[Fandom tale] БОНУС-ТРЕК: РЕВНОСТЬ
18+ | Предназначено для личного ознакомления и не является пропагандой. Запрещено копировать и распространять в любых форматах (DOC, PDF, FB2 и т.д.) Лица, нарушившие этот запрет, несут полную ответственность за свои действия и их последствия.
Проект: BESTIYA
Осень в Германии длится с сентября по ноябрь. Говорят, побывать здесь в это время — всё равно что прогуляться в осеннем сне, особенно ярко это чувствуется за пределами города. Погода в этот сезон прохладная, свежая и уютная, а пейзажи поражают красотой.
Чон Тхэ Ин давно почувствовал на себе эту магию. Он часто выходил на улицу, гулял по живописным местам, а устав, заходил в ближайшее кафе, чтобы передохнуть. Вдыхая свежий воздух с банкой холодного пива в руке, он улыбался: «Как же здесь приятно». Но в глубине души сожалел, что не может разделить эту прогулку со своим братом.
Чон Тхэ Ин до сих пор помнит, как месяц назад Джэ Ин приезжал к нему в гости. Хотя тот говорил, что просто заглянул в Германию, его настоящей целью была конференция по космической науке в Гамбурге. На это мероприятие съехались представители *NASA, *РКА, *ESA и других космических агентств. Имя Чон Джэ Ина давно было у всех на слуху, и его пригласили на конференцию, с нетерпением ожидая встречи.
Чон Джэ Ин согласился и приехал, но Чон Тхэ Ину этот визит запомнился по другой причине…
Пережив утомительный, но страстный сеанс любви с Илаем, вернувшимся домой после двух месяцев работы, Чон Тхэ Ин лежал в халате, тяжело вздыхая — чистый, но обессиленный.
— Чёрт... Илай... — пробурчал он сквозь зубы, посматривая в сторону ванной, где шумела вода, — так и помереть недолго.
С болью в пояснице, словно он только что упал с седьмого этажа, он сник и уткнулся лицом в подушку.
Чон Тхэ Ин взглянул на телефон на тумбочке рядом.
Хотя он лежал совсем рядом, в этот момент казалось, будто до него тысячи километров. Измученный и сонный, он решил не брать трубку и закрыл глаза, пока Илай принимал душ.
— Слушаю, — он не стал смотреть на экран и сразу ответил на звонок.
На другом конце линии раздался знакомый, мягкий голос.
Голос брата заставил Чон Тхэ Ина мгновенно подняться с постели.
— Ох... Джэ Ин-хён, — прошептал он, потирая поясницу.
Медленно садясь и опираясь на кровать, он попытался сосредоточиться на разговоре, внутренне ругая Илая за то, что тот довёл его до изнеможения.
Звук льющейся воды в ванной неожиданно стих.
[…извини за поздний звонок, ты спал?] — спросил Чон Джэ Ин.
Видимо брат уловил в его голосе усталость и лёгкую хрипоту. Услышав вопрос, Чон Тхэ Ин немного смутился, закусил губу и ответил.
— Нет… всё в порядке. Я только собирался ложиться, но как у тебя дела? Всё в порядке?
[Да, всё хорошо, просто хотел сказать, что, возможно, на следующей неделе поеду в Гамбург] — голос Чон Джэ Ина слегка дрожал, будто за простыми словами скрывалась усталость, что не могло не беспокоить Чон Тхэ Ина.
— А в Берлин заедешь? — с надеждой спросил он, представляя встречу, хоть и понимая, что брат, возможно, будет слишком занят.
[Да, заеду] — ответил Чон Джэ Ин.
Это мгновенно подняло настроение Чон Тхэ Ину.
— Может, встретить тебя в аэропорту? — радостно предложил он.
Илай, уже обмотанный одним полотенцем, вышел из ванной, вытирая волосы.
[Не стоит, Рахман обо всём позаботится] — произнёс Чон Джэ Ин, и в этот момент услышал сдержанный вскрик младшего брата.
[...Тхэ Ин? Ты в порядке?] — с лёгким беспокойством спросил он, не зная, что в этот момент Илай, приблизившись сзади, обнял Чон Тхэ Ина, прижав его к своей груди.
— Я... я на связи, — поспешно ответил Чон Тхэ Ин, пытаясь сосредоточиться на разговоре с братом, — передам Кайлу, что ты заедешь, так что если всё сложится, увидимся... хён, ммм…
Чон Тхэ Ин ещё не успел отключить телефон, как в этот момент Илай, отодвинув полотенце, прижался к его телу, целуя его и оставляя отметки на коже, из-за чего он не смог сдержать тихий стон.
На другом конце Чон Джэ Ин, осознав ситуацию, не стал его смущать. Он едва заметно нахмурился, чувствуя странное, невыразимое чувство, но постарался не выдать этого.
[Ну... тогда скоро увидимся. Береги себя, Тхэ Ин.]
Чон Джэ Ин положил трубку, завершив разговор.
Повесив трубку, Чон Тхэ Ин сурово посмотрел на Илая и возмущённо сказал:
— Эй, ты же слышал, что я разговаривал с братом! Почему ты продолжаешь делать то, что тебе вздумается?
В ответ Илай медленно стянул его нижнее белье, а затем, цокнув языком, посмотрел на него.
— Тск... не люблю, когда он тебе звонит посреди ночи, — ответил Илай, с силой уложив Чон Тхэ Ина на матрас и натянув одеяло, чтобы прикрыть его тело.
— Почему? Это же мой брат, почему ты… — начал Чон Тхэ Ин, но Илай не дал ему договорить, схватив за подбородок и наклонившись для поцелуя.
Его язык, вторгшись в рот Чон Тхэ Ина, властно захватил его.
Когда Илай отстранился, Чон Тхэ Ин уже обессиленно лежал, и это явно принесло Илаю удовлетворение.
— Ложись спать, — сказал он, потянувшись, чтобы выключить ночник.
Чон Тхэ Ин хотел возразить, но был слишком ошеломлён последними словами Илая.
— Ну… я подумал, что ты устал, но если это не так… давай продолжим, — произнёс Илай, слегка улыбаясь и ложась рядом с Чон Тхэ Ином.
Тот, быстро натянув одеяло, пробормотал:
— Нет-нет, я устал и уже засыпаю! Спокойной ночи.
Илай, глядя на его испуганный вид, рассмеялся.
— Убери одеяло с лица, задохнёшься, — сказал он, приподнимая одеяло, чтобы Чон Тхэ Ин смог дышать свободно.
Лицо Чон Тхэ Ина напряглось, когда он подумал: «Это из-за твоих шуточек у меня может перехватить дыхание»… — но вскоре его веки стали тяжёлыми, и он заснул.
Слушая его ровное дыхание, Илай закрыл глаза и, обняв его крепче, тоже погрузился в сон, подстраивая своё дыхание в унисон с его.
Чон Джэ Ин отключил телефон и посмотрел на звёздное небо, стоя на балконе просторного восточного особняка — в своём любимом месте для размышлений. В этот момент сзади к нему подошёл Рахман и обнял его.
— Закончил? — мягко спросил Рахман по-арабски.
— Да, всё сказал, — ответил Чон Джэ Ин, но его мысли были далеко.
Не нужно было спрашивать о содержании разговора — Рахман и так знал его досконально.
Заботясь о безопасности Чон Джэ Ина, он установил в доме самую современную систему охраны. Но, несмотря на то, что его звонок был подслушан, Чон Джэ Ин не выглядел расстроенным.
Мягко повернув Чон Джэ Ина к себе, Рахман заглянул ему в глаза. Он легко читал его мысли, словно заглядывал в открытую книгу, но сейчас эти мысли ему не нравились. Тем не менее, он не стал вдаваться в лишние вопросы и решил сменить тему, хотя понимал, что Чон Джэ Ин беспокоится о брате и его отношениях с Риглоу.
— Всё уже организовано. Жаль, что я не смогу поехать с тобой в Гамбург, — мягко сказал Рахман, глядя на него.
— В этот раз твои меры предосторожности на удивление строгие, — заметил Чон Джэ Ин, глядя на него.
Рахман лишь улыбнулся, глядя на него.
— И всё равно этого недостаточно.
— Команда наёмников, телохранители, эскорт — я чувствую, что этого более чем достаточно, — спокойно ответил Чон Джэ Ин, принимая заботу Рахмана.
— Удача защитит тебя, но позволь и мне внести свой вклад, — тихо сказал Рахман, склонившись и нежно целуя его волосы, глаза, нос и, наконец, губы.
Чон Джэ Ин ответил, позволив языкам встретиться в долгом поцелуе. Когда поцелуй закончился, он тяжело вздохнул и пробормотал:
Щёки Джэ Ина слегка порозовели, и Рахман, заметив это, с радостью обнял его и повёл обратно в спальню.
На следующее утро за завтраком Кайл листал свежие газеты, которые Рита принесла ему утром, просматривая заголовки. Закончив с последней страницей, он посмотрел на часы и отметил про себя, что уже поздновато.
Заметив, что Рита не собирается подниматься, чтобы позвать остальных к завтраку, он слегка удивился.
— Они не собираются спускаться? — поинтересовался Кайл, складывая газету.
— Пять минут назад я заходила на второй этаж позвать мистера Тэя, но кажется они с младшим хозяином что-то не поделили. Поэтому я решила оставить их в покое, — проворчала Рита, глядя на Кайла.
Она хотела бы сказать, что спорить с утра — не лучшее начало дня, но ограничилась тем, что отошла в сторону, не вмешиваясь.
«Хм, интересно, что у них там опять случилось», — задумался Кайл, но тут же вернулся к своему кофе.
Рита заметила это и напомнила:
— Хозяин, это, кстати, последний кофе на сегодня.
— Ох, знаю, знаю, — ответил Кайл с кривоватой улыбкой.
В следующий момент в столовую вошли Чон Тхэ Ин и Илай. Кайлу сразу бросилось в глаза, что оба выглядят неважно.
— Доброе утро, Кайл, — улыбнулся Чон Тхэ Ин, садясь за стол, в то время как Илай молча сел напротив.
— Доброе утро, Тэй, — отозвался Кайл, затем посмотрел на Илая, словно собираясь что-то сказать, но, заметив его взгляд, решил промолчать и просто наблюдать.
Рита поставила перед Чон Тхэ Ином и Илаем тарелки с тостами и овощным салатом.
— Спасибо, Рита, — тепло поблагодарил Чон Тхэ Ин, берясь за вилку.
— Ах да, Кайл, — Чон Тхэ Ин словно вспомнив о чём-то, отложил вилку и посмотрел на него.
— На следующей неделе Джэ Ин-хён поедет на конференцию в Гамбург и планирует заехать в Берлин, — пояснил Тэй с улыбкой.
— О, может, тогда предложим ему остановиться здесь? Вам так будет проще пообщаться друг с другом. К тому же вы давно не виделись, — предложил Кайл, сложив руки, — я попрошу Джеймса подготовить машину.
После этих слов лицо Илая на секунду приняло странное выражение, словно он вспомнил что-то неприятное.
— Спасибо, но не нужно. Хён сказал, что Рахман уже всё устроил, так что, возможно, он приедет прямо сюда, — поспешно поблагодарил Чон Тхэ Ин.
Кайл напрягся, услышав имя Рахмана. Мысль о том, что ему придётся пожимать руку человеку, дом которого разрушил его младший брат, заставила его вспотеть.
Впрочем, он не подал виду и уточнил:
— Так Рахман тоже собирается приехать?
Кайл не возражал бы принять его у себя, но, учитывая, что Илай только что вернулся с долгой командировки, он не был уверен, что время подходящее.
— Я точно не знаю, Джэ Ин-хён этого не уточнял, но скорее всего он приедет один, не волнуйся, — успокоил его Чон Тхэ Ин, уловив беспокойство Кайла.
— Хах, всё хорошо, всем рад, — сказал Кайл, кивая в знак благодарности за заботу, хотя в глубине души его беспокоил Илай.
Они продолжали беседу, пока завтрак не подошёл к концу.
— Аха-ха-ха, значит, мальчик Джэ Ин придет к тебе, когда Илай тоже будет дома, ха-ха-ха — с ЖК-экрана раздавался весёлый смех Чан Ина.
Находившийся по эту сторону экрана Кайл, уныло смотрел на этого друга..
— Хватит смеяться, — жалобно проговорил Кайл, — ты не представляешь, как я устал. Я люблю обоих твоих племянников, но рядом с Илаем... Я просто не знаю, как справлюсь.
— Ну, они уже большие мальчики, но надо признать — это будет интересно. Особенно учитывая, как Рик «умеет» справляться с гневом.
— Каждый раз, вспоминая тот инцидент во Франкфурте, меня охватывает ещё большее беспокойство, — Кайл сцепил пальцы в замке и нахмурился, в то время как Чан Ин продолжал беззаботно смеяться на другом конца света, — ты совсем не волнуешься?
Смех Чан Ина на миг стих, и в его взгляде мелькнула тень вины.
— Конечно, я помню тот случай, — задумчиво сказал он, — тогда ведь Тхэ Ина по ошибке похитили вместо Джэ Ина, и Рик чуть его не убил, приняв за брата, — Чан Ин замолчал, его взгляд был серьёзен, но спустя несколько секунд он вновь перешел на шутливый тон.
— Так значит Тхэ Ин заявил Рику, что тоже собирается на конференцию? — спросил он, хотя уже знал ответ.
— При Илае это невозможно, — покачал головой Кайл, вглядываясь в лицо друга, — разве что он решит сбежать.
— Да, конечно, если Тхэ Ин сбежит, тебе лучше отправить спецназ вслед за ним, — поддразнил он, как будто не замечая, насколько Кайл взволнован.
— Возможно, тебе и смешно, но я думаю, может мне всё-таки стоит нанять кого-то для охраны Джэ Ина, — ответил Кайл, бессильно вздыхая, — хотя, честно говоря, Рахман уже всё устроил. Но я всё равно боюсь худшего.
— Ты сейчас подразумеваешь закон Мерфи? — послышался с экрана хохот Чан Ина.
[Прим.: Закон Мерфи — это популярная поговорка, гласящая: «Если что-то может пойти не так, оно пойдёт не так.» Этот принцип отражает идею, что события, которые могут привести к ошибкам или нежелательным последствиям, скорее всего, произойдут, особенно если не принять все необходимые меры предосторожности.]
— Твои притворные утешения мне не помогают, — покачал головой Кайл, — сам подумай: если что-то случится с Тхэ Ином, в лучшем случае мой дом превратится в поле боя... или в военную базу, или... ну, ты понял, — он ощутил, как внутри начинает нарастать паника, — ты бы видел, как Илай смотрел на меня за завтраком, когда я предложил Джэю остановиться у нас. Я боюсь, что он что-то затевает. А если вдруг он разозлится — он ведь знает адреса всех моих хранилищ.
— ...ты ведь звонишь не для того, чтобы попросить меня укрыть твои драгоценные книги? — после недолгого молчания спросил Чан Ин, и на лице Кайла отразилось явное облегчение — наконец-то он понял.
Кайл больше не скрывал этого и обнял экран, изобразив жалобное лицо.
— Чан Ин, ты же понимаешь, как ценны для меня эти книги! Ты должен меня понять! — умолял Кайл, словно цепляясь за последнюю надежду.
Видя отчаяние друга, Чан Ину стало его жаль. Если уж случится худший сценарий, о котором говорил Кайл, то действительно могла бы начаться маленькая Третья мировая война. Чтобы хоть немного утешить друга, он серьёзно ответил:
— Думаю, пока тебе не стоит паниковать. Если что-то случится, обещаю спрятать твои книги надёжно. Но, пожалуйста, постарайся не допустить катастрофы, ладно? Ты же знаешь, я верю в твою способность всё уладить. На крайний случай у тебя ведь есть Джеймс. Он ведь ещё не уволился?
Но как только он закончил, Кайл тут же воскликнул, сжав руки перед экраном:
— Нет-нет, Чан Ин, умоляю, забери их прямо сейчас! Ведь среди них — «Прикосновение» Позли, «Гармония» Генри Марча и многие другие!
— Знаешь, каждый раз, когда ты говоришь о книгах, твой голос дрожит от волнения. Ты и правда так взволнован от одной только мысли, — не унимался Чан Ин, поддразнивая его.
Кайл тяжело вздохнул, обхватив голову руками — он наконец осознал, что ему не стоит рассчитывать на поддержку этого жестокого друга. Чан Ин, кажется, просто забавлялся его тревогами, явно не разделяя его беспокойства.
Чан Ин не мог сдержать улыбки, глядя на драматичное выражение лица Кайла. Впрочем, в глубине души он надеялся, что у его племянников всё пройдет гладко и без происшествий.
Частный самолет Рахмана приземлился в международном аэропорту Тегель.
[Прим.: До 2020 г. основным аэропортом Берлина был Тегель. Аэропорт Берлин-Бранденбург начал работу только в октябре 2020 года.]
После посадки Чон Джэ Ина тут же сопроводили к бронированной машине, за которой следовали ещё две. В это время водитель по телефону докладывал на арабском, что они направляются к резиденции Кайла Риглоу. Получив утвердительный ответ водитель положил трубку.
Телефон зазвонил снова. Увидев знакомое имя на экране, Чон Джэ Ин ответил ровным голосом:
[Всё ли было удобным в дороге?] — раздался спокойный голос Рахмана с другой стороны.
Несмотря на то, что он уже получил полный отчёт, ему хотелось услышать подтверждение лично.
— Было очень удобно, спасибо, — честно ответил Чон Джэ Ин.
Рахман, услышав это, улыбнулся.
[Мне очень приятно это слышать. Если что-то потребуется, не стесняйся сообщить. Я хочу, чтобы тебе было максимально комфортно] — добавил он, всё тем же спокойным и глубоким тоном.
Чон Джэ Ин уже привык к такому отношению, но каждый раз, слыша голос Рахмана, чувствовал лёгкое волнение, объяснить которое не мог.
— Мне было очень удобно. Ты предусмотрел всё до мелочей. Всё, что ты для меня делаешь, великолепно, — ответил он, чувствуя, как его мочки ушей слегка нагрелись. Он решил, что это из-за долгого разговора, и перенёс телефон к другому уху.
[Даже в постели?] — с лёгкой улыбкой спросил Рахман.
Чон Джэ Ин не дрогнул и спокойно ответил:
[Ха-ха-ха, хорошо, хорошо, услышав твои слова, я очень доволен. Ты, наверное, устал в дороге, так что отдохни как следует. Если тебе что-нибудь понадобится, просто свяжись с Маликом или позвони мне. Что бы это ни было, я отвечу. Особенно если тебе захочется… тепла.]
— Спасибо, но пока у меня всё есть. Если что-то понадобится, свяжусь, — быстро ответил Чон Джэ Ин и поспешно завершил звонок, чувствуя жар на лице. Теперь это точно было не от телефона.
Он отвернулся к окну, стараясь успокоиться, когда его мысли неожиданно прервал голос водителя.
— Мистер Джэ Ин, Вам не хорошо?
— Простите? — Чон Джэ Ин посмотрел на него с удивлением.
— Прошу прощения, но мне показалось, что Вам нездоровится. Может, заехать в больницу перед тем, как ехать к мистеру Риглоу? — пояснил водитель.
— Нет-нет,со мной всё в порядке, спасибо. Пожалуйста, просто продолжайте путь, — Чон Джэ Ин прикрыл ладонью щеку, стараясь охладить её, и снова повернулся к окну, пряча смущение.
Водитель кивнул, решив включить этот момент в отчёт, и сосредоточился на дороге.
Межличностные отношения часто сопровождаются серьёзными сложностями. Эмоции человека многогранны и порой очень нелегко поддаются контролю, хотя редко достигают крайностей вроде тех, что можно увидеть у безумного Рика. Чон Тхэ Ин всегда считал, что умение управлять своими эмоциями — фундамент спокойной и упорядоченной жизни — основа стабильной и гармоничной жизни.
Однако был человек, для которого это умение оставалось почти недосягаемым, и именно это беспокоило Чон Тхэ Ина. Он часто размышлял о том, чтобы поговорить с Илаем начистоту, попытаться донести, насколько важно держать себя в руках. И каждый раз, несмотря на самые искренние намерения, его попытки терпели неудачу.
Нельзя сказать, что тот был неспособен к самоконтролю, но иногда обстоятельства оказывались сильнее. В такие моменты Чон Тхэ Ину приходилось становиться невидимым барьером, чтобы либо защитить Илая от внешнего мира, либо окружающих от самого Илая. Второе случалось чаще.
Узнав, что Чон Джэ Ин планирует провести два дня в доме Кайла, у Илая сразу испортилось настроение. Почему-то само существование Чон Джэ Ина он воспринимал как угрозу. Но угрозу чего?
Илай редко прислушивался к чужому мнению. Если он принимал решение, никто не мог его остановить, ведь никто не хотел столкнуться с его опасной стороной. Но Чон Тхэ Ин был исключением.
«Я беспокоюсь за хёна», — подумал он, представляя, как сверкнут глаза Илая при встрече с Джэ Ином.
В такие моменты проявлялась его убийственная сущность — то, с чем Чон Тхэ Ин отчаянно пытался помогать ему сдерживать.
Он не надеялся, что Илай когда-либо поладит с его братом, но и не хотел постоянной вражды между ними. Пока конфликтов не возникало, жизнь казалась терпимой. А ещё, он испытал облегчение, когда узнал, что Рахман не приедет вместе с Джэ Ином.
Чон Тхэ Ин лежал на животе на кровати, обнимая подушку, и молча размышлял глядя на мужчину, который спокойно читал книгу.
«Лицо у него такое красивое, а вот внутренний мир…совершенно ненормальный», — Чон Тхэ Ин уткнулся лицом в подушку, пытаясь привести мысли в порядок.
Говорят, что со временем можно привыкнуть даже к самому непростому характеру, и в этом есть доля правды. Чон Тхэ Ин не просто привык — он сам изменился, и частично изменил Илая. Но всё же оставались грани его личности, которые невозможно было до конца принять. Несмотря на это, он знал: даже если бы ему предоставили шанс вернуться в прошлое, он снова выбрал бы быть рядом с этим мужчиной.
«А что, если нам с хёном скрыться от Илая на пару дней?» — мелькнула в голове мысль, но тут же исчезла, когда раздался голос:
— Ты бредишь, Тэй? — спросил Илай, снимая очки и бросая внимательный взгляд на замершего Чон Тхэ Ина.
— После всех этих лет вместе ты так и не запомнил одну простую истину? Повторить ещё раз? — Илай поднялся, положил книгу на полку и подошёл ближе.
Чон Тхэ Ин вдруг понял, что действительно забыл одну вещь, но совсем не ту, о которой говорил Илай. Он забыл, что этот чёртов парень умел читать его мысли.
— Эй, эй… я ведь не собираюсь убегать, — попытался оправдаться Чон Тхэ Ин, отступая к краю кровати.
— Ты не сможешь спрятаться от меня.
— Ты знаешь, что принадлежишь мне.
— Почему ты до сих пор продолжаешь повторять одно и то же? — Чон Тхэ Ин цокнул языком, стиснув подушку и сдержанно вздыхая, как будто смирившись.
Илай неожиданно замолчал, и Чон Тхэ Ин насторожился:
В следующую секунду Илай обнял его, уткнувшись лицом в изгиб шеи.
— Илай?!! — растерянно позвал Чон Тхэ Ин.
— Я хочу его убить, — произнёс Илай с таким холодным равнодушием, словно говорил о чём-то обыденном.
Чон Тхэ Ин замер, пытаясь осознать, кого именно он имел в виду.
Но, моргнув несколько раз, он внезапно понял.
— Ублюдок, как ты смеешь говорить такое о моём брате прямо мне в лицо?! — вспылил Чон Тхэ Ин, — к тому же, ты никогда не сможешь этого сделать.
— Знаешь? — Чон Тхэ Ин с трудом сдерживал себя от того, чтобы хорошенько ударить его, — ты знаешь и всё равно думаешь об этом?
— Я знал, что это расстроит тебя, поэтому отказался от этой идеи, — сказал Илай, его голос звучал спокойно, но напряжение в теле выдавало истинные эмоции.
Чон Тхэ Ин понимал, что ради него Илай порой переступал через собственные принципы и был ему благодарен, но…
— Каждый раз, когда он оказывается рядом с тобой, мне кажется, что произойдёт что-то плохое… а это всегда отражается на тебе, — продолжил Илай, сжимая его в объятиях ещё крепче.
В каждом его движении чувствовалась тревога.
«Он опять вспоминает о прошлом», — подумал Чон Тхэ Ин, осознавая истинную причину слов Илая.
Невидимая нить, соединяющая его с братом.
На самом деле Чон Тхэ Ин никогда не ощущал эту связь напрямую. Они просто обычные братья, которые искренне любят и переживают друг за друга. Им достаточно знать, что с каждым всё в порядке. Но их связь с Илаем была другой — глубже, крепче, нерушимей. Почему он этого не понимает?
Чон Тхэ Ин нежно провёл рукой по серебристым волосам Илая и его широкой спине, стараясь успокоить его. Кажется, это действительно помогло.
— Я в порядке, Илай. Пока ты рядом, что бы ни случилось, меня это не сломает... если, конечно, ты не станёшь действовать за моей спиной, — сказал он, мягко притягивая Илая к себе.
— Пока я жив, я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, — голос Илая потеплел, — никто не посмеет причинить тебе вред.
— Да, благодаря твоим стараниям никто даже не осмеливается подойти ко мне, — с притворной обречённостью проговорил Чон Тхэ Ин, — кроме того, что бы ни случилось, я не умру раньше тебя, и ты это знаешь.
Илай поднял голову и легко коснулся его лба губами.
— Тэй, никогда не смей рисковать собой.
Казалось взгляд Илая проникал прямо в его душу.
— Иначе я не знаю, что сделаю, — добавил он, понижая голос до ледяного тона.
— Да, похоже, мне придётся жить, чтобы мешать тебе совершать безрассудные поступки, так что успокойся, — улыбнулся Чон Тхэ Ин.
— Мм, — тихо ответил Илай, заключив его в объятия.
Так они и заснули, чувствуя присутствие друг друга.
Чон Тхэ Ин, держа ключи от машины, собирался отправиться в магазин по поручению Риты, когда во дворе внезапно встретил своего брата, следующего за улыбающимся Кайлом.
— Джэ Ин-хён! Я думал, ты приедешь только после обеда, — радостно воскликнул он, после чего последовали крепкие братские объятия.
— Рахман всё устроил, и мне не пришлось тратить время на регистрацию, так что всё прошло быстрее, чем я ожидал, — объяснил Чон Джэ Ин.
Кайл с улыбкой наблюдал за встречей двух братьев, игнорируя мрачный взгляд Джеймса, который был направлен на него из автомобиля.
— Кайл, вы, наверное, торопитесь, — заметил Чон Тхэ Ин, стараясь не встречаться взглядом с Джеймсом.
— Да, я просто поприветствую гостя и отправлюсь в офис, — ответил Кайл, мягко кивнув, — а ты, Тэй, куда направляешься?
— В город, — быстро ответил Чон Тхэ Ин, — Рита попросила кое-что купить.
Он надеялся, что Кайл поскорее вернётся к машине, так как напряжённый взгляд Джеймса заставлял его чувствовать себя неуютно.
— Жаль, что у меня нет времени, — с лёгким сожалением произнёс Кайл, бросив взгляд на Чон Джэ Ина, — мне бы хотелось поговорить подольше, продолжить наше обсуждение работ Петерса и Нойза.
— У нас встреча через полчаса, — холодно сказал Джеймс, выходя из машины и подходя ближе, — если Вы не поторопитесь, боюсь, я…
Кайл тяжело вздохнул, с грустью посмотрев на братьев.
— Ладно, мы ведь сможем поговорить вечером… тогда и обсудим. Тэй, проводи брата в его комнату. Хорошего дня.
Кайл наконец направился к машине, а Тэй проводил его взглядом, мысленно желая Кайлу пережить этот день без особых проблем.
— Ты не против, если я поеду с тобой? — тихо спросил Чон Джэ Ин, нарушив молчание.
— Конечно, — улыбнулся Чон Тхэ Ин, — ты не устал с дороги?
— Наоборот, я скорее отдохнул в пути.
— Тогда отлично, давно мы не проводили время вместе.
— Да, слишком давно, — согласился Чон Джэ Ин.
Братья направились к машине в молчаливом согласии. Им всегда было спокойно просто находиться рядом. Казалось, будто не было этой долгой многолетней разлуки.
Чон Тхэ Ин посмотрел в зеркало заднего вида и заметил две машины, следовавшие за ними.
— Это люди Рахмана? — спросил он, понимая, что в противном случае повод для волнения был бы серьёзным.
— Да, они нас охраняют, — спокойно ответил Чон Джэ Ин.
Чон Тхэ Ин облегченно вздохнул, расслабив руки на руле.
— Он дома? — внезапно спросил Чон Джэ Ин, нарушив молчание.
— Он? …ах… ты имеешь в виду Илая, — натянуто улыбнулся Чон Тхэ Ин.
Чон Джэ Ин слегка наклонил голову, задумавшись.
— Да, но утром уехал по делам в Дрезден. Вернётся только вечером.
Чон Тхэ Ин чувствовал, что брата что-то беспокоит, и догадывался, что именно. Дома с ним жил точно такой же беспокоящийся человек, и он пообещал себе, что попытается наладить отношения между ними.
Сопровождаемые охраной Рахмана, которая держалась на расстоянии, братья прогуливались по городу.
— Хён, тебя не напрягает этот постоянный контроль? — спросил Чон Тхэ Ин.
— Нет, я благодарен Рахману за его заботу. Всё это он делает для меня.
— Я рад, — ответил Чон Тхэ Ин, думая, что если его брат счастлив, значит ему этого достаточно.
Чон Тхэ Ину нравилось жить в мире и спокойствии. Когда никто не ссорится, и сердце радуется простым вещам. Он подумал: если бы несколько лет назад кто-то сказал ему, что он будет испытывать такие умиротворяющие чувства рядом с этим сумасшедшим, и что этот человек будет заботиться о нём и любить его, — он бы не поверил.
Усмехнувшись своим мыслям он взглянул на брата.
— Хён, я рад, что у тебя всё хорошо. У меня тоже...
— Знаешь… раньше я думал, что было бы, если бы я пожелал вас разлучить, — задумчиво произнёс Чон Джэ Ин.
Чон Тхэ Ин убрал улыбку с лица и серьёзно посмотрел на брата.
— Думаю, тогда произошло бы что-то очень плохое. Хён, знаешь, даже я бы тогда засомневался в твоей удаче…
— Именно поэтому я никогда этого не делал. Я хочу, чтобы ты был счастлив. По-настоящему счастлив.
— Знаю, хён. Я действительно счастлив.
Джэ Ин снова кивнул, словно принял эти слова, и продолжил идти вперёд. Идя рядом с братом, Чон Тхэ Ин вдруг ощутил себя настоящим счастливчиком: не только Илай готов поступиться своими принципами ради него, но и хён, несмотря на свои чувства, никогда не сделает ничего, что сможет причинить ему боль. Любовь и преданность двух таких людей — это действительно великая удача.
Наполненный счастьем и радостью от встречи, Чон Тхэ Ин смотрел в будущее с уверенностью и верой в лучшее.
Вернувшись домой, они увидели две припаркованные машины. Одна принадлежала Илаю, а вторая кажется...
Направляясь к дому, впереди они заметили знакомую фигуру прямо возле двери.
Услышав своё имя, элегантный молодой человек с золотистыми волосами обернулся. Его пронзительный взгляд пробежался по лицу Чон Тхэ Ина, затем скользнул к его брату. В глазах Кристофера мелькнуло нечто похожее на лёгкую насмешку.
— Вижу, Рахман всё-таки позволяет немного свободы? — его голос был ровным и, как обычно, безэмоциональным, но Джэ Ин не обиделся, а даже напротив, улыбнулся.
— Могу ли я надеяться услышать ещё какие-нибудь интересные истории из вашего с Тэем детства?
Услышав слова Кристофера Чон Тхэ Ин удивлённо посмотрел то на него, то на брата.
— Когда я работал у Аль Фейсала, мы часто общались, и твой брат рассказывал о тебе весьма примечательные вещи, — проговорил Кристофер.
— Интересные истории? Какие это? — нахмурился Чон Тхэ Ин.
— Ну, например, когда ты служил в армии, кто-то из твоих коллег подшутил над тобой, из-за чего ты получил наказание и должен был чистить всю казарму до блеска, пока офицеры не остались довольны. Как ты был зол и ругался… после этого ты ещё долго не мог успокоиться.
Чон Тхэ Ин резко выдохнул, словно пытаясь сдуть воспоминание прочь.
— Странно… — протянул Кристофер, сузив глаза.
Его взгляд пронзал насквозь, заставляя Чон Тхэ Ина чувствовать себя так, словно он находится под пристальным наблюдением.
— Что странно? — подозрительно спросил тот.
— Кажется… я никогда не видел тебя по-настоящему рассерженным.
— Нет, Тхэ Ин может разозлиться, — вмешался Чон Джэ Ин, искоса взглянув на брата, — если считает, что происходит какая-то несправедливость. Вот, например, однажды в клубе…
— Эй, эй! — Чон Тхэ Ин резко развернулся к брату, поспешно прикрывая ему рот ладонью.
Кровь бросилась в лицо, тело напряглось. Сейчас было совершенно не время для таких разговоров.
— Давайте, пожалуйста, зайдём в дом, — прохрипел он, пытаясь сменить тему.
Но Кристофер, не отрывая пристального взгляда от Чон Тхэ Ина, склонил голову на бок, словно оценивая, и обратился к Чон Джэ Ину:
— Позднее я бы не отказался услышать продолжение этой истории. Уверен, она весьма захватывающая.
Чон Джэ Ин лишь улыбнулся, а Тхэ Ин в немом удивлении уставился на брата.
Что с тобой случилось, брат? Откуда вдруг эта общительность? Что с тобой сотворил этот шейх, что ты так изменился? До сплетен опустился…
Судорожно вздохнув, Чон Тхэ Ин сделал приглашающий жест руками и повёл их за собой к дому.
Погрузившись в свои мысли, он не заметил двух напряжённых взглядов, направленных на них из окна первого этажа.
— Рита, я купил всё, что ты просила. Можешь проверить, правильно ли всё и в достаточном количестве? — Чон Тхэ Ин начал вынимать покупки из сумки, сверяясь со списком.
Пока он был занят с Ритой, Кристофер молча наблюдал за ним, а Джэ Ин, в свою очередь, внимательно изучал Кристофера, явно погружённый в свои мысли.
— Я рад, что рядом с Тхэ Ином есть такой хороший друг, — заговорил Джэ Ин спустя некоторое время.
Кристофер удивлённо посмотрел на него, но лёгкий румянец на щеках выдал, что эти слова были ему приятны.
— Опять вы двое обо мне говорите? — закончив с Ритой, Чон Тхэ Ин подошёл к ним, скрестив руки на груди.
— Тхэ Ин, вы же довольно близки с Кристофером? — продолжал Джэ Ин, словно нарочно ставя брата в неудобное положение.
Что за вопросы, брат? Почему ты поднял такую неудобную тему именно сейчас?
— Ну... в какой-то степени… вероятно, это может быть так, — застенчиво почесав затылок, Чон Тхэ Ин попытался ответить максимально нейтрально.
В этот момент Кристофер резко наступил ему на ногу. Острая боль пронзила ступню, и Чон Тхэ Ин невольно выругался, отшатнувшись.
— Какого чёрта, Крис! Что ты хочешь, чтобы я ответил? — раздражённо бросил он, взглянув в ледяные голубые глаза Кристофера.
Но тот лишь отвернулся и раздражённо цокнул языком.
— Ты никогда не выбираешь меня, — тихо, но отчётливо произнёс он, — тот парень у тебя всегда на первом месте. Но неужели я не могу быть тебе даже просто близким другом?
— Тхэ Ин, я согласен, — вмешался Джэ Ин, его голос был непривычно серьёзен, — ты не замечаешь, что Риглоу создаёт вокруг тебя вакуум? Мы не так часто видимся, но даже эти редкие встречи превращаются в подобие испытаний. Это странно… Но если тебе нравится, кто я, чтобы вмешиваться в твою жизнь? Будь счастлив. Просто мне немного грустно, что мы с тобой так редко видимся. Поэтому я порадовался, что рядом с тобой есть друг.
Чон Тхэ Ин беззвучно открывал и закрывал рот, но так и не смог найти подходящих слов. Он чувствовал, что эти обвинения несправедливы. Разве Рахман и хозяин Тартена не ведут себя точно так же? Почему же стрелы летят только в него?
Но прежде чем он успел выразить свои мысли, прозвучал голос Риты:
— Господа, если хотите поговорить, пройдите в гостиную. Кухня — не место для собраний. Я подам чай.
— Спасибо, Рита, — поспешно ответил Чон Тхэ Ин, ухватившись за возможность сменить тему.
На кухне Рита была абсолютной хозяйкой. Да что там кухня — ослушаться её нигде было нельзя. Трое взрослых мужчин, словно провинившиеся мальчишки, молча отправились в гостиную.
Кристофер сразу провалился в мягкое кресло, положив руки на колени. На его лице читалось недовольство.
— Крис, прости, я совсем забылся и даже не поинтересовался, с какой целью ты приехал к нам? — Чон Тхэ Ин задумался, почему Кристофер был один снаружи, когда они с братом приехали.
Кристофер раздражённо цокнул языком.
— Тц, это всё Ричард. Ему нужно было встретиться с Кайлом и Риком, — с явной досадой ответил он.
— Ах, так Ричард тоже здесь. Неудивительно, что я всё это время не видел Илая, — Чон Тхэ Ин перевёл взгляд на брата, — ты уже знаком с Ричардом Тартеном, наследником семьи Тартен? — услышав это, Чон Джэ Ин кивнул.
— Я о нём многое слышал, но лично мы не знакомы.
Рита подошла и поставила перед ними чашки с горячим чёрным чаем. Затем, объявив, что до обеда осталось двадцать минут, она грациозно развернулась и ушла обратно на кухню.
— Спасибо, Рита, — отозвался Чон Тхэ Ин, взял чашку, остудил чай и начал наслаждаться им.
Он обожал чай, приготовленный Ритой. В нём было что-то успокаивающее.
— Ах да, хён, как долго продлится конференция? — спросил Чон Тхэ Ин, будто только что вспомнив об этом.
— В течение трёх дней, но я буду присутствовать только на двух. Тхэ Ин, может, ты поедешь со мной? — предложил Джэ Ин спокойным тоном.
— Пока Рик здесь, это невозможно, — гневно бросил Кристофер и тут же метнул взгляд на Чон Тхэ Ина, будто говоря: «Ну? Что ты на это возразишь?»
Возразить действительно было нечего, поэтому Чон Тхэ Ин лишь вздохнул. Как бы ему ни хотелось поехать с братом, это действительно было невозможно.
— Ух… Кристофер прав. Хоть я и не спрашивал, это точно невозможно, — в голосе прозвучало явное сожаление.
Он поднял чашку и сделал очередной глоток.
— Хён, что-то случилось? — он нахмурился, заметив, как брат погрузился в мысли.
— Нет, всё в порядке, просто… — покачал головой Джэ Ин.
Разговор в гостиной прервал насмешливый голос второго хозяина этого дома:
— Ага, кажется, здесь обсуждают что-то весьма занимательное, да?
Все взгляды разом устремились к лестнице. Илай спускался вниз с непринужденной грацией, узкие очки в роговой оправе скрывали взгляд, но даже так ощущалось, как он оценивающе окидывает всех присутствующих. За ним следовали Кайл и Ричард — один с невозмутимым выражением лица, другой с явным интересом во взгляде.
Чон Тхэ Ин машинально скользнул взглядом по фигуре Илая. Он не раз замечал, что этому человеку идёт любая одежда. Будь то домашняя, или форменная… или как сейчас строгий деловой костюм.
Приблизившись, привычным жестом Илай погладил его по голове. Чон Тхэ Ин поморщился — не от прикосновения, а от того, что при других он выглядел слишком… домашним… словно он его любимый пёс. И в этот момент он встретился взглядом с Джэ Ином. Ничего не выражающее лицо брата не выдавало ни одной мысли, но, чёрт побери, он явно подумал о чём-то странном.
Кайл тем временем взял на себя роль радушного хозяина:
— Джэй, позволь представить тебе ещё одного гостя.
Кайл сделал лёгкий жест в сторону Ричарда, и тот бесшумно шагнул вперёд.
— Ричард Тартен, — представил его Кайл, чуть кивнув, — уверен, тебе знакомо это имя. Глава Тартена и мой близкий друг.
В последнее время их отношения заметно потеплели — разумеется, не без причины. Ричард, наконец, перестал перехватывать редкие издания, за которыми охотился Кайл.
Ричард скользнул взглядом по лицу Джэ Ина — оценивающе, спокойно, но с лёгким, едва уловимым оттенком любопытства. Он неторопливо протянул руку.
— Рад встрече, мистер Тартен, — ровно произнёс Джэ Ин, уверенно пожимая ладонь.
— Взаимно. Хотя, мы мельком виделись на приёме у Аль Фейсала, — задумчиво заметил Ричард, слегка склоняя голову набок, — правда, тогда не довелось пообщаться. Но я слышал, что вы с Кристофером прекрасно ладили во время его службы у Аль Фейсала.
Чон Тхэ Ин молча наблюдал за происходящим — и вдруг уловил едва заметное движение. Кажется у Кристофера дрогнула рука, которой он держал чашку. Это длилось лишь мгновение, поэтому Чон Тхэ Ин подумал, что ему, наверное, просто показалось.
Тем временем Ричард продолжал вести вежливую беседу.
— Вы двое… близнецы, — негромко заметил он, позволяя словам зависнуть в воздухе. Его взгляд на мгновение задержался на Чон Джэ Ине, затем скользнул к Чон Тхэ Ину — неторопливо, словно оценивая, взвешивая, — и всё же… совершенно разные.
Илай, до этого момента молча наблюдавший за происходящим, едва заметно приподнял бровь. Казалось, он уже собрался что-то сказать, но в последний момент передумал, скрывая свои мысли за непроницаемым выражением лица.
— Слышал, Вы приехали на конференцию.
— Да, я пробуду у Тхэ Ина пару дней, а затем…
— Аха… значит, пару дней, — протянул Илай, словно пробуя эти слова на вкус. Затем, чуть тише, с тонкой тенью насмешки в голосе, добавил, — надеюсь, обойдётся без происшествий.
Почему-то Чон Тхэ Ин никак не мог избавиться от ощущения, что этот разговор почему-то идёт не в ту сторону.
«Два дня», — подумал Чон Тхэ Ин, — «кажется, это будут очень долгие два дня.»
Они ещё даже не начались, а он уже чувствовал усталость.
Его невесёлые размышления прервал голос Ричарда.
— Кстати, снаружи я заметил очень необычных людей…
Он не договорил, но его пристальный взгляд был направлен на Чон Джэ Ина.
— Думаю, это люди Рахмана, — хмыкнул Илай, небрежно откинувшись на спинку кресла.
— Ах, конечно, принц Саудовской Аравии Рахман Абид Аль Сауд… — протянул Ричард, будто бы это имя всё объясняло, — значит господин Джэ Ин занимает весьма… значимое место в его жизни, раз он готов вложить деньги в команду специальных наёмников, — вежливо проговорил Ричард, поднося стакан с водой к губам.
— Специальные наёмники? — Чон Тхэ Ин мог понять, почему Рахман нанял охрану для его брата, но эта фраза вызвала у него небольшое любопытство.
— Ох, Тэй, если сравнивать… даже спецотряды T&R или SWAT вряд ли смогли бы им что-то противопоставить, — невозмутимо пояснил Кайл, игнорируя звук, исходивший от Илая.
Тот едва заметно фыркнул, но промолчал.
Через мгновение Кайл, будто передумав, добавил:
— Хотя, возможно, я поторопился насчёт оперативной группы T&R. Но, по крайней мере, эти ребята им ничем не уступают… если не считать того, что они не совершают безумства. Они работают по трём стандартам, которые считают для себя приемлемыми, — деловито продолжил Кайл, — первый — наниматель, второй — объект, третий — компенсация.
— Стандарты?... — переспросил Чон Тхэ Ин, всё ещё не до конца понимая.
— Это значит, что если кто-то хочет их нанять, всё — от личности заказчика до цели миссии — должно соответствовать их стандартам, — пояснил Илай, — и, разумеется, сумма сделки остаётся неизменной, независимо от уровня дополнительных расходов: сколько они назовут, столько и придётся заплатить.
Чон Тхэ Ин задумчиво посмотрел на брата, который, казалось, вовсе не слушал.
«Жить с этой алмазной ложкой уже сложно… но человек, с которым живёт хён, вообще из другого мира.»
— В прошлом году, чтобы нанять их для коронации принца, король Персии заплатил невообразимую сумму, — продолжил Кайл, — достаточную, чтобы сделать их имена известными на всех континентах.
Чон Тхэ Ин неспешно сделал глоток чая и краем глаза посмотрел на брата и тут...
Тот никогда не проявлял интереса даже к разговорам, которые касались его напрямую, но сейчас…
Чон Тхэ Ин видел, как он, пытаясь сохранить невозмутимость, едва заметно расширил глаза, сосредоточившись на словах Кайла.
В его обычно бесстрастных глазах мелькнула искра любопытства.
«Что ж… кажется, Рахману получилось сделать невозможное. Поздравляю…» — Чон Тхэ Ин искренне восхитился этим человеком.
В этот момент, сидящий напротив него Илай внезапно громко рассмеялся.
Тихий разговор в комнате мгновенно оборвался. Все посмотрели на него.
— Ха-ха-ха, нет, ничего, — с улыбкой отмахнулся он, — не обращайте внимания, просто продолжайте.
Кристофер раздражённо прищурился, смерив его взглядом, и пробормотал себе под нос — достаточно громко, чтобы все услышали:
Он резко повернул голову к Илаю, посылая молчаливый, но предельно выразительный взгляд:
«Вылезай из моей головы. Хватит читать мои мысли!»
Тот лишь усмехнулся — лениво, с оттенком самодовольства. И, разумеется, даже не попытался оправдаться.
К счастью, в этот момент в дверях появилась Рита.
Дела были решены и вечер подошёл к концу. Они вышли в сад, чтобы проводить Ричарда и Кристофера. Прежде чем сесть в машину, Кристофер посмотрел на Чон Тхэ Ина.
— Было здорово встретится всем вместе, — улыбнулся Тхэ Ин, — надо будет как-нибудь повторить.
Кристофер задумчиво посмотрел на него, потом его взгляд остановился на мужчине, стоявшим у входа со скрещенными на груди руками.
— Он хоть дышать тебе даёт свободно? — голос Кристофера был тихим, но тот его услышал.
Ответ пришёл мгновенно. Спокойный и ровный голос произнёс:
— За Тэя не волнуйся. А вот тебе, под удушающим контролем Ричарда, дышать должно быть гораздо сложнее, — он сделал паузу, его взгляд стал насмешливым, — впрочем, если тебя что-то тревожит, могу посоветовать хорошие таблетки. Говорят, помогают.
— Ты… — начал он, но его прервал холодный голос Ричарда из машины:
Кристофер бросил на Илая короткий, полный презрения взгляд, а затем снова посмотрел на Тхэ Ина. В его глазах мелькнула странная эмоция, но не сказав больше ни слова, он сел в машину. Дверца захлопнулась.
Когда автомобиль скрылся за воротами, Чон Тхэ Ин вздохнул. Он не любил эти словесные перепалки, но давно к ним привык. Кристофер был его другом, и ему очень хотелось, чтобы когда-нибудь они могли просто видеться без всех этих сцен, от которых у него только начинал болеть желудок. Вздохнув, он потёр шею и направился к дому.
«Как бы там ни было, есть вещи, которые никогда не изменятся», — подумал он.
Войдя в свою комнату, он увидел Илая, который в задумчивости сидел за столом, мерно постукивая пальцами по столешнице.
— Эй, я думал, ты в душе, — удивился Чон Тхэ Ин, открывая ящик комода.
— Примем вместе, — голос Илая был низким, обволакивающим. Он поднялся и шагнул к нему.
Не успел Тхэ Ин и слова вымолвить, как сильные руки подхватили его, легко перекинули через плечо и понесли в ванную.
Вскоре из-за закрытой двери стали раздаваться влажные стоны, глухие шлепки и отрывистые фразы.
— Ох… я же говорил, на кровати! На кровати, слышишь!
— Тэй, держись крепче, если не хочешь упасть.
— Ах… ах!.. М-м… медленнее… не становись больше…
— Тэй, ты такой мягкий внутри, и так затягиваешь… словно хочешь поглотить меня целиком. Я весь твой, бери сколько хочешь.
— Сумасшедший… хватит болтать… и заканчивай уже…
— Но ты так отчаянно сжимаешься. Проголодался, да? Ну же, выгнись вот так… а теперь упрись руками в стену.
— 18-й… ты же обещал всего один раз…
В ответ послышался тихий, довольный смех. С запоздалым отчаянием он понял: этот «один раз» будет очень, очень долгим.
Спустя час Илай вынес полностью обессиленного Чон Тхэ Ина из ванной. Уложив его на кровать, он повернулся, чтобы приглушить ночник. В этот момент Тхэ Ин что-то пробормотал и потянул его за край брюк.
— Воды… пить хочу, — прошептал он, с трудом приоткрывая веки.
Казалось, его сознание всё ещё было туманным.
Губы Илая изогнулись в насмешливой улыбке. Он провёл рукой по влажным волосам.
— А я думал, ты попросишь пива. Подожди немного.
Накрыв его одеялом, он вышел из комнаты.
Спускаясь по лестнице, он столкнулся с Кайлом.
— Ил… — Кайл осёкся на полуслове.
Илай был без рубашки, и на его теле отчётливо виднелись свежие следы укусов. Он не только не пытался их скрыть, но и гордо нёс, словно боевые трофеи. Кайлу иногда казалось, что Илай гордится каждым, как родитель — первым рисунком своего ребёнка.
Однажды Кайл совершил оплошность, обеспокоенно спросив про кровоточащую рану на его запястье. С тех пор он дал себе зарок — никогда больше. В тот раз глаза Илая мечтательно засияли, и он произнёс: «В тот момент я был в Тэе, и ему было так хорошо, что он оставил мне этот подарок». Он называл их «подарками от Тэя». Как-то раз, заметив, что старый след почти исчез, Илай нахмурился и, сказав, что у него срочное дело, вышел в сад, где Тэй разговаривал с Питером. Вернулся он уже со свежим укусом.
Нет, спрашивать было нельзя. Табу.
— Я… я за книгой для Джэ Ина. Кажется, Тэй её брал… — поспешно пробормотал Кайл, отводя взгляд, — впрочем, неважно. Мы можем обсудить и другую.
Илай молча прошёл мимо, в сторону кухни.
Кайл проводил его обеспокоенным взглядом, но рассудил, что с Джэ Ином ничего не случится, и направился в библиотеку, надеясь на обратном пути застать его одного.
На кухне, залитой холодным светом, сидел Чон Джэ Ин. Перед ним стояла нетронутая чашка чая, а сам он что-то сосредоточенно чертил на листе бумаги. Илай вошёл, не удостоив его даже взглядом, и направился прямо к холодильнику.
Джэ Ин молча поднял на него глаза и снова опустил их, когда услышал ровный, монотонный голос:
— Когда мы впервые встретились, узнать тебя было нетрудно. Я и до этого много слышал о тебе, Чон Джэ Ин. Все восхищались таким везучим гением, называли любимчиком судьбы.
Илай медленно достал стакан и бутылку с водой. Звук льющейся воды прозвучал в тишине неестественно громко. Внезапно его тон изменился. Он стал ниже, а во взгляде, и без того холодном, появился настоящий лёд.
— Но для меня ты — обычный. Не пойми неправильно, — в его голосе проскользнула едва заметная усмешка, — мне всё равно, насколько тебе везёт или кто за тобой стоит, будь то хоть арабский наследный принц. Справиться с этим несложно.
Каждое слово было пропитано угрозой. Джэ Ин смотрел на него всё с тем же непроницаемым лицом.
— Эта удача никогда не была твоей. Ты ведь это прекрасно знаешь, Чон Джэ Ин.
Взгляд Илая скользнул по его лицу. Взгляд, в котором таился хищник — сейчас сонный и сытый, но готовый вцепиться в глотку при малейшем неверном движении.
— Ты не такой, как Тэй. Ни капли на него не похож. И я не хочу, чтобы он расплачивался за твою удачу. Да, Тэй твой Гиль-Сан-Чхон. Но… не смей доставлять ему хлопот.
Джэ Ин молчал. Поставив бутылку обратно, Илай взял стакан и подошёл ближе.
— В любом случае, от тебя многого не требуется. Просто не приближайся к нему. Вот и всё. А об остальном я позабочусь сам.
Голос Илая внезапно наполнился сарказмом.
— Если бы не Тэй, я бы уже давно открыл на тебя охоту. Убить тебя проще, чем щёлкнуть пальцами… но я не хочу его расстраивать. Поэтому… просто уйди.
Закончив, Илай развернулся и, оставив Джэ Ина одного, направился обратно в комнату.
Поставив стакан на столик он долго смотрел на спящее лицо, расслабленные черты, на приоткрытые губы. Осторожно, кончиками пальцев, он отвёл прядь волос с его лба.
— М-м-м… Илай? — Чон Тхэ Ин с трудом разлепил веки.
Заметив его слабый кивок, Илай помог ему приподняться, поддерживая под спину, и поднёс стакан к губам. Сделав несколько жадных глотков, Чон Тхэ Ин снова откинулся на подушки
— Илай… давай спать… я так устал… — его голос затих, сменившись ровным дыханием.
Илай ещё некоторое время смотрел на него, затем нежно поцеловал в висок и лёг рядом, крепко обнимая. Словно пытаясь защитить от всего мира, от всех угроз, даже от тех, что исходили от него самого.
Джэ Ин не раз и не два ловил себя на мысли: что, если бы этого ужасного человека не было рядом с его братом? Но он никогда не желал этого по-настоящему. Он не собирался вмешиваться в жизнь Тхэ Ина, тем более что тот, по-своему, был счастлив. Илай Риглоу ему определённо не нравился, но он видел, как здесь любят и заботятся о его брате. Тхэ Ин оставался собой: так же жаловался, так же любил пиво и по-прежнему любил его, своего брата. Если бы только можно было избавить его от этого удушающего контроля…
Его размышления прервал воодушевлённый Кайл, вернувшийся с пачкой журналов.
— Джэй, я нашёл то, что хотел тебе показать!
Внезапно Джэ Ин вспомнил, как за обедом Кайл рассказывал о Рахмане. Мысли невольно вернулись к человеку, которого он оставил одного. Почувствовав внезапный жар, он опустил взгляд и протянул руку, принимая журнал от гостеприимного хозяина. О том человеке он подумает позже…