Огонь души (Новелла). Глава 107
Копировать и использовать перевод запрещено! Ссылка на телеграм канал: https://t.me/bibi_yatagan Ранний доступ к главам на Boosty: https://boosty.to/bibi_yatagan
Глава 107.
Джэгём и сегодня выходил на работу во второй половине дня.
Проводив его, Чонджу и Месан помахали ему на прощание, а Джэгём, как и вчера, сел на автобус до Чонмё. В спокойный будний день после полудня автобус был довольно пустым. Джэгём привычно приложил карту и прошёл на самый последний ряд, где не было ни одного пассажира.
Рассеянно глядя в окно, Джэгём в какой-то момент начал нервно трясти ногой. Обычно, когда Чонджу или Месан начинали так делать, он ворчал, что это раздражает, что это к несчастью. Но сегодня ему почему-то было трудно усидеть спокойно.
По дороге на работу, в конце этого пути, был Юн Тэхи...
Школа и работа были похожи в одном. Это места, где встречи неизбежны. Если ехать в главное управление, он встретит Юн Тэхи. Эта сама по себе совершенно очевидная мысль сегодня почему-то вызывала сильное недовольство и стала причиной того, что нога Джэгёма дрожала без остановки.
С самого утра, с того момента как открыл глаза, и до сих пор Джэгём думал только о Юн Тэхи. Точнее, о поцелуе, которым они обменялись. Он даже пытался намеренно отвлечься на что-нибудь другое, но всякий раз снова возвращался мыслями ко вчерашнему поцелую, будто попал в ловушку.
Именно в тот момент, когда Джэгём бездумно касался губ,
Нога, которая до этого непрерывно дрожала, резко замерла.
Среди только что вошедших пассажиров оказалось знакомое лицо. Это был тот самый парень с обесцвеченными волосами. Ярко-жёлтые волосы и множество пирсингов в ушах никуда не делись. В костюме Им Хёмун уже вполне походил на наджа. При виде столь неожиданного человека Джэгём слегка нахмурился.
— Надо же! Вот уж не думал встретить здесь Семьдесят седьмого!
Громко топая, Им Хёмун подбежал к Джэгёму. Встретиться в автобусе было поистине невероятным совпадением. Неожиданная встреча привела Им Хёмуна в полный восторг. Вид у него был такой, будто он безумно рад видеть старого друга, однако выражение лица Джэгёма оставалось исключительно кислым.
— Эй. Ты чего сюда идёшь? Мест полно. Сядь где-нибудь ещё.
— Ну как это? Конечно, надо садиться рядом с товарищем по набору. А куда ещё?
Среди всех товарищей по набору Им Хёмун почему-то особенно проникся чувством товарищества к Джэгёму. Уже одно то, что на экзамене они сидели рядом, казалось ему особенной связью, а раз они ещё и вместе прошли отбор, то в его глазах Семьдесят седьмой и он сам были почти как боевые товарищи, выжившие на поле боя.
— Ты тоже сегодня выходишь после обеда? Да? А, хочешь жвачку?
Полностью проигнорировав просьбу сесть в другом месте, Им Хёмун, жуя жвачку, занял соседнее сиденье.
Джэгём остро покосился на сияющего улыбкой Им Хёмуна. Для него Им Хёмун был не более чем «тем парнем, который тогда сидел рядом на экзамене».
После экзамена они виделись не впервые. Некоторое время назад они случайно столкнулись в коридоре главного управления. Тогда Им Хёмун тоже поднял шум, будто встретил самого близкого друга на свете.
И тогда Джэгём не особенно обрадовался встрече. Однако всё же сделал вид, что узнал его, исключительно потому, что вспомнил, как на экзамене тот без колебаний сцепился с отвратительным мерзавцем Хван Сынсу. Всё-таки в нём была своя смелость.
Подумав об этом, Джэгём решил, что может хотя бы поздороваться с ним. Только поздороваться, не более того. Однако Им Хёмун, начав с обычного вопроса о том, как дела, принялся без остановки рассказывать о своей жизни, о впечатлениях от работы наджа, об атмосфере в своей группе и прочих вещах, о которых его никто не спрашивал, а потом и вовсе прицепился к Джэгёму. Какие у него отношения с главным наджа Юном, почему он не сказал, что главный наджа Юн был его рекомендателем, знает ли он, как сильно тогда все удивились...
Джэгём поспешил сбежать прежде, чем у него из ушей пошла кровь.
Даже маленькая шумная птица болтает меньше тебя. Окончательно утомившись, Джэгём понизил свою оценку Им Хёмуна с «того парня, который сидел рядом на экзамене» до «болтливого надоедливого парня», а после этого, замечая его издалека в коридоре, обычно делал крюк и уходил другой дорогой.
И вот, несмотря на все старания избегать его... они столкнулись именно в автобусе, откуда было некуда сбежать. До самого главного управления ему придётся это терпеть. Джэгём уже чувствовал усталость.
Беззаботный Им Хёмун наконец начал настоящий разговор.
— Семьдесят седьмой, так ты тоже ездишь на этом автобусе? Эх, если бы я раньше знал, мы бы ездили на работу вместе. Теперь будем часто встречаться в автобусе, да? А во сколько ты завтра выходишь?
7212. Надо запомнить. Больше на этот автобус садиться нельзя.
Именно в тот момент, когда Джэгём, мысленно повторяя цифры, кивнул,
— Ну как у тебя дела в последнее время? В отделе экзорцизма уже освоился?
Им Хёмун непринуждённо обнял его за плечи и зашептал. Из-за того, что он без конца жевал жвачку, его манера речи звучала довольно легкомысленно.
С явным раздражением на лице Джэгём стряхнул его руку. Он ещё ни разу толком не участвовал в выезде. Им Хёмун быстро огляделся по сторонам и снова заговорил шёпотом.
— В отделе экзорцизма пока спокойно, да? А у нас из-за Пёксадана полный хаос.
Ставший сотрудником третьей группы отдела тайного наблюдения Им Хёмун говорил так тихо, будто боялся, что его кто-нибудь услышит. К счастью, поблизости никто не сидел.
Джэгём равнодушно ковырнул в ухе, и Им Хёмун вытаращил глаза так, будто не мог поверить, что тот не знает.
— Ты не знаешь Пёксадан? Да из-за Пёксадана сейчас всё главное управление на ушах стоит.
Джэгём не присутствовал на ежемесячном отчёте, поэтому ничего не знал о Пёксадане. Зато Им Хёмун, работавший в отделе тайного наблюдения, был прекрасно осведомлён. Поэтому он принялся вполголоса пересказывать своему товарищу по набору, оторванному от новостей главного управления, всё, что знал.
Суть сводилась к тому, что появилась некая группа духов под названием Пёксадан, а за ними стоит знаменитая шаманка Ёхе, которая использует Пёксадан как своих слуг. Им Хёмун рассказывал с большим энтузиазмом, но Джэгём не особа слушал.
Ну собралась кучка духов вместе, и что с того...
Не испытывавший ни чувства принадлежности к наджа, ни особого профессионального самосознания, Джэгём не находил в рассказе Им Хёмуна ничего особенно интересного. К тому же его раздражало дыхание, постоянно обдававшее ухо, поэтому сосредоточиться на рассказе было трудно.
— Из-за этого у отдела тайного наблюдения сейчас полная тревога. Меня тоже скоро, наверное, отправят куда-нибудь на внедрение вместе со старшими...
Пропуская слова Им Хёмуна мимо ушей, Джэгём почесал лоб. У него и без того голова была забита другим. Ни Пёксадан, ни что-либо ещё сейчас не имели значения.
Автобус, в котором они ехали, всё приближался к месту назначения.
Совсем скоро будет Чонмё. Затем главное управление. А в главном управлении есть Юн Тэхи. Поцелуй прошлой ночью никак не выходил у него из головы. Как ручьи сходятся в одном море, так и все его мысли неизменно возвращались к Юн Тэхи, а вопрос «Так почему же Юн Тэхи вообще меня поцеловал?» никак не покидал его голову.
— Слушай. Ладно, хватит об этом. Я хотел кое-что спросить...
Когда обычно безразличный Джэгём сам заговорил первым, явно пытаясь сменить тему, Им Хёмун удивлённо кивнул.
Джэгём принялся рассеянно теребить галстук и долго не решался заговорить. Что он вообще собирается спросить? Недоумевающий Им Хёмун моргал и смотрел на него.
Что? Только что они говорили о Пёксадане, а теперь вдруг о поцелуях? От такой резкой смены темы Им Хёмун чуть не проглотил жвачку, которую жевал.
С трудом вернув её обратно из горла, он облегчённо выдохнул. Жвачка ещё не потеряла вкус, так что было бы жалко проглотить её просто так.
Лицо Джэгёма, ожидавшего ответа, было совершенно серьёзным.
Им Хёмун замялся, теребя пирсинг. Впрочем, в его возрасте интерес к таким вещам был вполне естественным. Он легонько ткнул Джэгёма локтем.
— А что? Интересно, какие ощущения? Хочешь, хён тебе расскажет?
Им Хёмун шутливо усмехнулся, но Джэгём, немного поколебавшись, всё-таки заговорил.
— Вчера меня кое-кто поцеловал.
Жвачка, которую он только что спас, всё-таки отправилась в желудок. Проглотив её, Им Хёмун вытаращил глаза на Джэгёма.
Джэгём на мгновение замер, а потом слегка кивнул. При этом он не забыл оглядеться по сторонам. Если собеседником был Им Хёмун, то о том, что его поцеловали, он мог рассказать без особых проблем.
— Но сколько ни думаю, всё равно не понимаю, почему меня поце... поцеловали. Потому что мы оба муж…, а, нет. То есть я не думал, что мы из тех, кто вообще может целоваться...
Джэгём продолжал говорить с серьёзным лицом.
Чонджу был очень догадливым и слишком хорошо его знал, поэтому попытка что-то скрыть или выкрутиться имела свои пределы. Стоило бы Джэгёму начать говорить намёками, как Чонджу сразу всё понял бы и начал расспрашивать дальше. А потом быстро выяснил бы и то, что человек, который его поцеловал, мужчина. И что это Юн Тэхи.
Поэтому именно Чонджу он не мог ничего рассказать. А вот Им Хёмуну, как ему казалось, можно было спокойно признаться хотя бы в самом факте поцелуя. Всё равно Им Хёмун ничего не знал, да и через пару месяцев они, скорее всего, уже не увидятся. Раз уж от него столько шума, то можно хотя бы воспользоваться случаем и спросить его мнение.
— Охренеть! Что? Что? Семьдесят седьмой, тыыы... А я впервые поцеловался только в двадцать лет!
И Им Хёмун, как обычно, сосредоточился совершенно не на том...
Сейчас Им Хёмун выглядел настолько развязно, что где угодно его приняли бы за хулигана. Однако на самом деле он был отличником, который все три года старшей школы ходил почти наголо стриженным и постоянно держался в числе лучших учеников. Тогда он был полностью сосредоточен на учёбе и не интересовался противоположным полом. Лишь поступив в университет, впервые начал с кем-то сближаться и встречаться.
Им Хёмун до сих пор считал своим главным сожалением то, что ни разу ни с кем не встречался в подростковые годы. И вот теперь перед ним появилась возможность хотя бы косвенно этим насладиться. Сначала он подумал, что тема разговора изменилась слишком резко, но интерес к Пёксадану уже давно улетучился без следа.
Покраснев, Им Хёмун схватился за щёки. Человек, которого поцеловали, сидел с серьёзнейшим видом, а вот настоящий переполох устроил именно сторонний наблюдатель Им Хёмун. Обычно он обожал читать романтическую манхву и легко приходил в восторг от чужих любовных историй.
Судя по всему, Семьдесят седьмой просто не уверен в чувствах другой стороны. Если он думал, что они не из тех, кто может целоваться, значит, их отношения ещё не определены. Не похоже, что они уже встречаются. Тогда это ещё до признания? Значит, период неопределённости! Хорошее время. Очень хорошее время...
За короткое время Им Хёмун успел выстроить у себя в голове целый сценарий и теперь смотрел на Джэгёма сияющими глазами.
— Вы познакомились в школе? Вы ровесники?
Немного помедлив, Джэгём покачал головой. В школе они действительно познакомились, но...
Его ровесники давно уже превратились в прах и землю...
С невероятным интересом спросил Им Хёмун. Теперь он даже переступал с ноги на ногу от нетерпения. Джэгём посмотрел на него с недоумением. Он не понимал, зачем вообще спрашивать о таком. Хотя, наверное, сказать можно. Он попытался восстановить в памяти полустёршиеся воспоминания.
— Он говорил, что ему двадцать шесть.
Ещё секунду назад Им Хёмун весь сиял от возбуждения, а теперь выглядел так, будто его ударили по голове кирпичом. Джэгём недоумённо спросил.
Всё розовое воображение Им Хёмуна в один миг окатили ледяной водой.
Он молча уставился на Джэгёма. Двадцать шесть?.. Для самого Им Хёмуна двадцать шесть тоже был возрастом старше его собственного. Конечно, Семьдесят седьмой был высоким, красивым и выглядел удивительно зрелым, так что наверняка нравился старшим девушкам. Но как ни посмотри, он всё ещё был подростком. Разница в возрасте выглядела крайне нездоровой. Более того, по словам Джэгёма, первым поцеловал именно тот человек.
— Значит, это она первой начала за тобой бегать?
— А сам ты как к ней относишься?
Значит, теперь чувства уже начали склоняться в другую сторону? К этому моменту Им Хёмун стал совершенно серьёзным.
— Она ведь занятая, да? Обычно и на связь толком не выходит?
Теперь он решил перейти к более глубокому допросу. Джэгём на мгновение замер от неожиданного вопроса, но всё же кивнул. То, что Юн Тэхи редко отвечал на звонки и постоянно был занят, было правдой. Услышав подтверждение, Им Хёмун понимающе кивнул.
— Но когда вы всё-таки встречаетесь, она очень добрая? Заботливая?
— И ещё вот это, то покупает, деньги направо и налево тратит?
С каждым новым вопросом глаза Джэгёма становились всё больше.
Точность попаданий Им Хёмуна действительно его удивила. Может, тому стоило стать не наджа, а гадалкой? Впрочем, с точки зрения самого Им Хёмуна это были совершенно очевидные и логичные выводы. При такой разнице в возрасте старший человек наверняка легко тратит деньги на младшего. А раз у него своя жизнь и работа, то неудивительно, что обычно он уделяет мало внимания.
Теперь Им Хёмун был уверен окончательно. Семьдесят седьмой попался на крючок. Он не знал, где именно они познакомились, но был убеждён, что взрослый человек просто играет с молодым и красивым Семьдесят седьмым. Обычно он не вмешивался в чужие отношения, но раз уж теперь узнал об этом, пройти мимо не мог. Как человек, проживший на несколько лет больше, он чувствовал, что обязан остановить его.
Любопытство Им Хёмуна разгорелось ещё сильнее.
— Семьдесят седьмой, по-моему, это правда нехорошо. Я против.
Джэгём нахмурился. Тот и раньше задавал какие-то странные вопросы, а теперь и вовсе начал нести непонятно что. Всё потому, что их разговор с самого начала шёл совершенно в разных направлениях...
С серьёзным видом Им Хёмун поднял указательный палец. В таких случаях нужно было прямо сказать человеку правду.
— Этот человек просто играет тобой!
Им Хёмун решительно кивнул. Но Семьдесят седьмой смотрел так, будто не верил ни единому слову. Даже после прямого объяснения он словно отказывался принимать реальность.
— Подумай сам. Ей двадцать шесть, так? Неужели человек в середине двадцатых может всерьёз относиться к школьнику? Она просто развлекается с ребёнком, который ничего не понимает!
Джэгём холодно посмотрел на него и сказал.
— Не говори так о человеке, которого даже не знаешь.
Ну конечно. Вот поэтому любовные советы давать бесполезно!
— Эй, это ты ничего не понимаешь! Что именно я не знаю?
Настолько возмущённый, что даже вспыхнул, Им Хёмун резко возразил.
— Я уже не учусь в школе, так что школьную еду больше не ем.
Им Хёмун на мгновение лишился дара речи.
— Да я не об этом... Господи, я сейчас с ума сойду...