Почему снятся безумные сновидения?

Ложные пробуждения это когда ты видишь сон, потом просыпаешься, начинаешь совершать утреннюю рутину, но внезапно происходит какая-то чертовщина: у тебя откуда-то появилась третья рука или отражение в зеркале зловеще подмигивает, когда чистишь зубы. В этот момент человек обычно просыпается ещё раз и уже по-настоящему.

ЛП – частый приём фильмов ужасов (к примеру, мне нравится сцена в "Американском оборотне в Лондоне"), но они случаются не только в кино. Причём бывают целые серии ЛП: видишь страшный сон, просыпаешься от этого – вроде вот она знакомая реальность, но что-то в обстановке кажется жутким, странным – и вдруг замечаешь, что в кресле напротив кровати сидит большое насекомое и говорит, что его зовут Грегор Замза. От такого просыпаешься ещё раз, на всякий случай проверяешь кресло – там никого – облегчённо выдыхаешь, но Грегор на этот раз вылазит из под кровати. Ну и просыпаешься снова.

Вот, к примеру, пост на реддите от девушки, которая за одну ночь может пройти шесть или семь ложных пробуждений. На каком-то витке она понимает, что спит, отчаянно пытается вырвать себя из сна, но получается плохо: каждое пробуждение вновь оказывается сном. В комментариях дают советы не сопротивляться движению сна и использовать люцидность, то есть осознание, что находишься в сновидческой реальности, в своё благо. Наверное, путь тибетского монаха с отстранённым взглядом на абсурдность бытия поможет, но нужна тренировка.

Странные сны, куда среди прочего входят сновидения с ЛП, подчиняются закономерности: чем выше физиологическое возбуждение во время REM-фазы, тем сновидения интенсивнее. Грубо говоря, есть континуум, на одном полюсе которого находятся скучные сновидения: знакомые персонажи и обстановка, привычные взаимодействия – в общем, все то, что может произойти в реальной жизни. На другом полюсе будут фантастические миры, невиданные существа и дикие сюжеты. На этом же полюсе располагаются редкие феномены: ложные пробуждения, сонные параличи, удивительно яркие и реалистичные сны.

Эта закономерность отчасти объясняет, почему во время лихорадки или в абстинентном состоянии (в обоих случаях есть соматический стресс) у алкоголика нередко снятся поистине лавкрафтовские сюжеты. Мне, например, рассказывали о масштабной эпидемии, почти что зомби апокалипсисе, которую мог остановить только сновидец, благодаря своим связям с архангелами (там запутанная история). Или ещё сюжет: огромное существо сидит под городом и производит малозаметные вибрации в некоторых районах. Люди, которые живут в этих районах, становятся агрессивнее или умнее. А на это чудовище можно настроиться через радиоприемник и отслеживать, где произойдет следующая вибрация и какого характера она будет. В результате все жители постоянно передвигаются по городу, пытаясь побыстрее попасть в хорошие зоны и избежать плохих.

И это сновидения людей, которые фантастикой в любой её форме не увлекаются, не употребляют ПАВ (ну, кроме алкоголя) и не склонны к эксцентричным убеждениям в нормальном состоянии. Сюда же, наверное только отчасти, можно поместить другие корреляции. К примеру, людям с гипертонической болезнью или заболеваниями сердца чаще снятся кошмары. То же самое у людей, мучающихся с мигренью. Проблемы со сном, как ни парадоксально, также чаще приводят к ярким, диковинным сновидениям. Есть гипотеза, что недостаток REM-фазы в течении нескольких ночей потом компенсируется за один сон. От этого время и интенсивность этой стадии сна вырастает – появляются сновидения из ряда вон. Ещё закономерность: интенсивные сны, в которых сновидца кто-то атакует, могут быть начальным маркером болезней Альцгеймера и Паркинсона. Но это если наряду с такими сновидениями есть двигательные расстройства во время сна.

У Скотта Александера недавно вышел хороший текст о мелатонине. Там понятно о том, насколько и почему мелатонин помогает при проблемах со сном (при верном использовании регулирует циркадные ритмы и процесс S, это, если упрощено, давление сна – то есть нарастание усталости). Кроме этого, он отмечает, что приём мелатонина у некоторых людей ведёт к ярким, непривычно причудливым и реалистичным снам. Объяснить эту закономерность пока нельзя. Некоторые предполагают, что все из-за той же гипотезы с компенсацией REM-фазы, но есть несостыковки. Кроме мелатонина, по сообщениям врачей, некоторые антибиотики увеличивают число странных и ярких сновидений.

Интересно, что наличие сновидений в REM-фазе связано с активностью мезолимбического и мезокортикального дофаминергических путей. При поражении этих путей по каким-либо причинам во время бодрствования может появиться амотивационный синдром, а ещё исчезнут сновидения. Прием препарата леводопа, предшественника дофамина, увеличивает вероятность ярких, необычных снов. А антипсихотическое лечение через антагонисты дофаминовых рецепторов второго типа уменьшает или вовсе нейтрализует признаки психоза, по пути обесцвечивая сны. Это, наверное, такое косвенное подтверждение идеи, что психоз – сноподобное состояние.

Дофаминергическая система, как известно, включена в обработку ошибок в ожиданиях или, немного точнее, включена в усовершенствование предсказательного механизма, которым занят мозг. В этом случае можно предположить, что яркость и необычность сновидений – результат чрезмерно активной Д-системы, из-за чего даже малозначимые ассоциации во время сна трактуются как важные, а потому проигрываются дальше и запоминаются (возможно, это чушь – поправляйте меня в личке в телеграме, если что не так).

Anoneirognosis – ещё одно редкое состояние, связанное со сном. В этом случае человек не может понять, что с ним происходило в реальности, а что во сне. Anoneirognosis нередко бывает у пациентов с искажениями в памяти, например, с конфабуляциями. Это когда человек помнит то, чего не было или его воспоминания перемешиваются: события из детства как будто произошли вчера. Или сюжет фильма, увиденного накануне, теперь включен в автобиографическую память. То же самое и с образами сна – пациент уверен, что плывет на подводной лодке, хотя уже несколько месяцев в больнице, а всё из-за того, что приснился такой сон. Чтобы объяснить конфабуляции есть теория орбитофронтального фильтра реальности (одна из). Суть кратко в том, что орбитофронтальная кора или просто ОФК отделяет реальность от вымысла: от воображения, от снов, от плохих догадок и убеждений. Ну или она придает вес тому, что пригодится, а это чаще всего связано с реальностью – так уж повелось. В итоге сбои этого процессу ведут к ложным воспоминаниям и смешиванию сна с реальностью.

ОФК – один из корковых пунктов дофаминергических путей, а это значит, что сбои в её работе могут не просто нарушать проверку реальности, а чрезмерно подкреплять, а потому выталкивать на передний план содержания, которые раньше бы игнорировались. Если переносить теорию фильтра на все сновидения, то яркость и необычность сновидений – критерии не их содержания, а, возможно, критерии работы памяти и проверяющего на важность ментальные события механизма. А это значит, что безумные вещи снятся каждому, просто мозгу на это всё равно.

Источникии дополнительное чтение:

Melatonin: much more than you wanted to know – текст Александера о мелатонине

What your dreams can reveal about your health – краткий список корреляций между содержанием снов, приемом некоторых препаратов и некоторыми заболеваниями. Непонятно, насколько данным можно верить

Dreaming and the neurobiology of self: recent advances and implications for psychiatry – теоретическая статья о том, как флуктуации в архитектуре сна, в частности в REM-фазе, ведут к странным сновидениям. А ещё там о dreaming self, что бы это ни означало

Cognitive neuroscience of dreaming – статья в Вике по теме

False awakening– статья в Вике о ЛП

Cortex #87номер журнала Cortex, почти полностью посвященного конфабуляциям