Огонь души (Новелла). Глава 106
Копировать и использовать перевод запрещено! Ссылка на телеграм канал: https://t.me/bibi_yatagan Ранний доступ к главам на Boosty: https://boosty.to/bibi_yatagan
Глава 106.
И этим утром на столе, рассчитанном на четверых, как всегда аккуратно стояли три комплекта приборов. Закончив готовить, Чонджу поставил в центр стола каменную миску с паровым омлетом и завершил сервировку.
— Джэгём-а, Месан-а. Идите есть.
Услышав голос Чонджу, Джэгём, валявшийся на кровати, сонно поднялся. С полузакрытыми глазами он сел за стол, и голова сама собой начала клевать носом. Месан, который был во дворе, тоже примчался бегом.
За столом, где собрались все трое, как обычно царил мир и покой.
Пробормотав это, Джэгём медленно поднял ложку. Он сонно моргал и уже собирался зачерпнуть суп, когда во рту кольнула боль. Джэгём нахмурился. Чонджу, сидевший напротив, посмотрел на него с недоумением.
В тот момент затуманенная после сна голова мгновенно прояснилась.
Джэгём на некоторое время молча застыл. Тем временем Месан попробовал суп своей детской ложкой и беззаботно ответил.
Джэгём поспешно пробормотал что-то невнятное. Суп был совершенно в порядке, просто болела рана во рту, и лучше всего было бы сказать правду, но…
Но Джэгём так и не смог открыть рот.
Прошлой ночью он без оглядки бежал по ночным улицам Чонно. Бежал и бежал. Пока дыхание не стало рваться на куски, а мир не начал кружиться перед глазами. Он остановился лишь тогда, когда уже совсем не мог бежать дальше. Поскольку он просто мчался куда глаза глядят и совершенно не знал Сеула, то заблудился довольно быстро.
Именно тогда он заметил такси, проезжавшее по пустой дороге. Джэгём тут же остановил машину. В том состоянии это было на удивление разумное решение.
Он и подумать не мог, что опыт поездки в такси с пьяным Юн Тэхи несколько дней назад окажется настолько полезным. Едва такси остановилось перед ним, Джэгём, тяжело дыша и выглядя так, будто за ним кто-то гонится, резко распахнул заднюю дверь.
Таксист от неожиданности едва не подпрыгнул.
«Ч-что случилось?! В-всё в порядке? Может, в полицию поедем?»
Лицо в поту, одежда вся в земле, сам задыхается так, будто вот-вот потеряет сознание. Неудивительно, что водитель решил, будто он попал в беду.
Однако пассажир назвал вовсе не полицейский участок.
«Джэгём-а, ты же сказал, что сегодня не придёшь домой?»
В это время Чонджу, уложив Месана спать и до глубокой ночи смотревший телевизор, был потрясён неожиданным возвращением Джэгёма. Во-первых, потому что был рад его видеть. Во-вторых, потому что выглядел Джэгём ужасно. Где он вообще был и во что успел вляпаться...
«Что с тобой такое?! Почему ты в таком виде?!»
Наспех придумав оправдание, Джэгём почти сразу провалился в сон. Напряжение отпустило только теперь, и на него навалилась усталость. Да и когда мысли путаются, лучший выход — просто поспать. И действительно, проснувшись утром, Джэгём был гораздо спокойнее, чем накануне.
Буря, бушевавшая у него внутри, к этому времени уже начала стихать. Тяжёлые чувства, которые он испытывал по отношению к Чонджу и Месану, были смыты нахлынувшим, словно приливная волна, поцелуем и теперь почти полностью испарились. К счастью это было или к несчастью, неизвестно, но благодаря этому он смог смотреть им в лицо так же спокойно, как обычно.
Джэгём, рассеянно ковырявшийся в еде, уронил кусочек обратно в тарелку.
Во время еды вдруг понадобились носки. Именно в этот момент Чонджу недоумённо завертел головой по сторонам.
— А, нет... Салфетки. Дай салфетки.
Чонджу несколько раз молча моргнул, а затем сказал.
— Месан, сходи набери в тазик холодной воды.
— Господину полезно будет хорошенько освежиться холодной водой.
Он тут же выписал средство, способное мгновенно привести человека в чувство. Для того, у кого все винтики разболтались, холодная вода подходила идеально. Опасаясь, что Месан и правда побежит за водой, Джэгём поспешил всё исправить.
— Наверное, я ещё не проснулся. Просто... просто оговорился.
Это и правда была обычная оговорка. Пробормотав это, Джэгём приподнялся со стула. Сам взял салфетку и вытер стол, а Чонджу тем временем прищурился и внимательно посмотрел на него.
— Да что ты смотришь? Ешь давай.
Недовольно сказав это, Джэгём тут же опустил взгляд. Он залил рис соевой пастой из супа. Чонджу временами был неприятно проницателен.
— Что это ты сегодня такой рассеянный? Странный какой-то.
— Да просто спать хочу. Что тут странного...
Джэгём уже собирался огрызнуться, но вдруг осёкся и замолчал.
«Я тоже... Я тоже считаю тебя странным».
В памяти неожиданно всплыл этот голос, будто из сна.
Чонджу был прав. Несмотря на то что за ночь Джэгём сумел вернуть себе внешнее спокойствие, внутри он по-прежнему пребывал в полном смятении. Со стороны он выглядел собранным и невозмутимым, но мысли в голове беспорядочно метались. На смену буре пришёл тайфун.
И сейчас Джэгём находился прямо в его центре.
За всю свою жизнь он впервые поцеловался с кем-то. Сам этот факт уже был потрясением, но ещё большим потрясением было то, что этим человеком оказался Юн Тэхи. И Юн Тэхи, и он сам были мужчинами, а то, что он целовался с Юн Тэхи... По меркам здравого смысла Джэгёма это было событие почти такого же масштаба, как переворот неба и земли.
Разве поцелуи не бывают между мужчиной и женщиной, да ещё и между возлюбленными? А тут мужчины целуются друг с другом? По мнению Джэгёма, такого не могло быть и происходить не должно было... По крайней мере, он всегда так считал.
Конечно, он знал, что подобные отношения между мужчинами существовали и раньше. За свою долгую жизнь он не мог этого не знать. Сейчас это, возможно, называли как-то иначе, но в старые времена это называли мужеложеством. Когда-то, живя в одном из уездов, он слышал о том, как местного начальника сняли с должности за пристрастие к мужеложеству и азартным играм. Да и про евнухов во дворце говорили, что среди них подобное случается нередко. А ещё одна таверна пользовалась такой славой, что её считали притоном мужеложцев, поэтому Джэгём даже мимо неё старался не проходить.
Но главное заключалось в том, что всё это всегда касалось других людей.
За всю свою жизнь он и представить не мог, что однажды ему самому придётся тереться губами с каким-то мужчиной. Конечно, он понимал, что мир сильно изменился. Сейчас за деньги можно было даже получить еду с королевского стола. Но как бы ни менялся мир, некоторые вещи оставались неизменными. Даже когда он целыми днями смотрел дорамы, там всегда целовались мужчина и женщина. Ни разу он не видел, чтобы целовались двое мужчин.
Может быть, Юн Тэхи любит мужчин...
Лицо Джэгёма стало чрезвычайно серьёзным. Ну, Юн Тэхи и без того был человеком весьма странным, так что вполне мог оказаться таким... Но если он поцеловал его именно поэтому, значит, испытывает к нему какие-то особые чувства? Однако и это не сходилось. Они ведь постоянно ссорились и только тем и занимались, что колотили друг друга.
Так почему же Юн Тэхи вообще его поцеловал?..
— А, точно! Джэгём, мне вчера звонил режиссёр Квон Сунчхоль!
В этот момент Чонджу внезапно оживился и заговорил прямо во время еды.
— Представляешь, пока разговаривал, всё думал, сон это или реальность. У меня даже руки дрожали. А голос у неё просто невероятный. Говорит, если всё пойдёт быстро, съёмки начнутся уже в следующем месяце. Подробности хочет обсудить лично. Мы договорились встретиться в эту пятницу.
После своего исчезновения Чонджу неожиданно оказался в положении почти безработного. По правде говоря, он без конца готовил что-нибудь не потому, что так любил готовить, а потому что ему просто нечем было заняться и он искал себе хоть какое-то дело. Сейчас его лицо сияло от предвкушения. Возвращение к работе могло состояться гораздо раньше, чем он ожидал.
— Хорошо. Это отличная новость.
Чонджу оживлённо болтал без умолку, но для погружённого в свои тревоги Джэгёма это было всё равно что читать сутру корове. Чонджу шумел, в голове царил хаос, на душе было тяжело, и он уже не понимал, ест он или просто машинально жуёт.
Он заставлял себя есть, но вкуса не чувствовал. К тому же рот всю жизнь служил ему только для еды и разговоров. Теперь же вчерашние ощущения то и дело накладывались на всё остальное, и даже перекатывающиеся во рту рисинки казались непривычными.
В конце концов Джэгём опустил ложку.
Для начала он сделал глоток воды.
Вопрос прозвучал будто между прочим, словно он просто вспомнил что-то случайное. Чонджу несколько раз моргнул.
Немного подумав, Чонджу вдруг просиял.
Бальзам для губ? Значит, Юн Тэхи сделал ему бальзам для губ? Чем дольше Джэгём прокручивал это словосочетание в голове, тем более сомнительным становилось его выражение лица. Нет, что-то тут не сходилось. Он точно слышал это слово по телевизору, но в памяти осталось лишь смутное ощущение. Нет, звучало это совсем иначе. Гораздо проще. И как будто с выдохом...
— Что ещё за уход за губами? Нет.
Чонджу продолжал промахиваться мимо ответа, и Джэгём начал всерьёз раздражаться.
— А, нет, не это! Ну, знаешь же. То, что иногда показывают в дорамах! Когда мужчина и женщина хватают друг друга за лицо и всякую хрень губами вытворяют!
То, что ему пришлось объяснять всё настолько подробно, окончательно вывело Джэгёма из себя, и он повысил голос. Чонджу, который в этот момент держал ложку во рту, замычал.
Затем замахал рукой в воздухе, показывая, что понял. Быстро проглотив еду, он выпалил.
Наконец-то правильный ответ. Джэгём облегчённо закивал. И спрашивавший, и ответивший испытали такое облегчение, будто избавились от многолетней тяжести на душе. Чонджу довольно заёрзал на месте.
— А-а, а я-то думал, что там такое!
Месан, заразившись общим воодушевлением, тоже радостно захлопал в ладоши. Именно в этот момент Чонджу вдруг замер.
Его лицо мгновенно стало серьёзным.
— Почему ты про поцелуи спрашиваешь?
Чонджу и представить себе не мог, что слово, которое пытался вспомнить Джэгём, окажется именно этим. До сих пор Джэгём никогда не проявлял к подобным вещам ни малейшего интереса. Когда они вместе смотрели дорамы и на экране появлялись сцены поцелуев, Чонджу восторженно визжал, а Джэгём оставался совершенно равнодушным.
Увидев, как внезапно стал серьёзным Чонджу, Джэгём запнулся.
— Просто стало интересно. Нельзя, что ли, спросить?
Отговорка получилась слабой. Чонджу прищурился и внимательно посмотрел на него.
— За завтраком? Просто так? Ни с того ни с сего?
Вот же этот лисёныш, вечно по своему усмотрению то выпускает хвост, то прячет его…. Но даже умерев и воскреснув, он не мог рассказать правду о том, что произошло вчера.
— Нет, ну… э, вчера я по улице шёл. И там кто-то прямо на дороге этим занимался.
Поэтому он решил вывернуться, будто это история про кого-то другого.
— А-а, правда? Вот ты и удивился?
— В последнее время и на улице часто целуются.
— П-понятно. Мир и правда… катится к концу…
Стараясь выглядеть невозмутимым, Джэгём ответил слишком уж натянуто.
— А я уж испугался, что случилось что-то серьёзное.
Сам Чонджу давно привык к современной культуре, несколько раз встречался с людьми и даже снимался в сценах поцелуев, поэтому его это не удивляло. Но для Джэгёма такое действительно могло показаться шоком. Для человека из прошлого подобное зрелище наверняка выглядело очень непривычно.
Со временем Джэгём ещё не раз увидит подобное на улице. Теперь-то понятно, почему он с самого утра такой рассеянный. Неужели просто увидел поцелуй и так разволновался? Сколько бы лет ни прожил, а иногда всё ещё бывает таким забавным...
С этой неожиданно тёплой мыслью Чонджу уже поднял стакан воды.
— Но... Но оба были мужчинами.
Чонджу тут же выплюнул воду. Пф-ф! Кхе! Кхе! Он сильно подавился. Лицо стало ярко красным, он закашлялся, и Месан протянул ему салфетку.
Такое действительно могло удивить. Чонджу и сам слегка растерялся. Ничего себе... Когда это страна стала настолько открытой? Надо же, прогресс всё-таки существует...
С ошарашенным видом он переспросил.
— Правда? Прямо посреди улицы, где люди ходят?
— Не на улице... В каком-то парке.
— Улица или парк. Ничего себе, тогда понятно, что можно было удивиться.
— Они же оба мужчины. Как вообще можно...
Джэгём опустил взгляд и мрачно пробормотал.
— А почему нельзя? Ну и что такого?
Пожав плечами, ответил Чонджу. Конечно, сначала он удивился, но только из-за того, что люди целовались в общественном месте. Сам факт того, что это были двое мужчин, его не смутил. У него не было к этому никакого отвращения. Сказывалось окружение. В его профессии он успел многое увидеть и услышать, да и сценарии фильмов о романах между мужчинами ему уже попадались.
— Я понимаю, если тебе это неприятно или не нравится.
После этих добродушных слов Джэгём ничего не ответил.
С точки зрения Джэгёма принять такое было непросто.
— Просто думай, что бывают разные люди. Одни такие, другие другие. Так всем проще. И тебе тоже.
Чонджу решил объяснить всё как можно мягче и понятнее.
— Но на улице никогда не говори, что тебе противно или что тебе такое не нравится. Понял? Сейчас времена изменились. За такие слова тебя быстро сочтут очень! нехорошим человеком!
Чонджу продолжал наставлять его из лучших побуждений.
— Такие вещи можешь говорить только дома мне. Я не обижусь. Понял? Понял ведь? Почему молчишь?!
Когда Чонджу начал ныть, Джэгём, до этого хранивший молчание, наконец вспылил.
— Да понял я! И вообще, не придумывай за меня!
— Чего ты вдруг злишься... Что я придумал-то...
Мгновенно притихший Чонджу пробормотал это себе под нос, и Джэгём тут же резко бросил.
— Когда это я говорил, что мне не нравится?
— Когда это я говорил, что мне было неприятно?
Я просто решил, что с твоими взглядами ты наверняка так подумаешь...
— Тогда тебе не было неприятно?
С совершенно растерянным видом спросил Чонджу. Джэгём глубоко вздохнул и поднялся со своего места.
Именно в тот момент, когда Чонджу уже собрался удивиться, Джэгём продолжил.
— Мне должно быть неприятно. Но не неприятно. И вот это меня бесит.