Комплекс омеги (Новелла). Глава 5
Копировать и использовать перевод запрещено! Ссылка на телеграм канал: https://t.me/bibi_yatagan Ссылка на книгу: https://tl.rulate.ru/book/129514
Глава 5.
— Хён, у Чхве Тхэгёма-сонбэ действительно нет партнёра?
Как только Пак Сонджэ произнёс это, взгляды всех одногруппников устремились на меня. Даже несколько первокурсников, которые впервые видели Чхве Тхэгёма, покраснели и смотрели с волнением. Конечно, мой ответ мог быть только одним.
На лицах собравшихся произошла резкая перемена. Напряжённые взгляды сменились сияющими от предвкушения. От этого у меня пересохло в горле.
Сказал это так, будто мне всё равно, но сердце нервно забилось. Да что уж там, я и сам не знаю, есть ли у Чхве Тхэгёма кто-то. Мы не общались уже несколько лет. Кто знает, может, за это время у него появилась бета-партнёр или даже альфа. Если только не омега — этого он бы точно не стал терпеть. Подумав так, я вдруг почувствовал, как настроение упало.
Чхве Тхэгём с детства получал признания, как будто это было естественным, как дыхание. Его привлекательная внешность и особая аура притягивали взгляды всех — независимо от пола или возраста. До 19 лет он никогда не встречался, но вдруг он нашёл кого-то за те пять лет, что мы не виделись?
Я был погружён в свои мысли, когда первокурсник рядом задал вопрос с выражением полного непонимания. Ну да, для тех, кто не знает, что происходило в прошлом Чхве Тхэгёма, такая реакция вполне естественна. Ведь для альф испытывать симпатию к омегам совершенно нормально.
Я собирался ответить что-то вроде «ну, бывает и такое». Рассказывать о травме Чхве Тхэгёма в деталях было бы неправильно, да и продолжать эту тему казалось неуместным. Но прежде чем я успел что-то сказать, меня вдруг начало раздражать то, чему я раньше не придавал значения.
Хотя он сидел рядом с самого начала, я так и не знал его имени. Более того, я звал его просто «первокурсник» так часто, что мне начало казаться, будто это действительно его имя. Раз уж мы проведём весь вечер за одним столом, то хотя бы имя узнать стоило бы.
— …Сонбэ, вы не знали моего имени?
Первокурсник посмотрел на меня с каким-то обидчивым взглядом. Впрочем, он был прав. После всех наших разговоров задавать такой вопрос действительно странно. Ведь в начале застолья мы представились по очереди.
— Прости, у меня плохо с запоминанием имён.
Раньше я тоже не мог запомнить имена одноклассников, и Чхве Тхэгём шептал их мне на ухо. Это было не столько из-за памяти, сколько из-за отсутствия желания сближаться. Хотя Чхве Тхэгём тоже был равнодушен к другим, у него, по крайней мере, память была хорошей.
— Всё-таки, как альфа может не любить омег?
Неужели этот парень тоже интересуется Чхве Тхэгёмом? Хотя он альфа, Минджон говорила, что это возможно.
На всякий случай задал вопрос осторожно, мало ли, вдруг он всё-таки омега.
— Да, но вы, сонбэ, хоть имени моего не знаете, а то, что я альфа, сразу заметили.
Ким Дохён усмехнулся, прикрыв это глотком алкоголя. Его дерзкий тон раздражал, но, признавая свою ошибку, я решил не заострять внимание. Ладно, значит, альфа.
— Почему, тебе, как альфе, это кажется таким непостижимым?
— Да, это действительно странно.
Выражение Ким Дохёна было настолько серьёзным, что я даже невольно сравнил его с лицом Чхве Тхэгёма, когда тот говорил: «Мне противны омеги». И выглядел Дохён куда серьёзнее.
— Альфа физиологически тянет к омега-феромонам. Даже если альфа рецессивный, омега-феромоны всё равно будоражат. А уж если этот сонбэ доминантный…
Последнюю фразу он почти прошептал. Ким Дохён наклонился ближе, одной рукой коснулся моей спины, а второй прикрыл рот, будто рассказывает большую тайну.
— Особенно, когда у омег течка — тогда вообще теряешь рассудок, всё готов выкинуть из головы.
Я слушал его объяснения вполуха. Мне было всё равно, как себя ведут обычные альфы. Чхве Тхэгём — не обычный альфа, и то, что он пережил, тоже было далеко от нормы. То, как ведут себя омеги в течку, также не касалось меня.
Но даже после моей равнодушной реакции Ким Дохён продолжал говорить, понижая голос:
— Да. Так что сказать, что альфа не любит омег, просто невозможно.
Хм, плечи рефлекторно дёрнулись. Сзади раздался знакомый голос. Медленно подняв голову, я увидел Чхве Тхэгёма, который держал Ким Дохёна за руку.
— Альфа может и не любить омег.
Я не почувствовал ни малейшего следа феромонов. Даже если я плохо различаю феромоны, не заметить их при таком близком расстоянии просто невозможно. Тем более если это доминантный альфа, как Чхве Тхэгём. Если только он намеренно их не подавлял.
— А что с твоими одногруппниками?
— Я в группе изгоев. У меня нет ни одного друга.
Чхве Тхэгём, бросивший фразу, в которую никто бы не поверил, без церемоний сел рядом со мной. Вдали виднелись одногруппники, с раздражением переговаривавшиеся, куда он пропал. Но, похоже, Тхэгём их вовсе не замечал. В это время Пак Сонджэ, вернувшийся, чтобы налить мне ещё выпить, с удивлением уставился на место, которое теперь занял Тхэгём.
— Вот же чёрт... А эти, которые тебя ищут, для красоты там сидят, что ли?
Тхэгём спокойно взял мой стакан и наполнил его соджу. Один из первокурсников, быстро сориентировавшись, протянул чистый стакан, но тот его просто проигнорировал. Я цокнул языком и успокоил растерянного первокурсника.
— Не переживай. Всё равно этот стакан не использовался.
Тхэгём, уже поднесший стакан к губам, замер, затем перевёл взгляд на меня. Он смотрел то на стакан, то на моё лицо с каким-то странным выражением. Его недовольный голос прозвучал резко:
Он залпом выпил соджу и протянул пустой стакан. Я ещё не успел задаться вопросом, чтобы он хотел, как вдруг рядом появилась протянутая бутылка соджу.
Это был Ким Дохён. С лёгкой, доброжелательной улыбкой он наполнил стакан Тхэгёма, вежливо кивнув.
— Я первокурсник факультета английской филологии, Ким Дохён. Вы ведь на управлении, да?
Из-за появления Тхэгёма разговоры за столом прервались, но, судя по всему, у Дохёна это не вызвало ни малейшего раздражения. Или он просто умело скрывал свои чувства, учитывая, что только что обсуждал за спиной самого Тхэгёма. С вежливой улыбкой он налил соджу в свой стакан и протянул его, предлагая Тхэгёму наполнить и его. Конечно, вместо того чтобы налить, Тхэгём просто забрал стакан.
— Вот уж настоящий придурок, Чхве Тхэгём.
Я снова цокнул языком и поднял бутылку соджу, стоявшую на столе. Только я собрался налить, как Тхэгём громко поставил стакан на стол и забрал у меня бутылку. Мягкий звук льющегося соджу приятно резанул слух.
— Ты говоришь, это твой младшенький, Ли Юну?
Тхэгём обвёл взглядом Дохёна с ног до головы, пока наливал ему выпить. Его тон был колючим, но Дохён лишь продолжал улыбаться, слегка наклоняя голову.
— Да, Юну-сонбэ обо мне заботится.
Заботится? Смешно. Мы встретились только сегодня. Пять минут назад я даже не знал его имени.
— Так значит, вы вдвоём дружно обсуждали меня за спиной?
Тхэгём, слегка улыбаясь, пристально посмотрел на меня. Его взгляд ясно говорил: «Так ты за эти годы, встретившись со мной, занялся тем, что обсуждаешь меня с первокурсником?»
— …Нет, мы не говорили ничего плохого.
Я неловко отвёл взгляд, пытаясь оправдаться. На самом деле, одногруппники расспрашивали, и я случайно рассказал о твоей неприязни к омегам. Признаться в этом было бы слишком унизительно.
— Ну, просто ребята спрашивали, есть ли у тебя партнёр.
Слова прозвучали неуверенно, и я кашлянул, чтобы сменить тему. Но внезапно в голову пришла мысль: а ведь это хорошая возможность узнать, есть ли у него кто-то. Если правильно подойти к вопросу, можно спросить невзначай, как бы между прочим. Главное — делать вид, что мне всё равно.
— Ты ведь ни с кем не встречаешься?
Словно мимоходом бросил я, но Чхве Тхэгём, пьющий соджу, вдруг нахмурился. Затем он спокойно посмотрел на меня.
На мгновение я не уловил смысла его слов. Судя по интонации, это был вопрос, но звучал он как утверждение.
Поставив стакан на стол, Тхэгём прищурился, будто ожидая ответа. Ах, так это всё-таки был вопрос.
Я не просто ни с кем не встречаюсь, я никогда никого и не любил. В школьные годы всё внимание было сосредоточено на том, чтобы защищать Тхэгёма, а потом, повзрослев, я понял, что люблю только его. О том, чтобы встречаться с кем-то другим, я даже не думал.
На мой ответ Тхэгём мельком взглянул на меня, затем отвернулся и, прочистив горло, неуклюже кашлянул. Этот звук был странно неестественным. Вместе с ним до меня донеслись лёгкие, приятные феромоны. Что с ним сегодня?
Едва слышным голосом он наконец ответил:
— Я тоже ни с кем не встречаюсь.
Невольно вырвалось у меня. Я только что твёрдо решил забыть его, прошло меньше десяти минут, а это признание уже успело улучшить моё настроение. Настолько, что мои феромоны начали непроизвольно прорываться наружу.
Но показывать радость было нельзя. Я лишь сдержанно потёр кепку, стараясь ответить с безразличием. Хотя внутри всё кричало от восторга. Мысль о том, что у него нет пары, что сейчас он не с кем-то другим, не давала моим губам перестать подрагивать от желания улыбнуться.
— Сонбэ, можно спросить вас кое-что?
Моё лёгкое эйфорическое состояние прервалось, когда я услышал голос Дохёна. Он смотрел на Тхэгёма, улыбаясь своей дружелюбной, открытой улыбкой. Тхэгём, который до этого момента смотрел в мою сторону, раздражённо повернул голову.
— Вы говорили, что не любите омег, но как насчёт Юну-сонбэ?
Этот вопрос вызвал у меня странное чувство тревоги. Он был слишком непонятным, чтобы сразу понять его цель. Тхэгём нахмурился, словно хотел сказать: «Что за чушь ты несёшь?»
Его рука опустилась на спинку моего стула. Он наклонился так близко, что я почувствовал его дыхание. Инстинктивно я отклонился назад, а Дохён, взглянув на меня, произнёс с невинной улыбкой: