём этот текст, кроме очевидных аналогий? А вот о чём:
История сама по себе нейтральна. Токсичной её делают попытки превратить прошлое в предмет национального самолюбования и инструмент политической манипуляции. При этом теряется самое ценное, что история может дать любому народу: возможность признать собственные ошибки, понять их причины и стараться больше их не повторять.
Потому что, отказываясь честно смотреть в собственное прошлое, можно очень легко лишить себя будущего.