Глава 67
У каждого свой путь (часть 5)
— Для вывиха нога не так уж и сильно распухла? Слава богу, — сказал Кан Хидже и наложил на мою здоровую ногу ледяной компресс.
Я думал, что боль внизу продержится максимум день, но на второй день она стала сильнее. Не имея выбора, я оправдался, что оступился на лестнице по пути в туалет и подвернул ногу. Под напором Кан Хидже я в конце концов пришёл в медпункт и даже вынужден был принять обезболивающее. И правда, боль значительно ослабла, видимо, это подействовало.
— Я пойду на занятие, Хопи. Через час снова зайду.
Кан Хидже вышел из медпункта. Просачивающийся сквозь жалюзи солнечный свет рисовал на полу полосы и ложился, словно рассыпавшийся песок. Был почти полдень. Я положил руку под голову и задумчиво размышлял о вчерашнем.
Что стало с Ли Чхонвоном? Возможно, прошлой ночью произошёл инцидент . Но проверить это не было никакой возможности. Если только не спросить напрямую у Мэ.
Во всяком случае, мысль о Ли Чхонвоне сразу же вызвала у меня смех. Я действительно нелепый ублюдок. Когда насилуют меня, я схожу с ума от ярости, а когда насилуют Ли Чхонвона, даже капли сострадания не чувствую. Ну, раз Ли Чхонвон сам навлёк на себя это, что поделаешь.
Я был голоден. Я достал приготовленный на пару картофель, который взял с собой в качестве перекуса, и съел его.
Дверь медпункта открылась, и в комнату вошёл один инструктор. А, тот самый..? Инструктор, сразу узнав меня, воскликнул «Ах!» и, хлопнув по ладони, выразил удивление:
— Вы будущий манхвака научно-фантастических манхв!
Чтобы рассмеяться, потребовались немалые усилия. Инструктор подошёл, схватил картофелину и, чавкая, съел её полностью. Этот тип… И надо же было выбрать самую большую! Я задрожал от возмущения. Инструктор облизнулся и нагло сказал:
— И правда, печёная картошка гораздо вкуснее варёной. Кстати, вы не видели учителя Ли? А, это он отвечает здесь за медпункт.
— Вот незадача. Неудобно вышло.
Рукав инструктора, недовольно цокающего языком, был вымочен в чём-то красном. Постанывая, он тяжело опустился на соседнюю койку. Я покосился на него и спросил:
Инструктор, словно ребёнок-ябеда, начал навязчиво болтать, как будто специально ждал этого момента:
— Как вам известно, здешние курсанты довольно буйные, ху-у. Вы, наверное, тоже заметили раньше, но курсантов, которые пытаются заработать оценку честным трудом, крайне мало. Сегодня они тоже ворвались толпой в кабинет и стали бить горшки направо и налево, что вы на это скажете? Когда пытался их остановить, порезался об осколки, ещё и пнули…
— Должно быть, вы сильно испугались.
— Да ничего, не так уж и сильно. Но всё же, после того, как вы меня утешили, мне стало легче на душе.
Инструктор мягко улыбнулся и посмотрел на часы.
— Из-за подготовки к занятию мне пора идти. Когда учитель Ли придёт, передайте, что я его искал. Если скажете, что это учитель У из комнаты №9 на 5-м этаже, он поймёт.
Инструктор поблагодарил меня, затем закрыл дверь и вышел. Я уставился на наполовину пустой контейнер с картошкой, а затем вдруг вскочил. Я крадучись подошёл, слегка приоткрыл дверь и выглянул наружу. В коридоре не было ни души.
Я медленно вышел из медпункта. Учитель У поднимался по лестнице. Я бесшумно последовал за ним. Учитель У вошёл в комнату №9 на 5-м этаже. Я открыл дверь, даже не постучав, и учитель У, удивлённый, обернулся.
— Вы тот самый курсант? Что случилось?
— Простите за внезапность. У меня есть один вопрос.
— Что именно? Если это вопрос по теме искусства, я могу ответить на что угодно.
Он улыбнулся и жестом предложил мне сесть. Я покачал головой.
Кабинет был площадью примерно пять пхён*. Полуденное солнце, пробивающееся за спиной учителя У, вуалью окутало комнату. За стеклом виднелось здание учебного корпуса. Наверное, сейчас Кан Хидже как раз там на занятиях. В левом шкафу были плотно расставлены книги, а на правой стене были выставлены различные маски. Учитель У полил орхидею в горшке и сел на стул.
— Позавчера утром вы завернули труп курсанта в мешок и увезли его на рикше, верно?
— Другие, может, и не узнают, но ваш голос я сразу узнаю. Он уж слишком особенный.
— Пока я подслушивал, всё надеялся, что ошибаюсь. Но когда позже увидел лицо, сомнений не осталось. Куда и как вы утилизируете трупы курсантов? И даже если вы преследуете убийцу, можно ли без доказательств просто так убивать курсанта?
— П-послушайте, курсант.., — Учитель У запнулся. — В чём… суть вашего вопроса?
Я выдержал паузу и затем произнёс:
— Мне интересно, почему здесь покрывают убийства.
— Если объясните, я просто уйду.
Учитель У вытер залитый потом лоб. Вскоре он с задумчивым выражением перевязал повреждённое запястье платком.
— Понятно… причина. Но знаете, создаётся ощущение, что только нас выставляют плохими типами. Разве учителя не имеют права на самооборону? Сначала я немного проясню ситуацию. Если уж оправдываться, во-первых… в том случае наша сторона действительно сделала ошибочный вывод, но по сути это была самооборона. Когда мы задали вопрос, в ответ получили безоговорочную попытку убить. Очень грустно, но, как видите, меня избили другие курсанты, и у меня даже травма на руке. Учителя не могли не быть на взводе.
Учитель У, обливаясь потом, пустился в длинные объяснения:
— Покрываем убийства? Слишком уж резкое выражение. Раз уж вы заговорили об этом, скажите, где в мире существует академия, которая покрывает убийства? Курсанты здесь настолько опасны, что мы просто были вынуждены опустить руки. Вы спрашивали, что мы делаем с телами? Мы надлежащим образом сохраняем тела и передаём их родителям. Разумеется, вместе с крупной компенсацией. Как мы можем поймать преступников, которые оставляют тела и сбегают, если прибываем на место слишком поздно? В итоге всю ответственность берёт на себя академия.
На мгновение прервав речь, учитель У залпом выпил воду.
— Нам действительно тоже тяжело. Я пришёл сюда из-за высокой зарплаты, но, честно говоря, уже жалею об этом. В любом случае, я сказал всё, что мог. Даже если вы потребуете у начальства моего наказания, мне нечего будет возразить. Но если вы понимаете атмосферу этого места, может быть, будет лучше, если вы молча закроете глаза.
Я пристально посмотрел на учителя У. Сидя спиной к свету, он был окутан тьмой. Его глаза, устремлённые на меня, были мутными и безжизненными, словно пластиковые зрачки куклы. Я понял, что больше ничего от него не добьюсь.
— Да, я понял. Я никому не передам то, что видел и слышал.
Учитель У выглядел так, будто едва сдерживает слёзы.
— Спасибо за понимание. Желаю вам скорейшего выздоровления.
Опустив голову, я направился к двери. В этот самый момент сзади налетел порыв воздуха. Я резко отклонился в сторону. Это была чисто инстинктивная реакция. Сразу после этого раздался глухой удар, и от двери разлетелись деревянные щепки.
В дверь вонзился острый, как коготь, железный крюк. К его концу была прикреплена блестящая серебристо-серая цепь. Цепь резко натянулась и с силой отлетела назад. На двери, изодранной крюком, осталась уродливая борозда, похожая на стебель вакамэ*.
*Вакамэ — разновидность съедобных водорослей, часто используемых в японской и корейской кухне.
Я стремительно развернулся. Учитель У, раскручивая цепь с крюком, улыбался.
— Спрашиваешь, будто не знаешь?
В его полностью изменившемся тоне сквозила насмешка. К этой стремительной перемене добавлялось ещё и то, что он был красивым. Да уж, что это за чёртова академия такая..?
Как бы то ни было, раз он бросил вызов, я не стану уклоняться. Без колебаний я принял защитную стойку. Учитель У перестал раскручивать цепь и прищурился.
— Что-то знакомая поза? Ты случайно не..?
— Верно увидел, — ответил я и усмехнулся.
— Вот это интересно? Думал, крыса, а оказался быком? Прикинулся невинным и расспрашивал обо всём подряд!
— Не стоит так просто обращаться с людьми как с животными.
В глазах учителя У застыла убийственная ци. Пинг-пинг свист рассекаемого воздуха становился мощнее и тяжелее. Я, не отрывая взгляда, пристально следил за противником.
Битва взглядов. После короткой паузы учитель У первым шагнул вперёд. Пинг, пинг, пинг железный крюк, рассекая воздух, вонзался ещё глубже. Всё в порядке. Он всё ещё находился вне досягаемости. Больше мешали лучи света, просачивающиеся из окна, будто пронзая. Пока я прожигал учителя У взглядом, глаза постепенно начинали болеть. Но это не значило, что я мог распахнуть дверь и уйти. Чтобы перекрыть ему путь к отступлению, я должен был стоять у двери.
— Хы-хы, почему бы вам не сбежать через целую дверь? Похоже, вы чересчур уверены в себе? — учитель У язвил.
Это была попытка спровоцировать меня на первый удар. Я не реагировал. В любом случае, и он, и я прекрасно понимали. Это бой, который выиграю я, и он закончится одним ударом. Сегодня был день поминок учителя У. Сейчас он, должно быть, проклинает себя за то, что опрометчиво бросил цепь. Ему, наверное, досадно, что он слишком быстро раскрыл мою сущность. Я, перекрывший ему путь, наверняка ненавистен ему до безумия. Сейчас он, наверное, цеплялся за призрачную надежду на удачу. Но удачи не будет. Ты понял, кто я, значит, должен умереть здесь.
В противоположном учебном корпусе протяжно прозвенел колокол, оповещающий о перерыве. В корпусе воцарился шум. Силуэты курсантов, стоящих у тех окон, двигались, словно миражи. Вскоре раздался звон, оповещающий о начале занятия. В тот же миг раздался резкий боевой крик:
Напряжённый воздух разорвался на куски. Крюк с силой рванул вперёд. Не упуская момента, я с разбегу прыгнул к стене. Используя эту отдачу, я вонзил удар ногой прямо в цель. Учитель У поспешно отозвал цепь. Однако я оказался на шаг впереди. Удар ногой пришёлся точно в грудь. Из туловища учителя У раздался глухой треск: лопнуло ребро. Тело учителя У резко отлетело назад. Стул опрокинулся, а стекло окна разлетелось вдребезги. Я ловко приземлился и поднял голову. Всё кончено.
За окном учитель У вместе со стеклянными осколками парил в воздухе. Отскочившая цепь с крюком полоснула ему по лицу и вылетела в воздух. Тело вот-вот должно было упасть с пятого этажа. Из горла учителя У вырвался крик:
Я был в шоке. Сразу же раздался глухой удар у первого этажа корпуса. В противоположном корпусе, где до этого было тихо, поднялся шум. Несколько окон открылись, и курсанты высунули головы.
— Зорро! Зорро убил инструктора!
— То здание! Тот кабинет с разбитым окном!
Я быстро пригнулся и пополз, как кролик. Что делать? Люди наверняка начнут толпиться! В этом корпусе, где в основном находятся медпункт и кабинеты инструкторов, курсантов было мало. Проблема была в том корпусе. Уже сюда докатился гул курсантов, которые толпами двигались. В голове пронеслись слова Кан Хидже: «Давай поймаем Зорро и разделим 50 на 50». Ситуация ужасно запуталась.
Я быстро поднял ткань с пола и обернул её вокруг себя. Этого было недостаточно. Нужно было чем-то скрыть лицо. Чёрт! Этот пирсинг! Хотелось просто отрезать себе нос! Я схватил случайную из масок висящих на правой стене и наспех закрыл лицо. Так, наверное, меня не узнают?
Я распахнул дверь и выскочил. Нужно было убегать, прежде чем люди соберутся толпой. Я на полной скорости побежал к центральной лестнице. В тот момент, когда я свернул за угол, по лестнице устремилась целая куча огромных парней, но, увидев меня, они внезапно замерли. Они, ошеломлённо глядя на меня, держали в руках сверкающие мечи, бо, цепи, топоры, луки и другое оружие. Чёрт побери, неужели придётся драться в кровавой схватке?
Внезапно все здоровяки разом завопили. Поспешно развернувшись, они с грохотом, толкаясь и стараясь опередить друг друга, сбежали вниз по лестнице.
Я растерянно озирался, пока не посмотрел налево и едва не подпрыгнул. Какой-то зловещий тип, накинувший на себя чёрную ткань и надевший маску с оскаленными зубами, стоял прямо передо мной. Маска была настолько жуткой, что не уступала лицу Ю Нано, словно вышедшему из кошмарного сна. Что это ещё за ебучий ублюдок?!
Я неосознанно отступил назад. Чёрный тип, подражая мне, точно так же попятился. Только тогда я понял, что это моё собственное отражение в настенном зеркале.
Не раздумывая ни секундой дольше, я побежал. Я понёсся к аварийному выходу в конце правого коридора. Большинство курсантов, должно быть, скопились у центральной лестницы. Казалось, что если выбраться через аварийный выход, где-нибудь выбросить эту проклятую уродливую оболочку и побежать в медпункт, всё будет в порядке.
Как только открылась дверь аварийного выхода, одновременно раздались крики. Он ужаснулся моему виду, а я ужаснулся тому, что этим человеком оказался Кан Хидже. Кан Хидже уставился на меня, раскрыв рот так широко, будто челюсть вот-вот отвалится. Замешательство длилось лишь мгновение, я быстро вскинул обе руки и принял угрожающую позу. Пожалуйста, убеги, Хидже!
Кан Хидже нерешительно попятился. К счастью, это подействовало. Обретя уверенность, я ещё энергичнее замахал руками. Но именно в тот момент взгляд Кан Хидже резко изменился. Не знаю, не было ли это лишь моим воображением, но в тот миг в глазах Кан Хидже словно уселась тяжёлая золотая жаба*. Он крепко прикусил губу.
*Вот эти фигурки жаб с монетками во рту.
Кан Хидже с решимостью выхватил меч.
— Ты без причины жестоко убил учителя!
Я замотал головой и замахал руками, пытаясь показать, что это несправедливо, но, похоже, это выглядело лишь как сильная угроза. Кан Хидже с яростным напором ринулся на меня. Уклоняясь из стороны в сторону, я с кровавыми слезами выбросил кулак. Прости, названный брат.
Кан Хидже схватился за живот и рухнул на землю. Воспользовавшись моментом, я ринулся к аварийному выходу в конце левого коридора. Пробежав некоторое время, я украдкой оглянулся и увидел Кан Хидже с покрасневшим лицом, следующего за мной. И на этот раз, может, это только моё воображение, но в его глазах я казался огромным золотым телёнком*. Держась на расстоянии, я добежал до двери аварийного выхода слева и распахнул её.
*Золотой телёнок — крупная сумма денег, объём драгоценностей и изделий из золота.
На этот раз Шин Чонхан широко открыл рот и подпрыгнул от испуга. Я без малейшего колебания влепил ему кулаком прямо в лицо. Шин Чонхан схватился за нос и рухнул. Я одним рывком поднял его тело и швырнул в сторону Кан Хидже. Тот, закричав, раскинул руки и поймал летящего на него Шин Чонхана.
Тем временем я быстро запер дверь аварийного выхода и помчался вниз по аварийной лестнице. Сзади раздались стуки и удары ногой по двери ккун-ккун, пок-пок. Как и ожидалось, возле левой аварийной лестницы людей не было. Я с силой сбросил проклятую маску и ткань. В этот момент дворняга во дворе корпуса, что до этого чесала живот, с радостью схватила их зубами и помчалась прочь, виляя хвостом.
Я вошёл внутрь через окно туалета на первом этаже. В туалете никого не было. Я, стараясь выглядеть спокойно, вышел в коридор. В центральном коридоре курсанты пальцами указывали на лестницу и шумели, но ни разу не посмотрели в мою сторону. Я тихо прокрался в медпункт и лёг там.
Хох-хох-хох-хох-хох-хох-хох-хох-хох-хох
Со всего тела дождём лился холодный пот. Весь учебный корпус был наполняли шум и суматоха. Через мгновение дверь резко распахнулась, и Кан Хидже вошёл, поддерживая Шин Чонхана. Следом ворвалась толпа здоровяков. Я с трудом поднял верхнюю часть тела и едва слышным голосом сказал:
— Эй, Хопи. Извини, проснулся? Сильно болит? Одна кожа да кости! А между прочим, только что было что-то невероятное! Зорро устроил здесь настоящий переполох!
Кан Хидже и Шин Чонхан были в полном возбуждении и шумели.
— Вау, вот как? Поймал Зорро? Теперь осталось только получить золотую жабу?
В ответ на мои слова Кан Хидже и Шин Чонхан слегка помялись. Через мгновение они оба покачали головой с каким-то горьким выражением лица. Я нарочно изобразил утешительную улыбку. Все курсанты были полностью поглощены слухами о Быке. Я ясно осознал, насколько абсурдными становятся слухи, передаваемые из уст в уста: «внешность была ужасной, не хуже слухов», «размахивал большой хондуккэ*», «по размеру был огромным, как бык» и тому подобное.
*Хондуккэ — толстая и длинная скалка, используемая для раскатывания теста при приготовлении кальгуксу, а также для раскатывания мучного теста. В основном изготавливалась из твёрдой берёзы.
Я накрылся одеялом. Я пытался уснуть, но до меня донеслись энергичные заверения Кан Хидже:
— В следующий раз я его точно не упущу. Если бы к нам присоединился Хопи, мы бы несомненно поймали его. Чонхан сонбэ, тогда разделимся на три группы по три человека!
— Среди курсантов того серийного убийцу называют прозвищем «Необыкновенный Зорро». Однако, как вам известно, в романе Необыкновенный Зорро изображён как положительный персонаж, поэтому инструкторы попросили впредь воздерживаться от подобного обращения.
Мэ торжественно произнёс это перед курсантами, собравшимися в тренировочном зале корпуса Мэ. Позади него стояли инструкторы с каменными лицами.
Мэ по кругу окинул курсантов взглядом. Его взгляд, медленно скользивший по рядам, внезапно на мгновение остановился на мне. Я незаметно отвернул голову. Просто шея немного… затекла, вот и всё. Я вовсе не избегал его из-за неловкости. Мэ слегка улыбнулся. Что смешного, ублюдочный кумихо?
Мэ слегка прокашлялся и продолжил:
— Сделаю короткое пояснение. Сегодня около семи вечера в одном из мест сектора 8D были изъяты одежда и маска, которую носил Бык. Прошу как следует это запомнить и впредь быть внимательными. Итак, покажите.
Инструкторы с серьёзными лицами вышли вперёд.
— Сегодня произошло крайне печальное событие. Инструктор У Кёнчу, готовившийся к занятиям, был жестоко убит неизвестным злоумышленником без всякой причины. К сожалению, мы не смогли предотвратить смерть учителя. Однако по итогам оперативных поисков на месте были обнаружены вещественные доказательства. Судя по совокупности показаний нескольких свидетелей, это несомненно личные вещи Быка.
Сказав это, он высоко поднял перед курсантами чёрную ткань и маску, показывая их. Изорванный в клочья кусок ткани во многих местах подвергся настолькой мощной «ковровой бомбардировке» собачьей мочой и помётом, словно после наводнения, что даже смотреть на это было невозможно. На одной щеке маски чётко отпечаталась тёмная собачья лапа.
Голос инструктора был полон скорби. Остальные его коллеги тут же разразились рыданиями. Курсанты мрачными взглядами пристально уставились на доказательства. В гнетущей обстановке тренировочного зала разносился лишь скорбный плач, звучащий навзрыд. Я чух-чух почесал переносицу. Хм, смотрите хоть до тех пор, пока глаза не повылезают. Вряд ли мне когда-нибудь снова придётся надеть ту проклятую маску и ткань, Зорро уже подал заявление о закрытии бизнеса, ублюдки.
— Хорошо всё запомнили? Тогда продолжим тренировку, так, успокойтесь и можете расходиться.
Мэ вышел, утешая инструкторов, которые лили слёзы ручьём. Курсанты зашумели. Если прислушаться, то слухи разрастались всё сильнее: хондуккэ уже превращалась в электропилу, телосложение как у быка разрослось до слона, а причиной смерти учителя, погибшего от падения, называли вспоротый живот и исчезнувшую печень.
— Хопи, ты куда? Тренироваться не будешь?
Наспех придумав отговорку, я вышел из тренировочного зала. Чёрт возьми, да что это вообще со мной. Шум болтовни курсантов доносился даже до внешнего коридора. Я шёл по коридору, проглотив подавленность, когда позади меня снова раздался скользкий голос:
— Тц-тц, с чувством стиля у тебя совсем перебор, наш таф гай?
Я обернулся и увидел, что Мэ вытирает слёзы платком. Гад, чего это ты ревёшь, что за цирк? Это мне тут плакать хочется.
— Чего у тебя такое лицо? Мы потеряли хорошего учителя, разве немного поплакать это не элементарная вежливость? Мне тоже было непросто вовремя выдавить глазные капли. Кстати, ну как? Какие впечатления от масштабной операции преследования?
Я, не обращая внимания, продолжил идти своей дорогой. Как и ожидалось, за мной продолжал разноситься его хихикающий голос:
— А-а, но всё же благодаря нашему Пирсингу в последнее время в академии даже интересно. Ты ведь так старательно устраиваешь такие весёлые события. Кстати, та на-кид-ка была просто ужасна, может, сменишь костюм на что-нибудь другое? Как бы ты ни спешил, но маска токкэби*, это что такое? Тц-тц… не знаешь, что чем злее злодей, тем важнее сохранять достоинство? В следующий раз ты что, трусы на голову натянешь? Может, мне одолжить тебе свою одежду?
*Токкэби — мифические существа корейского фольклора, духи природы, корейские гоблины.
Хотелось как-нибудь резко ответить, но ничего конкретного в голову не пришло. Впрочем, если бы я был на его месте, тоже, наверное, катался бы со смеху, схватившись за пупок. Чёрт.
— Не будь таким холодным, давай пойдём в мою комнату. Думаю, к сегодняшнему дню уже можно снять швы. Если справишься сам, нет нужды прибегать к моей помощи.
Эти слова насторожили меня. Верно, почему я раньше не догадался до этого? Если изо всех сил повернуть туловище и полностью вытянуть руки назад, похоже, это вполне возможно. Тем более у меня длинные руки и отличная гибкость… Как только я так подумал, Мэ тут же снова сказал:
— Слышал такую историю? В каком-то фильме говорилось, что одинокий грустный парень пытался сам себе отсосать, сломал позвоночник и умер. Не знаю, было ли это на самом деле, но с научной точки зрения звучит достаточно правдоподобно, не так ли?
Псих! Где только такой низкопробный фильм видел!
Однако мои решительные шаги незаметно замерли, колеблясь. Похоже, я слишком легко внушаем. Я бездумно поверил нытью Шин Чонхана о шизофрении, и в этот раз получилось точно так же. Что если я один буду снимать швы и сломаю себе позвоночник..?
Мэ, который до этого следовал за мной, мгновенно перегородил путь.
— Иди за мной, пока я говорю по-хорошему.
Он улыбнулся, обнажив белые зубы.
— Подожди, я помою руки и вернусь.
Мэ достал аптечку и ушёл в ванную. Очень типично для человека с навязчивой чистоплотностью было то, что даже спустя немалое количество времени признаков того, что он выйдет, не было. Может, он решил принять ванну? Да чтоб он утонул.
Я уныло осмотрел комнату. Она по-прежнему была чистой. На блестящем столе в ряд лежали кинжалы разных форм. На кровати, накрытой покрывалом цвета слоновой кости, было аккуратно сложено одеяло. На стене не висело ни одного обычного постера (внезапно вспомнился постер Брюса Ли из комнаты Со Чуккёна). Неудивительно, что здесь есть даже большое зеркало в полный рост, ведь Мэ человек, который буквально жизнь отдаст за аккуратность одежды. В тот момент, когда его не было рядом, мне даже пришла в голову жалкая мысль плюнуть на простыню.
Что-то привлекло моё внимание. Я медленно подошёл к двухъярусному комоду рядом со шкафом. На комоде стояли маленькая рамка и кукла. К моему удивлению, это была кукла в разноцветном чогори и красной юбке. На фото в рамке молодая женщина обнимала ребёнка и улыбалась.
Это тот самый ребёнок, что появлялся в моих галлюцинациях…
Мэ с улыбкой вышел из ванной. Я попеременно смотрел на фотографию и на него. На его улыбку наложился смех ребёнка. Ноги сами собой ослабли. Почему фотография ребёнка из галлюцинации оказалась в его комнате? И что за кукла такая?
Если подумать, всё совпадает. В конце концов, тем, кто первым спел ту проклятую детскую песню, был Мэ, разве не очевидно, кто на самом деле этот ребёнок, который пел ту же песню?
— Этот ребёнок на фото — это ты?
— Да. Разве не выгляжу смышлёным?
Ответ последовал без колебаний. Хотя я и ожидал этого, всё равно затылок онемел, словно меня ударили молотком.
Хм… всё в порядке. Так как моя способность весьма выдающаяся, я просто случайно подсмотрел прошлое этого типа. Но почему же, помимо стольких других людей, я подсмотрел детство этой лисовидной заразы? Мне на самом деле это совсем не интересно.
Мэ, который не мог знать о моих мыслях, склонил голову в недоумении.
— Почему так дрожишь? Ты же молодой, неужели уже инсульт? Хм-м? В последнее время ведёшь себя странно? Раньше тоже рассеянно терял голову и болтал странные вещи, знаешь, наш Пирсинг?
— А, нет, просто немного страшно снимать швы.
— Что‑о? Пху, пху-ха‑ха‑ха‑хах!
На мои бессмысленные оправдания Мэ расхохотался. Внезапно я опять стал комиком перед этим парнем. Как же этот тип умудряется смеяться до упаду, стоит мне только открыть рот. Но благодаря этому сердце, которое немного учащённо билось, быстро успокоилось.
— Ладно, ладно. Ах, наш милый Пирсинг.
Мэ с вкрадчивой улыбкой протянул руку и ущипнул меня за щёку. Что? Милый? Уши сворачиваются. Но Мэ не открыл аптечку, а лишь уставился на меня, пристально и не мигая. Его взгляд был слегка затуманен, и на мгновение меня что-то насторожило.
Чёрт. Этот янбан, как же без этого.
Мэ высокомерно задрал подбородок и сказал:
— Один поцелуй. Это совсем уж мелочь, не так ли?
Я серьёзно колебался, не врезать ли этому типу по челюсти.
— Если не хочешь, сними сам. Только будь осторожен, чтобы позвоночник не сломался.
Мэ усмехнулся в ответ на мою капитуляцию.
После этого он стал спокойно и пристально разглядывать меня, словно изучая черты лица. Наступила тишина. Мэ, который долго просто смотрел, медленно протянул руку. Он усадил меня на стул, и его тень окутала меня. Я крепко зажмурил глаза. Однако в момент, когда его губы коснулись моих, я слегка растерялся. Это был мягкий, медленный и продолжительный поцелуй. Гладкий язык провёл по нёбу и проник глубоко в горло. Его тень, его тепло, казалось, колебались совсем рядом. Такое… похоже на поцелуй, который обычно бывает между возлюбленными. Хотя мы не были возлюбленными, поцелуй был настолько ласковым, что казалось, будто мы совершаем нечто подобное.
Я слегка растерялся и мгновенно пришёл в себя. За дверью раздались признаки чьего-то присутствия. Кто это? Неужели кто-то пришёл искать Мэ? От неожиданности я невольно открыл глаза. Мэ тоже, казалось, заметив шум, слегка приоткрыл свои раскосые глаза. Его узкие глаза, как тонкая нить, были удивительно соблазнительными, и в этот момент я вновь растерялся. Мэ, бросив косой взгляд в сторону двери, тут же закрыл глаза и поцеловал меня ещё глубже.
Шаги у двери затихли. Просто проходящий мимо человек. Я с облегчением вздохнул и снова закрыл глаза.
Спустя длительное время Мэ отстранился. Слюна Мэ, смешавшись с моей, оставила шлейф. Бессознательно я это проглотил. Однако запах всё ещё не исчез. Мэ слегка прихватил меня за ухо, а затем осторожно потянул. Его взгляд, устремлённый на меня, казался чрезмерно ласковым. Он напомнил мне тот взгляд, что я видел, когда Мэ, сидя на скамейке, прервал чтение и посмотрел на меня. Это было в тот момент, когда я возвращался от Ю Нано и входил в общежитие корпуса Мэ. Почему этот парень так себя ведёт?
Я быстро отвернул голову. Такая щекотливая атмосфера была невыносима. К счастью, она быстро изменилась.
Мэ снял швы и обработал рану. Я почувствовал, как холодный пот бежит по спине. Чёртов подонок, действительно мастер доводить человека до оцепенения.
Мэ, сняв швы, вдруг уставился на мою спину и замолчал. Этот болтливый кумихо молчал так тяжело, что напряжение накатило вновь.
— Чего так смотришь? Хочу одеться.
— Хм. А-а, подожди. Не надевай, не надевай. Немного странно.
Мэ поставил меня перед зеркалом в полный рост. После этого он откуда-то принёс ещё одно зеркало и показал мне мою спину. Зеркал действительно слишком много.
— Смотри внимательно. Разве это не необычно?
В зеркале, которое он держал, отразилась моя спина.
— В чём необычность? Это же просто шрам.
— Шрам есть шрам, но… тебе ничего не напоминает?
Шрам имел форму буквы S. Я нахмурился, а потом произнёс:
— Что? Ч-червяк, пху-ха… ха-ха-ха-ха!
Мэ громко засмеялся, чуть не выронив зеркало. Чёрт! Может, назвать это имуги*? Или глистом? Это же не выглядит так, что теперь делать?
*Имуги — мифологическое существо из корейских мифов, описанное как огромный морской змей, который стремится превратиться в дракона.
Смех стал ещё громче. Я с чувством безысходности смотрел на Мэ, который смеялся, хватаясь за живот. То, как этот парень может разразиться смехом, стоит мне сказать хоть одно мелкое слово, в его присутствии заставляет меня сомневаться, не являюсь ли я на самом деле талантливым комиком.
После долгого смеха Мэ вытер слёзы и сказал:
— Ну что. Говорят, у каждого человека своя точка зрения, но чтобы они настолько различались... Я думал о драконе. Сейчас вижу, что ближе к дождевому червю.
— Ты закончил свою работу? Тогда я пойду.
Тон был резкий, как удар ножом, и он, как и во все остальные разы, просто твердил «нет». Я сдерживал свой гнев и ждал, что он скажет дальше.
— На время вход в общественную баню запрещён. Жди, пока шрам побледнеет, а потом можно будет пользоваться общественной баней. Если кто-то спросит, что за шрам, говори, что получил травму от Рана. До следующего месяца принимай душ здесь. Я всегда предоставлю место.
— Конечно нет. Сейчас собрание руководителей, так что иди со мной. Ты тоже должен присутствовать.
Передо мной, застывшим от его слов, Мэ достал из ящика масло камелии, щедро намазал его на ладонь и тщательно втёр в волосы.
Атмосфера среди руководителей была удивительно тёплой. Все улыбались во весь рот, словно что-то их чрезвычайно радовало. Я сразу заметил по свежему блеску на их лицах. В конце концов, то происшествие всё же случилось. Похоже, деликатес Гукджо был довольно вкусным… Всего совсем недавно Мэ прямо у них на глазах отрубил голову товарища, а теперь после одного блюда из морского огурца их лица уже так оживились?
Как и следовало ожидать, Мэ был страшным типом. Потеряв доверие из-за инцидентов с Чхве Укёном и Ким Вонсоком, теперь он мгновенно восстановил авторитет благодаря этой ситуации. Меня это страшно разозлило. Я присел одними ягодицами на край стула, дерзко и расслабленно. Несколько человек нахмурились из-за моего вызывающего поведения.
Зырьте сколько угодно! Я буду стойко сопротивляться.
Мэ заговорил многозначительным тоном:
— Как прошла вчерашняя ночь? Блюдо из морских огурцов стоило того, чтобы есть?
— Блюдо говоришь? Ха-ха-ха-ха!
Весёлый смех взмыл в воздух. Руководители толкали друг друга в бока и хихикали. От этой сцены у меня пересохло в горле. Тем не менее где-то глубоко внутри оставалось сомнение, но от такой реакции оно полностью улетучилось. Что же стало с Ли Чхонвоном? Очевидно. Худшая смерть, разрыв анального отверстия. И только здесь долбящих по животу было целых тридцать человек. Даже если пережить только их, целый месяц ходить не сможет…
Я мгновенно отбросил все посторонние мысли. Есть свои заботы, я что, буду париться из-за задницы этого типа?
Вдруг от услышанного звука я пришёл в себя.
— Кстати, в последнее время академия шумит из-за Быка или Буйвола, есть ли какие-нибудь догадки? Честно, под давлением инструкторов трудно выстоять. Устал, устал, — Мэ небрежно бросил вопрос.
— А, вот в чём дело, у нас тоже голова трещит от этого. Говорят, что из-за приза на Быка курсанты формируют небольшие группы по паре* человек и идут охотиться, ну и беспредел. Пропуск занятий ещё полбеды, но количество тех, кто остаётся ночевать вне общежития, резко прибавилось, и всё совершенно не контролируется.
*В оригинале используется выражение «три-три-пять-пять».
Что? Они формируют маленькие группы и отправляются на охоту?
— Этот Бык или Зорро действительно впечатляющий, да? Говорят, что он затащил дежуривших инструкторов в туалет и жестоко убил их. И это произошло всего лишь десять дней назад, а сегодня уже ещё один преподаватель погиб, полный хаос. Слышал, что у него была травма на спине.
Я максимально естественно выпрямил спину и сел прямо.
— Хм, разве тут только один или два человека с травмой на спине? Подозреваемых сотни. Кстати, призовые деньги составляют аж три тысячи. Похоже, академия всерьёз разозлилась. В самом деле, говорят, что пострадало семь инструкторов.
Семь? Запомни правильно, четыре, четыре.
Я машинально начал грыз ногти, и тут же поспешно опустил руку. Волноваться не о чём. Ведь только среди подозреваемых сотни человек. Кто из всего этого множества курсантов узнает, кто такой Бык?
А, есть такие, конечно. Пак Кугён, Ю Нано и этот тип рядом. Чёрт, целых трое.
Один из этих троих, Мэ, произнёс, словно пронзая словами:
Руководители замолчали и посмотрели друг на друга. На их лицах читалась растерянность. Мэ удобно устроился на стуле и сцепил руки.
— Подумайте. Почему академия, которой до этого было плевать на происходящее здесь, вдруг поднимает такой шум? Разве это не подозрительно? Ладно, начинаем решать задачу, если отгадаете правильно, с меня подарок.
Руководители зашумели. Я спокойно смотрел на Мэ.
Верно. Почему я раньше не додумался? Академия, которая всё это время попустительствовала убийствам среди курсантов, вдруг назначает награду и преследует их только потому, что умерли «максимум» четыре человека? Из-за тех документов, которые я украл? Нет… не может быть. Я был уверен, что по камерам наблюдения невозможно определить, что именно я украл среди тысяч документов. Так из-за чего?
Один из руководителей нерешительно произнёс:
— Потому что жертвы инструкторы?
— Нет, это не так, разве так мало умерло инструкторов? Разве два месяца назад не было инструктора, который во время урока пытался слегка наказать, а потом сам погиб от побоев?
Опять воцарилась тишина. Все руководители сосредоточились на решении загадки. Тишина витала, словно туман. Я, покусывая губы, замер на мгновение. Мэ внимательно наблюдал за мной. Гляньте-ка на него..? Этот взгляд… Похоже на тот раз, когда говорил об украденном письме. Неужели это второй намёк после украденного письма?
И тут раздался вопрос колеблющимся тоном:
— Слушай, Мэ, но ты говоришь разгадывать загадку? Значит… неужели ты знаешь правильный ответ?
Мои уши мгновенно напряглись. Напряжённые взгляды руководителей устремились на Мэ. Некоторое время тот оставался неподвижным и безэмоциональным, затем медленно разжал руки и слегка улыбнулся.
«Эх», раздался облегчённый вздох руководителей. Мэ бросил на меня быстрый взгляд краем глаза и добавил:
— Это просто банальная игра в загадки. Если бы это была задача, которую вы могли бы разгадать, я бы с самого начала не стал предлагать игру с призом. Так что с самого начала это была игра, которую должен был выиграть я, вот о чём я.
Раздались игривые насмешки. Мэ откинулся на спинку стула и опустил взгляд.
— Однако один раз задать себе вопрос всё-таки не помешает, да? Голова, которую Творец тяжело положил на шейный позвонок, создана для того, чтобы думать, мыслить, и если время от времени не смазывать её, она начинает скрипеть, как металл. Например, впустую тратить усилия, потому что один не знает того, что знают все.
Все руководители, кроме меня, громко рассмеялись. Мэ, постукивая по столу, продолжил говорить:
— Не забудьте урок сегодняшнего дня: голова создана, чтобы эффективно её использовать. В ближайшее время ничего особенного не будет. Так что идите и занимайтесь своими делами.
Я нахмурился и встал. Я совершенно не мог догадаться, что имел в виду Мэ. Похоже, и на этот раз он оставил какую-то подсказку… Что за… чёртов урод, что, трудно было сказать хоть чуть понятнее?
Сдерживая гнев, я уже выходил из совещательной комнаты, когда за моей спиной раздался звонкий крик:
— Товарищ Рю, впредь регулярно появляйся в тренировочном зале. Скоро «Красный тигр», так что я тебя хорошенько научу, ха-ха-ха!