Словами через рыбу

Предуведомление: восьмое марта, проекту Блог между ног ровно три года, с праздником меня. В прошлом году в этот день я собрал в одну историю все главы первого сезона. Продолжу традицию. Второй сезон, выходивший на канале с сентября по декабрь девятнадцатого года, самый короткий и одновременно - самый наполненный событиями, встречами и кардинальными переменами. Он начинался там, где я оставил своего персонажа после первой истории, и всего за четыре месяца протащил его через кроличью нору. Если точнее, протащил словами через рыбу. Так стремительно, что я едва успевал записывать - скорописью на полях, без остановок на подумать. Только сейчас я впервые перечитываю всё это. Как факты прошлого. Надеюсь, без самолюбования. Мне было на кого посмотреть кроме.

Менеджер моего секса

My Friends Pub. Кирочная. Красные диваны с высокими спинками. Сколько бы ни было народу, всегда ощущение в пузыре, в коконе, идеальное зонирование. Только твой столик и никого вокруг. Обычно так и бывает, даже будь у тебя рентгеновское зрение. Кнопка вызова официанта. Если бы занимался тёмными делишками, любил бы это место ещё больше.

Я вас слушаю. Так, молочный стаут, сидр и Килкенни. Что-нибудь ещё? Пока нет, спасибо. А вы ведь друг друга впервые видите - так? Забавно. Знаете, что вас двоих объединяет? Смотри - вот он - любовник той порноактрисы, которая затащила меня с ним на тройнячок, а он - тот, о котором я уже тебе рассказывал - моя первая семейная пара, так что вы оба... Как бы это назвать... Давай пять, братишка. Да, прости, что с Оксаной не зовём тебя. У нас сейчас немного нежный какой-то период, никого не хочется лишнего. И в Питере она редко бывает. Но я начал прощупывать почву на сайтах знакомств. Я теперь, как переписываюсь с кем-то, забрасываю удочку, мол, у меня есть друг - гостевой партнёр, и вообще о сексе рисует. Подсел? Немного. Да ты менеджер моего секса! Жду с нетерпением! А я вот забросил все эти сайты. Меня пригласили в один очень тёплый закрытый чат на пятьдесят персон, где все ежедневно обмениваются своими фото и видео, ну и встречаются постоянно в разных конфигурациях. Послезавтра большая общая встреча будет - сняли квартиру трёхкомнатную на сутки, человек пятнадцать-двадцать из чата будет. Таак. С этого места подробнее.

Да, всё просто. Висел в одном открытом обществе, организованном вокруг творчества мастера внутренних пальцев, мастера сквирта. Болтаю, шучу. Больше, как практика диалога, живая письменная речь, всё вот это, что мне коммуникабельности для. Тренажёр. И вижу, время от времени там среди старожилов проскакивает какое-то перемигивание о таинственном чате внутри чата. Была даже парочка сальных типов, которые, как по стойке становились, только увидят очередной намёк. Всё напрашивались, чтобы их туда взяли. Делаю вид, что абсолютно не замечаю. Но каждый раз, как удаётся оседлать волну диалога, когда чувствую, что вот сейчас максимально держу внимание читающего глаза, как бы между прочим вставляю что-то вроде "ну, такому озабоченному эксгибиционисту, как я..." - или что-то такое. И буквально на четвёртый день плотного погружения приходит сообщение. Так мол и так, не хочешь ли в наш тесный кружок. Входной билет - обнаженный фотоавтопортрет. Ну... А там что? А что там? Там всё очень мило. Все свои. Кто-то уже знает меня по наброскам с больших оргий. На послезавтрашней встрече тоже порисую по максимуму. А ты-то чего сидишь молчишь? Как твой заплыв по знакомствам? Вы ж уже сколько расстались? Новую ещё не нашёл? Не то, чтоб напрашиваюсь опять в постель... Хотя... Я соскучился по тебе, чёрт. Не по парам вообще, но именно.

The Game of Swords Бар. Староневский. Заведение полностью оформленное в стиле сериала о сексе, интригах и драконах. Можно было бы сразу пойти на квартиру, но всегда есть новенькие. Бар, как последняя проверка. Прямо там начинаю всех рисовать. Больше от волнения. Живое общение в новой компании не мой конёк. Совсем. Так, что сводит. Блокнот позволяет отсесть за соседний столик и внимательно изучать тех, с кем предстоит провести ночь. Смотрят подозрительно. Не самая удачная идея. Может быть сейчас всё и слетит к чёртовой матери. Двое выходят покурить. Пара. С одиннадцатого класса, наверно, не использовал сигареты, как средство налаживания контакта. А ты же Арсений? Да. Спасибо тебе большое. Тот набросок с последней, где написано "ЗАВТРА НЕ СУЩЕСТВУЕТ", мы хотим его распечатать и повесить в кухне. Ты круто рисуешь. Кажется, повезло - путь открыт.

В доме консьержка. Поэтому, чтобы не вызывать лишнего внимания, поднимаемся на мансарду небольшими группами. Ещё один повод покурить слово за слово. В мансарде две отдельные спальни и большая гостиная, совмещённая с кухней. На столе фрукты и алкоголь. Большой уютный диван. Знакомство начинается с игры в шляпу. Никаких вопросов, только фанты. Лизни, укуси, прошепчи грязную непристойность, побей стеком, помассируй, передай изо рта в рот. Потом в центр комнаты выходит мастер флоггера и шибари. Кто хочет? Начинается представление. Пока одну из девушек связывают, капают воском на живот, водят ножом по шее, остальные начинают - сначала очень осторожно - поглаживать друг друга на диване, наблюдая за представлением. Сижу в стороне от всех и рисую. Меняю дислокацию. Снова. И вот меня уже почти перестали замечать.

Звонок в дверь. Немного перепугались. Плотно закрывают дверь в коридор. Один идёт проверять. Дверь открывается нараспашку. Это вечеринку посетил сам мастер сквирта собственной персоной. Сюрприз для большинства, кроме двух организаторов. Входит в гостиную с осанкой Санты. Папочка пришёл. На минуту буквально заходит в одну из спален и, изображая кота - на четвереньках - выползает уже голый. Мур. Одна из участниц, эффектная артистка бурлеска, как раз собиралась быть выпорота, а потому стоит на коленях, облокотившись на диван. Кот быстро запрыгивает прямо перед ней, усаживается, раздвигает ноги и берёт её голову. Через час и показательное выступление с массажем посреди комнаты, папочка, явно довольный тем, что освятил мероприятие своим присутствием, уходит. Единственный всё ещё одетый в квартире - я. Перемещаюсь незаметно из угла в угол с блокнотом. Ни с кем не разговариваю. Зависть к происходящему уже отступила, полностью вытесненная процессом рисования. Весь глаз и рука. Привычно. Приходит ещё несколько человек. Явно знакомые в этой компании. Задержались. Приглядываются.

Стою со стороны кухни. Одна подходит ко мне. Встаёт за спину. Заглядывает через плечо. Запускает руки в волосы. Можно я тебя поглажу? Откладываю блокнот, притягиваю к себе. Опускается на колени. Предательски не стоит. Пойдём в спальню. А кем ты работаешь? Управляющая в секс-шопе. Но владелец в Европе, так что всё на мне. Теперь понятно. Видел твою страницу, где ты рассказываешь всякие тонкости об игрушках и сексе. И там, кстати, среди активных читателей - Лена психотерапевтка, вы знакомы? А что, ты её хочешь? Насколько знаю, я точно не в её вкусе. Просто поинтересовался. Мы вместе работали над одним социальным проектом, и я экспериментально у неё под это дело терапевтировался. Ты её клиентка? Нет. А хочешь насмешу? Давай. Мой психотерапевт в соседней комнате.

Через два дня позвала в гости. Жара. Могу принять у тебя душ? Конечно. Выхожу в полотенце. На полочке гипсовый слепок вульвы. Это твой? А что не узнал? Узнал. Курим на балконе. Не смотри, я стесняюсь. Почему? Потому что ты художник. И что? По-твоему, это значит, что плохо отношусь к тем, кто пишет маслом без диплома? Мне просто хотелось передать в красках одну фотографию личную. Красиво трахаются - скоро допишешь? Стряхиваю пепел и сбрасываю полотенце. Всё в порядке? Прости, не знаю, почему. Зачем тогда ехал? Когда ехал, был уверен, что хочу. А рядом - как в коконе каком-то. Давай просто полежим. Нет, я лучше поеду. Уверен? Да. Но мы же продолжим общаться? Если хочешь - без всякого секса - просто общение. Конечно. Договорились, что, как будет время, приедет на чай в мастерскую. Через две недели пишу: "выпьем по чашке"? Между галочкой о доставке и двойной галочкой о прочтении удаляю сообщение. Я в домике. Никого не хочу видеть, ни с кем говорить. Денег нет. Начал большой холст с очередным болезненно мастурбирующим нарциссом. В чате почти не появлялся. Залёг на дно.

.

Ночной клуб, название и местоположение которого нельзя рассказывать под угрозой удаления из всех списков. Двадцать четвёртое августа. Художник, который задолго до меня рисовал с натуры в этом месте на тех же оргиях недавно в интервью одному популярному изданию рассказал о своём опыте рисования на таких мероприятиях. В интервью он называл это Событие, что отлично звучит и неплохо скрывает название настоящее, по которому можно было бы вычислить тематические закрытые группы. Хорошее название, пусть так и будет. Событие.

Давно отработанный маршрут. Сначала внизу - на скамеечках, где приходящие снимают с себя всю одежду и складывают в большие пластиковые мешки. Здесь хорошее освещение и видно, что вообще рисуешь. Но примерно до четырёх ночи мало интересного. Во вторую половину ночи, уставшие от громкой музыки начнут стекаться сюда на диванчики для большой панорамы расслабленного, отдыхающего секса. Больше ласк и поглаживаний. И приходящие не будут загораживать весь вид. В первой половине больше сумбура и суматохи, но можно послушать разговоры. Многие не виделись с прошлого События. Потом поднимаюсь наверх. Стою у бара. Тоже ещё достаточно светло, и пока зал не заполнился двумя сотнями обнаженных танцующих можно порисовать общий план. К середине ночи с этой точки только наброски отдыхающих за стойкой и силуэт огромного клубка тел где-то на фоне. Затем прохожу в зал, двигаясь по углам, заходя за сцену, где работают диджеи, по периметру, где представления от мастеров. Поднимаюсь на балкон. Там кромешная тьма, и рисовать приходится по наитию. Зато всё самое интересное именно там. Клубки из пяти, шести, десяти, сплетённых тел. Под утро здесь можно порисовать одинокие парочки и уснувших выбившихся из сил. И всегда - два три наброска за круг - танцпол, вид сверху. Главная беда зоны - плотное кольцо уныхых дрочеров, напрашивающихся в любую группу, раз за разом получающих отворот, но продолжающих стоять плотным кольцом. Весь вид загораживают. Нужно вовремя занять освободившееся местечко. После этого опять вниз - сигарета - и на новый круг. И так семь-восемь часов и один толстый блокнот. Вижу всех, помню всех и каждого. Те, кто приходит второй и третий раз, уже обзавелись знакомыми. А мне никогда не хватало смелости заговорить даже в курилке.

Отличие этого События от пяти предыдущих: почти все участники той домашней оргии здесь. Если раньше слонялся призраком из угла в угол, то теперь на каждом шагу кому-то улыбаюсь, кого-то обнимаю, здороваюсь, перекидываюсь двумя-тремя фразами. В голове мысль: наконец-то ты свой. Вот она, твоя новая семья. То, к чему ты планомерно и расчётливо шёл последние полгода. Разговоры, публикации, изучение всей этой темы с ненасилием, нетоксичностью, согласием, полиаморией, встречи, всё это выпитое пиво - всё сыграло. Ты часть чего-то большого общего. Ты снова не сам за себя и против всех. У тебя снова есть семья. Так не похожая на ту, оставленную, но всё же семья.

Рисую внизу у гардероба. Я здесь переоденусь, ты не против? Она. Только пришла? Нет, выходила - вернулась. Как вечер? Обычно я всю ночь трахаюсь, а в этот раз много приятного общения. А как твои рисунки? Сняла джинсы. Хватаю её за ноги и кусаю за задницу. Отлично. Хорошо, не буду тебя отвлекать. Уходит.

Рисую на сцене. Снова подходит. Обнимаю. Сажаю к себе. Целую. Наконец-то спокойствие, умиротворение, радость и вернувшийся в общение крепкий стояк. Она достаёт одноразовые латексные перчатки. Надеваю одну. Одной рукой справишься? Буду, как Майкл. Очень странные ощущения, почти ничего не слышу на кончиках пальцев, приходится ориентироваться только на дыхание и вспоминать, как там было конкретно у неё в прошлый раз. Неожиданно отстраняется, целует, уходит куда-то на танцпол.

Рисую у бара. Почти утро. Подходит. Я ухожу. Обнимаю её. А я прочитала твоё сообщение до того, как ты его удалил. Уходит. Это провал. Ещё через час музыка останавливается. Все расходятся.

Когда твой барыга подсел на твой член

Ресторан Probka. Добролюбова. Открытая кухня. Зонирования нет вообще, и в этом главная фишка заведения. Понимаешь это только чуть-чуть навострив слух. Вот в самом центре зала сидит компания пузанов с дамами в коктейльных. Солидные мужчины громко размахивают руками. Мы им два ляма откатов, и тендер наш! Вот за соседним столиком две ляди пятьдесят плюс. Обсуждают, как они сходили на какой-то модный спектакль. Одна наклоняется к пузану: вы можете посоветовать эти гребешки? Да, берите, нежнейшие.

Единственный и явно случайно образовавшийся закуток - за гардеробом. Два столика, диванчики. Максимально вжаться и не слушать происходящее - мы с отцом. Он в идеального оттенка синего джинсах и лёгком свитере - европейски-демократично, я неподобающе раздолбайски. Перед нами на стуле наш родственник, затащивший нас сюда этим вечером. Вернее, отца. Я за компанию и помалкиваю. Моё дело - присутствием своим предъявить: "как быстро течёт время", "как быстро растут дети" и "совсем мы стариками стали" - долг младшего поколения.

Подходит сомелье. Здравствуйте. Привет. Скажи, что посоветуешь, к тому что мы взяли. В прошлый раз вы пробовали Шабли Валли Сэбильон (не уверен, что даже печатаю это правильно). А посоветуйте что-нибудь, чего я у вас ещё не пробовал. Одну минуточку. Уходит. Надолго в Россию? На неделю, с паспортом разобраться. Жаль, у меня эта неделя очень напряженная. Новый офис открываем. Ещё ввязался в экологическую городскую программу. Ну а как там вообще? Хорошо. Ты давно был. Я последние два года туда только по делам. А отдыхать мы в Грузию. Нас там уже все знают, встречают, как родных. Не скучаешь по России? Ты знаешь, Лёнь, вот больше всего меня удивляет, насколько все, кто спрашивает, а спрашивают все, даже мама, хотят, чтобы скучал. Вот, простите, нет.

Хрущёвка. Мечникова. Простая железная дверь. За ней деревянная, со старой советской табличкой "квартира высокой культуры быта". Деревянные облупившиеся окна. Обои с цветами и золотом. Отклеиваются. Литая люстра - позднесоветское псевдобарокко. На всю гостиную ковёр, протёртый полосой у разхлябанного дивана с крупным неоклассическим орнаментом. Сидим на пожелтевшей кухне. Пьём водку с маленькими бутербродами с икоркой. А вот зря ты так о Лёне. Мам, прекрати. А что прекрати? Мне стыдно за моего сына и внука. Не шуми так сильно, Льва разбудишь. Вот кого мне больше всего жалко. Началось. Бабуль, все твои монологи о том, какой я отвратительный отец, я уже слышал - может опустим? А пусть твой отец послушает. Может перед собственным отцом тебе станет стыдно за то, какой ты. Срываюсь на имитацию крика шёпотом. Ты вообще себя слышишь? Я провожу с сыном не меньше половины всего времени, и мне должно быть стыдно перед - прости, пап, не в обиду тебе. За что мне стыдиться? Без отца он точно не растёт. Мужик должен быть обеспечен. Значит, его отец не мужик, тоже мне новость. Нормальная ситуация в современном мире. Вон и отец, как коренной швед, подтвердит. Ну начали тут. Прекращайте оба. Отличная икра, кстати. Да, я тебе в дорогу три банки приготовила. Не суетись, мам. Сядь спокойно. Да, слушай, такой неудобный момент. Звонила Тамара. Ну? Я ей рассказала, что Георг в шведской школе своё генеалогическое дерево рисует. И... В общем... Витя сейчас, как она говорит, на какой-то должности, не то ФСБ, не то какие-то ещё структуры. Ну-ну, он-то да. Тот ещё шпион. Короче, она просила не включать их с в это древо. У него могут быть неприятности. Что? Ты себя слышишь? Во-первых, если он действительно - там, то о всех его иностранных родственниках знают. Во-вторых... Это школьная работа, бабуль, просто школьная работа. Что за бред! Ты вообще не лезь. Ну глупость и глупость. Просто передаю. Да, хорошо, мам. Даже отлично.

Автовокзал. Обводный. Стою на улице. Курю. Время от времени пытаюсь дозвониться. Полшестого. Приходит. Ты опоздал. Я пешком добирался. Теперь нам придётся ждать два часа до следующего. Да ты можешь не ждать. Нет. Я обещал, что прослежу, чтобы ты сел на автобус. Ой, ну чё ты, я же обещал. Обещал ты два дня назад. У меня были дела. Бухать? Не твоё дело. Честно, братишка, мне на тебя насрать. Вот совсем. Твоя жизнь. Ты другим нервы мотаешь. И я по твоим делам бегаю, как курьер. Хочешь попадать в неприятные истории - валяй, хочешь связываться с сумасшедшими бабами - сколько угодно. Но почему твои проблемы должны разруливать все вокруг? Я хоть с одной своей проблемой тебе звоню? Никто из моих близких не занимается моими проблемами и даже не знает о них, а ты хоть одну решил сам? У тебя жопа почешется, ты мне звонишь. Иди нахер. Да, пожалуйста. Посажу тебя на автобус и пойду.

Садимся на клумбы без цветов - огороженные мусорки справа от вокзала. Достаёт из пакета бутылку водки. Отхлёбывает. Ты охренел? Ээээ, я нормальный. Два часа, - слышишь? Два часа ни глотка. Потом мне на тебя насрать. Можешь доехать хоть по частям. Давай поговорим. Ну. В больничке мне сказали про твои анализы крови. На его лице появляется довольная улыбка, голова начинает слегка покачиваться. Сейчас он начнёт обыкновенно врать с три короба, строя из себя, как ему кажется, крутого. Пусть врёт. И побольше. Чем больше слов, тем больше в них будет проговорено случайных деталей. Это помогает при полицейских допросах, на которых он врёт в обратную сторону, а я подсказываю наводящие вопросы, чтобы найти хоть кого-то.

Это джеф. И откуда у тебя деньги на джеф? Один знакомый угощает за то, что я даю ему соснуть. За что, за что? Я позволяю ему отсосать у себя, а он мне дозу. Да ты бизнесмен! Ага. Смеётся. Бизнес и ничего личного. Окей. Когда твой барыга подсел на твой член - это… А в глаз за что получил? Дашку драть не захотел. В смысле? Ну, она любит, когда её впятером дерут. А я отказался. Ты же рассказывал, что не отказываешься. Вот отказался. Бухой был. Какой молодец. И за это, значит, тебя ударили? Ага. И из комнаты вытолкали. Но я пошёл к Ленке-соседке. Её муж любит смотреть. Смотреть на что? Как я его жену натягиваю. О! Класс. То есть у вас вся коммуналочка - одна большая семья. Ну да. Ещё кого-нибудь дерёшь? Симку. Стой. Симку? Ту, которая на Литейном? Ну да. Тебя туда пускают? Она и пускает. Ты же помнишь, что с ней спал и твой отец, и Сокол, его друг. У неё же от Сокола ребенок. Ага. Четырнадцать лет. Глухонемой. Хорошо, с личной жизнью у тебя всё в порядке. Вернёмся к джефу... Дай я позвоню. А где твой телефон? Сел. А на самом деле?

Александровская больница. Первый этаж. Скорая помощь. Егор похож на вывернутый наизнанку вареник. Били его долго, выжил чудом. Мы сидим за шторками. Пять или шесть врачей уже прошли. Остался психиатр и можно класть в стационар. Входит. Молодой, тонкий, с идиотскими рыжими усами и большими очками. Здравствуйте. Здравствуйте. Егор мычит. Я за него расскажу. Вы родственник? Двоюродный брат. Ну? Во-первых, у него справочка, вторая инвалидность по шизофрении, во-вторых запой. Меньше месяца назад он у вас же тут на пятом этаже в психосоматике лежал, там должны быть все документы. Как вышел, тут же сбежал и в пике. Вот пару дней назад пытался его во Псков отправить, у нас там родственники по его отцу, но он сбежал из автобуса где-то в Гатчине и пешком обратно шёл. А родители? Мать в Грецию сбежала, отец умер. Что-то записывает. Потом несколько вопросов Егору. Выходит заполнять бумаги, я выхожу за ним. Ну, я могу сказать, что всё с вашим братом нормально, только алкоголизм. Ему не в пнд, а к наркологу надо. Простите, пожалуйста, но... В девяти разных психонаврологических, где он последние семь лет лежит периодически, ему ставят один диагноз, у вас на пятом этаже с ним согласны, а потом приходите Вы, такой молодой и гениальный диагност, и говорите, что он не шизофреник? Да. Уходит.

Центр дизайна ARTPLAY. Красногвардейская площадь. Всё: от паркета до керамики ручной работы из Испании. У нас с Николаем новый заказ, интерьер небольшой жилой квартиры для состоятельной пары каких-то айтишников на вольных хлебах. Сидим в салоне света, листаем каталог Kink Light девятнадцатого года. Вот эти смотри. Ага. Молодой человек, а не подскажете, где здесь декоративная штукатурка? Нет, не знаю. Да что ж такое-то у вас. Сайт Арплея показывает аж несколько контор, а кого ни спросим, никто не знает. Вы хоть иногда в курилке знакомитесь тут? Простите, я не курю. Видимо, жаль. Ладно, спасибо. Ну что, друг, товарищ и брат, если не найдём штукатурку, завтра поедем, паркет нашли, с плиткой вроде разобрались. Предлагаю ещё вон туда пройтись. Скажи, Сень, ты что-нибудь делаешь, чтобы найти нам ещё заказы? Вот мы сейчас получим за эту квартиру и всё. Нет. А почему? Молчу. Ты же говорил, у тебя там какой-то дядя из всей твоей цыганской семьи - миллионер, какие-то офисы открывает. Почему мы не делаем проекты этих офисов? Дядя Лёня, да... Ну... Во-первых, с чего бы ему мне помогать? А во-вторых, там такое дело. Бабушка стесняется перед родственниками, что я художник-голодранец, поэтому рассказывает, что всё ещё работаю дизайнером на заводе керамики. Приходится помалкивать о своих проектах, чтобы её не подставлять. Будто штатный дизайнер на заводе это престижнее. В её понимании - да. Аванс-зарплата, белый человек. Ясно. Но подумай ещё, пожалуйста, кому могут быть нужны наши услуги. В твоих контактах есть хоть кто-нибудь полезный? Хорошо, я подумаю.

Выходим на улицу, идём к метро. У самого спуска окликают. Племяш! Дядя Витя, здравствуй. Передо мной сухой сальный мужичок в поносного цвета потёртом вельветовом пиджачке и серых брюках со стрелками. На пальце огромная золотая печатка. Длинные седые волосы сзади в косичку. Как я тебя удачно встретил, племяш. Выпьем? Мне работать, дядь Вить. Ну не обижай, у меня сегодня День Рождения. Коль, езжай, составляй смету, я через полчасика буду. Хорошо. Идём в магазин. Что будешь? Я, правда, не могу пить, прости, много работы, энергетик можно. Обижаешь, убери кошелёк. Будьте добры Охоту крепкую и вот то, что он взял. Девяносто восемь рублей. Не вопрос, дорогая - ща. Стой, не выходи. Какие-то проблемы? Ну, ты ж понимаешь, распитие в общественных местах. Ты боишься? Ты ж это, депутат, вроде или силовик - где ты там работаешь? Закон есть закон. Ну не в магазине же, честное слово. Давай вон туда за помойку спрячемся. Ну, с праздничком тебя. Спасибо, племяш, спасибо. Можешь меня и с повышением поздравить. С повышением? Да. Раньше мы со шпионами боролись, теперь вот переходим на коррупцию. А это, как понимаешь, дело более прибыльное. Понимаю, понимаю. А твои как? Отлично. В основном на оргии хожу. Что?! Да, хожу на оргии в ночные клубы. Тыц-тыц, шпили-вили. Шутишь? Нет, взаправду. Только этим и занимаюсь в свободное от работы время. То есть... банька там, девочки - так? Нет, что ты, родной. Это проституция уже. А тут всё по любви. Клуб, человек триста. Все трутся друг о друга. Красота! Ну... я надеюсь... там без гомосятины всякой? А что, ты против гомосексуалов? Ну, я может и не против, пусть живут, хе-хе, но ты ж понимаешь. Нет, не понимаю. Ну у нормальных пацанов, ты даже если за ручку с заднеприводным поздороваешься, тебе больше руки не подадут. А! Ну я-то здороваюсь только так. На День Города недавно ходил на крыши в большой компании гомосексуалов, на закрытых вечеринках опять же - есть пары разные. Или вот мы недавно социальный артпроект делали на деньги немецкого фонда, у нас там разные участники были, в том числе геи, и ВИЧ-положительные тоже, причём открытые блогеры на эту тему. Ну, а сам-то?.. Всякое бывает, дядь, всякое. Искусство и ничего личного. Похлопываю его по плечу. Он весь съеживается от прикосновения. Ладно, я побегу - работа.

Ну как выпил с родственником? Отлично. Очень надеюсь, в следующий раз он сделает вид, что не узнал меня.

Перед тем, как я сюда пришла меня изнасиловали и отпиздили

Однокомнатная квартира, ставшая мастерской. Нестандартная планировка - одно окно, от которого вся квартира углубляется к центру дома, а потому кухня без окон - глухой квадрат. Когда строили этот дом, предполагалось, что это будет студенческое общежитие с комнатами по периметру общего плана и общими коммуникациями. Почти всё пространство в комнате заставлено холстами, на которых в разных скрученных позах мастурбирующие лысые уродцы. На подоконнике пирамиды художественных альбомов и пыль. На столе на кухне банки строительной эмали, акварель, нарезанный небольшими прямоугольниками пивной картон. Вся стена перед столом в пришпиленных скобами набросках с секс-вечеринок и домашних оргий. Я метаюсь из угла в угол. Натягиваю штаны, роюсь в кладовке с материалами, собираю в рюкзак: блокнот, маркеры, автоматические китайские кисти. Параллельно разговариваю, перенося с места на место телефон в режиме громкой связи.

Но это ведь не искусство. Он не живописец, а просто клоун. Не могу быть так категоричен - молодой, наверно слишком. Я люблю хорошо придуманные циклы, а есть там в его картинах живопись или нет. Так ли важно? Это всегда важно. Что, если не это? Вопрос тебе, может, кажется риторическим, но на него можно целую лекцию сделать, и так и назвать: что, если не это. В этом вообще магия цикла: с каждой следующей работой идея становится одновременно и более цельной, и более детализированной в то же самое время. Кстати! На днях вот списывался с одной фотохудожницей, у неё какой-то авторский проект, снимает разные-разные мастерские питерских художников. Отправил ей пару снимков. И как? Не вдохновилась. Может, ей нужны просторные союзовские мансарды, а может, твоя, с тех пор, как я в неё въехал, выглядит, как берлога маньяка, с которым лучше не общаться. Смеётся. Кашляю. Ты так и не поправился? Простуду вылечил точно. Но она, кажется, ушла вниз, мокрота отходит. Не вздумай запускать. Ладно, пап, я выхожу уже. Работаешь? Не. Поеду пива попить, а потом на лекцию по свободным отношениям. Ну, после пива отношения точно становятся свободнее. Это да. Давай, родной, обнимаю. И больше отдыхай.

Отключаю телефон. Подхожу к холодильнику, на котором стоит старенькая двухкассетная магнитола. Включаю радио с популярной музыкой. Десять минут сижу за столом, набрасывая в тетрадь фразочки из модных сегодня у молодёжи песенок. Обуваюсь, не отключив приёмник - пусть долбит, пока меня нет.

Возле метро стоит передвижной пункт вакцинации. Из динамиков на повторе: ПРИВИВКА ЕДИНСТВЕННАЯ НАДЁЖНАЯ ЗАЩИТА ОТ ЗАБОЛЕВАНИЯ И ЕГО ОСЛОЖНЕНИЙ. Прежде, чем спустится вниз, отхожу в сторону от потока людей и хорошенько прокашливаюсь. Поправляю воротник, накидываю капюшон, спускаюсь.

Выхожу из метро, встречаюсь с другом. Говорю теперь сильно в нос. Привет, давай поскорей какой-нибудь бар с нормальным туалетом найдём, мне срочно прочиститься надо. Посрать? Не, просморкаться. Болеешь что ли? Не боись, если не будем целоваться, не заразный. Это уже даже не сопли, а гной. У меня, кажется, после простуды гайморит опять начинается. Во блин. Ага, может, опять придётся пробивать перегородку, но может и пронесёт, если не всёрбывать в себя: вот и бегу продуть и прокашляться. Ну пойдём.

Возвращаюсь из туалета. Приносят пиво. У нас сегодня акция на колбаски: при покупке двух, третья в подарок. Нет, спасибо. Если бы ты мне написал хотя бы вчера, я бы мог поспать на час дольше? Это как? Я рассказывал тебе, что хожу в Артмузу на наброски обнаженки. Да, говорил. Ну и чтобы успевать туда, прихожу на работу на час раньше. Извиняй, я сам не знал. Я ж подписан на миллион всяких тематических групп, и вот буквально утром пришло оповещение. Но зато у тебя с собой всё для набросков есть, так что можешь присоединиться. Не знаю. Непривычно. Одно дело фигура стоит, не рыпается, другое - живые скетчи. Во-первых, это тебе не секс, тут люди будут сидеть в основном. Во-вторых, рассказываю несколько нехитрых правил. Первое. Начни с зарисовок самого пространства - угол, столик, полочки. Расслабишься, войдёшь в ритм, почувствуешь масштаб пространства. Когда в листе уже какой-то угол решен и держит композицию, легко набросай в оставшиеся пустоты пару характеров: лёгкие живые каракули в соседстве с проработанными деталями интерьера уже создадут приятную картинку. Но в этих первых взглядах на персонажей - хватай самые существенные детали - необычную причёску, аксессуар, принт на футболке. Так все окружающие постепенно станут для тебя знаками - два-три штриха поверх любой каракули - и точно - она. Потом накидывай массы людей - сидит группа из трёх-пяти - схвати общий контур, а дальше внутри заполняй теми самыми знаками, которые каждому присвоил. Потом уже переходи на отдельных персонажей: запомнил позу, набросал её в основных точках, а дальше можешь и не смотреть - и так помнишь все говорящие детали. Так, я снова в туалет.

Стоим возле указанного адреса. Он смотрит в телефон. Курим. А это точно тот адрес? Куда нам идти. Не знаю. А! Подожди, это точно тот дом. Сейчас увидим, куда. К нам приближаются девушка и худой двухметровый парень в круглых очках. Я расплываюсь в улыбке. Привет. Обнимаемся. Они проходят. Мы проходим за ними. Зал постепенно набивается. Мы с другом стоим у стены. Многих здесь знаешь? Некоторых периодически видел. Но издалека, не так чтобы общаться. Только рисовал. В центр выходит крупный мужчина с густой бородой и хохолком мелких кудрей. Всем привет. Меня зовут Ян, и я полиамор. Здесь у нас проходят регулярные встречи нашего дискуссионного клуба "Плюс один", а почему он так называется, и что это значит, мы с вами сегодня и выясним. Сегодня у нас лекция для новичков, мы проговорим основные понятия, все основные формы полиамории и так далее. Но сначала я немного расскажу о себе, а потом все по кругу тоже представятся и скажут о себе то, что хотят. Итак, как я уже сказал, я полиамор. Я женат. Но кроме жены у меня есть и другие отношения романтического характера, как и у неё. Мы были традиционной парой, пока не поняли, что хотим влюбляться ещё в кого-то.

Начинаю делать заметки на полях или прямо над теми персонажами, которых уже успел выхватить и запомнить. Крупный глуповатого вида мужчина в красной шапочке а-ля Кусто. Театральный режиссёр. Зачем он здесь? Возрастная пара, восемнадцать лет вместе. Просто интересуются. Оба ли? Он с пузиком, но неплохо прокачанными руками - в чёрной узкой футболке. Она в не по погоде тёплой куртке, накинутой, как плащ, смотрит с презрением. Девушка с розово-радужными волосами в полосатом чёрно-белом свитере с подругой. Подруга тёмненькая, в чёрном комбинезоне с принтом - скелетом. При знакомстве с мужчинами, отправляет им анкету с прощупывающими вопросами. Любопытно. Рядом с ними плюхнулась худая блондинка. Сколько ей? Шестнадцать. Смотрит на всех вызывающе. Когда очередь дошла до неё громко: а ещё перед тем, как я сюда пришла меня изнасиловали и отпиздили. Неловкое молчание быстро сгладили стандартными для всех представившихся аплодисментами зала. Очередь доходит до меня. Привет, я Арсений Журавлёв-Сильянов, и я необщительный.

Переглядываюсь с другом, предлагая выйти на перекур. Выходим. Долго прокашливаюсь, потом закуриваю. А тебе можно курить? Думаю, нет. Я в шоке. Помнишь девушку, с которой мы обнялись на входе? Ну. Мы сто лет назад познакомились, и я помню, как она рассказывала, что только-только открыла для себя всякие тематические встречи. Потом вижу - она на каждом Событии, в группе, посвященной подвесам. Подвесам? Ну - когда на крюках. Арххх, даже думать больно. Погоди. Так вот, в группе подвешивающихся видел, что она не просто на крюках - аккуратненько к потолку - нет. У них там новая забава - роупджампинг с крюками. Тебе протыкают спину, привязывают к эластичному канату, и ты прыгаешь с моста. Мать твою! Но это ладно, я удивлён сегодня не меньше. Она оказывается уже в высших советах всей этой российской полиаморной тусовки - слышал, как представилась?

Возвращаемся в зал. Там вовсю Ян перечисляет плюсы полиамории. Честность, открытость, разнообразие, психологическая поддержка, финансовая безопасность в полиячейке, совместное воспитание детей - всегда можно пойти на свидание, оставив ребёнка не левой няньке, а ещё одному члену любящей семьи. Теперь, чтобы понять, что такое полиамория, всех просят встать в круг. Ян выбирает одного из присутствующих, и берёт его за руку. Тот тоже. Кто-то не соглашается на контакт с одним, но соглашается быть в цепочке с другим, и так пока круг не превратился в сложную паутину контактов, пересечений и несовпадений. Пятиминутный перерыв. Подходит девушка в комбинезоне со скелетом. Привет, ты Арсений? Да. Я запомнила. Я всегда в начале запоминаю тех, к кому хочется подойти. А я вот, прости, не запомнил. Кэт. как в Брате? Точно. Привет, Кэт. И часто ты на таких мероприятиях? Год уже не ходила, в основном по секс-вечеринкам. А. Ну по секс-вечеринкам и я ходок. А вот так, чтобы одетыми поговорить - это впервые. Все снова рассаживаются. Кэт уходит в свой угол. Я дожидаюсь, когда с улицы вернутся все, выходившие на перекур, и снова приглашаю друга взглядом.

Прокашливаюсь. Аааа! Внутри кошмар, где-то на уровне груди ощущение гнилого болота с комочками, а сверху жжёт от сухости. Фигово тебе. Есть такое. Ну как? Немного сектой отдаёт. Заметил, что арка, на фоне которой Ян выступает на алтарь похожа? Ты прав, братишка, тут к гадалке не ходи. Смотри, лекция якобы вводная, самые базовые понятия. При этом примерно четверть зала, из тех, кого я более менее узнаю - отлично знают всю тему, и не первый год в ней. Сидят, скучая в телефонах, распределились по залу. Но стоило объявить перерыв - видел, как именно они активизировались. Особенно мальчики. Ты же сам с девушкой общался, когда следить успеваешь? То есть по-твоему нас вербуют? С поправкой на то, что я пришёл сюда быть завербованным.

Возвращаемся. Как вы видите, минусы полиамории - это те же трудности, что и в обычных отношениях. Но при этом, очень немногие, особенно взрослые люди, согласны жить в полиячейке. Из-за этого у полигамных людей часто либо сильно снижается ценз, и они готовы строить семью с просто симпатичным человеком, готовым принимать полиаморию, либо, если ценз не снижается, ты ощущаешь себя полиамором, говоришь об этом прямо и открыто, но никого у тебя нет. Продолжаю перемещаться по залу, делая зарисовки из всех удобных углов. И вправду на алтарь похоже. За Яном большая кирпичная арка, подсвеченная гирляндой из крупных лампочек, в арке висит большой ловец снов, бумажный журавлик, панно с головой оленя. Остальные стены оформляют пазлы и - почему-то - ветки деревьев. Итак, теперь вы понимаете, как сложно бывает полилюдям найти себе партнёра. Давайте сейчас в качестве эксперимента все попытаются подойти к кому-нибудь и заговорить о гипотетической возможности создать нестандартную ячейку. Почувствуйте, как это бывает. Двадцать минут.

Снова подходит Кэт. Встаёт боком, оперевшись на подоконник - так, что наши плечи соприкасаются. Ну, что тебе сказать, Арсений. Поворачиваюсь к ней. Переезжай в мою мастерскую. Ха! А если я соглашусь? Тогда ты утонешь в грязи. Я сама отлично привожу с собой грязь. Вот поэтому и утонешь - пока у меня по пояс. Я привезу с собой чистящие средства. Отлично. Но я не из тех, кто любит убираться. Если будешь подгонять меня плёткой, я отлично уберусь сам. Или есть другой вариант: у меня в потолок вбиты анкера - можно поделить территорию на зоны, отмерить разной длины верёвку с ошейником, и убираться по очереди, не выходя за отмеренную длину. А почему ты говорил, что не общительный? Потому что это так. А расскажешь про свои вопросы, которые ты отправляешь мужчинам? Хочешь пройти? Хотя бы несколько. Давай топ три. Считаешь ли ты, что женщины моногамны, а мужчины полигамны? Нет, чаще встречал наоборот. Что для тебя измена? Обман. Ненавижу, когда мне в лицо врут. Что для тебя слово "блядство"? Отличное слово, очень эмоционально заряженное, люблю его. Когда тебя спрашивают: "сколько у тебя было женщин?". Что ты будешь подразумевать под словом "было"? "Было" нисколько - ни одна ещё не умерла. Приобнимаю её, целую в макушку. А про себя что бы ты хотела рассказать? Прижимается чуть сильнее, я чуть сжимаю ей шею, поглаживаю от плечей до затылка. Про себя? Я на восемьдесят процентов кинестетик, на десять сапиосексуал, на десять - дигитал - цифры люблю. Помню все даты всех свиданий со всеми партнёрами, и не только. Интересно. Что ещё? Коллекционирую первые поцелую. Прям коллекционируешь? Да. Опасное хобби. Почему? Заядлому коллекционеру всегда не хватает ещё одного артефакта на полку, даже, когда места на полке уже нет. Отлипает от подоконника, обнимает меня. Утыкаюсь носом в её шею, целую ключицы, поднимаюсь к уху. Прости, девочка в костюме смерти, сегодня я твою коллекцию не пополню. Только сегодня? Я так далеко не загадываю. Обменяемся телефонами? Конечно.

Все снова рассаживаются. Ухожу на улицу один. Прокашливаюсь, оперевшись на стену над мусорной урной, чтобы выхаркать всё, что выходит. Вытираю слезы. Возвращаюсь. Блок вопросов. А правда, что все полиаморы - нищеброды? Есть такой миф. А вот поднимите руку, у кого доход от миллиона рублей. Поднимает сам Ян и ещё один пухленький парень. Ты полиамор? Да. Ну вот видите, все разные. Другое дело, что среди полиаморов очень много молодых людей, студентов, а в этом возрасте ещё мало кто крепко стоит на ногах. Но все взрослеют, устраивают свою жизнь. Ха - в общагах всегда была полиамория, ещё до того, как вы это слово придумали. Руку поднимает режиссёр. Меня смущает вот что, как это соотносится с тысячелетней культурой любви, с русскими традициями, гармония, мужчина и женщина, инь-янь. Ян расплывается в хитрой улыбке. Вот поднимите руку, кто бы хотел быть для кого-то другого - единственным. Руки поднимает сам режиссер, супруга с двенадцатилетним стажем, демонстративно отворачиваясь от мужа, несколько молодых людей, пришедших к середине встречи. Из дальнего угла тут же поднимает руку один из тех, кого постоянно видел на Событиях. А я задам другой вопрос залу: что для вас важнее, быть единственными или быть любимыми?

Встреча заканчивается и мы спешно выходим, потому что у меня уже нет сил сдерживать кашель. Немного стоим у входа. Выходит блондинка, которую перед встречей изнасиловали, под ручку с медведем. Медведь пришёл на последней трети встречи и аккуратно сел рядом с ней, держал за руку. Уходят, переругиваясь. Остальные, видимо, продолжают знакомиться друг с другом. Уходим.

Почти бегом добираюсь до мастерской. Открываю дверь. Из приёмника играет Тима Белорусских:
Но мы доплыли, по пути на дно тянуло судно.
Такое вряд ли я забуду
И без фальши, и пускай наивно до жути.
Просто шагаем дальше, знаем, всё будет лучше.
Не раздеваясь захожу в туалет, дверь на распашку. Нагибаюсь над толчком и начинаю кашлять, пытаясь выхаркать гной.
Всё остальное пускай решит случай.
Ты только мне скажи, если я стану скучным.
И в этот мо-о-оме-е-е-е-нт.
Наконец получается выхаркаться, но комок застревает в горле, и я начинаю выблёвывать выпитое пиво.
И все мои сюжеты по твоим картинка-а-а-м
Девочка-разноцветная витаминка-а-а-а.
Сегодня я буду любить тебя сильно-а-а-а
Пока в моей голове действие витамина.
Поскольку, кроме пиваса, ничего сегодня не ел, продолжаю блевать желудочным соком пополам с соплями.
И все мои сюжеты по твоим картинка-а-а-м
Девочка-разноцветная витаминка-а-а-а.
Сегодня я буду любить тебя сильно-а-а-а
Пока в моей голове действие витамина.

Умываюсь. Снимаю рюкзак. Достаю блокнот. Вырываю листы. Включаю сканер. Двадцать минут сканирую все наброски. Потом перехожу с ними на кухню. Выключаю нахер радио. Смотрю на стену с пришпиленными листами, на которой уже нет свободного места. Достаю строительный степлер.
Тыщ. Тыщ. Тыщ. Тыщ. Пинк! - приходит сообщение на телефон. Привет, это Кэт. Можешь дать телефончик своего симпатичного друга?

Пронзительная история извращенца

Точка отсчёта. Четверг. Девятнадцатое сентября. Три часа ночи. Маленькая уютная комната с золотистыми виниловыми обоями простого орнамента. Тахта на коротышку. На прикроватном столике горит ночник. Лежу под колючим пледом. В джинсах, носках, в толстовке размера на четыре больше моего. Трясусь. Около стоит красный пластиковый тазик. Из телефона играют Смысловые Галлюцинации. Я мог бы стать рекой. Быть тёмною водой. Вечно молодой, вечно пьяный.

Ровно за неделю до этого. Мастерская. На подоконнике пирамиды художественных альбомов и пыль. На самой вершине одной из пирамид - единственная непыльная книга, толстый альбом в золотой обложке. Балконная дверь, за которой нет балкона - выход для суицидников, отгороженный приваренной решёткой, открыта. Я стою в трусах, опираясь коленями на решётку. Вес тела выдерживает. Курю. Разговариваю по громкой связи.

У них достаточно зажигательные песни. А песни ли это? Что ты имеешь в виду? По-моему, песня это не просто музыка и крики, там должна быть поэзия. Всё бы хорошо, и я бы с тобой согласился. Только твой Окуджава про секс не пел, вот, видимо, мне и не интересно. Ты знаешь, я когда-то изучал эту тему. У меня было много альбомов. Ты какие-то мог видеть у бабушки. Мы, когда из Германии вернулись, я все книги с собой привёз, а в Швецию уже не стал брать. Там, такой, в золотой обложке, можешь поискать. Очень интересный альбом. В нём собрана эротика от наскальных росписей и греческих ваз на тему оргий до двадцатого века. Смеюсь. Оооо. Я отлично помню эту книгу, папа. После того, как ты её забыл проездом из Германии, она стала моим главным детским развлечением. Поначалу к искусству это не относилось, но, знаешь, всё то, что я сейчас рисую - всё оттуда пошло, из этой книги. То есть опять у тебя я во всём виноват? А как же иначе? Всё из детства. Это же творческая биография. Ну кому нужны просто картины без щемящей драматической истории? Что-то вроде первосцены. Первосцена это про другое. Про другое, но я же не мог видеть, как там вы с мамой... А тут - художественный альбом забытый отцом-эмигрантом - красота. Персональный миф. Тушу окурок в поллитровой банке с водой и размокшими фильтрами. Переношу телефон за собой к шкафу. Достаю джинсы. Ну вот там, если посмотришь, есть очень хорошая графика Бердслея. Обрати на неё внимание. Тебе чего-то такого не хватает. Возможно. А может уорхолинки какой-нибудь весёлой мне не хватает, и своей Фермы. Но это ведь не искусство. Он не живописец, а просто клоун.

Четверг. Девятнадцатое сентября. Около шести часов вечера. Поднимаюсь по эскалатору. Мишаааня! Дай пять! Давно ждёшь? Не... Только подошёл. Вот лось, всё время забываю, какой ты огромный, чучело двухметровое! Что нового в мире поп-музыки, сколько хитов записал? Как обычно - ноль. Три фонемы за месяц, и те говно. А как твои членорисунки? Мои - просто шедеврально: вышел на новый уровень. На днях одна какая-то малолетка написала, что хочет мне дать, если я её во всех ракурсах нарисую. Ну? Попросил прислать скан паспорта и заодно описать свою кредитную историю. Мне вот за мои песни даже отсосать никто не предлагал. Что может быть проще? Открываешь канал "Куплетик за минетик" и кидаешь туда все свои фонемы. Ну нет, я не такой изврат, как ты. А я не виноват, это всё секс тысяча девятьсот девяносто четвёртого года. Что? Ты не слышал про Майкла Нинна? А должен? Это легенда порноиндустрии. Его родила какая-то несовершеннолетняя и выкинула в приют, он поднялся, взял себе псевдоним - фамилию любимой писательницы эротической прозы, в двадцать он уже художественный руководитель рекламного агентства, а потом - как начал порношедевры клепать. Это матрица в порноиндустрии своего времени, а не картины. Дай зажигалку. Рассказываю. Первый комп. Про интернет и не заикался. Жильцы с дедовской квартиры съехали, я тогда у бабушки жил, и когда помогал наводить уборку нашёл клад. Три диска в квадратных коробках. Один какой-то фильм от Прянишникова, второй Белые ночи Санкт-Петербурга. Да-да! Помню этот фильм! У тебя тоже был? Ага. Там бабы костлявые, страшные были. Фу на тебя! Хорошие были девочки, а главное, какие виды! Вот одну на лестнице Русского музея шпилят, вот другую на набережной, на фоне мостов разведённых - открыточка просто! На любителя. Ну не суть, это всё шлак, потому что главный шедевр - "Секс" Майкла Нинна девяносто четвёртого года фильм. Вот эта хрень изменила мою жизнь навсегда, до сих пор пересматриваю, пуская ностальгическую слезу. Слезу? Не слезу.

Представь, антуражная музыка, чёрно-белые кадры, пыльная заправка где-то в американской пустыне. Реклама Кока-Колы. Дремучий старичок в классических казаках видит блондинку в кадиллаке, она напоминает ему историю молодости. Флэшбэк: вот он накаченный красавчик с мелко вьющимися локонами ниже плеч. Они ссорятся. Он сидит в своей облезлой халупе, освященной голубым дымным светом из окна, на котором медленно вращаются лопасти встроенного вентилятора: вжух, вжух. На облезлом зеркале её полароидные снимки. Воспоминание внутри воспоминания. Вот он её обнимает. Постерно-голубое небо, песчаный горизонт, кадиллак посреди безлюдной трассы. Она в белёсо-голубой классической чуть мешковатой джинсовке из рекламы баблгама девяностых поверх лёгкого летнего платья. Он в белой майке, которую завязывает в узелок, чтобы оголить пресс, и чтобы не мешалась. Не раздевает её, а задирает платье и сдвигает трусики в сторону. Над ними перистые облака, под ними красная кожа салона и глянец крыла ретрокара. Что-то мне подсказывает, что ты описываешь лучше, чем оно есть. Ничерта. И это только начало. Там каждая сцена в своей атмосфере. Есть на фоне стены экранов в полумраке, все в латексте: одна блондинка журнальная, две в чёрных париках каре, типичный злодей - бородатый с мерзким хвостиком. Всё, заткнись, не хочу, чтобы в магазине услышали. А то ещё не то подумают. Мы заходим в продмаг. Берём по два пива. Стой! Миша стоит у полки с крепышом. Вот думаю, стоит ли брать. Хуже не будет, давай возьмём. И Колу не забудь на разбавон.

Где-то полгода назад. Конец зимы или начало весны. Чистенькая квартира с икеевской мебелью, на которой не стоит ничего. На полу возле кровати упакованные коробки и мешки. Отдельно, в самом безопасном углу - коробка с разобранным синтезатором. Под пледиком я и большеглазая блондинка. Из под пледа торчит левая нога с комом джинсов. Правой аккуратно сбрасываю ком, убираю обе ноги под плед. Я не виноват. Всё из детства. Ну давай, поведай мне пронзительную историю, как ты стал неспособным к отношениям извращенцем - удиви. Пронзительная история извращенца. Всё началось, когда я переехал во Псков к маме. Она забрала меня у бабки в пятом классе. И в съёмной псковской квартирке я нашёл несколько удивительных артефактов. Во-первых, подборку кассет Романтическая Коллекция с эротикой на обложках. Помнишь такие? Нет. А я до сих пор переслушиваю музыку с этих альбомов только ради эротических воспоминаний. Но это ещё не всё. На верхней полке была книга Аноис Нинн. Это писательница эротических историй, Генри Миллер в юбке. А вот это сексизм. Забей, она лучше, Миллер - это Нинн с деффектом между ног. Как они там тёрлись о кожаные кресла - ах. И вот мама ещё на работе, в театре, я прихожу из школы, беру одну из кассет - выбрав на сегодня по настроению девушку, достаю книгу, ложусь на свою маленькую тахту в детской, снимаю штаны, в изголовье кладу изображение, под член засовываю подушку, читаю и трусь. Фу...Ты мерзок. А то! Давай на плечо ложись, заяц. А ты понимаешь, что, возможно, мы уже никогда не будем вот так лежать всю ночь и просто нести херню. Ты не станешь жалеть об этом. Почему ты так думаешь? Всё просто, уезжаешь ты не на край света, в Питере бывать будешь, значит это будет твой выбор, не проводить со мной ночи. А почему ты можешь сделать такой выбор? Ну и почему? Потому что втрескаешься по уши в кого-нибудь. Согласись, в этой ситуации вряд ли ты станешь ностальгировать по мне. Ты же хочешь влюбиться? Хочу. Ну вот так и будет, поверь. Ещё и просто общаться со мной перестанешь, как с неудобным знакомым из прошлого. Нееет. Отвечаю. Я в таких вещах никогда не ошибаюсь. Что, много раз не ошибался? Помню выпускной, он у нас проходил в яхт-клубе на Финском заливе. Везёт вам. Да, с пафосом было - художественно-эстетический лицей, как-никак - мы первые по статистике подростковых суицидов по Питеру! Так вот, там на пляже закрытые беседки. И собрался в одной такой беседке наш класс. Не весь, но большинство. А выпускной класс это ж такое время, все за год наперевлюблялись, наперевстречались, постоянное щемящее чувство - последний год вместе - с самого сентября не покидало, а тут - взрыв. Ну и пьяненькие все, понятно. Сидим. И по кругу все начинают: какие же мы все классные, лучшие люди в их жизни, давайте не теряться, давайте каждый год к учителям вместе ходить, какие мы друзья навеки, и клятвы, чтобы никакая личная жизнь, никакие жены, мужья и любовники не были важнее этой дружбы. А я сижу и говорю: чушь всё это, послезавтра разбежимся и плевать друг на друга будет. И казалось бы такая же банальность. Только мало того, что я прав - это бы не беда. А беда в том, что вот у меня-то ровно, как они описывали: двенадцать лет всё та же тоска по выпускному классу, хоть каждый день бы всех собирал. А им своя жизнь. С бывшей вот тоже. Она постоянно: ты меня любишь? Я ей говорю: вот как влюбишься сейчас, как начнёт под сердцем зудеть. Ты сейчас не прикалывашься? В смысле? В смысле. Я завтра уезжаю, мы, может последнюю ночь вместе, а ты мне про бывшую жену, и как любишь её решил в постели рассказывать?

Девятнадцатое сентября. Часы на микроволновке показывают двадцать тридцать три. Под столом две пустые бутылки. На столе две полупустых. Всё из детства, Мишаня. Я вот помню, мне четыре года. Я тогда у бабушки обычно жил, но мама иногда на месяц-другой забирала меня к себе. У неё была комната на Жуковского. Это около Восстания? Да, к Литейному. Так вот, комната была на первом этаже, там сейчас какой-то салон цветов и подарков. А тогда обычная ссаная коммуналка с эротическими постерами в коридоре. Окно выходило на улицу, а вход в подъезд был из колодца, поэтому к нам всё время гости в окно ходили. Постоянно какие-то художники, гитаристы-самоучки, даже фокусники, что ни вечер - круглый стол. А в дальнем углу тахта маленькая - я на ней, под настольной лампой. И вот утром просыпаюсь. Подхожу к маминой кровати, а там дядя Миша-психиатр с мамой под одеялом. Я начал стаскивать с них одеяло, на меня кричать, я дальше тяну - весело вредничаю. Тут дядя Миша во всей красе, как пухленький Адам, встаёт, засовывает мне голову между ног и лупит по жопе. Вот с тех пор у меня, наверно, бдсм-фантазии и возникли. Стооп, завираешься, друже. Ты мне пару часов назад рассказывал, что твою жизнь порнофильм изменил. Ну не то, чтобы совсем соврал. Я же сказал: меня изменил секс тысяча девятьсот девяносто четвёртого года. Я, может, об этом песню в старости напишу. Говно песня получится. Почему? Ты не понимаешь. Песня это тебе не стихи. Так это не работает. Поясни. В стихах делают картинку: строчка - картинка, образ. Понимаешь? Да. А в музыке ничерта не так. В песне строчка должна рисовать эмоцию, не картинку. Каждая строчка должна рисовать эмоцию. Меркури гений всех времён. Почитай его тексты. Михаил поёт пьяно, но чисто: Mamaaa, life had just begun! Понимаешь, это не образ, это чистое настроение. Ну окей, ты знаешь, как писать хиты, что ж не пишешь? Не могу. Вообще ничего не пишется. Почему? Ааааа... Вот после альбома. Вернее даже два ключевых события. Первое - это то, как я грохнулся с эскалатора башкой - метров пять собирал ступени затылком. МРТ в норме, но голова постоянно кругом ходила - вертолёты двадцать четыре на семь, говорят - психическое. Второе - выход альбома. Эту ночь я помню во всех деталях. Альбом уже полностью готов, сведён, обложка нарисована, описание составлено. Нужно только нажать кнопку "Опубликовать". Но у меня в тот же месяц выходил трек на сборнике, и я отложил на несколько дней, чтобы разом бомбануть. Понимаешь, мечты, что вот так - с одной левой сейчас ворвусь и всё переверну к чертям. Ещё один переворачиватель игры? Да. Блины б вам печь, а не музыку делать. Ну так вот, сижу с утра на иголках. Приходит оповещение, что сборник выложили, я к ноуту. Бац. И хожу по комнате. Пот ручьём. Провал? Да нет. Не успех из сказок, конечно. Но мне сразу куча полезных людей написало, совместки предлагали, широкую публикацию любого следующего материала, типа следующий альбом продвинуть. Ну и? А у меня, как будто дверь захлопнули. Пустота. И вот тут началось. Я стоял на эскалаторе. И вдруг сердце просто забилось, как в истерике. Тело свело, ни сдвинуться, ладони потные. И всё. Каждый раз, как подхожу к спуску. Не могу. И писать не могу. Такое же чувство, как в метро. Тебе прозу писать надо, ты в курсе? А я пишу, хочешь прочитать? Но это сценарий. Хорошо, только доставай коня с колой.

Переходим в гостиную. Посреди комнаты стоит студийный микрофон. На рогатой люстре вешалки с прищепками, между которых зажат уголком в сторону пения - плед. В красном углу комнаты виниловая пластинка Queen. От микрофона провода к ноуту. Сейчас найду. Вот, читай. Сажусь на пол в лотос, утыкаюсь в экран, похлёбываю коньяк с колой. Давно пишешь? Только начал. Миша, продолжай! Не бросай это дело. Кончай прикалываться. Я серьёзно. Хочу увидеть эту историю доведённой и экранизированной. Одно замечание. Какое? Ну вот нахрен ты начинаешь с такого штампа? Выстрел в сердце и типа в момент перед смертью - проносится вся жизнь. Избито. А ты сам мне скажи, о чём бы ты думал перед смертью? О том, что цветок на подоконнике никто не польёт, и он сдохнет без меня. У тебя в мастерской нет цветов. Это была бы вторая мысль. Я думаю, есть миллион других способов заставить героя вспомнить ключевые события своей биографии, стрелять себе в сердце для этого не нужно. Ты не шаришь - это символизм. Симфаллизм это. Симфаллизм это твои рисунки. Вот за это и выпьем. Но ты меня послушай, я в таких вещах не ошибаюсь - продолжай писать это дерьмо.

Две тысячи седьмой год. Начало лета. Петербургский яхт-клуб. Я выхожу из беседки. На мне кремовый костюм, выбритая наголо перед последним звонком башка уже подобросла, вдоль правой щеки свежий ожог от раскалённого перочинного ножа. На набережной столики. За одним из них сидит Диман, весь в коже с заклёпками, пирсинге, с хаером ниже плеч. Рядом с ним Света в нежно-голубом платье, явно мёрзнет. Оба из параллельного класса. Подхожу сзади, накидываю ей на плечи свой пиджачок. Оборачивается, улыбается. Сажусь к ним, вслушиваюсь в беседу. Секс - это музыка, это виртуозная басовая партия. Я, когда играю, как будто занимаюсь сексом с самой отвязной гурией. Димон! - поднимаю свой стакан с каким-то дешёвым винищем, я хочу тебя поздравить. Больше ни один завуч не станет срывать с тебя пентаграммы и цепи, требовать от твоей мамы, чтобы ты приходил не в кожаных в облипку штанах - счастье, рок-н-рольщик повзрослел, за тебя! В этот момент из банкетного зала выходит девочка в красном платье в крупный горошек и уходит к куда-то за все беседки, я поднимаюсь и быстро иду за ней.

Привет. Привет, весь вечер вместе пьём за одним столом, наконец решился со мной заговорить? Вот только не надо про то, что тарелку об пол ты из-за меня разбила. Почему не со всеми? Мне и одной хорошо. Одной или с Гариком? Вы так классно танцевали. Может это тоже для тебя было. Ты свой выбор сделала: двадцатилетние педофилы тебе милее. Ну тебе-то, в отличие от меня, семнадцати ещё не исполнилось, так что меня хотя бы саму не посадят за совращение малолетних. Уже посадят, назад не отмотать. И что мы будем делать? Ударь меня. Не хочу. Давай. Она неловко засаживает мне пощёчину. Я несильно даю в ответ. Ещё! Бьёт сильнее. Я тоже. Ещё! После её удара, хватаю её и целую. Пойдём, скоро начнётся салют. Она опирается на перила на веранде банкетного зала. Я стою сзади, прижавшись, закрывая ладонями её уши. Невысоко над водой разрывается закупленная родителями пиротехника. Гром и вспышки.

Утро двадцатого сентября. Бодро выхожу на кухню, где в кресле умирает от похмелья Мишаня. Ну ты, человек-оркестр. Коля говорил, что ты пить не умеешь, но что настолько. Меня устраивает. Вот смотри, ты, как кусок говна тут страдаешь, а я чистенький, свежий, выспавшийся. Прочищаться полезно, я в обычные-то дни таким бодрым не просыпаюсь. Прям новая жизнь. Но вообще странная ночка вышла. У меня после каждого очередного фонтана - новое какое-то воспоминание, хаотично. Вся жизнь перед глазами. Кончай стебать мой сценарий, жалею, что показал тебе, теперь ещё год меня дрочить будешь шутками дебильными. Не, я правда, зуб даю. Пошшшёл ты.

Спускаюсь в метро. Прохожу рамку, турникет. Вот передо мной бесконечно длинный спуск вниз. Останавливаюсь. Несколько секунд нерешительно смотрю на сползающих людей. Достаю наушники, врубаю Смысловые Галлюцинации на полную, Зачем топтать мою любовь, её и так почти не стало. Я разбиваю руки в кровь. Я не сошёл с ума - так надо.

Срываюсь что есть мочи бежать по левой стороне эскалатора, перепрыгивая через две ступеньки.
Наверняка, тётка из будки что-то верещит, но я не слышу.

тратататататата - перебираю кроссовками.
Спотыкаюсь. Теряю равновесие.
В голове проносится: ТВОЮ Ж МАТЬ!!!! -
фух, удержался.
Сердце колотится.
Расплываюсь в улыбке.
Ступени подъезжают к спуску.

Что делать асексуалу с небритыми ногами

А в апреле вернулась на твой болевой порог, повалилась: "Малыш, не парься. Пиздец гастролям. Катя Солдатенко

Двадцать третье сентября. Станция метро Садовая. Большая скамейка для встреч в центре зала. Стою, уставившись в телефон, время от времени, с каждым новым прибывающим поездом, поглядывая поверх вытекающей толпы. После пятой электрички с каменным лицом выключаю экран, неторопливо убираю в поясную сумку, после чего расплываюсь в улыбке, раскидывая широко руки.

Привееет! Миниатюрная девушка обнимает меня, потом смотрит, быстро чмокает в губы и снова обнимает. Привет, московская секс-туристка, как выходные? Еле на ногах стою. Почти не спала. Сегодня у мамы немного. Не торопись, всё сейчас расскажешь по порядку. Где посидим? Знаю тут одно хорошее место. Флоггер-то получила? Да! И он чудесен. Если бы ты пришёл, выпорола бы, как обещала. Так я и остаюсь тематическим девственником при всей любви. Так почему не был? С сыном сидел. Бабушка уехала в Сочи отдыхать, оставить было не с кем. А у бывшей. Выходные стабильно мои. Так что после каждого События, они же по субботам обычно, прихожу к мелкому и стараюсь не уснуть в кубиках Лего. Когда обратно в столицу? Сегодня. Ого, а мне сегодня ещё в одно место. И сколько у нас времени. Час. Быстрые встречи на бегу становятся нашей хорошей традицией. Надеюсь, нет. Поворачивайся.

Маленький крафтовый бар в кирпичном дворике. Подхожу к барной стойке, за которой сидит вусмерть пьяный бородач и пристально смотрит на бармена. Kilkenny две полпинты, будьте добры. Возвращаюсь за столик. Итак, давай с начала. Как вы семьёй в пятницу встретились? Какие игры были, кто новенький? Я почти сразу ушла. Почему? С другом была мы за день не наобщались. А он асексуал, хотя и доминант. И ему не очень все эти взаимодействия интересны. Асексуал-доминант! Потрясающе! Любит делать людям больно? Главное - умеет. Как там у Анзола татуировки звучат? Пойдём со мной, ты пожалеешь, но тебе понравится. Точно! Лучшая форма самоидентификации - по профессиональным навыкам. Я, кстати, сегодня вечером иду на Квирфест, как раз на встречу асексуалов, очень-на интересно посмотреть, послушать, как у них всё устроено. А почему ты в чате называешь себя асексуалом? Настроение такое. За всё лето был один раз, тогда на домашней встрече, и того могло бы не быть, не прояви Лида инициативу. Очень комфортное какое-то состояние. Может пройдёт. А во сколько твой Квирфест? В семь начинается, в десять должен закончиться.

О! Я как раз в поезде буду сидеть в одиннадцать, расскажешь, что как, договорились? Не дам тебе заскучать от унылого вида проплывающих фонарей. Расскажу про искрящуюся событиями жизнь людей без секса. Кстати, о Событии. Что о Событии? Как что? Как сходили? Московский десант нагрянул к питерским голышам, и я хочу знать, как всё прошло. Очень весело. Саша милашка. Какой саша? Который в чате Сатир. А! Петергофский фонтан шуток и “хочу всех, кого вижу”! Он добрый, просто молоденький ещё, сколько ему - двадцать лет, мальчик. Так я без злобы, любя. А мне кажется, он тебе не нравится. Стараюсь не формировать не только заимствоваванного, но даже собственного мнения о чём угодно. Это как? Это правильно? А это сейчас было разве не мнение? Это сейчас была шутка. Не верь мне на слово, просто попробуй, благо, политика на каждом шагу, и можно тренироваться на котиках. То есть тебе всё равно, что гайки закручивают? Я разве так сказал? Не иметь мнения, не значит не действовать в той или иной позиции. Это разговор не на час, прости. Простой пример, помнишь депутат, которого недавно изгнали из нашего закрытого чатика. Так его ж не за то забанили, что он депутат. Он некрасиво по отношению к Майе вёл себя. А что там с пчёлкой Майей? Она немножко жаловалась семье, что, мол, грустно, одиноко, сердечко разбито, погулять бы с кем-нибудь из своих. И я, кстати, знаю немного этого депутата, сразу ему сказала: не пиши ей, у неё таких, как ты, сотня заблокированных. Сам понимаешь, девочка-конфетка. Так нет же, он ей тут же написал, позвал гулять. Она его мягко послала со всеми его мандатами, и этот дурачок тут же вылил их переписку в чат: что, мол, за лицемерие, пишешь, что одиноко, а как конкретное предложение - в кусты. И вправду дурачок, дай бог ему успехов в законотворчестве.

Но мы отвлеклись, ты рассказывала про Сатира. Он очень высокий. Когда мы танцевали, его поясная сумка была на уровне моей груди. Удобно. А вообще очень красиво. Там некоторые так запарились с раскрасами - просто волшебство. Мы-то просто наляпали друг на друга эту флуоресцентку, и сразу на танцпол - сиять и пачкаться. А ты же на флюрные вообще не ходишь? Зачем? Во-первых, там больше танцуют, а я люблю рисовать мастеров и секс, во-вторых, там фотографируют - а значит магия из рисунка уходит, уходит ощущение приоткрывания тайны. Один раз был на флюрном. Это было моё второе Событие. Погоди, на Красное же можно попасть только после того, как хотя бы раз был на Флюрном, доказал, так сказать, свою адекватность. Может быть и так. Не спрашивал - просто добавился и пошёл, у меня очень открытые во всех смыслах соцсети для тематического фейсконтроля: ничего не скрываю, но и лишним не сочусь. Так вот, в тот раз Флюрка проходила в Опере. Это клуб для говнарей, если в Питер приезжает какой-нибудь скандинавский металл, он выступает в Опере. Место для голой вечеринки не очень подходящее, но в тот клуб, где собирались изначально, нагрянул госнаркоконтроль, пришлось срочно искать альтернативу. И вот представь себе. Совершенно непривыкший к такому персонал. Бармены не из своих, как бывает, а какие-то перекаченные мужики, которые всю ночь шариками торговали. В обсуждениях потом был дикий вой: фууу, шарики! Что за гопничество на Событии!

А я шарики люблю. Шааарики. Всю ночь дышал ими. И вот под ними, кстати, флюрная вечеринка совсем трип. А ещё было непривычно светло, не затемнили достаточно, и по залу тут и там ходила испуганная узбечка с совком и шваброй и аккуратненько так, бочком, подметала кондомы. Да ладно! Бедная. Что поделать, Вавилон, здесь раскрашенные люди писками машут. В первом из двух залов так вовсе свет не выключили, просто оставили бар. Кстати, Анзол, во второй - тёмный зал - кажется, даже не заходил. У них там, как в двенадцать прямо на проходе началась куча-мала из человек, опять же - двенадцати, так до семи утра и ласкались. В этом клубке постоянно кто-то менялся, кроме, собственно. А ты говорил, на красном Анзол работает. Да, как сквиртолог. У него там стол в уголочке и нескончаемая очередь влюблённых в его мастерство. А на флюрке он отдыхал, что выражалось в том, что очередь просто схлопнулась в один клубок. Ты-то как? Уже причастилась его искусством? Ты знаешь, он мне не очень нравится, и я к толпе его фанаток себя не отношу. Почему? Я ж без тени иронии - он суперинтересный персонаж и, судя по всему, настоящий виртуоз. Наверняка, в том, что он делает - он профи. И когда он пишет посты по своей теме, мне интересно, но когда я читаю его рассуждения обо всём остальном, в сторону - не знаю, может я чего-то не поняла, как-то узко, всё время в одну точку давит. Так это ж его работа, в одну точку давить! А ты мне нравишься. О, интернет-сленг, стал разговорным. Можешь ещё добавлять: “смешно” или “ору”. Мне пора бежать к моим асексуалам, пойдём потихонечку.

Подхожу к бару, чтобы расплатиться. Пьяный бородач ссорится с барменом. Нет, я не требую вынь да положь, скажи просто точное число. Ты мне сказал понедельник, я пришел. Я не говорил про понедельник. Говорил. Вот сейчас скажи мне, когда приходить. Скажешь в четверг, приду в четверг, скажешь пятница - хорошшо, просто скажи точно. Да отдам я тебе твой выигрыш, и вообще, больше никогда не будешь у меня в долг играть, понял? Только теперь я замечаю, что на подсвеченных диодами полочках с зеркальной стенкой, за спиной бармена, рядом с палитрой бутылок для коктейлей, в пластиковых стаканах для пива лежат разноцветные фишки казино.

Половина двенадцатого. Мастерская. На основательном мольберте стоит большой лист оргалита, на котором красной и чёрной краской намечена композиция будущего панно: клуб, в котором танцуют и не только танцуют обнажённые люди. Перед мольбертом на полу разбросаны наброски в каплях засохшей краски. Композиция выстроена таким образом, что зритель одновременно видит все зоны клуба: лестницу, барную стойку, второй этаж, танцпол, пульт диджея, гардероб, туалет-курилку. Некоторые смутно считывающиеся по особым приметам персонажи встречаются одновременно в нескольких местах композиции. Я сижу на диванчике перед мольбертом в том же, в чём был баре. В ушах гарнитура.

Ну как? Ты уже тронулась? Хорошей дороги, секс-туристка. Да нечего рассказывать, это ж асексуалы. Кстати, Квирфест прямо напротив Оперы был на Обводном. Улыбнулся. На самом деле очень приятная встреча, и истории такие душещипательные. Причем, в зале половина гостей - тоже асексуалы, а вторая, те, кто выкрикивал риторические вопросы-страдания: я пять лет живу с асексуалом, что мне делать!? Да-да, именно. Был один аромантик. А это, оказывается, когда не только секса не хочешь, но и бабочек в животе не испытываешь. Или была. Не помню, это была персона. При этом у неё полиаморные отношения сожительства с двумя ещё персонами. Вот так да. Цитата: секс это бывает прикольно, но можно же и киношку посмотреть. Одна девочка очень зажималась. И всё про то, что влюбиться хочется - так, чтоб до звона. Но после контакта - ей дурно становится, и человек сразу противным и грязным. Живые хорошие люди. Женщина преклонного возраста, двадцать пять лет влюблена в свою подругу, и счастлива, что у той всё хорошо, и ничего ей от неё не надо. Хотя у неё другая беда. Она писательница фанфиков фэнтези, толкинистка, висит на тематических литературных сайтах. И прямо чуть не плакала. Ей интересны длинные увлекательные приключения описывать, как там хоббит какой очередной туда-обратно сходил, диалоги за жизнь. А читателей получают авторы, у которых два красивых вампира остались на тысячу лет в одном склепе и открывают свою гомосексуальную чувственность во всех формах. Что делать асексуалу с небритыми ногами?

Двадцать пятое сентября. Мастерская. Панно закончено. Наброски на полу заляпаны окончательно. Я в той же позе на диване. Просматриваю видеоистории в сетях. Из телефона озорной женский голос. Скоро у нас в Москве НазлоМаме - все, кто ещё не купил билеты поспешите. А сейчас я стою в МакАвто у аэропорта и жду Анзола. Анзол, поздоровайся с моими подписчиками. Мурррр. Так, смотрите мы в квартире Анзола, здесь он будет жить и принимать тех, кто успеет к нему записаться. А вот мы с Анзолом в ванночке, а это замечательный новый вибратор, обзор на который сделаю после вечеринки. Смотрите, я ничего не делаю, Анзол сам взял мою левую и работает ей. Муррр.

Пинк! Приходит сообщение. Я долго и внимательно читаю с телефона. Потом вставляю гарнитуру и набираю номер. Привет, москвичка! Ага, отлично. Я вот по какому вопросу. Мне тут секунду назад пришло сообщение от Алины Шикуть. Я отправлял ей наброски с Событий, сказал, что могу поволонтёрить художником на секс-вечеринке их, ну и на монтаже помочь. Так вот, гоню к вам в Москву. Не знаю я на сколько, говорю же: минуту назад узнал, смотрел как раз её сторис, и пришло одобрение. Я тоже рад, спасибо. Собственно, я могу сгонять двумя днями с ночью вечеринки - гастролью художника, либо чуть дольше, если у тебя есть угол, где можно кости бросить. Так, стоп. Не оправдывайся, нет значит нет, никаких пояснений тут не нужно. Нет, Майе я звонить не стану, мы с ней лично не знакомы, только в чате, и оставаться спать даже в прихожей, у человека, с которым при живом общении может не сложиться, не хочу. Прекрати ты оправдываться. А вот про партнёра, которого только начала постепенно приучать к полиамории, расскажешь потом обязательно без всяких оправданий, просто, как интересную черту своей московской жизни. Хорошо, я позвоню Майе, но только, чтобы позвать её на чай с плюшками, пока по городу шарахаться буду. Обещаю.

Записываю голосовое. Привет, пчела, я в субботу наконец доеду до Первопрестольной, если будешь где-то мимо гулять, зови на облепиховый чай с мятой. Пинк! Не знаю где, я ж семь лет Москвы не видел. Где у вас теперь заваривают ароматнее и крепче? Там и буду. Мне вечером на НазлоМаме, а билеты возьму так, чтобы с городом любимым поздороваться. Пинк! Мне нравится твоя шальная идея, и - да - я могу заехать с утра к тебе, если пояснишь, что значит “мне нужно воспользоваться твоими руками”. Пинк! Это всегда пожалуйста - будет исполнено в лучшем виде. Пинк! Набираю короткое ответное, потом снова голосовое. А это мой номер. Вот чёрт, он же и так у меня в профиле открыто стоит, вот лошара, даже не показать степень доверия, дав одиннадцать цифр. Пинк! А я живу на Заневском проспекте, метро Новочеркасская. Информация бесполезная, но достоверная. Пинк! Хорошо, до встречи. В субботу утром я и мои руки у тебя.

Двадцать восьмое сентября. Москва. Из подъезда выходит семейная пара, я успеваю подскочить и схватить закрывающуюся дверь. Консьержка высовывается из своей форточки. Вы куда? В тридцать шестую! Ныряю в лифт. Звонок. Дверь открывается. Привет, пчела. Обнимаемся. Куда я могу сумку бросить? Спасибо. Как доехал? Чудовищно прекрасно, под запах перегара, храп в маршрутке и настойчивое желание одного фасадного работника пообщаться. Фасадного работника? Из ЖЭКа, облицовщик. Причём, курит и - я в таком-то ЖЭКе работаю, в таком-то, куда вызовут, а работать в бригаде никто не умеет. Потом затягивается. Да я и сам не умею, я ж бетонщик - или как-то похоже - короче, по бетону специалист. Говорит, вы мне дайте в руки слона, или как его - хобота, мы-то его вибратором называем. Чай будешь? Да. Как будто оправдывается, что не знает точного термина инструмента, с которым якобы профессионально умеет обращаться. Тебе какой? А можно я сначала в душ запрыгну? От рассказов про то, как хобота правильно держать ополоснусь. Да, сейчас дам полотенце.

Выхожу чистый. Ну что, ты готова? Смотри. Достаю из сумки бутылочку с прозрачной жидкостью. Специально взял без запаха, чтобы голова не закружилась. Холст и краски у тебя готовы? Да. Отлично. Но сначала чай. Просто чёрный и покрепче. Ты на сколько? Да вот схожу на вечеринку и на следующий вечер - обратно. У меня в понедельник заказ от Апреля начинается. Апрель? Рекламное агентство ваше московское. Делают контент для крупных компаний для всех их соцсетей. И периодически, когда дизайнер какой в отпуск на пару недель пойдёт, кидают работу. То есть мы в команде с копирайтерами и менеджерами рисуем всё так, чтобы клиенты клиентов моих клиентов знали, к кому и зачем идти. Прикольно. Я думала, ты безработный художник. Он самый. Но кормит его задолбавшийся дизайнер. Ну значит, коллега. Кстати, а чего ты на Назло не идёшь? Не хочу. Там будет человек, с которым я не готова встретиться сейчас, слишком больно. Думал, ты полиаморка. Я тоже так думала. Понимаю. Сходила посмотреть и обратно. Знаешь, портретист из меня тот ещё, так что про то, что всё будет в лучшем виде, я сильно преувеличил. А зачем ты рисуешь секс? Чтобы набрать много просмотров, стать богатым и знаменитым, и не заниматься больше дизайном. Значит, и мне пора начинать секс рисовать. Не нравится работа? Я стою на месте. Хочется уехать к чёртовой матери куда-нибудь на острова и работать там по удалёнке, но для этого надо создать рабочее портфолио, раскрутить его. Можешь не рассказывать, я в свой - не в тот, который мой и с рисунками, а рабочий - вбухал столько сил и времени, чтобы он начал приносить заказики. Но тут, кстати, очень помог опыт с Апрелем - заглянуть изнутри, как работают над профессиональными страницами. А ты же свою страницу с картинками недавно начал вести? Так я и секс без году неделю рисую. Сначала попал на Событие, потом написал партнёрке Анзола, что был бы не против порисовать их домашние встречи, она вроде как согласилась, но я не доехал, а потом вот попал в наш семейный чат, и возможность рисовать на дому появилась и так. Зачем ты писал партнёрке Анзола? Почему нет? Что так резко? Ну… ты мог бы самому Анзолу написать. Он очень открытый и общительный человек. И у него много портретов висит от его девушек, он любит внимание, думаю он согласился бы. Может когда-нибудь. Стоит поторопиться, он всё больше звездой становится: лекции, интервью в СМИ, в Киев вот сейчас летал - лекцию читал, не удивлюсь, если его скоро Ургант позовёт, как главного суррогатного партнёра СНГ. Смешно. Ну не сложится, так не сложится, он и так постоянно в кадр попадает, можно уже отдельную подборку скетчей собрать. Напиши ему. Как-нибудь напишу. Ты читал интервью с ним? Ага. Слушай, у меня идея. К чёрту портрет, пойдём погуляем. Куда хочешь? Хочу на ВДНХ. А я люблю Москву — и вот, шадабиду, я прямо с Пушки в небеса уйду, с ВДНХ помашет мне Масловский. Это кто? Это Воденников.

Стоим у памятника Рабочему и Колхознице. Смотрю вверх. Ну что, доволен? Ага. Ооочень. Теперь хочу посмотреть на самый большой клубок ниток. Что? Ты не смотрела Майкл с Траволтой? Нет. Это про пришедшего на землю ангела. И он шлялся по Америке, чтобы посмотреть разные самые большие предметы. Битва! Короче, посмотри обязательно: глупая добрая фильма. Теперь на ВДНХ.

Мимо нас проезжает подряд несколько автобусов Росгвардии. Цирк на выезде. Ты не любишь гвардейцев? А ты любишь? Кого-нибудь полюбить хочется, но пока нет. Возле входа в парк баннер: ХОД КОНЁМ. Чемпионат по шахматам. Турнир. Групповые выступления. Выставка графического дизайна. Ты не знаешь, причём тут дизайн? Не знаю, ход конём, наверно. Черт, у меня, видимо, закончился интернет, можно зайти с твоего в личный кабинет? Конечно, сейчас. Странно, на обеих симках есть деньги, а интернет не ловит. Мне кажется, если нагнали гвардейцев, значит, могут глушить, давай подальше отойдём в парк. Ты знаешь, что они не имеют права заводить личные страницы в соцсетях? Где тут можно выпить настоящий московский крепкий кофе? Проходим выставку военной бронетехники. Меня тошнит от всего этого милитаризма. А знаешь, пчёл, в моём детстве, когда этими фишками ещё так открыто не играли, у меня были металлические игрушки - вот именно такой БТР, как этот. И я испытывал настоящий искренний детский восторг, играя в советскую армию, и никто не сможет испоганить мои детские воспоминания. Сколько тебе лет? Двадцать девять, я просто с бабушкой рос.

Мы отходим дальше. Интернет появляется. Майя залипает в мобильный одной рукой. Садимся на скамеечку. Холодно. Она сжимает и разжимает свободную руку. Дай лапу. Я беру её ладонь и начинаю чуть подкручивая массировать каждый отдельный палец от основной фаланги к ногтевой, трижды сгибая каждый палец после растирания, потом разминаю ладонь и сгибаю все пальцы вместе, чуть удерживая, отогревая в коконе своей. Давай вторую. Она убирает телефон. А сколько тебе? Ты же ещё не доросла до момента, когда это неприличный вопрос. В политусовке это всегда неприличный вопрос. Почему? Анзол говорит, что так мы попадаем в ловушку ложной идентификации и не способны воспринимать мир творчески. Ты знаешь, он самый умный человек, которого я когда-либо встречала, просто удивительно мудрый. Вот, кстати, всегда было интересно, сколько ему. Он сам не помнит, ни своего возраста, ни паспортного имени. Как скажешь. Смотри! Гончарная мастерская - зайдём?

Снова её квартира. Зашнуровываю кроссовки. Ты можешь оставить здесь свои вещи и забрать их после вечеринки. Все мои вещи: костюм на ночь и три разных блокнота - рабочая командировка, так что не стоит, выспись в воскресенье. А может всё-таки пойдёшь на Назло? Тебя там все знают, уверен, можно за волонтёрство вписаться. На её лице изображается гримаса боли. Прости, забыл. Передавай там всем от меня привет. Хорошо. Крепко обнимает. Счастлив наконец познакомиться, пчела. Я тоже.

Подхожу к бывшему заводу, в ангарах которого теперь модные ночные клубы. Смотрю на часы в телефоне. Криво улыбаюсь. Прохожу КПП, начинаю блуждать по территории. Баскетбольная площадка возле которой на стене граффити с шахматными фигурами, мячами и рокетками. Надпись гласит: ПРИВЕТ УЧАСТНИКАМ СПАРТАКИАДЫ. Отправляю сообщение. Пинк! Оглядываюсь по сторонам. Школа фламенко. Уверено двигаюсь вправо. Железная дверь. Дёргаю. Закрыто. Рядом на стене другое граффити: гастарбайтеры в оранжевых жилетах возле огня в металлической бочке. Делаю сэлфи, отправляю. Сажусь на скамеечку возле входа, поёживаясь от холода, потуже завязываю арафатку. Закуриваю. Расплываюсь в улыбке.

Господь корсетов не терпит

Двадцать четвёртое сентября. Мастерская. Ночь. В чёрном окне, поверх неосвещённого фонарями пространства, со стороны Ладожской горят красные буквы РУССКИЕ САМОЦВЕТЫ. Рядом с буквами переливается изумрудно-зелёным кристалл - логотип компании. Я истошно крашу. Правильно говорить - пишу. Художник пишет, моряк ходит, плавает - кусок говна. Я крашу. Периодически начинает припадочно колотиться холодильник, потом останавливается, потом снова тихонечко жужжит своей пустой жизнью.

Двадцать шестое сентября. Четверг. Утро. Сплю на диванчике, укрывшись с головой простынёй. Поворот ключа. Ку-ку! Не слышу. Сплю. Вставай, кусок говна. Ты что в одежде спишь? Нахрен иди. Я тебе гречи принёс, сейчас сварю. О, вот это ты зайчик, встаю. Ну как семейная жизнь, кум? Своих-то ещё не заводить не собираетесь? Ты сколько спал? Нам сегодня открытки ещё доделать надо. Ты вообще по работе что-то делаешь? Или только своих извращенцев рисуешь? Чайник поставь, зануда. Я, кстати, на выходные в Москву еду на секс-вечеринку рисовать. К понедельнику-то вернёшься? Помнишь, что у нас заказ? Помню, родной, помню, кончай бубнить. А малой с кем? Ну хочешь ты с крестником посиди, потренируетесь заодно. Но так-то бабушка вернулась - ей оставлю. Побрей меня лучше. Тебя как? Давай по кругу, как в прошлый раз.

Сижу голый на табуретке посреди комнаты. Николай с жужжащей машинкой внимательной вглядывается, обходит кругом, властно наклоняет и поворачивает мою голову. Волосы падают на испачканные краской листы набросков на полу. Ну… вроде всё. Гарный хлопец, берегись столица, наши парни едут. Такой стрижке нужно название. Если то, как меня бреют в салоне называется Цезарь, то такая должна называться Гришка. Гришка пошёл в душ. Я могу эти рисунки выкинуть вместе с твоими волосами? Конечно, я специально для этого их и постелил. Ну-ну. А кто-нибудь из твоих знакомых будет на этой вечеринке? Только прекрасная Иренушкин. Я её видел? Леди Треш Мадам Бурлеск - я показывал её инстаграм - бурлеск-артистка и мастер отшлёпать. Не помню. Ну и отлично. Негоже православному на девушек в корсетах смотреть. Господь корсетов не терпит.

Стою в коридоре. Застёгиваю куртку. Три сотни займёшь на проезд и сиги? А ты как в Москву собрался? Так займёшь? Иди уже, переведу на Сбер. Спасибо, дорогой.

Метро Чернышевская. Сапёрный переулок. Коммунальная квартира. В дверях в халате встречает Иван. Громко хлопают наши ладони, так что звук разносится по лестничной площадке старого дома. Нашёл черевички? Ага, лет пять их не надевал. Если подойдёт тебе, конечно, примеряй. Снимаю в коридоре кроссовки. Иван достаёт огромные говнодавы с шнуровкой почти до колена, чёрные с красноватым подпалом на носках. С первого раза не получается, приходится сильно ослаблять шнуровку на подъёме. Вставил. Ну как? Идеально! Я же носил уже одни твои, помнишь, в институте? Ну да, не помню только начерта ты их брал у меня. Покурим? Давай на кухню.

Кухня коммунальной квартиры старого фонда Центрального района Петербурга в подробных описаниях не нуждается.

Так я же тогда в кузнице параллельно с учёбой работал, помнишь? И мало того, что в самом помещении та ещё обстановочка: искры, металлическая стружка, сварка. Так ещё постоянные монтажи: балконы, лестницы, всё на каких-то отшибах по колено в грязи. Очень мне тогда в душу легли твои берцухи. Да уж, такие разные поводы, как тебя вообще угораздило во всю эту движуху? А помнишь девочку, с которой мы на твой День Рождения сидели пару лет назад? Ага. Ну вот, она всё мечтала попасть на Кинки, была подписана на Елену Рыдкину, секс-евангелистку, одну из больших в секс-просвете, я тож подписался шутки ради, начал читать. Да, ещё один момент. Виновато поджимаю губы. Сколько? Семь рублей. Возвращаемся в коридор, Иван вытаскивает красную и две серо-изумрудных. И чтобы привёз мне из Москвы охренительных историй. Понял? Хлопок снова разносится по лестничной площадке. Кряхтит закрывающийся замок.

Поворот ключа. Приветственный лай мелкой колбасы мраморного окраса. Вхожу в чистенькую трёхкомнатную хрущевку с европерепланировкой под студию и застеклённым балконом. Стены покрашены: в коридоре в английский зелёный, в гостиной - топленое молоко, спальня - глубокий сиренево-фиолетовый, на всех стенах картины, внизу вдоль стен - одна к другой большие эмалевые абстрактные панно. Модный нонче флюид-арт. Быстро разуваюсь, не скидывая куртки прохожу на кухню. Включаю прозрачный с подсветкой электрочайник. Рядом с чайником недоеденный подсохший творог с вареньем, сметаю стоя, нагнувшись. Снимаю шапку, расстёгиваю куртку, открываю холодильник, съедаю две крабовых палочки, завариваю чай, плюхаюсь на стул. Выпиваю чай, собираюсь, выхожу. Поворот ключа - крхх-крхх.

Крхх-крхх. Проходи, чего встал. Ежи, фу! Давай, раздевайся. Помоги! Не буду, большой уже, давай сам. Помоги ботинки. Ботинки сниму, но остальное сам. Ежи, не приставай! Не бросай на пол, положи аккуратно на стул, я повешу. Иди руки мой. Дальше всё, как в ускоренной перемотке, счастливые и выброшенные из жизни часы: играем, танцуем, играем, читаем, танцуем, ужинаем, танцуем, играем, чистим зубы, танцуем, укладываю в кровать, ставлю аудиосказку. Снип снап снурре, пурре, базелюрре.

Ухожу на кухню, оставляя открытой дверь, чтобы мелкий мог смотреть на меня, пока не уснёт. Сажусь за стол, достаю блокноты с рисунками.

Крхх-крхх. Лай. Поднимаю голову: не проснётся ли? Возня в коридоре. Снова поворот замка. Через пятнадцать минут опять кряхтение, возня, колбаса прибегает на кухню. Еще через минуту подходит Настя, шёпотом здоровается, насыпает корм, доливает воду во вторую миску. Ты видел, я ещё две сделала? Видел. А чего так морду кривишь. Потому что это всё очень слабо, воробей. Слабо? Да. В твоих первых абстракциях была история, пространство, идея какая-никакая, было что развивать, а если бы это как-то ещё объединилось с тем, что ты делала в Орфее и Эвридике. А ты просто стала фигачить миленькие пустые поверхности чтобы понравиться как можно большему числу зрителей. Неправда, у меня есть идея. Какая? То, что ты пишешь на своих страницах? Экология? Толерантность? Просто модные слова, никак не прожитые твоей историей. Дрянь всё это, а не картины. Пошёл ты нахрен, у меня хотя бы они есть, и картины, и выставки, а ты как умел только критиковать и умничать, так и сидишь. Вот тут ты права, но нашла на кого равняться. Можно попросить у тебя платье? Зачем тебе? В Москву еду в ночной клуб. Могу дать свадебное. Нет, мне нужно траурно-чёрное. Раздевайся, будешь мерить.

Стою у зеркала. Кручусь. Полупрозрачное кружевное. Ниже колена с воротом. Шёлковое лёгкое. Узкое вечернее. Простое удобное чуть выше колен - оно. Идеально.

Крхх-крхх. Вваливаюсь в мастерскую в начале первого ночи. Снимаю дебильную серую вязаную шапку, от которой на колове образовался колтун. Скидываю куртку на пол. Ногами сбрасываю кроссовки. Прохожу дальше, по пути расстёгивая и снимая рубашку. Сажусь на диванчик, стаскиваю джинсы вместе с трусами. Беру с подоконника окурок, поджигаю. В носках, делая несколько глубоких затяжек иду в ванную комнату, по пути выкидывая хабарик в туалет. Мою руки, приглаживаю волосы, чтобы новая причёска смотрелась. Левый профиль, правый. Выключаю воду. В коридоре достаю из сумки ботинки на огромной подошве. Натягиваю, долго шнурую. Потом из пакета достаю платье. Надеваю. Поднимаю с пола куртку, достаю из внутреннего кармана телефон. Встаю у зеркала в дверце антикварного шкафа. Щёлк. Щёлк. Поднимаю подол. Криво усмехаюсь. Ищу на телефоне порно. Минуты две смотрю, обхватив член у корня и взбалтывая его, как будто он должен начать фосфоресцировать от тряски. Начинается эрекция. Отпускаю подол так,что платье складками висит по обе стороны от члена. Щёлк. Щёлк. Снова пристально всматриваюсь в отражение. Член опадает, но остаётся увеличенных размеров. Снова задираю подол. Щёлк. Щёлк. Выхожу из режима камеры, на экране снова всплывает порно и слышатся стоны. Походкой космонавта возвращаюсь на диван. Ставлю телефон на прикроватный столик. Начинаю мастурбировать. Закрываю глаза, глубоко вдыхаю. Беру правой рукой плечо платья, подношу к носу. Нюхаю, нюхаю, нюхаю. До самого конца уже не смотрю на экран. В последний момент, испуганно спохватившись, направляю струю от себя - на пол. Аккуратно, задрав платье не испачканной рукой снова направляюсь в ванную. Опять поднимаю куртку с пола, достаю из кармана не распакованную пачку сигарет. Звук загружаемых в Телеграм фото.

Двадцать восьмое сентября. Москва. На пороге клуба, где будет проходить НазлоМаме. Улыбаясь, курю на скамеечке. Подходит девушка. Дверь оказывается не заперта. Как я проверял? Мы входим внутрь. Начинается монтаж. Подъезжает машина, набитая строительными пакетами. Выходит Алина. Тут же её окружают несколько крепких мужчин. Долго и чувственно обнимают, целуют, Алина радуется, как именинница от каждого прикосновения, растягивается в улыбке, зажмуривает глаза. Простите, какие мешки можно брать? А ты кто? Арсений. Она раскидывает руки, немного отстраняя причастившихся её любви. Иди сюда. Осторожно подхожу. Она вжимает меня в себя, как ростовую плюшевую игрушку и кладёт голову на плечо. Ммммм. Большим пальцем правой руки начинаю массировать ей шею в области позвоночника. Минута. Вторая. Голос со стороны: так, Алина, не отвлекайся. Всё несём внутрь вот эти. Отстранившись, делаю лёгкий поклон. Рад познакомиться. Заношу пакеты. Прохожу мимо стола, на котором разложено двенадцать молочно-белых камней. Рядом стоит кто-то из своих и жарит их струёй пламени из небольшой газовой горелки.

Без совсем ничего одиннадцать. Ну как тебе? Ты так рвался на монтаж, как впечатления? Великолепно. В институте, у нас каждый семестр были обходы по рисунку и живописи, и надо было оформлять всё в паспарту. И приходилось вот так же на полу нарезать канцелярским ножом бесконечные полосы, как сейчас - плёнку для пыточной. Плюс нас там было двое парней на пять курсов, и взяли нас, чтобы мы вот так же для всех ползали по шатким стремянкам, качающимся и всё вешали, и курса с третьего я параллельно в кузнице работал, вот в таком же помещении бывшего завода с пятнадцатиметровыми потолками, с рельсами под потолком, и так же приходилось ползать по этим конструкциям, прикреплять цепи на карабины, по колено в строительной пыли. Короче, ни разу после окончания ни один из этих навыков мне не пригождался, но, может, меня шесть лет учили монтировать секс-вечеринки? Где тут можно помыться? Там, за кухней есть душ.

И вправду есть. Обшарпанный. На полу полета и какой-то раскисший мешок из которого выглядывает забытая картофелина. Поворачиваю кран с красным ободком. Тишина. Раздеваюсь. Моюсь, ёжась. Выхожу. Трясусь. Обтираюсь. Надеваю платье. Зашнуровываю ботинки. Выхожу в зал, куда только-только начинают запускать гостей. Каждому на входе выдают чёрный фирменный чокер. В зале гостей встречают гритерс - наиболее опытные и знающие толк в специфических практиках люди. Среди них и Мадам Бурлеск. У каждого гритер на шее горит фосфорный кулончик. Начинаю медленно продвигаться по залам, оценивая, намеченные ещё при свете ракурсы. Скамеечка от входа до прозрачного куба пыточной ещё не забита, можно посидеть, порисовать диджеев. Возле пульта - гипсовая голова с цепью на шее. Нет, поток гостей от входа во второй зал - к гардеробу - постоянно заслоняет обзор. Техническая лестница под которой лежат матрацы, завешенная золотой мишурой. Один из гритерс проходит мимо, указывая гостье на этот уголок под лестницей. Здесь лесби-зона, только для девочек. Поднимаюсь по лестнице, чтобы видеть поток людей сверху, качели из чёрной парашютной ткани, закреплённые к рельсам под потолком, полукруглый светящийся бар. Спускаюсь. Перехожу в следующий зал. Все толпятся у гардероба, только-только начиная принимать участие в разных интерактивных развлечениях. Зато бинбэги слева от зоны чайной церемонии свободны. Плюхаюсь в один из них. Хищно озираюсь. Выхватываю какие-то пока детали. Постепенно гости равномерно распределяются по залам. Встаю. Захожу в дверь с надписью staff, одеваю куртку, выхожу курить.

Возвращаюсь. Сажусь на скамеечку, возле столика со свечами, которыми капают, аккуратно соскребая после воск ножом. Поворачиваюсь к прозрачному кубу, подсвеченному красной диодной лентой по периметру. Внутри пластиковый прозрачный стул так же горящий красным светом. Растатуированный блондин пристально смотрит на покорно стоящую по струнке девушку. Справа от пыточной к кольцу на цепях подвешивают первую из небольшой очереди ожидающих. Мастер в чёрном просторном балахоне. На полу чуть поодаль от зоны подвеса аккуратно смотанные восьмёрками “порции” верёвок. Снова поднимаюсь на лестницу. Несколько набросков. Спускаюсь. Второй зал. В углу с зоной массажа табличка: “Я НЕ БУДУ ТРАХАТЬСЯ НА МАССАЖНОМ СТОЛЕ”. Соблюдают. Самое плотное кольцо наблюдателей возле зоны, где любого желающего помещают в латекстную кровать и под жужжание мотора выкачивают из неё весь воздух. На полу образуется пугающий, но завораживающий чёрный рельеф тела посреди чёрного прямоугольника. Первый ряд наблюдателей наклоняется и гладит, ласкает. Снова плюхаюсь возле чайной.

Staff. Курилка. Новый круг. Воск. Танцпол. Пыточная. Шибари. Лестница. Массажная. Уголок, где делают слепки вульвы, чтобы потом воплотить этот портрет в виде свечи, леденца или просто гипсовой копии. Вакуум. Чайная. Из чайной можно рисовать гамак. Угол VR-порно. Гости наконец расслабились и пользуются этим уголком не только ради любопытства. Подходят парочки. Вот девушка смотрит порно в очках виртуальной реальности с большой надписью VRAЮ, пока партнёр ласкает её руками и целует. Плейтроника - гость надевает наушники, одной рукой держит специальный пульт, начинает ласкать живой музыкальный инструмент. Сила и ритм взаимодействий и поцелуев преобразуется в музыкальный ряд. Стол со всеми мыслимыми и немыслимыми приблудами, куда гость ложится, надевает на глаза маску и обступившие его желающие ласкают его с помощью выбранных игрушек.

Staff. Курилка. Новый круг. Пока стою на лестнице, начинается представление. К зоне с цепями выходит Алина в смирительной рубашке и две девушки в халатах врачей. Немного театрализованного унижения. Раздеваются. Под смирительной рубашкой - тонкое чёрное вечернее платье. Под халатами - нижнее бельё. Алину приковывают к цепям и начинают хлестать в четыре руки. Иногда одна из мучительниц держит. С высоты второго этажа удары кажутся слабыми, не приносящими боли. Но вот музыка ускоряется, а с ней и интенсивность и громкость ударов. В последний момент музыка стихает и по залу разносятся бешенные громкие частые непрекращающиеся гулкие удары. Это продолжается около минуты, после чего её отстёгивают. Она падает на колени, и, кажется, плачет в объятиях своих коллег по номеру. Музыка снова играет танцевально-атмосферную мелодию. Круг зрителей распределяется по танцполу.
Спускаюсь. Подхожу к единственной двери, куда ещё не входил. Возле неё караулит широкий мужчина с аккуратной бородой в костюме католического пастора. Ты хочешь пройти в DarkRoom? Да. Сначала ты должен исповедаться, только тогда я смогу пропустить тебя. В чём я должен исповедаться? Расскажи мне о самой заветной фантазии, которую ты бы хотел воплотить сегодня ночью. Прости, но нет. Я снова ухожу в чайную.

Staff. Курилка. Новый круг. Классное платье. Спасибо. А ты весь вечер рисуешь? Да, это моя работа. А я вот тоже принесла с собой акварель. Почему не рисуешь? Я хочу рисовать портреты членов и вульв. Отличная идея, что останавливает? Не знаю, не могу пока подойти попросить. Ты для этого пришла на НазлоМаме? Нет, мне просто интересна вся эта секс-позитивная тусовка, но на Кинки для меня пока слишком много секса, я не готова контактировать с людьми, а НазлоМаме - идеальный вариант, по лайту. А ты? Я специально приехал в Москву, чтобы рисовать здесь. Рада знакомству. Взаимно, удачи тебе в твоём проекте. С лестницы видно, что Леди Треш перестала капать на обнаженную грудь всех желающих растопленным воском и взялась за свои любимые два флоггера, мастерски размахивая ими то попеременно, то вместе.

Staff. Курилка. Новый круг. В чайной пастор изгоняет тантрическими практиками демонов из Алины, извивающейся под его ладонями, дающими, как говорят, потоки зелёной энергии. Я быстро направляюсь к двери в Darkroom. На входе дежурит секс-евангелистка Елена Рыдкина. Ты знаешь, что там? Да, конечно. Проходи. В небольшой комнате по периметру зеркала, на полу матрацы, на них горы обнаженных тел. В воздухе пахнет тяжелым сладким потом. Сажусь в уголочке и рисую.

Новый круг. Около шести утра. Гостей уже не больше, чем гритерс с их изумрудными огоньками на груди. Прямо посреди танцпола порка обнаженной девушки, под лестницей вполне себе гетеросексуальный половой акт. Захожу за спину диджея, напротив огромной колонки. Подсаживается Леди Треш Мадам Бурлеск. С минуту мы сидим молча, потом я обнимаю её и кладу голову на грудь. Музыка в этом месте играет так громко, что создаёт, кажется, делающую нас невидимыми стену. Она наклоняется к моему уху. Устал, маленький? Устал. Тебя тут никто не обижает? Кто ж меня обидит. А тебя? Я сама, кого хочешь обижу. Ты этим и занималась. Тоже, небось, устала. Ага. Ты когда уезжаешь? Вечером. Что будешь делать? Дождусь утра, помогу с демонтажом, посплю на кольцевой ветке, погуляю по Китай-городу, потом, может, с нашими из чатика встречусь. Она гладит меня по голове, и я впервые за ночь откладываю блокнот в сторону.

Солидные дяденьки без головы

29 сентября. Москва. Пельменная. Отборно домашнего вида бабушки лепят партии слева от кассы. Справа холодильники с порционными баночками домашней сметаны. Время от времени кассир выкрикивает имя, названное при заказе.

Вчера на собеседовании была. И как? Поступил инсайд, что меня посчитали серой мышкой. На что мой Верх чуть не взоржал, аки конь, но мы не палимся, что вообще знакомы. Ты устраиваешься на работу, где твой Верх работает? На старшей должности? Он в старшей должности, всё хорошо, никаких нестандартных схем. Просто прямым начальником будет его коллега, а не он. Ещё веселее. Устраивайся. Работай. Пиши параллельно сценарий. Никаких сценариев, он просто будет ебать меня в переговорке после рабочего дня, а потом ехать домой к жене и ребёнку. Надо мне тоже так, пойду сейчас напишу заказчику, что пошёл он к чёрту, устраиваюсь в офис. Только я хочу, чтобы моей начальницей была Нижняя. Сначала нижнюю найди, а то без работы ещё бегать будешь какое-то время. Шаришь. Как формулировать объявление? Ищу нижнюю в руководящей должности. Как-то работала на свою подругу, она главбух, я помощница. Она прям нижняя-нижняя, а я свитч, но тогда сильный уклон вверх был. Жаль, что мы не темачили. Мы ещё работали на улице Нижняя, верещали обе в голос. Я чёт несколько месяцев назад наткнулся на канале Гангрельки на огромную таблицу типизации бдсм. И просто рот открыл. Мне казалось, у вас верх-низ-свитч. А там какая-то экономическая стратегия для выпускников Оксфорда, ничерта не понятно.

Ой, а я встретилась недавно по работе, дела сделали, болтаем. Рассказываю девчонкам, что есть специальный девайс для девочек, чтобы писать стоя. Одна из них: ты хочешь быть мужчиной? - есть пися на резиночках. Ага, страпон называется. Но я бы хотела побыть мужчиной на день. Ага, скажи ещё, что единорожкой. Бля, так сложно не говорить обычным людям, что есть и единорожки, и что страпоны это норм, и девайсы для того чтобы писать стоя. Но с единорожки я прям внутрь себя крикнула — единорожкой я могу стать всегда. Не-не, смотри, с одной стороны ты права, и люди не в теме хорошо поджигают. Но ведь если вспомнить миф о происхождении термина: мол, пара в открытых отношениях ищет себе бисексуальную девушку, которая не будет пытаться увести никого из пары и будет помнить, что главные отношения не с ней, а им и отвечают - ага, а единорожку не ищите? То есть сама эта форма иронии, сарказма “нормальных” очень даже заложена в сам термин. А я вот никогда не делила людей на нормальных и нет. Вот кстати, да. А как вы делите? Зачем делить? А почему нет? У меня вот есть деление по степени публичности, просто потому что, когда выкладываешь очередной сет набросков с какой-нибудь оргии, надо понимать, кого и как можно отметить. Ты вообще трахаешься хоть иногда? Зачем? Что значит, зачем? Затем, что это приятно. Есть вещи гораздо приятнее. Только представь. Делаю драматическую паузу, привлекая внимание. Огромный клуб. Три сотни человек. Каждый. Кааждый. Пришёл сюда со своей историей. Но в течении семи часов, от заката до рассвета, все их истории будут сталкиваться, переплетаться, создавать причудливых уродцев. В замкнутом пространстве, где все сталкиваются друг с другом в чём мать родила. И по какой-то странной интуиции художника - представь! - ты каждый раз оказываешься в той точке клуба, откуда видно какой-то ключевой момент очередной истории. И он попадает в твой блокнот. Пусть одним штрихом. Наутро все расходятся, не зная, что творилось буквально в трёх задницах от них. А ты приходишь домой, начинаешь медленно раскладывать на полу все листы, и одномоментно в твоей голове возникает вся картина целиком. Триста историй на трёх этажах за семь решающих в каждой истории часов. В один момент. Трёхмерно. И никто этого так не видит: ни участники, ни организаторы, ни мастера, занятые своими практиками. Предлагаешь поменять мне это чувство на секс? Ммм? С Лидой у вас было. Так то на домашненькой: пятнадцать человек, все истории на ладони, можно передохнуть. Ха! - ну да. Если честно, в самом-самом начале моих шатаний по секс-вечеринкам, я познакомился с одной девочкой. Я же вообще немного не про секс, если честно. То есть, если нет какого-то, не знаю - вторжения под рёбра. Любовь что ль? Ну, что-то вроде. Короче, если этого нет, я просто не хочу ничего - абсолютное спокойствие. Так что там эта девочка? Вторглась. Она ходила со своей девушкой, они танцевали, общались, но на пару часов ночи, я забрасывал рисование и мы просто целовались где-то в углу. Её девушка, а она явно очень властная и доминирующая в их паре - буквально за горло, кажется держит, иногда мне казалось, что дышать не даёт, отпускала её. Можно было всё, кроме, собственно, проникновения. Аааа! Токсик-токсик! Аларм! Может быть, я не знаю всех этих тем с токсичностью-этичностью, да и не важно. Просто не хотелось от неё отлипать. И вот, если бы не это правило, с ней могло бы быть. Но правило было. И поэтому я не трахаюсь на секс-вечеринках. А потом она просто перестала ходить. Мы пару раз виделись в реальном мире, но тоже не долго. Её девушка продолжает ходить, кажется, на все. Но одна.

Кстати, а ты видел в паблике События, что одиннадцатого они приглашают какого-то другого художника рисовать? Почему нет, я не первый и далеко не единственный, кто рисует на секс-мероприятиях. И не только Крейдун, но и какой-то там иллюстратор недавно престижную немецкую арт-премию за альбом набросков подобных получил. Тем более, я-то для пятидесяти друзей это делаю, никак не продвигаю, рисую себе тихонечко, никто меня, кроме вас не знает. Только с вами я и есть.

А ты получается, делишь людей на публичных и не публичных? Не всё ж так просто. Это вообще не про известность. Одни не светят своей интимной жизнью дальше каких-нибудь поличатиков, как наш. Другие, как Иренушкин, например, публичные люди из секс-индустрии. То есть ничего тайного в том, что домина, профессионально выхлёстывающая всех желающих по очереди, посещает закрытые вечеринки, как гритер или мастер. И я могу отметить её страницу на разных набросках. Или те же секс-блогеры. То что Рыдкина стояла на входе в комнату для оргий, чтобы просто предупреждать входящих, что там не для тех, кто пришёл потанцевать и получить тематические практики - это я могу нарисовать, они обе вполне узнаваемые, как образы. Но я не знаю, например, если вдруг кто-то из них попадёт в кадр в другой ситуации, могу ли я отмечать их на картинке? И есть третий тип. Это, как Саша с Катей. Просто восхищаюсь ими. В куче свингерских групп тихонечко состою. Тихонечко - значит, никому не пишу, никак не проявляюсь, просто читаю, вникаю в их субкультуру, в сторонке, узнаю детальки, как например, специальный паблик, куда они фальшивых свингеров-дрочеров, разводящих пары на интим-фото скидывают на общее обозрение. Не суть. Короче, столько парных страниц просмотрел-прочитал, и они единственные такие: имена не изменены, все фото в открытом доступе на стене, во всех мыслимых и немыслимых позах, не обрезают лица: вот так мы выглядим, вот так мы проводим своё время. Да, они уникальная пара. Выпусти, я в туалет. Проходи. Хорошенькие. У нас все хорошенькие. Нуууу. Не знаю, простите, девочки, некоторые смущают. Кто, если не секрет? Я, когда вступил в семью, смотрю все очень свои, очень человечные что ли. И просто любят тело, любят секс. А потом, не помню, какой у неё ник. В полумаске зайчика всё время. И она такая, прям моделька-моделька, и всё время рекламирует свои частные встречи-вечеринки в загородных домах с бассейном и сауной, посмотрел её подписчиков в закрытом инстаграм профиле, где эти вечеринки собираются, фото - солидные дяденьки без головы и такие же девочки-модельки в таких же полумасках. Как-то это немного про другое, на мой взгляд. Там такой классный туалет! Мы сейчас все должны туда пойти и сделать фото поп для чатика. Арсений, снимешь нас? Не, прости. Ну пожааалуйста, мы ж не трахаться в туалете предлагаем. Не, девчонки, простите. Остаюсь за столиком один. Оглядываю заведение, ловлю взгляды, хотя сейчас больше украдкой на дверь в туалет пялятся. Смотрю на экран телефона, где появляется фотография трёх весёлых задниц.

11 октября. Санкт-Петербург. Клуб. Простите, вы кто, на какое мероприятие? На Событие. Мы в двенадцать запускаем. Я от Вовы. Волонтёр? Типа того. Тогда иди перематывай пока все подушки стрейчем. Быстро поработав на глазах у распоряжающихся волонтёрскими руками, беру в гардеробе оставленный рюкзак, сажусь на скамеечку, достаю четыре альбома для набросков разного формата и текстильный пенал. Несколько минут оглядываюсь на происходящее. Кто-то готовит места для подвеса: стелит коврики и крепит кольца, ребята с шуруповёртом собирают кабинку с отверстием на высоте члена, волонтёры носятся с мешками каких-то средств гигиены. Достаю простой линер и убираю три из четырёх блокнотов. В зал входит Вова в полосатом свитере и в котелке, рядом с ним ещё несколько человек. Показательно киваю, когда его взгляд скользит по мне, он не отвечает.

Достали уже СМИ. Сколько раз я просил: не упоминать нас, не давать настоящего названия. Мне хватило интервью Крейдуна для Собаки. Они мне прислали на правку, я потребовал половину выкинуть и название поменять на Событие. Привет, Фредди Крюгер. Здоров. Смотри, что у нас новенького. Все смотрят на горящую красным светом пентаграмму над сценой. Ко мне подходит один из мастеров порки. Здороваемся. Так вот, чтобы ни блогеров ни журналистов больше не было. Я специально пересмотрю всех участников, любой блогер - в баню.

Постепенно все три этажа клуба приходят в своё обычное состояние, все декорации и аттракционы установлены. Волонтёры раздеваются. Запускают первых гостей. Раздеваюсь. Из одетых в зале остаются бармены, несколько ещё бегающих распределителей и какой-то бородатый мужичок с блокнотом в том углу, где я изначально раскладывал принадлежности. Полагаю - тот самый художник. Смотрит из угла, что-то чирикает. Хороший скетчбук, дорогой.

Рядом с ним нововведение - тонкий и, наверно, в дневном свете - бледный, мальчик стоит на коленях перед девушкой и аккуратно выклеивает чёрной клейкой лентой орнаменты на её теле. Леди Треш раскладывает свои инструменты перед дыбой. Танцпол наполняется. Неожиданно приходят двое приземистых, бритых, бочкообразных мужичка с бычьими шеями и огромным чемоданом. Один покрыт татуировками, второй в майке-алкашке, под которой болтается дрябленькая старческая жопка, на копчике - клок седых волос. Чемодан оказывается раскладным массажным столом. Ещё одно нововведение, раньше массажем безраздельно правил Анзол. Он, как обычно, на своём месте. Очередное привычное хождение по кругу. Иногда кто-то подходит со спины, трогает за плечо. Спасибо, что ты есть. Коротко киваю и ненавязчиво меняю место. В зал входит Лида. Мы обмениваемся улыбками, я продолжаю рисовать, она уходит к бару. Через несколько минут подходит с бокалом вина. Привет, котик. Привет, как твоя влюблённость? Кажется, я всё опять запорола. Обнимаю. Беги танцуй, я продолжу рисовать. Подхожу к лестнице. Расплываюсь в удивленной и приветственной улыбке. Привет, маленькая, я думал, что уже никогда здесь не встретимся, ты чего такая грустная? Девушку жду. Нелли? Да. Как у вас. Не спрашивай. Твоё лицо теперь опять будет всё в блёстках. Ничего страшного, вернусь домой в блёстках, скажу сыну, что с феями танцевал на поляне единорогов. Почему ты мне не пишешь? Не люблю писать. Но ты всегда можешь заехать в гости. Иди обниму, малыш. Пойду рисовать, люблю. Чмокаю её в макушку. Поднимаюсь на третий, и не узнаю ебльэтаж. Там, где всегда тусовались нормальные извращенцы, в сбруях, с цветными волосами, сложившимися группами, собирая вокруг себя грустных дрочеров, теперь то, что я уже наблюдал в одном закрытом инстаграме. Озорной хоровод из ребят с полубоксом и девочек в полумасках зайчиков. А вот и зайчик из нашего чата. Среди облокотившихся на перила и наблюдающих за танцполом - один в полицейской фуражке, кажется - настоящая.

Рисую с балкона танцпол. В уголочке лежат: она, какой-то бородатый мужичок и на пересечении их ласк - Нелли. Два довольных лица, одно задумчиво-отстранённое.

Возле бара ко мне подходит приглашённый художник. А где здесь раздеваются? Там внизу - гардероб, возле курилки. Через десять минут он же, но голый и без блокнота сливается с танцполом, и я, почему-то не запомнивший его лица (что очень странно) больше не вижу его до самого конца ночи.

В курилке подходит девушка в головном уборе индейского вождя. Я так рада, что ты есть. Удивлённо поднимаю брови. На прошлом Событии, столько тогда важного для меня случилось, и потом - все эти эмоции, когда меня связали и подвесили. Всё ещё удивленно смотрю на неё. Она поворачивается спиной, посреди которой красуется большая татуировка - символ в круге. Вспомнил. Набросок на подвесе. Ага. А ты бывал в Павловске? Я так люблю там гулять по парку. Прости, я отойду. Привет, куришь? Дай-ка я вторую выкурю. Ну как ты? Видел ваш клубок замечательный, зарисовал. И как? Хорошо получилось? Не знаю, темно, завтра посмотрю. Вот и я не знаю, хорошо ли получилось. Но я сильная и независимая. Ага, точно. А как твои дела? Странно. Я же в Москву сгонял. Выложил тридцатого партию набросков с московской вечеринки, лёг спать. А утром просто проснулся в каком-то другом мире. За ночь картинки разлетелись по сети. Мне страшно. Я хочу сидеть в уголочке и рисовать людей. Во вторник приезжает в Питер одна из организаторок, больших секс-звёзд, написала, что хочет чаю посидеть выпить. А я не знаю, про что со мной чай пить, зачем я ей, что она хочет обсудить? Мы выходим из курилки. Иди уже - рисуй. На лестнице подбегает кто-то из распорядителей. Это не ты случайно тот художник, которого анонсировали? Нет, прости, не видел его. На танцполе подбегает один из крепких и бритых - из зайчиков. Братишка, выручай, у тебя есть виагра? Нет, прости. Бежит дальше.

Почти утро. Сижу на том же месте, где был клубок из Нелли, моей возлюбленной и их единорога. Рисую то место, где стоял сам. Там на балконе - Катя с Сашей. Неугомонные. Подходят Нелли с бородачом. Забыли какие-то вещи. Провожаю их взглядом. Поднимаюсь с насиженного места. Отхожу в другой угол, продолжая следить за ними. Танцуют. Вдвоём. Ушла, видимо. Уже ушла. Поднимаюсь на третий. Никого из зайцев и их клиентов уже нет. Только свои, родные извращенцы, знакомые. Не много. Плюхаюсь на диванчик. Просто смотрю, положив блокнот на колени. Подходит Лида. Ты весёлая. У меня просто великолепная ночь, ты не представляешь. Во-первых, я призналась, открылась человеку, который мне очень нравится, и это оказалось взаимно. Поздравляю. А ещё меня пригласили единорожкой в пару. Он же? Нет. Очень заботливые, очень внимательные ко мне. Я так хотела тепла. Всё, как по волшебству в эту ночь. Прости, если много говорю, я пьяная. Говори, солнце, говори, ты умница. Прямо перед нами лежат Катя с Сашей. Он держит её на поводке. Неожиданно её голова оказывается над моим блокнотом. Можно тебя покусать? Да. Каждый укус сильнее. Сдвигаю блокнот ближе и крепко держу, чтобы не показать, что тело начало реагировать. Лида тихонечко встаёт и отходит в сторону. Просто смотрит. Катя впивается в мне в шею так сильно, что я вскрикиваю и роняю блокнот. Она возвращается с мужу. Что-то шепчет ему на ухо. Он одобрительно кивает. Катя оказывается у меня между ног.

Снова курилка. Катя на поводке. Играет с моими волосами. Ты мне нравишься, мальчик. Взаимно. Неловко улыбаюсь. Выходим. На первом этаже врубают свет. Семь утра. На скамейке сидят одетые трое: Нелли, бородач и она. Встаёт, выходит на улицу. Я, пожалуй, домой. Быстро иду в гардероб, одеваюсь, выскакиваю под утреннюю морось. Ну как ты, малыш? Иди уже.

Я сделаю из тебя тантрическую блядь

Слушай, тут Виталик приходил с семьёй. И такое про тебя рассказал, будто ты там на какие-то массовые садомские оргии ходишь, и с непонятными людьми общаешься.
Бабуль, ну подумай трезво, своей головой. Я либо работаю до посинения за редкую копеечку, что даже на сигареты иногда не хватает, либо с сыном сижу. Ладно, дядя Витя, но ты же всё видишь. Какие тайные клубы? Какие встречи? Просто рисую комиксы, фантазирую. Все персонажи вымышлены: сижу в интернете, слежу, упиваясь, за жизнью всяких там блогеров, запоминаю детали - когда, где были, что делали, а потом придумываю историю, будто я был рядом с ними в этот момент. Скандальных откровенностей ещё сверху понакидываю для приправы. Секс, наркотики, знаменитости - стандартный набор графомана, пишущего киносценарий. Больная фантазия.

Алло. Да, я на выходе. А ты? Нет, о топографическом кретинизме не успела предупредить, вышли фото. Стой на месте, уже иду. Привет. Привет. Чай? Давай кофе. Хорошо, пойдём, тут недалеко на крыше есть кафешка. А там делают Specialty? Это что за зверь такой? Кофе. В воронке. Спросим. Расскажи что-нибудь. Но если не комфортно, можно и помолчать. Я лучше помолчу. Не слишком разговорчивый? Ага.

Здравствуйте, а у вас же на четвёртом этаже есть кафе-терраса? Да, и справа от вас бар. А Specialty вы делаете? Что это, простите? Пойдёмте у бармена спросим. Макс, ты знаешь, что такое... Как вы сказали? Specialty. Вот это. Нет. Ладно, простите. Как с вами - звёздами - трудно, оказывается. Так это вы - питерские - виноваты, подсадили меня на кофе и всё. Любимый Макдак пить больше не могу. Как искать будем? По карте. Хорошо, веди. Смотри, тут недалеко. Относительно. Ради кофе я столько не хожу обычно. Как Питер? Отлично. В прошлый раз я видела только квартиры. Причем, бросила вещи у одного знакомого, думала - выделю ему одну ночь, но так и не добралась. В этот раз у него же сумки кинула пока.

О! Это же Бергольц-центр. А вот в том барчике проходят тайные покерные турниры. Участвовал? Неа. Просто люблю подслушивать и запоминать детали, в шпиона играю. А ты знаешь, что бывает с шпионами, когда их ловят? Что? Пытают. Срочно надо спалиться. Простите, а не подскажете, где здесь Культура? Нет. Так, давай ещё тот вход проверим. Не подскажете, мы Культуру ищем. Не знаю. Может не тот дворик. Давай в магазине спросим. Здравствуйте, а заведение - Культура называется. Это за стенкой от нас, выходите и направо - следующая дверь. Спасибо.

Так, проходи. У нас закрыто, через пять минут! Упс, простите. Покурим? Давай. Смешно. Ну он бы хоть на замочек закрылся. Или табличку повесил. Табличка, кажется, была. Очень по-домашнему, но варят ли там кофе? Это же просто лавочка виниловых пластинок. Пишут, что варят. Попытка номер два: побеспокоим юного Ленона. У вас ведь делают Specialty? Да, конечно. Будьте добры, Кению. А тебе? Я ж ни бум-бум в этом. Две Кении. Можно присесть? Конечно. Куда можно повесить рюкзак? Брось его на пол. Давай куртку.

Ох, вот это запах. Открываешь рюкзак и всё понятно. У меня для тебя подарочек. Что это? Открытка эмалевая: секс-абстракция - видишь, из этой кляксы пятки торчат, а тут сиська. Спасибо. Можешь вот в этот крафтик завернуть. А красиво заваривает. Прости, я достану ноутбук, надо поработать. Всё норм, блогер - это ж работа двадцать четыре на семь. Я пока Ленона порисую. Ваш кофе. На, попробуй, пока твой проливают. Необычно.

Ваш кофе. Откуда ты вылез, мальчик? Напрашивается только самый банальный ответ. Я имела в виду, как давно ты всем этим. Если про рисование, всю жизнь. У меня ж папа, мама - туда же. Никакого выбора. Отец - график в Швеции. Тоже секс рисует? Не, его тема: мужчина и женщина в городе. Даже так, представь, что все существительные с заглавной. Мужчина и Женщина в Городе. Это не портреты, не какие-то наброски. Такие… Листы-притчи, на архетипах, без конкретики, без времени и места. Просто мужчина, просто женщина. И город, как среда. Если ты про секс-вечеринки, то с февраля этого года, но до этого было про отношеньки. Ты смотри там аккуратнее, Вова очень не любит никаких упоминаний, а я видела у тебя одно упоминание в комиксе, советую убрать. Да кто, кроме тебя так далеко пролистает? На год назад. Ну смотри, я предупредила.

Теперь гулять. Только мне надо ещё воон на ту скамеечку присесть. Ты будешь? Пожалуй. Ох. Жевачку? Да-да. А я тебя не предупреждала, что теперь меня надо будет вести? Минут бы пять назад предупредила, а то меня самого. Куда ты хочешь? Просто гулять. На мне сейчас носимый вибратор с пультом, и мне надо сделать тест-драйв. Так что просто веди меня по улицам, желательно без людей, не в сторону Невского. Если я буду плохо воспринимать разговор, не обижайся. Я сейчас так плохо соображаю, что, если тебе покажется, что ты плохо воспринимаешь разговор, скорее всего, дело не в вибраторе. Туда? Туда! Просто прямо. Отлично, это я могу. Жаль, что это не Москва? Почему? Люблю кривые холмистые прогулки. И Москву. А линии достали. Мне вот совсем наоборот, я на ваших улицах отдыхаю. Так ровненько.

Чего ты так смотришь? Ты знаешь, примерно полчаса назад мы проходили мимо этого дома и вот здесь же я закуривал. Точно. Мы что, кругами ходим? Нет, мы идём прямо. Но ходим кругами. Хорошо, попытка вторая. На этот раз будем сворачивать. Куда? Влево. Но если всё время сворачивать влево, мы будем ходить кругами. Ходить-то будем кругами, но окажемся впереди. Кого? Себя, конечно. А что если просто расширять круги? Давай попробуем. Но сначала найдём ещё одну скамеечку. Будешь? Давай. Жевачку? Две.

А пойдём на Марсово? Не вопрос, но нам придётся вернуться. Той же дорогой? Одной из. Открыть карту? Справлюсь.

Давай в магазин зайдём, воды купить. Сюда. О! возьму алоэ. Идеально. Всё ведь изменилось буквально за последние три-четыре года. Я, когда на выставке в Китае была, в каком? Короче, говорила, мол, блогер, а им плевать, им представители магазинов были нужны. А теперь все те же, кому оставляла контакт сами написывают. Но таким я всегда ставлю другие условия. А пошли они. Во дворик? Туда. А чего стикеров не раздала сейчас? Кому? Китайцы же. Где? Издеваешься? Мы только что с тобой были в магазине для китайцев, полном китайцев, с ценниками на русском и китайском. Или с чего ты вдруг начала рассказывать о китайской выставке секс-игрушек? Не заметила. Просто рассказывала. Да ладно, там были китайцы? Там были только китайцы. Их сюда автобусами выгружают. А у Китайцев есть туалет? Не знаю, но есть у художников - пойдём.

Ты была в Мухе? В Мухе? Академия Штиглица. Нет. Ты должна это видеть, там бал Воланда снимали. Какое красивое здание. Мы пришли. Ты здесь учился? Да. У нас было простое здание, хотя сама дизайнерская программа очень сильная. Ну, а у нас наоборот: учились в музее, не научились ничему полезному. Нас пропустят? Сейчас позвоню. Алло, Вячеслав Иваныч. Здравствуйте, это Арсений, я тут на КПП. Да, подожду. Садись, минут через пять пропустят.

Здравствуйте, Арсений. Приветствую. Пропустите, это наши выпускники ко мне. Проходи. Чай? Нет, Вячеслав Иваныч, неудобно. Ничего не знаю, давайте, снимайте вещи. Хорошо, мы зайдём, но сначала погуляем.

Показывай, где тут туалет, мне ещё лубрика на игрушку капнуть надо. А она работает ещё? Да нет, давно отключила, но тест-драйв сегодня ещё надо сделать, и обзор записать. Пойдём, покажу. Я тебя здесь встречу. Всё в порядке? Отлично. Тогда пойдём. А что там? Там дипломка. Смотри, здесь был большой ткацкий станок, когда я учился. Но не рабочий. Можно на второй этаж подняться. Жутковато здесь. А то! Куда теперь? Сначала в курилку. На этом камне можно сидеть? Тебе всё можно. Вот там кузница, за этими окнами - ювелирная мастерская. А эта вытяжка? Там реагентами металл травят. А вон граверы медальки делают. У них задание - автопортрет в медали. Куда теперь? В Молодёжный, там Пергамский алтарь. Я бы выебала этого мужчину. Что мешает? Неэтично, он не может дать согласия. Почему? Так у него же головы нет! Так и члена тоже, и рук, на что ему соглашаться? Ха! Ничего ты ещё не знаешь, мальчик. Смотри, а отсюда можно пройти во вторую курилку. Ух, какой-то другой мир. Хогвартс и волшебные лестницы. Подожди, мы опять там же, прямо же шли. Полный круг. И как раз можно зайти на чай.

Ещё раз здравствуйте, Вячеслав Иваныч. Присаживайтесь. У меня тут плюшки к чаю есть, угощайтесь. Вячеслав Иваныч, а,Вячеслав Иваныч, вот скажите мне, как славянин хазару: как в древней Руси было с детским сексуальным просвещением? С какого возраста и к какой информации приобщали арийских детишек по ведам? Арсений, Вы задаёте слишком провокационный вопрос, я не могу при дамах развивать эту тему, давайте в другой раз. Нет уж ответьте, пожалуйста, у меня же всё-таки сын подрастает, я должен понимать, как правильно. Давайте, сменим тему, Арсений. Вы всё и сами можете понять, если будете больше обращать внимания на детали. Например? Ну вот смотрите, Рождество двадцать пятого, а Новый Год - тридцать первого, как раз в день обрезания Иисуса. Потом - седьмого Православное Рождество, тринадцатого - снова в день обрезания еврейских мальчиков. О чём это говорит? Что Иисуса обрезали дважды: сначала по католическую меру, а потом по самое православие резанули. Вот Вы шутите, а это ведь и есть растление умов, пропаганда, направленная на то, чтобы дети не видели картины целиком. Вячеслав Иваааныч, ну что Вы мне-то рассказывете, я и так это знаю: каждое утро получаю прямое указание сверху, как, где и в каком объёме растлевать славянские умы.

Какая тут тяжёлая дверь. Куда дальше? Нужно найти дворик. А почему не стала в курилке Мухи? Забыла. Тогда есть идея: дворик музея Ахматовой. Вперёд! Не, только по кругу, так и выйдем. Вот объясни мне, почему везде скамейки ставят спиной к самому интересному? Думаешь, стихи Ахматовой на заборе, написанные подростками, кто-то учитывал, когда ставил скамейки? Не знаю, что они учитывали, а я хочу читать Ахматову. Или слушать. А у тебя есть жвачка? У меня есть пачка Love is. Чёрт, какие твёрдые. А теперь найди мне на телефоне аудиокнигу Ахматовой и не отвлекай. Что именно? Давай Реквием. Ты в курсе, что даже на моей половине скамейка жужжит в ритм режимов твоей игрушки? Фух. Придётся переслушивать - надо добавить эту аудиокнигу. Настолько идеально по таймингу? Иди сюда. Нравишься. Мальчик, где тебя можно выебать? В мастерскую.

Не обращай внимания, тут берлога. Как приятно пахнет краской. Это тоже твои картины? Нет, это моего напарника. Видишь, я пишу мастурбирующих людей, а он марихуану. Мы решили назвать совместную выставку: шишка дымится. Этот диванчик маленький и неудобный, дай я матрац расстелю. Покурим? Иди ко мне. Так, нет - стоп - подай рюкзак, сейчас всё подготовим. А ты, как думал, трахаться с секс-блогером. Нам ещё вот эту малышку надо протестировать. Смажь её, вставь мне в зад и включи. Так, стоп. Подожди, ещё одну штуку достанем. Да, вот так, продолжай. Неет, они что разрядились? Обе? Будешь хлопья с молоком? Тащи.

Иди сюда. Мммм, а ты, оказывается та ещё тантрическая шлюшка, это только начало, я из тебя, мальчик, настоящую тантрическую блядь сделаю. Подождиии, я сфотографирую. Можно выложить? Если хочешь, мне нечего скрывать. Так, и отмечу тебя, ладно? Если тебе это нужно, можешь отмечать. Ну всё, теперь у тебя начнётся другая жизнь: подписчики передаются половым путём. Мне всё равно, залезай обратно.

С тобой очень приятно просыпаться, звезда, очень нежно. Мур. Секунду, это мой телефон. Алло. Не ори на меня! В чём проблема? Понял, вечером поговорим, если сменишь тон. Что-то случилось? Помнишь Вячеслава Иваныча? Да. Это отчим моей бывшей жены и деда Слава для моего сына. Ты познакомил меня с дедом своего сына? Просто он единственный мог впустить нас в Академию. Так, мне нужно записать обзор. Могу организовать тебе красивый фончик, выбирай дрочера. Белого.

Найди какую-нибудь песню на фон. *важно лишь степень искренности, я-аа говорю тебе мысленное прости* Ну неет, это мой шестнадцатый год, оставим его в прошлом. Давай что-нибудь другое. *бейся сердце, время биться, бейся стерео, время биться, всё, что страшно потерять - надо потерять* Отлично. Закажем еду. Какую? Китайскую, конечно. Тебе во сколько к сыну? В шесть из садика забирать. Хорошо, поедем вместе на Московскую, надо закрыть план прошлого приезда. Завтра у меня встреча с подписчиками с семи до девяти вечера в большом двухэтажном лофте, взяла его только потому, что там подвеситься можно. Приезжай к двум. Адрес вышлю.

Здравствуйте, вам помочь? Нет-нет, я всегда только сам собираю: просто оставьте меня на десять минут помедитировать, я позову. Мне нужны: три веточки вот этих миниатюрных кустовых розочек нежно-белых. Две вот эти пушистые седые веточки, чуть наверх. И по центру - вот эту прекрасную колючку. Упаковывать? Ни в коем случае, но мне нужна натуральная верёвка - перехватить в нижней трети, так, чтобы и в стакане красиво стояли, и вниз головой подвесить можно было, что-то вроде шпагата, но поблагороднее. Такая подойдёт? Более-менее.

Алло, да я уже скоро. Хорошо, код от ворот высылай. Привет. Проходи, подожди немного, мне надо подвеситься: заберись на второй этаж, поможешь перебросить верёвку. Только сейчас поняла, что, если бы подвесилась до того, как ты пришёл, было бы не спуститься самой, возможно. Иди сюда, человек-паук. Смотри-ка, я теперь настоящий Мэри Джейн. А ты смотри туда: ты попал в моё видео, Мэри Джейн. Помоги развязаться. Так, я отмечу твою страницу. Нам нужно сходить за продуктами. Выбирай фрукты, я пойду молоко зацеплю. Здравствуйте, будьте добры - ещё жвачку. Ой, а у меня дочка вот так же хотела покраситься. Это очень дорого: и высветление, и покраска, и уход, уход очень важен. Сколько, не подскажете? Тысяч шесть-семь. Ой, нет, пусть лучше так ходит. Я ей соврала, понятия не имею сколько стоит моя покраска. Почему? Мне же всё за рекламу делают: шмотки, уход, косметика, за игрушки ещё и платят. Осталось договориться с продуктовым магазином. Было бы идеально. Ты запомнил код? Забыла, что я шпион?

Так, у нас сорок минут, чтобы потрахаться. Где хочешь? Разумеется, на втором этаже. А теперь смотри, я нанесу тебе этот блеск для губ и присяду на лицо. А что это за блеск? Стимулирует прилив крови при кунилингусе. Чёрт, а ты знатный пиздоолиз. Спасибо. Так, теперь я спущусь тебе на руку. Устал? Смотри: если ты изменишь угол, рука не будет уставать. И делай вот этими пальцами - вот так, так никогда не поцарапаешь ничего, и в правильном месте будет стимуляция. Хочешь цветной презерватив? Давай. Так, телефон. Это что сейчас было, блядь? Ты просто встал и медленно вальяжно пошёл на первый этаж выключать звук? Ты совсем охренел, я могла бы и потерпеть музыку. Ты мне только что обломал оргазм, ты в курсе? Отруби будильник, пора собираться. Сеня, я боюсь. Чего? Я боюсь подписчиков. Сейчас сюда набежит толпа людей, и их надо как-то развлекать. Всё будет хорошо, ты же селеба, это твоя работа, малыш, и ты её делаешь лучше всех. Не понимаю, кто в такую мерзкую погоду попрётся встречаться с блогером? Я бы не пошла к себе. Хотел с тобой согласиться, но я тут с двух.

Проходите, рассаживайтесь, можете на втором этаже, можете на подушки, чай - самообслуживание. Мне будет постоянно звонить телефон, если незнакомый номер - кто ближе к двери - открывайте, пожалуйста, сегодня нас будет много. Не знаю, если честно, как все, кто вступил в группу встречи, поместятся, но надо постараться. Да, можете падать на ту кровать, я её сегодня уже опробовала, можно приклеивать стикер - протестировано секс-блогером.

Ты чего сюда в уголок убежала? Да они отлично и без меня общаются - смотри. Давай сюда свои плечи. О, да, вот так хорошо. Ой, а можно я к вам сюда подсяду? Конечно. Так, внимание! Это всех касается: можете подниматься на второй этаж, мы тут устроим массажный паровозик. Тебе комфортно? Вполне, я же спиной к стене сижу. Ой, а можно я у тебя на коленках полежу, я так рада, что пришла сегодня, слежу за твоими сторисами уже больше года. Да, ложись, конечно. А до сколько сегодня встреча? Смотрите, в девять с работы освобождается папочка, и приедет сюда, к нам на встречу. Так что в девять тридцать я никого из вас здесь видеть не хочу.

Мне кажется, малыш, пора тебе спуститься и что-то им рассказать, они явно ждут. Не хочу, я воробушек-социофобушек, лайфхак - спячься за мужика. Они ждут, а я вон в том углу посижу, чтобы от паровозика отстыковаться, так что убежать и спрятаться будет недалеко.

Вы хотите, чтобы я дала вам одну интересную телесную практику? Тогда смотрите, рассчитайтесь на первый-второй. Первые номера сейчас садятся в круг, так чтобы максимально удобно и комфортно. И закрывают глаза. Вторые номера сдвиньтесь по часовой на три человека и присаживайтесь рядом. Первые номера не открывают глаза. Теперь начните взаимодействовать руками, попробуйте почувствовать партнёра. Это может быть массаж, или танец руками, что угодно: ладонь с ладонью. Хорошо, продолжайте. Теперь сделайте прощальное прикосновение и медленно разомкните руки. Первые номера, откройте глаза и поблагодарите вторых. Теперь первые снова закрывают глаза, а вторые смещаются ещё на три человека по часовой.

Ну вот я и убежала. Посмотри, никто не чувствует рук друг друга, какой рассинхрон. Отсюда сверху это особенно грустно видеть, когда весь круг охватываешь. Ну а что ты хотел? Подожди немного, они ещё очень скованы. Снова прощаемся и благодарим друг друга. И теперь те, кто был первым номером встают, а вторые наоборот - садятся.

Посмотри, у нас тут уже массажная оргия образовалась. Интересно. И они очень слушают и любят тебя. И довольны, что раскрылись. Откуда звуки? Это - смотри - на кровати отшлёпывают кого-то. Ого. Подожди, телефон. Откройте кто-нибудь дверь, папочка пришёл. Привет, папочка. Мурррр. А ты уже собираешься? Да, мне, к сожалению, бежать надо, я хотела сказать тебе, спасибо большое, и вот тут… открыточку подарить, там… небольшое признание тебе, то, что мне было важно написать, можно я с тобой сфотографируюсь?

Ну как тебе? Ты умничка, просто молодец. Немного только... Что? Пугают меня некоторые твои фанаты, те, которые вначале самом побежали рассматривать и гладить кровать, которые в любой ситуации пытались куда-нибудь бочком-бочком поближе примоститься, прилечь. Столько поволоки любви в глазах. А ведь многие из них тебя сегодня впервые живьём увидели. Да и увидели ли? Ты же не та картинка. Нет, нет, ты не прав, не прав. Это тоже я, это очень большая часть меня. Не надо думать, что эта какая-то маска, которую я могу перед кем-то снять. Моя жизнь в сети - тоже самая настоящая, настоящая я не прячется, она состоит из половин, ни одна из которых не мёртвая - понимаешь? Ты тоже не отделим от своего образа художника, и не от образа, а от того, что ты делаешь. И тот, кто скажет, что видит какого-то якобы настоящего тебя помимо этого - просто сам хочет обманываться, якобы приобщился к какой-то тайне - чепуха. Из-за откровенного контента меня на три месяца блокировали, и это были ужасные три месяца, три месяца скитаний по резервным страницам, которые тоже постоянно блокировали и стирали. надеюсь, что такое больше не повториться в моей жизни. Поэтому не говори, будто есть отдельно я-блогер и якобы я-настоящая. Смотри-ка, кровать освободилась, побежали. А с оставшимися не хочешь попрощаться? Да, они про меня забыли уже - смотри, папочка их отлично развлекает, для того и приглашён.

Спустимся? Давай. И чаю можно заварить. Чего ты так на меня смотришь, папочка? Ты завтра уже уезжаешь из Питера, а я тебя впервые вижу, и ты наконец-то со мной заговорила. Я с тобой поздоровалась. Ага, и ушла трахаться наверх с каким-то мужиком. Это скандал? Дай мне немного поворчать, дома так всё хорошо, что мне не с кем ссориться. Ну я же не оставила тебя без женского внимания, смотри какая у тебя красавица. Кстати, можешь меня выпороть? Что ты так смотришь, неужели устал? Или вредничаешь всё ещё? Вставай к кольцу. Ой, а ты будешь рисовать? Ага. А я могу положить голову тебе на колени?

<...>

Папочка, а сделай нам по бутерброду с овощами. Четыре бутерброда? Да. Все будут пуэр? Ага. Да. Я, кстати, была у Никиты. И как тебе? Не понравилось совсем: игрушки ему, видите ли, мешают. Говорит: давай игрушку из секса уберём. А давай-ка лучше тебя самого из секса уберём! И не чувствует совсем, просто долбёжка мне мало интересна. А я тебе говорил, что единственное его хорошее качество: он может долго. Нет, ты говорил, что он классно трахается. Не мог я такого сказать. Он может долго - и всё. Но некоторым это именно то, что надо. А причём тут некоторые, зачем ты мне его порекомендовал? Зато теперь у тебя есть собственное о нём мнение. А смотри, какую мне открыточку подарили, с признанием в любви. Всё, ладно, пора баиньки.

Эй вы там, первый этаж, трахайтесь тише! Суровая ты такая. Иди обниму. Вуф! Вуф! Шшшш. Хорооошая. Сладкий мальчик. Бррр. Всё равно буду тебя так звать. Нравишься. Спи, малышка. Сняла художника. Мы, между прочим, ещё и по городу погуляли. А если бы я предложила сразу заняться сексом? Я бы отказался.

Тих-тих, не просыпайся, это мой будильник. Сколько? Восемь утра, спи, мне надо уходить. Ты настоящая. И всё у тебя будет хорошо, звёздочка. Сияй.

Где мои подснежники, пидор

26 октября. Маршрутка. Подъезжаю по пробке к Театральной площади. Вечер. Не смотря на городское освещение в окне, можно пялиться на своё отражение. Строю гримасы, репетируя ненавязчивую искреннюю улыбку.

На Невском захожу в Лавку Художника. Здравствуйте, скажите, а вот такие кисти с картриджами у вас есть? Нет, но у нас есть кисти с резервуарами, показать? Да, пожалуйста. Берёте? Пока нет, присматриваю.

В том же доме ныряю в арку, набрав код на воротах. Прохожу во двор. Смотрю на часы. Без четырёх минут восемь. Закуриваю. Поднимаю голову. Окна на пятом горят ярко-розовым светом. Ничего не напутал.

Берта открывает дверь. Заготовленная улыбка. Объятья. Поглаживания по голове. Кивок в сторону Стаса. Взгляд к ещё одной присутствующей. В туалет. Возвращаюсь прямиком к ней. Искренне и со всей силы прижимаю голову сидящей за столом Иренушкин, наводящей финальные штрихи образа. Малыыыш.

Постепенно собираются. Виктор. Арсений. Стас. Дамы, очень приятно. Машенька, проходи, красавица. Представишь нам своего спутника? Это Сергей, мой любимый садист. Слава. Проходи, Слава. Тебя же нет в чате? Да, меня пригласили так. Новичок, значит. Кааатенька! Куда мужа дела? Он меня сегодня отпустил погулять одну. Всем привет, меня зовут Анастасия и сегодня я хочу кутить! У меня праздник! Можно сказать, что я именинница. Ой, у тебя именины? Нет. У сына, ему восемнадцать. О, а вот и Шейла. Единственная, между прочим, из Москвы к нам доехала. Вика, а ты ведь с тренировки? Видел в инстаграме сторис. Да, только что с пилона слезла. Какое у тебя платье коктейльное. Проходите, проходите, а вы все вместе пришли? Берта, мы кого-то ещё ждём? Сатир с Таней ещё, но они после двух приедут. Хорошо. Тогда начинаем.

Всё это время Иренушкин сидела на стуле, общаясь и приветствуя гостей, не двигаясь с места, чтобы из неё не посыпались нарезанные бумажки, торчащие из чулок, корсета и трусов. Аккуратно поднимается и выходит в центр гостиной, освещённой розовыми лампами. По правую руку от неё встаёт Берта. Гости расселись на диване и на одеялах на полу. Я сижу в уголочке у двери. Рисую.

Здравствуйте, котики. Если кто-то меня не знает… Кто-нибудь меня не знает? Ну как тебя можно не знать, Иренушкин? Самая яркая! Королева! Принцесса Зефирка - попрошу. В бдсм-тусовочке меня знают под этим именем. Мы начинаем очередную тактильную встречу нашего семейного круга. Я немного делегировала организацию, поэтому по поводу всех встреч теперь пишите Берте. Привет, котятки. Большинство из вас я помню, есть новенькие, но за каждого очень горячо поручились, и все мы можем быть уверены, что никто не станет вести себя плохо. А иначе накажешь? Накажут сегодня всех, не переживайте, но только по БДР. Бюджет доходов и расходов? Не совсем, Виктор. Безопасность, Добровольность, Разумность. Не стесняйтесь. Вот тут на столике фрукты и вино. Чуть позже закажем еду. Презервативы, смазки, съедобные краски и прочие радости на журнальном столике. Мои флогги и плети не брать. Там у нас две спальни и две ванны джакузи. А сейчас, чтобы немного расслабиться и познакомиться, мы начнём с игр. Первая - эрокрокодил, или дилдокрок. Сначала постоянные наши гости - Катя, выходи. А теперь смотри, на мне есть записочки, можешь вытащить любую - они есть везде, не показывай залу и попробуй без слов изобразить то, что будет написано. И там тоже есть? Загляни, проверь.

Два! Два слова! Ага, хорошо. Первое. Гладит. Баюкает. Натирает. Плачет. Смазка. Да! хорошо, смазка. Второе. Индеец. Скачет. Не индеец. Воин. Амазонка. Копьё. Хоровод. Абориген. Да? Смазка аборигена! Да! Какие вы шустрые! Молодцы. Кто догадался, выходи. А можно я! Можно я! Пропустим именинницу? Давай.

Мы. Сидим. Люди. Патечка. Квартирник. Шашлык. Жарить. Жариться. Кто-то жариться. Плывёт. Река. Закинул ногу. Конвульсии. Оргазм. Мангал. Мясо. Бегает. Не, я сдаюсь. Что было, покажи. Извращенцы на пикнике.

Через полчаса все гости, кроме меня выступили. Некоторые по два раза. Так, осталась последняя записочка. Кто ещё хочет? Бросает на меня беглый взгляд. Катя, давай ты выходи.

А теперь восемь из вас выходят сюда, ко мне. Надевайте вот эти маски. Никто не видит? Не жульничайте. Хорошо. Теперь оставшиеся выбирают себе пару и отводят её на постеленные покрывала. Двоих без пары беру на себя. Ложитесь. Рядом с вами стоят столы с разными-разными ингредиентами. Не говорите, что вы даёте партнёру, просто кормите, потом поменяемся. Я перемещаюсь на освободившееся кресло, схватив по пути какие-то орешки с игрового столика. Рисую.

Кормления постепенно дополняются поглаживаниями, и вот уже Любимый Садист, ушедший с Катей пристроился у неё между ног. Места мало, пары соприкасаются и срастаются в один клубок. Стоны провоцируют остальных быть решительнее. Меняться масками и продолжать игру уже никто не стал. Перемещаюсь на подоконник поближе к отставленным фруктам.

Кто-то разбрёлся уже по комнатам. Рисую оставшихся в гостиной, чтобы ушедшие освоились в пространстве. Встаю. Начинаю ходить по квартире. Первая спальня. Иренушкин порит с двух рук Вику. Перемежая удары поглаживаниями или прижимась бедром к промежности. О, господи, Ира, твои руки… ты всё знаешь. Зрители массажаться на кровати. Вторая спальня. Любимый Садист яростно мастурбирует Кате. Джакузи. Привет. Мы знакомы? Ты Мария Айзекс, я во-первых, подписан на твой канал, во-вторых писал тебе о возможности порисовать вашу групповушку на пять человек, скидывал портфолио, но ты тогда не ответила. Я тебя позову в следующий раз. Спасибо. Красивый кулон. Хочешь ко мне залезть? Может потом. А ты совсем не взаимодействуешь? По настроению. Вторая ванная комната. Закрыто. Гостиная. Шейла скучает на диванчике. Спальня. Иренушкин порит Виктора. Его трясёт. Обнимает сзади. Тише, милый, всё хорошо. Продолжай. Есть что-нибудь сильнее? Хочешь однохвостую плеть? Да! Леди Треш берёт белую средней длины плеть. Познакомься с Сакурой. Сажусь в уголочке, пытаясь ухватить позу. После очень мягкого выхода из сессии оба уходят. Следую за ними. Ложатся на покрывало. Это твой первый раз? Да. И как тебе? Что-то невероятное. У меня сейчас всё тело… Какой-то высокоамплитудный тремор. Я же в жизни весь из себя строгий начальник, и ответственность постоянно, и всё вот это. Меня только в зале раньше отпускало после ударных нагрузок, когда мышцы болят, и все проблемы из головы уходят. Ты свою спину видел? Посмотри потом - очень красиво. А ты сильно устаёшь? Да это цветочки, новичков пороть одно удовольствие, столько эмоций. Вот старые мазохисты это кошмар. Два часа пиздишь его арматурой, а ему всё мало. Арматурой? И такое бывает. У тебя есть такие клиенты? Парочка стариков, из олдовых тематиков. Но с ними бывает весело. Ползает в ногах, а ты ему: где мои подснежники, пидор! Твоя богиня требует подснежники! Почему сам не догадался?! Может, еду закажем? Давайте.

Вторая спальня. Закрыто. Мимо проходит Именинница, трогает меня за плечо. А художника раздеть можно? Нет. Джакузи. Новичок сидит в объятьях Марии. Явно волнуется и не очень понимает, что делать дальше. Мне бы хотелось, чтобы меня сейчас хорошенько выпороли. А почему тогда ты ещё не рядом с Иренушкин? А она хороша? Все, кто прошёл через её руки, утверждают, что лучшая. Из тех, кого знаю. Но я постоянно работаю с ней на Событии, и уверяю тебя - это виртуоз. А у неё там занято? Не поверишь, именно сейчас она отдыхает в первой комнате, и думаю, у тебя есть шанс. Подашь полотенце? Помогаю выбраться. Убегает. Сажусь на унитаз. Рисую Новичка. Кажется, он не очень понимает, что сейчас произошло и почему он вдруг остался один. Возможно, злится. Сосредотачиваюсь на портрете. А какого чёрта ты сюда пришёл? Не очень понял твой вопрос. Какое удовольствие ты получаешь от всего этого? Я рисую. Да, но зачем? Это моя работа. Через пять дней я еду в Москву, мне там рисовать крупнейшую российскую выставку секс-индустрии, потом бурлеск, потом мастер-класс по бдсм, а тридцатого - большую секс-вечеринку тоже в Москве, в декабре питерскую. Так что сейчас я просто ставлю руку, оттачиваю приём. Ясно. Прости, что разочаровал, но - нет - я не спускаю в штаны от подглядывания, и очень даже люблю прямой контакт. А ты тут как? Друг привёл. Ясно, удачи.

Вторая спальня. Открыли. К Любимому Садисту с Катей присоединилась Мария. Сижу в уголочке. Рисую. Катя встаёт, подходит. Обнимаю ноги, встаю, целую грудь. Беги давай, ненасытная.

Гостиная. Новичок делает куни Шейле. Нахожу удобный ракурс. Жую фрукты. Входит в неё. Через некоторое время к его заднице пристраивается кто-то из девушек, которых не знаю, с оранжевой вибрирующей игрушкой. Звонок в домофон. Это курьер. Есть кто-нибудь одетый? Арсений, выйди встреть курьера на лестнице. Хорошо. Так, поставим стол к дивану, давайте, налетайте. Сатир пришёл. Привет, как ваша семейная жизнь? Сажусь на островок дивана между катиных ног. Разминает плечи. Откидываю голову, целую. Беру её руку, обвиваю себе шею. Она понимает и сдавливает. На несколько секунд отключаюсь, сползая вниз. Спасибо. Новичок сидит поодаль от всех в красных плавках, скрестив руки и ноги. Ой, а давай ты меня распишешь! Распишу? Ну да, у нас же краски съедобные есть. Ложись. Катя ложится в центр гостиной, я сажусь рядом на колени. А что ты будешь рисовать? Не знаю, как пойдёт. Веду кистью вокруг сосков, по животу, где-то растушевываю языком. Вкусненькая, попробуй. Даю облизать кисточку. Готово! Это цветочки! Ну не просто так я шесть лет на текстиле отбарабанил. А теперь - вы - сидящие тут - налетайте. Катю окружают обнаженные девушки и начинают жадно размазывать краску, периодически поднимая перепачканные лица. Как в кино про зомби-апокалипсис прямо - красота. Я тихонечко отсаживаюсь к уставшей Иренушкин. Обнимаю, заваливаю её голову на плечо, разминая мочку уха. Созерцаем.

Только что посмотрел на свою спину - это огонь! В спортзале не наругают? Пусть завидуют. А хочешь ещё кое-что? Конечно! Давай воском тебя покапаем. Котятки, расстелите мне здесь плёнку. Чёрт, в такую труп можно заворачивать. Боишься? Катя весело бежит к сумочке. Ой, а у меня как раз нож есть, у племянника отобрала. Достаёт нож-бабочку. Положи к свечам. Дайте зажигалку. Вот этими свечами? Нет, это совсем низкотемпературные, мы ими на пенис капать будем. Сначала позлее, вот эти. А как счищать? Ножом. Не бойся. Я тебя ещё на поводке не водила. Я не нижний! А кто сказал, что поводки только для нижних? А это правда, что тематики не трахаются? Нет, конечно. Эта фраза из одной конкретной бдсм-тусовки, со своими ритуалами и правилами. Тема гораздо разнообразнее. Внимательно рисую весь процесс.

Счастливый Виктор убегает отмываться. Устала за сегодня? Угу. Ложись, малыш. Ты не против, если я сниму уличные джинсы. Беру масло. Наливаю в ладонь. Кладу вторую ладонь на спину Иренушкин. Лью масло сквозь пальцы. Разогреваю плечевой пояс, спину. Вбегает Мария. Я там своему мужчине обещала массаж в шесть рук, кто хочет присоединиться? Уходят. Продолжаю греть спину, руки. Из спальни слышатся хлёсткие удары и стоны. Так, кто-то взял мои девайсы, я им сейчас. Цыц! Потом! Лежи, отдыхай, расслабляйся. Всё потом. Начинаю мять интенсивнее, глубже в мышцы. Снова руки, пальцы и ладони. Возвращается довольный, как кот, Любимый Садист. Иренушкин постепенно отключается, встаю, накрываю её одеялом, надеваю джинсы. Иду рисовать.

Спальня. Вторая спальня. Джакузи. Возвращаюсь в гостиную. Звонок в дверь. Входит Виктор. На нём серое полупальто и чёрный шарф, завязанный французским узлом. В руках букет в обёрточной бумаге. Разувается. Следую чуть поодаль. Это вам, моя госпожа. Открывает букет. Это тюльпаны! Где мои подснежники, пидор?! Смеётся. Целует. Пытаюсь ухватить кадры.

Одна из спален освобождается. Раздеваюсь. Складываю три изрисованных скетчбука в рюкзак. Укрываюсь. Выключаю свет. Входит Иренушкин. Кажется, все кроме нас уже перетрахались. Настоящие тематики не ебутся, ложись спать, королева. Вот так, клади голову на плечо. Добрых снов, малыш.

Обдолбанная героиновая шлюшка

Часть I. Билет в один конец.

Здравствуйте. Мне, пожалуйста, вот эти кисти с резервуарами, двух размеров. Два больших альбома, два квадратных, два маленьких скетчбука и один карманный - вот этот. Восковые мелки две упаковки, перманентный маркер белый. Можно попробовать его? Угу. И набор фломастеров на двенадцать.

Алло. Да, привет, Иренушкин. Да, уже собираюсь, вечером маршрутка, утром приеду. По планам сейчас сориентирую. Смотри. Тридцать первого утром я в Москве, но вне доступа, никому отвечать не буду, телефон выключу. Первого с утра рисую на ЭроЭкспо в Сокольниках, вечером иду на твоё выступление, варьете рисовать. Потом второго на твоём мастер-классе, на семейной встрече, потом снова пропадаю с радаров, четвёртого обещал написать портрет Пчелы наконец-то, а то в прошлую поездку так до холста и не добрались, так что на этот день она меня забронировала. Потом не знаю, обратный билет ещё не куплен, надеюсь также пропасть из виду. Я весь внимание. Твои предложения меня пока что только радовали. Побыть нижним второго ночью? Поясни, что это значит. Ага, то есть вместо квартирной оргии поехать с тобой на какую-то закрытую вечеринку и изображать раба - хорошо, это интересно. Вопрос только в том, что от меня будет требоваться. Нет, у меня нет никаких табу и границ, есть только технические ограничения. Я сейчас нахожусь в плюс-минус постоянной эйфории влюблённости в одну девушку, поэтому чисто физически очень редко что-то работает с другими, не откликается тело. Не всегда, но есть большая вероятность, что если для твоего перфоманса понадобиться моя эрекция, я всё испорчу: Штирлиц упал и провалил миссию. Не понадобиться. Отлично! Значит, ты просто будешь меня истязать всеми возможными способами на глазах рассевшихся по углам зрителей? Они тоже смогут? На каком уровне? Просто... тебе я доверяю полностью, но позволить незнакомым людям пороть меня или засовывать в меня посторонние предметы… Ты будешь контролировать - хорошо. Так-то ничего особо не смущает, кроме того, что у меня в Москве всего два дня с моей влюбленностью наедине, и я не хочу третьего числа после ночного избиения быть мёртвым ни на что не способным куском мяса. Давай я до вечера сегодня подумаю и дам тебе знать.

Алло. Привет, маленькая. Да, уже иду на маршрутку, завтра утром у тебя. Конечно говори. Ну а почему меня должно смутить, если другой твой любовник будет у тебя, не надо из-за меня перекраивать планы, пусть выспится. Куда ты его сейчас погонишь на ночь глядя? Просто залезу к вам вдвоём под одеяло. Да - понимаю - просто проговариваешь, границы и всё такое. Обнимаю, до завтра. Люблю.

Привет, Иренушкин. Я согласен на всё. Ночью второго числа делай со мной всё, что хочешь.

Алло. Привет, малышка. Да, я уже в такси еду, скоро буду. Только в магазин заскочу, что-нибудь взять? Настроение, если честно, отвратительное. Нет-нет, сам спектакль отличный, варьете - это чудо чудесное, ретро-эротика, юмор, всё прекрасно. Просто… День тяжелый, с утра на выставке часов шесть нонстоп, из-за такси чуть не опоздал в театр. Там - сначала два часа на нервах сидел. Мне очень-очень хотелось, чтобы именно наброски с “Вампиров на пляже” получились хорошие. Но не знаю, получилось ли хоть что-то. В клубе рисовать в разы легче, хоть и полумрак, и толкаешься, а всё же у людей один наряд, один образ, минут десять пусть и двигаются, но в одной зоне. А здесь: сел, в зале темно от слова совсем, номера по две-три минуты, и в течении этих двух минут каждая модель успевает сменить два образа - в каком выходит и без одежды. Чирикал в блокноте в панике, пытаясь хоть что-то поймать. А потом, после всех этих нервов. Вышли на поклон. Стоят. И все же кого-то своего по проходкам приглашали, на каждого артиста был один билет для своих. И вот стоят. И всем хотя бы кто-то один цветы дарит. А я идиот, с этой выставкой. И Иренушкин улыбается. Кланяется в зал. Одна без цветов. И даже если сейчас побежать куда-то, вот этот момент поклона - упущен. Чёрт! Идиот! Мне сбежать хотелось, под землю провалиться, соврать потом, что не смог прийти. Но подошёл. И… Я хочу на ручки, малыш. Мне очень хреново. Вот у того магазина остановите, пожалуйста.

Итак, котики. Наш мастер-класс подходит к концу. И сейчас я бы хотела получить обратную связь. Все же успели побыть и в дающей и в принимающей позиции? Что понравилось, что не понравилось? Давайте начнём с тех, кто давно в Теме. Медведь, начнём с тебя, как со старого профессионального садиста. Ты что-то новое для себя получил? Так. Ну, про свой запрос я уже говорил: практикую уже много лет, но никогда не был ни в каком тематическом сообществе, в тусовке. Долгое время просто с любимой женщиной всё это делали. Поэтому мне, во-первых, было интересно всё, что ты рассказывала про тематические встречи, мастеров, куда пойти, где познакомиться. С этим я разобрался. Во-вторых, было очень важно понять, правильно ли я всё делаю, узнать мнение профессионала. Приятно, что - да, техника у меня верная. Но и кое-какие фишки я для себя украл, например стойку, как в восточных единоборствах. Долгие сессии утомляют, и в той стойке, что ты показала гораздо комфортнее: айкидо и бдсм хорошее сочетание.

Арсений, ты что-нибудь скажешь? Да, могу. Аааа… Вот. Мой исходный запрос, как обычно: порисовать интересных мне людей в увлекательных обстоятельствах. И тут мастер-класс очень хорошая практика. Потому что обычно рисуешь порку в процессе, в темноте, не понимая особенностей. А сегодня: светлое помещение. Каждая поза, каждая стойка отрабатывалась по нескольку раз, с разными моделями, медленно. И после учебной бдсм-сессии я совершенно точно лучше начну рисовать в реальной боевой ситуации, просто понимая саму логику действий садиста. Но есть ещё один момент. Мне же сегодня придётся всю ночь работать с тобой в роли нижнего. И… Я очень много рисовал тебя, как модель, на дистанции, слышал отзывы. И если кому-то и готов довериться, то тебе одной. Но это было именно из наблюдений, из общения с теми, кто прошёл через твои руки. А сегодня я очень внимательно слушал всю теорию именно примеряя на себя то, что меня ждёт ночью. Поскольку абсолютный и совершенный девственник в этом деле. И очень классно, что время от времени меня дёргали от рисования побыть мальчиком для битья, причём не только в руках мастера, но и новичков. Пусть совсем не с той силой, что ожидает, но я понял примерно, к чему готовиться. И моё доверие, хотя и было достаточным, теперь абсолютно. Смело иду в твои руки, Леди Треш.

А ты до ночи не умрёшь на таких шпильках бегать? Может переобуешься пока? Я никогда раньше на каблуках не ходил, надо потренироваться. И ещё. У меня нет обратного билета. Я приехал в Москву умирать.

Часть II. Мёртвые не умеют отдыхать.

Едем в такси. Иренушкин держит меня за руку. Не волнуйся. Я не волнуюсь, всё отлично. Сама не волнуйся. Расскажешь вообще, что за мероприятие? Назывется Afterhalloween, костюмированная вечеринка для богатеньких, проводится раз в год, снимают отель на пару дней. А причём здесь мы? Ну… там есть два типа билетов. Зона за шесть тысяч - первые пару этажей, танцы, бар, фотографы, места посветить своим дорогим костюмом. А дальше зона за шестьдесят, или тридцать, не помню точно. Тематические этажи по принципу контактного зоопарка с животными из разных негламурных параллельных вселенных. Один этаж - полностью посвящен сексуальным практикам и перверсиям. Мы работаем в комнате с пытками. Я с тобой и Грейсон со своим нижним. Ты знаешь Грейсон? Тюю… Как не знать гиену, одна из крутейших бдсм-блогерок? Я вырос на её твиттере. Самое главное, не переживай, эти накаченные силиконом модели понятия не имеют, что такое настоящая Тема. Они кончают от одного вида плёток, так что всё будет очень мягко. Надеюсь. Ты уже работала на этом мероприятии раньше? Молодой человек, не меняйте маршрут. Навигатор показывает пробку на Ленинградском шоссе, наверно, авария. Всё правильно, там и должна быть пробка - нам туда, это не авария.

Ленинградское шоссе. Hyatt Regency Moscow. 14 этажей сияющего пафоса. Очередь из людей в странных маскарадных костюмах со сложным пластическим гримом. Стою в пуховике, с жёлтым чемоданом полным девайсов Леди Треш и бумажным пакетом с моим костюмом и туфельками. Звонок на мобильный. Ждём минут пятнадцать. Мёрзнем. С бокового выхода к нам приближается статный мужчина в дорогом костюме. Вот ваши браслеты. Надеваем. Белые. Вот сюда. Нет, этот лифт не для вас, сюда пройдите. Идём через кухню, огибаем забитые шампунем столики на колёсиках, катящиеся в противоположную сторону. Вот на этот лифт - для персонала. Восьмой этаж.

Переодеваемся. Колготки. Платье, в котором больше вырезов, чем материи. Короткая сутенёрская шубка. Красные туфельки. Ошейник. Пристёгиваю к ошейнику цепь с кожаной петлёй-ручкой. Дай я тебе губы накрашу. Я похож на обдолбанную героиновую шлюшку. Да, точно - обдолбанная героиновая шлюшка. Мне нравится. Разложи на столике плети. Выкладываю. Не-не, это не девайс, дай сюда, я этим волосы сейчас подзавью. А ты что подумал: в жопу и в розетку? Ну да. Ты знаешь, где бы я сегодня был, если бы ты не вытащила меня на варьете? Где? На открытии персональной выставки моей бывшей в честь её тридцатилетия. Расскажи мне про неё. Зачем? Я должна понимать твои триггеры и границы, чтобы не сломать случайно. Если этой информации будет достаточно: триггеров в её сторону у меня с недавнего времени нет.

Арсений. Грейсон. Я знаю. Бля, почему все это говорят, когда со мной знакомятся? Входит ещё один Верх. На поясе большой охотничий нож. Дай посмотреть. Держи. Хороший. Это мой рабочий инструмент. Мне больше нравятся скальпели. Скальпели это хорошо, но это универсальная штука, я ей и колбасу дома режу, и шалаш в тайге смастерю, и работаю с нижними. Универсально. Но поскольку я большая поклонница игр с кровью, мне больше заходят тонкие скальпели, с маленькой рабочей поверхностью. Да, радость моя? Грейсон сжимает скулы своего нижнего. Он молча соглашается. Входит мужчина, пропустивший нас на входе. Готовность пятнадцать минут. Иренушкин, подойди в соседнюю комнату.

Зефирка, чего на тебе лица нет? Наш номер отменили. Как отменили? Сказали, что мы не работаем. И что нам делать? Сказали, можем просто гулять по этажам и развлекаться. Отстёгиваю поводок. Не долго я был нижним. Пойдём покурим. Выходим в крытый павильон на улице, через каждые пять метров стоят декоративные газовые фонари, урны-пепельницы и тепловые пушки. Ну и чего расстраиваться? У нас там дома семейная оргия полным ходом на пятнадцать человек, нам есть куда вернуться. Тем более и люди поприятнее и развлечения интереснее. Улыбнись, принцесса Зефирка. Некрасиво это, неприятно. Ну и ладно, это ж всё равно не наши люди. Посмотри на них, пресные, скучные, ходят, боясь смазать свой суперкрутой грим, танцуют с амплитудой два сантиметра, только ради фотографий и пришли. Разве так живые люди развлекаются? Да, но… это люди с деньгами, ёбаныеые сливки. Недоёбаные, поверь. Ты хочешь быть частью этого мира? Не знаю. Так, держи. Вкладываю ей в руку кожаную петлю цепочки, пристёгиваю карабин к своему ошейнику. Пойдём и покажем этим блядям, как надо отдыхать - веди меня! Куда? По всем этажам веди! У нас будет сегодня номер! И не один.

Оглядываются. Удивлённо смотрят. На пятом какой-то седой старичок кадрит модель. На ковровой дорожке рассыпаны пластиковые мячики. Пинаю один из них в его сторону. Старичок принимает пас и отдаёт обратно. Я ему. Иренушкин утягивает меня за поводок дальше. Что случилось, зачем мы ушли? А что ты хотел? Общаться, слово за слово. Я стесняюсь. Давай начнём с какой-нибудь шутки. Будем подходить ко всем с каким-нибудь дурацким вопросом, а там само пойдёт.

Вы здесь ради алкоголя, кокаина или пафоса? Ой, мы больше по алкоголю. Почему? Ну не знаю… А это ваш? Это мой питомец, правда хорошенький? Как он шикарно на каблуках ходит! Годы дрессировки! Можете погладить. Ну-ка покружись. Хороший пёсик. Теперь на колени. Целуй свою госпожу. Умничка. Подойди к девочкам, не бойся. Ой, как весело! Хотите я его отшлёпаю? Ну… нет, наверно. Почешите его, не бойтесь. Как жаль, что мужа так нельзя. Почему нельзя? Всё можно. Он просто не знает, наверно, какое наслаждение подчиняться любимой женщине - научите его. Вы сегодня сделали наш вечер.

Ну вот, видишь, Зефирка, всё просто, идём дальше. Куда? Давай теперь на этаж с карликами. Организация, конечно, так себе. Один раз в год устраивают этот маскарад и так не продумать логистику, в лифт бесконечная очередь, на лестницах толкучка, будто зомби ломятся. И ведь не разуться из-за всех этих битых стаканов под ногами. А всё потому, что пластиковая посуда не по статусу.

Ой, а вы гости или актёры? Гости. И это ваш… как это называется? Раб? Это мой нижний. Вы живёте вместе? Да. А можно я его… Конечно. Котик, достань из своей сумочки стек. Принеси мне его.

Ты видел, на первом этаже официальный фотограф работает? Вперёд и вниз!

Возле центральной инсталляции играет живая музыка. Ай! Оглядываюсь. Наклоняюсь к Иренушкин. Малыш, это ты меня сейчас по ноге ударила? Нет, что ты! Поворачиваюсь на триста шестьдесят. В кресле сидит какая-то престарелая мадам в чёрном, вытащила из моей сумочки стек. Хитро смотрит и снова бьёт меня по заднице. Переглядываемся. Уууу, вам понравился мой пёсик? Хотите его наказать? Сидеть! Старая блядь вытягивает сапожок. Припадаю, показательно лобызая. Чувствую удары по бёдрам. Отходим. Котик, тебе нормально? Чего смеёшься? Мне очень хорошо, Зефирка! Эта сука действительно думала, что я нижний.

Простите, а мы тут репортаж снимаем, можно вас снять? Конечно. А он не разговаривает? Пока я ему не разрешу.

Слууушай, помнишь на втором большая инсталляция с рассыпанной солью и манекенами? Ну. Хочу ползать в колготках по соли и целовать пластиковые ноги. А нас не выгонят? Обязательно выгонят, но не сразу. Пойдём!

В очередной раз поднимаемся по лестнице, круг пятый уже, наверно. Толпа стала сильно пьянее, отчего движение ещё более замедлилось. Хруст стекла под каблуками. Постоянные выкрики-шуточки в нашу сторону. На девятом падаем на подоконник. Давай сюда свои ноги. Снимаю её туфельки. Массирую ступни. Иренушкин откидывается на спину, спокойная, расслабленная и, кажется, счастливая. Проходящие мимо гости всё ещё останавливаются и снимают нас, но мы больше не замечаем их, общаясь друг с другом. Вот скажи мне, эти девушки на таких же каблуках всю ночь шастают по этим лестницам. Как думаешь, хоть один их мужчина догадался сделать им массаж? Я не думаю об этих людях, Зефирка. Мне абсолютно всё равно. Поехали к нашим! С радостью.

Переодеваемся. Я снова в пуховике и стоптанных кроссах. У меня к тебе одна просьба. Я весь твой. Можешь провести меня до выхода на поводке? Ты хочешь, чтобы я вывел на поводке свою госпожу? Перед всеми нашими зрителями? Ага. Пристёгивайся! Вперёд и вниз!

Часть III. Жизнь после смерти.

Третье ноября. Воскресенье. Вечер. Звоню в дверь. Щёлкает замок. Не включай свет! Хорошо. Все окна плотно занавешены, полная темнота. Можешь включить в коридоре, слева от выхода клавиша. Хорошо. В темноте едва различимо перемещаются тела. Подожди немного, я оденусь.

Садимся в авто. Курить? Курить. Опускаются окна. Как провёл выходные? Отлично: был на Afterhalloween. Когда уходил, просто охренел: четыре часа ночи, Ленинградское шоссе, еле ползущая пробка из одних только такси, и все к Хаяту. Это Москва, малыш. Потом на семейной оргии доспал, там, пока нас с Иренушкин не было, очень повеселились все, Медведь резал. Так я и не порисовал игры с кровью. Как твои? День Рождения котиков, потом должны были делать гипсовые слепки секса, но всё сорвалось и просто квартирник. Спасибо, что забрал меня от этих извращенцев. Какой дождина-то! Мерзкая погодка.

Въезжаем на МКАД. У нас завтра фотосессия групповая, звали тебя, но я сказала, что ты портрет подруги рисуешь. Подруги - да, портрет - сомневаюсь. Мы списывались сегодня, она на отходниках сильных после трипа, так что просто заберусь под одеяло и буду её оживлять. Врубает песню, ставшую “нашей”, выкручивает громкость на полную, вдавливает газ. Управляет одной рукой, сцепив свою правую с моей левой. Дворники едва успевают расчищать лобовое. Люблю тебя, Звёздочка.

...Бейся, сердце, время биться.
Бейся, стерео, время биться.
Нас непросто напугать,
мы достигли дна,
радостно смеясь.

Мама, не ищи меня.
Видишь солнце, там и я.
И солнце стало красным.
Бейся, сердце, солнце любит кровь.
Солнце любит кровь

Бейся, сердце, время биться!
Бейся, стерео, время биться!
Всё, что страшно потерять,
надо потерять…

Подарю тебе пенис Давида

Шестое ноября. Квартира на Ленсовета. Уложил? Да, спит. Можешь ехать. Ничего не забыла? Что? У меня для тебя подарки, тридцатилетие как-никак твоё пропустил, да и выставка первая персональная, не знаю, что важнее. Чего кислая такая? Просто устала. А если честно? Ты же вполне можешь сказать: “не твоё дело” или “я не хочу об этом рассказывать”, но врать-то зачем? Я правда устала, сломалась, с этой выставкой, в которую вбухано немерено, с работой, с кредитами, с мужиками-идиотами, которые надумывают себе, а потом закатывают мне истерики. Я просто ехала в метро, двадцать минут не отвечала. Выхожу наверх, десяток голосовых о том, какая я сука. Мы с ним даже не встречаемся, не спим - ничего! Просто устала и не понимаю, что мне делать. Тогда позволь вместо совета вручить тебе вот это. Во-первых, цветочки. Во-вторых, вот такую прекрасную вибропулю, поверь э-эта штука стоящая. И стильная, посмотри. Стиль и самодостаточность - первое пожелание. А теперь небольшое продолжение нашего сериала. В прошлом году ты жила с мужиком, с которым вела себя, как сука. Что?! Ну, ладно, это было взаимонепонимание равнозначное, согласен. Но тогда я подарил тебе гипсовое ухо Давида, чтобы ты научилась слышать то, что тебе говорят. А сегодня, когда у тебя никак не наладится коммуникация, держи - губы Давида. Чтобы научилась говорить, что ты чувствуешь. Подарю тебе пенис Давида, когда других проблем, кроме секса не останется. Вот теперь поеду. В пятницу выставка закрывается, успеешь сходить? Не знаю.

Ночью того же дня выкладываю наброски, сделанные на московской выставке секс-игрушек. Одиннадцатого - наброски с варьете шоу. Двенадцатого - с мастер-класса по флагелляции. Тринадцатого - шесть набросков, быстрых портретов в несколько линий, никак не называя публикацию. Через час звонит отец.

Привет. Очень понравились твои наброски. Какие? Самые последние. Аааа, окей. Мне нравится, в каком направлении ты развиваешься. В каком по-твоему? Ну, что не обязательно рисовать секс, чтобы было интересно. В них появился характер, человечность какая-то. Ясно. Но во-первых, там в одном сиська из под халатика таки выглядывает, если ты пропустил. А во-вторых, это просто лирика личного отношения к человеку, к проекту это никак не относится, просто зарисовки на кухне за чаем. Дело же не в том, что я умею или не умею рисовать, кому какое дело, сегодня вполне можно обрисовывать фотографии на компьютере, и не вижу в этом ровно ничего дурного. Моя страница, если хоть чем-то и интересна, судя по приятно растущей аудитории, без малейших с моей стороны вложений в раскрутку или заигрывание с подписчиками, то только моментом присутствия на вполне специфических встречах. Как бы хорошо я ни рисовал кусты в парке, это не интересно. Мне не нравится твой голос, всё хорошо? Не знаю. Отхожу после Москвы. Давит какое-то бестолковое отсутствие событий. Ломка. Считаю дни до новой дозы. Ты снова едешь в Москву? В ночь двадцать седьмого. Две недели. Я задохнусь тут за две недели. Меня очень расстраивает это. Что? Когда ты рассказываешь про все эти свои похождения, все эти истории… Я всё понимаю и мне интересно, но раньше… Ты всегда был как бы это сказать… Наблюдателем, в стороне, даже если с кем-то спал, человеком из нормального мира. Того, что я называю нормальным. А сейчас как-будто это становится твоим миром. Я беспокоюсь за тебя, Сеня. Не беспокойся, руку я берегу, рисовать будет чем.

Четырнадцатое ноября. Рисуем открытки с Николаем. Ты скоро закончишь со своими голыми бабами? У нас новогодний чёс стынет. Сейчас доделаю, мне в субботу Лере отдать этот матриархат, доведу, переключусь на снеговиков. В чём там идея? Плохо понимаю, ей, как феминистке, виднее. Что-то про африканские культы матриархальные, надо чтобы голые темнокожие барышни ритуально танцевали со свечками, я не вникал. Давай ускоряйся, я договорился ещё с несколькими точками, и все хотят сразу партиями. Опять только на реализацию? Да. Чёрт, где б денег достать? Путин и Советское шампанское хорошо пойдут, как думаешь? Лучше всего деды морозы и рождественский Питер, считаю. Давай все непродавшиеся открытки по белым ночам перекрасим в рождественские. Как? Просто звёздное небо и снег на крышу. Кстати, Коль, твоя бывшая жена писала, заказ предлагала. Какой? У неё там какой-то сайт по портупеям женским, нужно было векторные иллюстрации сделать. И что написал? Сказал три рубля за штуку, она спросила, не охренел ли я. Что, мол, ей весь сайт дешевле встал. Цитирую: “Арсений, такой ты, конечно, художник”. Видимо, это было что-то про неадекватность. Ну да. Смешно подумать, помнишь, год назад, когда мы на одной вёрстке выживали, все эти менюшки за копейки, презентации авиакомпаний и прочее… И тогда перед Новым Годом загадали, чтобы в девятнадцатом перестать уже быть только дизайнерами, и стать художниками наконец для всех. И вот смотри, прошёл год, у меня ни одного нового законченного холста, ни одной выставки, как и раньше, но для всех я - художник. Что пожелал, то и сбылось. Будь добр, загадай в этом году, чтобы мы хоть что-то с твоих набросков имели, а то ты сейчас опять на неделю уедешь, а вся работа студии на мне повиснет. Для начала я бы загадал стать художником несетевым. А то проживаю, конечно, в реальности, а всё, что про рисование - только в интернет идёт. Хочу, как художник выйти в реальную жизнь. Ты куда-то сегодня собираешься? Татуировку новую бью.

Вечер. Коммунальная квартира. Трое и собака. А все тату тебе тоже Ваня бил? Ага. Да, я бил. Рыбу только с Марфой, кажется. Да, вы вдвоём били, так что почти такой же был вечер, только все пьяные в говно, а мне на следующее утро диплом надо было защищать. То есть это было… Шесть лет назад. Расскажешь, что значат? Смотри, рыба значит вот что… Она значит, что перед защитой диплома мы в первый раз расстались с моей бывшей женой, я пришёл к другу, который жил тогда со своей девушкой и учился бить татуировки, мы нажрались, я достал свой блокнот с телефонными каракулями, открыл на первой странице, а там была нарисована рыба. На руке тату значит следующее. Мы второй и окончательный раз расстались с моей бывшей, успев сбацать малыша в промежутке - очень осознанно, между прочим. Я валялся в постели своей на тот момент партнёрши, мне позвонил Иван, и такой: хэй! я тут решил снова начать учиться делать тату после четырёхлетнего промежутка, хочешь быть моим черновиком? Я ему: а что ты хочешь потренировать? Давай прямые линии и ровные круги. Я ему: отлично, у меня как раз нет авторской подписи для холстов, которых тоже нет. Давай я разработаю простую линейную подпись и набью её на предплечье. В итоге этот кривой иероглиф - стал моим фирменным знаком. И вот теперь во вторник у Анзола и его двух жён встреча с подписчиками, на которой он будет рассказывать про полиаморные отношения, я хочу их порисовать, у меня нет денег, но если набить тату с названием встречи - “Словами через рот”, пускают бесплатно. Так что вход мне обошёлся в бутылку пива. Это моя философия татуировок. Они должны не символизировать события, а сами быть событиями, понимаешь? Это не знак того, что нечто со мной случилось. Со мной случилось именно это - вот эта картинка на теле. Ты уже шрифт подобрал? Нет, давайте сейчас посмотрим. Где будем бить? Где хочешь. Можем продолжить композицию с рыбой. Вот так, чтобы текст шёл, прямо к её голове. Словами через рыбу? Точно! Так и пиши! Не “словами через рот”, а “словами через рыбу”. И костяшки домино рядом. Нет, домино не будем бить. А тебя пустят с такой? А мы от буквы “Р” вниз сделаем две буквы “О” и “Т” - маленькие, чтобы, как “ом” читалось тоже. Так, а ты смотри внимательно, как он бить будет, у тебя десять минут, чтобы наблюдая за мастером, понять, как это делается, и набить вторую часть фразы. Боишься? Ты бойся, ты же первый раз человека машинкой дырявить будешь. Какие рыбы средь глубин свободнее меня! Это из моего любимого стихотворения - “К Алтее из тюрьмы”.

Девятнадцатое ноября. FISH FABRIQUE NOUVELLE в арт-центре Пушкинская10. Ваш билет. Я по татуировке. Прохожу. Покупаю на баре фирменную открывашку-брелок в виде скелета рыбы. Постепенно зал заполняется. С кем-то здороваюсь, кого-то обнимаю. Не, ну вы ещё пососитесь! Сосёмся. Рассаживаемся. Ставлю себе отдельный стул возле сцены, перпендикулярно линии общения выступающих с залом - так, чтобы одинаково хорошо видеть и тех и этих. На диванчике на сцене садятся: в центр Анзол, по обе стороны от него Белка и Единорожка, сбоку на стуле, в той же плоскости, что и я, но на сцене - профессиональный журналист-интервьюер с блокнотом заготовленных вопросов. Начинает расспрашивать. Достаточно быстро его вопросы заканчиваются. Я хочу пригласить на сцену ещё одного человека. Это моя мама. Тема сексуального просвещения это вообще очень часто про непонимание и неприятие семьёй твоего образа жизни. Поэтому на всех наших встречах будет действовать принцип “родителям бесплатно”, приходите со своими папами и мамами, им не нужно будет покупать билеты. На сцену поднимается маленькая интеллигентная женщина, немного смущается. Мой сын… Он с детства был другой. С маленьким я с ним советовалась, у него был всегда свой взгляд. И… верю, что однажды всё это наносное, все эти татуировки, весь этот странный внешний вид, всё это спадёт, и останется то, что вижу только я.

Выхожу на улицу покурить. Ну как тебе? Не знаю, никак пока.. Просто интервьюер, мне кажется, плохо отработал. Это же не лекция или встреча с журналистами. Здесь все в зале в худшем случае - в теории - понимают, что такое полиамория, принцип активного согласия и ненасилия, проговаривание словами через рот всех моментов секса или отношений. Это же всё костяк его постоянной аудитории более-менее, здесь нет тех, кто скажет: а что, так можно было? Как мне кажется. Хотелось чего-то действительно волнующего. Да хоть бы и про постоянное ужесточение цензуры в соцсетях, когда уже не только порно, а даже просто пост про секс образовательный стало сложно выложить, не нарвавшись на блокировку. Одно радует, мои каракули мало похожи на людей и гениталии не попадают в кадр просто технически. Но, кстати, дико интересно было рисовать одетого Анзола. Сколько раз уже рисовал его в работе, и там - поза, тату, какие-то моменты с руками, с девочкой под его руками. А тут сижу и кайфую, как по-разному эти трое микрофон держат. Белка боится его, и всё время отдаляет, пытается спрятаться от собственного усиленного голоса, Анзол указательный и средний держит сверху, а мизинец и безымянный снизу, Единорожка - изящно, как бокал вина, и в общей позе её с ногами вдоль дивана - бритая девушка Возрождения, а у Анзола ноги всегда на носках, будто у балеруна даже в кроссовках. Ты в субботу идёшь на семейную встречу и мастер-класс от Иренушкин? На мастер-класс точно не попаду, напросился рисовать какие-то тантрические практики в этот же день. Причём, впервые в жизни прям напросился - настолько меня сейчас ломает. Просто сижу, как героиновый наркоман в телефоне. О! Какие-то телесные практики! И тут же простыню в личные сообщения: так и так, хочу вас рисовать, аж помираю, как хочу. А на оргию, может быть. Не знаю. Не понимаю, хочу ли. Как будто это уже слабый наркотик, а у меня толерантность. Типа… И что там случится? Я буду рисовать секс людей… Опять… Мне хочется какого-то события, чего-то… Как в сериале каком-нибудь, чтобы градус постоянно повышался. Ну что, вся надежда на второе отделение и вопросы из зала. Пойдём?

Рядом со сценой ставят стойку с микрофоном, к которому образуется очередь. Я прошу зал не задавать вопросы Белке, ей не привычно на публике выступать, она посидит рядышком, но отвечать будем только мы с Единорожкой. У меня такой вопрос. Как вы справляетесь с ревностью? И есть ли она в ваших отношениях? То же, что у тебя со страхом. Я поясню залу: это сумасшедший парень, каскадёр в кино и паркурщик, и... как это ещё называется? Делает невообразимые трюки на крышах, без страховки. Но это же не значит, что ты не боишься, правильно? Когда ты перестанешь бояться, ты допустишь фатальную ошибку. И, кстати, по поводу страха, чаще всего боятся-то не плохого результата, а наоборот. Ты подходишь к девушке и говоришь: давай займёмся сексом? А в голове уже готов к отказу, что тебя пошлют, по морде ударят. А она: пойдём. И ты такой: аааа! Что делать?! И в итоге так ничего и не случается. Бояться это нормально, но надо быть готовым к любому варианту, в том числе - хорошему. А по поводу ревности. Я человек, у меня есть чувства, я ревную. Просто ревность это не сигнал о том, что твой партнёр делает что-то плохо, это сигнал о том, что ты что-то чувствуешь, тебе чего-то не хватает, это повод порефлексировать и разобраться. Я этот момент проработал и понял, что ревную, когда мне не хватает внимания. И я могу об этом сказать своему партнёру. Сказать словами через рот. И мы решим этот вопрос. Или не решим, но тогда решим его не решать, отложить. Я тоже добавлю от себя. Дело же не в сексе. Анзолу нужен секс по четыре-пять раз в день. Мне он нужен иногда раз в неделю, а оргазм я вообще умею получать только со своей секс-игрушкой. Но в какой-то момент я поняла, что мне важно, чтобы этот мужчина спал со мной ночью. Мне всё равно, сколько и с кем там у него было сегодня, я хочу спать, обнимая Анзола. И я сказала ему это. Словами через рот. И мои чувства для него важны.

Здравствуйте, я хочу стать секс-блогершей. Но не знаю, куда сходить, с кем познакомиться, где проходят все эти мероприятия. Ну вот смотри, сейчас ты на одном из таких мероприятий - поздравляю. В Москве, конечно, с секспросветом лучше, но это связано прежде всего с тем, что секс-позитивная тусовка там гораздо дольше существует. В Питере ещё настолько всё не развито. Есть и вечеринки, и встречи, большие и домашние, но пока нет ни одного мероприятия, которое я могу прямо посоветовать. Просто потому, что те ценности, которые там транслируются не мои. Это либо скрытность какая-то, либо неэтичность, либо ещё что-то. В Москве с этим проще, но на Сапсане четыре часа - и вот ты уже там. Если тебе нужно секс-позитивное сообщество, создавай его! Просто начни собирать вокруг себя близких тебе людей.

Здравствуйте, я как-то писала вам о своей фантазии на канал. Да, помню, и просила выложить анонимно. А я тогда сказал, что, если ты хочешь, чтобы твоя фантазия сбылась, анонимность не лучший способ. Не хочешь сейчас повторить вслух свою фантазию? Возможно, в зале есть кто-то, кто сможет её воплотить. Нет, спасибо, я уже воплотила. У меня такой вопрос. Как вы видите своё будущее? А что значит будущее? Это про какие-то планы? Типа построить дом, детей завести? Надо ли строить отношения с человеком, если тебе нужен не этот конкретный человек, а сам формат отношений хоть с кем-нибудь? Я не планировал отношения с Единорожкой. Просто мы провели вместе день, потом ещё, ещё. И в какой-то момент этих дней стало триста шестьдесят пять. И ещё, и ещё. И не было такого момента, когда мы с ней сели и сказали: надо завести третьего партнёра. Просто в нашей квартире появилась Белка и оставила свои вещи. Я выбираю этих двух девочек не потому, что решил так когда-то. Каждое утро, просыпаясь, я понимаю, что сегодня они для меня важнее всех остальных сексуальных контактов. Каждое утро я просыпаюсь и выбираю свою Белку и Единорожку. Возможно, однажды я проснусь и пойму, что мне пора быть одному. И тогда я уйду.

Двадцатое ноября. Утро. Алло. Привет, Звёздочка. Да.Да, малыш. Прости, я немного по делу. У тебя же большой в этом опыт. Вчера выложил сет набросков. Максимально нейтральных - люди на сцене, одетые, микрофоны держат. Мой аккаунт удалили. Не знаю. Никаких писем не пришло. Я уже все возможные формы позаполнял - никакой реакции на почте, даже о том, что заявка в базе. Просто выпилили. Пишут “пользователь не найден” - нет меня и всё.

Детская площадка для бдсм-бурлеска

Двадцать третье ноября. Петербург. 19:00.
Прости, я могу тебя здесь на пять минут оставить? Мы пока заземляться будем, а ты посиди рядом с домофоном, вдруг кто ещё придёт. Как начнётся, я тебя позову, и будем уже все знакомиться. Да, конечно, зови, когда будет комфортно. Откладываю в сторону скетчбук, достаю блок из офисных стикеров для записок. Возле домофона висят рекламные плакаты “ORASSY. САМОРАЗВИТИЕ”. На одном - горы, на втором морская волна. Перерисовываю на квадратики быстрыми линиями и тут же - отрывая от блока - клею на скетчбук. Всё, пойдём, кто опоздал, тот опоздал.

Большой зал равномерно освещён тусклым синим неоном. Шестнадцать человек сидит широким кругом. Сажусь по правую руку от ведущей в алмазную позу. Сегодня у нас будет практика голоса. Давайте мы сделаем небольшое упражнение. Я вам буду называть число от одного до девяти, и мы все будем спокойно и долго выдыхать звук “А”, где один - это тихий, такой - аааааа, а девять максимально громкий, но без надрыва, как чувствуете, такой - ААААА. Теперь давайте все вместе. Один. ааааа. Один. ааааа. Два. ааааа. Один. ааааа. Три. ааааа. Пять. ааааааа. Семь. АААААА. Два. ааааа. Восемь. АААААААА. Хорошо. Все взяли с собой маски для глаз? Ещё один момент. Я сама дико волнуюсь. Сегодня с нами будет Арсений. Он художник, и будет рисовать нашу практику. Всем привет. Меня зовут Арсений. Я занимаюсь тем, что рисую различные телесно-ориентированные практики, так что умею быть тенью. Посижу тут в уголочке, слившись со стеной. Если вдруг кому-то будет некомфортно или сложно погрузиться в практику, не стесняйтесь - говорите, и я тут же вас оставлю и выйду.

Все, кроме меня и ведущей надевают маски. Ложатся. Играет медитативная музыка. Я, не вставая с колен, отползаю на руках в угол, где уже лежат блокноты и кисти. ааааааа - зал тихо и равномерно гудит пятнадцатью тихими голосами. Вы находитесь в пространстве, которое заботиться о вас. Сейчас вы можете начать двигаться так, как подсказывает вам ваше тело. Перекатывайтесь и звучите. Тела начинают медленно шевелиться. Ведущая, как призрак, проходит над и между тел и аккуратно собирает подушки, как только очередное тело полностью соскальзывает на пол. Гул нарастает. Медленные движения увеличивают амплитуду. Кто-то переворачивается. Найдите в теле самое напряжённое место и звучите оттуда. ааааааа. Кто-то встаёт на четвереньки и начинает раскачиваться. Призрак в чёрных лосинах внимательно осматривает зал. Подходит к тем, кто так и не начал шевелиться, опускается на колени, звучит в резонанс с их их голосом. Кто-то встаёт. Призрак в белых шерстяных носках тут же оказывается рядом, переместившись беззвучно, как по воздуху. Страхует, чтобы вставший слепой ни на кого не наступил. Гул нарастает. Проходит час. Равномерный медитативный гул вплетается в индийскую мелодию в современной электронной интерпретации. Призрак садится посреди зала в алмазную позу, поставив перед собой беспроводную колонку. Сейчас мы начнём медленно выходить из практики. Плавно, затихая. Настолько плавно, насколько вам комфортно. Позвучите ещё, поблагодарите своё тело. Ну как получилось что-нибудь? Посмотрю на свету.

21:00
Выхожу из арки. Сворачиваю на Невский. Пять минут пешим. Вхожу в следующую арку. Поднимаюсь. Звоню. Съёмная квартира, освёщенная розовым неоном. Мою руки. Снимаю рюкзак. Сажусь в алмазную позу. Достаю скетчбук, шприц, заправляю кисть тушью. Отхожу в угол. Сажусь.

Зефирка, а когда ты меня выпорешь? Подожди, у нас ещё шоу-программа. А сейчас я свяжу вас всех вот этой красной нитью, вытягивайте руки. И все проходим в первую комнату. Открывается дверь. На кровати лежит обнаженная женщина. На её теле разложены фрукты. Между ног ритуальная чаша. А теперь каждый должен причаститься и уступить место следующему. Мммм! - это кагор!

Зефирка, а я же первый у тебя на порку занял место? Я плейлист подготовил классный. Конечно, первый. Итак, котики. У меня две шляпы. В одной записки с именами всех присутствующих, в другой тематический фант. Для кого-то они покажутся простыми, кто-то выйдет на новые горизонты опыта, как повезёт. Есть ещё третья шляпа с самыми моими любимыми заданиями, тут новую глубину погружения получат все. До третьей шляпы дойдём обязательно. Тяните.

Через час, когда обе шляпы совершили полный круг, все гости уже обнаженные. Кто-то наблюдает за последним из “мягких” фантов - связанного человека продают на аукционе. В качестве валюты: приятности, обещанные купцу. Кто-то, уже не обращая внимания на то, что происходит в центре гостиной, ласкается на диване и возле. Общаются. Не, в нашем чатике двадцать с чем-то человек всего. И там правило: каждого нового участника должны одобрить все. Поначалу это работало, а теперь стало сложно. Да и встречи сейчас практически без секса, все уже устали. Просто иногда валяемся, киношку смотрим вместе. Можно, конечно, модернизировать процедуру, убрать голосование, сделать какой-то тест на проверку адекватности и этичности. А можно и не делать, раз вот ваш чатик есть, где у всех ещё столько сил, энергии и фантазии, и просто ходить сюда. Тем более, сколько у вас сейчас? Восемьдесят. Примерно, пополам: Питер-Москва. Ну вот. Тем более, что вот - трое уже из нашего чатика у вас.

А теперь я приглашаю вас в третью комнату. Возле большой двуспальной кровати на столике маски и множество инструментов для извлечения наслаждений. Две девушки ложатся на кровать, надев на глаза маски. Остальные окружают их по периметру. В какой-то момент Зефирка зажигает свечи и начинает капать на спины склонившихся лизателей и массажистов. Начинается оргия. Про третью шляпу так и не вспоминают. Ну что, уже сейчас? Хорошо, пойдём. Какой ты там плейлист собрал? Зефирка и Виктор возвращаются в гостиную. Тринк! - подключение к портативной колонке. Зефирка Иренушкин начинает раскладывать инструменты, кто-то из гостей, оторвавшись от активных действий в спальне, садится на зрительский диван. Играет бодренький рок. Виктор волнуется, разминает руки. Брррр. Начинает отжиматься. Ир, а может ты его прям так и выпорешь? Или в планке! Вить, можешь в планке пороться? Вы посмотрите на ноги - как держит планку-то. Спортсмен! Рок становится громче и энергичнее. Удары тоже. Ого, сколько он простоял? Пару песен. Избиение продолжается вертикально. Как тебе котик? Сильнее! Ещё! Интересно, к нам соседи не постучатся? Звуки страшные. Домашнее насилие - хули - пока ещё можно. А теперь давай сразу воском. Ложись. Дайте мирамистин. Котик, прости, у тебя тут в одном месте рассечение открытое. Сюда капать воском не будем. Вить, у тебя идеальное тело! Есть одна восточная притча. Учитель попросил ученика навести красоту в саду. Тот всё идеально вылизал, подмёл, расставил. Позвал учителя. Учитель взял дубину. пизданул по стволу дерева и с того осыпалось несколько случайных листьев. Вот теперь идеально, - сказал учитель. Думаю, со спортивным телом Виктора и работой Иренушкин по этому телу примерно та же логика.

После ещё одной порки ухожу в свободную комнату. Раздеваюсь. Ложусь. Почти уснул. Приходит Иренушкин. Устала? Ложись. Ну что там? Ебля началась. Я смотрю, Виктор совсем втянулся. У него же прошлый раз был первый? Ага. Любимая твоя модель теперь? Мне нравится, как он подробно обратную связь даёт, как ко всем ощущениям прислушивается - чудо просто, а не мужчина. Знаешь, Ир, что меня единственное смутило? Когда он после начал долго и подробно объяснять, что де он не подсел, не зависим, всегда сможет остановиться - прям иллюстративно - речь наркомана. Подсел на боль.

28 ноября. Москва.

Будешь чай? Да. Как у тебя? Стыдно признаться, но как-то немного ломает из-за того, что сижу сейчас на общем аккаунте с Николаем - напарником, где всё стерильно. Не переживай так из-за блокировки, это проблема всех секс-блогеров. Так. Во-первых и в основных. Я не блогер! Ну-ну, звучи громче, может поверю. Не, я без тени пренебрежения к профессии блогера. Ровно наоборот, из глубокого уважения. Восхищаюсь тем, что вы делаете, как это всё профессионально и круто поставлено. У меня вообще фетиш на профессионалов своего дела, ничто так не восхищает, как смотреть за работой того, кто на своём месте, развивается, следует своему Дао, чувствует, куда его ведёт сюжет жизни. Но это не мой путь. Я не делаю вечеринок, обзоров на игрушки, не описываю свои внутренние ощущения от практик, мне нечего продавать. Даже мнения. У меня нет ни собственного ни заимствованного. И не появится. Я просто делаю зарисовки того, что вижу. Без оценки, без советов и рекомендаций. Без выводов. И если и буду в чём-то развиваться, то в этой отстранённости. А её не продать. Отстранённость не продать. Но в этом ведь и есть настоящее саморазвитие, оно не свобода воли, а путешествие в темноте. Но только в твоей темноте, в персональной тёмной комнате. Просто нащупываешь то место, где должен быть сейчас. И это не всегда приятное место, но оно твоё, и оно - следующий шаг. Так что нет. Я не блогер. Все так говорят. Ой ли? Я вот знаю десяток человек громко зовущих себя блогерами, не имея на то ни малейших оснований, и пяток, называющих так себя по праву. А ты не думал комиксы делать? Даже начинал. Но пока это не вписывается в мои практики. Это ж надо сидеть дома, за столом. Пепельницу достань, плиз. Ты завтра куда? Завтра выступаю на четырёхлетии KINK. У нас с Иренушкин номер-перфоманс. А потом буду рисовать остальных извращенцев с их номерами.

29 ноября. 20:00

А как у них получилось сделать курилку в торговом центре? А ты не видела внизу навигацию: в мирное время это сигарный клуб. Так, через час запускают гостей, давай всё ещё раз повторим. Ты прячешься с кляпом в курилке. Выхожу. Спрашиваю у зала: вы не видели моего пёсика. Кричу: Артемооон! Артемон! Мне дождаться пока кто-то укажет на курилку? Смотри по ситуации. Может, зрители включатся в игру, может нет. Выходишь. Я пристёгиваю поводок к ошейнику. Делаем проходочку по залу. Мне приставать к зрителям? Давай, а я тебя буду одёргивать и ругать. Покажи, как пойдёшь. Хорошо. Только меньше наигранности. Это как бы и шуточный номер-бурлеск, но он всё же и про практики, про то, что ты нижний раб, пёсик и так далее. Теперь в центре выполняешь команды, немного позируешь. Покажи. Да, хорошо. Потом я говорю: А куда ты дел наш подарок к Дню Рождения? Ты не понимаешь, я бью по полу плёткой, ты бежишь к бару и приносишь в зубах флоггер. Я ругаю тебя, что ты не то принёс и порю этим флоггом. Готов? Конечно, Зефирка! Тяв! Хороший пёсик. Потом бежишь за кулису, шуршишь там громко обёрточной бумагой и выносишь в зубах резиновый член. Снова получаешь за непонимание, опять туда, шуршишь и выносишь цветы. Дальше сидишь в ногах, а я поздравляю собравшихся. Так, Ира! Почему вы ещё не переоделись? Сейчас уже гости начнут приходить. Уходим в гримёрку. Что это за суровый дядя? Артефакт. Да? Это тот самый легендарный Артефакт? Да. Ну теперь и помереть не страшно. Так я ж не просто так тебя за собой таскаю. Тяв! Хороший пёсик. Помоги корсет затянуть. Так, парик, колготы, пеньюар… нарисуй мне нос чёрный. Тебе какой кляп: побольше или поменьше. Ты же знаешь, я кулак в рот засовываю.

Гости собираются. Рассаживаются. Начинают связывать друг друга, пороть, царапать. Рисую. Ой, а вы же Арсений? Да. Моя жена большая поклонница вашего канала. Спасибо.

23:15
На сцену выходит Артефакт. Так, с этого момента клуб будет работать только на выход. И на время перформансов бар тоже не работает, у вас есть последний шанс заказать что-то на свой столик, а дальше до двух часов будет представление. Ухожу в курилку. Надеваю кляп.

А вы не видели моего пёсика? Артемон! Артемооон! Ах вот ты где! Плохой пёсик! Плохой. Фу! Артемон, голос! М-М-М-М-М-М! Голос, я сказала! М-М-М-М-М!

После номера ухожу в чилл, раскладываю скетчбуки трёх разных форматов и кисти.
А теперь я хочу, чтобы на сцену поднялись девушки, которые у нас впервые сегодня. Этот конкурс мы придумали изначально на сноргиях. Битва подушками. Начали! Стоп! Ладно, теперь возьмите подушку одной рукой, а вторую за спину. Начали! Стоп! Так как, никто не выбил подушку, проведём голосование. Три наших финалистки - вставайте сюда. Голосом будет каждый, кто разденется топлес и встанет за спину того, за кого болеет. Ну вот и наша победительница. Поздравляю. Теперь следующий номер программы. Номер со связыванием. Номер с поркой, в конце которого у двух моделей изо рта и из вагин торчат горящие свечи. Артефакт задувает тортик. Так, пока готовится следующий мастер, у нас ещё один конкурс. Поднимитесь на сцену мужчины, которые у нас впервые. Выходят двое. Ещё кто? Ну? Сижу рисую. Кто ещё у нас в первый раз? Рисую. Хорошо. На сцене трое новичков и стол с резиновым фаллосом, который я выносил в зубах. А сейчас вы будете на скорость надевать на него презерватив. Но он же огромный! Презерватив порвётся! Так, видимо, нам нужен эксперт для короткой лекции, как надевать презерватив. В зале есть секс-блогер? Ну же! Наверняка есть. Кто-нибудь найдите мне здесь секс-блогера. Ищут. Рисую секс-блогершу, читающую мини-лекцию по кондомам.

А теперь я попрошу внимания. Вы знаете, что у нас строгое табу на вечеринках на игры с кровью. Но сегодня мы сделали исключение и только потому, что выступать будет мастер высочайшего класса. Всех, кто не может на это смотреть, прошу отвернуться от сцены. И ещё. Вы часто комментируете те или иные номера. На время этого номера прошу соблюдать абсолютную тишину.

Играет музыка. На сцену поднимаются три девушки. Две в белых балахонах со свечами в руках. Одна в чёрном. Белые садятся по левую и правую сторону от точки подвеса в алмазную позу. На сцену поднимается модель. Девушка в чёрном пристёгивает модель. Аккуратно водит тупой стороной ножа по спине. Переворачивает нож. На спине появляются красные дорожки. Кровь стекает к пояснице. Новые полосы. Ещё. Девушки в белом встают. Подходят. Дают в руки мастеру свечу. Капает воском на окровавленную спину. Пауза. Набрасывает белую простыню, которую тут же пропитывает кровь. Модель отстёгивают. Девушки в белом обнимают её с двух сторон и медленно уводят.

02:30
Гости в зале распределились между пуфами для порки и точками подвеса. Мы с Иренушкин за столиком. Убираю инструменты. А гостей набрасывать? Не, завтра же всю ночь работаем, и там прям строго до утра надо рисовать будет. Сегодня перфомансы и буде. По поводу увиденного: как тебе порка? Если с моей сравнивать. Ну это же постановочный номер, как я буду сравнивать его с реальным взаимодействием. Всё очень красиво было поставлено. А ты знаешь, что это мы привнесли эстетику в KINK? Когда всё начиналось четыре года назад, тут просто людей, в чём было, пороли. А я же из бурлеска пришла, и начала внедрять момент шоу. Ир, я хотел поговорить с тобой по поводу своего канала и блога, который ты хотела начать вести и всё откладываешь. Давай. Хочу, чтобы ты писала тексты в мой канал. От твоего имени? Нет, конечно. Зачем? Записки Иренушкин, от своего. Параллельная линия, иногда может пересекающаяся по событиям, как например сегодня или завтра, но исключительно твой путь. А ты хочешь какие-то блогерские тексты в канал? Нет, зачем? У меня не блог. Просто история. Цельная, последовательная, разворачивающаяся от главы к главе. Почему я? Ну вот смотри. Ты же знаешь, что на твои патечки ходит несколько людей, как минимум четверо, называющие себя секс-блогерами. У них каналы по сто-сто двадцать человек. И я ни в коем случае ничего плохого не имею в виду, у самого два месяца назад было дай бог столько. Но почему-то именно у сотенных телеграм-каналов одна и та же стилистическая черта. Они все пишут: Я вчера встретилась с Н. мы то-то и то-то, я чувствую то-то и то-то, выводы - такие-то. И читать это невозможно. Как бы они ни упражнялись в стиле, ни крутили метафор и прочего. Потому что стиль - это последнее дело. Начать нужно с того, чтобы послать нахер своё Я. Я встретилась с Н. И что? Что мне до твоего Я? Помнишь, как в старом камеди объявляли юмористические миниатюры? Продавец оружия на детской площадке. Всё! Уже интересно. Сама ситуация. И какое там будет Я у этого продавца, я хочу увидеть. Понимаешь? Художник-интроверт на секс-вечеринках. Это ещё более менее. Но ты - Иренушкин. И второй момент. Ненавижу неестественную литературную речь. Знаешь, как описывает какой-нить накручиватель словес свой поход в магазин за пивасом. И начинается. Каждый-то листок до прожилок ему виден, на каждую трещинку в кирпиче посмотрит, психологический портрет кассирши распишет. Не верю. Опять же, если брать меня, как пример. Рисую. А значит имею естественное право вглядываться в лица, в позы, в жест. Естественная внимательность. А теперь посмотри на себя. Во-первых, не просто мастер порки, но самая, насколько я знаю, из всех эмпатичная, чувствующая модель, как саму себя. И это часть твоей работы. То есть отмечая в тексте про порку какие-то психологические детали, ты будешь это делать естественно, как мыслительный процесс в реальном времени. Во-вторых, организаторка камерных секс-вечеринок. А это значит, что всю ночь, пока ты развлекаешь гостей и развлекаешься сама, ты естественным ходом, краем глаза следишь за каждым: кто переходит границы допустимого, кого осадить, кого больше не приглашать, для кого в следующий раз приготовить что-то особенное. Якобы мыслительный процесс шерифа, а как след на бумаге, хорошая внимательная к драматической ситуации проза. В-третьих, хочешь создать своё варьете-шоу. А значит проводишь в голове социологический анализ сообщества в поисках трупы и всех остальных, и другого - внешнего общества, людей, которые будут сидеть в зрительном зале. Якобы маркетинговые размышления, а на бумаге - крепкое литературное обобщение. Чуешь, насколько крут этот продавец оружия? Осталось только придумать коллизию - найти детскую площадку. Детская площадка для бдсм-бурлеска. Ты что сейчас пытаешься мне меня же и продать? Конечно! Я подумаю. Подожди меня, пойду с подружкой пообщаюсь.

На сцену снова поднимается Артефакт. Уважаемые гости, у нас очень много зон, где можно взаимодействовать. Пожалуйста, не делайте это в курилке. Пусть там будет место исключительно для отдыха. Ухожу в курилку. Один из диванчиков свободен. Сажусь. А ты покажешь, что нарисовал? Я выложу это на свой канал, там можно будет посмотреть. И как его найти? Проще простого: Блог Между Ног. А можешь на салфетке записать? Глаза закрываются. Музыка долбит. Сползаю. Где-то сквозь сон и шум различаю голос Иренушкин. Вы не видели моего пёсика? Артемон! Рука треплет за волосы. Открываю глаза. Который час? Около четырёх. Я уже поеду сейчас, а то завтра не будет сил пороть. А там, куда ты поедешь, не найдётся уголочка какого-нибудь, коврика с миской? Прости, малыш, там у подруги ещё двое детей, так что нет. Придёшь завтра на выступление? В три часа в библиотеке Пушкина стишочки читаю. Если проснусь. Хорошо, в любом случае - до завтра.

Я не мужчина - договорились

Против элеатов, отрицавших движение, выступил, как известно, Диоген - именно выступил, так как не сказал ни слова, только прошагал несколько раз взад и вперёд, полагая, что тем самым вполне доказал противное. - Я сам долго занимался, - хотя и с перерывами, - проблемой повторения: возможно ли оно и каково его значение, выигрывают или теряют вещи от повторения. И тут мне пришло в голову ещё раз съездить в Берлин, где я уже бывал однажды, и проверить, возможно ли повторение и в чём его значение. Сидя дома, я никак не мог разрешить этой проблемы, а ведь ей, что бы ни говорили, предстоит играть весьма важную роль в новейшей философии: повторение есть исчерпывающее выражение для того, что у древних греков называлось воспоминанием. Греки учили, что всякое познавание есть припоминание, новая же философия будет учить, что вся жизнь - повторение. Сёрен Кьеркегор

Часть первая. Ретроградный Меркурий.

Опять ты на неделю меня покидаешь, едешь в Содом свой. Ночным? Как всегда, ночным - самое удобное по времени, как раз отсыпаюсь в поездке. Вот так сидел себе спокойненько в одном месте, бум - и катаешься туда-сюда, как заведённый. Любовь, что движет солнце и светила. Причём забавно получается. Первый раз я ездил в Москву на двое суток всего, зато рисовать крутейшую секс-вечеринку, взял у Насти платье. Во второй раз я поехал на неделю, жил у Звёздочки, у Пчёлки ночевал перед отъездом и выступал с Леди Треш в роли нижней собачки. В третий раз всё повторится с объединением обеих поездок. На неделю, у Звёздочки, с Пчелой встречусь, новое платье, крутейшая вечеринка и та-дам! - опять выступаю с бдсм-перфомансом. Объединил всё лучшее в одной поездке. Единственное, чего бы я не хотел в этот раз повторять ни в коем случае, это спать утром на кольцевой ветке. Пчёлки, Звёздочки, детский утренник какой-то. А нормальные отношения не пробовал завести? С женщиной? Это же всё неправильно. В смысле? Грех это всё. Помнишь Диогена из бочки? Так вот, он выходил на площадь и дрочил. А был умнейший мужик, сам Сашка Македонский к нему шастал Солнце закрывать. Кто я такой, чтобы сомневаться в мудрости такого философа? Ты знаешь, о чём я. Есть мужское, есть женское. Это же гармония мира. Вселенная так устроена. Неправильным путём ты идёшь. Пока я слышу только красивые слова, приведи пример. Вот представь себе: твоя женщина говорит, что не хочет тебя видеть, уходит пить кофе с каким-нибудь хреном с работы. Она говорит: я не хочу тебя видеть. И мужской стержень в том, что ты лучше знаешь, чего она на самом деле хочет. А хочет она, чтобы ты вошел с ноги в эту кофейню, взял её за руку и сказал: мы идём домой. Понимаешь, о чём я? Как не понять, я девять лет прожил с женщиной, которая разворачивалась и уходила, чтобы за ней пришли. Вспомни, на первом курсе, чуть что - губки поджала и пошла. Только лично я так больше не хочу. Если говорят: уйди, ухожу. И если это значит, что я не мужчина, значит не мужчина, меня это вполне устраивает. Я не мужчина - договорились? И как бы мне не хотелось остаться, вернуться, ворваться - наступлю на горло и пойду. Потому что ебанина всё это. Нет значит нет. Может поплачу в уголочке. Посмотрю на тебя, когда веселье пройдёт. Пророчишь мне беды, астролог? Как твой бог к такой эзотерике отнесётся? Он и твой бог, ты ж крещённый. Ну да, побрызганный. Побрызганный ты на своих оргиях. Значит, дважды крещёный. И это на один больше, чем ты, кум. Господи, как я буду твоего сына в веру наставлять? Это уже твоя головная боль - постарайся, крёстный папка, я в тебя верю.

28 ноября. Москва. Около девяти.
Здравствуйте. Я снова к Вам, собирать ещё один утренний букет. Вы у нас были? Месяц назад в такое же утро.

Вечер.
Блииин, котик, прости. Я правда подумала, что ты в восемь вечера приезжаешь. Ты как? Не сильно расстроился? Спокойно. Я ещё со вчерашнего не в ресурсе, и телефон сел, включила только пока маникюр делала. Причем, крашу ногти… Покажи. Вот. А там на экране фильм о последствиях какого-то тайфуна крутят. И уже середина, так что все остальные втянулись. И это, конечно, очень важная тема. Но правда? Сейчас? Смотреть на катаклизм? Когда меня и так кроет. Откуда вообще это ваше московское “я не в ресурсе”? Классный цвет, мне нравится. Есть типа две версии. Первая, что из психотерапии. Там постоянно о ресурсе говорят. Вторая хуже. Из дизайна человека. Откуда? Не спрашивай. Эзотерика дебильная. Дизайн человека. Что-то про типизацию, вроде соционики. Дурь для тех, кто с жиру бесится и застрадывает. Эзотерика! - развлечение мегаполиса. Будто других не хватает. Нам ещё в строительный нужно сгонять пока он не закрылся. А потом в кровать. А у тебя из-за чего последствия тайфуна? Да нам тут столько проблем эта площадка подбросила, на которой вечеринка будет. В последний момент они сказали, что перед самым открытием, в главном зале, где у нас основной монтаж - будет до десяти какой-то арт-аукцион и балет в костюмах Адидас, современное искусство. Когда всё успеть подвесить, настроить? Ты во сколько на монтаж приедешь? Ночью завтра я выступаю с Иренушкин на KINK, утром отсыпаюсь. Нашёл у кого? Да я утром напишу в чат, важно не забыть. Потом в три читаю в библиотеке и сразу к вам. А у гритерс, которые будут гостей встречать и показывать, где какая зона, как и в прошлый раз будут фосфорные фонарики? Нет, в этот раз мы столько заплатили за остальное, что будут с лампочками с Алиэкспресс, для собак которые. Будешь чай? Да. Как у тебя?

На границе двадцать восьмого и двадцать девятого.

Подожди обниматься, так ничего не успеем. Отхожу. Ищет что-то в шкафу, в узком проходе между шкафом и кроватью, с трудом огибаю, чтобы добраться за чашкой. Ты чего? Ты попросила не трогать. Ого, вот это сверхграницы, зачот. Красить эти таблички я думаю с утра, чтобы не спать под запах. Но мне ещё надо доверстать карту мероприятия по зонам. Думаю, это на час, не больше. Красить - согласен. Но вот расчертить их можно уже сейчас. Расчертить и наметить отверстия, куда заплетать неоновую ленту. Можешь этим заняться? Конечно. А что значит надпись на твоей барсетке? Ретроградный Меркурий? Ага. Это тоже из дебильной эзотерики. Но в здоровой речи так говорят, когда происходят сбои в коммуникации. Всё: от невозможности поймать мобильную сеть до бытового взаимонепонимания. Значит просто ретроградный Меркурий сегодня. Гноябрь это. Он всегда такой. Гноябрь? Господи, вы тут на каком-то языке своём московском чирикаете, мне через слово спрашивать приходится. Линейка метровая есть? Только маленькая. Н-да, ладно, приноровимся. Поставь музыку. Дотянись до колонки.

В сердце.
Оставь мне немного места.
Пусть я там буду вместо.
Пусть я там буду вместо.
Пусть я там буду одним летним днём.
В сердце.
Оставь мне немного места.
Пусть я там буду вместо.
Пусть я там буду.
Пусть я там буду.
Пусть я там буду.

Слушай, а мне нравится, чем оброс твой плейлист за этот месяц. Ворую песенку в Питер, буду в дороге слушать.

Пять утра. Сижу на полу. передо мной ворох листочков с чертежами, похожими на созвездия: Крупные точки, обозначающие отверстия, тонкие линии - плетение с внешней стороны, пунктир - с внутренней. Сбоку список созвездий:

ПОРКА
ВОСК
LATEX
ГВОЗДИ
СИНЕСТЕЗИЯ
VR PORN.

Вдоль шкафа стоят листы оргалита тысяча триста на четыреста с пробитыми шилом отверстиями. Во сколько нам вставать? Рано. А ты не можешь просто отдать предпечатную подготовку дизайнерам типографии?

29 ноября. Половина восьмого.

Алло, Ир. Я по поводу твоего сообщения. Не оправдываюсь, но… Вот совсем не понял, что это я должен был заехать за свечами для практики. Мы же с тобой вчера договаривались в шесть приехать на репетицию. И когда ты написала: надо заехать за свечами, начнём репетицию в семь, - я подумал, что ты объясняешь, почему задержишься. Если бы ты написала: “тебе надо заехать”. Или начала с вопроса: хэй! а можешь помочь в одном деле, которое не обговаривали? Тогда я бы сразу всё понял. Но… “котик, надо заехать за свечами, порепетируем в семь”. Да, понимаю, что “котик” это обращение. Это, как ты сама хочешь: скажешь, что не выступам, не будем. Мне этот перфоманс нужен только, чтобы тебя порадовать. Хочешь просто подарить цветы, ок, заодно выспимся перед главным событием. Ты через сколько будешь? А нам хватит времени-то на репетицию? Я твой сценарий только вчера прочёл. И то это рыба, общий скелет. За полчаса мы только проговорим его ещё раз словами и переоденемся. Хорошо, выступаем. Я всегда на твоей стороне, в любой блудняк.

30 ноября. Половина пятого.
Выхожу из торгового центра у метро Лубянка. Мерзкая морось. Тащусь с чемоданом на колёсах по улицам, рассматривая часы работы общепита. Через час ныряю в метро. Сплю на кольцевой.

Часть вторая. Перелом.

Библиотека имени Пушкина на Спартаковской. Три с хвостом. Стою в одном из залов библиотеки под большим портретом А.С. Смотрю на зал. Смущенно улыбаюсь. Так, ещё одно. Голос заметно дрожит.

Ни черта им не выжить, эстетам любви, куртуазно влюблённым, кто сполтыка умел отличить Каберну от Мерла. Пусть и ем, что придётся, и пол как в коптёрке заплёван. Но зато и любовь - как сюжет - умерла. Заурядного мальчика вновь объявляю свободным от возвышенных чувств, что к духам, что к бокалу Шабли. Не пиши о любви, весь ресурс этой темы сработан. О несчастной, счастливой, тупой, не пиши о любви. Эта тема закрыта. Все образы найдены тэочно.

Простите. Сбился. Оно не в пример предыдущей поэмке - короткое, так что я сначала. Смотрю в зал на Иренушкин. Голос становится увереннее. Чётче.

Ни черта им не выжить,
эстетам любви, куртуазно влюблённым,
кто сполтыка
умел отличить Каберну от Мерла.
Пусть и ем, что придётся,
и пол как в коптёрке заплёван.
Но зато и любовь как сюжет умерла.

Заурядного мальчика
вновь объявляю свободным
от возвышенных чувств, что к духам,
что к бокалу Шабли.
Не пиши о любви,
весь ресурс этой темы сработан.
О несчастной,
счастливой,
тупой,
не пиши о любви.

Эта тема закрыта.
Все образы найдены точно.
Вот проходят июлем какой-то дурак и герлА.
Ну какая история?
Даже выдумывать тошно.
Ни черта им не выжить.
Но и смерть - как сюжет - умерла.

Правой рукой начинаю сильно бить себя в левую грудь - так, что от каждого удара немного задыхаюсь.

Не влюбленный, [бум]
живой, [бум]
не любимый, [бум]
бессмертный, [бум]
после секса втроём, [бум]
вчетвером, [бум]
впятером.[бум]
Было сердце [бум]
как сердце, [бум]
незрелое [бум]
детское [бум]
сердце.[бум]

Опускаю руки. Произношу, выхватывая воздух отбитым лёгким.

Стало что-то похожее на плохо сросшийся перелом.

Зал аплодирует. Ноги подкашиваются.

Начало шестого. Иду по Чистым Прудам с чемоданом. Алло. Что такое? Волонтёры не могут разобрать чертежи табличек? Я уже здесь. Пять минут. Всё сделаем.

Почти десять. Переодеваюсь. Платье, колготки, фирменный чокер NAZLOMAME. Ой, а где ты такой взял? Это выдавали на прошлой вечеринке, сейчас уже не взять. У них там ещё аукцион? Ага. То есть к курилке не протиснуться. Ясно. Пойду на улицу.

Перед входом три какие-то фифы. Смотри! Ого. А я знаю, там сейчас будет НазлоМаме. Это Кинки? Нет, это не Кинки. А как мы можем попасть туда? Сегодня уже никак не попадёте. Ну может… мы подойдём к организаторам, скажем: мальчики… посмотрите, кто хочет к вам попасть. Лен, да брось, поедем в Берлин, там таких Кинки на каждом углу. Там есть один прекрасный клуб, девчонки. Каждый вторник - золотой дождь, каждую среду капрофилы. обязательно сходите. Ты можешь позвать кого-то из организаторов. Девчонки, вы сегодня не попадаете, уверяю вас. И, кстати, мальчиков среди организаторов нет.

Одиннадцать. Запускают гостей. Начинаю кружить по намеченной орбите. Танцпол, виртуальное порно, белый куб - зона секса, зона перфомансов, игры с воском, пыточная, музыка прикосновений, щекотка, латексный куб - бочка. в которую помещают тело в противогазе и создают вакуум - так, что латекст облипляет со всех сторон, вставание на гвозди, подвешивание, игра на силиконовых по-разному звучащих вульвах, чайная. Подходит, обнимает. Роняю блокнот под ноги. Сбрасывает шубу. Топлес. Рядом фотограф. Так - снимай - мне нужны эти кадры. Целует. Уходит. Поднимаю блокнот. Танцпол, виртуальное порно, белый куб, зона перфомансов, игры с воском, пыточная, музыка прикосновений, щекотка, латексный куб, гвозди, подвешивание, игра на силиконовых вульвах, чайная.

Шесть утра. Начинается спешный демонтаж.

Восемь. Погружаем разобранную вечеринку в автомобиль. Едем в сторону склада. Поздравляю всех с первым днём зимы. Гноябрь официально закончился.

Часть третья. Когда все звёзды сошлись.

1 декабря. Восемь вечера.
А где будет проходить встреча гритерс? На квартире у новенького какого-то, тоже художник, кстати. Там все поместятся? Вроде да. Человек сорок будет? Типа разбор полётов и сбор информации со всех ракурсов. Ага. Чёрт, ты видишь, где здесь можно припарковаться? Давай ещё круг. Я совсем не в настроении, думаю, на час заедем и вернёмся спать. Не выспалась за весь день? Неа. Ничего в машине не оставил? Нет. Ты слышала? Что? Диалог - парочка проходила. Слышала только, что громкие. Отношеньки выясняли, забавные. Ох уж эти моногамы с их проблемами. Не любишь моногамов? Люди один плюс один в голове сложить не могут нормально, а я тут уравнения с кучей иксов каждый день решаю.

Привет. Привет. А ты что и здесь будешь рисовать? Ну да. Так, кто принёс свои фонарики, бросайте их в коробку. Гритерс это не навсегда. Всех хочу ещё раз поблагодарить. Это была самая крутая из всех Назло, что пока были. Правда и самая психологически сложная. До сих пор нас всех трясёт и ресурс на нуле, если не ниже. Что было по запросам? Много было запросов на порку. В дающей позиции. И что вы отвечали? Ну, если они найдут тех, кто согласится. Но после этого сразу было: а можно вашими инструментами воспользоваться и всё такое. А ты же в Питере проводишь мастер-классы по порке? Да, и в Москве тоже. Что ещё? Очень круто, что на этот раз люди танцевали, а не просто слонялись по практикам. Ну так, знала бы ты во сколько нам встали эти диджеи и специальные танцоры-перформеры, которые профессионально показывали гостям, что и тут тоже настоящий чувственный опыт словить можно. Хочешь я тебе VR-порно поставлю, у меня очки есть. А что из фильмов? Есть большая коллекция трансов. Давай. Были отклики, что мало мест для прямого контакта с гениталиями. Для них был вполне просторный белый куб. В следующий раз может и его не будет, пусть не жалуются. Это не про секс вечеринка, а про практики. Достаточно мест, где можно погулять по танцполу с членом наперевес. Ой, вспомнила на Событиях был старичок, который всегда ходил, прогуливался в центре клуба и подрачивал. Причём, к нему какие-то девочки подходили, гладили. А он: отойдите.

Может я тебе линеры дам? Нет, спасибо, у меня кисть, я к ней привык. Ну если что. Хорошо. А ты ходишь на наброски натуры? Нет. Зачем? Ну надо хотя бы пару раз в неделю, чтобы чувствовать натуру. Наверно. А ты где учился? В Штиглица, на кафедре текстиля. Так что теперь повторяю, что я дипломированная тряпка, и у меня есть справка, что могу нахер слать всех, кто говорит, что мужик так не должен поступать. Ух ты, а я текстильный в Москве закончил. А ты? Ты тоже художница? Ещё какая! Видел её работу Золотой Дождь? Покажи. Я в Строгановке. Но сейчас на три месяца в Берлин уезжаю. Типа на стажировку? А покажи свои. Вот, таких чубриков рисую, со всеми уже тату набил. Так, подпишусь. У меня к тебе предложение, не хочешь порисовать для сайта NAZLOMAME? Какое всё-таки отличное название у вечеринки, за нейминг - сто баллов.

Что случилось? Почему ты плачешь? Ну, там Саша с Мариной, у них трудности какие-то друг с другом. А я же вроде с ними в отношениях, то есть единорожка, не главный парнёр, и они вроде у меня не главные, но всё равно же, как родные, и это всё просто мне передаётся, я не знаю, почему плачу, вроде не должна, но вот они молчат, а меня, как в бочку опустили. Иди обниму. Вот как правильно в полиамории? Что значит правильно? Нет схем, это же люди, надо любить конкретных людей и там всё индивидуально. У вас в любом случае сильная эмоциональная связь. И да, тебе плохо от того, что твоим любимым людям плохо. Моногамам такое объясни. Ага. Неее. Я уже три года живу в одной мастерской с православным моногамом патриархальных ценностей, крепко любящим свою избранницу, и это самый мой близкий человек на свете после сына. И он его крёстный. И никаких проблем с коммуникацией. Он гетеро? Да. А ты, подожди, би? Да. Все срочно в спальню. А что там? Он встал на колено, подарил ей презерватив и официально предложил стать любовниками! Подойдём через десять минут, когда всё начнётся.

2 декабря
Пять сорок три. Мы поехали. Точно? Можете остаться. Нет, лучше дома поспать. Давайте обнимемся. Ммм, какой обнимательный мужик.

Спим. Шорох. Открываю глаз. Собирает тихо какие-то вещи. Здороваюсь, улыбаясь ему так, будто не всю ночь сидели рядом. Выходит на ципочках. Скрежет замка. После восьмичасового мертвецкого сна - встаю. Тихонько пробираюсь на кухню. Рисую. Проходит ещё два часа. Выходит, быстро идёт в душ. Так малыш, я опаздываю. Рисую на кухне.
Алло, да Пчёлка, привет. Не сможешь? Ангина? Ну ладно, сейчас придумаю, где переночевать. Жаль, что не увидимся, конечно. Да, через два дня уезжаю.
Рисую на кухне. Звуков из душа никаких. Подхожу к чемодану, достаю зубную щетку и пасту, вхожу. Сидит, укутавшись в полотенце на дне ванны. Читает что-то с телефона. Плачет. Присаживаюсь. Робко поглаживаю волосы. Мне выйти? Кивает. Сажусь на кухне, копаюсь в телефоне. Убираю кисти и блокноты. Выходит. Обнимаю. Плачет. Прости, планы немного поменялись. Я могу чем-то помочь? Нет, я сама. Тебе есть, где остаться? Я уже заказал автобус до Питера, схожу пообедаю и поеду. Ты как сам? Спокойно. Если что-то понадобиться, что угодно - пиши. Всё будет хорошо, как астролог тебе говорю.

Десять. Алло. Привет, дорогой. Что звонишь? Могу ли я вернуться раньше? А что случилось? Какая выставка? Академия Штиглица и Строгановка сделали совместную экспозицию по текстилю? Бляя… “Связующая нить” - кажется, я знаю, кто автор такого шедеврального названия. А нам-то зачем там быть? Так. И на этого человека ты хочешь выйти - понял. То есть как бы ненавязчиво подрулим и так, мол, и так. Не поверишь, братишка, звёзды сошлись, прямо сейчас я на автовокзале и утром уже у тебя.

Сажусь в кресло. Откидываюсь. Врубаю наушники. Смотрю в окно. Реву.

Больше блёсток в декольте

Ир, привет. Я по поводу текста, что ты написала для моего канала. Мне очень нравится основная тема - надо резать пуповину. И история с мамой, не способной оценить твои достижения - многим близка. Я сам уже больше года со своей в формате ледяного равнодушия. Но… Тебе не нравится, как я написала? Просто я бы пересобрал. Те же слова чуть-чуть в другой последовательности. Другой порядок слов. Твоих слов. Тогда это будут мои слова твоим голосом. Я не марионетка. Теперь подумай ещё раз тогда. Оно тебе точно нужно? Соавторство. Это твой прайд. Ты его охраняешь. Ты хотел. Ты позвал. Теперь эго тебя душит. Убей жабу. Как? На раз-два-три. Хорошо. Убил. Что дальше? Разделяй. Как? Пространством делись. Под одеяло же пускаешь.

12 декабря. Четверг. Мастерская.

Доброе утро, братишка. Опять ты, не раздеваясь, спал? Меееааа... И побрейся, ты начинаешь приобретать сходство с бомжом. Посыплю себя блёстками и буду бомжом-феем. Так будет лучше? Я тебе завтрак принёс. Таня сделала кролика, причём не покупного - настоящего новгородского кролика. А я вспомнил про Рождественский Пост. Так что он весь твой, безраздельно. Ох… Благослови, Иисус, твоих верных адептов, что помогают червям грешным вкусно и сытно позавтракать. А ты чего ещё из кровати не вылезал? Дерьмо. Как-то паршивенько чувствую себя. Заболеваешь? Может быть. Так что у меня тоже, можно сказать, рождественский пост: три секс-вечеринки пропускаю. Одна на прошлых выходных была, и две на этих. А ведь та что была - там было буккаке! Представляешь? И такую красоту я отказался рисовать. Что там было? Ну это… Как в ролике вирусном с московского спектакля, когда подряд двадцать мужиков в рот спускают. Только не унылая постановка ради эпатажа, а по-настоящему, как у людей, ради удовольствия всех сторон. Ты как вернулся, всё тухлее с каждым днём, и всё время в наушниках. Я вообще удивлён, что они у тебя живы. Это же те, что я тебе на прошлый Новый Год дарил? Правый почти уже не пашет, но левый долбит как надо, хороший был подарок. Так вот, завтра у Маши Айзекс в баньке вечеринка. Послезавтра у Иренушкин большая двухдневная новогодняя. С кучей приглашенных мастеров. А я не иду. Видишь, какой у меня пост! Ну и славно. А что у тебя с твоим конкурсом поэтским? Тож дерьмо, ничего интересного. Но поэтские конкурсы же не про это. В них участвуют крайне завистливые люди не ради собственного успеха или провала, а чтобы возмущаться тому, какое говно вышло в следующий тур. И я тут не исключение, читаю все эти сводки только чтобы орать из-за одного стишка, от которого меня просто блевать тянет, настолько он умильный и слащавый. Называется “Гусеница”. Автор вышел погулять поздней осенью, смотрит - гусеница через бордюр на газон не может перелезть, он её подсаживает, философски смотрит ей вслед, размышляя, что де она всё равно через пару дней сдохнет, но пусть не на асфальте, а в райской травке. Кто автор? Не знаю, это анонимный конкурс, так что до января не ясно. Чертовски вкусный кролик. Передавай Татьяне мои благодарности. Братишка, мне нужна твоя моногамная помощь. Н-ну. Во вторник у Анзола и его полисемьи вторая встреча, и я буду на этот раз на сцене - интервьюером. Тема - переход из моногамии в полиаморию. Мне спрашивать нечего. И голова вообще не работает. У жены своей бывшей не пробовал спрашивать? Уже. Всё закончилось очередным выяснением, кто кому жизни не даёт. В смысле? Ты ж совсем перестал с ней общаться. Не спрашивай даже. Ещё звонил - помнишь, телесно-оринтированная гура, у которой я гудящую медитацию рисовал. Откоучила меня лучше всех. Но всё равно волнуюсь. Ещё нескольким написал. Прям соцопрос провёл. Вспомнил времена, когда считал, что чьи-то мнения, включая моё, что-то весят. По крупинкам кое-что собирается, но без твоих святых принципов никак. Нужно мнение правоверного моногама. А вот, кстати, если бы твоя бывшая сейчас предложила тебе такие вот свободные отношения, возвращаешься домой, живёшь с сыном, гоняешь по своим сатанинским оргиям, возвращаешься колыбельную спеть. Согласился бы? Неа. Свистишь. Ты ж ещё полгода назад периодически перекрывался из-за неё, ревел в подушку и всё вот это. Так это даже не полгода. Всё закончилось на её выставке персональной к тридцатилетию. На которую ты не пошёл, потому что в Москве в порноотеле своём на поводке ходил? Я ж заскочил в последний день перед самым закрытием. Отвёз малого к бабушке и заскочил. И какая связь? Самая прямая, почти религиозная. Чтобы любить кого-то, мне надо в него верить. Не ему верить, все врут, как учит доктор. Именно - в! Я же верил в неё со школы. Думал, она самый талантливый живописец во всей нашей шарашке. Думал, сейчас как расправит крылья. А по факту - пшик. За те три года, что мы не вместе, скатилась в какие-то и темы, и формы - как в “Гусенице” этой. Псевдоглубина с неприхотливой слащавой красивостью. Не могу её больше любить. Упало. За три года деградация? Это, выходит, ты с собой связываешь? Нагленько. А то ж. Я ж это… талисман. Вон к тебе переехал, и смотри, как развиваемся. Как? Пока что Настя явно успешнее нас двоих вместе взятых. Не ломай стройную концепцию: я приношу людям удачу. По тебе видно. Иди умойся наконец. Надеюсь, ты ей всего этого не говорил? Вчера как раз сказал после разборок. Я б на её месте после таких слов сделал куклу с твоим лицом, утыкал её иголками и сжёг. Как хорошо, что я всё ещё верю в твой талант. Так ты мне с вопросами поможешь?

Ну давай. Что нужно? Смотри. Тема: переход к жизни на троих. Период от момента осознания, что моногамия тебе не подходит, до того момента, когда полиотношения настолько естественны, что ты уже не представляешь, как можно было иначе, зачем были нужны все эти идиотские проблемы. У Анзола и его двух жён всё предельно просто с коммуникацией. Поэтому на прошлой встрече почти на все вопросы интервьюера они отвечали: хм, словами через рот. И всё. Я так не хочу. Никаких проколов быть не должно. Нужно чтобы вопросы были про что-то конкретное. Какие-нибудь приёмчики личные для проработки эмоций. Какие тут могут быть приёмчики? Ну как у меня с наушниками, если какие эмоции накроют. Берёшь песню, которая слишком точно попадает в твою депру, прямо в десяточку. И слушаешь на повторе сутками. Поначалу рвёт в лохмотья. Но песни они же быстро приедаются. И всё. За первые двое суток в башке устанавливаются прочные связи между ситуацией и песней. А потом вместе с безразличием к музыке, приходит и душевное спокойствие. Безразличие и спокойствие. Вот какие-то такие вопросы, понимаешь? Нет. Ладно, смотри. Друг с другом - ок - словами через рот. Но! Я хочу поделить вопросы на два основных блока. Первый - про их внутренние штуки во время перехода из моноотношений к поли. Как договариваться со своими внутренними тараканами. Чтобы не травмировать себя. Второй блок - про отношения полиячейки и внешнего мира - общества. То есть, саму коммуникацию между я, ты и ты оставляем за скобками. Это сумбур какой-то. Аааааа.

Вечером наконец доползаю до душа. Стелю чистую простыню. Засыпаю.

13 декабря. Пятница.

Минут пять просто лежу и ору, схватившись за левое ухо. Падаю с кровати. Встаю. Еле вписываюсь в дверной проём. Вваливаюсь на кухню. Включаю плиту. Вытаскиваю из раковины грязную сковороду. Бросаю на конфорку. Высыпаю гречу. Снова ползу в комнату. Нахожу в аптечке обезболы. В ванной сморкаюсь в раковину. Выходит гной с кровью. Цепляю в коридоре арафатку. Из кухни валит дым. Масло на боках сковороды загорелось, и над конфоркой пылает факел. Сдуваю. Расстилаю арафатку на полу. Высыпаю в середину гречу. Падаю на колени. Сворачиваю конверт. Ползу до кровати. Ложусь на воняющую горелым грелку. Набираю номер. Алло, бабуль. Позвони тёте Юле ЛОРу, у меня гной и на ухо изнутри что-то давит, боль невыносимая. Нет, я к врачу сейчас не могу, мне же Льва забирать к тебе. Перезвони. Да. Да, сообщение пришло, я всё это куплю сейчас. Что ещё сказала? Не греть и не мочить. Ясно. Сбрасываю арафатку на пол. Обугленные зёрна рассыпаются по полу. Разжевываю не запивая ещё одну таблетку. Накрываюсь одеялом с головой. Открываю на телефоне канал. Копирую текст, присланный Иренушкин. Перерезать пуповину. Публикую.

17 декабря. Вторник. Пушкинская 10. FISH FABRIQUE NOUVELLE. Словами Через Рот. Беседы о полиамории.

Привет. А ты сегодня, значит, не рисуешь. Попробую одновременно, задавая вопросы. Думаешь, получится? Не знаю, совсем потерял интерес. Как в баньке прошло? Очень волновалась. А я читал у тебя на канале, ты ещё какое-то мероприятие провела, но без подробностей. Расскажешь, что это было? Карты. Карты? Карты. Карточки отношений, симуляция жизни, семейных конфликтов, проблем, необходимость договариваться. И как? Сейчас придётся переписывать все. Они разработаны для моногамных семей и полиаморы щёлкают их, как семечки, никакой игровой ситуации. Да ладно? Ну да. Там что-нибудь типа “ты влюбился на работе в коллегу, как признаться партнёру, как договориться, или молчать”. Обычно по полчаса убивают на такие фанты. А тут: привет, дорогая, я влюбился в коллегу на работе. Окей, дорогой, пятницы в твоём распоряжении, своди её в кино, у меня как раз в эти дни завал. И так во всём. Теперь вот сижу, разрабатываю продвинутые карточки с более сложными ситуациями. Как познакомить своих партнёров. Как открыться родителям, что живёшь с несколькими партнёрами разного пола. И всё в таком духе. Прикольно, надо будет сходить к вам. Всё, я на сцену. Удачи. По дороге снова захожу в туалет. Продуваю из левой ноздри гной. Умываюсь. Поправляю причёску. Пошёл.

19 декабря. Четверг. 19:20 Клуб ZOCCOLO 2.0. Рок’н’рольный бурлеск фестиваль от Haunted Cathouse.

Ты чего умирающий такой? Да на антибиотиках сижу, но завтра к девяти утра на прокол - там полегче станет: высосут всю дрянь из меня. А ты когда на сцену? Скоро. Больше блёсток в декольте! А то последний ряд не ослепнет. Будешь меня рисовать? Не, я всё, закончил с этим, никаких больше зарисовок из угла. Хочу вернуться к себе, присутствовать, чтобы у моих чувств были эпитеты. Буду просто смотреть и наслаждаться великой Мадам Бурлеск, кричать и хлопать. И бухать. А тебе можно? Это уже второй стакан, так что да. Как на выходных прошло? Ты чего? Ааай. Так вроде же все довольны были, я ж читал. Ладно, иди обниму. Это потому что меня не было, я ж талисман - неиграющий член команды.

23:40 Бар Dr.Moro

Привет. Привет. Как Событие прошло? Видели буккаке? Хорошо прошло, тебя немного не хватало. И обидно, что рисуночков не будет. Привет. Здравствуй. Отлично интервью провёл. Спасибо большое. Привет. Арррр. Иди сюда. А где её будут пороть? Видишь, прямо за барной стойкой точка подвеса и девайсы на стене. Удобно. Главное, красиво. Наверно. Удивительно, но я тут всех знаю. Впервые в жизни такое: приходишь в бар и узнаешь всех. Теперь да. Я тебе говорил, что Вадим, который мой целовательный мужик, написал вчера, что ему очень нравится твоя рубрика, но поскольку раздражают опечатки всякие, он готов быть нашим редактором на канале. Может быть и его самого смогу убедить что-то написать. Он же из тайных. Тень. Двойная жизнь, приличные офисные корпоративы и неприличные после. Так что нас уже трое. Труппа собирается. А к Новому Году готовлю сюрприз на канал, это будет огонёк.

20 декабря. 9:00 Поликлиника.

Так, ну кроме гайморита у тебя ещё воспаление среднего уха. И это очень серьёзно. Понял, буду лечиться, как зайчик. А почему у тебя всё лицо в блёстках, зайчик? Это могу рассказать. Хотите?