Летисия Тэтчер-Деми́
1. имя/сценический псевдоним: Летисия, но чаще отзывается на «Лита». «Тэтчер-Деми́» лишь формально, она предпочитает, чтобы фамилия позабылась в умах знающих и никогда не возникала у незнающих.
3. национальность: британка, родом из Манчестера
4. роль в проекте: художник по костюмам
5. профессия/статус в индустрии: звёздная фамилия обеспечила Тэтчер-Деми́ статусность как в индустрии, так и вне её. Сама Летисия предпочитает называть себя «средним звеном»: её имя ровно ничего по сравнению с теми образами и проектами, какие на премиях называли достойными «Оскара» в номинации «лучший дизайн костюмов». Два таких в её карьере уже есть. Останавливаться на двойке пока не планирует.
Родившись когда-то полированной куклой, выше всего в своей внешности невольно ценишь натуральность. Так и с Литой. Как там молвят? Красота — залог больших кошельков. А ещё взглядов глупых мужчин, готовых отдать эти самые кошельки за твою... бога ради, назовём это натурой.
Овально-сердцевинная форма лица с мягкими линиями. Благородную утончённость придают выразительные скулы с точёным подбородком. Слегка раскосые глаза блещут орехово-карим, с выраженным спокойствием, какое в её чертах проскальзывает сразу. Возможно, Летисия должна была родиться в эпоху Викторианской Англии. Прийтись родственницей местному лорду М. «Миледи, в ваших чертах проскальзывает нечто диковатое», — твердили вокруг господа и оклеветали бы её распутницей: тяжёлый взгляд из-под опущенных век вносит особый шарм. Прямой носик со вздёрнутым кончиком, естественно-пухлые губы и брови, которые нет необходимости укладывать. Волосы русые, Лита больше предпочитает небрежные причёски.
При росте 177 см телосложение худощавое: тонкие плечи, тонкая шея, выраженная линия ключиц. Редко у кого возникают вопросы, почему среди прочих других упоминаний о Летисии проскальзывает это «куколка Тэтчер-Деми́».
Полированная кукла с отполированным спокойствием. Она в меру терпелива к близким людям и коллегам младше её, всегда поделится знаниями, будь на то необходимость, и готова протянуть руку помощи, если понадобится. С большим интересом Летисия тянется к младшеньким и амбициозным ребятам, находя в них что-то от себя. Превозносит рабочие отношения и привыкла сохранять их именно такими, без перехода на личное. Как говорится, личное остаётся внутри, работа — на работе.
Эти отношения, кстати, разделять Лита не умеет от слова совсем. Она живёт работой, живёт своим делом и трезвой конкуренцией в конкурентоспособной среде. Уровень ниже просто не по её части: без развития, без возможностей, без продвижения, даже если придётся голову сломать, лишь бы пробиться. Нередко Лита слышит в свою сторону неироничное: «так и подохнешь тут, на работе, и н-и-к-т-о тебе не поможет, куколка».
Ну и пусть! По крайней мере, доверительные отношения с деньгами у неё выходит выстраивать лучше, чем с мужским полом. А ещё: деньги не кинут тебя в самый уязвимый момент твоей будничной рутины под названием «жизнь». Да и её смысл, признаться честно, она потеряла ещё очень и очень давно. Может, уже выменяла дьяволу вместе с душенькой: темнушной, усеянной пляшущими тенями без намёка на свет. Такой в глазах окружающих она нередко и представляется: тёмная лошадка с красивым личиком, красивой фигуркой. «Должно быть, глупенькая», — могло бы показаться, если бы не практические навыки. Всем своим нутром Летисия презирает первое впечатление о себе, но и тянуться к людям, чтобы доказать обратное, не спешит. Как там? Чужая душа — потёмки?
Несмотря на обманчивый внешний вид и слухи, которые окружают её фамилию с самых пелёнок, Летисия не является дурочкой, эгоисткой или циничной сукой. Нет, определённо, в какие-то моменты она позволяет себе работать на образ, но это крайне редко. На самом же деле Лита терпеть не может шум: споры, агрессивную критику или характер плаксивых и крикливых девочек на каблучках, с кем работать у неё нет ни желания, ни сил. Лишний раз напоминает себе, скрепя сердце, что профессионал, а, стало быть, приходится. Сама она не конфликтна, может, потому что возраст притупил характер, а может, потому что привыкла полагаться на мозги.
В отношении личных связей она крайне избирательна. Мало кого Лита может назвать друзьями, мало кому может довериться, ведь привыкла полагаться на себя. Но если близкому человеку понадобится помощь, если ему понадобится поддержка, пренебрегая своим временем и силами эта девушка сорвётся и сделает всё, лишь бы исправить чужие проблемы. В меру, конечно. Интуитивно Тэтчер-Дэмú привыкла отстраняться от тех, кто периодически жалуется на жизнь, не прилагая усилий на исправление своей ситуации, и сближаться с теми, кто кажется ей близок. Объяснений этому не находит, впрочем, привыкла, что и саму себя она понимает не до конца. Жить не мешает, и на том спасибо.
Летисия — это про доверие, милостивое отношение к окружению и расчётливость там, где необходимо выступить против конкурентов старше её с длинными язычками.
К чёрту этичность, к чёрту уважение к идиотам, к чёрту ваши правила, если они ни к чему не пригодны!
Её жизнь — это креатив, не загнанный в рамки и призванный отдавать частицу себя вместе с кучей времени. Жизнь по сути своей бессмысленна, а раз так, Лита предпочтёт отдать её чему-то материальному, имеющему смысл хотя бы несколько минут. Хотя бы самому ощущению, что ты живёшь, а не существуешь.
Запомните и вкусите: родиться в семье Тэтчер-Деми́ — это с пелёнок обернуться в статус инвестиции; родиться в Тэтчер-Деми́ — это с младенчества впитывать уроки этики и ненавидеть это «Лита, держи спину прямо, а подбородок ровно!»; быть Тэтчер-Деми́ — это ненавидеть Тэтчер-Деми́.
Сколько себя помнит, Летисия росла в обстановке элитарного богатства: дорогие рестораны, постоянные разговоры о бизнесе и светские приёмы в Манчестере. Статус и репутация заменили этой девочке семейное тепло, впрочем, не то чтобы её это устраивало. Не устраивал Литу и запах дорогого алкоголя, которым сплошь до потолка пропитался их (не)скромный домишко. Отец — коренной итальянец, поднявший крупную империю по импорту премиальных вин. Мать — британка из Манчестера с консервативными взглядами. Как всё и бывает в подобных семьях, сошлись на почве выгоды — Лита и по сей день помнит, как, держа меж пальцев письмо, глазками пробегалась по строгим закорючкам: «Союз Тэтчер-Деми́ имеет будущее, мы надеемся, что он будет благоприятным...» — короче говоря, дочь просто стала закономерным продолжением сделки. Красивая, привлекательная, что ещё нужно для счастья? Отец видел в Летисии идеальное лицо для своей марки: дочурка идеально соответствовала потребностям, какие требовал от молодой девчушки бизнес. Когда толк бы пропал, ничего не стоило продать или передать её в руки такому же холёному преемнику. Делов-то!
— Летисия, примерь это платье, оно так подчёркивает твои глаза! Летисия, стой ровно перед гостями, видишь того мужчину? Летисия, держи этот бокал под углом в десять градусов. Летисия, улыбайся гостям, мило кивай на шутки — дурацкие, сексистские — взрослых мужчин. Летисия это! Летисия то!
Ей рано пришлось понять, что собственное «я» никого не волнует. Интересовала разве что обёртка, у которой всегда есть, была и будет цена.
В таком режиме Лита протянула до совершеннолетия. В обыкновенный день среди числа таких же обыкновенных она собрала вещи и уехала в Лондон, чтобы поступить на театрального костюмера. С заплатками и тканями работала мало, но было в этом что-то, что так тянуло её. Красивые одёжки — действительно красивые, но носить их — одно дело, другое — разбираться, как такую банальность свет всё ещё принимал как атрибут образа, если можно придумать чего оригинальнее. Отец тогда молча заблокировал счета. Всё пытался убедить себя, что избалованная дочурка наиграется и вернётся: «мол, приползёт через месяц просить прощения, когда карманные закончатся».
Четыре года Летисия мирилась с миром, далёким от её понимания: снимала дешёвое жильё, пропахшее клеем и дешёвыми обоями, студии знала назубок и некоторое время даже работала за копейки помощником костюмера.
Когда-то Тэтчер-Деми́ — навсегда Тэтчер-Деми́.
Самое паршивое, что именно такой её, Тэтчер-Деми́, и запомнили. Слишком долго на Летисию смотрели как на идиотку, которая просто пришла поразвлечься. Слишком часто слухи опережали репутацию. Как следствие — Лита вбухивала вдвое больше сил просто ради того, чтобы её работы заметили: пять лет она угробила на выставки, бесконечные улыбки и кастинги, в которых один за другим ей отказывали. Бывали единичные проекты, но половина из них пошла в убыток.
Двадцать семь лет. Цифру двадцать семь она запомнит кровавым пятном в памяти, неотъемлемым по сути своей, но столь несправедливым по части жизни, к которой она хотела бы больше не возвращаться н и к о г д а.
В двадцать семь лет Летисию находят благодаря поданным по кастингам эскизам, попавшим в нужные руки где-то ближе к октябрю. Исторический фильм. Италия с её увесистыми садами и прекрасными людьми — недолго думая, Лита собрала вещи и уехала в Италию. И ведь казалось бы, наступила белая полоса жизни: всё начинает налаживаться слишком стремительно. И вот, она решает остаться там насовсем. Милан не мог не радовать своим тёплым климатом, большими бюджетами и надеждами и... неожиданным служебным романом.
А звали его Алессандро. Алессандро был режиссёром того самого фильма: обаятельный, привлекательный, уверенный в себе итальянец. Такие, как Алессандро, любят искрить улыбкой. А улыбка у Алессандро всегда была мягкой — лисьей, сказала бы Летисия сейчас, с этими его уголками на кончиках губ. С Алессандро у неё завязалась история, красивая на первых порах. Впрочем, продержалась она недолго, как и мягкая улыбка возлюбленного. Снисходительный сексизм, грязные слухи за спиной и эти удушающие и властные манеры мужчины-итальянца с каждым днём всё больше и больше напоминали ей отца.
Очередная золотая клетка. Снова.
К двадцати девяти годам слухи вокруг их пары достигли своего апогея и дошли до самой верхушки индустрии. Имена не сходят с полос, громогласное «Тэтчер-Деми́ встречается с режиссёром Дамье» сводит с ума настолько, что Летисии приходится некоторое время закрыться в себе. На волне хайпа фильм Алессандро выстреливает: вместе с ним Лита берёт свой первый «Оскар» за дизайн костюмов. А спустя пару месяцев после церемонии журнальные заголовки тонут в новой новости: Тэтчер-Деми́ рожает от Алессандро сына. Так в жизни Летисии появляется очаровательный мальчик с голубыми глазками. Зовут его Никлас Дамье.
Ничем хорошим этот брак, разумеется, не оканчивается. Лита не из тех, кто будет терпеть копию своего отца в лице мужа в собственном доме, и по её инициативе супруги со скандалом расходятся. За сына никто не спорит — Никлас остаётся с матерью.
Как жаль, что именно дело об их разводе получает столь колоссальную огласку, что некоторое время за судебным делом следили всевозможные жёлтые журналы. Лишь спустя пару месяцев суд выносит решение в пользу Литы, а спустя ещё пару месяцев индустрия наконец начинает её замечать. Не как жену режиссёра и не как подстилку бывшего, а просто женщину, у которой, как оказалось, в портфолио лежали примечательные работы, годами не находившие своего места. Большое количество проектов преследует её сразу после развода, в свои тридцать Летисия берёт свой второй «Оскар» за костюмы, и на этот раз без всяких итальянских мужчин. Жажда сражаться с ними отсеивается у неё на подкорке мозга, и с тех пор для Летисии нормально признавать, что шоубиз и собственного сына она потянет самостоятельно, без Алессандро, и без напыщенной итальянской элиты.
В больших кругах Лита считается большой звёздочкой в основном или из-за своей фамилии, или из-за фамилии бывшего мужа. Мало кто воспринимает её иначе, чем просто «ветвь» Тэтчеров, а то и Дамье, решившую прижиться в дизайне и моде. О Летисии говорят: «она, должно быть, слабоумна, раз полезла в мир, где правят мужчины». В лицо, выдыхая едкий дым, её прессингуют: красивая, милая, гордая, «чё ж тебе всё не хватает, куколка?». Летисия лишь улыбается — тихо так, сдержанно. Только кончики губ чуть тянутся в стороны ласковыми перегородками.
Пусть думают. Пусть считают её «недостаточной». Да, она красивая. Она милая. И, безусловно, она гордая. Вскользь, меж губ, Лита бросит: «выкусите».
- Несмотря на ярлык статусной куколки, Лита — искусный мастер, постигший профессию с самых низов (что сама она считает навыком, достойным уважения). Она блестяще справляется с эскизами, разбирается в крое и понимает фактуру тканей. Если понадобится, эта девушка и сама только «за» сесть за машинку или поработать с иглой и нитками. Отменно подбирает материалы и крайне придирчива к их качеству.
- Уроки консервативной матери не прошли даром хотя бы в том, что Летисия виртуозно владеет языком тела. Ей ничего не стоит надеть маску милой и покладистой дурочки, если возникнет такая необходимость: усыплять бдительность конкурентов и самодовольных мужчин, чтобы затем ударить по их слабостям как раз в её стиле.
- Будучи дочерью британки и коренного итальянца, а также женщиной, построившей значимую часть карьеры (и пережившей брак) в Милане, Лита в совершенстве говорит на английском и итальянском языках.
- У неё отличная насмотренность: Летисия досконально изучила моду прошлых эпох, прекрасно разбирается в живописи и силуэтах. И хотя классическим художником её назвать сложно, в каждом её образе заложен определённый смысл, который она стремится сделать понятным если не для всех, то хотя бы для многих.
- Опыт выживания среди напыщенной элиты и патриархального кинобизнеса сделал её зубастой. Лита отлично умеет подстраиваться под манеру общения людей вдвое старше неё и тянуть за ниточки, видные лишь ей. С целью, известной только ей одной.
- Летисия очень внимательна к деталям и вопросам контроля. Она умеет вовремя абстрагироваться от лишнего шума и брать себя в руки. Пахать сутки напролёт лишь ради желаемого результата для неё — абсолютно приемлемо.
- Страдает подсознательным страхом потери контроля: любое отступление от заданного плана, любая непозволительная эмоциональная реакция вне её контроля, брошенное по слабости лихое словцо выбивают Литу из равновесия. В себя приходит с усилием.
- Ей тяжело даётся общение с инвесторами и прочими людьми из этой сферы. Наученная опытом, Летисия предпочитает не доверять им.
- Испытывает ненависть к сексизму и терпеть не может мужчин-сексистов наравне с мизогиничками.
- Страдает лёгкой формой ОКР (обсессивно-компульсивного расстройства): при первых признаках тревожности для Летисии нормально ходить кругами или постоянно перебирать пальцами.
12. цитата персонажа: «Потому что я отбираю вещи у глупых и злобных стариков. Это то, что я делаю. Я всегда так делала. Они заслуживают того, чтобы потерять всё, а я заслуживаю все их вещи»