Глава 55
Сильвер грёб, глядя на ночное небо. Луна медленно поднималась над горным хребтом. Так как скелетный злой дух утащил их примерно на закате, можно сказать, что прошло время, за которое сгорела одна свеча.
Даже только от воспоминаний о том кошмаре, казалось, можно сойти с ума, а время, что по ощущениям тянулось целое тысячелетие, на самом деле вместилось всего лишь в одну свечу. В этот момент он понял чувства муравья, наблюдающего за ботинком человека, который обрушивается на него.
Наступила тишина. Принц и слуга, смотревшие в пустое ночное небо, да и даже Чёрный Хорёк, грёбший веслом, казались охваченными каким-то растерянным, блуждающим настроением. В ситуации, когда их внезапно бросили из ада в винный погреб, неужели у всех сломался компас восприятия? Это настоящая реальность? Или галлюцинация, устроенная скелетным злым духом? Или это тоже «задание»? Смеяться ли? Плакать ли? Что говорить?
Вдруг Чёрный Хорёк нарушил молчание:
От одной этой фразы Сильвера будто окатили ледяной водой. Он был ошеломлён.
— Ты поверил этому скелетному уроду? Раз уж выжили, этого достаточно, что тебе ещё надо?
— Я думал, дадут хотя бы один золотой слиток.
Вульф вновь уставился на него. Сильвер энергично грёб веслом.
「Бингапсу ворчал, что вознаграждения не дали. Псих!」
「Ах… вознаграждение. Совсем забыл.」
「Но Сильвер, разве перед тем, как потерять сознание, голос что‑нибудь не сказал? Не помнишь?」
「«Сдержал обещание», что‑то в этом духе? Чёртов скелетный ублюдок, только когда мы попытались толкнуть дверь, он наконец её открыл.」
「Верно. До самого конца он издевался над людьми.」
Вульф замолчал и опустил голову. Вновь воцарилась тишина. Только звук лодки, рассекающей воду, нарушал её. Чёрный Хорёк, Вульф, Краснопёрый Орёл и Сильвер – каждый смотрел в свою сторону.
Сцена напоминала маскарад. Казалось, никто больше не хочет говорить о «том событии», будто этого с самого начала и не происходило. Одно было ясно. Это нужно было забыть. Обязательно.
Сложно было поверить, что это легко забудется. На самом деле казалось, что клоун вот-вот снова появится в воздухе. Ветер, скользивший по коже, был настоящим, но чувство чуждости, словно плывёшь по ещё не высохшей грубой масляной живописи, не покидало. Сильвер крепко сжал весло.
«Хватит ныть. Ты же выжил, в отличие от всех тех несчастных людей. Ты наслаждаешься удачей, которую за всю жизнь трудно получить».
Когда Луна пересекла небосвод, вдали заблестели огни. Это был Хахан. Когда порт оказался прямо перед носом, Чёрный Хорёк внезапно заговорил:
「Просто считайте, что вы пережили войну. В логове скелетного злого духа погибло около двухсот человек? Такое количество жертв обычно бывает, когда между племенами происходят стычки. Мы просто выжили.」
Никто не открыл рта. Даже Чёрный Хорёк больше ничего не добавлял и продолжал грести веслом.
В этот раз Хахан оказался довольно крупным. Десятки судов стояли плотно вдоль причала. На набережной скопилось более сотни всяких отбросов. Каждый из них мастерски маскировался под инвалида, развалившись прямо на земле, громко поглощая алкоголь и галлюциногенные травы. Была и женщина с повязкой. Лицо у неё было другим.
Толпа отбросов, заметив добычу, ринулась вперёд. Сильвер, воспользовавшись моментом, тайком стащил один косяк галлюциногенной травы. Пробившись сквозь плотное кольцо нищих, карманников и мелких жуликов, они еле добрались до гостиницы. Трактир на первом этаже был тих, словно лес, покрытый инеем. На столах изредка встречались пьяные, заснувшие лицом в тарелке.
Чёрный Хорёк занял два номера и направился наверх. Четверо, не произнеся ни слова, разделились поровну и вошли в свои комнаты.
Как только дверь закрылась, вместе с хлопком по щеке Сильвера пронеслась резкая боль. Он не мог пошевелиться, запрокинув голову. Его разум опустел.
— Что за? Бингапсу, ты что, дал мне пощёчину?!
Как только он выкрикнул что-то, большая рука снова полетела к его щеке. Сильвер чуть не рухнул.
— Почему? — Чёрный Хорёк убрал руку и переспросил.
Взгляд серых глаз Чёрного Хорька, смотревших на Сильвера, был острым, как клыки зверя.
— Ударил, потому что ты ослушался меня, раб! Я же говорил, чтобы ты держался рядом со мной!
— Ах, ты подумал, что у слуги были какие-то глубокие мысли? Хм, тебе самому не смешно? Ты же знаешь, что с самого начала и до конца мы были игрушкой скелетного злого духа.
Сильвер не нашёлся с ответом. Чёрный Хорёк вытащил кнут из-за пояса.
— Я же предупреждал, да? Хитрость я ещё могу простить, но помехи моей работе – нет. Ты дважды помешал. Получи ровно семь ударов. Сними одежду и повернись.
Слова не звучали как шутка. Сильвер был в шоке.
— Эй? Я никогда не мешал твоей работе. Я лишь ослушался тебя.
Чёрный Хорёк ударил кнутом по полу. Осколки дерева разлетелись во все стороны. Не прошло и дня после того, как он ожил, а он снова оказался на грани смерти. Сильвер отступил назад, размахивая руками.
— Успокойся, ублюдок! Я не хитрю. Одно это одно, другое это другое.
Кнут свистнул в воздухе. Сильвер едва успел увернуться, повернув тело. Чёрный Хорёк продолжал размахивать кнутом раз за разом.
— Говори! В той критической ситуации была особая причина, почему ты бросился к слуге? Почувствовал запах жареного лосося? Или ароматный сыр? Какой запах ты учуял?!
Сильвер головой врезался в Чёрного Хорька. Он пнул дверь и выбежал из комнаты. Казалось, будто колючая проволока сжимает сердце.
Придя в себя, он обнаружил, что стоит перед гостиницей. Смех и ругательства отбросов, словно смола, растоптанная под ногами, прилипли к этому месту. Звуки, принесённые ветром, звучали слишком отчётливо.
Это был Вульф. Сильвер не обернулся.
「Звук вашей ссоры доносился даже до нашей комнаты.」
「…Не вмешивайся. Ты, возвращайся.」
Сильвер натянул капюшон до переносицы и пошёл, не обращая внимания. На щеке наверняка остался отпечаток ладони Чёрного Хорька. Не хотелось, чтобы Вульф это видел.
「Сильвер. Куда это ты, в такой мороз?」
Раздражающе, но Вульф плёлся следом. Через некоторое время в темноте показалась конюшня. Перед спящими лошадьми несколько жаровен излучали свет и растапливали холод. Сильвер достал галлюциногенную траву, поднёс к жаровне и зажёг её. Глубоко вдохнул, сел на пол и опустил голову. Он хотел здесь крепко уснуть, чтобы после его нашли мёртвым, замёрзшим до смерти.
«Зачем я вообще так бегал, утверждая, что хочу жить?»
«Везде одно и то же. Где бы я ни был, я собачье дерьмо».
Вульф сел рядом с Сильвером. Сильвер молча втягивал дым галлюциногенной травы.
「Может, я и неправильно услышал, но всё же. Дядя… тебя ударил?」
В голосе Вульфа проступил гнев. Сильвер, выдыхая дым от галлюциногенной травы, усмехнулся.
「И что с того. В Атании, видимо, хозяева не бьют рабов, да?」
「Нет, это правда. В Атании наказание рабов запрещено. Уже давно.」
Слова не казались ложью. На кончиках пальцев Сильвера галлюциногенная трава, шурша, превратилась в пепел и разом осыпалась.
「Тогда… как управлять? Раб должен получать пощёчины, чтобы работал.」
「Дают деньги. Ставят условие: если проработаешь определённое время, отпустят как свободного человека. Только статус раба, на деле же это слуга, который работает, получая ровно столько, чтобы хватило прокормиться.」
「Не знал? В любом случае, Сильвер, как я уже говорил раньше, обязательно поедем вместе в Атанию.」
Вульф схватил Сильвера за руку. Она была тёплой.
「Наша нынешняя жизнь… это жизнь, полученная чудом. Нельзя тратить её впустую. Ты тоже так подумал?」
Сильвер не мог открыть рот. Пульс на запястье ускорился, словно бурный поток.
「Когда мы плыли на лодке, я сомневался, сон это или нет, и тайком несколько раз щипал руку. Но… радости не чувствовал. Похоже, ближайшее время, а может, до самой смерти, буду мучиться кошмарами. Ночи станут страшными.」
Это тоже была мысль, которую он не успел осознать.
«Блять, похоже, мне теперь не уснуть без выпивки».
Вульф крепко сжал руку Сильвера.
「Сильвер, не сомневайся. Я не знаю доподлинно, каким человеком является дядя, но это могу сказать с уверенностью. Тебе нельзя быть с ним.」
Когда он спросил невзначай, Вульф замолчал. Прямой взгляд Вульфа заставил Сильвера почувствовать себя подавленным. Хотя, наверное, не специально, Вульф продолжал словно ставить клейма одно за другим. Насколько Сильвер бездумен. Насколько он жил как попало. И насколько глуп его вопрос, который он только что задал.
Вульф, опустив взгляд, сказал тихо. Рука Сильвера тоже плавно разжалась.