Глава 90
Цветочная буря (часть 5)
— Ну и жесть была? Это же не какой-то экзамен на отбор математических вундеркиндов.
— Похоже, этот инструктор решил разом завалить всех курсантов. Даже захотелось накатать на академию жалобу.
В столовой сокурсники из Мэджо, обливаясь холодным потом, сверяли ответы на экзаменационные вопросы. Шин Чонхан проплакал весь экзамен, так что глаза у него выпучились, словно брюхо бычьей лягушки. С довольной улыбкой я перемешивал пибимпап.
— Эй, кстати, слышал? Только что Гук устроил дебош в главном корпусе. Вроде как бесился, требуя, чтобы ему позволили покинуть академию.
— Что ты несёшь? Здесь же добровольное отчисление недопустимо?
— Не то чтобы он требовал отчисления. Я сам это подслушал в туалете, так что подробностей не знаю, но, в общем, Гук попросил у исполняющего обязанности директора отпустить его домой всего на несколько дней, но ему отказали, и он из-за этого устроил скандал. У него в семье кто-то умер, а узнал он об этом только из письма, которое пришло сегодня утром, представляешь. Видимо, умер кто-то из родителей.
Я сидел, ошеломлённо продолжая держать в руках ложку и палочки. Вот идиот. Когда я в прошлый раз встречался с Пак Кугёном, надо было ненавязчиво спросить, жива ли его мать, но я, будучи занятым Мэ, совсем забыл.
Как ни крути, это была худшая академия на Земле. Даже когда у тебя умирает родственник, тебя не отпускают домой, это хуже тюрьмы. На душе было тяжело. Интересно, насколько сейчас Пак Кугён погружён в скорбь.
— А-а, вот оно что… Значит, поэтому.
Рядом раздался тихий голос. Я машинально посмотрел в ту сторону и замер. Это был Ким Гапдон. Когда это этот мрачный тип успел сесть рядом со мной?
Мысленно цокая языком, я уже отворачивался, но вдруг вздрогнул. Что это он только что сказал? «А-а, вот оно что… Значит, поэтому»? Что это ещё значит?
Я вспомнил, как несколько дней назад Ким Гапдон пришёл позвать меня и, глядя на Пак Кугёна, недоумённо качал головой. Мне не хотелось в это верить. Мне хотелось объявить возникшую сейчас у меня в голове мысль полной чепухой. Но на всякий случай, как только Ким Гапдон ушёл, я принялся расспрашивать Шин Чонхана.
— А, Гапдон? Немного мрачноватый, да? М. Точно. Говорят, он видит призраков. Его бабушка по матери тоже шаманка. И его мать тоже часто говорит всякие странные вещи.
Услышав слова Шин Чонхана, я замолчал. Значит, всё-таки так.
Я отчаянно надеялся, что моя догадка окажется полным бредом, но она попала точно в цель. Ким Гапдон был человеком со сверхспособностью видеть призраков. Слова, которые Ким Гапдон обронил, бросив взгляд на мою правую руку, снова прозвучали у меня в ушах.
«То есть, ты, случаем, не знаешь женщину с причёской ччок и в ханбоке нефритового цвета? С очень холодным выражением лица».
Обрушилась пугающая мысль. Неужели… призрак мамы прикрепился к моей правой руке?
— Мне стало очень любопытно, и однажды я спросил его об этом. Мол, как он вообще выдерживает, постоянно видя призраков. Ответ Гапдона оказался довольно интересным.
От слов Шин Чонхана я тут же пришёл в себя.
— Душу ведь по-другому называют хонбэк*. Но, говорят, Хон означает душу, дословно дух, а Бэк означает тело, телесную форму. Следовательно, бэк означает мысленный след, то есть остаток, сохранившийся от физического тела. Хон улетает, а бэк остаётся, словно осадок, и бродит повсюду. Такие вещи не причиняют людям вреда. Блуждающая душа превращается в призрака и мучает людей, а на бэк нужно просто не обращать внимания, мол, ну и пусть себе. Говорят, бэк неисчислимо много: они бывают не только у людей, но и у животных, вплоть до таинственных предметов. Ну, часто? Собака, которая даже после смерти остаётся рядом с хозяином, священное древнее дерево или камень… Когда разговариваешь с этим Гапдоном, узнаёшь много интересных историй.
*Хонбэк состоит из иероглифов: хун (кит. — 魂) — нематериальная душа и по (кит. — 魄) — корпоральная душа.
Если верить его словам, Ким Гапдон увидел на моей правой руке не мамин призрак, а «бэк». Однако меня, напротив, охватило ещё большее оцепенение. Со лба к подбородку тонкой струйкой стекал пот.
Неужели это действительно было оно..?
Белый шар, который когда-то вышел из моего тела и поднялся в воздух. До того момента мамин голос без конца звучал у меня в ушах, а после этого полностью исчез. Холод, словно исходивший из глубокой пещеры, окутал всё моё тело. Если верить словам Шин Чонхана, после смерти мама превратилась в мстительного духа, прицепилась ко мне и шептала страшные слова. И лишь несколько лет спустя наконец покинула меня. Оставила мне только бэк.
Неужели тот шёпот не был слуховой галлюцинацией, порождённой моим помутнением рассудка? Неужели это действительно был голос призрака мамы? Тот исполненный злобы голос?
Я не хотел в это верить. Мне хотелось верить, что увиденный мной белый шар был всего лишь видением, а голос призрака мамы — слуховой галлюцинацией, порождённой моим помутнением рассудка. Но…
Я отчётливо помнил. Та странная уверенность, нахлынувшая тогда, когда этот белый шар покидал меня. Это мама. Мама всегда была рядом со мной. Тогда, глядя на белую сферу, я именно так и думал.
Перед глазами замаячила мама с отрубленными конечностями, из глиняного сосуда одиноко торчало только её лицо. Я сильно закусил губу. Нужно понять, Рю Хопи. Кто угодно, пережив такое, разве не превратился бы в мстительного призрака? Даже если это действительно был голос призрака мамы, нельзя её винить.
В конце концов я резко вскочил с места. Мне казалось, что, если я останусь здесь, я расплачусь у всех на глазах. Словно спасаясь бегством, я поспешно покинул столовую. Было такое чувство, будто тяжёлая каменная глыба давила мне на сердце. Я плюхнулся под дерево и перевёл дыхание. Я отчаянно пытался привести в порядок спутанные мысли в голове. Будем думать проще. Была та белая сфера маминой душой или нет, как бы то ни было, мама ушла от меня.
Мама ушла. Она ушла, лишь оставив на моей правой руке бэк. Теперь я один. Один… Бормоча это, я внезапно застыл. По всему телу пронёсся удар, словно огромный клинок разрубил мне голову надвое.
Т-тогда чей же был голос в тот день..?
Перед глазами словно наяву развернулась картина того момента, когда Мэ дал мне выпить напиток с примесью афродизиака и впервые вступил со мной в сексуальные отношения. Голос, который волной накатывал на меня, пока я изо всех сил пытался отстраниться от Мэ. Голос, подстрекавший меня попробовать оказаться в объятиях мужчины. Тогда из-за препарата я был не в состоянии нормально соображать и пропустил это мимо внимания, но теперь, когда я подробно всё вспомнил, это показалось странным. Этот голос отличался от голоса призрака мамы, который обычно звучал у меня в ушах. Точно. Уже тогда я мельком удивился: «Это ведь не голос призрака мамы, тогда чей же?»
«Ты правда настолько не хочешь? Только что ведь сам не мог справиться с возбуждением».
«Ты ведь и до того, как выпил напиток, украдкой разглядывал хуй мужчины. Просто попробуй прижаться к нему».
«Ха-ха! Ты же чуть не промок насквозь, стоило Гуку тебя обнять. Думаешь, это никто не заметил?»
«Прижмись к мужчине. Тебе будет приятно. Правда, будет очень хорошо…»
Почему я понял это только сейчас? Уже по содержанию разве это не слова, которые мог сказать только Мэ? Он сказал: «Я всегда за тобой наблюдаю». «Я ведь всегда за тобой наблюдаю»…
Вдруг я почувствовал прикосновение лепестка к щеке. Всё лицо было обильно покрыто холодным потом. Я отлепил лепесток, бросил его и пробормотал:
Не было нужды удивляться. Разве коварство этого мудака началось вчера или позавчера? Но одно я знал совершенно точно. Уже тогда моя способность находилась в пробуждённом состоянии.
Если голос призрака мамы действительно был шёпотом мстительного духа, выходит, моя способность к телепатии уже давно пробудилась на довольно высоком уровне. Почему же я этого не знал? Впрочем, до приезда в Хвадо я практически не общался с людьми, если не считать мастеров боевых искусств. Даже в 3-й области Хварюн я практически всё время проводил в одиночестве, полностью погрузившись в тренировки. Чтобы сорвать тутовник, нужно сперва встретить партнёра*, у меня попросту не было самой возможности осознать свою сверхспособность.
*Чтобы сорвать тутовник, нужно сперва встретить партнёра — корейская идиома, означающая, что необходимо иметь повод, чтобы получить что-то или сделать. В эпоху Чосон плантации тутовника были одним из ключевых видов промысла и местом тайных свиданий возлюбленных. Кусты тутовника сильно разрастаются, позволяя прятаться от чужих глаз, а отговорка «ушёл собирать тутовник» работала как алиби во времена, когда общение с противоположным полом до свадьбы считалось предосудительным.
Неужели Мэ воспользовался этим, чтобы пошатнуть меня? Из-за этого проклятого голоса я потерял рассудок и оказался в объятиях этого гада.
Но что-то было не так. Если это предположение верно, получается, что Мэ уже тогда знал о моей способности к телепатии. Но…
Я тщательно перерыл свои воспоминания. Пусть с учёбой я и справлялся плохо, зато память у меня была исключительно хорошей. Перебрав одно воспоминание за другим, я пришёл к единственному выводу.
В тот момент Мэ ещё не знал о моей способности.
На следующий день после того, как мы вступили в сексуальную связь, я снова встретился с Мэ. Услышав мысли этого типа, я переспросил: «Что за бред?». Тогда Мэ явно выглядел растерянным. Это длилось всего одно мгновение, но сомнений не было. Даже сейчас я живо помнил ту ситуацию.
«С какого-то момента ты начал мне мерещиться. Я сначала думал, что это просто сон. Но мои сны сбываются. Как предзнаменование, ей-богу».
«Что за бред? Ты что, тоже переел чего-то?»
Когда я резко огрызнулся, Мэ на мгновение замер.
«Сам же сказал, что я тебе привиделся. Сначала думал, что сон, но понял, что нет, там ещё что-то про предзнаменование было. Ты это своей пастью сказал, а теперь притворяешься, что не в курсе, идиот?»
Выражение лица Мэ было изменилось на слегка растерянное, но тут же снова стало невозмутимым. Незаметно во взгляде Мэ проступил интерес в духе «вот это уже интересно!» совсем как у Ю Нано.
Всё-таки Мэ заметил мою способность телепатии только во время нашей встречи на второй день. Голос, который я услышал в день первого сексуального контакта, точно был голосом Мэ, который, возбудившись, болтал про себя. Иначе этот бесстыдный гад не стал бы вдруг так растерянно реагировать.
Как бы то ни было, в душу будто собаки насрали. Он пробормотал: «Ха-ха! Ты же чуть не промок насквозь, стоило Гуку тебя обнять. Думаешь, это никто не заметил?», Получается, он увидел во сне сцену, где мы с Пак Кугёном невольно переплелись в баре Мэрангукчук… Неужели именно поэтому он решил тронуть меня?
Я резко покачал головой из стороны в сторону, отгоняя неприятные воспоминания. Забудем, забудем. Сколько ни прокручивай это в голове, только настроение себе испортишь. Забудь, Рю Хопи.
И тут у меня возник запоздалый вопрос. Как Пак Кугён узнал о моей телепатической способности? Конечно, наверняка он узнал об этом через вещий сон, но Мэ, который тоже был провидцем, о моей способности не знал.
Как провидец Пак Кугён на одну ступень выше Мэ? Неужели поэтому Мэ испытывает к Пак Кугёну крайнюю враждебность? Если так, то всё сходится.
Я смотрел вглубь пустоты. Погода была до ужаса солнечной.
— Говорят, это была его младшая сестра. Несмотря на то, что та часто болела, они были настолько близки, что она исправно писала старшему брату письма. Говорят, капитан Гукджо сейчас совсем не в себе. Он до сих пор стоит в главном корпусе на коленях и умоляет отпустить его домой хотя бы на несколько дней. Курсанты ходят поглазеть, там уже настоящий переполох. Мол, если не сейчас, то когда ещё доведётся увидеть капитана Гукджо на коленях, умоляющего отпустить его… Ох, — сказал Кан Хидже, цокнув языком.
Я резко нахмурился. Неужели та умершая младшая сестра — тот самый человек, которого раньше упоминали в разговоре Пак Кугён и Со Чуккён, вроде бы Гукхи? Бывают же сукины дети. Они хихикали, глазея на человека, который после потери сестры был совсем не в себе, и я, переживавший, что Мэ перебьёт всех курсантов Хвадо, теперь казался себе полным дураком.
Как бы то ни было, теперь выяснилась причина, по которой Ким Гапдон несколько дней назад так внимательно смотрел на Пак Кугёна, наклонив голову. Оказалось, это было потому, что он видел «бэк» младшей сестры, внезапно прилипший к Пак Кугёну.
В общем, сегодняшняя тренировка на мотоцикле была окончательно загублена. Пак Кугён всё никак не выходил у меня из головы, и я совершенно не мог сосредоточиться на тренировке. Кан Хидже, усевшись на скамейку, сказал:
— Жаль, что она так рано умерла. Говорят, даже члены Гукджо удивились, потому что Гук не говорил, что у него есть сводная младшая сестра. А члены других секций дразнили Гука, говоря про его сестру: «Призрак девственницы, призрак девственницы. Может, и мне пойти удовлетворить желание?». Правда, почему они так себя ведут?
От этих слов меня лишь охватило раздражение. Если у них есть претензии, пусть дерутся с Пак Кугёном один на один, но зачем оскорблять безвременно умершую девушку?
Что только что сказал Хидже? Сводная младшая сестра..?
Я так и застыл на мотоцикле в том же положении. Мне казалось, будто холодный труп леденящими кончиками пальцев проводит по моему позвоночнику. Сводная сестра.
Значит, выходит, что родная мать Пак Кугёна тоже умерла!
Внезапно мне показалось, будто ударила молния и всё прямо перед глазами резко озарилось. Гапдон. Точно, тот парень. Перед глазами прилипла та сцена на медосмотре, когда Ким Гапдон тупо уставился на Мэ, Ю Нано и Со Чуккёна. Неужели это был всего лишь взгляд восхищения?
Я облизнул пересохшие губы. Возможно, Ким Гапдон видел глазами бэк, прилипшие к Мэрангукчук. А что, если все эти бэк были мамами?
Делать поспешные выводы было нельзя. Для начала я решил спросить Ким Гапдона. Но какая функциональная связь может существовать между отсутствием родной матери и сверхспособностями Мэрангукчук?
В один миг я резко нахмурился. Ч-что. Это?
В голове у меня резко одно за другим промелькнули какие-то совершенно неожиданные обстоятельства. Внезапно я вспомнил тот момент, когда украдкой подслушивал разговор директора с инструктором.
И директор, который, наоборот, повысил на меня голос, когда я обнажил клинок…
«Мы уже закончили проверку касательно тебя. И этот старик принял решение, которое тебя не должно обидеть. Так что иди. Я не стану мешать твоему пути».
Кроме того, перед глазами одна за другой проплывали самые разные ситуации, словно мгновенные снимки.
Ю Нано с аппетитом ест в столовой шпинатный суп и кхонпап.
Мэ, опять же в столовой, набирает Кан Хидже суп из рыбы-сабли, говоря: «Иногда и такое настоящий деликатес».
Со Чуккён, крепко обхватив сильно опухшие щёки, сверлит меня взглядом на медосмотре.
Ким Гапдон и Чхве Бёнок, одиноко сидящие в аудитории…
Было ощущение, будто меня очаровала лиса. Я рассеянно уставился прямо перед собой. Что это вообще такое? Почему же вдруг эти сцены одна за другой пронеслись перед моими глазами? Неужели между ними есть какая-то связь?
Я ещё раз тщательно перебрал в памяти все эти обстоятельства. Но сколько ни промывай глаза, не мог найти между ними ни малейшей связи. Что же это, реально? Неужели я сошёл с ума?
От внезапно раздавшихся криков я вскинул голову. Поодаль третьекурсники стояли перед Мэ на коленях и вопили. Мэ высоко поднял джукдо, который держал в одной руке, и обрушил его на плечи старшекурсников.
— Когда это я учил вас считать повседневной нормой подобные выходки, которыми занимаются всякие отбросы?! Ещё будете так себя вести?!
— Простите! Больше никогда такого не повторится!
Старшекурсники прижались носами к земле и закричали. Но Мэ не убрал джукдо и продолжал яростно наносить удары. Кан Хидже, понизив голос, сказал мне:
— Эти старшекурсники тоже издевались над сестрой Гука всякими грязными словами, а после были пойманы господином Мэ.
Я с некоторым изумлением посмотрел на Мэ. В глазах Мэ отчётливо проступал гнев. То, как он яростно избивал старшекурсников, совершенно не походило на него, обычно чрезмерно сдержанного и благопристойного. Кто-нибудь, не знающий обстоятельств, наверняка принял бы его за человека, пришедшего в ярость из-за того, что опорочили честь младшей сестры его друга. Актёрская игра была такой, что даже змея, переползающая через ограду, заплакала бы и сбежала.
Я презрительно фыркнул. Я до сих пор прекрасно помнил его физиономию, когда он, протягивая мне напиток с подмешанным афродизиаком, сально улыбался, а теперь ещё строит из себя благородного. Честно говоря, ты ведь очень рад несчастью Пак Кугёна, разве нет? Если моё предположение верно, то по уровню способностей как провидец ты тоже уступаешь Пак Кугёну, ты ведь прекрасно это знал, поэтому так сильно ненавидел его.
Всё же, увидев, как старшекурсников хорошенько избивают, я немного успокоился. Молча наблюдая за Мэ, продолжающим размахивать джукдо, я вдруг сказал:
— Хидже. Ты сказал, что капитан Гукджо стоит на коленях в главном корпусе?
— Не надо. Хопи, ты ведь хорошо относился к капитану Гукджо? Давай уже вернёмся, м? — сказал Кан Хидже, снова и снова дёргая меня за бок.
Я ничего не ответил и продолжил сверлить взглядом главный корпус. Вокруг административного здания собралась огромная толпа курсантов. Кругом стоял оглушительный гул насмешек, свиста и смеха. В самом центре этой толпы Пак Кугён стоял на коленях. Из его лба текла кровь, а в глазах бушевал яростный блеск.
— Сколько бы ты ни упрямился, устав академии никуда не денется. Хватит, возвращайся. Из-за одного тебя мы не можем нарушить устав академии! — говорили инструкторы, подталкивая его за плечи.
— Прошу вас. Дайте мне всего три дня.
— Эх, вот упрямство! Нельзя! Нельзя, говорю! Сколько раз тебе уже повторять?! Умоляю, пожалуйста, возвращайся. Учитывая твоё состояние, я не стану наказывать тебя за сегодняшнее поведение, так что давай, скорее. Ах, говорю же, скорее встань!
— Я не сдвинусь с места, пока не получу разрешение. Я хочу лично поговорить с начальником отдела.
Инструкторы от бессилия раз за разом глухо били себя по груди с таким выражением лиц, будто готовы были умереть.
— Я хочу встретиться с начальником отдела лично, — Пак Кугён повторил ещё раз.
Тон его речи, как обычно, оставался спокойным, однако в нём ощущалась непоколебимая твёрдость. В конце концов один из инструкторов свирепо сверкнул глазами.
— Этот парень реально! Эй! Ты нас за дураков держишь? Мы вообще-то инструкторы! Инструкторы!
Раздался глухой удар. Голова Пак Кугёна резко повернулась в сторону. Только тогда инструктор, с выражением осознания содеянного на лице, отступил на шаг. Вокруг повисла тишина.
Пак Кугён медленно повернул голову. Его побледневшее лицо по-прежнему оставалось бесстрастным. Я, не в силах пошевелиться, смотрел на Пак Кугёна. В следующий момент сердце у меня ухнуло вниз. Из обоих глаз Пак Кугёна скатилось по одной слезинке. Не может быть… плачет. Этот сильный мужчина проливает слёзы.
Я пришёл в себя от оглушительного хохота. Курсанты, словно только этого и ждали, разразились хохотом. До этого они, затаив дыхание, следили за реакцией Пак Кугёна, а когда увидели долгожданное зрелище, принялись радоваться как безумные. Это были не люди, а звери. Кан Хидже толкнул меня локтем в бок и сказал: «Пожалуйста, пойдём».
— Неужели тебе обязательно хочется на такое смотреть? Этот человек сейчас погружён в глубокую скорбь. Если ты не хочешь идти, я тогда один вернусь.
Я уже развернулся, но вдруг замешкался. Среди деревьев на противоположной стороне я заметил знакомое лицо. Это был Со Чуккён.
Чего это Со Патчви сюда заявился? Я было подумал, что он пришёл поглазеть на несчастье Пак Кугёна, но тут же изменил своё мнение. Лицо Со Чуккёна было очень бледным. Кожа вокруг глаз покраснела, а на лице застыло выражение человека, едва сдерживающего слёзы. С первого взгляда было видно, что он пребывал в глубоком потрясении. От невообразимого вида Со Чуккёна у меня словно голова опустела. Точно… Я вспомнил, как Со Чуккён кричал, что пощадит Пак Кугёна только ради Гукхи. Если Гукхи настолько беспокоилась в письме даже об экзаменах Со Чуккёна, значит, эти двое были довольно близки. Ему должно быть тяжело. Меня лишь слегка потрясла эта ситуация, а Со Чуккён наверняка действительно скорбит. Это был первый момент, когда я осознал вес прошлого Пак Кугёна и Со Чуккёна, которое они прожили вместе и о котором я ничего не знал.
Под уговоры Кан Хидже я сделал шаг. Воздух, напитанный влагой, был сырым. Чёрные тучи тяжело нависли над землёй, словно вот-вот обрушатся. Пак Кугён, должно быть, всю ночь будет сидеть на коленях перед главным корпусом, промокая под дождём.
На сердце было тяжело, словно к нему подвесили каменную глыбу. Сам того не замечая, я беззвучно пробормотал. Если бы я начал тренироваться с мотоциклом хоть немного раньше. Будь так, я бы взял Пак Кугёна с собой и перепрыгнул через железное ограждение.
Только теперь я понял, почему поддался порыву и пришёл сюда. Меня захлестнула невыносимая ярость. Перед глазами снова и снова темнел образ Пак Кугёна, проливающего слёзы. Очнись, Рю Хопи. Чтобы перепрыгнуть через железное ограждение, для начала нужно успешно закончить тренировку. Тренировка, думай только о тренировке.
Я широко раскрыл глаза и пристально посмотрел прямо перед собой.
За два часа я преодолел сорок метров. Неужели из-за вчерашней ярости? Скорость роста была ужасающей. Я успешно освоил не только движение прямо, но и повороты налево и направо, а также движение задним ходом. Как и ожидалось, сверхгений Рю Хопи. Но возникла проблема.
Я сел на скамейку, переводя дыхание, и посмотрел на противоположную сторону. Вот уже пятнадцать минут я сверлил взглядом лепестки, плавно разлетающиеся с вишнёвого дерева напротив, и беззвучно твердил: «Падай».
Падай. Падай, пожалуйста, падай!
По-прежнему никакой реакции. Как такое возможно? Этот тяжёлый мотоцикл легко движется вперёд, а этот лепесток, который не весит и грамма, ни капли не двигается? Неужели моя способность действует только на мотоцикл? Конечно, это было не так. Разве я недавно не вызвал вполне настоящее землетрясение? Я также двигал стакан с водой. Просто моя способность к контролю пока ещё была недостаточно развита.
Я открыл ланчбокс и достал картошку. Обмакивая картошку в сахар и поедая её, я тщательно перебирал всё в мыслях. Пока я решил отбросить те крайне странные обстоятельства, которые вчера промелькнули перед моими глазами. Будем думать проще, без лишнего. Какие бы странные слова там ни скрывались, прямо сейчас передо мной стояла одна насущная задача — тренировка телекинеза.
Если я планировал за одну неделю успешно завершить тренировку, убить врага, а затем разнести школу и освободить курсантов, одним лишь движением мотоцикла было не обойтись. Моя способность должна была быть достаточно сильной, чтобы в тот момент, когда я подумаю: «Пусть сердце остановится!», Бог рухнул бы с предсмертным воплем: «У-у-ух!». Но почему только мотоцикл плавно двигается, а этот жалкий лепесток никак не падает? Эта проклятая способность тоже является частью моего тела, так почему же она настолько меня не слушается? Если эта ситуация продолжится, то через пять дней я неизбежно буду вынужден в объятиях Жестокого ублюдка перепрыгнуть через железное ограждение.
Из десяти картофелин, принесённых с собой в ланчбоксе, я умял девять. Постукивая по вздувшемуся, словно у бычьей лягушки, животу, я уставился в небо. К счастью, прошлой ночью дождя не было. Получается, Пак Кугёну удалось избежать ночёвки под дождём.
— Курсант, извини, но не мог бы ты немного отойти в сторону? Ты мешаешь уборке.
Я вздрогнул от старческого голоса, донёсшегося сбоку. Уборка? Неужели член отряда мётел?
Стоило мне машинально обернуться, как силы разом меня покинули. Не то что крепкого телосложения с ростом свыше ста девяносто сантиметров, это был горбатый скрюченный старик. Хотя, если подумать, ведь говорили, что далеко не все сотрудники этой академии убийцы.
Я погрузился в размышления. Если вспомнить разговор начальника отдела и инструктора в аудитории сразу после смерти директора Чон Ундже, становилось очевидно, что в академии определённо были отдельные обычные сотрудники, занимавшиеся только обучением курсантов. Взять хотя бы Скунса: у него, похоже, нет сил не то что заниматься боевыми искусствами, он даже шариковую ручку не сломает. Инструктор, ответственный за медпункт и говоривший мне как следует заботиться о дедушке, должно быть, тоже такой. Что обычные сотрудники думают о происходящей в академии резне?
Горбатый старик, занимаясь уборкой, то и дело украдкой поглядывал на мой ланчбокс. Я слегка улыбнулся.
— Осталась всего одна, но я уже наелся и больше не могу. Будете?
Горбатый старик покраснел и принял картофелину. Работать в таком сборище сумасшедших в его возрасте, определённо старик совершенно загубил воспитание своих детей. Я забрал ланчбокс и резко поднялся. Хорошо. Попробуем.
Я лихо запрыгнул на мотоцикл. Сегодня утром я всего за два часа преодолел сорок метров. Подхватив набранный темп, я собирался попробовать доехать на мотоцикле до корпуса общеобразовательных наук. Какой бы ни была тренировка, если не упускать момент, когда набранный темп идёт вовсю, и продолжать усердно заниматься, развитие идёт быстро.
Я пристально посмотрел прямо перед собой. До корпуса общеобразовательных наук для младших курсантов пешком — один час. На мотоцикле с заряженным аккумулятором — пятнадцать минут.
Мотоцикл медленно начал двигаться вперёд.
— О? Хопи! Чего ты так потом обливаешься? Ещё и утренний экзамен прогулял? И почему так тяжело дышишь?
— Хух! Хух! Хух, хух, хух! Хух-хух-хух-хух-хух!
На вопрос Кан Хидже я даже не смог ответить, только тяжело дышал. Казалось, будто два дня голодал и без остановки скакал как кролик. И всё же я добился успеха. Я добрался на мотоцикле до корпуса общеобразовательных наук. Правда, на это ушло целых пять часов. Это был тот самый момент, когда я всем нутром ощутил, как именно появилось выражение «с огромным трудом»*.
*В оригинале используется выражение «тысяча горестей и десять тысяч страданий». Это выражение означает невзгоды и тяготы , а также прилагать все душевные и физические усилия.
Я, пошатываясь, слез с мотоцикла и сел на скамейку. Кан Хидже протянул мне бутылку воды и озадаченно склонил голову.
— Почему ты так тяжело дышишь? Кстати, хорошо, что ты пришёл. Сегодня днём художественная команда как раз собиралась обсудить всё и обменяться мнениями. Раз уж пришёл, заодно хоть ненадолго загляни к нам.
Я уже собирался сказать: «Сейчас мне не до репетиций спектакля, Хидже…» и отказаться, но передумал. Художественная команда собирается вся вместе и обменивается мнениями? Значит, Ким Гапдон тоже придёт.
Я залпом выпил освежающей воды и встал.
Войдя вместе с Кан Хидже в аудиторию, я на мгновение замер. Передо мной развернулось зрелище, которое буквально вчера совершенно некстати промелькнуло у меня перед глазами. В одном из уголков Чхве Бёнок и Ким Гапдон тоскливо пережёвывали своё одиночество. Всё-таки странно. Почему же это жалкое зрелище так внезапно врезалось мне в память?
Чхве Бёнок застенчиво улыбнулся. Ким Гапдон украдкой взглянул на мою правую руку, а затем отвернулся к окну. Я кое-как проверял костюмы и болтал ни о чём, после чего последовал за Ким Гапдоном, направлявшимся в туалет. Я резко схватил его за плечо, пока он опускал молнию на брюках, и развернул к себе.
Гапдон ошеломлённо посмотрел на меня. Я ухмыльнулся.
Я бегло огляделся. В туалете других курсантов не было видно. Я крепко схватил Ким Гапдона за руку и затащил в кабинку.
— П-поговорить? Если хочешь поговорить, так это в аудитории надо делать, зачем, зачем идти даже в такое место… Н-н-неужели…
Ким Гапдон мелко задрожал и съёжился. Он не только крепко вцепился в молнию на брюках, но ещё и схватился за воротник рубашки, сотрясаясь. Вот подонок. У меня тоже глаза есть!
Я бах стукнул Ким Гапдона по голове.
— Что у тебя за вид? Я ведь сказал, что мне есть что сказать, а не что мне есть что сделать? Ладно, перейду к сути. Короче.
— Короче… кхм. Ты ведь умеешь видеть призраков, верно?
Я ненадолго замолчал, а затем заговорил:
— Тогда ты и у Мэрангукчук видел призраков?
— Ты чего вдруг об этом заговорил? Почему именно об этих людях?
Ким Гапдон ошеломлённо уставился на меня. Я, стараясь избавиться от напряжения, заговорил:
— Не спрашивай о причине, просто ответь. Видел призраков и у Мэрангукчук или нет.
— Да. Я видел их бэк. У всех Мэрангукчук.
По спине пробежал острый пробирающий холод. Получается, всё это время я имел дело с типами, облепленными призраками. Более того, с Мэ и Ю Нано у меня даже был секс…
Меня полностью охватил страх, но я постарался вернуть себе хладнокровие. Сказано же, что бэк отличается от призрака. Я слышал, что живым людям они вреда не причиняют. И ко мне тоже прицепился мамин бэк. Что они, что я — одно и то же. Поэтому не будем слишком пугаться. Ладно, следующий вопрос.
— А как эти бэк выглядят? Все женщины? То есть похожи на мам?
— М? Угу. Как ты и сказал, все женщины. Не знаю, были ли они матерями, но все они были тётушками А вот у капитана Гукджо, которого я видел несколько дней назад, вдруг появилась ещё и молодая женщина, всего их стало двое. До этого её не было, а тут вдруг появилась, вот я и подумал, не случилось ли чего-нибудь. Наверное, это та сводная младшая сестра, которая недавно умерла.
Я промолчал. Выходит, ко всем Мэрангукчук прицеплены бэк взрослых женщин? Значит, мать Со Чуккёна тоже умерла?
Но… страшно. Призраки женщин постарше…
Ким Гапдон, видя, что я ошеломлён, запинаясь, принялся объяснять:
— Слушай, я не совсем понимаю, почему ты об этом спрашиваешь… Но так не только у Мэрангукчук. Честно говоря, трудно найти человека, к которому не прицепился бы бэк. Бэк — это всё-таки всего лишь остаток плоти. Бэк — это то, что происходит, когда оставшиеся на людях или вещах мысленные следы разделяются на несколько частей и цепляются к связанным с ними людям. Например, взять хотя бы огромную павловнию перед корпусом общеобразовательных наук, там я вижу бэк висельника, поэтому почти не хожу в ту сторону.
— То есть бэк, прицепленные к Мэрангукчук, тоже вовсе не обязательно должны быть мамами. Это могут быть родственники, а в крайнем случае даже тётушка из соседнего дома. Даже у Чонхана хёна на плечах толпятся бэк, целых семнадцать, включая бабушку и дядю. В деревне из-за оползня однажды пришлось устроить массовые похороны в доме Чонхана хёна, наверное, тогда к нему и прицепились эти родственники. Каждый раз, когда я это вижу, у меня аж плечо тяжелеет.
До мурашек. Это было даже шокирующе. У Шин Чонхана, который живёт со мной в одной комнате, на плече толпятся целых семнадцать бэк? Я твёрдо решил впредь никогда даже близко не подходить к этому типу. Как бы жарко ни было, я решил избегать даже тень павловнии перед корпусом общеобразовательных наук.
— Понял. Только не болтай нигде, что я такое спрашивал. А теперь пойдём.
В тот миг, когда я уже собирался открыть дверь кабинки, Ким Гапдон безразлично сказал:
— Да. Немного странные. Например, бэк капитана Ранджо и господина Мэ.
Леденящий холод пробежал по всему телу. Почему именно бэк Мэ и Ю Нано, а не кого-то ещё, оказались странными?
— Как бы это сказать. Призраками они точно не являются, но всё равно странные. Во-первых, бэк капитана Ранджо. Взгляд настолько жуткий, что словами не передать. Впрочем, вряд ли взгляд мёртвого человека может быть приятным, но вот бэк господина Мэ действительно странный. М… Только никому другому не рассказывай, Хопи. Я впервые рассказываю об этом начистоту именно тебе. Если не пообещаешь держать это в секрете, я не стану говорить.
Ким Гапдон бросил на меня суровый взгляд. Я намертво застыл и не мог даже рта открыть. Чёрт! Страшно же! Я ведь сильно верю в существование призраков!
Силой подавляя страх, я кивнул.
— Хорошо. Я ни за что никому не скажу, так что давай, выкладывай. Что там такое?
В глазах Ким Гапдона появился страх.
— Он всё время душит господина Мэ за шею. Не знаю, из-за чего именно.
«Бэк капитана Ранджо. Взгляд настолько жуткий, что словами не передать».
Всё время, пока я вместе с Кан Хидже приводил в порядок список костюмов, я снова и снова прокручивал в голове слова Ким Гапдона. Неужели бэк Ю Нано — это невеста, убитая его дедом?
Я тут же покачал головой. Нет. Та невеста не могла прицепиться к Ю Нано. Когда её убили, Ю Нано ещё даже не родился. Скорее уж реалистичнее предположить, что мать Ю Нано была убита мужем. Разве Ю Нано не говорил, что даже фотографии матери не видел? После того как отец убил жену, он, мучаясь угрызениями совести, вполне мог убрать все фотографии до единой.
И бэк Мэ… Всё время душит Мэ за шею? Чем больше я об этом думал, тем страшнее становилось. Когда к этому ещё и добавился сон о женщине с рыбой-саблей в руках, меня пробрал холодок. Я постарался отогнать посторонние мысли. Хватит, Рю Хопи. Я и так занят тренировками, а если ещё ночью буду плохо спать, дело будет плохо.
— Ох, плечо опять так ноет. Ох, ох.
Внезапно Шин Чонхан, постукивая себя по плечу, плюхнулся рядом со мной. Я инстинктивно вздрогнул. Э, даже если посыпать солью и закопать живьём, мало будет, а он сел рядом со мной? К тому же это его «опять плечо». Я сглотнул и заговорил:
Шин Чонхан, постукивая себя по плечу, моргнул.
— Ты не знал? Хо-о, ну и дела. К соседу по комнате ты, оказывается, слишком безразличен? Ох, плечо, плечо, я же всё время плакался! Это, конечно, нервное, но у каждого есть такое место. Разве ты тоже время от времени не вопил, что у тебя правую руку сводит судорогой? То тяжёлая, то болит, то ноет, устраивал целое представление, рыдал и вопил.
Я натянуто улыбнулся, внушая себе, что это всего лишь последствия операции по замене. Кан Хидже, слушавший наш разговор рядом, вдруг воскликнул: «Вау!»
— У Чонхана сонбэ тоже так? У меня тоже есть такое место! Левая нога у меня часто становится тяжёлой. Я тоже получил только диагноз, что это от нервов, и на этом всё, рад, что у нас с Чонханом сонбэ одинаковые симптомы.
Кан Хидже, и у тебя тоже? Я отчаянно подавил в себе порыв прямо сейчас броситься в столовую и добыть соли. На этот раз захихикал Чхве Бёнок:
— Вау, как интересно! У меня тоже позвоночник болит, поэтому я всегда хожу сгорбившись! Иногда так тяжело, словно кто-то сидит у меня на спине. Я тоже получил только диагноз нервное, но, похоже, людей с похожими симптомами неожиданно много.
Я не отрываясь уставился на спину Чхве Бёнока. Пусть это была всего лишь иллюзия, но мне казалось, будто у него на спине сгустилось что-то чёрное. Более того, даже остальные курсанты, широко улыбаясь, стали подходить и говорить: «О, правда?», «У меня тоже такое есть!». Ублюдки, может, хватит уже? До лета ведь ещё целых два месяца!*
*Админы, какое лето? Вы с Бингапсу накурились? А мы вам скажем, что лето в Корее ассоциируется с периодом призраков. Проходит множество фестивалей, кинопоказов и т.д. Возможно, это связано с тем, что летом жарко и влажно, поэтому хочется почувствовать мурашки и слегка охладиться.
Я больше не мог терпеть. Не оборачиваясь, я выбежал из аудитории. Я твёрдо решил сегодня же достать в столовой соль.
Размышляя, я достал кофе из торгового автомата. Судя по тому, что бэк прицепились к Чхве Бёноку, Шин Чонхану и даже Кан Хидже, похоже, бэк Мэрангукчук вовсе не обязательно были их матерями. Но всё же казалось, что у Мэ и Ю Нано именно бэк их матерей. Пусть чёткой причины и не было, почему-то у меня было такое ощущение.
Попивая кофе, я сел на стул в коридоре. Теперь, если подумать, мне пришло в голову, что в своём роде я всё-таки получил божью милость. По крайней мере, благодаря моей способности я могу списывать и хотя бы экономить на содержании мотоцикла, а способность видеть бэк разве что сэкономить на билетах в фильмы ужасов поможет, и всё? Оказывается, у Ким Гапдона была причина казаться мрачным с первого взгляда.
Честно говоря, я лишь жалел, что зря спросил об этом. Я и без того до ужаса боялся призраков, так что дела были совсем плохи. Разве Хвадо не была местом, где умерло множество молодых людей, затаивших в себе обиду? Чёрт, несколько дней я точно не смогу ходить в туалет посреди ночи. Я как раз цокал языком и прихлёбывал кофе.
Внезапно раздалось кошачье мяуканье. Я чуть не выронил бумажный стаканчик.
— Эй—, Кот! Не зря же сегодня мне снился такой хороший сон? Надо же было встретиться именно в таком месте.
Ю Нано, чавкая жвачкой, большими шагами подошёл. Я, словно потеряв душу, неотрывно уставился на плечо Ю Нано. Почему-то мне казалось, будто на его плече маячит что-то чёрное. Даже стараясь убедить себя, что мне просто кажется, я ничего не мог с этим поделать. Шёпот Ким Гапдона неотступно звучал у меня в ушах. Взгляд настолько жуткий, что словами не передать. Взгляд настолько жуткий, что словами не передать… Взгляд…
Ю Нано, помрачнев, пристально посмотрел на меня. Я невольно отодвинулся назад. Я не мог оторвать взгляда от его плеча. Когда я продолжил смотреть на него испуганным взглядом, Ю Нано тоже, похоже, растерялся и посмотрел на собственное плечо.
— Что с тобой, Кот? На моё плечо что-нибудь прицепилось?
— Да. Я вижу нечто очень страшное, — машинально ответил я.
Тем временем от виска у меня струйкой потёк холодный пот.
— Случайно… плечо не тяжёлое, сонбэним? Ничего странного не чувствуется?
Ю Нано молча посмотрел на своё плечо и тяжело вздохнул. От совсем не свойственного ему серьёзного взгляда моё сердце бух-бух заколотилось. Неужели у него тоже обычно тяжесть в плечах?
Наконец Ю Нано неловко рассмеялся и протянул руку к плечу.
— Во дела… В любом случае, надо бы поменять цвет этой чёртовой футболки. Откуда только эти пылинки взялись… Их всего несколько крупинок, а всё-таки довольно заметны.
После этих слов он энергично похлопал себя по плечу, отряхивая его. С его плеча, поверх чёрной футболки, вниз посыпалось белоснежное мутное облако. Я, не веря своим глазам, раскрыл их.
— Э, эта чёртова пыль. Откуда только взялись эти крупинки, словно нарочно только белые и налипли неизвестно откуда. Кот, говорю на случай, если ты неправильно поймёшь, я просто довольно долго носил эту футболку. Я настолько занят, что даже времени купить новую футболку нет. Я ведь каждый день мою голову, знаешь?
Ю Нано, выкладывая одно оправдание за другим, то и дело искоса поглядывал на меня. Не вдаваясь в подробности, я резко встал.
Да чтоб тебя, грязный ублюдок! Пусть тебя эти крупинки так придавят, что плечо вывихнется!
Ю Нано схватил меня за мочку уха. Этот парень!
— До конца недели ещё пять дней. Есть какое-то дело?
— Да, дело есть. Твой дед по матери. Утром он ненадолго пришёл в сознание.
Когда я удивлённо переспросил, Ю Нано, перехватывая бо обеими ладонями, пробормотал:
— Говорю же, пришёл в сознание. Я с самого утра примчался сюда, чтобы рассказать эту новость, и ждал только Кота… Торопился, поэтому просто схватил и надел футболку, которую носил несколько дней подряд, первое, что попалось под руку…
Жестокий ублюдок. У меня не пуговицы вместо глаз.
— Понял. Значит, он наконец-то идёт на поправку?
— Скорее это не выздоровление, а он ненадолго пришёл в сознание прямо перед смертью. Когда человек стоит перед смертью, обычно он хотя бы на денёк приходит в сознание и начинает искать вкусную еду и всё такое. В любом случае, твой дед по матери почти наверняка сегодня-завтра окочурится.
— Тогда сейчас же поедем в особняк сонбэнима.
— О. Но мне нужно срочно кое-что сделать. Подожди всего десять минут.
Ю Нано уверенными шагами пошёл куда-то. Я, нетерпеливо следуя за ним, сказал:
— Обязательно должен закончить за десять минут. Но что за срочное дело?
— Закладываю фундамент для идеального преступления.
На ответ Ю Нано я переспросил: «Что?».
Ю Нано пулемётной очередью принялся всё объяснять.
— Слушай внимательно. Через пять дней мы инсценируем несчастный случай и сбежим. Но дело в том, что сейчас период экзаменов. Если мы оба не будем сдавать экзамены, прохлаждаясь без дела, а потом вдруг погибнем из-за несчастного случая, нет никакой гарантии, что не найдётся хотя бы один тип, который заметит что-нибудь подозрительное. Тогда мы непременно окажемся в розыске. Придётся всю жизнь жить, находясь под преследованием. Нужно предотвратить такие хлопоты. Хм, судя по Коту, всё очевидно. Ты, думая сбежать из академии, поэтому даже экзамены не сдавал и нано-нано-ни-нано бездельничал, да? Всё это поведение, вызывающее подозрения, говорю же— Если ты будешь продолжать так себя вести, нужно заранее обезопасить себя. Предупреждён, значит вооружён. Похожими выражениями являются подготовка к неожиданности, подготовка к непредвиденному. Иф ю а припэрд, зер вил би нафинг ту ворри эбаут. Это выражение встречается в «Книге документов» в главе «Юэ-мин»*. Если подготовиться заранее, беспокоиться не о чем. Понял, Ко-о-о-от.
*Помимо уже упомянутого ранее выражения «если готов, беды не будет», Нано использует здесь ещё и подготовка к неожиданности (кит. — 不虞備) и подготовка к непредвиденному (кит. — 不虞之備).
If you are prepared, there will be nothing to worry about — Если ты готов, то тебе не о чем переживать.
Книга документов — одна из китайских классических книг, входящая в конфуцианское Пятикнижие, содержащая 58 глав. Юэ-мин — повеление Юэ, главы, посвящённые тому, как Гао-цзун во сне получил помощника Юэ и послал всех своих чиновников искать его и их совместным дальнейшим диалогам.
— …Да, — пробормотал я, ошеломлённый беглым английским Ю Нано.
Сегодняшний день во многих отношениях принёс мне немало потрясений. Вау, а английский у Жестокого ублюдка оказывается вовсе не херовый. При таком уровне мне и за своё домашнее задание по английскому, похоже, беспокоиться не придётся? Я восхищённо высунул язык, но тут же замер.
Ю Нано собирается сдавать экзамен?
Ю Нано со всей силы пнул дверь какой-то аудитории. Дверь с треском разлетелась вдребезги. Внутри курсанты и инструктор, спокойно сдававшие экзамен, все до единого оцепенели и уставились в эту сторону. Ю Нано, жуя жвачку, вошёл. Он резко сел на первое попавшееся место, отобрал экзаменационный лист у сидевшего рядом курсанта и вписал своё имя. Всего за одну минуту он одним движением настрочил какие попало ответы и резко встал. Он подошёл к инструктору, у которого ссаньё струёй текло по брюкам, и бесцеремонно сунул ему экзаменационный лист. Показав между губами остро сверкающие зубы, он мягко перекатил на языке: «А+». После этого, даже не обернувшись, вышел из аудитории и ушёл.
Передо мной, лишившимся дара речи, наглый грабитель самодовольно ухмыльнулся. В тот момент Со Чуккён, просивший меня списать и давший мне в качестве взятки самгётан, превратился в небывалого благородного мужа.