В паутине лжи.
На кухне царила неловкая тишина, хотя, даже не неловкая, а гнетущая. Запах никотина заполнил всю кухню, и обычно бы, Антон не возражал, но сейчас этот дым бесит. Бесит так, что хотелось эту сигарету запихнуть Саше глубоко, настолько, чтобы достать до души.
— Ты напряженно дышишь. Выкладывай.
Расслабленно спросила девушка, садясь напротив братца. Как и ожидалось — блокнот был чист. Белый лист.
Казалось, будто сейчас Антон мечется между тем, чтобы взорваться и прыгнуть с открытого окна кухни, и тем, чтобы вбросить Сашу туда.
Антон поднял тяжелый, как грузовой поезд взгляд на Александру, и та сразу же потушила сигарету, будто понимая, что если она не потушит об пепельницу — Антон потушит об ее глаз. А зрение ей всё таки дорого. Как говорится в великой поговорке «вилку в глаз, или…».
— Спасибо. Саш, а вот скажи честно: тебе самой не надоело? Ты уже взрослая, а ведешь себя как буйный подросток.
— А сам то, ни чем не лучше, умник, — отгрызлась Саша с хитрой улыбкой. Так она улыбалась только когда замышляла что-то.
— Я, хотя-бы, не показываю свое обнаженное тело на телевидении, Саш.
— Ой, было и прошло! Зато знаешь сколько у нас новых фанатов?
Ох, фанаты — главное в жизни Саши, после тусовок и наркоты. А она не подумала, что такими выходками Антону достается как и на работе, так и с заказами картин? А ведь от продажи картин зависит его жизнь как художника.
Если он раньше прощал сестре ее "выходки", отдуваясь заместо нее, то сейчас он устал терпеть. Он же не железный, всё таки.
— Ты всегда думаешь только о себе!
Последняя капля. Антон резко встал, уронив стул от ярости. Глаза, казалось, вот-вот выпрыгнут с орбит.
— Это я то такой же?! Ты хоть думаешь, о чем говоришь? Я всем детством пожертвовал ради тебя, всегда тебя из передряг вытаскивал, а ты выставляешь меня эгоистом?!
Саша также не сдерживалась и кричала в ответ, но Антон не слушал, перебивая ее поток сознания.
Крик за криком, мат за матом — и что с того? Ничего нового, чего бы они друг другу не сказали до этого.
— Ты о Крисе не думаешь! Он за тебя переживает, а ты, слепой уебан, даже не замечаешь, что он настолько в тебя влюблен, что готов говорить о тебе часами на пролет! — крикнула в ответ Саша, ударив кулаками об скрипящий стол.
В ушах зазвенел гул, а перед глазами всё затуманилось. Дышать было тяжело, и ни то что тяжело, а не возможно. В груди давило, и казалось, потолок вот-вот рухнет на него.
— Да что ты такое несешь… — лишь прошептал он, вцепившись пальцами в стол.
Лицо Саши изменилось с гнева на испуг. Животный страх. А ведь она обещала. Клялась сердцем матери, почкой отца и всё такое… Как всегда, она всё испортила.
На крики, ясное дело, пришел Крис, который застыл в дверном проеме. Сколько он там стоял — неизвестно, но он явно услышал последний крик.
Его лицо застыло. Он не моргал, и, казалось, не дышал. Антон пристально смотрел на него, пока по щекам ручьём текли слезы.
Странная привычка у него — рыдать, когда плакать должен другой. С детства он был таким. Точнее, с момента, как с Крисом подружился.
Саша встала и стыдливо убежала из квартиры, даже взгляда не подняв на брата, тем самым оставив их двоих наедине, вновь перекладывая ответственность. Это же — Саша.
Как только дверь захлопнулась тишина, которая, по ощущениям, длилась вечность, прервалась дрожащим голосом Криса.
— Антон… Саша… она врет. Ты же сам знаешь, что я…
— Молчи, — прервал его Антон, также с распахнутыми от ужаса глазами.
Спорить было бессмысленно, ведь Антон всё и сам прекрасно понял, после слов Саши. Его будто осенило. Всё эти года Крис цеплялся за него.
Крис только и мог, что стыдливо опустить взгляд на пол, будто там было руководство «как вести себя, когда твой лучший друг узнал, что ты гей и влюблен в него с десятого класса.» — Иронично, не так ли? Ведь это именно Крис из них двоих казался более… "нормальным"; Из большой, любящей семьи; всегда учился на самые лучшие оценки; и всегда был примерном для "средне статистического парня", в отличии от Антона.
Сделав шаг назад, Крис чуть не упал. Ноги совсем не слушались, и, по ощущениям, были ватными. Но, желание исчезнуть было сильнее тела, поэтому, набрав полную грудь воздуха, Крис рванул из квартиры, в след за Сашей.
Неизвестно, сколько Крис бежал, но добежал он до клуба, где работал Антон.
Сердце колотило в груди, будто сейчас выпрыгнет и куда-то убежит, подальше от Крис. Холодный пот стекал со лба вниз на рубашку. Неприятное ощущение влажности и липкости на теле отрезвило затуманеный разум.
Осмотревшись, Крис выдохнул, Антон не бежал за ним.
А что ж Антон? На него наорала сестра; сказала, что его лучший друг влюблен в него уже третий год; а друг этот — убежал, оставив Антона наедине со своими мыслями.
Смотря на незакрытую входную дверь, Антон хотел обратно сесть, ведь ноги не держали, но рухнул на пол, забыв, что стул упал от эмоционального взрыва парня,
Сидя так, на полу, весь в слезах — Антон чувствовал себя жалким. Настолько, что сейчас действительно хотелось прыгнуть с окна.
Неаккуратно смахнув слезы, Антон начал вспоминать, с чего бы это могло начаться, а точнее: когда это могло начаться.
2003 г. Весна. Дорога в школу.
Снег уже начал таять, а магнолия начала расцветать. Хотелось сорвать один цветок и подарить близкому человеку, что и делали парни в школе, даря их своим девушкам.
Холод всё еще был, поэтому все носили утепленную одежду, но не Крис. Крис был в легкой, школьной рубашке и джинсах, на которых уже виделись потертости. Со стороны, его бы могли спутать с Цоем; непослушные, кудрявые волосы; непринужденная походка; фирменные рубашки. Не хватало сигарет и гитары.
— Крис! — Кто-то крикнул изо спины, от чего тот машинально повернулся.
Родной голос… конечно же это был Антон. Кто еще в это время на улице гуляет перед школой. Накинув на "Балду" пальто, на пару размеров больше, Антон не забыл про любимый подзатыльник. Уже традиция, когда тает снег ждать ударов по затылку от Тоши.
Пальто пахло каким-то мужеским одеколонном, и явно было на пару размеров больше Антона. Интересно, чье же это пальто, если не Антона?
— Неужели решил пойти в школу?
Рука Антона потянулась в карман, доставая новую пачку «Мальборо», а закурил он не спичками а зажигалкой, которая тоже выглядела новой… неужели у Антона деньги появились? Обычно, он покупал какие-то дешевые сигареты в ларьке Бабы Любы.
"Как смешно" — пролетело в голове Криса, заставляя закатить глаза так, что он мог разглядеть изнанку своего черепа.
Даже курил Тоша красиво. Этот дым, который до этого вызывал только раздражение — резко захотелось вдохнуть, чтобы он застрял в легких, желательно навсегда.
Небрежно прикоснувшись к волосам Антона, Крис начал заплетать маленькую косичку. Шелковистые, нежные, мягкие… будто облачко в руках держишь.
— Ты так и будешь херней страдать? У нас до школы еще полчаса есть. Пойдем в какой-то падик?
— Давай… только не кури там, а то опять я за тебя буду отдуваться перед бабками.
Так они и шли до ближайшего подъезда, обсуждая новый выпуск «Окна», с Дмитрием Нагиевым и то, какой же это сюр. В подъезде было тепло, и мелкие снежинки, которые застряли в волосах Криса растаяли.
Смотря на то, как Антон возмущался из-за какой-то там ерунды, Крис неосознанно всматривался в его худое, на вид уставшее лицо. Другим оно казалось измотанным, но Крис видел в этом красоту. Никто на него не был похож. Единственный такой на всем белом свете.
Слова становились белым шумом в ушах Криса. Любые звуки утихли, кроме звука биение сердца в ушах.
— Ты меня вообще слушаешь? — вырвал его из мыслей Антон своим голосом.
Крис закивал, из последних сил пытаясь скрыть смущение.
Нельзя. Нельзя такого испытывать к друзьям. Нельзя такое испытывать к парням. Нельзя.
Знала бы Катя — ужаснулась. Катя, казалось, в серьез любила Криса. А он, вроде и любил ее, но врать ей больше не мог.
Как раз она ему сейчас написала, из-за чего в подъезде эхом раздался «А-ау!».
— Катя написала… у ворот школы ждет. Пойдем?
— А, любимая твоя что-ли? Ну ладно, пойдем. Нельзя девушек ждать заставлять.
Действительно. И врать им нельзя.
Врать о том, что хочет этих отношений. Врать о том, что искренен с ней. Он сам уже запутался в этой паутине лжи.
И зачем же Крис с Катей встречался, раз так мучился?
Чтобы мама не подумала, что он "голубой", да и Катя… Катя очень похожа на Антона. Именно внешне: блондинка, зеленоглазая, длинноволосая, длинные передние клыки, будто у вампира. Казалось, что она и есть сестра-близнец Антона, а не Саша. Саша совсем не была похожа на Антона внешне или характером.
Неужели у Антона действительно не было никого? Он же такой… такой особенный в глазах Криса.