Глава 68
У каждого свой путь (часть 6)
«Подумайте. Почему академия, которой до этого было плевать на происходящее здесь, вдруг поднимает такой шум? Разве это не подозрительно?»
Вернувшись в комнату, я тщательно пережёвывал слова Мэ. Несомненно, это была вторая подсказка после украденного письма. Следовательно, нужно тщательно врезать это в память. До сих пор не было ни одного случая, чтобы слова Мэ, брошенные вскользь, не попадали в цель.
Неожиданно я заметил одну противоречивую вещь: Ю Нано по-своему относился к Мэ «дружелюбно», а Мэ по-своему «сдержанно» к Ю Нано. Ю Нано — мастер чтения мыслей. То есть он умеет точно понимать людей, а это означает, что он по-своему оценивает Мэ как довольно неплохого парня, раз относится к нему дружелюбно. Однако Мэ за спиной совершал подлые поступки, трогая меня.
Ю Нано ошибся в оценке Мэ? Потому что Мэ так хорошо притворялся примером для подражания?
Для такого простого вывода что-то казалось подозрительным. И к тому же тогда я понял ещё одну вещь. Оглядываясь назад, оказалось, что даже в том, как Мэ ко мне относится, было много сомнительных моментов.
Почему он меня тренирует? Просто потому, что ему смешно, как я трачу усилия впустую? Нет, несомненно, есть какая-то цель. Я не знаю, какая именно.
К тому же, почему он так заботится о моей учёбе. При каждом удобном случае меня, всё время ищущего способ улизнуть, так или иначе приводит в тренировочный зал и обучает мастерству меча. Ещё и лекции о судьбе, долге и тому подобном читает. Если не считать сексуальных отношений, Мэ по отношению ко мне вёл себя точно как наставник. Так хорошо меня обучает, чтобы потом использовать как подчинённого, пока я не состарюсь и не умру? Значительное заблуждение. Здесь у меня выбора нет, но даже вне этого места я буду работать под началом Мэ? Я с ума сошёл, чтобы работать под этим типом?
Я перестал ломать голову. Даже Пак Кугён, который уже больше четырёх лет крутится в Хвадо, называл Мэ «непостижимым типом». Если такой тупой я буду раскидывать мозгами и пытаться угадать мысли Мэ, это пустая трата усилий.
Я раскрыл блокнот и добавил запись:
Засовывая блокнот обратно в сумку, я вдруг замер. Рядом на столе, за которым сидел Шин Чонхан, аккуратно лежала красная тетрадь.
«Убойная киска» — автор Шин Чонхан.
Та книга явно написана с отсылкой к Мэрангукчук, может быть, там есть полезная подсказка?
Я мельком посмотрел на дверь. Никаких признаков присутствия не было. Это всего лишь любопытство, любопытство. Я слегка покашлял и открыл тетрадь.
Я широко раскрыл рот и захлопнул книгу. Ужас! Шок! Шин Чонхан, ты реально ужасно пишешь! Даже если бы я писал эротический рассказ, я бы написал лучше!
— Вау, и это ещё называют эротическим романом.
Ворча, я плюхнулся на кровать. Уже было за полночь. Когда я пытался уснуть, раздалось раздражающее жужжание. Так как было жарко, я открыл окно, и похоже, что влетела муха.
Молниеносным движением руки я схватил муху. Чёрт, сжал слишком сильно. Отшвырнув муху с раздавленным задом, я приподнялся.
Я почесал голову. Окно было плотно закрыто.
Странно. Разве оно не было открыто?
Я, накрывшись одеялом, погрузился в глубокий сон.
Похоже, проблема была в том окне. Всю ночь страдал от кошмара, в котором за окном появлялась рука человека. Сначала это была рука, отрубленная от тела матери, потом сын Пака, преследующий меня с воплями о том, чтобы я отдал ему свою правую руку, образы менялись один за другим, принимая самые разные формы и не давая покоя. Когда я с трудом открыл глаза, сонный паралич сковал меня, и я не мог даже пошевелить пальцами. Время тик-так-тик-так, уже перевалило за полшестого утра.
Незаметно из окна пробился чистый солнечный свет. Как и всегда, Кан Хидже тряс меня, пытаясь разбудить. Это был собачий сон.
Я с облегчением сел, но мои конечности задрожали. Всё тело пронзила судорожная, выворачивающая мышцы боль.
Извиваясь телом, я только кричал. Боль была настолько кошмарной, что становилось страшно. Даже необычайно сильная боль в правой руке впервые за последние несколько дней не сравнится с этой. Я попробовал точечный массаж, как Мэ показывал, но рука не слушалась. Достигло пика ужасное предчувствие, что в таком состоянии я могу и умереть.
— Хопи! Садись мне на спину! Быстро идём в медпункт! Чонхан сонбэ, помоги мне пожалуйста!
Шин Чонхан наспех посадил меня на спину к Кан Хидже. Наконец подняв на спину, меня вынесли в коридор. Курсанты, чистившие зубы в умывальной, высунули головы из-за двери и наблюдали за нами. Смешно им? Да, ведь это чужая проблема…
Я отчаянно сдерживал стон, и вдруг вся боль мгновенно прошла.
— Всё будет хорошо, Хопи! Потерпи немного! — Кан Хидже кричал тревожным голосом. Я неловко откашлялся.
Голос Кан Хидже прозвучал глуповато.
— Всё в порядке. Больше не болит.
Силы полностью покинули руки Кан Хидже. Я ловко опёрся о пол коридора и встал на ноги. Кан Хидже с ошарашенным выражением лица тяжело осел.
— Прости. Похоже, это из-за того, что прошлой ночью меня мучил кошмар.
— Ты устроил такой переполох из-за какого-то кошмара? Ты только что был таким впечатляющим. Вдруг это что-то серьёзное, так что давай сегодня же пойдём в местную больницу. Для курсантов Хвадо бесплатно, так что не волнуйся о плате за лечение.
Я пытался как-то оправдаться, как вдруг Шин Чонхан подошёл, схватил меня за плечо и бросил серьёзный взгляд. Я невольно замер.
— Не нужно насильно скрывать. Это эпилепсия, да?
— Ты, наверное, столько намучился, пока всё это время скрывал. Не переживай, если получишь лечение от великого врача Шин Чонхана, полностью выздоровеешь. Ну, бросим занятия и пойдём вместе в горы. Нужно как можно скорее поймать жаб и змей.
Не слушая дальше, я схватил сумку и вышел из комнаты. Похоже, сегодня будет неудачный день.
Предчувствие меня не обмануло. Первым было занятие с чёртовым Со Чуккёном. К тому же свободных мест не оказалось, и мне пришлось сесть рядом с этим типом. И в довершение всего, перед кафедрой топтался Скунс, весь плотно обмотанный бинтами. Со Чуккён уверял, что понадобится три недели на восстановление, но, похоже, каким-то образом тот поднялся уже через несколько дней. И всё же, видя, что он так двигается, я обрадовался.
— Шмыг, шмыг, хоть и немного поздно, но, как и предупреждал, проведём краткий тест.
Всё тело окаменело. Э, что делать? Я же вообще не готовился! Если я получу F, если получу F… В голове только и вертелось: F, F, F, кружась и танцуя. Похоже, Со Чуккён тоже был в большом шоке. Он пытался не подавать виду, но его крепко сжатая челюсть мелко подрагивала.
Скунс быстро раздал экзаменационные листы. Я быстро взял себя в руки. Всё в порядке. Разве у меня нет зоркого взгляда, как у орла? Даже если прямо перед носом оружие мелькает с ослепительной скоростью, моё превосходное динамическое зрение способно как призрак точно отслеживать траекторию, так что списать — проще простого… Подумав, я отбросил эту мысль. Справа от меня сидел Со Чуккён, четыре года подряд остававшийся на второй год, слева — окно, а прямо передо мной Скунс, пристально сверлящий взглядом с кафедры. Даже если я сдам тест, всё равно будет ноль. И только я подумал, что лучше просто выйти и вздремнуть, как...
Скунс с глухим грохотом положил экзаменационные листы на наши с Со Чуккёном столы. Мстительный, зловещий взгляд Скунса холодно окинул Со Чуккёна и меня.
— Особо ожидаю оценки этих двух курсантов, шмыг. В зависимости от ваших баллов, старое неприятное происшествие я могу либо замять, либо нет, разберусь как сочту нужным. Шмыг-шмыг-шмыг, — он произнёс это и рассмеялся, словно дьявол.
Ничего не поделать*, тест шёл своим чередом. Не имея выбора, я решил проставить везде третий вариант ответа. Бросил взгляд на Со Чуккёна, увлечённого метанием карандаша и не обращающего ни на что вокруг внимания. М… похоже, он определяет ответы по направлению, в котором падает карандаш. Может, мне тоже так попробовать?
*Буквально это выражение означает «ни вынуть, ни вставить», и раньше означало затруднительное положение, служило аналогом нашего «оказаться между молотом и наковальней». После 2010-х оно преобразовалось и теперь означает что-то, что невозможно опровергнуть, абсолютно железобетонное.
— Что это за шум?! Не бросайте карандаши!
Со Чуккён моментально замер. В глубине души я надеялся, что тот таф гай, не сдержав гнева, сразу ринется и разнесёт Скунса, но, к сожалению, такой удачи не случилось. Я полностью сдался и усердно поставил третий вариант ответа. За три минуты все ответы были проставлены. Со Чуккён, видимо, всё ещё не терял надежды и усердно крутил ластик. От этих отчаянных попыток у меня слегка сжалось сердце.
Я тянул время, глядя на экзаменационный лист, боясь, что Скунс будет прыгать от радости, если я выйду из аудитории раньше времени. Меня охватило лишь чувство горя. Кан Хидже, сидящий позади меня, должно быть, сейчас усердно решает задачи. Он ведь, в отличие от меня, образцовый ученик… Это уже давно казалось мне подозрительным, видимо из-за этого Мэ так переживал из-за моей учёбы? Подсмотрел будущее через двадцать лет, где я буду носить зелёный галстук и ходить по кампусу, и глубоко посочувствовал? Вот оно что. Так оно и есть…
Голова была пустой. Я смотрел на экзаменационный лист мрачным взглядом.
— Уравнение прямой m: x = (1-a)(1,0,1) + a(1,2,1)…
Я резко поднял голову. Откуда этот звук? До моих ушей донёсся звонкий голос, который потоком решал задачи одну за другой. Голос принадлежал никому иному, как Кан Хидже. Разумеется, Кан Хидже не стал бы устраивать такое шоу из жалости ко мне… Не сошёл ли я с ума от ужаса перед провалом?
— Правильный ответ — вариант 4. Дальше… эм… задача номер 2, ага, вот это…
Отложив все сомнения, я поспешно исправил ответы. Стараясь успокоить сердце, я мельком огляделся: курсанты оставались совершенно спокойными, полностью погружёнными в тест.
Я весь дрожал от переполняющего восторга.
Сейчас проявилась моя способность!
Мэ советовал держать разум смиренным, так мои способности проявятся в полной мере. Проблема в том, что мой характер слишком вспыльчив, и даже если я медитировал, мой разум почти не успокаивался, но сегодняшний шок явно оказался невероятно сильным. Я и не думал, что мой разум сможет войти в такое состояние полного «ничто*». Спасибо, Хидже. Озвучивай немного помедленнее, пожалуйста.
*В оригинале используется «無» — даосский термин, обозначающий пустоту, отсутствие, отражающее первоначальное состояние Вселенной до какого-либо воздействия.
Я заполнил ответы с радостью на сердце. Вот оно что. Оказывается, мои способности не только заставляют слышать голоса призраков и видеть странные галлюцинации, но могут быть применены и в хорошем, полезном деле. Тест уже перевалил за середину. Если наберу хотя бы тридцать баллов, F не получу, а если сохраню этот темп, мне почти гарантированно достанется B. Я беззвучно напевал себе под нос, ожидая следующий ответ, как вдруг что-то прилетело и слегка ударило меня по щеке.
Я посмотрел вниз и увидел тот самый ластик, который усердно крутил Со Чуккён. Тем временем сам Со Чуккён смотрел на меня так, будто собирался меня съесть.
Он что, хочет, чтобы я это подобрал?
Я подобрал ластик и резким движением бросил его ему. После этого я чинно поправил осанку и стал ждать божественное откровение от господина Кан Хидже. Этот взгляд… неужели он думает, что одному погибнуть слишком обидно?
Мир жесток, уважаемый Со Чуккён, усердно крутите свой ластик и как следует получайте F.
Следующий ответ — 3. Я с довольной улыбкой вписал его.
Я еле сдержал крик. Внезапно Со Чуккён протянул руку под стол и ущипнул меня за бедро. Я рефлекторно уставился на него, и он, словно ждал этого, поднял указательный палец и взволнованно им замахал. Его глаза выпучились, вены на лбу вздулись. Этот тип..!
Не нужно было читать мысли, его намерения были видны как на ладони. Со Чуккён требовал у меня списать. Этот мерзавец в своём притоне всех изводил, а теперь, будучи в отчаянии, пытается воспользоваться мной? Как недостойно, ублюдок.
Но он даже скрипел зубами, и если бы я продолжал игнорировать, наверняка возникли бы неприятности. Не имея выбора, я показал четыре пальца. Со Чуккён с улыбкой полного восторга лихорадочно вписал ответ. Бедняга, похоже, его здорово загнали в угол.
Со Чуккён резко поднял голову и теперь безумно размахивал двумя пальцами. Как же можно быть таким недостойным. В самом деле, если этот тип снова завалит и останется здесь на очередной год, то только мне будет неудобно. Просто пойду ему навстречу.
Даже в оставшееся время списывание шло гладко. За одну минуту до конца теста я едва успел вписать все ответы.
— Всё! Все сдавайте экзаменационные листы. Результаты объявлю в это же время на следующей неделе. Хорошая работа, шмыг.
Измученные до смерти курсанты сдали экзаменационные листы и вышли из аудитории. Когда я протянул лист, Скунс сразу же ухмыльнулся.
— Шмыг, тест сдали хорошо? На всякий случай подчеркну: я, в отличие от некоторых, не обхожу трудности подлыми методами. Гарантирую честную проверку, так что не волнуйтесь и идите, шмыг-шмыг-шмыг.
Я пристально посмотрел на Скунса и заговорил:
— Можете проверить результат прямо сейчас.
Скунс слегка приподнял брови. Вскоре он опустил глаза и с холодной усмешкой шмыг просмотрел экзаменационный лист. Через мгновение его выражение лица резко изменилось. Поглядывая то на экзаменационный лист, то на меня растерянным взглядом, он в конце концов скомкал лист в кулаке.
— Надеюсь на честную проверку.
Я усмехнулся и, не колеблясь, покинул аудиторию. Скунс, не желающий сдаваться, схватил Со Чуккёна следом, словно собираясь отыграться, но результат был предсказуем, даже не глядя.
— Эй, разве это не было чертовски трудно? Как так получилось, что задания, словно призраки, избегают всего, что мы учили?
— Это уж слишком. В конце концов, Хвадо — это по сути академия боевых искусств, что это такое вообще?
— Этот инструктор что, с ума сошёл?
Вокруг меня сокурсники были полностью заняты тем, что ругали сложность короткого теста. Похоже, что Скунс, сойдя с ума от желания мести, сделал часть заданий особенно сложными. Кан Хидже неуверенно спросил меня, как прошёл тест и справился ли я нормально. В его глазах было полно беспокойства. Я поднял голову и ответил:
— Думаю, сдам с трудом. До A не дотяну, может, примерно на B..?
— Чего-о? Серьёзно? Ты же совсем не учился!? — спросил Кан Хидже с удивлением.
— Совсем не учился? Когда вы занимались в тренировочном зале, ты думаешь, я там только гимнастикой занимался? В свободное время я учился.
— Но ты же всё время спал на занятиях? Даже если и учишься в свободное время, но на уроке внимательно не слушаешь, это всё равно слишком сложный уровень, разве нет?
— Мне математика всегда нравилась. Эй, ты что, так сильно сомневаешься?
— М… если честно, немного. Нет-нет! Э-эй, наш Хопи велик! Хотя, если подумать, если ты всерьёз возьмёшься за учёбу, у тебя действительно есть задатки хорошо учиться.
Шин Чонхан, слушавший наш разговор сбоку, вытаращил воробьиные глаза и издал: «Фу-у!»
— Пф! Обычно именно типы, которым светит F, больше всех надеются на высокие оценки. Как бы ты ни старался, мы с тобой в одной лодке. Посмотрим ещё, какие результаты появятся через неделю на доске объявлений.
В обычной ситуации я бы его уже хорошенько отделал, но тот, у кого есть преимущество, может позволить себе великодушие. Я лишь усмехнулся и пропустил это мимо ушей.
Шин Чонхан, уже было приготовившийся быстро ретироваться, спустя мгновение будто что-то понял, и взгляд его изменился. С каким-то сложным выражением лица он нервно позвякивал приборами.
Я зачерпнул пибимпап и вдруг замер. С другой стороны вошёл Со Чуккён вместе с руководителями Чукджо. Заместитель капитана Чу Миён с тревожным выражением лица спросил:
— Как прошло? Отлично, конечно, — Со Чуккён холодно ответил. — Даже если в этот раз выйдет не идеально, думаю, на А всё равно хватит. Я почти не готовился, но, на удивление, задания оказались довольно лёгкими, — и так далее, вся эта показная херня громко доносилась досюда.
— Чёрт, этот тупой ублюдок опять трещит про А. Хм, как ни крути, сам-то снова получит F, — Шин Чонхан, бросив косой взгляд на шайку Со Чуккёна, пробормотал себе под нос.
Мне хотелось многое сказать, но, чтобы не навлечь ненужных подозрений, я молча продолжил есть. Кан Хидже тихо сказал:
— Не удивительно ли? Он выглядит умным, будто хорошо учится, а тут остаётся на второй год.
Я чуть не выплюнул рис. Где это он выглядит умным? Хидже, у тебя что, глаза из дома сбежали?*
*Глаза из дома сбежали — корейское выражение, означающее не понимать очевидного.
— Ты что, до сих пор не знал? Хотя да, вы ж новобранцы. Со Чуккён известный двоечник, так называемый «плинтус F». В боевых искусствах он талантлив, но в учёбе — просто безнадёжен. И ладно бы не старался, он пашет до крови из носа, а всё равно соревнуется за первое место с конца. Говорят, он еле-еле переходит на следующий курс за счёт одних только рефератов. Прямо слёзы наворачиваются.
Кан Хидже удивлённо рассмеялся. Мне, видевшему, как Со Чуккён корчится, эта история казалась вполне понятной. Кан Хидже с любопытством спросил:
— По одному взгляду не видно? Он же лисица, лисица. Может, и не всегда первое место, но за верхние строчки борется постоянно. И первое тоже часто занимает.
— Ран? Разве не видно? Этот ублюдок — вор, вор, запугивает инструкторов и вымогает у них оценки. На занятия вообще не ходит, но каким-то чудом точно знает, когда экзамен, и появляется как призрак, устраивает перед инструкторами целый спектакль с угрозами и шантажом, поэтому, если смотреть только на оценки, он главный отличник всей Хвадо.
— Вау, так можно? Не могу поверить.
— Говорят, был инструктор, который поставил ему F, а потом получил медицинскую справку на шесть месяцев лечения, хоть источник этого слуха и неизвестен.
— И он тоже хорош. С одного взгляда видно, что умный. В учёбе Гук лучший. Каждый год получает высшую награду отличника. Говорят, что ему нравится учёба сама по себе.
Разве неожиданно, ведь Пак Кугён действительно выглядит умным с первого взгляда, проблема в том, что у него заместитель такой тип, как Ли Чхонвон.
И стоило мне так подумать, как в тот же момент Ли Чхонвон вошёл в столовую вместе с членами Гукджо. Я замер с приборами в руке и пристально уставился на них.
Внешний вид Ли Чхонвона был просто ужасен. Одним словом, кожа да кости. Его лицо было ужасно изранено в разных местах, за несколько дней он так исхудал*, что выступали скулы, а глаза впали. Особенно подозрительной была его прихрамывающая походка. Ли Чхонвон, поддерживаемый товарищами, сел на место. Как только стул коснулся его задницы, Ли Чхонвон скривил лицо. Я сразу же крепко зажмурился. Припёрся в таком виде, это же уже практически подтверждающий огонь*.
*В оригинале используется выражение «кожа соскользнула с костей».
Подтверждающий огонь — это действие, заключающееся в повторном ведении огня по цели, чтобы удостовериться в её фактической гибели. Подтверждающий огонь часто применяется во время войны или при приведении в исполнение расстрела.
Тем не менее, это было удивительно. Принять в себя столько парней и всё равно ходить так, неужели у него даже сфинктер был накачан как железные мышцы? Похоже, не только сфинктер, но и кожа на лице была словно из железа. Даже после того, что с ним сделали, через два дня он уже вышел есть в общую столовую. Он что, собирается показать, что этим его не сломить? Хотя руководитель Чукджо Сувон, который после изнасилования старшекурсниками из секции Мэджо ходил, как ни в чём не бывало, тоже был токчоном*, но и этот парень Ли Чхонвон тоже обладал удивительной стойкостью. Я высунул язык.
*Токчон — человек с очень ядовитым и свирепым нравом, который своим характером заставляет других содрогнуться. Состоит буквально из слов «яд» и «вид». Также означает человека с чрезвычайно сильной волей или упрямством, который настойчиво вцепляется в дело и решительно доводит до конца.
Как раз старшекурсники из Мэджо, узнав Ли Чхонвона, подталкивали друг друга локтями и хихикали. Я украдкой оглядел столовую. Действительно, у слухов ног нет, но бегают они быстро. Наивные новобранцы, не ведая ничего, просто болтали за едой, но старшекурсники, независимо от секции, с интересом наблюдали за Ли Чхонвоном. Под градом взглядов тот молча ел, не меняя выражения лица. Я взял стакан с водой, но замер на месте.
Пак Кугён вошёл в столовую. Вслед за его появлением голоса шумно болтавшей шайки Со Чуккёна стихли. Пак Кугён сел рядом с Ли Чхонвоном и, словно утешая, похлопал его по плечу. Лицо Ли Чхонвона исказилось так, будто он вот-вот расплачется. При виде этого у меня сразу же испортилось настроение.
Что за выражение? Ты ведь без колебаний убил молодого новобранца, не так ли? Месть, которую тебе устроил Мэ, была, конечно, подлой, но ты ведь жив! Зачем ты так, с лицом самого несчастного человека на свете, ноздрями дёргаешь и устраиваешь истерику?
Я сделал глоток воды. Вода, стекавшая по горлу, была ледяной. Сдерживая бурлящий гнев, я поставил стакан.
Тем временем атмосфера в столовой явно испортилась. Со Чуккён и руководители Чукджо открыто дразнили Ли Чхонвона. Столовая словно оказалась в эпицентре бури и воцарилась тишина. Со Чуккён с насмешкой пристально смотрел на Ли Чхонвона.
— Эй, Пак, ходят забавные слухи.
— Говорят, у вашей секции есть… та самая, ну, выдающаяся мастерица*? Говорят, что, приняв тридцать человек, она ещё пыхтя кидался вперёд, двигая поясницей, ну и завидую. С такой ночи точно не будут одинокими?
*А вот это интересно. Когда мужчины собираются и выпивают, они хвастаются своими любовными похождениями и рассказывают о женском мастерстве (лоне), с которыми сталкивались. Согласно древней китайской традиции, женское мастерство имело следующие техники: тысяча червей, просо на потолке, мешочек с верёвочкой. Тысяча червей — это выражение, описывающее складки во влагалище: когда член входит, создаётся ощущение, будто тысячи червей шевелятся внутри, принося экстаз. Просо на потолке обозначает, что при позиции женщины сверху каждое её движение создаёт мелкую, редкую стимуляцию головки, словно маленькое зёрнышко, обеспечивая тонкое, изысканное ощущение; причина этого — гармония складок стенок влагалища. Мешочек с верёвочкой описывает способность влагалища сжимать член у входа, словно затягивая верёвку мешочка, и это называют «влагалищный замок».
Лицо Ли Чхонвона стало землистого цвета. Со Чуккён усмехнулся, почесав подбородок.
— В нашей секции нет такой сумасшедшей мастерицы, понимаешь? Надо признать, говорят, что эта мастерица такая кокетливая, что у неё за спиной тянется целая колонна мужей. И ей этого мало, говорят, что она врывается в другие общежития, подмигивая глазами, требуя всунуть ей, и это, вроде как, обычное дело? Эх, какой же невероятный запас энергии.
В ответ на эти слова руководители Чукджо взорвались смехом, больше похожим на вопль. Старшекурсники из Мэджо тоже катались, держась за пупки. Один из членов Гукджо, сидевший рядом с Ли Чхонвоном, вспылил и закричал:
— Куда это ты пасть разеваешь и пиздишь, уёбок?!
Со Чуккён вскочил с места. Вслед за ним члены Чукджо по всей столовой резко вскочили на ноги. Со Чуккён сунул руки в карманы штанов и грубо опрокинул стул.
— Ладно, попробуйте на меня напасть. Вы, идиоты, что толпой врываетесь в пустое общежитие, устраивая полный хаос, чтобы схватить одного человека. Эти огромные* ублюдки, ломая шеи маленьких новобранцев, хвастаются своей силой, а? И при этом прославляешься своей задницей, будучи первым по позору в Хвадо, да? Эй, ты правда номер два в Гукджо? Блять… мне за тебя стыдно. Эх, кстати, завидую, в нашей секции нет таких горячих задниц, так что ебать как завидно.
*В оригинале используется выражение «с телосложением, как гора Тхэ».
Со Чуккён настойчиво цеплялся за задницу, а старшекурсники Мэджо стучали по столам и хохотали. Со всех сторон члены Чукджо опускали большие пальцы вниз и осыпали насмешками. Из-за совместной атаки Мэджо и Чукджо лица членов Гукджо покраснели. Мои сокурсники из Мэджо, сидящие рядом, тревожно переглядывались и шептались.
— Не знаю, наверное, снова где-то подрались.
Рядом со мной тихо пробормотал Шин Чонхан:
— Кажется, это повторяется почти каждый день. Если так пойдёт дальше, завтра утром Гукджо и Чукджо объединятся и, наверное, будут высмеивать Мэджо. Лента Мёбиуса, лента Мёбиуса*.
*Лента Мёбиуса — простейшая неориентируемая поверхность с краем, односторонняя при вложении в обычное трёхмерное евклидово пространство.
Я молча наблюдал за Мэджо, Чукджо и Гукджо, которые беспрерывно лаяли. Слова Шин Чонхана оказались верными. Меня ничуть не удивило бы, если бы Мэджо и Чукджо, объединённые сейчас в насмешке над Гукджо, уже через несколько часов развязали драку на клинках, не дотерпев и до ночи.
Разве обязательно доходить до этого? Разве нельзя было бы немного отступить и решить всё мирно?
Я сжал губы. С чего началась эта ситуация? Новобранцы Гукджо нагрянули в общежитие корпуса Чук и потребовали поединка. Со Чуккён принял вызов и новобранец Гукджо проиграл. Новобранцы Гукджо согласились с требованиями Со Чуккёна, но разгневанные старшекурсники Гукджо напали на общежитие корпуса Чук. И, и…
Прекрати, прекрати уже, что останется от всего этого, зачем так кусать, быть укушенным, а после снова кусать*?
*Кусаться, быть укушенным, снова кусать — корейское выражение, означающее бесконечную борьбу и придирки.
Кан Хидже схватил меня за плечо и потряс. Только тогда я резко пришёл в себя. Во рту стоял запах крови. Я не заметил, как сильно сжатые губы разорвались и потекла кровь.
— Не переживай. Просто доешь обед.
Кан Хидже крепко держал мою руку, словно успокаивая. Бешено бьющийся пульс постепенно утих. Я поднял стакан и допил оставшуюся воду до конца.
Ни малейшего признака того, что хаос на противоположной стороне утихнет, не наблюдалось. Наоборот, всё только накалялось. Слышались насмешки, подносы и приборы летели в воздух. Даже Пак Кугён в итоге поднялся. Со Чуккён крикнул: «О-о, наконец-то встал! Ну что, устроим поединок?!» Решительно скинув пиджак, он принял вызывающую боксёрскую стойку. Старшекурсники из Мэджо аплодировали подобно огненному потоку и ликовали. Раздались свисты, полетели непристойные ругательства. Большинство ругательств были направлены на высмеивание задницы Ли Чхонвона. Тот, почти прижав голову к столу, сидел и плакал. Образцовое поведение курсантов ведущего государственного образовательного учреждения.
Если храм не по душе, монах должен уйти.
Покидая столовую с Кан Хидже, я невольно оглянулся. Среди всё ещё шумящих курсантов повара несли ёмкости, полные соуса карри.
Чёрт, было бы здорово, если бы та ёмкость с соусом карри с грохотом взорвалась.
Стоило мне невзначай подумать об этом, как раздался громкий хлопок.
Я раскрыл рот от изумления. Ёмкость с соусом карри взорвалась, как я и хотел. Соус карри, взметнувшийся в воздух, градом обрушился на шумевших, словно лающие собаки, курсантов. Со Чуккён и Пак Кугён ловко увернулись, но остальные полностью попали под поток соуса карри и случилась настоящая катастрофа.
— Зачем ты разлил карри и устроил эту ебаторию?! Бля! Хочешь умереть?! Это одежда, которую я вчера постирал!
Курсанты, приводившие в порядок испачканную одежду и волосы, разожгли бунт. Ситуация абсурдно завершилась из-за внезапной карри-бомбы. Со Чуккён, скривив лицо, накинул пиджак на плечи, развернулся и вышел из столовой. За ним последовали руководители из Чукджо. Пак Кугён, погрузившись в раздумья, наблюдал за ними.
Мы с Кан Хидже тупо посмотрели друг на друга. Пхах, первым, не сдержавшись, прыснул Кан Хидже. Я тоже повторил за ним и пхах рассмеялся. Вскоре это переросло в неудержимый ржач. Мы, задорно хохоча, вышли из столовой.