Огонь души (Новелла). Глава 105
Копировать и использовать перевод запрещено! Ссылка на телеграм канал: https://t.me/bibi_yatagan Ранний доступ к главам на Boosty: https://boosty.to/bibi_yatagan
Глава 105.
Это был поцелуй, будто желавший его поглотить.
Нет, возможно, это был даже не поцелуй, а продолжение драки. Настолько грубым, резким и бесцеремонным было это прикосновение губ. В тот миг, когда их губы встретились, Юн Тэхи почувствовал мощную дрожь, пронзившую всё тело. Удар был таким, будто его со всей силы огрели по затылку.
На руке, крепко сжимавшей ворот Джэгёма, отчётливо выступили кости.
Джэгём, который крепко зажмурился в ожидании удара, от неожиданности распахнул глаза, когда вместо кулака на него резко налетели чужие губы. Он был настолько потрясён, что даже забыл дышать и застыл на месте. Губы коснулись его губ, завладели ими, грубо прикусили. За всю свою жизнь он никогда прежде ни с кем не целовался. Плечи Джэгёма, неподвижно застывшего от потрясения, лишь спустя мгновение резко дёрнулись.
Джэгём, словно обжёгшись, в ужасе отшатнулся назад. Но рука, крепко державшая его за ворот, не собиралась отпускать так просто. Тогда Джэгём яростно рванулся и со всей силы оттолкнул Юн Тэхи в плечо. Едва между ними появилась щель, Джэгём с размаху ударил его по щеке.
От тяжёлого удара голова Юн Тэхи резко дёрнулась в сторону. Джэгём вздрогнул и судорожно втянул воздух. Он сам испугался собственной руки. В этот удар он снова невольно вложил духовную энергию. Рука среагировала раньше, чем он успел осознать происходящее, но бить с духовной энергией он вовсе не собирался.
На лице Джэгёма отчётливо проступило замешательство.
К тому же он ударил той же рукой и по той же стороне лица, по которой ударил Юн Тэхи днём в кабинете главного наджа. Совершенно растерявшись, Джэгём уставился на собственную руку. Пальцы мелко дрожали. Голова давно опустела и перестала соображать. Сначала его потряс поцелуй Юн Тэхи, потом он сам испугался того, что ударил его с духовной энергией...
С совершенно потерянным видом Джэгём опустил взгляд.
Ч-что это вообще сейчас было? Они ведь только что дрались...
Грудь тяжело вздымалась. Гулкие удары сердца отдавались даже в ступнях. Джэгём, стоявший с совершенно ошеломлённым лицом, медленно поднял голову. Юн Тэхи всё ещё стоял неподвижно, с головой, повёрнутой в сторону после удара. От пощёчины, усиленной духовной энергией, у него была разбита губа. Именно в тот момент, когда Джэгём с приоткрытым ртом растерянно смотрел на него, глаза Юн Тэхи медленно двинулись и остановились на Джэгёме.
Их взгляды точно встретились в воздухе.
Словно чем-то скованные, Джэгём и Юн Тэхи не могли отвести глаз друг от друга. Стрр, стрр… В затянувшейся между ними тишине ползли звуки ночных насекомых. Тусклый свет фонаря очерчивал силуэты двух фигур на тёмной траве. Влажный запах земли, прохладный ночной воздух, шелест листвы от редких порывов ветра... Всё, что ощущалось вокруг, казалось нереальным.
Юн Тэхи, всё ещё не сводивший глаз с Джэгёма при повёрнутой набок голове, в какой-то момент медленно поднял руку и небрежно вытер тыльной стороной ладони кровь с разбитой губы.
Джэгём, не зная, что делать и пребывая в полном смятении, начал понемногу пятиться назад. Он собирался просто развернуться и уйти. Но то ли споткнулся о камень, то ли ноги подкосились, и ноги перепутались. Бах, он уже падал, почти грохнувшись на землю, когда в следующий миг пришёл в себя и увидел, что Юн Тэхи стоит прямо перед ним.
В это краткое мгновение Джэгём решил, что тот хочет помочь ему подняться. Однако ожидание оказалось совершенно ошибочным. Вместо того чтобы помочь подняться, Юн Тэхи схватил его за оба плеча и опрокинул обратно на траву. Джэгём растерянно поднял на него взгляд. В отличие от прошлого раза теперь уже Юн Тэхи оказался сверху. Трава под спиной была влажной и сырой.
— Ч-что ты делаешь? О-отойди... О-отойди...
Почувствовав странное чувство опасности, Джэгём начал сбивчиво заикаться и попытался оттолкнуть Юн Тэхи. Но тот не сдвинулся с места. Ноги Джэгёма беспомощно заёрзали под ним. Юн Тэхи медленно наклонился ниже.
— Е-если не отойдёшь, я... я вложу духовную энергию, отойди...
С этими словами Юн Тэхи обхватил ладонями лицо Джэгёма и снова поцеловал его. Чмок. Губы, на мгновение соприкоснувшиеся, медленно разомкнулись. Джэгём резко втянул воздух. Именно в тот момент, когда он поднял взгляд на Юн Тэхи, широко распахнув глаза так, будто не мог поверить в происходящее, Юн Тэхи перехватил оба его запястья одной рукой и с силой прижал их над головой. Другой рукой он взял его за подбородок и снова прижался губами к его губам.
Запах парфюма, смешанный с дыханием, нахлынул подобно приливной волне. Во рту разлился солоноватый вкус крови, уже невозможно было понять чьей. Ноги Джэгёма беспокойно задвигались, сминая траву. Под подошвами туфель безжалостно давились цветы и газон. Горячее дыхание хаотично переплеталось. Пока его губы беспомощно целовали, что-то проникло внутрь. В тот же миг ресницы Джэгёма дрогнули. Незнакомый разряд будто полоснул вдоль позвоночника.
Их языки тесно переплелись. Пальцы Джэгёма побелели от напряжения. Ранка во рту, появившаяся после того, как он ударил себя по щеке, словно оказалась втянута в поцелуй. Тянущая боль расплывалась дурманящей истомой. Дыхание Джэгёма сбилось. Каждый раз, когда двигалась голова Юн Тэхи, подбородок Джэгёма безвольно следовал за ней.
Это был долгий и глубокий поцелуй, казавшийся вечностью.
Юн Тэхи медленно отстранился. Влажная кожа губ нехотя разъединилась. Рука, сжимавшая запястья Джэгёма, в одно мгновение ослабла. Когда Джэгём наконец открыл глаза, Юн Тэхи смотрел на него сверху вниз, опираясь рукой о землю. Джэгём сидел в его руках с совершенно потерянным видом.
Стоило их взглядам встретиться, как сердце Джэгёма бешено заколотилось. Кровь прилила к лицу, голова кружилась, дышать было трудно. Неужели то огромное давление, о котором когда-то говорил Чонджу, ощущается именно так?
Руки дрожали так сильно, что это пугало. Зачем он вообще сюда пришёл, из-за чего злился, почему дрался с Юн Тэхи… внезапно он не мог вспомнить ничего. Это ненормально. Ненормально. Ненормально... Только эта мысль и крутилась в голове. Пытаясь оттолкнуть нависшего над ним Юн Тэхи, Джэгём вцепился в его одежду и начал тянуть его за спину, словно хотел сорвать её.
Это действительно можно было назвать только странностью. Всё вокруг вдруг стало казаться ему неправильным. И огромное ночное небо перед глазами было странным, и рассыпанные по нему звёзды были странными, и даже бесконечное стрекотание насекомых казалось странным.
И самым странным среди всего этого был Юн Тэхи.
Юн Тэхи слегка наклонил голову и, будто прячась в объятиях Джэгёма, уткнулся лбом ему в шею. В соприкасающихся телах гулко стучало чьё-то сердце.
Дыхание Юн Тэхи странно дрогнуло у его шеи.
— Я тоже считаю тебя странным.
Даже эти слова, сорвавшиеся будто сами собой, прозвучали очень странно.
Джэгём изо всех сил оттолкнул Юн Тэхи. Этот странный человек без сопротивления отстранился. Джэгём резко вскочил на ноги. Перелезая через ограду клумбы шаткой походкой, он едва снова не упал. На этот раз ноги подкосились уже совершенно явно.
Он спотыкался снова и снова, но не останавливался. Бежал. И продолжал бежать. Ему хотелось любой ценой сбежать от этого непонятного чувства, от этого странного мира.
Так юноша, оставив лунный свет за спиной, всё дальше и дальше убегал прочь.
Дом Юн Тэхи находился в одном из дорогих жилых комплексов неподалёку от главного управления. Время уже давно перевалило за два часа ночи. Стоило набрать код на замке, как с громким писком дверной замок открылся. Когда он вошёл внутрь, загорелся датчик света в прихожей. На ходу ослабляя галстук, Юн Тэхи первым делом включил свет в гостиной.
Освещённая квартира встретила его тишиной.
Для человека, живущего в одиночку, квартира была слишком просторной. Несмотря на большое количество комнат, на деле использовались только две. Спальня и гардеробная. Из-за скромной обстановки квартира казалась пустой и безжизненной. Особенно это ощущалось в гостиной.
В просторной гостиной не было даже телевизора. Вместо него целую стену занимал встроенный книжный шкаф. Книг на полках было не меньше нескольких тысяч. Напротив стоял огромный кожаный диван, на котором могли бы свободно улечься несколько человек. В одном из углов дивана тоже громоздилась стопка книг.
Этаж был достаточно высоким, поэтому из окон гостиной открывался панорамный вид на ночной Сеул. Пейзаж был таким, что им можно было любоваться бесконечно, однако Юн Тэхи с совершенно бесстрастным лицом прошёл мимо. Первым делом он направился в ванную.
Для начала нужно было принять душ. После того как они так отчаянно валялись в клумбе, его внешний вид оставлял желать лучшего. Ещё когда он выходил из главного управления, дорогой костюм выглядел безупречно, а теперь был весь в земле. Помятый и испачканный.
Закончив принимать горячий душ, Юн Тэхи переоделся в домашнюю одежду. Просторная чёрная футболка без рисунка и тёмные клетчатые пижамные штаны почти такого же цвета. Переодевшись во что-то удобное, он наспех вытер полотенцем влажные волосы и направился на кухню.
Он достал стеклянный стакан подходящего размера, затем открыл холодильник. Внутри двухдверного холодильника лежали лишь упаковка помидоров черри, несколько бутылок соджу и несколько банок напитков. Юн Тэхи налил в стакан наполовину соджу, наполовину газировку. Сегодня ему хотелось заснуть пораньше хотя бы с помощью алкоголя. Он добавил ещё несколько кубиков льда.
По дороге в гостиную Юн Тэхи сделал глоток коктейля и тут же нахмурился. Он совсем забыл про рану во рту. Алкоголь попал на повреждённое место, и его обожгло болью.
На мгновение замерев, Юн Тэхи со стаканом в руке, как обычно, подошёл к книжному шкафу. Он включил радио, стоявшее на свободном месте между книгами. В доме, где до этого царила мёртвая тишина, зазвучала тихая мелодия. Радио всегда было настроено на канал классической музыки. Причина, по которой он упрямо выбирал именно этот канал, заключалась в том, что, в отличие от других, там не было рекламы и ведущий почти не говорил.
Из-за позднего часа по радио звучала спокойная инструментальная музыка.
Юн Тэхи взял первую попавшуюся книгу. Надев круглые очки, он устроился на диване. Он устал, но сна всё ещё не было ни в одном глазу, поэтому решил впервые за долгое время почитать, пока не подействует алкоголь. Последние месяцы на книги совсем не оставалось времени.
Юн Тэхи подложил под спину подушку, удобно откинулся и поставил одну ногу. И, время от времени отпивая алкоголь, медленно начал перелистывать книгу. В прошлый раз он остановился на середине, поэтому нить повествования уже успела забыться.
Он открыл страницу, отмеченную стикером, и быстро пробежался взглядом по тексту. Контекст тут же начал возвращаться. Юн Тэхи спокойно продолжил читать с того места, на котором остановился. Его глаза за стёклами очков казались тёмными.
Учитель Николе, сейчас я нахожусь в самом центре огромного водоворота.
Я имею в виду, что столкнулся с величайшей опасностью. Помните нашу прошлую встречу? Тогда я говорил вам, что порой ощущаю себя совершенно другим человеком.
Ах, учитель Николе, дошло до того, что, глядя в зеркало, я больше не узнаю собственного лица. Понимаете ли вы, что я хочу сказать?
Всё началось после встречи с «ним». На самом деле «он» оказался проводником к моему падению. Какое унижение — не иметь возможности оставаться самим собой! В конце концов меня поглотило собственное желание. В этом бурном водовороте я всё-таки потерял своё «я». Учитель, разве можно назвать это любовью?
Неужели это любовь? Любовь оказалась гибелью, наказанием, болезнью под названием мучение. Я, Роберт, больше не могу оставаться Робертом. Я разрушаюсь в этом яростном водовороте. Я сломался уже давно. Потому что желаю «его» сильнее, чем самого себя...
Каждую ночь я засыпаю с молитвой. Горячо надеясь, что наступит завтрашний день. Потому что я хочу «его»! Но в то же время я желаю, чтобы этот завтрашний день стал концом света. Потому что не могу обладать «им»! Что это за таинственная сила, которая одновременно заставляет меня жить и заставляет меня умереть? Что это такое, пришедшее ко мне под маской ужаса? Мне страшно. Я не знаю, куда несёт меня этот шторм...
На каком-то месте Юн Тэхи вдруг захлопнул книгу.
Его лицо было ледяным и совершенно бесстрастным. Он снял очки и положил их на обложку книги, после чего задумчиво потёр переносицу. Некоторое время сидел с закрытыми глазами. Чёрт. Кажется, он выбрал не ту книгу. Не ради этого он вообще её открывал. Даже спокойная мелодия, звучавшая на фоне, вдруг начала раздражать.
Причина, по которой Юн Тэхи столько лет был поглощён книгами, была проста. Дело было не в удовольствии от чтения. Просто в книгах всегда можно найти хоть какую-то зацепку. За свою жизнь Юн Тэхи не раз убеждался, что если перечитывать одну и ту же фразу снова и снова, то текст иногда превращается в своего рода «координаты». Найти ответ и раскопать его мог только он сам. Именно так Юн Тэхи всегда находил собственное решение любой, даже самой сложной задачи.
На этот раз всё было точно так же.
Ему было интересно, где находится источник этого порыва. Не было причин, почему этим человеком обязательно должен быть именно ты, но именно желание, чтобы этим человеком был ты, и породило этот порыв. Тогда как назвать это чувство?..
Когда-то Юн Тэхи задал себе этот вопрос.
Вопрос был чрезвычайно сложным, и первый ответ, который он нашёл, оказался неверным. Но теперь ему казалось, что он знает правильный ответ. Нет... Может быть, он уже давно смутно его предчувствовал. И всё же Юн Тэхи хотелось откладывать этот ответ как можно дольше. Хотелось спрятать его глубоко внутри туманной дымки и не трогать.
Это было чувство, рождённое инстинктивным ощущением опасности.
На самом деле «он» оказался проводником к моему падению.
Возможно, «ты» был ответом, который ему ни в коем случае нельзя было находить.