Уинтерфилд (Новелла). Глава 256
Копировать и использовать перевод запрещено! Ссылка на телеграм канал: https://t.me/bibi_yatagan Ранний доступ к главам на Boosty: https://boosty.to/bibi_yatagan
Воссоединение
Глава 256.
Из отведённого месяца прошло уже больше половины. Гизель по-прежнему спал, и его телу не было причинено никакого вреда. Глубокий сон оставался стабильным, не сбиваясь даже дыхание, а магический круг, связывающий его душу с миром живых, без единой ошибки продолжал работать уже более двадцати дней.
К этому моменту сердца оставшихся людей постепенно начали успокаиваться. Ренсли тоже. То чувство печали и обречённости, будто перед лицом настоящей смерти, которое было вначале, заметно утихло, и он по-настоящему поверил словам Гизеля, который не раз подчёркивал, что попытка отправиться в мир мёртвых вовсе не является смертельно опасной. Иногда он даже тихо усмехался, вспоминая те моменты, когда не мог поверить в величайшего мага континента и испытывал тревогу.
— Этот вопрос лучше будет решить после возвращения Великого герцога. Пока продолжайте как есть, а если появятся переменные, сразу докладывайте.
Поначалу казавшееся непосильным исполнение обязанностей оказалось не таким уж трудным. К счастью, весной в Олденранте было не так много дел, требующих серьёзных решений, и основное внимание уделялось ремонту и укреплению уже существующего в подготовке к новой зиме.
Сложные вопросы, которые трудно было решить в одиночку, откладывались до возвращения Гизеля, а текущие дела Ренсли должен был контролировать так, чтобы не возникало упущений или замедлений.
— Вы прекрасно справляетесь, Ваша Светлость.
— Ах, если бы не госпожа Фрида, это было бы совершенно невозможно.
Сидя друг напротив друга в кабинете без Гизеля и просматривая отчёты, поступившие из различных владений, Ренсли и Фрида хвалили труд друг друга.
Хотя их дни проходили более гладко, чем ожидалось, оба неизбежно выглядели немного уставшими. С лицом более тёмным, чем обычно, Ренсли всё же улыбнулся и посмотрел в окно.
— Но теперь осталось совсем немного времени. Нужно продержаться ещё несколько дней, и Его Светлость вернётся.
— К счастью, всё идёт лучше, чем ожидалось. Придворные маги говорят, что если так продолжится, проблем не будет.
— Да, если бы в мире мёртвых возникли трудности, сигнал уже поступил бы и в магический круг.
— Поздравляю. Когда Его Светлость вернётся, тогда вы станете супругами, которые по праву получили наследника.
Ренсли смущённо улыбнулся и покачал головой.
— Но я слышал, что трон Олденранта не обязательно переходит к родному ребёнку правителя.
— Даже если трон достанется другому, разве не радостно обрести ребёнка, унаследовавшего кровь вас двоих, и продолжить род. У севера есть свои обстоятельства, поэтому, в отличие от других стран, он в значительной степени полагается на призванное существо, которым управляет правитель...
Фрида улыбнулась и слегка понизила голос.
— Честно говоря, я думаю, что ваш ребёнок естественным образом станет следующим Великим герцогом. Вряд ли можно ожидать более подходящих качеств для того, чтобы принять и управлять призываемым существом.
Это было невозможно знать наверняка. Отец Гизеля, хоть и был избран призываемым существом, не смог исполнять обязанности Великого герцога из-за собственного безумия.
Это не та тема, о которой можно говорить вслух, но если честно, оставался вопрос, действительно ли становиться Великим герцогом так уж хорошо. Стоило лишь подумать о долге, который нёс на себе Гизель Зибендад, и о той боли, которую он из-за этого пережил.
Но, как сказала Фрида, независимо от того, кому достанется власть, если удастся получить тот результат, который казался невозможным, это будет радостью. Какую бы судьбу ни встретил ребёнок, они вырастят его вместе, чтобы он смог испытать столько счастья, сколько возможно. Даже несмотря на то, что их положение уже не было таким безупречным, как раньше.
Несмотря на свои судьбы, Гизель и Ренсли в конце концов обрели счастье, и не было причины, по которой ребёнок не смог бы сделать то же самое.
— Скорее бы Его Светлость вернулся…
Ренсли пробормотал это, словно говоря сам с собой, и посмотрел в окно. Он очень ждал вторую весну в Олденранте, но даже не предполагал, что ему придётся провести столько времени в одиночестве.
Глубокой ночью Ренсли внезапно проснулся.
Открыв глаза, он увидел, как дрожит окно. Весной в Олденранте обычно стоит мягкая погода, но иногда поднимается такой сильный ветер. Весенний ветер не холодный, но порывы настолько сильны, что в такие дни снаружи приходится привязывать вещи, чтобы их не унесло.
Раз уж он проснулся, он налил себе воды и снова лёг в кровать, но почему-то сон не возвращался.
Что делать? Немного подумав, Ренсли встал. Вместо того чтобы заставлять себя уснуть, он решил воспользоваться ранним пробуждением и впервые за долгое время уделить время себе. С тех пор как Гизель оставил ему государственные дела и отправился в мир мёртвых, Ренсли не находил времени на личную жизнь, мучаясь тревогой и разбирая удвоившийся объём работы.
Хотя сказать, что он наслаждается личной жизнью, было бы преувеличением… может, хотя бы пролистать роман, который он так и не прочитал в последнее время?
Ренсли тихо усмехнулся. Он позволил себе такую расслабленность лишь потому, что был уверен в безопасности Гизеля. Ещё совсем недавно тревога не позволяла даже думать о хобби. Когда он вышел из комнаты, двое солдат, стоявших на посту, склонили головы.
— Вы проснулись, Ваша Светлость, Великая герцогиня.
— Думаю, я схожу в библиотеку.
То, что даже при таком коротком и незначительном маршруте, как путь от спальни до библиотеки, его всегда сопровождали, было самым большим неудобством после того, как он стал Великой герцогиней. Впрочем, он уже более-менее привык.
Ренсли посмотрел на окно в стене замка. Почему-то казалось, что ветер преследует его с самого момента выхода из комнаты, сопровождая каждый его шаг.
Он спросил у охранников. Один из них открыл одно из окон.
Сонный взгляд Ренсли резко стал острым. Ветер, который он принял за обычную погоду, следовал за ним.
Ренсли закрыл глаза и прислушался. Сосредоточившись, он ясно услышал то, что раньше казалось просто шумом ветра. Духи подавали сигнал опасности.
— Немедленно вызовите больше стражи и передайте Командиру рыцарского ордена, чтобы он срочно вернулся в замок!
От столь решительного приказа среди ночи лица охранников выразили растерянность, но они не стали спрашивать причины. Они тут же протрубили в переносной рог для чрезвычайного сбора, а Ренсли ускорил шаг.
В тот момент, когда в замке начало подниматься волнение, Ренсли, направлявшийся в библиотеку, изменил направление. Его целью была лаборатория, где находился магический круг Гизеля.
Чтобы без колебаний поддерживать магический круг и тем самым защитить Гизеля, снаружи круглосуточно дежурил рыцарский орден, а внутри королевские маги не покидали своих мест ни днём ни ночью. Это были лишь ближайшие соратники Гизеля и преданные люди, хорошо осведомлённые об этом деле.
Однако рыцари, которые должны были стоять перед лабораторией, по какой-то причине все спали. Возникла проблема. Ренсли поспешно распахнул дверь. Та же картина предстала и внутри. Маги, которые должны были поддерживать магический круг и тело Гизеля рядом с ним, все лежали на полу.
— Ваша Светлость, отступите. Это опасно!
Потрясённые солдаты кричали, но Ренсли не слышал их голосов. Он распахнул дверь лаборатории.
По ту сторону двери стоял человек, совершенно не тот, кого можно было ожидать. Ренсли потрясённым голосом произнёс его имя.
…Люди, охранявшие лабораторию, были лишь ближайшими и преданными людьми Гизеля. Несмотря на огромный вклад в успех этого похода в мир мёртвых, Амин не был включён в число тех, кто должен был охранять магический круг.
Он не был королевским магом Олденранта и никогда не приносил клятву верности Гизелю. Более того, при первой встрече они находились в противостоянии, и даже если прежняя враждебность исчезла, общее мнение было таково, что для подобной задачи он всё ещё непригоден. Сам Амин с этим согласился. И всё же.
— Амин! Что ты сейчас делаешь?
Голос Ренсли повысился. Амин, стоявший в самом центре магического круга, держал посох и кинжал и произносил заклинание.
Неужели Амин всё ещё ненавидит Гизеля? Хотя Гизель и Ренсли спасли его из рук Феликса.
Кто бы мог подумать, что благосклонность Гизеля, высоко оценившего его талант и привлекшего к этому делу, обернётся предательством. Ренсли, не в силах продолжить речь от потрясения, услышал крик Амина.
— Не подходи, Ренсли Маллосен!
Из-за шума, возникшего среди ночи, проснулась не только лаборатория, но и весь замок Великого герцога. Рыцари, следовавшие за Ренсли, а также вся охрана замка стекались к лаборатории. Лицо Амина стало тревожным.
Ренсли поднялся на магический круг. Из руки Амина текла кровь. Магия с использованием крови, цель была неясна, но при воспоминании о том, что Амин был чёрным магом, лицо Ренсли ожесточилось.
— Объясни, что здесь происходит! Ты сейчас что...!
Конец фразы Ренсли оборвался. Чёрт, уже поздно. Ему показалось, что он услышал голос Амина, с досадой стиснутый сквозь зубы.
Сознание помутилось, и тело тяжело, как налитое свинцом, стало оседать. Протянутая Ренсли рука, чтобы вырвать нож, прошла мимо, и он ощутил жгучую боль. Но вскоре даже боль онемела, и неведомая прежде беспомощность накрыла всё тело, будто его затягивало целиком в бездонное болото.
Ты сейчас что творишь? Не сказанные Амину слова он лишь прокричал в мыслях, и Ренсли провалился в кромешную тьму. Так и не поняв, что именно произошло.