Глава 60
Предначертанная судьба. Часть первая (часть 5)
Сразу после того, как меня хорошенько проучил Мэ, я впопыхах направился к общежитию корпуса Чук.
— Ты где пропадал, что только сейчас вернулся? Мы тут тебя одного и ждали!
На подходе к общежитию корпуса Чук сокурсники-новобранцы начали ныть. Ладно, понял, так что отпустите уже руки. Вы мне форму на тряпки порвёте, ублюдки.
На горизонте сгущались сумерки. Из бамбукового леса, взметнувшегося, словно пронзая небо, волной доносился шум трепещущих листьев. Подъезжая на мотоцикле к общежитию корпуса Чук, я невольно пробормотал:
Показавшееся издалека здание общежития корпуса Чук напоминало гигантского ежа. Из всех окон общежития наружу высунулись члены Чукджо, целясь вниз из луков. В месте, которое стало целью, около десяти здоровых парней бесстрашно смотрели прямо на фасад общежития. Все они были из Гукджо с белыми повязками на руках. По тому, в каком состоянии находились их лица, было ясно, что их изрядно отметелили. В месте, куда были прикованы их взгляды, стоял и улыбался Со Чуккён. Похоже, именно он и был главным виновником того, что этих типов так отделали.
— Хопи.., — испуганно пробормотали у меня за спиной сокурсники.
Я нахмурился и продолжил наблюдать за ситуацией. Чуть что, похоже, придётся закопать этих человеческих каштанов* в землю?
*Здесь имеется в виду колючая кожура каштанов. Видимо, намёк на то, что они в стрелах…
Некоторое время вокруг разлетался только шелест сталкивающихся бамбуковых листьев. Наконец молчание нарушил лидер из Гукджо:
— Подлец, берёшь числом, Со Чуккён? Без игрушек ты вообще никчёмный кастрат!
Вау, кастрат! От такой дерзкой реплики лидера из Гукджо я широко распахнул глаза. Кстати, а ответ Со Чуккёна?
Но Со Чуккён, всё так же улыбаясь, не сказал ни слова. Снова повисла тишина. Неизменное лицо Со Чуккёна было настолько зловещим, что невольно хотелось сказать: «Ну хоть нахмурься!». Ситуация постепенно становилась всё более захватывающей. Игрушки… Если подумать, выражения «играет игрушками» и «берёт числом», возможно, попадали в самое больное место Со Чуккёна.
Со Чуккён продолжал лишь улыбаться. Из-за его реакции, которая свела на нет всю провокацию, казалось, что терпение членов Гукджо наконец-то иссякло. Один из них взревел:
— Да! Нас десять и вы выставляйте десять! Сразимся один на один!
— Если ты мужик с яйцами, то брось свои игрушки и дерись кулаками!
— Давай сойдёмся честно и по правилам!
В этот момент я, наблюдающий со стороны, наоборот оказался в полном шоке. Да эти ребята, даже после того, как их так отметелили, не заметили, что Со Чуккён — боец, способный сразиться на равных с Пак Кугёном? Присмотревшись, я увидел, что у них были зелёные галстуки. Иными словами, эти ребята были слишком зелёными щенками, чтобы сочинять стихи о ветре и Луне*. Вот же олухи.
*В корейском языке существует идиома «Даже собака, прожившая три года в (конфуцианской) школе сможет сочинять стихи о ветре и Луне», которая означает, что даже если не обучаться чему-то целенаправленно, то просто находясь в определённой среде, слушать и наблюдать, то ты в какой-то степени овладеешь этим. Здесь Хопи иронизирует над этим, говоря, что им и до этого ещё далеко.
— О, об этом я как-то не подумал.
А потом тут же посерьёзнел и выпалил:
— Не хочу. Это же не детские игры.
Новобранцы Гукджо одновременно побледнели.
Снова повисла мёртвая тишина. Теперь жизни этих зелёных ростков были что масляная лампа на ветру*. Я на миг задумался, не закрыть ли глаза перед надвигающейся катастрофой. И тут вдруг ситуация приняла неожиданный оборот.
*Масляная лампа на ветру — корейская идиома, означающая находиться на волоске от чего-то.
— С какой стати нам выставлять сразу десятерых?
Со Чуккён распустил скрещённые на груди руки и начал расстёгивать пуговицы пиджака.
— Я один справлюсь. Кто первый?
Он швырнул пиджак в сторону, ослабил галстук и кивнул подбородком.
Новобранцы Гукджо замерли на мгновение, а затем торопливо переглянулись. Наконец один из них бодро вышел вперёд. Телосложение было настолько огромным, что казалось, будто по земле идёт кит из южной части Тихого океана. Он хлопнул кулаком по ладони и рявкнул:
— Со Чуккён! Я один с тобой разберусь!
— Ты уверен, что один справишься?
— Да брось переживать! Я и в одиночку тебя за один укус сожру. Если я проиграю, мы с радостью отдадим свои жизни тебе.
Со Чуккён изобразил преувеличенно ошарашенное выражение лица. Тут же, с игривой улыбкой, он замахал руками, отказываясь.
— Нужно ли доходить аж до того, чтобы отдавать жизни? Мне ваши жизни, с мышиный рог*, и даром не нужны. Лучше давай во что-нибудь интересное поиграем. Как тебе? Я поставлю приз. Мне тут недавно из нашего дома на день рождения целый ящик кокосов прислали.
*С мышиный рог — корейское выражение, означающее не стоящий и копейки.
— Сам жри свои кокосы! Испугался? Только время тянешь, хернёй страдаешь!
— Ишь какой вспыльчивый. Кто сказал, что надо есть кокосы? Я ещё не договорил. Сделаем так: тот, кто проиграет поединок, раздевается догола, прикрывает национальное богатство* листьями кокосовой пальмы и танцует.
*Национальное богатство — метафора полового органа, которая приобрела такое значение из-за дела Сады Абэ. Абэ Сада — японская писательница, известная тем, что задушила своего возлюбленного и отрезала его половые органы, чтобы он не достался ни одной другой женщине.
— Голым, прикрывая только национальное богатство листьями кокосовой пальмы..! — Кит запнулся, не сумев дословно повторить слова Со Чуккёна.
— Проигравший будет гастролировать по всем уголкам Хвадо. Обещание мужчины. Безоговорочно подчиняйся результату, это ваш капитан до дыр повторял, не так ли? Ну как? Неплохо, да?
От совершенно абсурдного предложения Со Чуккёна первокурсники Гукджо на мгновение ошарашенно замолчали. А потом почти одновременно расплылись в похабных ухмылках, похоже, у этих типов в голове уже нарисовался Со Чуккён, который, прикрыв пальмовыми листьями одни только причиндалы, пляшет… Хотя, если подумать, зрелище и правда редкостное. Но всё же… так ли это будет легко?
Кит, размахивая кулаками, заявил:
— Хорошо! Стрип-шоу от капитана Чукджо — неплохой приз!
В этот момент. Выражение лица Со Чуккёна, которое до этого было игривым, вдруг полностью изменилось. Его взгляд вспыхнул, острый, как осколки разбитого стекла. Кит даже не успел вздрогнуть. Со Чуккён уже плотно приблизился к боку противника. Огромное тело Кита взмыло в воздух, словно кузнечик, и совершило один поворот. Раздался глухой удар. Пыль взметнулась серым облаком.
Растянувшийся Кит тупо уставился на Со Чуккёна, который поставил обутую ногу на его живот. Всё это заняло не больше пары секунд. Со Чуккён достал из кармана носовой платок и отполировал до блеска свою обувь, которую поставил на живот Кита.
— Несите листья кокосовой пальмы.
— Правда? Так новобранцы Гукджо и правда разделись и танцевали хулу?
— Да говорю же! Эти туши, размером с дом, все до одного сняли одежду и прикрыли листьями кокосовой пальмы только это самое! Вот это было зрелище!
В столовой Шин Чонхан, разбрасывая рисинки, с упоением расписывал Кан Хидже вчерашний спектакль.
— Это ещё не всё! Со Чуккён даже потребовал гастрольный тур по всей Хвадо. Сегодня здесь тоже можно будет увидеть исполнение танца хулу. Посмотри вокруг. Здесь особенно много типов из Чукджо.
— Что значит «да ну»? Думаешь Хопи рано утром встал и специально сюда пришёл бы, не будь всё так серьёзно? Подожди. Со Чуккён строго пообещал, так что эти идиоты точно не останутся в стороне.
Хотя я говорил ровным голосом, как обычно, Кан Хидже не повёлся. В взгляде Кан Хидже тоже наконец-то вспыхнуло предвкушение. И тут вдруг в одном углу столовой поднялся шум.
— Пха-ха-ха-ха-хах, это ещё что такое?!
— Сразу протрезвел! Да что за вид?! Уха-ха-ха-ха!
— Блять, с утра пораньше и такое! Ыха-ха!
У меня самого голова машинально дёрнулась в ту сторону. В одном уголке столовой около десяти огромных людей, полностью голых, закрывая лишь то самое листьями пальмы, танцевали хулу. Взрыв хохота прокатился мгновенно. Члены секции Чукджо, специально пришедшие сюда, стучали по столам и хохотали во всё горло. Члены Ранджо и Мэджо тоже, утирая слёзы, хохотали над этим внезапным ню шоу. Я, Кан Хидже и Шин Чонхан держались за животы от смеха.
В котле хохота ошеломлёнными и оцепеневшими были лишь члены Гукджо с белыми повязками на руках. На эту постыдную сцену они смотрели, не веря своим глазам. Как раз вовремя Со Чуккён вошёл в столовую вместе с руководителями. Наблюдая за происходящим шоу хулу, он улыбнулся. Новобранцы Гукджо, завершив постыдный танец хулу, резко выскочили из столовой. Смех курсантов стал ещё громче, когда через листья пальмы убегающих мелькнули контуры их ягодиц.
Со Чуккён хлопнул в ладоши и чётко произнёс:
— В хулу главное — движения ягодицами! Только если трясти бёдрами на все 360 градусов без остановки, это достойно просмотра. Разве так можно соблазнить хоть одну старушку? Тренируйтесь ещё, алоха!
Смех раздался ещё громче, словно лавина. Повсюду старшекурсники Гукджо резко поднялись. В какой-то момент атмосфера стала напряжённой. Только тогда Шин Чонхан прекратил смеяться и нахмурился.
— Похоже, это предвестие чего-то плохого.
Столовая погрузилась в тишину. Пак Кугён вошёл в столовую. Его лицо было бесстрастным, словно надетая маска. Я наконец прекратил смеяться и внимательно осмотрел всех присутствующих.
В моей памяти всплыл образ Пак Кугёна на тренировочном плацу по стрельбе из лука, когда он просил помощи у Со Чуккёна. Но теперь Со Чуккён…
Только тогда я понял: унижение, которое Со Чуккён учинил новобранцам Гукджо, было ответом. Ответом, адресованным Пак Кугёну.
— Ах, соня наконец-то появился..?
Выражение лица Со Чуккёна, глядящего на Пак Кугёна, изменилось. Улыбка на его лице исказилась в подлой гримасе. Пак Кугён остановился перед Со Чуккёном.
На мгновение они просто уставились друг на друга. С почти одинаковым ростом и схожей атмосферой их образы напоминали два зеркала, поставленные друг напротив друга. В тишине воздух между ними натянулся, словно готовый рвануть в любой момент. Пак Кугён, неподвижный, словно скала, в мгновение схватил Со Чуккёна за воротник
Голос звучал зловеще. Можно было ясно понять, насколько он сдерживает гнев. Со Чуккён мгновенно поднял руку, чтобы остановить руководителей, которые рефлекторно собирались наброситься.
— Спокойно. Не стоит лишний раз вмешиваться.
Со Чуккён мягко улыбнулся и слегка ткнул кончиками пальцев Пак Кугёна в щёку.
— Наивно спрашиваешь..? Я просто чуть-чуть научил их умилительным выходкам, поскольку они достаточно мило дерзили. Неплохой талант ведь, жалко было бы ему пропадать, да?
— С каких пор ты опустился до такой низости?
— Эти ребята. Всего лишь новобранцы. И после того, как вытворял с ними такие вещи, ты ещё так самодовольно себя ведёшь? Это всё, на что ты способен?
— Охо… Не могу поверить своим ушам. Сделал такое с новобранцами? И ты смеешь читать мне нотации? Есть ли у тебя на это право?
Со Чуккён лукаво подмигнул одним глазом. И при этом он на миг бросил взгляд в мою сторону. Я чуть не выронил приборы. Неужели… он только что посмотрел на меня?
Пак Кугён молча уставился на Со Чуккёна. В просторной столовой стояла тишина, словно она была совершенно пуста. Все, насторожившись, с интересом или напряжением наблюдали за поведением капитанов Чукджо и Гукджо.
После долгой паузы Пак Кугён заговорил:
— Пу-хах, говоришь «значит»? Ха-ха-хах, ты что дурак? Это ты, кретин, всё стоял и ждал. Я же с самого начала тебе ответил, разве нет?
— Так может опустишь уже руку? Вон иди, обними штангу и трись об неё своим пахом.
В интонации Со Чуккёна струился холод, словно режущий ножом. Плотно сжатые губы Пак Кугёна едва заметно дёрнулись. Было совершенно очевидно, что он изо всех сил старается сдержать накатывающий гнев.
Однако спустя мгновение он полностью отпустил воротник Со Чуккёна. Члены Гукджо разом зашептались. От вида капитана, отступающего перед Со Чуккёном, все они пребывали в сильнейшем шоке. Руку он разжал, но взгляд Пак Кугёна по-прежнему не отрывался от Со Чуккёна.
Со Чуккён пожал плечами и привёл в порядок взъерошенный воротник. Пак Кугён, не отводя взгляда, медленно отошёл назад. На свинцовом лице разлилась ещё более густая тень.
— Ладно. Понял. Очень ясно, — Пак Кугён медленно и чётко сказал.
В тот момент Со Чуккён, поправляющий галстук, на мгновение замер. Даже его обычно открытое и уверенное выражение лица на мгновение стало жёстким. Это было изменение, произошедшее в одно мгновение, что никто бы не заметил, но я не упустил его. Вскоре Со Чуккён восстановил выражение лица и снова начал завязывать галстук.
— Снова всё возвращается к исходной точке.
С этими словами Пак Кугён развернулся и ушёл. Члены Гукджо последовали за ним с серьёзными лицами. Это была полная победа Со Чуккёна. Члены Чукджо, словно ждавшие этого момента, встали с мест, зааплодировали и закричали от радости. Столовые приборы и подносы взлетели к потолку столовой, словно фейерверк. Под бурные аплодисменты Со Чуккён неторопливо прогуливался по столовой вместе с руководителями.
— Отлично справился. Сегодняшнее нападение Гукджо обеспечено. Похоже, прежде, чем мы успеем вернуться в общежитие корпуса Мэ, мы отправимся в иной мир? — Шин Чонхан пробормотал недовольно.
Я уставился на Со Чуккёна, надменно прогуливающегося по столовой. Его особенно белое лицо, на котором просвечивали вены, сияло в солнечном свете весеннего дня. Взгляд Со Чуккёна, перемещающегося под аплодисменты членов Чукджо, внезапно остановился на мне. Я машинально откинулся на спинку стула.
Улыбка на его губах почему-то была странной.
— Это расписание, которое вы должны здесь соблюдать. Строго следуйте ему. Ради вас я специально распечатал его, так что всегда носите с собой. Если отступите даже хоть на одну минуту, знайте, что умрёте.
Вечером, по возвращении в общежитие корпуса Чук, Чу Миён вручил нам листок бумаги и грозно приказал. Это было абсурдно. Всё расписание, кроме времени сна и трёх приёмов пищи, было полностью заполнено уборкой, учёбой и физическими упражнениями.
Я пялился на расписание дел в течение долгого времени. Мало было утренней уборки туалета, так вы ещё и специально распечатали этот проклятый распорядок и преподнесли..? Даже учитывая давнее противостояние секций Мэрангукчук, это унижение зашло слишком далеко. Вспомнив момент, когда я встретился взглядом с Со Чуккёном в утренней столовой, я ещё сильнее встревожился. Тогда улыбка на уголках его губ была весьма странной. Неужели в этом издевательском обращении Со Чуккёна есть какой-то особый смысл?
— Капитан Чукджо держит тебя, Хопи, под контролем.
Внезапно кто-то сказал голосом, полным ярости. За ним последовали реплики сокурсников:
— Ты же новобранец, а уже дважды сталкивался с лидером Ранджо. Среди новобранцев Чукджо нет равного тебе, вот он и взбешён.
— А господин Мэ недавно таким самоуверенным стал. Когда ты устраивал свои проделки, господин Мэ прикрывал тебя. Сонбэнимы хвалили господина Мэ за его глаз на таланты, и поднялся переполох.
— Если судить по навыкам, Хопи, ты сейчас намбер ту* в Мэджо. Несмотря на то, что ты новобранец, господин Мэ уже допускает тебя на собрание руководства и обучает делу. Капитан Чукджо ведь не оставит тебя без внимания, верно?
Даже Шин Чонхан тоже с недовольным видом вставил:
— Этот Со Чуккён изначально известен своим капризным характером. Когда он был новобранцем, он специально украл подарок на поступление для Мэ и устроил скандал. Он всегда был таким.
Хм, значит, особого смысла в этой херне, похоже, нет. Просто Со Чуккён по природе своей гад.
Я резко встал. В расписании было написано, что с шести вечера — тренировка. Хм, плёвое дело. Хоть я и выгляжу так, но в боевых искусствах я никому не уступаю, универсальный Рю Хопи. Лучше бы ты, господин Со Чуккён, свою задницу как следует натирал. Я так утыкаю мишень стрелами в самый центр, что места живого не останется.
Я по очереди со всей силы хлопнул товарищей по задницам.
— Подбодритесь, паршивцы. Пойдём покажем настоящий мужской дух.
Я валялся, распластавшись, как размокший кальмар. Все пять часов мы строгали ветки, делая из них стрелы, пока пальцы не одеревенели. Со Чуккён заявил, что «таким, как вы из Мэджо, не положено прикасаться к драгоценным лукам», и заставил нас изготавливать стрелы. Каждую готовую стрелу мы по одной сдавали Со Чуккёну на проверку. Если форма хоть чуть-чуть не нравилась, он безжалостно ломал её. Если же выходило более-менее сносно, без единого слова похвалы стрела молча отправлялась в колчан.
Со Чуккён, ты невероятен. Его способы издеваться над людьми каждый раз превосходят все ожидания. Что тоже своего рода талант. Засранец в прошлой жизни, наверняка был Патчви! Я мысленно осыпал его проклятиями и хо-о-хо-о дул на уже почти онемевшие пальцы.
— Правда? Я проживу больше девяноста лет?
— Конечно. Чем ближе к старости, тем больше тебе будет везти. Но почки нужно беречь.
Однокурсники столпились и шумели. Оказалось, они с упоением наблюдали, как какой-то тип гадал по саджу*. Прекрасно понимаю ваши чувства. Мне и самому хочется хоть по гаданию узнать, когда же кончится вся эта каторга.
*Саджу — (кит. — 四 柱) — четыре столпа. Древняя корейская форма гадания, в которой анализируется 4 показателя — час, день, месяц и год рождения человека.
— Хопи, ты тоже хочешь посмотреть саджу? Однако саджу это не то же, что обычное гадание. Скорее что-то вроде статистики. Давай, говори дату и время рождения.
Я назвал год, месяц, день и час рождения, и этот предсказатель по саджу принялся быстро выводить на бумаге иероглифы один за другим.
Предсказатель по саджу пристально вглядывался в иероглифы с серьёзным выражением лица. Я не верил ни в гадания, ни в саджу, но невольно напрягся.
— Вау… у тебя Шингым. Совсем нет Гвансона и Инсона, которые означают общительность и умение ладить с людьми. Ха-ха! Как и ожидалось.
— Как и ожидалось? Что это значит?
Предсказатель по саджу слегка вздрогнул от моего резкого тона.
— Я просто говорю как есть! Для начала послушай. Ты родился под знаком Шингым, означающим драгоценности и острый металл. То есть ты по самой своей природе — человек клинка. Ну и лицо у тебя… тоже как драгоценность. Но знаешь, каково главное свойство драгоценностей и металла? Если на них появляется изъян, его уже не сотрёшь. Если тебя заденут, ты обязательно отплатишь. Проще говоря, если затаишь обиду, то никогда её не забудешь! Ух, если ты на кого-то нацелишься, ему конец.
— К тому же у тебя совсем нет Инсона земли. Саджу без Инсона. А Инсон означает удачу по материнской линии, внутренний мир и учёбу. Если толковать строго по саджу, выходит, что у тебя нет материнской удачи, ты терпеть не можешь глубоко задумываться и в учёбе ты ужасен! И вдобавок, из-за отсутствия Гвансона ты до крайности ненавидишь чужое вмешательство и не различаешь где низ, а где верх! Ого, так вот почему ты по каждому поводу шёл наперекор господину Мэ и постоянно дрался с сонбэ.
— Хм. Зато вместо Инсона и Гвансона у тебя сильно развиты Шиксан и Бигоп. Шиксан — это и удача в еде, характер чхонгэгури, тесно связан со способностью самовыражения. Шиксан часто встречается в картах артистов и всяких людей искусства*, похоже, Хопи, артистическая жилка у тебя сильнее, чем кажется. Хотя, если посмотреть уже на твой внешний вид... Ты же на занятиях постоянно только в тетради каракули рисуешь, верно? Ну да, артистическая натура у тебя всё-таки есть.
*В оригинале используется слово «дданддара», которое является пренебрежительным обращением к певцам, актёрам, комикам, танцорам и тд (в общем всем, кто выступает на сцене). Стандартная корейская тенденция ещё со времен Чосона считать деятелей искусства несерьёзными и низшими людьми, особенно среди старшего поколения.
— Бигоп состоит из Бигён и Гопчэ, они означают напарников, братьев и соперников. У тебя, Хопи, в столпе месяца стоит Гопчэ, так что боевой дух у тебя чрезвычайно силён. Характер, который просто ненавидит проигрывать! К тому же, из-за Бигён в ветви дня у тебя много братской удачи, и среди людей своего пола ты тоже будешь очень популярен. Проблема в том, что Бигён в ветви дня снижает удачу по жене, понимаешь? В ветви дня в мужчины вообще-то должен быть Чэсон, означающий жену, а у тебя на месте жены уселись братья и друзья того же пола, вот о чём я! И без того здесь общежитие при чисто мужской академии, так что, Хопи, тебе стоит поостеречься соблазнов со стороны мужчин. И ведь не без причины, у тебя ещё и Дохвасаль очень сильная…
Предсказатель, увлечённо болтавший без умолку, вдруг взглянул на моё лицо и вздрогнул. Внезапно вокруг стало пугающе тихо. Спустя мгновение предсказатель по саджу, запинаясь, заговорил:
— Ну… то есть… такая саджу э-э… одним словом, это типичная саджу харизматичного мужчины. П-п-плату я брать не буду.
Вдруг дверь с грохотом распахнулась, и Чу Миён сунул внутрь свою физиономию.
— Отбой! Хватит зря жечь электричество, быстро спать, прихлебатели!
Мы поспешно улеглись. Вскоре опустилась тьма и послышался храп. Я закрыл слипающиеся глаза и вдруг подумал.
Какая к чёрту братская удача. Они ведь все мертвы.
*Ничего не поняли, что за ветви, какие Инсоны? Сейчас разберёмся.
На каждые из 4-х показателей саджу приходится по своему небесному стволу и земной ветви. Стволы и ветви отвечают за различные сферы жизни (например, ветвь дня отвечает за брак) Сочетание небесного ствола и земной ветви за 1 показатель называется столпом (например ствол месяца + ветвь месяца = столп месяца).
Все стволы и ветви имеют разные элементы, а их сочетания обусловливают появление в саджу Богов (10 богов, 5 иньских и 5 янских: Инсон, Гвансон, Чэсон, Шиксан, Бигоп). На примере Хопи: Бог Бигоп в состоянии инь (негативном) зовётся Гопчэ, а в ян (позитивном) Бигён. Сам Бигоп в общем отвечает за отношения с окружающими, поэтому в «негативном» проявлении показывает отношение с врагами, а в «позитивном» с друзьями. Также работают остальные Боги.
Дохвасаль — дополнительная звезда в саджу, отвечает за привлекательность, харизму, сексуальный магнетизм, популярность. При нестабильной саджу может показывать любовные треугольники и нестабильные отношения.