Богатая невеста решила проверить жениха, пригласив на ужин в общежитие

— Ты меня услышала? — спросил отец, плохо выговаривая слова.

— Да, пап, я всё помню. Сам знаешь, был у меня уже горький опыт, — вздохнула Лиза.

Они сидели в кабинете на втором этаже огромного загородного особняка, теперь пустого и мрачного.

Большую часть времени молчали и думали о своём. Иногда кто-то прерывал тишину вопросом или коротким замечанием. Такова была их безрадостная семейная традиция последнего года.

Андрей Игоревич сидел в кресле у окна и, не отрываясь, смотрел на закат. Рядом стояла инвалидная коляска, на которую он изредка поглядывал с презрением. Лиза расположилась на большом кожаном кресле, укутавшись в плед и равнодушно листая ленту модных новостей.

— Чай заварить?

— Да, пожалуй.

— Может, нам заказать что-нибудь? Стряпня Надежды Павловны, конечно, ничего, но эта домашняя правильная диета уже надоела.

Андрей Игоревич задорно подмигнул дочери, и лицо его озарилось улыбкой, как будто не было этих долгих темных лет после смерти матери, и в доме снова суета. Всюду горит свет, слышны разговоры и смех.

Спускаясь по лестнице, Лиза остановилась, села на ступеньки и закрыла лицо руками. Еще совсем недавно казалось, что ее беззаботная жизнь — что-то само собой разумеющееся. Поездки за границу, дорогие магазины, вечеринки в элитных клубах и гардероб, для которого потребовалась отдельная комната в доме, все теперь осталось в прошлом.

Она по-прежнему вела светскую жизнь, тратила много денег на одежду, украшения, салоны, красоты, но все это не приносило ей радости.

— Елизавета Андреевна, что-то случилось? — с тревогой спросила Анна, сиделка отца.

— Нет, все в порядке, — ответила Лиза. — Я иду встречать курьера.

— Вы сегодня останетесь на ночь?

- Нет, у меня есть еще дела.

Через десять минут девушка вошла в кабинет отца с двумя большими пакетами.

— Та-дам! Вот и ужин.

— Куда столько? — усмехнулся Андрей Игоревич, пытаясь приподняться.

- Не знала, что выбрать, поэтому взяла все сразу.

Эта привычка — отголосок детства. Все игрушки, платья, развлечения доставались ей легко, без усилий, потому как единственную дочь родители обожали и баловали.

— Завтра утром объясню, как не прогореть с новым контрактом. Они тебя в два счета обведут, если не будешь разбираться, — сообщил Андрей Игоревич, с трудом перемещаясь обратно в кресло. Правая рука его не слушалась, а управляться одной левой получалось плохо.

- Давай помогу.

- Не надо, я не совсем еще инвалид. Дай мне, пожалуйста, ноутбук. С документами посижу, чтобы тебе ими не заниматься. Утром объясню.

— Пап, давай потом, я сегодня уеду, вернусь в лучшем случае завтра вечером, — нехотя, ответила Лиза.

Дела бизнеса, которые отец переложил на нее после инсульта, тяготили девушку, и она всячески старалась их избегать.

- Все веселится тянет, а на что будешь жить, когда меня не станет?

— Пап, прекрати.

— Нет, не прекращу. Мы с матерью в свое время ушли с завода, каждую копейку экономили, всё в этот бизнес вкладывали. На это много времени ушло и здоровья тоже, и всё достанется тебе. С таким состоянием ты, Лиза, завидная невеста.

- Опять ты за своё.

- Да, и буду часто тебе об этом говорить, потому что сама видишь, силы мои уже на исходе, а на тебя засматриваются многие. Обманешься, поверишь какому-нибудь прохвосту и всё, прощай наследство.

— Пап, пожалуйста, перестань.

— А что? Забыла уже своего Костю. И как он с тобой поступил?

— Я все помню, — раздраженно ответила дочь. - Не надо мне об этом постоянно напоминать. К тому же ты не был против наших отношений. Помнишь, как радовался, что вы с его отцом объединитесь?

— Правда, не разглядел я в нем подлеца, — вздохнул отец. — А ты будь умнее, своих ошибок не повторяй.

— Не повторю. А вот ты вместо того, чтобы сидеть тут затворником, лучше бы сам встретился с этими новенькими и сам всё оформил.

- Нет, не хочу я, чтобы меня таким видели.

— Ну и сиди, а я поехала.

— Поезжай, поезжай. Но завтра жду.

— Ладно.

Лиза с облегчением вздохнула, когда села в машину и включила зажигание. Ещё раз взглянув на тёмные окна родного дома, она выехала на дорогу и помчалась к трассе. Поселок быстро остался позади, а вдалеке показались огни города.

Наконец Лиза заехала на парковку, оставила машину и поспешила домой. На первом этаже подошла к кофемашине. Приготовить самой уже не было времени. Улыбнулась отражению в огромном зеркале лифта. Все-таки она очень красивая. В квартире царил беспорядок. На кухне бокалы на столе и засохшие фрукты, кровать в спальне завалена вещами, по полу рассыпано украшение.

Вот и сейчас убираться некогда, через полчаса подруги будут ждать ее в клубе. Перед выходом взглянула в зеркало в прихожей и снова себе улыбнулась. Облегающее черное платье ей очень шло, а с пышными кудрями и туфлями на высоком каблуке выглядела просто шикарно. Только блестящее колье с бриллиантами и браслет почему-то сняла, оставив скромные черные серьги-гвоздики.

После она была рада, что так поступила, потому что вечер оказался необычным.

— Привет, дорогая! — обняла Лизу Василиса. — Куда пропала? Тут столько всего произошло.

- Мы подумали, что ты нашла новую компанию, о нас забыла. - Капризно добавила Света, поправляя причёску и с нетерпением оглядываясь на здание позади.

— Пойдёмте уже.

Лиза шагала вперёд. Ноги в новых туфлях не слушались, платье тесно облегало живот. Вот они, вечерние посиделки с папой и три пиццы за раз. Но в чём дело? Что-то её тяготило, не давало расслабиться, хотя всегда девушка шла в клуб в приятном предвкушении танцев, музыки и новых знакомств.

Глядя вслед нарядным подругам, оставляющим за собой шлейф дорогих ароматов, она впервые подумала, что хотела бы вернуться домой. Послышался грохот музыки, голоса и смех. У входа девушек оценивающе оглядела компания мужчин. Лизе улыбнулся симпатичный, стильно одетый парень, и она улыбнулась ему в ответ.

— Кайф! — крикнула в ухо Василиса, танцуя в свое удовольствие и явно наслаждаясь вниманием мужчин.

— Да, — кивнула Лиза и попыталась отыскать глазами Свету.

Та танцевала с незнакомцем. Впрочем, это было неудивительно, ее миловидная внешность всегда привлекала поклонников. Обычно Лиза тоже отрывалась по полной и без стеснения соглашалась, если кто-то предлагал оплатить им напитки, караоке или такси.

Но не в этот раз. Она вдруг почувствовала, что устала, вернулась к столу и порадовалась, что они сели подальше от колонок.

— Вы уже домой? — спросил кто-то сзади.

Девушка обернулась и увидела того самого парня, который улыбнулся ей при входе в клуб. С виду он был одет просто, без изысков, но на руке красовались дорогие часы.

И новенький телефон он крутил в руке так, чтобы это замечали окружающие.

- Ещё нет, но уже хотелось бы.

— Почему?

— Завтра на работу идти.

— А где же ваши подруги?

— Танцуют ещё.

— Может быть, тогда чего-нибудь выпьем?

— Не откажусь.

Когда подруги вернулись, то застали ее в компании молодого человека.

Обе переглянулись и не смогли скрыть усмешки. Тайная зависть порой проявлялась злыми шутками и двусмысленными намеками.

— Стоит только тебя оставить, и ты уже с новым мужиком, — посмеялась Василиса.

— Но в этот раз красивый, — бестактно заметила Света.

За окном уже рассветало. В клубе становилось все безлюднее.

Дима провел с девушками остаток ночи, пока они не засобирались домой.

Они разошлись, и девушки долго смотрели вслед Лизе и Диме, вызвавшемуся ее проводить.

— Ты что-нибудь поняла? — поинтересовалась Света, снимая туфли и становясь вдруг совсем миниатюрной. — Босиком пойдешь? Почему Лиза сделала вид, что у нее нет машины и она ходит пешком?

- Мне кажется, Лизке надоело, что все поклонники к ней липнут ради денег. Вспомни Костю, как он жениться на ней собирался, чтобы бизнес потом заполучить.

- Но долго она так не протянет. Не будет же ради этого комнату в общаге снимать. Или будет?

- Посмотрим.

С каждым шагом Лиза чувствовала, как прохладный утренний воздух возвращает ей светлый ум и понимала, что ведет нового знакомого наугад. Она точно знала, среди дворов где-то должно быть студенческое общежитие и присматривалась к каждому зданию.

— Вот я и дома, — наконец сообщила она, — в комнату тебя не пустят, да и я уже валюсь с ног, так что давай прощаться.

— Очень рад познакомиться, Лиза, — улыбнулся парень.

— И я.

Они обменялись телефонами, и девушка медленно зашагала в сторону двери. Как назло, Дима тоже медлил, остановившись невдалеке.

Ей пришлось позвонить. За окном промелькнула тень, послышалось недовольное ворчание.

— Чего не спится? Где можно всю ночь ходить? — вопрошала вахтерша, отпирая дверь.

Лиза быстро юркнула внутрь, и женщина с подозрением на нее взглянула.

— А ты из какой комнаты? Что-то я тебя не помню.

— Я не отсюда, просто мне нужно было спрятаться вон от того человека, — девушка указала на окно.

— Маньяк, что ли?

— Ну, нет, навязчивый поклонник.

— Но с поклонниками могла бы сама разобраться, а не будить людей почем зря. Давай, выходи, ушел уже твой кавалер.

Лиза вызвала такси до дома и, поднявшись в квартиру, рухнула на кровать в вечернем платье и с макияжем. Сил не осталось даже на то, чтобы достать одеяло и подушку.

Ближе к обеду, когда она с трудом разлепила глаза, Лиза поняла, что Дима — не просто отдалённое воспоминание ночи. Он предложил ей встретиться в ресторане или прогуляться по набережной, словом, провести время вместе, только вдвоём.

Лиза села, сбросила туфли на пол и задумалась. Тогда она ещё не понимала, в какую игру превратится её жизнь, начиная уже с самого ближайшего вечера.

— Пап, я пока не могу говорить. - Начиная закипать, быстро протараторила девушка в трубку.

Дима вот-вот придет к общежитию, в котором она якобы живет, а тут так неудачно образовалась пробка, и отец в десятый раз звонит из-за каких-то бестолковых сделок.

— Давай ты в этот раз сам решишь этот вопрос. Напиши, сейчас все решается в переписках, мне правда некогда.

Едва она успела припарковаться и пройти мимо обветшалого голубого здания, как вдалеке, показалась знакомая фигура. Дима выглядел таким красивым и привлекательным, что не оставалось сомнений. Она влюблена.

— Мы встречаемся уже два месяца, да? — улыбнулся парень, когда они за руку шагали по парку.

— Да, — согласилась его спутница.

- Я считаю, пришло время познакомить тебя с моими родителями.

- Уже? — удивилась Лиза.

В голове промелькнула мысль, что пора раскрыть ему все свои тайны. Но что-то пока останавливало ее.

— Ну да, а чего медлить-то? Я уже готов. Потом, как захочешь, я приеду к твоему отцу.

— Ну, хорошо, а где встретимся?

— Вообще-то, я уже поговорил с ними.

Мама сказала, хотела бы посмотреть, как ты живешь. Они с отцом в молодости тоже жили в общежитии, потом в коммуналке, ностальгия, видимо. Но если ты стесняешься, можем у нас посидеть. Повар прекрасно готовит, так что всё будет как в ресторане.

Говоря это, Дима снова перекладывал из руки в руку телефон и явно был очень горд тем, как живут его родители.

Лиза, хоть и смотрела на него затуманенным влюблённостью взором, всё же не уступила и продолжала следовать своему плану. Проверить его намерение, прежде чем соглашаться на замужество. А еще лучше привлечь к этому делу папу, все же у него в этом деле больше опыта.

— Хорошо, давайте у меня, — радостно согласилась девушка. — Папа живет в деревне, там условия плохие, а тут ничего. Комната как комната, что-нибудь приготовлю, посидим по-семейному.

Сказать было проще, чем сделать. Чтобы осуществить задуманное, Лиза совершила отчаянный шаг. Пришла к той самой вахтерше, которую встретила утром после вечеринки и предложила деньги в обмен на возможность провести целый день в общаге. Женщина поделилась, что в здании давно пора сделать ремонт, но этим никто не хочет заниматься.

Лиза поняла намек, заверив Галину Петровну, что все будет. И так общежитие в ее распоряжении. В пустующей комнате предстояло создать скромный уют, и девушка тут же закупилась вещами с рук. Делать это было очень странно, учитывая, что это случилось не впервые.

— Как у вас дела? — поинтересовалась Галина Петровна, поднявшись на второй этаж. — Я уже поменялась сменами, чтобы быть на дежурстве, когда вы придете.

— Отлично, — улыбнулась Лиза. — Все уже готово. Никто не заинтересуется мной, не будет задавать лишних вопросов?

— Не должны. Тут студенты старших курсов, заочники, просто арендаторы, так что все живут своей жизнью. Даже в комнаты друг к другу ходят редко.

— Вот хорошо. А еще мне нужна комната по соседству. Вот здесь, например, кто-то живет? — девушка указала на обветшалую дверь напротив.

Галина Петровна почему-то засмущалась и перешла на таинственный шепот.

— Тут у меня художник живет. Он так, без оплаты, пока кто-нибудь официально не заселится.

- С финансами плохо?

— Да, похоже. На набережную каждый день ходит, портреты прохожим рисует, но сейчас дома. Что-то случилось у него на днях.

Пришел расстроенный, без красок и мольберта.

Когда женщина ушла, Лиза постучала в соседнюю дверь. Художник открыл не сразу.

— Здравствуйте, — улыбнулась она, — я ваша соседка напротив.

— Добрый день, — вежливо ответил парень. Вид у него был уставший, если не сказать изможденный.

— Послушайте, я вижу, вам нужна помощь, я могу много сделать.

— А что я должен буду взамен?

— Ну, всего лишь сыграть роль моего родственника, двоюродного брата, - придумала на ходу Лиза, - и еще, чтобы на один день в вашей комнате поселился мой отец.

— Очень интересно, но ничего не понятно, — посмеялся Антон.

— Я объясню, если согласитесь.

Договориться с ним оказалось проще простого. Художник был обычным, добрым парнем, отзывчивым, с хорошим чувством юмора и, на удивление, совсем не жаловался на судьбу.

Взамен своих услуг он попросил только напольный мольберт. Лиза решила, если все пройдет хорошо, то она купит ему самый лучший набор для уличных портретов. Тем более, что во время их разговора успел разглядеть талантливо исполненные картины среди старой печальной обстановки его комнаты.

Отец и так был на нее рассержен в последнее время, а в этом случае можно было запросто с ним поссориться. Дела бизнеса были для него на первом месте.

- Нужна твоя помощь. - Решив действовать твердо, сказала Лиза.

— Что случилось? — спокойно спросил отец, отрываясь от документов.

- Ты же мне говорил, что нужно проверять женихов, прежде чем выходить замуж, так?

— Допустим.

— Вот следую твоему совету, поэтому в эту среду родители моего парня приедут знакомиться со мной в общагу.

— Куда-куда? — засмеялся отец.

— В общагу, я там живу, по легенде.

— И комнату уже сняла? Я, конечно, тебе говорил быть осторожным, но ты, похоже, переигрываешь, честное слово. А как потом будешь признаваться, что все это неправда?

— Ну, так получилось. Но это еще не все, требуется твое участие.

Уговорить отца выйти из дома и поехать в какое-то общежитие — задача не из простых. Этот затворник уже год не выезжал из особняка, и даже медицинский кабинет был оборудован в одной из комнат, чтобы врачи могли приезжать на дом.

Но все же его любовь к дочери была сильнее, и после долгих уговоров мужчина сдался. Лиза ликовала. План должен был сработать. Она накрыла стол, расставила вокруг скрипучие старые стулья, заглянула к художнику, где посреди творческого беспорядка уже разместился Андрей Игоревич. Он с укором посмотрел на дочь, и в его взгляде Лиза прочла стеснение и неловкость.

Нужно почаще вытаскивать его из дома, иначе совсем превратится в дикаря. Позвонил Дима. Девушка спустилась вниз, чтобы встретить гостей. Они приехали на шикарном авто, и Лиза первым делом заметила удивленные взгляды родителей при виде общежития. Они уже вышли и поприветствовали будущую невестку, но Дима все не выходил.

Он сидел с телефона в руках и пытался в чем-то разобраться.

— В аренду взял, не может понять, как ее отключить, — пошутила Лиза.

Но на нее посмотрели две пары растерянных глаз, и девушка смутилась. Странно начиналась их встреча. Наконец, все вместе они зашли. Галина Петровна весело поприветствовала их и даже не стала записывать в журнал. Все это казалось ей очень странным, но на кону долгожданный ремонт, так что разбираться в чудачествах богачей она не станет.

— А у вас тут ничего, у нас хуже, — беззаботно заметил Дима.

Вел он себя непривычно, просто и свободно.

— У вас? — переспросил Лиза.

— Да это он шутит так, - наигранно засмеялась мать.

Выглядела она молодо и ухоженно, говорила складно, но что-то в ней сразу не понравилось.

— Чем тебе наш дом не мил?

- Трех этажей мало, — усмехнулся отец, и снова Лиза заподозрила родственников в притворстве.

Ну, мало ли, какие у людей отношения. У них с папой тоже не всегда царит понимание. И с этой мыслью девушка открыла дверь комнаты, пригласив гостей войти. Дима с момента последнего разговора сильно переменился.

У него на лице появилось выражение брезгливости, словно их окружала не обстановка старого общежития, а какой-нибудь грязный заброшенный подвал, кишащий тараканами.

«Здрасте», — сказала он кому-то, пока родители снимали обувь. Лиза обернулась и увидела, что дверь в комнату художника открыта, а сам он стоит у стола с кастрюлей в руках.

— Здравствуйте, — кивнул Антон и подошел пожать мужчинам руки.

— Я давно догадался, что у Лизы появился молодой человек, но она же партизан, слова не вытянешь.

- А вы кем приходитесь?

Тут художник внезапно замолк и сурово взглянул на Диму, словно признал в нем старого врага.

— Двоюродный брат, очень приятно познакомиться, — сказал он сквозь зубы.

— А-а-а…

Дима прищурился, через плечо собеседника рассматривая его жилище. Там же, возле окна, на неудобной, тяжелой и неповоротливой инвалидной коляске, сидел Андрей Игоревич. По выражению его лица дочь сразу поняла — недоволен.

— Ладно, Антон, у нас тут небольшая посиделка, так что…

— Понял, понял, не мешаю. Дверной проем был занавешен тонким одеялом, чтобы гости не заметили, что за ними следят.

Антон и Андрей Игоревич устроились у входа и прислушались.

— А это здесь зачем? — удивился Дима.

— От сквозняка, — объяснила Лиза, — по ночам сильно дует, спать холодно.

— А ты не пыталась найти квартиру? Ведь лучше снимать, чем жить тут, — поинтересовалась мать Димы, с опаской усаживаясь на ветхий стул.

— Конечно, это было бы здорово, но пока не могу себе позволить.

Учусь, чтобы потом устроиться на работу и хорошо зарабатывать.

Андрей Игоревич тихо усмехнулся. Днем в коридоре стояла абсолютная тишина, так что он прекрасно слышал каждое слово.

Возникла неловкая пауза. Андрей Игоревич, держащий в руках блокнот и ручку, записал «Мать не знает, что у сына аллергия. Странная у них семейка».

Разговор не клеился. Лиза быстро устала поддерживать диалог, в котором, казалось, никто не был заинтересован. У этих людей не было общих тем для бесед, И все, на что их хватало — обсудить еду и погоду.

— Ну, хорошенького понемножку. - Наконец не выдержал Андрей Игоревич и прикрыл дверь.

- С ними все понятно, а я лучше твои картинки поближе рассмотрю.

Мужчина оглядел работы Антона взглядом предпринимателя. Выполнены они были талантливо и современно.

— Почему не продаешь?

— Продаю, только редко кто покупает.

— Видимо, не тем предлагаешь. Слушай, мне показалось, ты обиду затаил на этого проходимца в костюме?

— Вам не показалось, — ответил Антон и бросил гневный взгляд на дверь.

— И чем он тебя достал?

— Да две недели назад, — нехотя начал парень. - Я, как всегда, на набережной разложил свои рисунки, портреты предлагал. Зря просидел целый день, почти ничего не заработал. Начал складываться, а тут-то эти…

— Это они тебе, что ли, мольберт, сломали?

— Ага. Насмехались, предлагали еду купить, если я им портрет напишу, но я и послал их, а они все сломали и в воду выбросили. Там и кисти, и картины, и… самое дорогое, мольберт.

— Что это? Думаешь, прихоти богатых?

— Если честно, я совсем не уверен, что он из богатой семьи. Видел, что они уезжали на разбитых тачках, и одет он был не так, как сейчас.

- Мне он тоже не понравился, скользкий, хитрый.

- А вам не кажется, что эти якобы родители выглядят подозрительно?

- Кажется.

- Может, стоит предупредить Лизу?

- Да надо бы.

Антон взял две свои самые красивые кружки, что-то написал на листке бумаги и вышел.

— Лиз, извини, можно тебя на пару секунд?

Девушка была даже рада, что появился повод выйти из-за стола. Она ужасно устала поддерживать пустые беседы.

— Я у тебя просил, а теперь думаю, вдруг нужны.

Парень протянул кружки одной рукой, а другой показал листок.

— Мы с Андреем Игоревичем считаем, что эти родители просто самозванцы, — прочла про себя Лиза, с удивлением посмотрев на Антона.

Затем задумчиво покачала головой и зашла обратно. Парень на этот раз не стал закрывать дверь.

— Саша, дай, пожалуйста, салфетку, — попросил отец сына.

Его жена неловко улыбнулась.

— У нас старшего сына зовут Саша, он их постоянно путает, — объяснила она.

— А чем он занимается? Тоже автомобильным бизнесом? — поинтересовалась Лиза, обрадовавшись возможностью разнообразить разговор.

— Нет, он инженер на заводе, — ответил отец.

— Заграницей учится. - В тот же момент сказала его жена.

Родители и сын переглянулись.

Дима и до этого напряжённый совсем вскипел. Он был недоволен родственниками да так, что не удержался от замечаний.

— Вы о чём вообще, а? Можете просто держать язык за зубами?

— Значит, лучше нужно было придумывать свою историю, — обиженно ответила женщина.

- Придумывать? — улыбнулась Лиза. Ее отец и новый знакомый переглянулись и с интересом прислушались.

- Придумывать! — усмехнулся гость и опустил глаза.

— Ладно, договорились на час, а сидим тут уже почти два. - вдруг сказала гостья и подтянулась за сумкой. - Мне тоже мало удовольствия ходить по вонючим общагам.

- Сидеть! — приказал Дима, красный от гнева. — Лиза, кажется, еще торт обещала.

— Да, но, думаю, он уже не потребуется. — улыбнулась девушка, оглядывая всех присутствующих. - Наверное, пришло время нам всем признаться в наших тайнах.

— Начнем с тебя, — усмехнулся Дмитрий.

— Хорошо. Это не моя комната, и я здесь никогда не жила. За мой диплом платит папа. Квартиру в центре тоже купили родители, а еще я унаследую большой бизнес, так что денег хватит даже правнукам, - весело тараторила Лиза, представляя, как неподалеку, высоко подняв брови, удивляется Андрей Игоревич.

- Вам хочется узнать, зачем это все? Для проверки. Богатым девушкам приходится устраивать тесты для потенциальных мужей.

- Очень смешно, — вдруг разразился невеселым смехом Дима. - Я это знал с самого начала. И все ждал, когда признаешься.

- Держалась до последнего. Крепкий орешек. Всего доброго, — коротко ответила Лиза. На выяснение у нее не осталось сил.

Гордость и самолюбие были задеты, и Дима предпочел уйти молча. Со злостью, отодвигая одеяло, он посмотрел на Антона так, будто очень хотел его ударить. Почему-то он был уверен, что в этом деле не обошлось без этого уличного попрошайки художника.

— Ребят, я домой, — сразу засуетился Андрей Игоревич. — Пора ужинать и принимать лекарства. К тому же я очень соскучился по своему креслу. А тут и без меня все ясно.

Не раздумывая ни минуты, мужчина вызвал водителя, с его помощью спустился по лестницам и поехал домой, радуясь окончанию этого мучительного для него выезда.

Лиза отдала Антону все вещи, которые купила в комнату — занавески, плед, прикроватную тумбочку, зеркало, три горшка с цветами. Нетронутые салаты и торт тоже достались ему.

— Мольберт доставят завтра, — пообещала девушка. — Спасибо за помощь.

— Да не за что, тебе спасибо. Я, кажется, единственный, кто рад, что все это случилось.

- Хоть кто-то… - Устало улыбнулась Лиза.

Домой ехала на автомате, с трудом вглядываясь в дорожные знаки. Все мысли были заняты Димой и тем, каким он на самом деле оказался.

Похоже, она совсем не разбирается в людях, раз умудрилась влюбиться в этого двуличного обманщика, хотя он сейчас мог думать о ней то же самое. Следующие две недели не хотелось никого видеть, и Лиза на радость отца окунулась в бизнес. Целыми днями они то сидели в кабинете и обсуждали договоры, то девушка выезжала на встречи и часто звонила папе, чтобы спросить совета.

Эти поездки, обучение, монотонная бумажная работа хорошо отвлекли ее от личных переживаний. Дима напоминал о себе ненавязчиво, боясь, видимо, что девушка окончательно его оттолкнет, а Лиза держала его на расстоянии, хотя и очень хотелось встретиться. В один из дней Андрей Игоревич отправил ее в офис потенциальных партнеров, чтобы лично поговорить с руководством и договориться о планах.

Встреча прошла очень удачно. Довольная собой, Лиза ехала на своем ярко-розовом автомобильчике по городу, щурясь от солнца и улыбаясь всем подряд. Внезапно она затормозила. Сзади послышались недовольные гудки, и машины одна за другой начали обгонять сумасшедшую дамочку, купившую права.

Между тем она, игнорируя замечания в свою сторону, развернулась и аккуратно припарковалась на тесной площадке. Вышла из машины и, привлекая внимание прохожих, уверенной походкой направилась к уличному художнику, скромно разместившемуся у забора набережной.

— Привет, Антон!

— Привет.

Он пригляделся и не сразу ее узнал.

В красном костюме, на высоких каблуках с пышными кудрями она выглядела как модель с обложки модного журнала. Проходящие мимо люди косо поглядывали на эту странную компанию, ну настолько разными они были. На фоне красавицы Антон выглядел бедным бродяжкой.

— Как тебе новые краски?

— Классные. С моими старыми не сравняться.

Еще раз спасибо за подарки. В пяти коробках принесли, я даже еще не успел все открыть.

- Я рада, что тебе понравилось.

- А тебя не узнать, настоящая бизнес-леди.

- А, это папа опять меня отправлял по делам. Требовалось очаровать директора одной компании.

- И как все прошло? Вроде неплохо, готовы заключить с нами контракт, а это как раз то, что сейчас нужно.

- Здорово.

- Хочешь, твой портрет напишу?

- О, давай.

Лиза уселась на стульчик и замерла.

Через полчаса Антон вручил ей красивый набросок. На большее не было времени, но это и не требовалось. В крупных линиях и мазках действительно узнавалось молодое лицо девушки.

Отец сидел в коляске во дворе и наслаждался последним осенним теплом.

В залитом солнцем саду пахло листвой и яблоками.

— Красота, — восхитилась Лиза, увидев Андрея Игоревича на улице.

Такое редко случалось.

— Что это у тебя? — пригляделся отец.

— Нравится? Антон написал прямо сейчас на набережной.

— Да он талант!

— Как-то не очень искренне звучит.

— Я как-то не думал, что ты можешь начать с ним общаться.

Он, конечно, парень хороший, отзывчивый, и картина у него прекрасная, но он не тот, кто тебе нужен. Не умеет зарабатывать, даже себя обеспечить не может.

— Папа, папа, остановись, — засмеялась Лиза. — Да я просто случайно его встретила. Подошла спросить, как ему новый мольберт и краски. Вот и все. Никаких далеко идущих планов.

— Ну и ладно. Пойдем, расскажешь, как прошла встреча.

Конечно, Лиза не была полностью откровенна с отцом. Ей хотелось бы снова увидеться с Антоном, поговорить о творчестве, книгах, посидеть в кафе, забыв о бизнесе, этих деловых людях в костюмах, с которыми теперь приходилось ежедневно вести чересчур вежливые беседы. Забыть о подругах, так откровенно завидующих, что это невозможно было скрыть при всем их желании.

В отличие от них всех, Антон всегда был собой. С ним было так легко и просто болтать о глупостях, не думать о внешности, не держать спину и не улыбаться привычной наигранной улыбкой. Конечно, папа не будет рад этому, но и говорить ему об этом необязательно, должна же быть у его дочери своя личная жизнь.

В жизни Димы и так было немало неприятностей. Родители жили далеко и занимались только собою. Учеба не далась, бизнес по перепродаже автомобилей, которым парень поначалу загорелся, оставил после себя два кредита и долг за аренду гаража.

И вот, когда на горизонте появилась надежда разбогатеть без лишних усилий, все опять пошло не по плану. Казалось, вот-вот он найдет к ней подход, и богатая наследница у него в кармане. Дима чувствовал, что не последнюю роль в этом деле сыграл тот невзрачный паренек, постоянно болтающийся у реки с дурацкими картинками.

Именно поэтому первым делом он решил разобраться с ним.

Ни Лиза, ни Антон об этом не подозревали. Девушка выкраивала время, чтобы повидаться с другом, и тщательно скрывала это от отца. Парень догадывался, почему. Он не пара дочери богатого бизнесмена, потому что ничего не принесет в их семью, кроме расходов. Однако зарабатывать у него не получалось, а отказываться от искусства не хотелось совсем.

Наступил октябрь, и с набережной приходилось уходить раньше обычного, а возвращаться домой в темноте. Как-то вечером Антон, как всегда, шел через дворы, сокращая путь. Подмышкой он нес мольберт, за спиной — рюкзак с красками, кистями и тубусом для картины.

— Эй, парень! — окликнул его кто-то сзади.

Антон обернулся и резко упал.

В глазах потемнело. Он почувствовал, как его со всей силы пинают по голове, животу, ногам. Он попытался встать, но тут же свалился обратно, ударившийся лбом о мокрый асфальт. Боль стала невыносимой, и сознание отключилось.

Они договорились встретиться в 21.00 возле кафе, чтобы посидеть, выпить кофе с любимым десертом и послушать музыку, которой оба пристрастились за время их тайных встреч.

Лиза уже двадцать минут наматывала круги вокруг неработающего фонтана, оглядываясь по сторонам и ожидая увидеть знакомую синюю куртку. Наконец она не выдержала и позвонила. Дважды в трубке до последнего звучали гудки. На третий ответил незнакомый холодный голос.

— Ваш знакомый в реанимации. Подробности рассказать не могу, приезжайте и спросите у врача.

В первое мгновение Лиза не знала, что делать. Мысли судорожно вертелись между позвонить отцу и попросить приехать их семейного доктора. Но и то, и другое она тут же отвергла, сообразив, что первым делом нужно все разузнать, а уж потом решать, как помочь Антону.

Промокшие улицы, мерцание света фонарей в лужах, бегущие по лобовому стеклу капли дождя — все, казалось, билось в каком-то лихорадочном, больном и тревожном ритме.

Предположения приходили одно страшнее другого, а больница все не приближалась. Наконец, добравшись до места, Лиза остановила машину, не разбираясь, можно там парковаться или нет, и помчалась ко входу. Спустя полчаса, наконец, стояла возле Антона, побледневшего, с огромными синяками на лице и руках, в окружении аппаратов и капельниц.

Он был жив, но еще не приходил в сознание.

— Успокойся, слышишь, нужно поспать, а завтра найдем хорошего врача. - Андрей Игоревич сильно испугался за дочь, когда она, вымокшая до нитки посреди ночи, приехала домой, сказав, что ее машину увезли на штрафстоянку, и долго не находилось такси, чтобы поехать в такое время за город.

Она не могла оставаться одна в квартире. Держать всё в себе было невозможно, да и спокойствие папы могло хоть немного сбить всепоглощающую тревогу и ужас от мысли о возможной смерти Антона. — Папа, мне страшно, — призналась Лиза, дрожа всем телом. Она мёрзла, хотя её укутали в одеяло и включили отопление на максимум.

— Всё будет хорошо, — твёрдо сказал Андрей Игоревич. - Сейчас паниковать нет никакого смысла. Нужно выспаться и завтра во всем разобраться на свежую голову.

Антона осмотрели врачи из лучших клиник города. Но все в один голос твердили, все решит время. Теперь в жизнь Лизы пришла новая, не самая веселая традиция.

Три раза в неделю она приходила в больницу, меняла фрукты и цветы на свежие, разговаривала с Антоном, рассказывая о работе, новостях и своих заметках из повседневной жизни. В ответ слышались только гудки аппаратов. Дни совершенно потеряли краски. Работа не приносила ни капли радости. Единственное, что хоть как-то могло заряжать — воодушевление отца, с которым он брался за дело, планируя новые закупки, выбирая поставщиков и находя интересные возможности для рекламы.

— Поехали отдохнуть, — предложила Василиса. — Заедем за тобой, собирайся.

— Не знаю, хочу ли, — засомневалась Лиза.

Ей казалось странным ехать в клуб и танцевать, когда дорогой ей человек находится на грани смерти.

- Нельзя себя закрывать в четырех стенах.

Кому от этого будет лучше? Давай одевайся, через сорок минут мы у тебя.

Может быть, так действительно будет лучше. Все же жизнь продолжается, а пример затворничества в их семье уже есть.

Забытая обстановка веселья, беззаботности, музыки и танцев. Удивительно, как сильно Лиза изменилась за последнее время. А чтобы это понять, всего лишь нужно было вернуться туда, откуда раньше ее было не вытащить.

— Идешь? — спросила Василиса, указывая на танцпол. — Оторвемся, как обычно.

— Нет, Вася, вы идите, а я тут посижу, посмотрю на вас. - Стараясь улыбаться, ответила девушка.

Подруга пожала плечами и ушла. Андрей Игоревич позвонил ей с просьбой помочь Лизе, и она пообещала сделать то, что в ее силах, но сидеть и вести задушевные разговоры, пока другие от души веселятся, это не по ней.

Впрочем, Лизе и не нужна была ее помощь. Среди громкой музыки, огней и ярко одетых людей сосредоточиться на одной мысли было невозможно, а это именно то, что ей сейчас требовалось.

«Привет».

Кто-то подошёл сзади и опёрся руками на спинку дивана. По телу пробежала волна мурашек.

«Привет», - кивнула Лиза, слегка обернувшись и окинув глазами Диму.

Вид у него был дружелюбный, и, казалось, парень по-настоящему рад их встрече.

- Ты как? Не против, если посижу с тобой?

- Нет, не против.

- А почему одна? Где твои весёлые подруги?

- Танцуют, а мне не хочется.

- Слышал, что с твоим братцем-художником что-то случилось?

- Да, хулиганы избили, он в коме.

- Ужасно. Ну, там вообще такой район, лучше не ходить по вечерам.

Может, какая-то помощь нужна?

- Нет, ничего не надо.

- Лиз, ты прости меня за ту идиотскую ситуацию. Моим настоящим родителям все равно. Мать с тех пор, как я уехал, сама ни разу не позвонила. А мне стыдно в этом признаваться, я всегда хотел, чтобы как у других, чтобы мать с отцом обо мне заботились. Надо было сразу подумать о том, как это будет выглядеть, но что было, то было.

— Ладно, забудем, — предложила Лиза и почувствовала, как его рука легла на ее плечо.

С этого момента Дима вернулся в ее жизнь. Он начал встречать после работы, дарить цветы, устраивать пикники с горячим чаем. По этой причине на посещение больницы оставался всего один день в неделю, и Лиза ненадолго забегала проведать друга и спросить врача о его здоровье.

Нетерпеливое ожидание сменилось привычкой. Никаких долгих разговоров больше, кроме, пожалуй, одного.

- Не знаю, как сказать тебе об этом, — нерешительно начала Лиза. — В общем, я скоро выйду замуж. Дима сделал мне предложение. Ты скажи, что он обманщик и любит только мои деньги, а я с тобой не соглашусь.

Ты просто плохо его знаешь. В последнее время Дима очень меня поддерживает, даже не представляю, как бы я выжила без него. А еще предлагает помощь с бизнесом. Я подумала, может быть, им стоит с папой поговорить, потому что мне все эти расчеты, встречи и контракты слишком сложно даются.

Андрей вздрогнул, и Лиза резко поднялась на ноги, готовая в случае чего бежать к врачу. Но парень снова затих, и она плюхнулась обратно на стул.

Вся эта речь даже ей самой казалась оправданием. Но все шло, как шло. Сил сопротивляться не осталось. Выпал снег, и солнце, отражаясь, слепило глаза. В воздухе стоял лёгкий морозец. Настроение было приподнятое.

— Я замёрзла, пойдём чай пить, — предложила Лиза, хватая Диму под руку.

— Да я не одет для такого похода, — ответил парень. - Давай просто возьмём по кофе и ещё пройдёмся.

- Вон, видишь коричневую вывеску, это моя любимая пекарня. Пойдём, не сопротивляйся, я тоже в старом свитере.

Дима нехотя зашагал вслед. Судя по аромату, выпечка там действительно была божественная. А после прогулки на свежем воздухе аппетит разыгрался зверский.

- Ну вот, - Лиза разложила на столе гору пирожков и десертов.

- Опять набрала без разбора, - недовольно заметил Дима.

Он сидел в куртке, но после горячей чашки кофе поднялся и повесил ее на плечики.

- Нормальная рубашка, - оценивающе посмотрела Лиза, и ее взгляд застыл на двух пятнах на обоих рукавах.

Это была масляная краска. Она хорошо знала, потому что видела ее не раз на одежде Антона.

Дима заметил, чем она заинтересовалась, и, сделав вид, что удивился, попытался стереть краску.

- Надо же, вчера в ванной ремонт делал и, видимо, зацепил.

— Стены масляной краской красил? — улыбнулась Лиза.

— Ну да, — серьезно ответил Дима. — Я себе ремонтников позволить не могу, в отличие от вас.

— Хорошо, — невпопад ответила девушка, задумавшись.

Он не делал никакой ремонт, но зачем-то придумал эту историю на ходу, чтобы Лиза не связала краску с Антоном.

Она же наоборот, теперь была уверена, что связь съесть. И эта мысль ее не на шутку напугала.

— А твой отец всегда дома сидит? Может предложить ему куда-нибудь съездить?

— Что? А, да, папа после инсульта плохо выговаривает слова и стесняется этого, поэтому его трудно куда-либо вытащить.

- Тогда давай вместе съездим, ему веселее будет.

Не успев разобраться со своими подозрениями, она согласилась, быстро оделась и зашагала за Димой.

Что-то тёмное, неприятное росло внутри, но она всеми силами отгоняла от себя мысли и старалась улыбаться, слушать рассказы жениха и не паниковать раньше времени. Они уговорили папу выйти на прогулку.

Пока сиделка помогала ему одеться потеплее, Дима и Лиза спустили во двор инвалидную коляску.

- Он никогда не спрашивал тебя об эвтаназии? — внезапно поинтересовался парень.

— Нет, — нахмурилась Лиза, — а почему он должен был меня об этом спрашивать?

— Ну, некоторые люди предпочитают не жить, чем вот так много лет лежать овощем.

— Это ты избил Антона? — в лоб неожиданно спросила девушка, чувствуя, как начинают дрожать руки и колени.

— Допустим.

— Зачем ты это сделал?

— Послушай меня внимательно, Елизавета Андреевна, — угрожающим тоном заговорил Дима, держась одной рукой за поручень коляски. - Если будешь что-то выяснять, то может всякое произойти. А если будешь сидеть тихо и не высовываться, то и ты, и твой отец будете в безопасности. Услышала меня?

- Услышала, — кивнула Лиза, холодея от охватившего ее ужаса.

Как она могла так ошибиться в нем? Отца перетащили в коляску и накрыли ноги шерстяным одеялом. Медленно шагая по улице, парень, как ни в чем не бывало, весело рассказывал Андрею Игоревичу о своем прошлом бизнесе. Они нашли общий язык. Лизу парализовал страх.

Она, как и прежде, шла под руку с женихом, но чувствовала себя жертвой, которой не в силах позвать на помощь или убежать. Ей действительно казалось, что Дима может причинить вред отцу. Для себя девушка решила, что весь вечер будет играть роль, а когда они распрощаются, сразу поедет в полицию и обо всем расскажет. Когда Лиза засобиралась домой, Дима ее остановил и на глазах у Андрея Игоревича с улыбкой сказал:

- Давай сегодня тут останемся? Тесть, вы не против? Так не хочется по темноте ехать.

- Конечно нет, — гостеприимно отозвался отец.

Они остались. Лиза не могла найти себе место. Впервые ей было настолько тяжело дышать в родных стенах. Хотелось как можно скорее вырваться наружу и бежать, бежать, бежать. Когда они остались вдвоем, Дима снова снял с себя маску доброжелательности.

- Пока здесь поживем. Я займусь бизнесом вместо тебя. А то ты мало в этом смыслишь. Потратишь семейные деньги на безделушки.

Лиза промолчала. Дождавшись, когда он уснет, девушка вышла, разместилась на диване в гостиной и просидела там всю ночь, размышляя, как ей исправить ошибку. Ведь давать ему второй шанс действительно было самой большой ошибкой.

Она не сомкнула глаз ни утром, ни днем. В это время Андрей Игоревич и Дима закрылись в кабинете и оживленно что-то обсуждали. Она часто проходила мимо и прислушивалась, боясь за отца.

Пока Лиза в страхе заламывала руки и пила четвертую чашку кофе, Антон пришел в себя. Врач пустил к нему следователя, и парень рассказал все, что помнил.

Дочь с отцом большими глазами смотрели, как за спиной сиделки возникли две незнакомые фигуры. При виде мужчин в форме, Дима кинулся к окну, открыл его, прыгнул на снег и со всех ног побежал в огород в одних тапочках. Лиза вышла на крыльцо и наблюдала, как ее бывшего жениха роняют лицом в снег, надевают наручники, поднимают и ведут обратно в дом.

Она удивилась таким быстрым переменам в себе, еще недавно была влюблена, а теперь радуется, видя, как Диму, потрепанного и озлобленного, ведут полицейские. После всех допросов и разбирательств случился нервный срыв, а за ним последовали ознобы высокой температуры. Лиза смогла прийти в больницу к Антону только через две недели и узнала, что он уже выписался.

Девушка сразу поехала в общежитие, но там сообщили, что незаконного жильца выселили, вахтерше дали выговор, а в комнату уже кого-то заселили. На звонки и смс он не отвечал. Но Лиза пыталась каждый день, не теряя надежды.

— Ты похудела, — заметил Андрей Игоревич. — Совсем эта любовь тебя измотала.

- Тебе кажется, — ответила дочь, размешивая давно остывший чай.

— Кажется. Что же делать-то с тобой? Самому на его поиски, что ли, отправляться?

— Я уже искала. Не хочет он со мной общаться.

— Ну так если не хочет, зачем так убиваться?

— Пап, не говори мне ничего.

Она ушла, оставив отца на кухне. Он уже знал, дочь упадет на кровать и пролежит так до самого вечера, а то и до утра, если не заставить подняться и поесть.

Пришлось Андрею Игоревичу все взять в свои руки. Он достал свой блокнот с полезными номерами и начал собственное расследование. Ответ нашелся быстро. В одной из мастерских недавно объявился новый талант. Водитель привез мужчину во дворик, где находилась мастерская, высадил, а сам отъехал, чтобы припарковаться.

Антон заметил его из окна и вышел.

«Привет, художник», — весело поприветствовал парня Андрей Игоревич. «Слава о тебе хорошая. Говорят, всех именитых здесь уже обошел».

«Да случайно получилось, сам не ожидал», — признался Антон.

- Что ж ты, Лизу, совсем забыл?

- Так будет лучше. Не нужен ей такой, как я.

— Почему так решил?

- Сами ведь все видели. Только я слег, она обратно к этому вернулась.

- Ты просто не видел, как она дни и ночи у твоей кровати проводила. Это потом ей этот подлец опять голову вскружил, а после угрожать начал, что мне что-нибудь сделает, если она в полицию пойдет. Так что не было там никакой любви, парень. Я и сам, честно говоря, скучаю по ней.

— Но не пара мы, вы ведь сами так думаете.

— Теперь уже нет. Теперь думаю иначе. Если так тянет вас друг другу, то плевать мне на все остальное.

— Ладно. Значит, стоит поговорить. Я позвоню.

— Хорошо. А кто это у вас там бегает?

— О, беспризорники какие-то. Говорят, им тут бабушка еду оставляет, вот и приходят. Я младшего пытался спросить, почему домой не идет, а он убежал от меня.

— Так ему лет пять, не больше.

- Ну, где-то так.

— Ну и дела. Ладно, рад, что повидались, ну, дальше уж вы сами.

- А может, вас до машин довезти?

— Э, у меня ж транспорт современный, с управлением.

Они попрощались, и Антон, светясь от счастья, отправился в мастерскую. Теперь он твердо стоял на ногах и знал, что может сам обеспечить их жизнь с Лизой. Андрей Иванович, тоже довольно счастливый, медленно покатил по пешеходной дорожке вниз, зная, что где-то за поворотом стоит водитель.

Спуск был крутой, и в какой-то момент мужчина понял, что тормоза коляски не работают, а он, ускоряясь, несется прямо на проезжую часть. Если сейчас из-за дома вынырнет автомобиль, столкновение не избежать.

- Жизнь свою я прожил не зря. - Пролетела в голове последняя мысль.

В нескольких метрах показалась большая белая машина. Водитель никак не мог ожидать, что справа на него вылетит человек в инвалидном кресле и потому даже не смотрел в ту сторону. Андрей Игоревич сильно вцепился руками в подлокотники и зажмурился. Странное ощущение внезапно охватило его. Какая-то сила потянула назад, заскрипели ботинки и тоненький детский голосок пропищал в ухо «Стой, стой!»

Маленький мальчик, тот самый, которого мужчина заметил несколько минут назад, вцепился крохотными ручонками в коляску и, извиваясь, старался затормозить. Ударившись о бордюр, она перевернулась на бок, и Андрей Игоревич оказался на асфальте. Рядом с ним упал его спаситель.

— Вы как, нормально? — испуганно спросил подошедший прохожий.

К компании уже спешили водитель и Антон.

- Поймай его, пожалуйста.

Не обращая внимания на синяки и ссадины, попросил Андрей Игоревич. Мальчишка со всех ног мчался прочь, но Антон быстро его догнал и схватил за капюшон. Ребенок сопротивлялся, размахивал руками и пытался вырваться.

— Да погоди ты, погоди, — подоспел Андрей Игоревич, — ты же меня спас. Я должен тебя наградить. Что хочешь? пирожные, шоколадки, а может, на батутах попрыгать?

При упоминании о еде у малыша заблестели глаза, и мужчине стало не по себе. Он оглядел одежду ребенка. Она была не по размеру, грязная, в дырках и пятнах. Руки тоже грязные, покрасневшие от холода, а лицо чумазое.

— Ну как, пойдем в кафе? Я голодный, планирую съесть первое, второе и компот.

Мальчишка кивнул, мужчина протянул ему руку.

Тот нерешительно подошел, обернулся на окна и зашагал рядом с коляской. Антон снова отправился на работу, а водитель помог начальнику и его новому знакомому зайти в кафе, вымыть руки и разместиться.

— Ну, пока нам несут еду, давай знакомиться. Тебя как звать-то?

— Мишка.

— Очень хорошо, Мишка. А где твои родители?

— Там.

Мальчик махнул куда-то рукой и опустил голову. Что-то тут не так, подумал Андрей Игоревич, наблюдая, как ребенок с жадностью уплетает куриный суп. Он предложил Мише поехать с ним, и тот с радостью согласился.

Лиза даже позабыла о своих переживаниях, увидев, с кем папа вернулся домой. Мальчишку сводили в душ, переодели и снова накормили.

В тепле он расслабился и быстро заснул на диване. Лиза укрыла его одеялом.

— Пап, ты где его подобрал?

— Да тормоза на коляске отказали, а он меня спас. Я думал, сначала просто покормлю и домой отправлю, а он так посмотрел на меня, с надеждой, что его заберут. Надо родителей найти.

Мишка оказался не нужен своим родителям. Андрей Игоревич решил оформить над ним опекунство, но из-за инвалидности сделать это не получалось.

Лиза и Антон, встретившись, оба были безумно рады друг друга встретить. Не обсуждая, не раздумывая, они одновременно решили, что больше не расстанутся никогда.

— Я хочу оформить опекунство на себя, — призналась Лиза. — Мы все так привыкли к Мише, и страшно представить, что его заберут в детский дом.

- Я за, — согласился Антон. - Тем более, вот, - он достал из кармана красную коробочку.

Лиза удивленно на него посмотрела и вся засветилась от счастья. Выйти замуж за любимого, не оглядываясь на семью и количество денег — это же прекрасно. После свадьбы пара усыновила мальчика. С его появлением в огромный мрачный дом снова вернулась радость.

Повесили яркие занавески, накупили игрушек, сменили, наконец, темную старую мебель на современную, светлых оттенков. И дед вдруг оживился, играя с внуком в настольные игры, запуская мыльные пузыри в окно и строя башни из огромных кубиков.

Все в семье единогласно заключили, что Андрей Игоревич пошел на поправку благодаря этим светлым переменам.

А уже через полгода он впервые встал на ноги. Еще через пару месяцев тихонько пошел, опираясь на трость, рядом с дочерью, зятем и внуком. Природа расцветала, словно хотела сказать им «все самое лучшее еще впереди».