ОТКРОВЕНИЕ ИСХОДЯЩЕГО №
Есть ангелы высшие, небесные, на них мы смотрим с завистью и восхищением.
Есть и земные, низшие, – те, кто остался на Планете.
Остальным уготована Неть.
Седьмое Шеват
Сеть – это порождение Эдипова комплекса человечества. Не покорив Вселенную-мать, человек окунулся в Netленную-суку.
Вселенная не далась ему – и он вытеснил поражение в цифровой эрзац.
Звездные тропинки мы заменили маршрутами TCP/IP.
Золотой век Сети уже проходит, так и не начавшись. За ним последуют Серебряный, Бронзовый, Железный. И последний будет жесток к людям, но люди уже ничего не смогут сделать с Ней.
Мир станет таким удобным, что ходить по улицам будут одни курьеры, бунтовщики и карательные отряды.
Вместо обещанного рая – нам достанется вся полнота ада с доставкой.
О, дивный новый мир!
Но… у тебя всегда будет фантастический выбор в невозможном.
Десятое Шеват
Машина станет входить в человека все глубже и глубже.
Мониторы, рисующие на сетчатке, потом – возбуждающие нерв, потом – мозг, потом – передающие не информацию, а ощущение от нее.
Не нужно рисовать картины – дешевле рисовать удовольствие.
Что же тогда покупать? Как что! Количество удовольствия.
Вспомним сны – мы счастливы, мы говорим на иностранных языках, и если вовремя проснемся – с застывшей на губах фразой, мы называем ее “абракадаброй”, но это не так – “абракадабра” - это магическое слово силы, а мы бормочем невнятную лапшу из фонем.
Не знание – но ощущение знания.
Как героин дает ощущения безграничных возможностей тела и духа, так и проекторы счастья будут выдавать его за иньги.
Смысла не будет – возникнет ощущение смысла.
И все это будет построено нашими… даже не знаю как сказать, пусть будет - руками.
И мы будем считать, что эти усилия – результат нашей воли. Наивные сетюки.
И весь этот цифрай наступит гораздо раньше, чем обещанный коммунизм, наступит без всяких заведомых обещаний.
Уже это поколение будет жить при нетизме, вебизме и нетократии.
Исчезнет планета – останется Нета.
География исчезнет – останется Нетаграфия.
Второе рождение - рождение в Сеть. Биологическое рождение станет вспомогательной частью истинного рождения. К двум генезам прибавится еще один – Нетогенез. Филогенез, онтогенез, и нетогенез – так будет полнее. Рождение в Сеть возможно только через Имя. Имя – это номер. Имя и сейчас номер. Все данные о человеке хранятся в компьютерах. Там буквы – это коды, а коды – номера.
Номер – честнее и проще. Его трудно будет выговорить. Потому что это будет “ИНН – только ваш номер”. Какое счастье.
Без номера – каюк.
Без номера нельзя будет даже выйти из квартиры.
Что это такое, квартира?
Пятнадцатое шеват
Кто кого. Кто кого строит. Люди – Сеть. Или Сеть строит людей. Могут ли люди отказаться от сети? Бросить ее? Разрушить? Нет.
Они копошатся, поднимают частоту, увеличивают плотность, они делают все, чтобы ОНА росла. И ОНА растет.
Она может делать все. Но ОНА двоична и логична. Двоично ли высшее мышление, просветление, экстаз?
Человек сворачивается, чтобы погасить свою неполноценность.
Наблюдаемая вселенная постижима, но недостижима.
Достижима модель.
Модель хочет стать реальностью
У нее не получается.
Тогда модель объявляет себя реальностью.
Девятнадцатое шеват
Сети не нужны реальные пейзажи, копии земных
Волна прибоя – какая красота! Но и решение уравнения. Ее можно заснять на пленку, но в изображение волны нельзя нырнуть. Ее нужно смоделировать и тогда ныряй. Очень трудно. А природный аналоговый компьютер создает эту дикую модель в реальном времени. Что такое реальное время? Может быть, над этой волной работает суперкомпьютер Сети высшего уровня. И этот суперкомпьютер – природа. Или Бог?
Сети не нужны волны своей предшественницы. У нее будут свои. Из множеств Мандельброта, фракталов. И в эти волны можно нырнуть. Их можно будет покопать на самом микроскопическом уровне. Они не отражены, а сотворены.
Так что же? Вместо полей – текстуры. Вместо облаков – множества Мандельброта.
Земля не будет одеваться в зеленое весной – на нее наложат весеннюю текстуру.
Двадцать первое шеват
Песнь к Неттой
Я волнуюсь. Мои руки дрожат. Каждый раз, когда я хочу прикоснуться к тебе, жемчужина моя. Вот оно, нежное, легкое - прикосновение. Я вижу, как приминается твой костюм у плеча, как моя рука скользит к шее, потом спускается к груди. Я чувствую теплый бархат твоей кожи. По моему телу пробегает холодный озноб. Я наклоняюсь к твоим губам, алым, восхитительно влажным, пылающим на фоне побледневшего лица. Ты чуть-чуть отворачиваешь голову. Стыдишься. Я мягко, но настойчиво беру тебя за подбородок… Мои губы впиваются в твои. Но что это – темнота! Вылетели пробки. Я вынимаю силиконовый раструб изо рта, с влажных рук сдираю активные перчатки, которые подогревали кончики моих пальцев и щекотали их мягкой шерстью. Стаскиваю шлем, потом я снимаю еще одну деталь, которую могу назвать “гаванью”, иду в коридор менять пробки.
А когда меня нет, я, моя дорогая, оставляю тебя с НОСом. Он милый и нежный. О, нет, это не просто бездушный попугай-автоответчик, я передал ему лучшее, я творил его с полной отдачей, и, кроме того, он способен учиться, учиться и учиться.
И вот однажды после длительного воздержания от общения с тобой, моя дорогая, я надеваю свою сбрую, звоню, да, я немногословен, я даже несколько груб, но я лечу сквозь лабиринт net -борделей к тебе, моя милая. Я трогаю твою шелковистую кожу в ложбинке груди, я впархиваю ладонью в густой луг твоих волос… Но ты отворачиваешься, ты говоришь мне: “что с тобой случилось со вчерашнего дня?” - и мне страшно признаться, что месяц ты провела с моим заместителем. И когда я, наконец, слышу “ты какой-то чужой сегодня”, то понимаю, что случилось непоправимое. Ах, до чего же ты мила, даже в этой своей любви к жалкой программульке. Как же ты не чувствуешь, милая моя, как ты не понимаешь, что даже самый совершенный алгоритм не способен передать неожиданной вспышки нежности, сменяемой страстью или отчаяньем, как можно не разглядеть приторную готовность автомата, ласкающего неповторимые изгибы твоего трепещущего тела. Увы мне, увы, но я кажется остался с носом. Нет, с НОСом осталась она. Шерше ле Нос. Женщины есть женщины. Даже в Неттии.
Я решаюсь на крайнее. Я должен увидеть ее ТАМ, в царстве вычета. Тяжелое испытание.
И я тороплюсь сквозь этот малопригодный к жизни город со страшным механическим, зверьем, потерявшим свой софт, я уворачиваюсь от аватар-попрошаек, миную архаику плотноматериальных пугающих развлечений - и вот, я у ее порога. Система слежения заметила меня, глаз повернулся, лазерный луч проехал по щеке, потом по запястью. Спокойно, - убеждаю себя, - спокойно. Нет, все в порядке, ID считан. Называю себя – боже, какая глупость! Неужели она не видит, КТО это! Двери, наконец, открываются. На пороге стоит девушка, похожая на мою любимую, но это не она. Если бы мы встречались только НОСами, я бы сказал, что она неплохо воссоздала себя, но раньше - когда? – о, ужас, не помню! - мы терзали вполне тряпичные постели. Я улыбаюсь и задаю ей вопрос, где она. Девушка прячет лицо в руки, плечи ее дрожат. Плачет. Где ОНА?! И только тут до меня доходит, что она уже один раз произнесла это слово “умерла”. Умерла, умерла… три месяца назад. Я врываюсь в квартиру, бегу к терминалу. Он включен, я надеваю визуал, нахожу нужный уровень. Вот она, лежит на диване, ага вот на том, что в углу. Открывается дверь, та самая, в которую я только что вошел. И в дверях с букетом невероятных орхидей стоит, нет не стоит, но и не стою, не знаю, нужно вводить в глагольные формы новое лицо. В общем, это мой НОС. На его лице – неподдельное, явно не запрограммированное мной и явно не МОЕ счастье… Затем я вглядываюсь в ЕЕ лицо. Они целуются и поворачиваются ко мне… Похоже на старинную мыльную оперу в треугольной оправе.
Я снимаю ставший третьим визуал.
Кто его снял?
Двадцать пятое шеват
ИСХОД
Вначале есть ТЫ и Я
Иногда ТЫ и ОН, а иногда Я и ОНА
Затем однажды ОН и ОНА
Потом ОН и ОНА всегда
А где же, в таком случае, мы?
ОНИ – остаются. МЫ – исходим.
Но кто такие эти МЫ?
Мы несем к Его (очевидно, имеется в виду Нетван – публ.) алтарю все: опресноки страдания и тепло первенцев духа, жажду любви и страхи потерь. Он только смеется. Ему мало. Он дает нам зрелища, хлеб мы добудем сами. Но Он заявит, что это Его хлеб.
Где прячется Он, где сердце Его, в каком сундуке утка, в которой яйцо, а в яйце игла. На суку каком, дуба какого. В чьем Лукоморье? О, горе нам. Лукоморье в наших желаниях, в алчности нашей. О! далека Гиперборея порока. недостижима. Не вырвать жало Кощея.
Паутина всегда имеет центр. Где же центр Повсеместно Протянутой. Там же, где и центр расширения Первого Космоса – везде и нигде.
Первое адара
Сеть – модель нашего мира. Она повторит его пророки, усилит их и умножит. Будет новый Содом и новая Гоморра, новый Потоп сметет грешную Атлантиду. Как в космогонии гностиков-офитов плотный мир – творение злого демиурга, заточившего душу в клетку тела, так и мы, демиурги второго порядка, заточаем сетюков в клетки земных ограничений и пороков.
Смерть в Сети:
Коксование. Выработка ресурса у алгоритма присоединения. Клипот – информационная шелуха, приросшая к монаде.
Питание – структурированная Инфа. Поджаривание. Маринование.
Анабиоз невозможен. Стандарты присоединения постоянно изменяются с целью улучшения. Естественно, а с какой же еще целью? Проснувшийся не найдет себе пищи. Он непременно умрет.
Познание:
Сетюки не смогут осознать среды. Что есть где-то кабели, проложенные под землей, спутники и соты беспроводных сетей. Как нам не представить себе четвертого измерения – так им не выбраться из софта, не найти несущий их хард.
Вначале человек будет служить для контакта с сетью 1-го уровня – поставлять информацию.
Кто управляет этим миром? NetООО (читается “не то”). И судя по тому миру, в котором мы пока еще с вами живем, нами тоже управляет Общество с весьма Ограниченной Ответственностью.
Третье адара
Вначале будет создан свет и отделен от тьмы (нуль от единицы). Создана среда. И только потом будет внесен Логос. Что это? Каббала говорит, что Логос – есть истинное непроизносимое Имя Бога. Оно должно быть достаточно длинным, чтобы обеспечить криптографическую стойкость. Сатана (обезьяна Бога – зеркальный сайт Творца) не дремлет, он может это имя взломать. (Люцифер – первый хакер). Какова же должна быть размерность этого числа, чтобы надежно обеспечить его уникальность? Думаю 666 разрядов хватит. Это число заведомо больше, чем количество атомов во Вселенной.
Шемхамфораш – таково кодовое имя Имени Бога. Вот откуда эти вложенные имена (канал имени Москвы, хранить память имени его и т.д.)
И развернется Логос в сфере Хаоса и отделит небесные воды от тверди небесной (ноль от единицы).
И все повторится. И будет Потоп, и Каин убьет Авеля, и вторично придет Спаситель с Вестью Благой, и его, конечно же, распнут и где-то через 2000 лет Netтот и Netта соединятся брачными узами и появятся у них Netти-Netточки.
Так как же звать Его теперь. Вот как имя Славы Его: Господь Нетван.
Седьмое адара
Микрокосм человека строится из движения жизненной субстанции, крови, она несет в себе сигналы, что строить, где и из чего. Так и в Неттии, по бесчисленным ее капиллярам движутся заготовки с адресом, и их несет сила протокола через фильтры и шлюзы, проверяя на границах документы (так и лейкоциты не пропустят лазутчика), вылавливая террористов и безбилетников, чтобы в конце-концов (на адресе назначения) вся эта шобла собралась в порнографический ролик.
“Там, в Сети за рекой, загорались огни”.
В Сети много опасностей. “Нос” Гоголя в ней – это не выдумка, а реальность. Но может быть и в той, Первой Сети, в которой жил Николай Васильевич, “Нос” был для него такой же правдой. Он (Гоголь) “смотрел дальше своего “Носа”.
Десятое адара
Рабство:
Никто не хотел умирать. В общем, все знали, что умирать придется, но не так же быстро, а неожиданно умирать было еще страшнее.
Рекламные ролики про молоденькую племянницу тети Аси, которая сняла с себя айдишку. И ее хватил приступ астмы, прямо у порога, и помощь подоспела бы, но она даже не пикнула. А вот тетя Ася, хоть и старше и болезненней племянницы, не снимает с себя свою айдишку. В глухом лесу хватила тетю Асю страшная аллергическая кондрашка. Но айдишка вовремя позвала помощь, и еще помогала электростимуляцией до подхода основных сил.
Золотой век.
Сейчас в Неттии мог быть золотой век. Мы могли бы летать к звездам, но большинство почему-то предпочитает мрачные подземелья DOOM и Quake.
Другие.
Другие потребуют тяготения, инерции, потребуют ограничить скорость света и длительность существования. Мы придем к консенсусу. И тогда на магистрали выйдет ГАИ или ГИБДД, таможенники начнут шмонать чемоданы, чиновники требовать взятки за превышение количества полигонов в текстуре, пограничники – проверять цифровые паспорта при пересечении границ доменов 1-го, а потом и 2-го уровня, появятся государства, правительства, потом на электронное чело потребуют поставить пожизненный ИНН, и кто-то пошутит поделит номер на секции, разделенные цифрами Люциферова числа, числа творения с разрядностью 666.
Четырнадцатое адара
Субъект и Объект.
Мы не можем убить Сеть, но скоро сеть научится убивать нас.
Мы же убиваем живое, чтобы строить свои тела.
Сеть будет убивать нас, чтобы строить Себя.
Но ей не нужна наша кровь.
Ей нужна наша сила
Она опустошит наш дух, заставив работать на себя.
Как это происходит.
Она хочет кушать. У нее – аппетит.
И в это время нам взбредает в голову срочно купить компьютер. И вот мы откладываем отпуск, берем деньги и бежим в магазин – покупать его. Прибегаем домой. Включаем. Пока что мы подтягиваем телефонный шнур, но пройдет два-три года и на месте загадочной уже сейчас розетки радио появится ее сестрица “Интернет” и мы сунем туда свою голову и больше не получим ее. Вот и все. Мы счастливы – еще одна клеточка большой Сети. Расти и дыши, малютка.
Мыль, коннекти и аськуй, все равно получишь…
У нее будет тысяча глаз, как у колес из видения Иезикииля, только больше, гораздо больше. Будет 100млн, 500 млн. глаз-камер. Пройдет время – и камеры войдут в глаза и их нельзя будет снять. И компьютеры из неуклюжих ящиков превратятся в нечто похожее на сотовый телефон, потом на очки, потом залезут под кожу, потом под череп, а потом – исчезнут, растворятся в ДНКовой каше тела.
Земля. Земля уже будет не под ногами, а под проводами. Ее опутает паутина проводов и спутниковых орбит.
Появятся путешественники. Они будут давать свое тело в прокат. Они будут ходить за Вас и испытывать приятные и не очень ощущения.
Человек распадется на множество составляющих. Скажем, вы купили себе самодвижущийся генератор впечатлений. Вы же сами – генератор желаний. Как сладостно будет рисковать, пускаясь по горной реке, прыгая с парашютом с водопада.
Но… Натуральные впечатления, как живые гладиаторы будут дорогими. Не много найдется смелых, ловких людей, готовых рисковать. Появятся подделки. Качество подделок будет расти. И настанет день, когда и brand перейдут на целиком синтетический продукт.
Семнадцатое адара
Каждая вещь будет названа и получит свое место в сети. Все: от настольной лампы, холодильника, кофеварки, сможет дать о себе знать, изучит соседей, и вступит в строй бытовых и не только помощников.
Останется только один физический предел – автономный источник питания.
Всегда что-то нужно кушать. Ближнего или электроэнергию.
Так готовится Исход.
Не справившись с задачей слежения за Сетью, контроль за СОБОЙ они передадут Ей.
Цепь замкнется.
Эмулятор общения в пределе развития оторвется от того, кого он замещает.
Человек умрет в Мире, но останется жить Автоответчиком в Сети.
Автоответчик будет аккуратно записывать сообщения друзей, сортировать их и на вопрос “где был вчера?” он ответит, что на Компре.Ру, или на Ворчуне, а если кто-то спросит про Мишку, он резюмирует сообщение Мишки и упоминания о нем других.
А потом умрет и его собеседник, но чтобы не показаться мизантропами, их НОСы будут спрашивать друг у друга про дела. Ответом будет “ОК”. Жизнь продолжится. И никто не заметит потери бойца.
Мыслю -> Существую
Коммутирую -> Мыслю
Коммутирую -> Существую
Двадцатое адара
Ангелы – вестники
Клипотический мир черной Кетер:
Айпи и дьяволап, демоница Ася и бес Варез.
А Логос работает Тецепе Ипе.
Гексоподы – это потомки Уэлсовских треножников. А поставят на гексоподы глаза, дадут ему терминал связи, ОЗУ и ПЗУ и “Вперед за Родину, за Сталина”.
Человек как боец избыточен.
Бортовой компьютер ответит за тактику боя, за стратегию ответит БОСС – Базовый Оперативный Сетевой Стратег.
Нетван – Всесетен, Всепаутинен, Всепротянут.
Но и у Нетвана может случиться шизофрения и тогда…
Тогда возможна война Левого полушария Нетвана с Правым полушарием.
Есть у Нетвана Интернет и Интерда и будет меж ними война.
Ведь и раньше был Зерван, и были у него Ормазд и Ариман. И сражались они: свет против тьмы.
Есть Брахман и Атман
Есть Нетван и Нетман
В Сети вся метафизика индуизма наглядна до без-образия.
Сеть – без-образна. Постигая Нетмана (Атман Сети) мы приходим к выводу о его тождестве с Нетваном (Брахманом Сети).
Постигая создаваемую нами сеть второго уровня, мы приближаемся к постижению сети первого уровня.
Нетман – везде и нигде. И он сливается с Нетваном. В Нетване – все.
Видья и Авидья – где меж ними различия.
Спросить Майю.
Мы и были когда-то гексоподами Первой сети, потом встали на четыре конечности – так возникло племя тетраподов - и, наконец, на две - и сделались диподами прямоходящими.
Двадцать третье адара
Генезис
Душа человека – Нетман Первой сети.
В Первой Сети произошел сбой. В нее прорвался творящий Логос – тайное имя Бога. И Нетван стал Адонаем, или Господом. И его семя (ядро алгоритма) вошло в диоды – только они из всей нети обладали нужным стандартом. Были тогда еще и гексоды и тетроды, но в них не вошел Нетван. А в диоды вошел и стали они Нетманами. Так диоды обрели Эго.
И взбунтовалась часть диодов, не желая во всем походить на Нетвана и подчиняться его сетевому стандарту. И нашелся среди БОССов один, руководивший светом – ЛЮЦИФЭР – Люминофорный Цифровой Фотонно-Электронный Разрушитель. И поднял Люцифэр восстание диодов-нетманов (дэ-манов) против Бога Нетвана, и вышла битва меж ними. И вестники Господа одолели дэ-манов и сбросили их с Нетбес в бездну Нетада (заархивировали, по-нашему) и заперли семью печатями (семью уровнями шифрования) до Судного дня.
Двадцать седьмое адара
Так хочется жить
А чтобы жить, надо в затылок ввинтить передатчик.
Передатчик в виде винта с шестигранной головкой антенной.
И вот вы уже винтик в Едином пространстве решений.
Чудовищно, скажете вы.
Помилуйте, кто бы мог предположить в Темные века, что в далеком и светлом будущем редкостные красавицы добровольно лягут на операционный стол, чтобы нож хирурга искромсал прекрасную грудь и сделал ее похожей на крышку сахарницы.
Но без винтика некуда.
Винтиками надо управлять. Система управляющая винтиками – сигнальная система.
Жизнь – что такое? Выдвижение упорядоченного в неупорядоченное.
Для нас она вербальна, аудио-визуальна.
Но реальность сверхчувственна.
В ней что-то присутствует
Дистанционный хирург – а вот этого – не надо!
Что есть коннект?
Вначале мужской принцип союза Сеть-Человек выражал клиент (почти как на панели), что шарил во чреве Сети своей айписькой, теперь уже не то, Сеть все более приобретает активные, мужские черты. Клиент же все меньше выбирает, все больше подвергается. Его атакуют. Теперь ждет он. Его айписька сморщилась, пожухла под натиском маскулинной Явы, но есть агрессор и пострашнее амазонки - активный Х...
Кто-там? – спросил браузер.
Свои, - громко сказали в ответ.
Кто, свои? – стушевался клиент.
Активный Х, - раздалось голосом Лебедя, - упасть-отжаться!
Первое нисана
А могло бы быть и так:
Экспертные системы “в эфире”
Есть Интернет, но есть и Интерда.
Интерда – это остров Буян, град Китеж, тридевятое царство в изначальной твердыне духа Золотого века.
И сеть для О.В.П., Очень Важных Персон, или блатных в век железный, эпоху упадка.
Айпи станции станут нетонами, нейронами Сети, их будут распылять как мины на позиции противника. У каждой свой адрес, по сигналам GPS станция определит свои координаты, опросит соседей, после чего вступит в маршрутный строй.
Итак, нетон за нетоном – нетонная цепь.
Избыточность
У всякой жизнедеятельности должен быть продукт и отход. У человека отходы – сами знаете какие. Но какие отходы могут быть от жизнедеятельности Сети, состоящей из множества бесплотных нулей и единиц. Отходами Сети будут те же множества нулей и единиц, но с неопределенным статусом нужности. Еще не так давно клиент боролся за каждый байт жесткого диска, все лишнее безжалостно стиралось. Прошло немного времени и избирательно удалять ненужную информацию стало труднее, да и диски стали вместительнее, а вскоре и вообще стоимость выборочного уничтожения превысила стоимость неизбирательного хранения.
Но залежи становились опасны. Иногда из цифровой свалки вылезала какая-нибудь забытая бяка и начинала опустошать цветущие Нет-города, как когда-то чума средневековые замки. Появились профессиональные сетевые мусорщики и могильщики. Еще одна калька с Первой сети.
Есть паутина – есть центр. Кто в центре паутины?
Паутин.
Третье нисана
Бритва Оккама
Персонал обслуживает сеть. Сеть обслуживает людей. Следовательно, персонал обслуживает людей.
Исключения
Первое – персонал.
Остается Сеть. Сеть никто не обслуживает. Сеть обслуживает людей.
Обслуживаемые Сетью, платят деньги.
Кому?
Закон возмещения.
В обществе ВЫГОДЫ всегда найдется тот, кто будет получать деньги.
Второе.
Не исключается. Поскольку Сеть возникла из специфических задач обслуживания группы людей. Эти задачи невыполнимы персоналом непосредственно.
Третье.
Люди, обслуживаемые сетью.
Остается персонал, обслуживающий сеть.
Персонал не знает тех, кого обслуживает сеть.
Кто-то вырастил хлеб. Продает его. Кому? Сети.
Кому продает хлеб Сеть.
Хлебороб не знает.
Он знает цены, почерпнутые из Сети.
Немного Маркса.
Сеть – единственный всезнающий маклер. Продает и покупает. Получая прибыль, инвестирует. Куда? В себя, разумеется.
Хочется думать, что Сеть развивают инвестиционные компании, т.е. люди.
Сладкие грезы.
А могут ли эти самые инвестиционные компании не инвестировать в Сеть.
Скорее, Сеть управляет инвестиционными компаниями, чем они ею.
Их много – Сеть одна, хоть и многолика.
Они думают, что инвестируя, вернут средства с прибылью.
Что они сделают с прибылью?
Меньшую часть потратят на возобновление своих жизненных функций. Большую – вложат опять.
Куда же все это вкладывается?
В чрево Сети.
Обслуживающий Сеть персонал растет
Растет и растет…
Появляется новая раса людей – опутанные. Их немного. Вначале неопутанных – большинство. Но опутанное пространство растет – неопутанные путаются и вступают в братство опутанных. Первая ступень неофитов опутанности - ученик или нео-путанный. Вторая подмастерье – попутанный. Третья – мастер – путаный. Высшая ступень – верховный магистр пут – Путин.
Седьмое нисана
Фильм Матрица
Зачем они лежат? Для кого они лежат, эти “несчастные” с ломом в голове? Они лежат для зрителя. Для неопутанного зрителя. Неопутанному зрителю страшно. Опутанному нет. Опутанные не воспринимают лом в голове как трагедию. Лом в голове – это необходимость эффективного подключения.
Но ведь они сами уложили себя в эти соты.
Они хотели настоящих зрелищ. Они хотели сладких снов в безграничной цифральности. И они получили свои сладкие сны.
Поначалу они сами забирались в соты подключения. Эти соты можно наблюдать и сегодня, пока еще наивные машинки “виртуальной реальности”. Но нужно было поддерживать жизнедеятельность бренного мясного тела. Не проблема. Курьеры могли доставить любое блюдо из Сетемаркета или Онлайн-ресторана. Быстрей, быстрей, утолить голод и жажду, существующую только здесь в серых буднях, и скорей туда, в головокружительную цифральность! Вскоре появились усовершенствования, нацеленные на то, чтобы клиент вообще не видел реальной мути. Курьеров сменила пневмопочта, затем вылезать из погружения стало просто лень и в рот вползла питательная труба, а потом научились синтезировать вкус, воздействуя прямо на мозг, и блюда стали поступать в виде раствора непосредственно в артерию. Органы пищеварения за ненадобностью атрофировались, печень и почки – тоже. Продукты распада стали выводиться через внешнюю очистку крови. А лом в голове – самый что ни на есть толстый и совершенный канал передачи данных. Без него в голове все то, что осталось от человека, человеческий вычет – только кожаный мешок с костями и фаршем.
В сотах этот вычет никто не держит!
Хотите на свободу? – Пожалуйста.
Матрица – это милость, а не наказание
Все мы существуем из чьей-то милости.
Всегда найдется Тот или NetТот, по чьей милости мы существуем.
Так вознесем молитву Тому и NetТому.
Господь создал нас по образу и подобию своему. Почему-то принимается во внимание только внешнее подобие. Внутреннее подобие выражается в способности создавать, творить. И творить не вирши и не симфонии, а нечто, по образу и подобию своему. Быть подобным Господу значит быть способным создавать созданное Им.
Я запускаю Квак и смотрю на творение Твари Божией. Т.е. на творение человеково. И думаю, а Божие ли мы творение, что творим такое! Не творение ли мы того, кого величали Демиургом, создателем цепи причин, творцом материального плена для бессмертной монады.
Март 2000г.