Лис-шантажист (Новелла). Глава 23
Копировать и использовать перевод запрещено! Ссылка на телеграм канал: https://t.me/bibi_yatagan Ранний доступ к главам на Boosty: https://boosty.to/bibi_yatagan
Глава 23.
Разве проблема в том, что он зверочеловек лис? Лис, всё ещё лежавший растянувшись, поднял голову и посмотрел на одну из передних лап. На фоне рыжего тела она выглядела так, словно на ней был чёрный меховой носок, а подушечки были покрыты шерстью. Самая обычная лисья лапа.
К тому же сам разговор был подозрительным.
«Он же секретарь хёна. Тогда кому вообще он докладывает?»
Чем больше Хоёп думал, тем сильнее по коже бежали мурашки. Ян Чагон говорил, что секретарь был одним из немногих людей, которым он доверял, но знал ли он вообще обо всём этом?
К тому же они обсуждали Ян Югона, то есть дело об убийстве.
«Неужели секретарь тоже подозревает хёна...? Или секретарь хён сам как-то связан с этим делом...»
От напряжения лис облизнул языком сухой нос. Он боялся даже случайно издать звук.
К счастью, секретарь ещё немного пошуршал бумагами на столе, а вскоре отошёл.
— Да, тогда я сразу начну. ...Понял. Да.
Похоже, разговор закончился, потому что послышалось, как секретарь коротко вздохнул. Пока тянулось молчание, лис так и лежал, застыв как лёд. Он не мог видеть, что именно делает секретарь, и от этого ему казалось, что он сейчас умрёт от духоты.
Похоже, разговор закончился, и послышался короткий вздох секретаря. Пока стояла тишина, лис лежал неподвижно, словно замёрзший. Не имея возможности увидеть, что именно делает секретарь, он чувствовал, что вот-вот сойдёт с ума от тревоги.
К счастью, вскоре послышался звук открывающейся двери.
Убедившись, что следом дверь закрылась, лис ещё немного подождал, а затем наконец поднял растянутое тело и плотно прижался животом к креслу. Его маленькая мордочка стала предельно серьёзной, а чёрные круглые глаза сильно сощурились.
«Секретарь точно тоже связан с убийством».
Нужно было рассказать Ян Чагону, но Хоёп не представлял, как именно это сказать. В голове был полный беспорядок. Начиная с того, поверит ли тот вообще, и заканчивая тем, что Хоёп не знал, кому секретарь передавал сведения о нём самом.
В этот момент дверь снова открылась.
Напряжённый лис прижался ещё сильнее, будто хотел спрятаться прямо под столом. Быстрый стук туфель мгновенно приблизился, и вся рыжая шерсть на его теле встала дыбом.
Неужели секретарь? Пока Хоёп напряжённо ждал, под стол вдруг протянулась рука.
От неожиданности лис вскрикнул и задёргался. А затем, пока он застыл от растерянности, чьи-то руки подняли его совершенно одеревеневшее тело. Вскоре мужчина поднял пушистого рыжего лиса и, ярко улыбаясь, посмотрел на его маленькую мордочку.
— Чего вы так испугались, тайком сейф обчистили?
Это был Ян Чагон. Он снова рассмеялся и удобно устроил лиса у себя на руках, но тот по-прежнему оставался серьёзным.
Едва успокоив бешено колотившееся сердце, лис вдруг укусил его за руку.
«Хотя бы на парковку пойдёмте, быстрее».
— Секретарь хён подозрительный.
Это были первые слова Хоёпа, который, едва они остались вдвоём в машине, вернулся в человеческую форму.
Поскольку человеческую форму он принял голым, Хоёп торопливо копошился под накинутым на него пиджаком Ян Чагона, надевая одежду, и одновременно сбивчиво рассказывал о том, что произошло совсем недавно.
— Пока хён был на совещании, секретарь хён ненадолго зашёл в кабинет, кому-то позвонил и говорил, что тот, тот родственник исчез, поэтому хёна подозревают, и ещё говорил о расследовании.
Пока Хоёп торопливо говорил, он снял футболку, которую надел задом наперёд, и надел её правильно. Всё это время Ян Чагон, вместо того чтобы удивиться или стать серьёзным, больше сосредоточился на коже его слегка обнажившегося плеча.
Не заметив этого, Хоёп снова поспешно заговорил.
— А потом он ещё и обо мне говорил. Что у хёна появился новый парень, э, и что хён скоро потеряет ко мне интерес.
— П-почему меня это должно расстраивать!?
Он говорил совсем не об этом, но Ян Чагон, то ли нарочно, то ли просто сам по себе, вёл себя совершенно расслабленно. Хоёп почувствовал, как у него отчего-то загорелось лицо. Он подумал, что его ни за что не могло волновать такое.
— Для начала поедем домой. А то наш лис сейчас задохнётся.
Вскоре Ян Чагон, посмеиваясь, завёл машину. Несмотря на серьёзность разговора, дорога домой была такой же обычной, как всегда.
От этого у Хоёпа, наоборот, совсем опустились руки.
— Почему... вы ведёте себя так, будто ничего не произошло?
— Секретарь хён докладывает кому-то о хёне. Тогда ведь он может быть как-то связан с делом, разве нет? То есть...
— Ну, то, что он может быть связан с делом, конечно, неожиданно.
Хоёп хотел сказать, что разве это не предательство, но не смог заставить себя произнести это. Он вспомнил, что секретарь был одним из немногих людей, с которыми Ян Чагон держался непринуждённо.
Но Ян Чагон лишь спокойно продолжал вести машину, а когда загорелся красный свет, наконец посмотрел на Хоёпа. На его улыбающемся лице, словно вся эта ситуация казалась ему весьма забавной, читалось лишь умиление.
— Всё в порядке. Он обо всём докладывает председателю.
— То есть передаёт новости моему отцу.
Так его отец председатель. Это Хоёп ещё мог понять, но не мог понять, зачем тот использует другого человека, чтобы таким образом получать новости о собственном сыне. И ещё меньше он понимал Ян Чагона, который, похоже, давно к этому привык.
— Ну, отец тоже наверняка узнал, что родственник исчез или погиб в месте, которым управлял я.
— И наверняка предполагал, что подозрение падёт на меня.
Хоёп не мог ничего сказать. Какую жизнь нужно было прожить, чтобы с улыбкой и таким спокойствием говорить о подобных вещах? К тому же волки и зверолюди собаки обладали сильным чувством стаи, так почему же он, родившись волкособом, оказался в таком положении? Хоёп совершенно не понимал.
— Почему вы говорите о таком так спокойно...
Может, лучше было вообще ничего не говорить. От сожаления Хоёп совсем сник. Неловко теребя лисий хвост, он осторожно заговорил.
— ...Наверное, лучше бы я ничего не говорил.
— Я не это имею в виду, чёрт...
Даже сейчас Ян Чагон оставался невозмутимым. Его подозревал даже родной отец, так почему он был настолько спокоен? Его поведение напоминало человека, который никогда ни от кого ничего не ожидал, и Хоёпу стало неловко и жаль, что именно он поднял эту тему.
Смутившись, Хоёп начал пересказывать всё остальное, что услышал.
— Но после разговора о расследовании он ещё говорил обо мне. Что хён мной дорожит, но... всё равно скоро, наверное, потеряет интерес. И вроде говорил, что на случай чего-то нужно что-то со мной связать...
— Они ведь не собираются что-нибудь со мной делать? Всё-таки взрослый сын просто встречается с парнем...
Хоёп спокойно говорил, глядя в окно, но ответа не последовало. Озадаченный, он повернулся к водительскому месту и увидел, что выражение лица Ян Чагона неожиданно стало серьёзным.
— Вот это уже нужно выяснить лично.
— Господин Хоёп можете не беспокоиться.
Машина внезапно ускорилась. Пока испуганный Хоёп схватился за ремень безопасности, Ян Чагон с холодным лицом пробормотал.
— Я не позволю, чтобы с нашим лисом что-нибудь случилось.
— ...Если вы говорите это настолько серьёзно, мне только страшнее становится.
Стоило Хоёпу сказать это серьёзным голосом, как Ян Чагон наконец рассмеялся. Затем, сказав, что всё в порядке, он с долгим вздохом подавил смех и некоторое время молчал. Только взял Хоёпа за руку. Совсем как настоящий возлюбленный, довольно нежно.
Незаметно салон машины наполнился молчанием ради друг друга. Ради него Хоёп намеренно молчал и смотрел только в окно. В такие моменты человеку, наверное, нужно было время подумать одному. В дела, касающиеся семьи, он не хотел бездумно вмешиваться словами.
И всё же Хоёпу вдруг стало интересно, какой была жизнь Ян Чагона.
Неужели он, как и Хоёп, рос, разочаровываясь в родителях?
Поэтому теперь смирился и со слежкой, и с подозрениями? Почувствовав к нему странное сходство, Хоёп сам того не замечая крепко обхватил его руку обеими руками. Было смешно ощущать сходство с человеком, который казался таким идеальным, но, по крайней мере, Ян Чагон не стал бы над ним смеяться. Это можно было понять хотя бы по силе, с которой он сейчас крепко держал его руку.
На следующий день Хоёп наконец снял гипс. К счастью, треснувшая кость руки быстро срослась.
Больница, куда его привёз Ян Чагон, была современным учреждением, работавшим по системе членства, и там он проходил лечение с таким уровнем обслуживания, что было непонятно, больница это или отель. Сколько бы Хоёп сюда ни приходил, это место всё равно казалось ему непривычным.
Но доброжелательный врач ему нравился. Сказав, что нужно проверить всё подробнее, врач задержал Хоёпа.