Огонь души (Новелла). Глава 4
Копировать и использовать перевод запрещено! Ссылка на телеграм канал: https://t.me/bibi_yatagan Ранний доступ к главам на Boosty: https://boosty.to/bibi_yatagan
Глава 4.
Хитрый стоял, прислонившись спиной к заржавевшим железным воротам, и вёл борьбу с накатывающей сонливостью. В такой поздний час, да ещё в таком безлюдном месте, совершенно непонятно, кто вообще может сюда прийти.
Хитрый стоял на посту у входа в заброшенный завод. Место было заброшено уже давно, вокруг не было ни жилых домов, ни даже одного уличного фонаря. Кромешную темноту освещали лишь тусклый лунный свет и неровно разожжённое пламя внутри помятой бочки.
В этот момент за его спиной с тяжёлым звуком открылись железные ворота, и мужчина в меховой шапке высунул голову.
Несмотря на его отказ, мужчина упрямо закрыл железные ворота и вышел наружу. Встав рядом, Меховая шапка огляделся по сторонам. На пустынной площадке валялись груды древесины, а напротив стоял припаркованный фургон. Меховая шапка, всматривавшийся в темноту, будто на мгновение замер, затем повернул голову и посмотрел на Хитрого.
От неожиданного заявления Хитрый нахмурился.
— Когда это я? Я не умею свистеть.
Когда Меховая шапка с растерянным видом наклонил голову, Хитрый сказал.
Не успели слова закончиться, как холодный ветер пронёсся по пустырю. Меховая шапка вздрогнул. Из-за ветра внезапно появилось ощущение холода. Хитрый некоторое время молча слушал шелест листьев на ветру и осторожно заговорил.
Меховая шапка вместо ответа покачал головой. Хитрый с тяжёлым выражением лица посмотрел в небо. О чём он вообще думает. Хитрый немало времени провёл рядом с хённимом, Ким Сонхуном, но впервые тот казался ему настолько чужим, как сегодня.
Точнее сказать, это началось со вчерашнего утра.
Ким Сонхун, которого знал Хитрый, был человеком жизнерадостным и прямолинейным. Конечно, как и полагается человеку, привыкшему пускать в ход кулаки, недостатком была его грубоватая простота. Болтливый, любящий поддразнивать подчинённых Ким Сонхун со вчерашнего дня вёл себя как совершенно другой человек. Румяное лицо за одну ночь стало измождённым, он не ел и не улыбался. Все удивились его непривычному виду и спрашивали, что случилось, но Ким Сонхун вместо ответа лишь смотрел пронзительным, горящим взглядом.
К полудню он, не сказав ни слова, что собирается куда-то отлучиться, исчез. Снова появился лишь спустя полдня. Вернувшись в офис, Ким Сонхун приказал одному из подчинённых подать машину. На вопросы, куда они едут, он лишь поднимал палец и указывал направление. Место, куда они прибыли, следуя его указаниям, оказалось именно этим. С приказом охранять ворота он лишь добавил, чтобы они ждали.
По какой причине, кого именно ждать, он не объяснил, хотя обычно сделал бы это. Сухо отдав распоряжения, он направился в склад внутри здания, а когда подчинённые пошли следом, заявил, что побудет один, и даже выгнал всех наружу. Его непривычно суровая аура не позволяла никому приблизиться. Подчинённые по очереди сменялись, охраняя ворота.
Проводить время в ожидании без срока и без объяснений было довольно мучительно. Хитрый разминал затёкшую шею, поворачивая её из стороны в сторону, пытаясь снять напряжение, когда Меховая шапка вдруг с силой хлопнул его по плечу и выругался.
— Ах ты, сука, реально помереть хочешь.
— Несешь полную чушь. Ого, этот придурок. Мог бы и актёром стать.
— Что ещё, придурок. Хватит уже, больше не куплюсь.
— О чём ты вообще. Говори так, чтобы можно было понять.
— Ты только что снова свистнул.
Хитрый тут же стал серьёзным. На лице было написано, что он считает это чепухой. Меховая шапка, посмеивавшийся, постепенно стер улыбку. Он явно слышал свист. И не один раз, а уже дважды. Невыразимое странное ощущение пробежало по его позвоночнику.
— С чего ты всё про свист с самого начала. Никаких звуков не слышно…
Хитрый нахмурился и начал говорить.
В одно мгновение перед глазами всё залило ослепительно белым. От внезапного света Хитрый и Меховая шапка поспешно закрыли глаза руками.
Из припаркованного напротив железных ворот фургона бил ослепительный свет фар. Хитрый медленно приподнял веки, которые до этого крепко зажмурил. С трудом открыв глаза, он увидел…
…незнакомый силуэт, стоящий на крыше машины.
Незнакомый силуэт находился за светом фар, поэтому его плохо было видно в темноте. Различалась лишь смутная форма. Это тот, кого велел ждать хённим. Пока Хитрый, растерявшись от неожиданной ситуации, пытался собраться с мыслями, незнакомый силуэт с крыши машины легко спрыгнул на капот.
С глухим звуком первым, что бросилось в глаза, оказался безупречно чистый носок ботинка.
Меховая шапка, поздно заметивший незнакомца, закричал. Незнакомый силуэт легко соскользнул с капота и медленно вышел из темноты. Появился высокий мужчина в хорошо сидящем тёмно-синем костюме.
Он держал обе руки в карманах брюк. Развязная поза не соответствовала его строгому внешнему виду. Мужчина поднял руку и, приблизив её к плечу, широко раскрыл ладонь.
Юн Тэхи беззаботно поприветствовал их.
Хитрый и меховая шапка с застывшими лицами молча уставились на мужчину перед собой. У него была странная внешность, никак не соответствующая его эффектному виду. Сильно изогнутые брови, глаза, вытянутые плавной линией, кривой нос-картошка, и… улыбающееся лицо.
Это была маска. Мужчина носил традиционную маску, какую можно увидеть разве что в учебниках. Из-за того что нижняя часть маски была открыта, было видно прямой подбородок и губы с лёгкой улыбкой. Чёткий костюм и выцветшая традиционная маска. Невиданное и неслыханное странное сочетание. В его облике было даже что-то пугающее, и оба стояли, застыв в оцепенении.
— Что это сейчас был за звук. Кто пришёл?
В этот момент за спинами застывших двоих раздался голос. Мужчина, выходивший изнутри, открыв тяжёлые железные ворота, испуганно поморщился. Всё из-за ярких фар, бивших прямо в лицо.
Мужчина, заслонявший рукой свет, заметил Юн Тэхи и, как и двое перед ним, заметно занервничал. С бритой наголо головой он бросил на Меховую шапку взгляд, требующий объяснения ситуации, но Меховая шапка лишь нахмурился и покачал головой. Бритоголовый настороженно спросил.
— К-кто вы. Вас, может, хённим позвал?
Юн Тэхи молча опустил взгляд на ноги подчинённых. У всех троих были тени. Значит, они люди. К тому же, судя по тому, как они то и дело говорят «хённим, хённим»…
Быстро сообразив, что к чему, Юн Тэхи медленно приподнял уголки губ.
Доклад отдела тайного наблюдения по итогам осмотра места был следующим. Ребёнок, находившийся на лечении в больнице, как обычно принял лекарство и уснул. Родная мать ребёнка ненадолго вышла из палаты, оставив глубоко спящего ребёнка, и в этот короткий промежуток в палату, где он остался один, кто-то пришёл.
Тот, кто пришёл в палату, не коснулся ребёнка даже кончиком пальца. Однако была одна деталь, которую можно назвать особенностью. Он забрал игрушку, которую ребёнок обычно берёг и сразу же покинул больницу. Это всё было подтверждено записями с камер видеонаблюдения больницы.
Отдел тайного наблюдения проследил за ним. Имя мужчины, пришедшего в палату, было Ким Сонхун. Он не имел никакого отношения к строительной компании Джугён, держал при себе нескольких подчинённых и изображал из себя бандита, будучи всего лишь обычным человеком.
После того как Ким Сонхун покинул палату, ребёнок впал в бессознательное состояние.
Юн Тэхи, на мгновение погрузившийся в мысли, открыл рот.
Ответ, прозвучавший спустя долгое молчание, был слишком лёгким по тону.
И без того суровое лицо Бритоголового стало ещё более неприглядным. Странная маска, подозрительно дерзкая манера держаться. Всё в этом мужчине казалось сомнительным. Но делать поспешные выводы было рано. Хённим не сообщил никакой информации, а раз человек, пришедший к хённиму, скрывает лицо, возможно, он что-то замышляет втайне от них.
Это вызывало подозрения, но если учесть, что он появился в таком отдалённом месте и в нужный момент, возможно, он и есть тот, кого ждёт хённим. Намерения хённима были непонятны, и ситуация оставалась тягостной. Немного поразмыслив, Бритоголовый сделал знак глазами. Это означало, что пока он готов проводить его к хённиму. Юн Тэхи неторопливо подошёл ближе. Высокий рост выглядел весьма угрожающе.
В этот момент замешкавшийся Хитрый окликнул Юн Тэхи, который уже собирался пройти за дверь. Меховая шапка и Бритоголовый одновременно бросили на него недоумённые взгляды.
— Э… ф-фары… как вы их включили?
Хитрый порылся в надетом пуховике и достал ключи от машины.
— Ключи от машины у меня. Как вы включили фары?
Все, кроме Хитрого, выглядели так, будто им дали по затылку. Меховая шапка, стоявший рядом с Хитрым, только теперь понял ситуацию и застыл с широко раскрытым ртом. Увидев мужчину, все на мгновение были подавлены его присутствием и забыли о странности его появления.
Мужчина, который включил фары автомобиля без вставленного ключа и бесшумно стоял на крыше. И это было не единственное странное. Это место было таким, куда нельзя попасть без машины. Но мужчина появился пешком.
Губы, видневшиеся под маской, медленно изогнулись дугой.
— И правда. Как же это получилось.
Юн Тэхи повернулся и посмотрел на Хитрого. Остальные трое вздрогнули и отступили. Бритоголовый потянулся рукой к короткому ножу, заткнутому за пояс. При необходимости он был готов броситься вперёд и скрутить его.
— А, хотите, я покажу кое-что интересное?
Юн Тэхи, немного постояв и потерев шею, неожиданно достал что-то из-под пиджака. Это был небольшой металлический футляр. Когда он открыл крышку, внутри оказались квадратные стикеры.
— Это очень редкая вещь. Я буквально выпросил её у отдела ритуальных предметов, поэтому обычно не использую. Но сегодня особый случай, я покажу. Потому что настроение у меня сейчас хорошее.
Подчинённые переглянулись, не понимая ни слова. Юн Тэхи по одному оторвал стикеры и зажал между пальцами. Всего их было три.
— Смотрите внимательно, маленькое шоу в антракте.
Юн Тэхи раскрыл ладонь, положил на неё листки и мягко подул. Бумажки зашевелились, будто вот-вот улетят, и по очереди начали подниматься в воздух. Картина была невероятной. Три листка, зависшие в воздухе в ряд, одновременно начали складываться. Чем больше они складывались, тем меньше становились, а форма становилась всё сложнее.
Результатом этого процесса стали «птицы».
Он не коснулся их кончиками пальцев, но форма была идеальной. Это не шло ни в какое сравнение с обычным бумажным журавликом. Голова, крылья, тело, всё было чётко выверено.
— Поздоровайтесь. Их называют хыкманджо (чёрная птица забвения). Как и следует из названия, с наступлением дня она забывает всё, что было в темноте. Поэтому некоторые называют её глупой и жалкой птицей…
Юн Тэхи начал любезно объяснять, но подчинённые, казалось, ничего не слышали. Меховая шапка тёр глаза, щипал себя за щёки и устраивал настоящий переполох, а Хитрый и Бритоголовый стояли с полностью опустошёнными лицами. Если это и было обещанное шоу, то оно удалось на славу.
Юн Тэхи, не обращая внимания на их реакцию, продолжил.
— Но я думаю иначе. Ночь это сточная канава жизни. Большинство мерзких вещей происходит ночью. Видишь то, чего не должен видеть, узнаёшь то, чего не должен знать… ну, в этом смысле забывать ночь это не глупость и не жалость, а скорее благословение.
Три бумажные птицы замерли без малейшего движения. Будто застыли в вакууме. Юн Тэхи медленно вытянул руку. Когда он мягко поднёс тыльную сторону ладони, бумажные птицы неожиданно затрепетали и начали махать крыльями. Кружившие рядом птицы опустились на тыльную сторону его руки.
— Ну что… господа бандиты, на этом шоу закончим?
Сказав это, Юн Тэхи слегка пошевелил пальцами. Бумажные птицы на его руке, словно готовясь к взлёту, сложили крылья и сжались. Юн Тэхи щёлкнул большим и средним пальцами.